Апелляционное определение № 33-10984/2025 33-897/2026 от 25 мая 2026 г.

Судья Лазарева Е.А. УИД 38RS0036-01-2025-003964-43

Судья-докладчик Давыдова О.Ф. № 33-897/2026 (33-10984/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 мая 2026 г. г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Давыдовой О.Ф.,

судей Красновой Н.С., Солодковой У.С.,

при ведении протокола помощником судьи Короленко Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3497/2025 по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «СТЭС» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «СТЭС»

на решение Свердловского районного суда г. Иркутска от 11 сентября 2025 г.,

УСТАНОВИЛА:

ООО «СТЭС» обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, расходов по оплате госпошлины, в обоснование указав, что между ООО «СТЭС» и ФИО1 в устной форме заключен договор оказания услуг маркетолога. В период времени с октября 2024 года по март 2025 года истцом на счет ФИО1 перечислены денежные средства в размере 380 000 руб. 03.04.2025 истцом в адрес ответчика направлены претензия с требованием предоставить документы либо иные доказательства, подтверждающие оказание ответчиком услуг маркетолога истцу. На момент подачи искового заявления в суд, ответчиком какие-либо доказательства, подтверждающие оказание последним услуг, не предоставлено.

Истец просил суд взыскать с ответчика в свою пользу неосновательное обогащение в размере 380 000 руб., расходы на оплату госпошлины в размере 12 000 руб.

Решением Свердловского районного суда г. Иркутска от 11.09.2025 исковые требования оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе представитель ООО «СТЭС» ФИО2 просит отменить решение суда, принять по делу новое решение. В обоснование указывает, что устный договор между истцом и ответчиком расторгнут в феврале 2025 г., стороны не оспаривают данный факт. Ответчик не представил доказательств исполнения обязательств по договору. Денежные средства, перечисленные в счет возмездного оказания услуг, могут быть взысканы с исполнителя как неосновательное обогащение, если услуги не оказаны по вине последнего.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель ФИО1 ФИО3 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание не явились: ответчик ФИО1 (электронное письмо вручено 21.05.2026; представитель ответчика подтвердил надлежащее извещение своего доверителя); информация о времени и месте судебного заседания размещена на сайте суда, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие лица, участвующего в деле, уведомленного о времени и месте судебного разбирательства.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Давыдовой О.Ф., пояснения представителя истца ООО «СТЭС» ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика ФИО1 ФИО3, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, допросив свидетелей, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

При рассмотрении дела установлено, что ФИО1 выставляла ООО «СТЭС» счета на оплату маркетинговых услуг № 000029906_2024 от 10.10.2024 на сумму 30 000 руб., № 000046326_2024 от 31.10.2024 на сумму 70 000 руб., № 000072070_2024 от 03.12.2024 на сумму 70 000 руб., № 000090852_2024 от 24.12.2024 на сумму 70 000 руб., № 000142503_2025 от 27.02.2025 на сумму 70 000 руб.

Согласно платежным поручениям № 117 от 28.10.2024 на сумму 30 000 руб., № 138 от 18.11.2024 на сумму 70 000 руб., № 159 от 13.12.2024 на сумму 70 000 руб., № 54 от 31.01.2025 на сумму 70 000 руб., № 74 от 13.02.2025 на сумму 70 000 руб., № 399 от 10.03.2025 на сумму 70 000 руб., ООО «СТЭС» произвело оплату ФИО1 по выставленным счетам с наименованием платежа: «оплата по счету… от … за маркетинговые услуги».

Таким образом, истец перевел ответчику денежные средства в общей сумме 380 000 руб.

Согласно ответу на претензию исх. № б/н от 17.04.2025 на вх. № 79 от 03.04.2025, направленному ФИО1 в адрес генерального директора ООО «СТЭС» Г.А.Н., ФИО1, осуществляющая деятельность на основании регистрации в налоговом органе в качестве самозанятой, оказывала маркетинговые услуги ООО «СТЭС» в период с 17.09.2024 по 28.02.2025, письменная форма сделки в виде подписания договора оказания услуг между заказчиком ООО «СТЭС» и исполнителем ФИО1 не соблюдена, обязанность исполнителя предоставить акты оказания услуг, руководствуясь принципом свободы договора, сторонами не согласована, денежные средства ООО «СТЭС» перечислялись ФИО1 в период с сентября 2024 по февраль 2025 по факту оказания услуг; в рамках действующего законодательства и отсутствия договорных обязательств предоставление актов оказания услуг не представляется возможным.

