Апелляционное определение № 33-1850/2026 от 20 апреля 2026 г.

ИИ помощник КонсультантПлюс для юриста

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0022-01-2025-003999-79 33-1850/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ


г. Белгород 21 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

председательствующего Иконникова А.А.,

судей Богониной В.Н., Кучменко Е.В.,

при ведении протокола помощником судьи Красновой И.Е.,

и секретарем Липовской Д.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Белгородской области в интересах Российской Федерации в лице уполномоченного органа - ФССП России к ФИО1, ФИО2, ООО «БелИнвест» о взыскании в солидарном порядке в доход Российской Федерации денежных средств

по апелляционному представлению прокурора Белгородской области

на решение Свердловского районного суда г. Белгорода от 22 декабря 2025 года

Заслушав доклад судьи Богониной В.Н., объяснения прокурора Пустоваловой С.Ю., поддержавшей доводы, изложенные в представлении прокурора, представителей ответчика ФИО1 – адвоката Кудинова Б.М., представителя ФИО2 и ООО «БелИнвест» - ФИО3, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, представителя третьего лица Министерства финансов Российской Федерации ФИО4, считавшей, что представление прокурора подлежит удовлетворению, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

прокурор Белгородской области в интересах Российской Федерации обратился с иском к ФИО1, ФИО2, ООО «БелИнвест», в котором просил взыскать в солидарном порядке с ответчиков в доход Российской Федерации в лице уполномоченного органа – ФССП России денежные средств в размере 66 583 170,94 руб. В обоснование заявленных требований истец указал, что прокуратурой Белгородской области установлены факты коррупционного обогащения лица, занимающего публично значимую должность через взаимодействие с учредителем и руководителем коммерческой организации при заключении и выполнении государственных контрактов на поставку медицинских изделий. Так, ФИО1, являясь <данные изъяты>, в нарушение статей 6, 8, 12 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», пункта 1 части 1 статьи 3 Федерального закона от 18 июля 2011 года №223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» и пункта 2 части 1 статьи 17 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции», статьи 74 Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», должностных инструкций (п. 1.8 Раздела I, Раздела II, Раздела III), используя свое служебное положение, незаконно предоставляла учредителю и генеральному директору ООО «БелИнвест» ФИО2 необоснованное преимущество при участии указанного Общества в электронных аукционах на поставку медицинских изделий, ограничивая конкуренцию между участниками закупок в нарушение вышеуказанных требований Федеральных законов. ФИО2, обладая необходимой информацией, предоставлял ФИО1 описания объектов закупок (технические задания, спецификации), содержащие характеристики продукции, требуемые заказчиком (Белгородской областной больницей) для нужд руководимой ФИО1 <данные изъяты>, максимально близкие к характеристикам продукции, реализуемой ООО «БелИнвест», а также адреса электронной почты компаний, указываемых ФИО2, для направления на них запросов о получении коммерческих предложений с целью установления начальной максимальной цены контракта, выгодной Н.А.АБ., тем самым необоснованно ограничивая конкуренцию по отношению к участникам предстоящей закупки путем создания преимущественных условий участия ООО «БелИнвест» в торгах посредством доступа к информации, свободный доступ до момента начала проведения торгов к которой, отсутствовал. В результате указанных преступных действий ФИО1 в период с <данные изъяты> между ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» и ООО «БелИнвест» для обеспечения деятельности <данные изъяты> Белгородской областной больницы были заключены 41 государственный контракт на закупку товаров, на общую сумму 62 418 771,36 руб. и 13 договоров на закупку товаров на общую сумму 4 214 819,28 руб., в ходе исполнения которых, ФИО1 обеспечила беспрепятственную приемку товаров, что подтверждается соответствующими актами приема-передачи. ФИО1, в период с <данные изъяты> года, лично получила вознаграждение от учредителя и генерального директора ООО «БелИнвест» ФИО2 в виде имущества и незаконного оказания ей услуг имущественного характера на общую сумму 1244 727 руб. ООО «БелИнвест», его владелец и руководитель ФИО2, воспользовались служебным положением и покровительством ФИО5, полученные незаконные доходы направляли на развитие и привлечение активов своих бизнес-структур, а также приобретение личного дорогостоящего имущества. Данные обстоятельства установлены приговором Октябрьского районного суда г. Белгорода от 26 марта 2024 года в отношении ФИО1, апелляционным определением Белгородского областного суда от 22 мая 2024 года и определением судебной коллегии по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 10 сентября 2024 года. Истец полагал, что сумма всех государственных контрактов и договоров в размере 66 583 170,94 руб., заключенных между ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» и ООО «БелИнвест» является незаконным доходом, ссылаясь на положения статей 10, 13, 13.3, 14 Федерального закона от 25 декабря 2008 года №273-ФЗ «О противодействии коррупции», статью 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит о его взыскании с ответчиков в солидарном порядке. Также указал, что учредителем ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» является публично-правовое образование – Белгородская область. ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» выполняет публично-значимые функции в сфере здравоохранения за счет бюджетного финансирования. <данные изъяты> является подразделением ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа». Таким образом, ФИО1 занимала должность в государственном бюджетном учреждении, осуществляющем публичные функции в сфере здравоохранения. ФИО1 и ФИО2 совершили коррупционные преступления, предусмотренные статьей <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации. Следовательно, в силу части 1 статьи 13 Федерального закона от 25 декабря 2008 года №273-ФЗ «О противодействии коррупции», ФИО1 и ФИО2 несут гражданско-правовую ответственность за их совершение (т. 3 л.д. 105-111).

