Решение № 2-5299/2018 2-6/2019 2-6/2019(2-5299/2018;)~М-3956/2018 М-3956/2018 от 7 мая 2019 г. по делу № 2-5299/2018

Копия

Дело № 2-6/2019


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

08 мая 2019 года город Казань

Советский районный суд города Казани в составе судьи Губаевой Д.Ф. – единолично, при секретаре судебного заседания Зиннатуллиной А.А.,

с участием: старшего помощника прокурора Советского района г. Казани Закиева Л.А.,

представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2 - ФИО3, представителя ответчика ФИО4 – адвоката Сазонкиной М.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Г.Г. к Н.А. о признании утратившей право пользования жилой площадью и выселении, к Р.А. о признании договора купли – продажи квартиры от 17.04.2015 года недействительным,

встречному иску Н.А. к Г.Г. о признании права на проживание, признании договора дарения недействительным,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО5 (далее также - истец) обратилась в суд с иском к ФИО2 (далее также - ответчик) о признании утратившей право пользования жилой площадью и выселении.

В обоснование требований указано, что в квартире № <адрес изъят> г.Казани проживали и были зарегистрированы отец истца - ФИО6 со своей супругой - ФИО2 Отец истца в 2015 году подарил указанную квартиру дочери.

ФИО2 28.04.2015 года продала квартиру, принадлежащую ей на праве собственности и расположенную по ул.<адрес изъят> своей племяннице ФИО4 После того, как ФИО6 умер в марте 2018 года, ответчик истца в квартиру не пускает.

Считая, что ответчик продала свою квартиру с целью исключить возможность выселения ее из квартиры на ул. ФИО13, принадлежащей истцу, просит признать ФИО2 утратившей право пользования квартирой № <адрес изъят> г.Казани, снять ее с регистрационного учета и выселить из квартиры, а также признать договор купли – продажи квартиры от 17.04.2015, заключенный между ФИО2 и ФИО4 недействительным.

Ответчик ФИО2 подала встречный иск к ФИО5 о признании права на проживание, признании договора дарения недействительным, в обоснование требований указав, что ранее, до договора дарения, ФИО6 писал завещание, в котором также завещал квартиру дочери, но при этом обязывал дочь обеспечить его жене возможность пожизненного проживания в данной квартире.

Считает, что ФИО6 квартиру дочери не дарил, потому что в регистрационной палате в 2015 году он не был, так как болел. В силу возраста (90 лет) он не понимал смысла своих действий, поэтому все действия должны были происходить с ее участием. У него было плохое зрение, плохой слух. Право на проживание в указанной квартире ФИО2 приобрела до приватизации ФИО6 квартиры, которую государство предоставило для проживания семьи (ее и мужа).

ФИО2 просит признать за ней право на проживание в квартире № <адрес изъят> г.Казани, признать договор дарения недействительным, в удовлетворении первоначального иска отказать.

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить иск. В удовлетворении встречного иска просил отказать.

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать, встречный иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО4 первоначальные исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать. Встречный иск поддержал. Пояснил, что племянница ФИО2 приобрела у нее квартиру, заплатила за нее, оснований для признания сделки недействительной не имеется.

Прокурор, вступивший в процесс по правилам части 3 статьи 45 ГПК РФ, дал заключение об обоснованности требований о выселении ФИО2 и просил удовлетворить иск, предоставив ей отсрочку исполнения решения в разумных пределах.

Рассмотрев первоначальные исковые требования, встречные требования, и их основания, исследовав содержание доводов сторон, мнение прокурора, оценив доказательства в их совокупности и установив нормы права, подлежащие применению в данном деле, суд приходит к следующему.

В силу статьи 209 ЖК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Статьей 304 ГК РФ предусмотрено, что собственник вправе требовать устранения всяких нарушений своего права, хотя бы эти нарушения не были связаны с лишением владения.

Частью 2 статьи 292 ГК РФ установлено, что переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Пунктом 1 статьи 35 ЖК РФ, пунктом 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 г. № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", предусмотрено, что в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещения, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Статьей 2 Закона Российской Федерации от 25.06.1993 № 5292-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и места жительства в пределах Российской Федерации» установлено, что место жительства – жилой дом, квартира, служебное жилое помещение, специализированные дома (общежитие, гостиница-приют, дом маневренного фонда, специальный дом для одиноких престарелых, дом-интернат для инвалидов, ветеранов и другие), а также иное жилое помещение в котором гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору аренды либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Согласно подпункту «е» пункта 31 Правил регистрации граждан и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации и перечня должностных лиц, ответственных за регистрацию, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17.07.1995 № 713, в случае выселения из занимаемого жилого помещения или признания утратившим право пользования жилым помещением – на основании вступившего в силу решения суда органами регистрационного учета производится снятие гражданина с регистрационного учета.

