Апелляционное определение № 33-3428/2025 33-3428/2026 33-3428/26 от 16 апреля 2026 г.

Судья Денисова Ю.С. Дело № 33-3428/2025 (2-3396/2025)

25RS0029-01-2025-006017-12

Мотивированное
апелляционное определение составлено 17.04.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

7 апреля 2026 года г.Владивосток

Судебная коллегия по гражданским делам Приморского краевого суда в составе: председательствующего судьи Симоновой Н.П.

судей Вишневской С.С., Коржевой М.В.

с участием прокурора Тищенко А.А.

при секретаре Пауловой Ю.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к КГБУЗ «Уссурийская центральная городская больница» о компенсации морального вреда, с участием третьих лиц Министерства здравоохранения <адрес>, ФИО3

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Уссурийского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым в исковые требования удовлетворены частично

Заслушав доклад судьи ФИО16, пояснения представителя истца ФИО15, представителя ответчика ФИО9, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратилась в суд с иском КГБУЗ «Уссурийская центральная городская больница» о компенсации морального вреда, указав, что является матерью ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, который в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил амбулаторное лечение в КГБУЗ «Уссурийская ЦГБ» СП «Поликлиника №» с диагнозом: «№». В указанный период времени сотрудники лечебного учреждения ненадлежащим образом исполнили свои профессиональные обязанности по оказанию медицинской помощи, в результате чего ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ умер от острой сердечной недостаточности. В ходе проведенного патологоанатомического исследования выставлен клиническо-патологоанатомический диагноз: у больного ФИО1 с 2007 года выявлена .... При аутопсии и гистологическом исследовании обнаружен милиарный туберкулез с поражением плевры, лимфатических узлов, сердца с перифокальным воспалением. Прогрессирование основного заболевания и вторичных заболеваний привели к острой сердечной недостаточности, которая и явилась основной причиной смерти ФИО1 В ходе проведенной судебномедицинской экспертизы №СМЭ-2023 от ДД.ММ.ГГГГ выявлены дефекты медицинской помощи: на амбулаторном этапе ведения ФИО1 диагноз выставлен неверно, назначенные лечебно-диагностические мероприятия не соответствуют клиническому состоянию и действующим на период оказания медицинской помощи нормативно-правовым актам. Просила взыскать компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей.

Решением Уссурийского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требовании удовлетворены частично: с КГБУЗ «Уссурийская центральная городская больница» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда 200 000 рублей и в доход бюджета взыскана государственная пошлина 3000 рублей.

С указанным решением не согласились ФИО1, в апелляционной жалобе просит решение Уссурийского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Указывает, что взысканный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда не является адекватным, не соответствует характеру и степени физических и нравственных страданий, связанных с некачественным оказанием медицинской помощи сыну: диагноз выставлен неверно, назначенные лечебно-диагностические мероприятия не соответствуют клиническому состоянию и действующим на период оказания медицинской помощи нормативно-правовым актам. Судом не в полной мере учтены характер и степень нравственных страданий, при этом необоснованно учтено, что ранее ФИО1 был потребителем запрещенных веществ, полагает, что данное обстоятельство не может повлиять на материнскую любовь и уменьшить страдания в связи со смертью сына, связанной с некачественным оказанием медицинских услуг.

Ответчиком КГБУЗ «Уссурийская ЦГБ» направлены в суд возражения на апелляционную жалобу, в которых указаывает на отсутствие оснований для изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы. Полагает, что допущенные ответчиком нарушения не состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1, который состоял на учете с 2007 года с диагнозом ...

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца на доводах апелляционной жалобы настаивал.

Представители КГБУЗ «Уссурийская ЦГБ» возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, ссылалась на отсутствие причинно-следственной связи между действиями ответчика и смертью ФИО1

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения и третье лицо ФИО3 <адрес> и третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, извещены надлежащим образом о дате и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, информация о рассмотрении дела своевременно размещена на интернет сайте <адрес>вого суда, на основании ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам ч.1 ст.327.1 ГПК РФ судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных ст.330 ГПК РФ, для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

Судом установлено и из материалов дела следует, что истец является матерью ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем следственного отдела по <адрес> следственного управления СК РФ по <адрес>, по результатам рассмотрения сообщения о преступлении – заявления ФИО1 возбуждено уголовное дело №.