Решением Свердловского районного суда г. Белгорода от 22 декабря 2025 года в удовлетворении исковых требований прокурора Белгородской области в интересах Российской Федерации в лице уполномоченного органа – ФССП России к ФИО1, ФИО2, ООО «БелИнвест» о взыскании в солидарном порядке в доход Российской Федерации денежных средств – отказано.

В апелляционном представлении прокурор Белгородской области В.И. Торговченков ставит вопрос об отмене решения суда и принятии по делу нового решения, которым просит исковые требования прокурора Белгородской области удовлетворить в полном объеме, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В возражениях на апелляционное представление представитель ООО «БелИнвест» и ФИО2 В. ФИО3 просит отказать в удовлетворении апелляционного представления прокуратуры Белгородской области в полном объеме. Оставить в силе решение Свердловского районного суда г. Белгорода.

В возражениях на апелляционное представление прокурора Белгородской области представитель ФИО1 – Б.ФИО6 полагает, что апелляционное представление прокурора не подлежит удовлетворению.

В суд апелляционной инстанции не явились: представитель ФССП России, ответчики: ФИО1, ФИО2, представители третьих лиц ОГУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа», Министерства финансов РФ, Управления Федерального казначейства по Белгородской области, о дне, месте и времени рассмотрения апелляционного представления извещены своевременно и надлежащим образом, что подтверждается явочным листом дела № 33-1850/226 от 21 апреля 2026 года.

Изучив материалы дела, выслушав явившихся лиц, обсудив доводы апелляционного представления прокурора Белгородской области, возражений ответчиков на апелляционное представление, исследовав новые доказательства, судебная коллегия пришла к следующему.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска прокурору, руководствуясь положениями статьи 1 Конституции Российской Федерации, Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года №26-П «По делу о проверке конституционности подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции», Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», Федерального закона от 18 июля 2011 года №223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», суд первой инстанции исходил из того, что ни ФИО1, ни Н.А.АВ. не обладали функцией публичного лица или должностного лица в государственной, муниципальной службах, в связи с чем они не подлежат привлечению к гражданско-правовой ответственности по статье 235 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом суд указал, что все государственные контракты и договоры на закупку товаров, заключенные между ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иосафа» и ООО «БелИнвест», отраженные в расчете, фактически исполнены, никем не оспорены, равно как и результаты публичных торгов, претензий к качеству товаров заказчиком не предъявлялось, что прокурором не представлено доказательств принадлежности указанного в иске имущества кому-либо из ответчиков, приобретение его в отчетном периоде, доказательств, подтверждающих действительную стоимость этого имущества, факт превышения стоимости этого имущества по отношению к совокупному доходу ответчиков за три последних года, предшествующих отчетному периоду, а также материалы, свидетельствующие о соблюдении при осуществлении контроля за расходами процедуры, установленной Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».