Неотъемлемое право каждого человека на жилище закреплено в статье 40 Конституции РФ и реализуется при условии свободы выбора человеком места жительства (часть 1 статьи 27 Конституции РФ). Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Недопустимость произвольного лишения жилища является также одним из основных принципов жилищного законодательства (статья 3 ЖК РФ). Принцип недопустимости произвольного лишения жилища предполагает, что никто не может быть выселен из жилого помещения или ограничен в праве пользования им, в том числе в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищным кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами (часть 4 статьи 3 ЖК РФ, пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации»).

Пунктом 1 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

По смыслу общего правила распределения бремени доказывания, закрепленного частью первой статьи 56 ГПК РФ, обстоятельства, на которые лицо, участвующее в деле, ссылается как на основание своих требований и возражений, должны быть доказаны самим этим лицом.

Судом установлено и никем не оспаривается, что в квартире № <адрес изъят> г.Казани проживали и были зарегистрированы отец истца - ФИО6 со своей супругой - ФИО2, брак между ними был заключен 05.07.1996 года (л.д.36).

19.07.2010 года ФИО6 составил завещание, в котором все свое имущество, в том числе квартиру, находящуюся по адресу: РТ, г.Казань, ул.<адрес изъят> завещал своей дочери ФИО5; также на ФИО5 была возложена обязанность предоставить право пожизненного проживания и пользования указанной квартирой женой ФИО6 – ФИО2

30 марта 2015 года ФИО6 подарил квартиру, находящуюся по адресу: РТ, г.Казань, <адрес изъят> своей дочери ФИО5, что подтверждается договором дарения квартиры, свидетельством о государственной регистрации права от 20.04.2015 года (л.д.5, 6).

На основании договора купли – продажи квартиры от 17.04.2015 года ФИО2 продала свою квартиру, находящуюся по адресу: РТ, г.Казань, <адрес изъят> своей племяннице ФИО4, свидетельство о государственной регистрации права от 29.04.2015 года (л.д.21, 26).

ФИО6 умер в марте 2018 года.

Определением суда от 14 августа 2018 года по ходатайству ответчика была назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. В.М.Бехтерева Министерства здравоохранения Республики Татарстан» на предмет определения состояния здоровья ФИО6; мог ли он в силу возраста и наличия заболеваний органов зрения и слуха понимать значение своих действий и руководить ими.

Эксперты ГАУЗ РКПБ МЗ РФ пришли к выводу о наличии у ФИО6 психического расстройства в форме органического расстройства личности, выраженного психоорганического синдрома (код <данные изъяты>), что помешало ему понимать значение своих действий и руководить ими при заключении договора дарения.

Представитель истца в судебном заседании не согласился с результатами заключения экспертизы, заявил ходатайство о назначении повторной судебной посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, производство которой поручить другому экспертному учреждению, другому эксперту.

Суд ходатайство о назначении повторной экспертизы удовлетворил, поскольку имелись основания сомневаться в достоверности экспертизы.

В частности эксперты сослались в своем заключении на обстоятельства, которые не были исследованы судом, а именно на письменные пояснения ФИО7 и ФИО8.

Данные пояснения не принимались судом в ходе судебного разбирательства и не направлялись судом на экспертизу. Гражданское дело было приостановлено в августе 2018 года, письменные пояснения же датированы 25 ноября 2018 года. При этом эксперты не запрашивали эти пояснения у суда, как дополнительный материал. Происхождение и нахождение данных пояснений у экспертов неизвестно.

Определением суда от 13 февраля 2019 года была назначена повторная посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в ФГБУ «НМИЦ» ПН им. В.П.Сербского г. Москва на предмет определения состояния здоровья ФИО6; мог ли он в силу возраста и наличия заболеваний органов зрения и слуха понимать значение своих действий и руководить ими.

Согласно заключению судебной комплексной психолого – психиатрической комиссии экспертов № 133/з от 04 апреля 2019 года ФИО6 в юридически значимый период, относящийся к составлению и подписанию договора дарения (30.03.2015г.), каким-либо психическим заболеванием, которое лишало бы его способности понимать значение своих действий и руководить ими, не страдал. У ФИО6 в интересующий суд период обнаруживалось «Легкое когнитивное расстройство в связи с сосудистым заболеванием головного мозга» (<данные изъяты>)». Об этом свидетельствуют данные материалов гражданского дела и медицинской документации о многолетнем течении у подэкспертного гипертонической болезни, ишемической болезни сердца и мозга, общего атеросклероза, обусловивших формирование церебрастенической симптоматики (общая слабость, головные боли, головокружение, повышенная утомляемость), что сопровождалось неврологической симптоматикой (вестибуло-атактический синдром с двигательными и координаторными нарушениями), прогрессирующим снижением памяти, постепенным снижением зрения и слуха. Однако в психическом состоянии ФИО6 не отмечалось отрицательной динамики, как следует из ежегодных осмотров врачей поликлиники и показаний ряда свидетелей, в юридически значимый период он был в ясном сознании, полностью ориентирован, по существу формулировал свои жалобы, поддерживал адекватный речевой контакт с окружающими, был способен к самостоятельному социальному функционированию - понимал свое состояние, осмысленно принимал участие в терапевтических мероприятиях, в том числе, он самостоятельно давал свое согласие на медицинские манипуляции, поддерживал отношения с лицами ближайшего окружения, оценивал характер этих взаимоотношений. Действия ФИО6 носили целенаправленный характер (соответствовали высказываемым им ранее намерениям о передаче квартиры дочери и носили целенаправленный характер: он самостоятельно участвовал в составлении и подписании договора дарения, понимал социальные и правовые последствия своих действий, их внутреннее смысловое содержание). Кроме того, как показал анализ медицинской документации, в интересующий суд период у ФИО6 не отмечалось грубого интеллектуально-мнестического снижения, расстройства сознания, психотической симптоматики (бреда, галлюцинаций и проч.), нарушения критических способностей, поэтому по своему психическому состоянию ФИО6 в момент составления и подписания договора дарения 30.03.2015г., мог понимать значение и руководить ими.

Психологический ретроспективный анализ материалов гражданского дела и приобщенной к нему медицинской документации показал, что ФИО6 на момент составления и подписания договора дарения от 30.03.2015 г. не обнаруживал выраженных нарушений психической деятельности, которые могли бы препятствовать осознанного-волевой регуляции его действий, а имеющиеся у него физические недостатки в виде сенсорных дефектов (снижение зрения и слуха) не препятствовали правильному восприятию и оценке ситуации совершаемой сделки. Действия ФИО6 по распоряжению принадлежавшей ему квартирой характеризовались целенаправленностью, психологически адекватной мотивацией, сохранным контролем своего поведения и прогнозом как непосредственных, так и отдаленных результатов совершаемой сделки.

Судом данное заключение принимается как относимое и допустимое доказательство.

Доводы представителя ответчика о написанном ранее завещании, в котором ФИО9 завещал квартиру дочери, но с условием сохранения за ФИО2 права пожизненного проживания, не могут быть приняты во внимание, поскольку после его составления, при жизни ФИО9 он распорядился своей квартирой без каких-либо условий, подарив ее своей дочери – ФИО5

Доводы о праве ФИО2 проживать в спорной квартире, поскольку она была получена на супругов совместно, несостоятельны.

Как следует из материалов дела, ордер на жилое помещение был получен единолично ФИО6 11 мая 2000 года, на него одного (л.д. 84).

ФИО2 зарегистрирована в спорной квартире 16 марта 2005 года.

В заявлении на приватизацию квартиры от 18 марта 2005 года доля ФИО6 указана, как целая «1» (л.д. 35).

В свидетельстве о праве собственности ФИО6 также указан, как собственник, сведений о долевой или совместной собственности с ФИО2 не имеется.

Оснований сомневаться в заключении повторной экспертизы у суда не имеется, поскольку она согласуется с материалами дела, показаниями свидетелей, допрошенных в судебном заседании.

Так, свидетели ФИО10 (сноха ФИО6) и ФИО11 (сына ФИО6) дали аналогичные показания о том, что ФИО6 до 63 лет ездил сам за рулем, машину свою продал только в 2013 году. Каких-либо проблем с психическим здоровьем у него не было, ничем серьезным не болел, только в конце жизни болели ноги и плохо ходил после падения в 2017 году.

Свидетель ФИО12 (бывший начальник и друг ФИО6) пояснил, что квартиру№ <адрес изъят> ФИО9 получил, как фронтовик, с условием, что ее нельзя будет приватизировать. Через Верховный суд впоследствии дали возможность приватизировать эту квартиру и ФИО9 ее приватизировал на себя. У ФИО2 была квартира своя отдельная, в ней она не жила, сдавала ее. На юбилее ФИО9 в 2015 году они разговорились насчет квартиры, ФИО9 сказал, что хочет отписать квартиру на ФИО13 своей дочери – Бойковой, поскольку у двоих сыновей квартиры есть свои.

О допросе иных свидетелей никто из сторон не ходатайствовал.

В силу принципа состязательности и равноправия сторон при осуществлении правосудия по гражданским делам каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1 статьи 12, часть 1 статьи 56 ГПК РФ).

В данном случае истцом по встречному иску не доказано, что при заключении сделки – договора дарения, ФИО6 не понимал значения своих действий и не мог руководить ими.

Доводы о наличии у ФИО6 заболеваний («Легкое когнитивное расстройство в связи с сосудистым заболеванием головного мозга» (<данные изъяты>»), не могут служить основанием к признанию сделки недействительной, поскольку по заключению судебной экспертизы данные заболевания не оказывали влияние на психику ФИО6 и не препятствовали ему в понимании своих действий.

Поскольку оснований для признания недействительным договора дарения нет, требование о признании права на проживание также удовлетворению не подлежит.

При изложенных обстоятельствах, учитывая право собственника на пользование и распоряжение своим имуществом, требования истца о признании утратившей право пользования ответчика и ее выселении подлежит удовлетворению.

Вместе с тем, оценивая доказательства в их совокупности, исходя из принципа разумности и справедливости, в целях обеспечения баланса интересов сторон, руководствуясь внутренним убеждением, суд в соответствии с частью 1 статьи 7 ЖК РФ применяет по аналогии закона часть 4 статьи 31 ЖК РФ, согласно которой, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда.

Учитывая возраст ответчика, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, суд считает необходимым сохранить за ответчиком ФИО2 право пользования жилым помещением до 01 октября 2019 года.

Исковые требования о признании недействительным договора купли-продажи от 17.04.2015 года, заключенный между ФИО2 и ФИО4 удовлетворению не подлежат, поскольку ФИО5 стороной данной сделки не является, ее права не затрагиваются.

Встречные исковые требования удовлетворению не подлежат, как взаимоисключающие с первичными требованиями.

По общему правилу, предусмотренному частью 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

На ответчика ФИО2 возложена оплата посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы в ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. В.М.Бехтерева Министерства здравоохранения Республики Татарстан» в сумме 19 тысяч рублей.

В настоящее время решить вопрос о возмещении судебных расходов на проведение повторной экспертизы не представляется возможным, так как в деле отсутствуют сведения о сумме, уплаченной за нее.

При обращении в суд ФИО5 уплатила государственную пошлину в соответствии с требованиями законодательства о налогах и сборах в размере 300 рублей, которые подлежат возврату в пользу истца с ответчика ФИО2

При изложенных обстоятельствах первоначальные исковые требования подлежат удовлетворению частично, а во встречном иске необходимо отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Иск Г.Г. к Н.А. о признании утратившей право пользования жилой площадью и выселении, к Р.А. о признании договора купли – продажи квартиры от 17.04.2015 года недействительным – удовлетворить частично.

Сохранить за Н.А. право пользования квартирой № <адрес изъят> г.Казани до 01 октября 2019 года.

По истечении указанного срока признать Н.А. утратившей право пользования и выселить ее из квартиры № <адрес изъят> г.Казани, а также снять Н.А. с регистрационного учета по указанному адресу.

В остальной части отказать.

Встречный иск Н.А. к Г.Г. о признании права на проживание, признании договора дарения недействительным оставить без удовлетворения.

Взыскать с Н.А. в пользу Г.Г. возврат государственной пошлины 300 рублей.

Взыскать с Н.А. в пользу ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. В.М.Бехтерева Министерства здравоохранения Республики Татарстан» 19 тысяч рублей за производство посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Советский районный суд города Казани в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Губаева Д.Ф.

Мотивированное решение в соответствии с частью 2 статьи 199 ГПК РФ составлено 13.05.2019 года