Решение № 2-193/2018 от 2 ноября 2018 г. по делу № 2-193/2018

Дело № 2-193/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 ноября 2018 года с. Газимурский-Завод

Газимуро-Заводский районный суд Забайкальского края в составе

председательствующего судьи Намнановой А.Г.,

при секретаре Лукьяновой Н.А.,

с участием зам. прокурора Газимуро-Заводского района Забайкальского края Бабужапова В.В.,

истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, МО МВД России «Газимуро-Заводский» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации, УМВД России по Забайкальскому краю отделение полиции по Нерчинско-Заводскому району о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей в изоляторе временного содержания, в размере одного миллиона рублей, указывая, что в период времени с 15.12.2006г. по 10.09.2007г. периодически содержался в ИВС УМВД Нерчинского-Завода, в условиях унижающих его человеческое достоинство, в камерах №5,6,7 переполненных сверх лимита, не оборудованными кроватями, столами, скамейками, не достаточной вентиляцией, с плохим освещением, отсутствовал санузел с соблюдением необходимых требований приватности, отсутствовало горячее водоснабжение, не выдавалась горячая вода для гигиены и стирки, отсутствовал шкаф для хранения личных вещей и продуктов, не выдавались средства и инвентарь для уборки камер, при поступлении в ИВС не проводилась санитарная обработка, не был обеспечен постельными принадлежностями, горячим и разнообразным питанием, прием пищи осуществлялся из одной тарелки с больными лицами, что создавало угрозу заражения, прогулка не осуществлялась, только выводы утром в туалет на 30 минут. Его содержание в ИВС было вне человеческих условиях, унижающих его достоинство, о чем известно ему стало сейчас, после ознакомления с нормами законодательства. В связи с ненадлежащими условиями содержания, истцу причинены нравственные страдания.

Определением суда от 30 августа 2018 года допущена с согласия истца замена ненадлежащего ответчика – отделение полиции по Нерчинско-Заводскому району на надлежащего ответчика – МО МВД России «Газимуро-Заводский».

Истец ФИО1, участвующий в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи, исковые требования поддержал и просил их удовлетворить.

Представитель МО МВД России «Газимуро-Заводский» Врио начальника майор полиции ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в их отсутствие, представил суду отзыв об отказе истцу в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации по доверенности ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в их отсутствие, в удовлетворении иска отказать, при этом ссылалась на то, что Министерство финансов РФ является ненадлежащим ответчиком по данному делу.

В соответствии с ч.5 ст.167 ГПК РФ суд с учетом мнения истца вынес на месте определение о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся представителей ответчиков.

Заслушав истца ФИО1, принимая во внимание заключение зам. прокурора района полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности согласно ст.ст. 55, 56, 57, 59, 60, 67 ГПК РФ, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, установив юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Суд рассмотрел дело по заявленным требованиям и имеющимся в деле доказательствам с учетом доводов, содержащихся в исковом заявлении.

По смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Поэтому лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение сторон своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства.

Согласно ст. 55 Конституции РФ перечисление в Конституции РФ основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина. Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно ст.3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдании в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Согласно ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции РФ).

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государственного вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45 часть 1; статья 46).

В силу положений п. 1 ст. 8 и ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998 г. № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней», каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено людьми, действовавшими в официальном качестве.

Согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения, являются личными неимущественными правами гражданина.

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причиненный моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Способ и размер компенсации морального вреда определяются в соответствии с правилами, установленными ст. 1101 ГК РФ.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

При определении размеров компенсации морального вреда суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

По смыслу п. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п. 1 ст. 1070 ГК РФ, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 ГК РФ.

Статьей 1069 ГК РФ установлено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Пунктом 3 статьи 125 ГК РФ установлено, что в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 отбывает наказание в ОИК №36 ГУФСИН России по Красноярскому краю, в периоды с 15.12.2006г. по 25.12.2006г., с 02.02.2007г. по 13.02.2007г., с 13.03.2007г. по 25.03.2007г., 13.05.2007г. по 25.05.2007г., с 13.07.2007г. по 25.07.2007г., с 02.08.2007г. по 13.08.2007г. был этапирован 6 (шесть) раз по маршруту ИВС ОВД по Нерчинско-Заводскому району - ФКУ СИЗО г.Читы - ИВС ОВД по Нерчинско-Заводскому району - ФКУ СИЗО г.Читы, о чем подтверждается книгой учета лиц, содержащихся в ИВС №306. Доказательств того, что ФИО1 содержался и находился в ИВС ОВД по Нерчинско-Заводскому району в иные периоды, истцом суду не представлено и материалами дела не подтверждается.

В периоды содержания истца в изоляторе временного содержания порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления, регулировались нормами Федерального закона от 15.07.1995 г. № 103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых, утвержденными приказом МВД РФ № 950 от 22.11.2005 г.

В силу ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 г. № 103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со ст. 7 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» наряду со следственными изоляторами, местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются изоляторы временного содержания (ИВС) органов внутренних дел.

На основании ст.ст. 13, 14 данного Федерального закона подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственных изоляторах, могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца. Основанием для такого перевода является постановление следователя или лица, производящего дознание, либо решение суда. Сроки содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых определяются УПК РФ.

Согласно ст.15 Федерального закона от 15.07.1995 г. № 103 в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей. В соответствии с п.9 ст.17 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые имеют право получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия в следственных действиях и судебных заседаниях.

В п. 11 ст. 17 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрено право подозреваемого и обвиняемого пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа.

В силу ст.23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин); все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием; норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Согласно ст.24 Закона, лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Из п.42 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых, утвержденных приказом МВД РФ № 950 от 22.11.2005 г. подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в ИВС, обеспечиваются ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам, определяемым правительством Российской Федерации.

Из п. 14 Правил, в течение первых суток вновь прибывшие подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку (лица, имеющие признаки педикулеза, - незамедлительно) в санпропускнике ИВС, а при его отсутствии - в санпропускнике (бане) общего пользования населенного пункта. Одежда (иные носильные вещи) подлежат обработке в дезинфекционной камере.

Согласно п. 45 Правил камеры ИВС оборудуются индивидуальными нарами, столом и скамейками по лимиту мест в камере, шкафом для индивидуальных принадлежностей и продуктов.

Согласно п. 48 вышеуказанных Правил, при отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более 50 °С), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности.

Судом установлено, что канализация и санузел в камерах ИВС в 2006-2007 годах отсутствовали, о чем подтверждается техническим паспортом, письменными пояснениями представителя МО МВД России «Газимуро-Заводский».

Указанные в отзыве ответчика МО МВД России «Газимуро-Заводский» обстоятельства позволяют прийти к выводу о том, что в период содержания в ИВС истцу были созданы условия, и он имел возможность для соблюдения правил личной гигиены, также самостоятельного принятия или совместно находящимся с ним лицом мер по обеспечению приватности санитарно-гигиенических процедур, поскольку в камерах находились лица одного пола, о чем истец в суде не отрицал.

Норма санитарной площади в камере на одного человека установлена в размере 4 кв.м., как следует из письменных пояснений представителя МО МВД России «Газимуро-Заводский», все лица размещались в ИВС с учетом указанной нормы.

В связи с тем, что нормативными документами ведение покамерного учета лиц, содержащихся в ИВС, не предусмотрено, проверить норму площади на каждого содержащегося суду не представляется возможным. Также истец указывает на то, что в период его содержания в ИВС не выдавались спальные принадлежности. Однако, из указанных выше Правил следует, что все подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования постельными принадлежностями (матрац, подушка, одеяло) и постельным бельем (две простыни, наволочка, полотенец), гигиеническим средствами (мыло, зубная паста, зубная щетка, одноразовый стаканчик). Из возражения ответчика МО МВД России «Газимуро-Заводский» следует, что подтвердить документально данный факт не представляется возможным в связи с уничтожением книги выдачи материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых.

Также истцом не представлено доказательств в подтверждение доводов о не обеспечении индивидуальными нарами. Так, в соответствии с Правилами, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом, постельными принадлежностями, посудой; для общего пользования камеры, в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них подозреваемых и обвиняемых, выдаются: мыло туалетное, стиральный порошок, бумага для гигиенических целей, настольные игры, газеты, предметы для уборки камеры.

Как следует из отзыва представителя МО МВД России «Газимуро-Заводский» в спорный период камеры ИВС были оборудованы нарами, столом и скамейками, шкафом для индивидуальных принадлежностей и продуктов, все подозреваемые и обвиняемые обеспечивались спальным местом.

Доказательств, опровергающих доводы ответчика, как и подтверждающих доводы самого истца, истцом суду не представлено.

Не согласен ответчик МО МВД России «Газимуро-Заводский» также и с доводами ФИО1 по поводу несоблюдения качества питания, приема пищи из одной посуды с лицами больными инфекционными заболеваниями, не выдачи средств и инвентаря для уборки камер, поскольку срок хранения финансовых документов и Актов проводимых санитарных обработок 5 лет, предоставить ответчик данные документы не может.

Как следует из отзыва ответчика МО МВД России «Газимуро-Заводский» питание в ИВС ОП по Нерчинско-Заводскому району осуществлялось по договору с ИП, по нормам, утвержденным Постановлением Правительства №205 от 11.04.2005г. «О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время», питание для лиц, содержащихся в ИВС доставляется автотранспортом отделения полиции в термосах объемом 10 литров. Поэтому в части несоблюдения норм питания и качественной пищи, доводы истца голословны. Поскольку отсутствуют какие-либо доказательства того, что истец получал не соответствующую норму или рацион питания.