Постановлением Уссурийского районного суда <адрес> по уголовному делу № от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.238 УК РФ возвращено прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом. Апелляционным постановлением <адрес>вого суда по делу № от ДД.ММ.ГГГГ постановление Уссурийского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения. Указанным постановлением Уссурийского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 46 минут ФИО1 обратился в КГБУЗ «Уссурийская ЦГБ» структурное подразделение «Поликлиника № на прием к врачу-терапевту ФИО3 в связи с наличием у него с ДД.ММ.ГГГГ повышенной температуры тела до 39 градусов по Цельсию, жалоб на загрудинную боль, общую слабость в теле. В период с 10 часов 46 минут до 16 часов 18 минут ДД.ММ.ГГГГ врач-терапевт ФИО3 произвела наружный осмотр ФИО1, установив объективный статус на момент осмотра: ... В качестве инструментального исследования врачом-терапевтом ФИО3 были назначены исследования компьютерная томограмма органов грудной клетки, сдача ПЦР-теста, а также явка на прием ДД.ММ.ГГГГ. Прием ФИО1 врачом-терапевтом ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ не состоялся по причине неготовности результатов компьютерной томограммы органов грудной клетки. ДД.ММ.ГГГГ в период с 08 часов по 16 часов 18 минут врачтерапевт ФИО3 произвела повторный прием ФИО1, в ходе которого установила объективный статус: .... Согласно медицинскому свидетельству о смерти 05 № от ДД.ММ.ГГГГ, составленному врачом-патологоанатомом ФИО12, смерть ФИО1 наступила в результате ...

Постановлением старшего следователя третьего отдела по расследованию особо важных дел следственного управления СК РФ по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, за отсутствием в действиях врачей СП «Поликлиника №» КГБУЗ «Уссурийская ЦГБ»: ФИО3, ФИО10, ФИО11 состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ, а также в связи с отсутствием в действиях ФИО12 признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ.

Согласно заключению эксперта ФГКУ «Судебно-экспертный центр Следственного комитета РФ с дислокацией в <адрес>» №СМЭ-2023 от ДД.ММ.ГГГГ на момент смерти у ФИО1 имели место заболевания: ... Достоверно высказать о причине наступления смерти вследствие указанных состояний или вследствие развития другого патологического процесса у ФИО1, не представляется возможным по причине наличия значительных неустранимых нарушений, допущенных в 7 ходе проведения патолого-анатомического вскрытия в условиях КГБУЗ СП «Городская больница» ПАО: нарушения п.19.2 Приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ, который регламентирует производство вскрытий всех полостей тела умершего.

Выявлены следующие дефекты медицинской помощи: форма амбулаторной карты не соответствует утвержденной форме; отсутствует согласие на медицинское вмешательство при первичном обращении ДД.ММ.ГГГГ; отсутствуют подписи в листе выдачи антиретровирусной терапии в период с октября 2017 года по февраль 2021 года; жалобы в медицинской карте не отражают полноту и характеристику симптомов; в карте отсутствуют данные анамнеза; данные объективного статуса отображены не в полном объеме; диагноз выставлен по МКБ-10 без клинической формулировки диагноза; назначенные врачом лекарственные препараты не соответствуют стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям; отсутствуют назначения консультаций специалистов, назначение лабораторных исследований; отсутствуют данные о получении, эффективности, переносимости проводимого амбулаторного лечения, о проведенных лабораторно-диагностических исследованиях. Дать оценку указанных дефектам оказания медицинской помощи и их роль в наступлении неблагоприятного исхода не представляется возможным, ввиду невозможности определить причину смерти из-за дефектов, допущенных при проведении патолого-анатомического вскрытия. Компьютерная томограмма органов грудной полости проведена по стандартным методикам с последующей реконструкцией полученных аксиальных изображений, однако описание выполнено не в полном объеме, не отражен ряд признаков, что указывает на несвоевременную диагностику патологического процесса и развитие осложнений в виде диссеминации инфекционного очага.

Согласно заключению эксперта ФГКУ «Судебно-экспертный центр Следственного комитета РФ с дислокацией в <адрес>» №СМЭ-2024 от ДД.ММ.ГГГГ ввиду того, что в ходе проведения экспертизы, выводы которой отражены в заключении эксперта №СМЭ-2023 от ДД.ММ.ГГГГ, не была установлена причина смерти, оценить роль дефектов оказания медицинской помощи в развитии неблагоприятного исхода, а значит и высказаться о наличии/отсутствии причинно-следственной связи, не представляется возможным. По данной же причине не представляется возможным высказаться о наличии/отсутствии факта причинения вреда здоровья, обусловленного ненадлежащим оказанием медицинской помощи. Имевшиеся у ФИО1 заболевания: ...; ..., при условии проведения полного комплекса диагностических мероприятий была возможна. Ввиду того, что диагностические мероприятия при обращениях за медицинской помощью не были выполнены в полном объеме, возможность оценить состояние пациента на момент его обращения за медицинской помощью отсутствует. По этой же причине невозможно высказаться о том, имелись ли у ФИО1 показания к оказанию экстренной помощи. Согласно заключениям проведенных двух комиссионно-медицинских судебных экспертиз, выявлены дефекты оказания медицинской помощи ФИО1, дать оценку указанным дефектам и определить из роль в наступлении неблагоприятного исхода не представляется возможным. Учитывая медицинский анамнез ФИО1, имелся высокий риск наступления смерти последнего от имеющихся заболеваний.