Судебная коллегия полагает, что обжалуемое судебное постановление принято с существенным нарушением норм права и согласиться с ним нельзя по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 1 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» Российская Федерация является правовым государством, которое относит коррупцию к числу нетерпимых явлений, признает незаконными все формы ее проявления, на основании принципа неотвратимости каждого преследует и привлекает к ответственности за совершение коррупционных правонарушений.

Под коррупцией понимаются действия по злоупотреблению служебным положением, даче взятки, получению взятки, злоупотреблению полномочиями, коммерческому подкупу либо иному незаконному использованию физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде имущества или услуг имущественного характера для себя, третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды другими физическими лицами, в том числе совершение этих деяний от имени или в интересах юридического лица (статья 1 ФЗ от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции»).

За совершение коррупционных правонарушений установлена ответственность физических и юридических лиц. Они несут уголовную, административную, гражданско-правовую и дисциплинарную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (статьи 13 и 14 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции»).

По смыслу положений статей 10, 13 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» к числу выгодоприобретателей от коррупционной деятельности относятся, в том числе, граждане и организации, связанные с должностным лицом имущественными, корпоративными или иными отношениями.

В силу частей 1 и 2 статьи 10 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» под конфликтом интересов в настоящем Федеральном законе понимается ситуация, при которой личная заинтересованность (прямая или косвенная) лица, замещающего должность, замещение которой предусматривает обязанность принимать меры по предотвращению и урегулированию конфликта интересов, влияет или может повлиять на надлежащее, объективное и беспристрастное исполнение им должностных (служебных) обязанностей (осуществление полномочий).

В части 1 настоящей статьи под личной заинтересованностью понимается возможность получения доходов в виде денег, иного имущества, в том числе имущественных прав, услуг имущественного характера, результатов выполненных работ или каких-либо выгод (преимуществ) лицом, указанным в части 1 настоящей статьи, и (или) состоящими с ним в близком родстве или свойстве лицами (родителями, супругами, детьми, братьями, сестрами, а также братьями, сестрами, родителями, детьми супругов и супругами детей), гражданами или организациями, с которыми лицо, указанное в части 1 настоящей статьи, и (или) лица, состоящие с ним в близком родстве или свойстве, связаны имущественными, корпоративными или иными близкими отношениями.

Согласно частям 1, 2, 3 статьи 11 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» лицо, указанное в части 1 статьи 10 настоящего Федерального закона, обязано принимать меры по недопущению любой возможности возникновения конфликта интересов. Лицо, указанное в части 1 статьи 10 Федерального закона от 25 декабря 2008 года №273-ФЗ «О противодействии коррупции», обязано уведомить в порядке, определенном представителем нанимателя (работодателем) в соответствии с нормативными правовыми актами Российской Федерации, о возникшем конфликте интересов или о возможности его возникновения, как только ему станет об этом известно.

В качестве гражданско-правовой меры ответственности статьей 235 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность принудительного изъятия судом у собственника имущества, когда им не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения законным путем (подпункт 8 пункта 2).

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении 31 октября 2024 года № 49-П разъяснил, что акт коррупции является особенно опасным явлением и представляет собой конституционно-правовой деликт, посягающий на основы конституционного строя. Недопустимость совершения названного деликта очевидна для каждого лица, так как она вытекает из прямо и непосредственно действующих положений Конституции Российской Федерации, ее статей 1 (часть 1), 3 (часть 1), 15 (части 1 и 2), 18 и 19 (часть 1).

Из этого социально-правового статуса коррупционных деликтов, как отметил орган конституционного контроля, следует лицо, что допустившее незаконное обогащение за счет использования должностного статуса, служебных полномочий или занятия публично значимой должности, привлекается и несет ответственность вне зависимости от наличия законодательных требований и ограничений, направленных на противодействие коррупции, а также специальных механизмов противодействия коррупции (пункт 2.1).