Как следует из копии протокола осмотра доказательств № 38АА 4693002 от 11.06.2025, заверенной нотариусом Иркутского нотариального округа Т.М.И., произведен осмотр информации с рабочего ноутбука ФИО1, а также ее телефонного аппарата. При осмотре ноутбука и телефона просмотрена переписка ФИО1 (имя аккаунта «Lyubov») с номером Номер изъят в мессенджере «Telegram», из которой усматривается, что между ответчиком и представителем ООО «СТЭС» проводилась рабочая переписка по предоставлению маркетинговых услуг в спорный период.

В отзыве на исковое заявление ФИО1 предоставляет сведения об оказанных услугах за период с 17.09.2024 по 28.02.2025 (детализация).

Оставляя исковые требования без удовлетворения, суд первой инстанции, правильно определив правоотношения сторон и нормы материального права, исходил из того, что ответчиком исполнялись обязательства по устному договору об оказании маркетинговых услуг истцу, перечисления были осуществлены целенаправленно, в каждом платежном поручении указано назначение платежа, в связи с чем пришел к выводу о том, что денежные средства истцом перечислялись в качестве расчета за выполненные ответчиком услуги.

Выводы суда подробно мотивированы в решении, соответствуют содержанию доказательств, собранных и исследованных в соответствии со ст.ст. 56, 67 ГПК РФ, основаны на правильном толковании и применении норм материального права, не вызывают у судебной коллегии сомнений в их законности и обоснованности.

Доводы апелляционной жалобы представителя ООО «СТЭС» ФИО2 о том, что ответчик не представил доказательств оказания исполнения обязательств по договору оказания услуг направлены на переоценку доказательств по делу, в связи с чем не являются основанием для отмены решения суда.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 1103 ГК РФ нормы о неосновательном обогащении субсидиарно применяются также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке, об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения, к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством и к требованиям о возмещении вреда, в том числе причинённого недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Как следует из ст. 1109 ГК РФ, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки; денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица; приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, ни на ином правовом основании, то есть происходит неосновательно.

При этом при наличии договорных отношений между сторонами возможность применения такого субсидиарного способа защиты, как взыскание неосновательного обогащения, ограничивается случаями, когда такое обогащение, приведшее к нарушению имущественных прав лица, не может быть устранено с помощью иска, вытекающего из договора.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца, и указать причину, по которой в отсутствие правовых оснований произошло приобретение ответчиком имущества за счет истца или сбережение им своего имущества за счет истца. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги

В силу положений ст. 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг. В случае невозможности исполнения, возникшей по вине заказчика, услуги подлежат оплате в полном объеме, если иное не предусмотрено законом или договором возмездного оказания услуг. В случае, когда невозможность исполнения возникла по обстоятельствам, за которые ни одна из сторон не отвечает, заказчик возмещает исполнителю фактически понесенные им расходы, если иное не предусмотрено законом или договором возмездного оказания услуг.

Поскольку судом первой инстанции при подготовке дела к судебному разбирательству юридически значимые обстоятельства определены не в полном объеме, бремя доказывания не распределено, по делу проведена дополнительная подготовка, истцу предложено представить доказательства, подтверждающие приобретение или сбережение денежных средств ответчиком за счёт истца, доказательства недобросовестного поведения лица, необоснованно получившего денежные средства с учетом условий договора оказания услуг, доказательства наличия правоотношений по договору оказания услуг, согласованного между сторонами, ответчику предложено представить доказательства, подтверждающие наличие между сторонами соглашений, определяющих условия устного договора возмездного оказания услуг (объём, сроки, стоимость), доказательства фактического оказания услуг, их объем и стоимость, доказательства наличия законных оснований для сбережения денежных средств либо наличия обстоятельств, при которых денежные средства в силу закона не подлежат возврату, представить доказательства отсутствия основания для возврата полученных за оказание услуг денежных средств.

Во исполнение определения представителем ФИО1 – ФИО3 заявлено ходатайство о допросе свидетелей.

В суде апелляционной инстанции допрошен свидетель П.Е.Н., которая работала в ООО «СТЭС» руководителем отдела продаж с января 2024 г. по апрель 2025 г. (запись в трудовой книжке, подтверждено представителем ООО «СТЭС»), она пояснила, что с ФИО1 она работала в ООО «СТЭС», ФИО1 была маркетологом на основании устного договора, управляла процессом маркетинга, формировала маркетинговый план, занималась обработкой входящих лидов, изучала источники, делала анализ, они взаимодействовали по вопросам маркетинга, по рабочим вопросам общались в битриксе. Результат работы ФИО1 представлялся на общих планерках, П.Е.Н. непосредственно работала с ФИО1 над тем, как эффективнее продвигать продукт компании, правоотношения фирмы с ФИО1 прекратились в феврале 2025 года, поскольку организация не готова была финансово продолжать сотрудничество.