Разрешая указанный спор, руководствуясь ст.151,1064,1068,1101 ГК РФ, положениями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", суд первой инстанции исходил из того, что ответчиком допущены дефекты диагностики и оказания медицинской помощи, однако отсутствуют доказательства прямой причинно-следственной связи между допущенными дефектами и смертью ФИО1 учитывая высокий риск наступления смерти от имеющихся в анамнезе заболеваний, в связи с чем, установив наличие оснований для компенсации морального вреда, при определении размера такой компенсации учитывал характер допущенных дефектов оказания медицинской помощи и отсутствие тесных семейных связей истца с сыном.

Судебная коллегия с выводами суда соглашается.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ч.2 ст.17, ч.1 ст.41 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Согласно п.1 ч.1 ст.2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ, здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п.2 ч.1 ст.2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ).

Статьей 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ предусмотрено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п.3,9 ч.1 ст.2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.1,2 ст.19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ).

В соответствии с ч.1 ст.22 Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ каждый имеет право получить в доступной для него форме информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

В п.21 ч.1 ст.2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч.1 ст.37 Федерального закона N 323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч.2 ст.64 Федерального закона формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч.2 ст.76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Из ч.2 ст.98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за ненадлежащее оказание гражданам медицинской помощи.

В соответствии с абз.2 п.48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" на медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Неблагоприятный для пациента исход в развитии заболевания, в том числе возможный летальный уход, не снимает с медицинской организации обязанность оказывать медицинскую помощь в строгом соответствии с установленными государственными стандартами.

Из нормативных положений Конституции Российской Федерации, СК РФ, положений ст. 2, 150, 151 ГК РФ, Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого гражданина, другими близкими ему людьми.

В соответствии с п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл.59 (ст.1064 - 1101 ГК РФ) и ст.151 ГК РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (абз.2 ст.151 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2 ст.1101 ГК РФ).

В п.25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

В соответствии с разъяснениями п.49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33, требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Доводы истца о наступлении смерти ФИО1 вследствие некачественного оказания медицинской помощи ответчиком не подтвержден какими-либо доказательствами, заключениями двух судебно-медицинских не установлена такая причинно-следственная связь.

Учитывая медицинский анамнез, подтвержденный медицинскими документами, эксперты указали на высокий риск наступления смерти вследствие имеющихся заболеваний (...

В заключении № СМЭ-2023 от ДД.ММ.ГГГГ экспертами отражены сведения из медицинской карты ФИО17 ГБУЗ «Краевой клинический центр по профилактике и борьбе со ...

Также экспертами в заключении № СМЭ-2024 от ДД.ММ.ГГГГ указано, что имеющиеся у ФИО1 заболевания : генерализованный туберкулез в фазе прогрессирования с поражением легких, плевры, лимфатических узлов, сердца – наличием очагов некроза в миокарде, перикарде к угрожающим жизни состояниям не относятся, однако каждое из них может осложниться развитием угрожающих жизни состояний. А ...

Кроме того, судом первой инстанции при оценке индивидуальных особенностей истца и характера семейных связей и взаимоотношений с сыном подробно проанализировано содержание искового заявления истца о признании сына утратившим право пользование жилым помещением, указавшей еще в октябре 2020 года о том, что ФИО1 членом семьи истца не является, совместного хозяйства не ведут, взаимной помощи друг другу нет, а также содержание протокола и аудиозаписи судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе показания свидетеля ФИО13, подтвердившей отсутствие тесных семейных связей между истцом и сыном, отсутствие сведений о месте его нахождения по состоянию на январь 2021 года, асоциальный образ жизни и бродяжничество ФИО1, употребление наркотиков.

Также судом первой инстанции допрошен свидетель ФИО14, пояснившая, что ФИО1 уехал во Владивосток в 2019, с лета 2021 жил у матери, встречал ее с работы.

Таким образом, исходя из вышеприведенных требований закона и разъяснений по их применению и установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия признает верными выводы суда первой инстанции об отсутствии тесной семейной связи истца с сыном ввиду его длительного асоциального образа жизни, бродяжничества и употребления наркотиков. Весте с тем суд первой инстанции пришел к верному выводу, что смерть сына, несмотря на установленные обстоятельства, безусловно причиняет матери нравственные страдания, учитывая установленные при рассмотрении дефекты оказания ответчиком медицинской помощи, определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда соответствует требованиям закона и обстоятельствам дела, отвечает принципам разумности и справедливости и, вопреки доводам истца, не является чрезмерно малым и формальным.

Руководствуясь ст.ст.328,329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Уссурийского районного суда Приморского края от 19.12.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи