Решение № 2-1065/2019 2-1065/2019~М-671/2019 М-671/2019 от 3 июля 2019 г. по делу № 2-1065/2019

Р Е Ш Е Н И Е

от 04 июля 2019 года по делу № 2-1065/2019

Именем Российской Федерации

Советский районный суд г.Томска в составе:

председательствующего –

судьи Советского районного суда г.Томска Панфилова С.Н.,

при секретаре Оленевой О.И.,

с участием:

истца ФИО1,

представителей истца ФИО2,

ФИО3,

ответчика ФИО4,

ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о признании договора недействительным, применении последствий недействительности сделки,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 (с учетом уточнения) о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: , заключенного 15.06.2016 между ФИО4 и ФИО5, восстановлении права совместной собственности ФИО4 и ФИО1 на указанную квартиру.

К участию в деле определением суда от 27.03.2019 в качестве соответчика привлечен ФИО5

В обоснование заявленного требования ФИО1 в письменном исковом заявлении от 01.03.2019, письменных уточнениях и дополнениях к нему от 18.04.2019, а также в судебных заседаниях указала, что 03.12.2003 был заключен брак между нею и ответчиком ФИО4 В 2004 году в период их брака по договору купли-продажи была приобретена в собственность квартира, расположенная по адресу: . После приобретения указанной квартиры она по просьбе мужа выдала ему нотариально удостоверенной согласие на отчуждение данной квартиры. При этом она знала о том, что квартира будет продана ее матери Н. В 2004 году по договору купли-продажи указанная квартира была передана в собственность Н. В 2012 году ФИО4 попросил Н. продать ему данную квартиру обратно. Договор купли-продажи в отношении квартиры , был заключен 07.12.2012 и данная квартира вновь стала их общим с мужем имуществом. О заключении данного договора ей было известно. Брак между нею и ФИО4 был прекращен в феврале 2018 года.

В феврале 2019 года в ходе рассмотрения судом гражданского дела по ее иску к ФИО4 о разделе общего имущества, она (ФИО1) узнала о том, что в период их брака ее супруг ФИО4 15.06.2016 продал спорную квартиру своему сыну от первого брака ФИО5, заключив с ним договор купли-продажи. Последний, в свою очередь, 25.09.2016 подарил её обратно ФИО4 При этом она (ФИО1) не знала о совершении указанных сделок. Настаивала на том, что спорная квартира является их с ФИО4 общим, совместно нажитым в браке имуществом, которое подлежит разделу. Своего согласия на отчуждение спорной квартиры после приобретения её в собственность в 2012 году она не давала, при этом ФИО4 было использовано ее нотариальное согласие на отчуждение данной квартиры, которое было дано ею 2004 году. Сделка купли-продажи в отношении спорной квартиры нарушает ее имущественные права, поскольку квартира является общим имуществом ее (ФИО1) и бывшего супруга ФИО4

Полагала сделку по купле-продаже спорной квартиры мнимой, поскольку её заключение не привело к какому-либо изменению положений сторон, а именно: ФИО4 непрерывно проживает в указанной квартире с 2005 года по настоящее время и никогда из нее никуда не выселялся; ФИО5 в свою очередь никогда не вселялся в спорное жилое помещение; цена договора по которой, якобы, была продана трехкомнатная квартиры является явно заниженной – 10 000 рублей; стороны сделки являются близкими родственниками. Считала, что со стороны ответчиков имеет место злоупотребление правом, что прямо запрещено положениями ст. 10 ГК РФ.

Просила признать сделку по купле-продажи квартиры от 15.06.2016 недействительной и восстановить ее и ФИО4 право общей собственности на спорное имущество.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержал исковые требования своего доверителя. Указал, что что договор купли-продажи квартиры , от 15.06.2016 имеет признаки как оспоримой, так и мнимой сделки. Пояснял, что для заключения договора купли-продажи от 15.06.2016 использовалось нотариальное согласие ФИО1 на отчуждение спорного имущества, данное ею в 2004 году, и которое уже было использовано ответчиком для заключения другого договора купли–продажи в отношении данной квартиры в 2004 году. В то же время после приобретения спорной квартиры в общую собственность супругов в 2012 году на основании возмездного договора, для ее отчуждения необходимо было получить новое согласие второго супруга. Однако такого согласия ФИО1 не давала. Кроме того, в результате ряда последовательно совершенных сделок, а именно: сделки купли-продажи и обратного дарения покупателем квартиры продавцу спорной квартиры, имущество перестало быть общим. Просил иск удовлетворить.

Представитель истца ФИО3 поддержала доводы доверителя.

Ответчик ФИО4 исковые требования не признал. Пояснял, что состоял в браке с истцом ФИО1, но брак был «фиктивным». В период брака с истцом в 2004 году на его личные средства им была приобретена квартира . После того, как начались попытки отъема у него собственности третьими лицами, в целях сохранения имущества, данная квартира была им продана Н. – матери ФИО1 При этом ФИО1 выдавала ему нотариально удостоверенное согласие на отчуждение данной квартиры. В тот период времени на Н. были переоформлены и другие жилые помещения. В 2012 году, когда ему стало понятно, что совместная жизнь с истцом будет не возможной, он решил вернуть все имущество в общую совместную собственность. Для этого декабре 2012 года по его инициативе с Н. был заключен договор купли-продажи в отношении спорной квартиры. Согласно данному договору он вновь приобрел у Н. квартиру .

Указывал, что имеются четыре различных варианта раздела их общего с истцом имущества. Согласно данным соглашениям спорная квартира перешла к нему.

Договор купли-продажи спорной квартиры от 15.06.2016 он действительно заключал со своим сыном ФИО5, т.к. собирался ехать на лечение в Израиль. После того как поезда была перенесена, ФИО5 подарил ему квартиру обратно.

Отмечал, что он действительно при регистрации договора купли-продажи квартиры от 15.06.2016 использовал согласие ФИО1 на отчуждение спорной квартиры, данное ею ранее в 2004 году, а не соглашение о разделе имущества с нею, поскольку в Управлении Росреестра по Томской области у него потребовали именно согласие. Пояснял, что действующее законодательство не запрещает неоднократное использование согласия супруга на отчуждение общего имущества. При этом ФИО1 достоверно знала о выданном ею согласии на отчуждение спорной квартиры, но не отозвала его.

Считал, что спорная квартира на день ее отчуждения – 15.06.2016 не находилась в общей собственности супругов, т.к. их брак был «фиктивным», а квартира была приобретена за счет его личных средств.

Полагал, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд, поскольку в 2016, а затем в 2017 годах, подавая заявления о расторжении брака, ФИО1 указывала, что споров по имуществу у них нет.

Ответчик ФИО5 иск не признал. Пояснял, что ФИО4 приходится ему отцом. Последний постоянно с 2004 года и до настоящего времени проживает в квартире . Из данной квартиры он никогда никуда не выезжал. Он (ФИО5) часто, до нескольких раз в неделю, бывал в спорной квартире. Договор купли-продажи от 15.06.2016 в отношении спорной квартиры он заключал по инициативе ФИО4 Квартира отца ему нравилась и приобретал он ее для своего проживания. В приобретенную квартиру он не вселялся потому, что квартира ему разонравилась сразу же после её покупки. Покупную цену квартиры согласовали в размере 10 000 рублей, т.к. он в этих вопросах не разбирается. Деньги за квартиру он передавал отцу, однако когда и при каких обстоятельствах состоялась передача денег, он не помнит. Через некоторое время он подарил квартиру отцу обратно.

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетеля, изучив письменные доказательства, суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению. При этом исходит из следующего:

Стороной истца заявлено о признании договора купли-продажи недействительным, поскольку указанная сделка совершена в отсутствие согласия второго супруга и лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Сторона ответчика, возражая против иска, ссылалась на принадлежность спорной квартиры исключительно ей, а также на пропуск срока исковой давности для защиты нарушенного права.

В соответствии с положениями ст. 56-57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

В соответствии с п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п.1 ст.432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Из ст. 550 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

В соответствии с п.1 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Согласно п.2 ст. 558 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Договор купли-продажи жилого помещения не требует государственной регистрации, если он заключен после 01.03.2013. Переход права собственности на недвижимость подлежит государственной регистрации (ФЗ от 30.12.2012 N 302-ФЗ).

Из ст.554, ст.555 и п. 1 ст.558 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что существенными условиями договора купли-продажи являются предмет договора и цена недвижимого имущества, а также является перечень этих лиц с указанием их прав на пользование продаваемым жилым помещением.

Из представленных суду филиалом ФГБУ «ФКП Росреестра» по Томской области документов, помещенных в дело правоустанавливающих документов объекта недвижимости, расположенного по адресу: , с кадастровым номером ... следует:

- 09.08.2004 между П. (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец обязался передать в собственность, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями договора квартиру, находящуюся по адресу: Указанная квартира принадлежит продавцу на праве собственности на основании договора купли-продажи жилого дома (квартиры), удостоверенного нотариусом г.Томска И., зарегистрированного в реестре №, зарегистрированного в БТИ г.Томска в реестре под №, от 23.11.1993. Стоимость квартиры согласована сторонами в размере 600 000 руб. (п.п.1, 3 и 5 договора). Учреждением юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним на территории Томской области ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация сделки за №, государственная регистрация права за №. Актом передачи квартиры от 09.08.2004 квартира передана от П. ФИО4

- 09.11.2004 между ФИО4 (продавец) и Н. (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец обязался передать в собственность, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями договора квартиру, находящуюся по адресу: . Указанная квартира принадлежит продавцу на праве собственности на основании договора купли-продажи квартиры от 09.08.2004, свидетельства о государственной регистрации права от 20.08.2004 серия .... Стоимость квартиры определена сторонами в 600 000 руб. (п.п. 1, 3, и 4 договора). Учреждением юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним на территории Томской области произведена государственная регистрации сделки за №, государственная регистрация права за №. Актом передачи квартиры от 09.11.2004 квартира передана от ФИО4 к Н.

- 07.12.2012 между Н. (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец обязался передать в собственность, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями договора квартиру, находящуюся по адресу: . Указанная квартира принадлежит продавцу на праве собственности на основании договора купли-продажи квартиры от 09.11.2004, свидетельства о государственной регистрации права от 23.11.2004 серия .... Стоимость квартиры определена в 10 000 руб. Управлением Федеральной регистрационной службой государственной регистрации, кадастра и картографии по Томской области ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрации сделки за №, государственная регистрация права за №. Актом передачи квартиры от 07.12.2012 квартира передана от Н. к ФИО4

- 15.06.2016 между ФИО4 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец обязался передать в собственность, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями договора квартиру, находящуюся по адресу: . Отмечено, что ФИО4 сохраняет право проживания в указанной квартире. Указанная квартира принадлежит продавцу на праве собственности на основании договора купли-продажи квартиры от 07.12.2012, свидетельства о государственной регистрации права от 18.12.2012 серия .... Стоимость квартиры определена сторонами в 10 000 руб. (п.п.1, 2, 3 и 8 договора). Управлением Федеральной регистрационной службой государственной регистрации, кадастра и картографии по Томской области ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрации права за №. Актом передачи квартиры от 15.06.2016 квартира передана от ФИО4 к ФИО5

- 25.09.2016 между ФИО5 и ФИО4 заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: . По условиям договора ФИО5 (даритель) подарил, а ФИО4 (одаряемый) принял указанную квартиру, стоимостью 500 000 рублей. Квартира принадлежит ФИО5 на основании договора купли-продажи от 15.06.2016, зарегистрированного в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ, запись регистрации №, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выданного 30.06.2016 Управлением Росреестра по Томской области за № (п.п.1,2 и 4 договора). Управлением Федеральной регистрационной службой государственной регистрации, кадастра и картографии по Томской области ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрации права за №.

Таким образом, суд считает установленным, что на момент разрешения иска право собственности на спорную квартиру зарегистрировано за ответчиком ФИО4 на основании договора дарения от 25.09.2016.

С учетом вышеприведенных правовых норм, договор купли-продажи спорной квартиры от 15.06.2016, заключенный между ФИО4 (продавец) и ФИО5 (покупатель), переход права собственности по которому зарегистрирован Управлением Росреестра по Томской области 30.06.2016 является заключенным, а, следовательно, в отношении него может быть поставлен вопрос о его недействительности.

Согласно положениям ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

В соответствии с положениями п. 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляется по обоюдному согласию супругов.

В соответствии с п. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Из п. 2 ст. 157.1 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что если на совершение сделки в силу закона требуется согласие третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, о своем согласии или об отказе в нем третье лицо или соответствующий орган сообщает лицу, запросившему согласие, либо иному заинтересованному лицу в разумный срок после получения обращения лица, запросившего согласие.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласие третьего лица на совершение сделки может быть выражено любым способом, за исключением случаев, когда законом установлена конкретная форма согласия (например, пункт 3 статьи 35 СК РФ).

Оформление супругом нотариально удостоверенного согласия, является внешним проявлением воли (волеизъявлением), которое доводится до сведения третьих лиц путем совершения конклюдентных действий - передачей согласия другому супругу.

В силу положений ч. 1, ч. 2 ст. 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Из материалов дела следует, что между ФИО4 и ФИО1 03.12.2003 был зарегистрирован брак, который на основании решения мирового судьи ... был прекращен 08.02.2018, что подтверждается справкой о заключении брака № от 26.02.2019, свидетельством о расторжении брака (бланк ...).

Довод стороны ответчика о фиктивности данного брака судом не принимается. При этом суд исходит из положений ст. 27 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которой брак признается недействительным при нарушении условий, установленных статьями 12 - 14 и пунктом 3 статьи 15 СК РФ, а также в случае заключения фиктивного брака, то есть если супруги или один из них зарегистрировали брак без намерения создать семью. Признание брака недействительным производится судом.

В установленном законом порядке брак Н-вых недействительным судом не признавался, указанные требования сторонами не заявлялись и судом не рассматривались.

Согласно положениям ст. 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

Из статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации следует, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Таким образом, поскольку спорная квартира впервые была приобретена ФИО4 в период брака с ФИО1, на основании возмездной сделки – договора купли-продажи от 09.08.2004, доказательств заключения между сторонами брачного договора суду не представлено, суд приходит к выводу о том, что для отчуждения указанного объекта недвижимости одним из супругов необходимо согласие второго супруга.

Из представленных филиалом ФГБУ «ФКП Росреестра» по Томской области документов, помещенных в дело правоустанавливающих документов объекта недвижимости, расположенного по адресу: , с кадастровым номером ... следует, что ФИО1 05.11.2004 было выдано согласие (бланк ...) своему супругу ФИО4 на продажу квартиры , приобретенной ими в период брака. Указанное согласие удостоверено нотариусом нотариального округа г.Томска Х. и зарегистрировано в реестре за №.

Согласие ФИО1 на отчуждение общего имущества было использовано ФИО4 при заключении им договора купли-продажи спорной квартиры от 09.11.2004. При этом, по данному договору сделка была заключена и исполнена сторонами, в дальнейшем указанная сделка сторонами не расторгалась и не признавалась недействительной.

Из документов, помещенных в дело правоустанавливающих документов объекта недвижимости, расположенного по адресу: , с кадастровым номером ... следует, что ФИО4 вновь приобрел в собственность по договору купли-продажи 07.12.2012 спорное жилое помещение.

Допрошенная в качестве свидетеля Н. показала, что действительно являлась собственником квартиры по адресу: с 2004 по 2012 год на основании договора купли продажи. В 2012 году она передала данную квартиру на основании договора купли-продажи ФИО4 по предложению последнего.

Суд принимает во внимание показания свидетеля, поскольку они последовательны, и не противоречат иным доказательствам, представленным в материалы дела.

Из документов, помещенных в дело правоустанавливающих документов объекта недвижимости, расположенного по адресу: , с кадастровым номером ... следует, что вышеуказанное нотариально удостоверенное согласие ФИО1 от 05.11.2004 (бланк ...) было вторично использовано ФИО4 при заключении им договора купли-продажи от 15.06.2016 по отчуждению спорной квартиры.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании подтвердил факт повторного использования им согласия супруга на отчуждения квартиры. Вместе с тем, ФИО4 ссылался на отсутствие законодательного запрета, на повторное использование согласия супруга на отчуждения имущества.

Действующее законодательство не содержит ограничений по количеству раз использования согласия супруга на отчуждение общего имущества. Вместе с тем, суд полагает, что нотариально удостоверенное согласие ФИО1, выданное 05.11.2004, не могло быть использовано ФИО4 вторично при совершении сделки от 15.06.2016. Поскольку сделка по отчуждению квартиры, на совершение которой выдавалось согласие, была заключена и исполнена в ноябре 2004 года, право собственности на квартиру перешло к иному лицу, указанная сделка не расторгалась и не признавалась недействительной по каким-либо основаниям. Вторично право собственности на данную квартиру было приобретено ФИО4 по возмездному договору купли-продажи от 07.12.2012, в период его брака с ФИО1 При этом, после возникновения права собственности на объект недвижимости ответчиком согласие у супруги – истца по делу, на ее отчуждение не испрашивалось.

Согласно положениям п. 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная только для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании п.1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным п.1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, бремя доказывания наличия оснований для признания сделки мнимой отнесено в данном случае на сторону истца, который должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка в действительности не была исполнена.

Согласно абзацу второму п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, при этом сохранив контроль соответственно продавца за ним.

Выше судом установлено, что спорное жилое помещение, приобретенное ФИО5 в период его брака с ФИО1 по возмездной сделке, на основании договора купли-продажи от 15.06.2016 было отчуждено ответчиком ФИО4 по договору купли-продажи, а затем права на него были вновь приобретены 25.09.2016, но уже на основании безвозмездной следки.

Из представленного суду заключения специалиста № 0294/19 от 17.05.2019 следует, что рыночная стоимость квартиры по адресу: на дату оценки - 30.06.2016 составляла 2 758 000 руб.

Вместе с тем, из оспариваемого договора купли-продажи от 15.06.2016 следует, что стоимость спорной квартиры согласована сторонами в размере 10 000 руб., что существенно ниже её рыночной стоимости.

Сделка заключена между близкими родственниками: отцом и сыном.

После подписания договора купли-продажи и регистрации в Управлении Росрееста по Томской области перехода права собственности на спорное жилое помещение квартира фактически не передавалась покупателю, поскольку, как следует из пояснений всех участников процесса и никем не оспаривается, продавец ФИО4 никогда не выселялся из спорной квартиры, а покупатель ФИО5 никогда не вселялся в неё.

Суд учитывает и то обстоятельство, что покупателем ФИО5 спустя непродолжительный период времени после приобретения в собственность спорной квартиры (менее четырех месяцев) права на нее были возвращены ФИО4 посредством заключения договора дарения. При этом стоимость квартиры указана в размере 500 000 рублей.

Также суд принимает во внимание и противоречия в пояснениях ответчиков об обстоятельствах совершения сделок.

Так, ФИО5 пояснял, что спорную квартиру он приобретал для себя, с целью проживания в ней, при этом квартира ему нравилась до приобретения, однако перестала нравиться сразу же после покупки, поэтому он подарил ее отцу обратно; инициатором сделки был ФИО5 Настаивая на том, что он (ФИО5) уплатил продавцу за квартиру покупную цену, пояснял, что никаких обстоятельств уплаты денежных средств он не помнит.

В то же время ФИО4 настаивал на том, что спорную квартиру он продал ФИО5 потому, что ему предстояла поездка на лечение в Израиль. После того как поезда была отложена, то потребовал, чтобы сын подарил ему квартиру обратно в целях сохранения субсидии.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что действия ответчиков при заключении договора купли-продажи спорной квартиры и её обратного дарения продавцу были направлены на то, что бы объект недвижимости остался в собственности ФИО4, но при этом основанием возникновения данного права являлась бы безвозмездная сделка, что заведомо исключает возможность постановки вопроса о разделе данного имущества между супругами. Указанные действия ответчиков противоречат положениям ст. 10 ГК РФ, не допускающей осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом), и нарушают права истца ФИО1

Учитывая изложенное суд считает, что сделка по отчуждению имущества посредством заключения договора купли-продажи от 15.06.2016 была совершена между ответчиками лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, а соответственно ничтожна.

Оценивая доводы стороны ответчика о пропуске истцом срока давности суд исходит из следующего:

Согласно положениям ст.181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Выше судом установлено, что ФИО1 участником договора купли-продажи от 15.06.2016 не являлась.

Из пояснений истца следует, что о существовании указанного договора ей (ФИО1,) стало известно только в феврале 2019 года при рассмотрении судом гражданского дела по её иску к ФИО4 о разделе общего имущества (дело №, иск ФИО1 к ФИО4 о разделе общего имущества, в том числе и в отношении квартиры по адресу: , подан 29.01.2019).

Доказательств того, что ФИО1 о заключении договора купли-продажи от 15.06.2016 было известно ранее, т.е. до предъявления иска в суд о разделе имущества, суду сторонами в соответствии с положениями ст. 56-57 ГПК РФ не представлено.

Доводы стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, основанные на том, что ФИО1, обращаясь 11.07.2016 к мировому судье с заявлением о расторжении брака, и указала в нем на отсутствие между ними спора по разделу имущества, отвергаются. Поскольку данное указание само по себе не свидетельствует о том, что ФИО1 было известно о заключении между ФИО4 и ФИО5 договора купли-продажи квартиры от 15.06.2016.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что установленный законом срок исковой давности не является пропущенным.

Не принимает суд и доводы ответчика ФИО4 о том, что спорная квартира являлась его личной собственностью, т.к. была приобретена на принадлежащие лично ему денежные средства, поскольку никаких доказательств в подтверждение своих утверждений суду в соответствии с положениями ст. 56-57 ГПК РФ ответчиком представлено не было.

Также суд не принимает доводы стороны ответчика о принадлежности спорного имущества исключительно ФИО4 на момент заключения договора от 15.06.2016 на основании соглашения о разделе общего имущества супругов Н-вых.

Так, стороной ответчика суду представлен договор от 19.11.2014 о разделе квартир, приобретённых ФИО4 во время брака с ФИО1

Согласно данному договору за ФИО4 «закрепляется» квартира по адресу: . Истец ФИО1 в судебном заседании отрицала факт подписания данного договора.

Из заключения судебной экспертизы № 4147-2492/19 от 03.06.2019, выполненной ... следует, что подпись от имени ФИО1 в договоре о разделе квартир от 19.11.2014 выполнена не ФИО1, а иным лицом.

При разрешении иска по существу суд принимает во внимание вышеуказанное заключение экспертизы, поскольку оно выполнено с соблюдением норм действующего законодательства, подробно мотивировано, не содержит неоднозначных выводов и толкования.

При этом суд отвергает доводы стороны ответчика о недопустимости вышеприведенного заключения. Так, обосновывая свои доводы ФИО4 указывает, что экспертиза проведена негосударственным экспертным учреждением, а кроме того, в исследовательской части указано на наличие совпадающих частных признаков выполнения подписи в договоре, в экспериментальных и свободных образцах.

Оценивая указанные доводы, суд отмечает, что несмотря на наличие совпадающих частных признаков в выполнении подписи, экспертом выявлены существенные различающиеся частные признаки подписи, большинство из которых устойчивы и в своей совокупности выходят за пределы вариационности подписного почерка ФИО1, что является достаточным для вывода о том, что подпись в договоре выполнена не ФИО1, а иным лицом.

Указание на то, что экспертиза выполнена не государственным экспертным учреждением, а потому недопустима, основано на неверном толковании норм действующего законодательства.

Стороной ответчика представлена суду копия соглашения от 16.07.2016 о разделе совместного имущества между ФИО1 и ФИО4, по условиям которого квартира по адресу: передается в распоряжение ФИО4

Согласно положениям п. 2 ст. 38 Семейного кодекса Российской Федерации общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. Соглашение о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака, должно быть нотариально удостоверено. Требование о нотариальном удостоверении соглашения о разделе имущества введено Федеральным законом от 29.12.2015 № 391-ФЗ. Указанное соглашение нотариусов не удостоверено. Кроме того, истец ФИО1 отрицала факт подписания данного соглашения.

Также суду стороной ответчика представлено соглашение от 30.11.2012, выполненное от имени ФИО4, Н. и ФИО1, по условиям которого квартира по адресу: переводится на ФИО4 При этом, ответчик ФИО4 пояснял, что данное соглашение не является соглашением о разделе имущества, а соглашением о намерении совершить в будущем сделку. На основании данного соглашения 07.12.2012 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры между Н. (продавец) и им (ФИО4 - покупатель).

Истец ФИО1 также отрицала факт подписания данного соглашения.

Кроме того, из пояснений самого ответчика следует, что указанное соглашение не является соглашением о разделе имущества.

Иных соглашений суду о разделе общего имущества супругов суду не представлялось.

При таких обстоятельствах, суд находит несостоятельными доводы стороны ответчика о том, что спорная квартира в результате раздела имущества супругов на основании соглашения была передана ему в собственность.

С учетом изложенного, требование ФИО1 о признании договора купли-продажи от 15.06.2016 недействительным подлежит удовлетворению.

Разрешая требование истца о восстановлении права совместной собственности ФИО4 и ФИО1 на спорную квартиру, суд исходит из того, что данное требование является требованием о применении последствий недействительности сделки.

Согласно положениям ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

Выше договор купли-продажи от 15.06.2016 признан судом недействительным в связи с его ничтожностью (мнимая сделка).

Поскольку ничтожная сделка недействительна с момента ее совершения, соответственно право собственности на спорный объект недвижимости на основании договора купли-продажи от 15.06.2016 от продавца ФИО4 к покупателю ФИО5 не перешло. Соответственно, последний, не будучи собственником имущества, не мог распоряжаться им по своему усмотрению, в том числе и дарить его.

Суду ответчиком ФИО4 представлена расписка от 15.06.2016 о получении в соответствии с п.4 указанного договора купли-продажи от покупателя ФИО5 10 000 рублей в счет оплаты по договору.

Суд, применяя последствия недействительности сделки и приводя стороны в первоначальное положение, считает необходимым возложить на ФИО4 обязанность возвратить ФИО5 10 000 рублей и восстановить право собственности ФИО4 на жилое помещение - квартиру № ранее возникшее на основании договора купли-продажи недвижимости, заключенного 07.12.2012 между Н. (продавец) и ФИО4

При этом, суд считает необходимым отметить, что исковых требований о признании спорной квартиры общим совместным имуществом ФИО4 и ФИО1 не заявлялось и в настоящем процессе не рассматривалось.

Согласно положениям ч.1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с ч.1 ст.88 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истцом при подаче настоящего иска уплачена по чеку-ордеру от 01.03.2019 государственная пошлина в сумме 300 руб.

Поскольку исковые требования удовлетворены, понесенные истцом судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 300 руб. подлежат возмещению ответчиком.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о признании договора недействительным, применении последствий недействительности сделки, - удовлетворить.

Договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: , заключенный 15.06.2016 между ФИО4 и ФИО5, признать недействительным.

Применить последствия недействительности сделки, возложив на ФИО4 обязанность возвратить ФИО5 10 000 рублей, восстановив право собственности ФИО4 на жилое помещение - квартиру , ранее возникшее на основании договора купли-продажи недвижимости, заключенного 07.12.2012 между Н. (продавец) и ФИО4

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Решение является основанием для восстановления в Едином государственном реестре недвижимости (ЕГРН) записи о праве собственности ФИО4 на жилое помещение - квартиру возникшем на основании договора купли-продажи недвижимости, заключенного 07.12.2012 между Н. (продавец) и ФИО4 (покупатель) и зарегистрированном в ЕГРН за №.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Советский районный суд г. Томска в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья Советского районного суда г.Томска С.Н. Панфилов

Мотивированный текст судебного решения изготовлен 09 июля 2019 года.

Судья Советского районного суда г.Томска С.Н. Панфилов