Свидетель Л.В.И. пояснила суду апелляционной инстанции, что работала в ООО «СТЭС» с мая 2023 года по апрель 2025 года директором по персоналу (подтверждено записью в трудовой книжке, представителем ООО «СТЭС»), где и познакомилась с ФИО1, которая оказывала услуги маркетолога на основании устного договора, перед ФИО1 ставились задачи отделом маркетинга, ее работу принимал коммерческий директор. На маркетинг делался очень большой акцент, поэтому в компании постоянно слышали о том, что они взаимодействуют, выполняя какие-то работы. ФИО1 должна была обучить маркетолога, у которой не хватало базы знаний в части аналитики. В феврале в фирме была стратегическая сессия, после этого она встречалась с ФИО1, у них была задача сделать профиль компетенции, после этого отношения между ФИО1 и ООО «СТЭС» закончились.

Также судом апелляционной инстанции из Свердловского районного суда г. Иркутска истребовано гражданское дело № 2-4444/2025 по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «СТЭС» о признании факта трудовых отношений.

Согласно представленному делу, решением Свердловского районного суда г. Иркутска от 04.02.2025 исковые требования ФИО1 к ООО «СТЭС» об установлении факта трудовых отношений, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, возложении обязанности произвести необходимые отчисления, компенсации морального вреда оставлены без удовлетворения.

Из решения суда по гражданскому делу № 2-4444/2025 от 04.02.2025, вступившим в законную силу 19.03.2026, следует, что представитель ООО «СТЭС» ФИО2 пояснил, что между сторонами фактически сложились гражданско-правовые отношения, при этом денежные средства перечислялись истцу по факту оказания ею услуг.

Также согласно данному решению суда, допрошенная в ходе рассмотрения дела свидетель П.Н.Ю. пояснила, что она с октября 2024 года по февраль 2025 года работала в ООО «СТЭС» в должности директолога, с ФИО1 знакома, они вместе работали в одном отделе, ФИО1 была маркетологом, работали они удаленно, но все общались в рабочих чатах.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Таким образом, совокупностью представленных доказательств установлено, что ФИО1 в период с сентября 2024 по февраль 2025 года за маркетинговые услуги ООО «СТЭС» перечисляло денежные средства, вместе с тем, письменный договор оказания услуг между сторонами не заключался, что не отрицалось лицами, участвующими в деле, подтверждается показаниями свидетелей, а также вступившим в законную силу решением суда.

Из пояснений, данных представителем ООО «СТЭС» ФИО2 в рамках рассмотрения гражданского дела № 2-4444/2025, следует, что денежные средства перечислялись ФИО1 по факту оказания ею услуг. При этом, каждое перечисление ответчику сумм основано выставленным ею счетом за маркетинговые услуги.

Таким образом, истец, указывая на то, что фактически никакие услуги со стороны ответчика ему не оказаны, ежемесячно, в период с октября 2024 по март 2025 года, оплачивал сумму по выставленному ответчиком счету за маркетинговые услуги, и, при указанных в иске обстоятельствах - зная о факте неоказания услуг за предшествующий месяц, оплачивал счета за последующий, то есть производил оплату при отсутствии как договора на оказание маркетинговых услуг, определяющего соответствующие условия, так и акта приема-передачи выполненных услуг.

В силу п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п.п.3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как следует из положений ст. 8 ГК РФ, права и обязанности возникают из сделок, а также иных действий граждан и юридических лиц.

То есть, участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно при установлении гражданских прав, в том числе при заключении договора и определении его условий, и не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения. В случае несоблюдения данного запрета суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункты 3 - 4 статьи 1, пункты 1 - 2 статьи 10 ГК РФ).

Принимая во внимание вышеизложенные нормы права, учитывая установленные по делу обстоятельства, поскольку истец, по собственному усмотрению реализуя свои права заключил устный договор с ответчиком, производил ежемесячную оплату по выставленным счетам, не представил доказательства тех его условий (объема, характера затребованных к исполнению услуг), невыполнение которых могут являться основанием для удовлетворения иска полностью или в части, при этом ответчиком доказано выполнение услуг маркетолога, и суд лишен возможности установить насколько объем выполненных услуг соответствует объему затребованных истцом от исполнителя по договору услуг, а оснований полагать, что денежные средства были зачислены ФИО1 в качестве авансовых платежей, при указании представителем истца в другом деле на то, что денежные средства перечислялись по факту оказанных услуг, не имеется, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения иска.

Апелляционная жалоба не содержит иных доводов, влекущих отмену судебного постановления, в связи с чем, решение суда, проверенное в силу ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, является законным и обоснованным и отмене не подлежит, а апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Свердловского районного суда г. Иркутска от 11 сентября 2025 г. по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судья-председательствующий О.Ф. Давыдова

Судьи Н.С. Краснова

У.С. Солодкова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 3 июня 2026 г.