В силу требований Федерального закона от 25 декабря 2008 года №273-ФЗ «О противодействии коррупции», юридически обязывающие положения, согласно статьям 13 и 14 этого нормативного акта, распространяются не только на лиц, замещающих должности в органах государственной и муниципальной власти, но и на физических и юридических лиц, которые в случае совершения коррупционного правонарушения привлекаются к уголовной, административной, гражданско-правовой и дисциплинарной ответственности в соответствии с законодательством.

Однако данные требования закона в полной мере не учтены судом первой инстанции.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что приговором Октябрьского районного суда г. Белгорода от 26 марта 2024 года ФИО1, признана виновной в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением наказания <данные изъяты> В соответствии со статьей 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное ФИО1 <данные изъяты>.

Приговором установлено, что ФИО1, являясь <данные изъяты> ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», как руководитель структурного подразделения, являющегося потребителем продукции, осуществляла подготовку заявок на приобретение продукции с приложением к ним пояснительных записок о причинах и необходимости ее приобретения; спецификации или технического задания со ссылками на нормативную базу (при необходимости); должна прилагать не менее пяти электронных адресов потенциальных поставщиков продукции, а в случаях, когда инициатором закупки являлась <данные изъяты> областной больницы, она входила в состав аукционной комиссии и приемочной комиссии в качестве представителя данного структурного подразделения в силу занимаемого служебного положения.

В соответствии с приказом ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» от <данные изъяты> года № <данные изъяты> ФИО1 отвечала за подготовку заявок на осуществление закупок товаров <данные изъяты> при осуществлении закупок конкурентными способами определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) и осуществления закупок у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя).

Служебные записки, подготовленные ФИО1, являлись основанием для начала проведения процедуры закупок медицинских изделий. ФИО1 также предоставляла в отдел закупок областной больницы описание объекта закупки (техническое задание, спецификация) для оформления документации о закупке, которая утверждалась главным врачом Белгородской областной больницы, после чего размещалась в Единой информационной системе для проведения торгов.

Приказом ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» от <данные изъяты> года <данные изъяты> ФИО1 была назначена ответственным лицом для проведения процедуры торгов по направлению: <данные изъяты>

В соответствии с приказом ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» № <данные изъяты> от <данные изъяты> года ФИО1 входила в состав комиссии по принятию <данные изъяты>, как представитель инициатора закупки.

Приказом ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» от <данные изъяты> года № <данные изъяты> ФИО1 была включена в состав рабочей группы для ведения учета приема и контроля за исполнением контрактов на поставку <данные изъяты> на <данные изъяты> годы и на нее возложена обязанность отправления заявок поставщику по электронной почте, указанной в контракте.

Приказом ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» от <данные изъяты> года № <данные изъяты> ФИО1 включена в состав комиссии по принятию <данные изъяты> для <данные изъяты> поставляемых по контрактам (договорам), заключенным для нужд Белгородской областной больницы.

Статьей 6 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее по тексту – ФЗ «О контрактной системе закупок»), контрактная система в сфере закупок основывается на принципах открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков, стимулирования инноваций, единства контрактной системы в сфере закупок, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок.

Согласно статье 8 ФЗ «О контрактной системе закупок», контрактная система в сфере закупок направлена на создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок. Любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем). Запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок, операторами электронных площадок, операторами специализированных электронных площадок любых действий, которые противоречат требованиям настоящего Федерального закона, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 3 Федерального закона от 18 июля 2011 года №223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», при закупке товаров, работ, услуг заказчики руководствуются принципами информационной открытости закупки; равноправия, справедливости, отсутствия дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки; целевого и экономически эффективного расходования денежных средств на приобретение товаров, работ, услуг и реализации мер, направленных на сокращение издержек заказчика.

Пунктом 2 части 1 статьи 17 Федерального закона от 26 июля 2006 года №135-ФЗ «Озащите конкуренции» установлено, что при проведении торгов запрещаются действия, которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции, в том числе создание участнику торгов преимущественных условий участия в торгах, в том числе путем доступа к информации.

В соответствии со статьей 74 Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», вступившего в силу для данной нормы с 1 января 2012 года, медицинские работники не вправе принимать от организаций, занимающихся разработкой, производством и (или) реализацией медицинских изделий подарки, денежные средства (за исключением вознаграждений по договорам при проведении клинических испытаний медицинских изделий, вознаграждений, связанных с осуществлением медицинским работником педагогической и (или) научной деятельности).

Таким образом, <данные изъяты> ФИО1 обеспечивала возглавляемое ею подразделение необходимыми для выполнения <данные изъяты> с контролем их учета, расхода и списания, посредством формирования заявки, являющейся основанием для проведения электронных аукционов (торгов) на право заключения государственного контракта (договора) на поставку <данные изъяты>, и последующей приемки данных товаров, то есть являлась иным уполномоченным лицом, представляющим интересы заказчика в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных нужд, и лицом, осуществляющим приемку поставленных товаров, выполненных работ или оказанных услуг.

В период с <данные изъяты>, ФИО2, находясь в <данные изъяты>, являясь единственным учредителем и генеральным директором ООО«БелИнвест» с основным видом деятельности «Торговля оптовая изделиями, применяемыми в медицинских целях», желая увеличить прибыль от предпринимательской деятельности ООО «БелИнвест» путем заключения большего количества договоров на поставку товаров для обеспечения государственных нужд, решил заручиться поддержкой и общим покровительством по службе со стороны ФИО1 и предложил последней на систематической основе передавать ей незаконное вознаграждение в виде имущества, а также незаконного оказания услуг имущественного характера за совершение действий в его интересах и интересах представляемого им ООО «БелИнвест», выражавшихся в содействии и общем покровительстве по службе ФИО1 с целью обеспечения преимущества ООО «БелИнвест» в проводимых Белгородской областной больницей электронных аукционах (торгах) на закупку товаров <данные изъяты> для нужд <данные изъяты> областной больницы; создания ООО «БелИнвест» преимущественных условий участия в торгах путем доступа к информации ФИО2, как генеральному директору ООО «БелИнвест», о потребности <данные изъяты> Белгородской областной больницы в товарах, планируемых к размещению на аукционах, наименовании, перечне и объемах закупаемой продукции; установлении начальной максимальной цены контракта, выгодной ФИО2; беспрепятственную приемку поставляемых ООО«БелИнвест» <данные изъяты> для нужд <данные изъяты> Белгородской областной больницы.

Согласно достигнутой договоренности с указанного выше времени С.Л.ВБ., находясь на территории <адрес>, посредством личного общения, пересылки текстовых сообщений средствами мобильной связи, используя информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», в мессенджере «Whats App» (Вотс Апп), и электронной почты информировала ФИО2 о планируемой закупке товаров (<данные изъяты>) для нужд <данные изъяты> Белгородской областной больницы, их перечне и объемах, после чего получала от работников ООО «БелИнвест», действующих по указанию ФИО2 и неосведомлённых о договоренности между последним и ФИО1, описания объектов закупок (технические задания, спецификации), содержащие характеристики продукции, требуемые заказчиком (Белгородской областной больницей) для нужд руководимой ФИО1 <данные изъяты>, максимально близкие к характеристикам продукции, реализуемой ООО «БелИнвест», а также адреса электронной почты компаний, указываемых ФИО2, для направления на них запросов о получении коммерческих предложений с целью установления начальной максимальной цены контракта, выгодной ФИО2, тем самым необоснованно ограничивая конкуренцию по отношению к участникам предстоящей закупки путем создания преимущественных условий участия ООО«БелИнвест» в торгах посредством доступа к информации, свободный доступ до момента начала проведения торгов к которой отсутствовал.

После чего ФИО1 формировала заявки (служебные записки) на имя главного врача Белгородской областной больницы о необходимости организации электронного аукциона с приложением перечня необходимых к закупке товаров, их описания (технического задания, спецификация) и не менее пяти адресов электронной почты, полученных от ФИО2 и иных сотрудников ООО «БелИнвест».

На основании представленных ФИО1 документов, а также начальной максимальной цены контракта, установленной по результатам рассмотрения коммерческих предложений, на официальном сайте Единой информационной системы (ЕИС) в сфере закупок https://zakupki.gov.ru публиковался электронный аукцион, в котором участвовало ООО «БелИнвест» и было признано победителем.

После этого, в период с <данные изъяты> года, ФИО1, находясь на территории ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» по адресу: <адрес>, продолжая реализацию своего преступного умысла, действуя из корыстных побуждений, предоставляла ФИО2 информацию о планируемой закупке товаров (<данные изъяты>) для нужд <данные изъяты> Белгородской областной больницы, их перечне и объемах, посредством личного общения, пересылки текстовых сообщений средствами мобильной связи, используя информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», в мессенджере «Whats App» (Вотс Апп), и электронной почты.

После чего, аналогичным способом получала от работников ООО «БелИнвест», действовавших по указанию ФИО2 и неосведомленных об имеющейся у последнего договоренности со ФИО1 на предоставление Обществу преимуществ при участии в закупках, описания объектов закупок (технические задания, спецификации), содержащие характеристики продукции, требуемые заказчиком (областной больницей) для нужд руководимой ФИО1 <данные изъяты>, максимально близкие к характеристикам продукции, реализуемой ООО «БелИнвест», адреса электронной почты компаний, для направления запросов о получении коммерческих предложений с целью установления начальной максимальной цены контракта, выгодной ФИО2, тем самым необоснованно ограничивая конкуренцию по отношению к участникам предстоящей закупки путем создания преимущественных условий ООО «БелИнвест» в виде участия в торгах в качестве единственного поставщика, а также впоследствии осуществляла беспрепятственную приемку поставляемых ООО «БелИнвест» товаров в рамках заключенных государственных контрактов и договоров.

В результате вышеуказанных действий ФИО1 в период с <данные изъяты> года между ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» и ООО «БелИнвест» для обеспечения деятельности <данные изъяты> Белгородской областной больницы были заключены 41 государственный контракт на закупку товаров, на общую сумму 62 418 771,36 руб. и 13 договоров на закупку товаров на общую сумму 4 214 819,28 руб., в ходе исполнения которых ФИО1 обеспечила беспрепятственную приемку товаров.

В свою очередь, ФИО2 во исполнение ранее достигнутой со С.Л.ВБ. договоренности систематически передавал незаконное вознаграждение в виде иного имущества, а также незаконного оказания услуг имущественного характера, которым она распорядилась по своему усмотрению.

Таким образом, ФИО1 в период с <данные изъяты> года, являясь иным уполномоченным лицом, представляющим интересы заказчика в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных нужд и лицом, осуществляющим приемку поставленных товаров, выполненных работ или оказанных услуг для нужд <данные изъяты> ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», действуя с прямым умыслом, из корыстных побуждений, с целью незаконного обогащения, лично получила от учредителя и генерального директора ООО «БелИнвест» ФИО2 иное имущество и услуги имущественного характера на общую сумму 1 244 727 руб., за совершение незаконных действий в его пользу и представляемого им юридического лица, выражавшихся в заблаговременном предоставлении ФИО2 информацию о предстоящей закупке по приобретению для <данные изъяты> ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» товаров, в частности – сведения о характеристиках объекта закупки, с последующим получением от ФИО2 конкретных коммерческих предложений, являвшихся основанием для установления начальной максимальной цены контракта и иных условий закупки, обеспечивающих бесконкурентное участие ООО «БелИнвест» в торгах и признание Общества победителем по их результатам, а также за беспрепятственную приемку товара, поставляемого ООО «БелИнвест» в рамках заключенных государственных контрактов и договоров (т. 1 л.д. 31-41).

Апелляционным определением Белгородского областного суда от 22 мая 2024 года приговор Октябрьского районного суда г. Белгорода от 26 марта 2024 года оставлен без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя без удовлетворения (т. 1 л.д. 43-46).

Определением судебной коллегии по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 10 сентября 2024 года приговор Октябрьского районного суда г. Белгорода от 26 марта 2024 года и апелляционное определение Белгородского областного суда от 22 мая 2024 года в отношении ФИО1 оставлен без изменения, кассационное представление прокурора Белгородской области без удовлетворения (т. 1 л.д. 47-50).

Постановлением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 6 марта 2024 года уголовное преследование в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных пунктом <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено по основанию, предусмотренному <данные изъяты>

В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. При таком положении, суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешить вопрос лишь о размере возмещения.

Судебная коллегия считает, что в ходе судебного разбирательства нашел свое подтверждение факт совместного совершения ответчиками длящегося коррупционного правонарушения, поскольку в нарушение положений статей 10, 11 Федерального закона от 25 декабря 2008 года №273-ФЗ «О противодействии коррупции», статей 6, 8, 12 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», пункта 1 части 1 статьи 3 Федерального закона от 18 июля 2011 года №223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» и пункта 2 части 1 статьи 17 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции», статьи 74 Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», должностных инструкций (п. 1.8 Раздела I, Раздела II, Раздела III), ФИО1, используя свое служебное положение, незаконно предоставляла учредителю и генеральному директору ООО «БелИнвест» Н.А.АБ. необоснованное преимущество при участии указанного Общества в электронных аукционах на поставку медицинских изделий, ограничивая конкуренцию между участниками закупок, тем самым из нелегальных источников обогащала себя и других ответчиков, которые осознанно и целенаправленно становились выгодоприобретателями от коррупционного правонарушения, в связи с чем денежные средства, которые были оплачены по таким договорам и контрактам добыты коррупционным путем и подлежат обращению в доход Российской Федерации.

Вывод суда, а также доводы представителей ответчиков, что обращение имущества в доход Российской Федерации по основанию, закрепленному подпункте 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, возможно только в отношении лиц, за которыми осуществляется контроль за расходами в соответствии с Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности», однако ни ФИО1, ни Н.А.АВ. не обладали функцией публичного лица или должностного лица в государственной, муниципальной службах, являются несостоятельными.

По смыслу положений подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации предметом разбирательства является проверка законности происхождения полученных ответчиками денежных средств, а не субъектный состав участников коррупционного правонарушения.

Из установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств следует, что при неправомерном содействии ФИО1, поступающей вопреки установленным антикоррупционным законодательством ограничениям, другие ответчики получили по договорам государственным контрактам, заключенным с нарушением принципа обеспечения конкуренции, денежные средства.

В этой связи все денежные средства, которые получены по договорам и государственным контрактам, а также в качестве оплаты за содействие по их заключению, являются средствами коррупционного обогащения, имеют нелегальное происхождение, при этом они являются имуществом, подпадающим под регламентацию и статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положения подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации корреспондируют положениям Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», предусматривающего возможность, порядок и основания обращения в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его законного приобретения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации в Постановлении от 29 ноября 2016 года № 26-П, нормы законодательства, в том числе подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», отвечают требованиям конституционности и имеют отношение к разрешению вопросов о противодействии коррупции.

Вводимые законодателем ограничения и запреты направлены на обеспечение открытости государственных органов и органов местного самоуправления, объективности государственных и муниципальных служащих при принятии решений, беспристрастности и отсутствии личной заинтересованности при исполнении служебных обязанностей, исключении в их деятельности злоупотреблений полномочиями, а в целом - эффективное противодействие коррупции, предупреждение незаконного обогащения лиц, осуществляющих публичные функции, недопущение сращивания публичной власти и бизнеса.

В ответ на нарушение установленных запретов и ограничений законодатель предусмотрел различные, не только чисто юридические, но и одновременно социально оправданные меры юридической ответственности, в том числе принятие Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», предусматривающего в статье 13 возможность привлечения физических лиц, а статье 14 - юридических лиц за совершение коррупционных правонарушений.

В развитие положений Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» законодатель ввел в Гражданский кодекс Российской Федерации подпункт 8 пункт 2 статьи 235. Данной нормой в правовое регулирование введено изъятие незаконных доходов или имущества, приобретенного на них, не в качестве уголовно-правовой санкции, а в качестве специальной меры, предусмотренной в рамках антикоррупционного законодательства для случаев незаконного обогащения.

Принятие Российской Федерацией правовых мер, направленных на предупреждение коррупции и незаконного личного обогащения, включая возможность изъятия по решению суда незаконно приобретенного имущества, согласуется с признаваемыми на международном уровне стандартами борьбы с коррупцией. Изъятие такого имущества, по существу, призвано выступать в качестве неблагоприятного последствия получения доходов от коррупционной деятельности и указывать на бессмысленность незаконного приобретения имущества и, соответственно, бесперспективность коррупционного поведения.

Судебная коллегия считает, что в ходе рассмотрения дела доказано совместное совершение ответчиками коррупционного поведения, поскольку главной их целью являлось незаконное обогащение под прикрытием гражданско-правовых договоров, утаивание от контролирующих органов нарушений запретов и ограничений, установленных антикоррупционным законодательством, получение дохода от посягающих на интересы общества действий, а в итоге поощрение коррупционного поведения и получение противоправного обогащения.

Учитывая наличие прямой причинно-следственной связи между источником формирования спорного имущества и его получателем, единство коррупционного события и поэтапность его реализации, сумма в размере 66583170, 94 руб., включающая размер перечисленных по контрактам и договорам в период коррупционного нарушения денежных средств, не имеет законного происхождения и подлежит обращению в доход государства.

В этой связи, доводы представителей ответчиков о том, что государственные контракты и договоры на закупку товаров фактически исполнены, не оспорены, оборудование поставлено, в связи с чем сумма, уплаченная по контрактам, не может быть взыскана, подлежат отклонению.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции нельзя признать законным и обоснованным, оно принято с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела, а потому подлежит отмене с принятием по делу нового решения об удовлетворении иска и взыскании с ответчиков в солидарном порядке в доход Российской Федерации денежных средств в размере 66583170, 94 руб.

Согласно статье 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Взыскание производится в доход бюджета.

Ввиду того, что исковые требования о взыскании денежных средств удовлетворены в полном объеме, с ответчиков в солидарном порядке подлежит взысканию госпошлина в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород» в размере 247166 руб.

Руководствуясь частью 1 статьи 327.1, пунктом 2 статьи 328, пунктами 3, 4 части 1 статьи 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Свердловского районного суда г. Белгорода от 22 декабря 2025 года по делу по иску прокурора Белгородской области (ИНН <***>) в интересах Российской Федерации в лице уполномоченного органа - ФССП России к ФИО1 (СНИЛС <данные изъяты>), ФИО2 (СНИЛС <данные изъяты>), ООО «БелИнвест» (ИНН <***>) о взыскании в солидарном порядке в доход Российской Федерации денежных средств отменить.

Принять по делу новое решение, которым взыскать солидарно с ФИО1, <данные изъяты> года рождения, ФИО2, <данные изъяты> года рождения, и с ООО «БелИнвест» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 66583170 (шестьдесят шесть миллионов пятьсот восемьдесят три тысячи сто семьдесят) рублей 94 копейки, обратив их в доход Российской Федерации по следующим реквизитам:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Взыскать солидарно с ФИО1, ФИО2 и с ООО «БелИнвест» в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород» государственную пошлину в размере 247166 (двести сорок семь тысяч сто шестьдесят шесть) рублей.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи



Суд:

Белгородский областной суд (Белгородская область) (подробнее)

Истцы:

Прокуратура Белгородской области (подробнее)
Российская Федерация в лице ФССП России (подробнее)

Ответчики:

ООО "Белинвест" (подробнее)

Судьи дела:

Богонина Вера Николаевна (судья) (подробнее)