Доводы истца ФИО1 указанные в иске о нарушении его прав, как лица, содержащегося под стражей, на непредставление ему ежедневной прогулки в течение 1-го часа, что оказывало негативное воздействие на его состояние здоровье, нарушало его личные неимущественные права, в судебном заседании не нашло своего подтверждения, напротив они опровергаются представленными суду материалами дела и письменными пояснениями представителя ответчика МО МВД России «Газимуро-Заводский», оснований не доверять которым у суда не имеется.

Из представленных документов следует, что журнал вывода подозреваемых и обвиняемых на прогулку на период времени содержания истца в ИВС в МО МВД России «Газимуро-Заводский» не велся, так как не предусмотрено регламентом работы охранно-конвойной службы и изолятора временного содержания. Истец указывает, что осуществлялись выводу на 30 минут, но при этом не опровергает наличие в ИВС прогулочного дворика.

Прогулочный двор ИВС представляет собой изолированное помещение оборудованное навесом от дождя и скамьей для сидения, согласно п. 132 раздела XV приказа МВД РФ №950.

Истец так же в своем заявлении указывает, что камеры ИВС в которых он содержался, не были оборудованы достаточной вентиляцией, естественная - отсутствовала, камеры плохо освещались.

Согласно техническому паспорту здания ОВД Нерчинско-Завода, одно этажное здание, 1991 года ввода в эксплуатацию, ремонт и реконструкция ИВС с 15.12.2006г. по 10.09.2007г. не проводилась.

Из отзыва МО МВД России «Газимуро-Заводский» следует, что в ИВС ОП по Нерчинско-Заводскому району отсутствовала система принудительной (механической) вентиляции камер, но имелась отдушина в стене, снабженная решеткой, что осуществляло рециркуляцию воздуха в камерах, в настоящее время камеры ИВС оборудованы принудительной вентиляцией с механическим побуждением. В связи с отсутствием естественного освещения в камерах, имеется искусственное, двухпозиционное освещение за счет ламп накаливания, регулируемого ночного и дневного освещения, расположенных в дневных нишах (ночное) и непосредственно установленных в камерах (дневное).

Обращения и жалобы истца в период содержания его под стражей в ИВС МО МВД России «Газимуро-Заводский» на ненадлежащие условия содержания, в том числе непредставление ему ежедневной прогулки в течение 1-го часа, недостаточностью воздуха и освещения в ИВС, от ФИО1 не поступали.

Из материалов дела также следует, что за период содержания ФИО1 под стражей в МО МВД России «Газимуро-Заводский» каких-либо жалоб на условия содержания должностным лицам, надзорным органам не поступало и не зафиксировано.

Истцом ФИО1 также не представлено доказательств того, что он, находясь в камере ИВС в установленный судом период, подвергался пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию, не представлено доказательств моральных и нравственных страданий.

В подтверждение всех вышеприведенных доводов представителем МО МВД России «Газимуро-Заводский» к отзыву приложены копии Акта об уничтожении, журнал исходящих жалоб и заявлений, книга учета лиц содержащихся в ИВС, Акты об уничтожении дел ОП по Нерчинско-Заводскому району, технический паспорт.

Доказательств нарушения прав истца ФИО1 в период содержания его под стражей в МО МВД России «Газимуро-Заводский», в установленный судом период, а также получение ФИО1 каких-либо заболеваний при содержании его под стражей, истцом суду не представлено и таких судом не получено.

Доказательств обратного относительно установленных судом в судебном заседании, в материалы дела представлено не было и судом также не получено.

Содержание ФИО1 под стражей в ИВС МО МВД России «Газимуро-Заводский» осуществлялось в соответствии с действующими нормативными актами.

Из ответа прокуратуры Нерчинско-Заводского района от 18.10.2018г. на запрос суда следует, что представить сведения за период с 15.12.2006г. по 10.09.2007г. о проведении проверок в ИВС по Нерчинско-Заводскому району не представляется возможным в виду уничтожения наряда с актами проверки ИВС за истечением срока хранения. На момент нахождения в ИВС МО МВД России «Газимуро-Заводский» истец обращался 03.08.2007г. прокурору Нерчинско-Заводского района по факту неоказания в ИВС медицинской помощи, которое не нашло своего подтверждения, иных жалоб и обращений не поступало. Меры реагирования в период с 2006г. по 2007г. в связи с ненадлежащими условиями содержания в ИВС ОП по Нерчинско-Заводскому району не принимались, в суд с иском не обращались.

Ссылки истца ФИО1 на Постановление Европейского Суда от 10 января 2012 года по жалобам №42525/07 и №60800/08 «ФИО4 и другие против Российской Федерации», Постановление ЕСПЧ от 9 октября 2008 г. по делу «ФИО5 против Российской Федерации» (жалоба № 62936/00), Постановление ЕСПЧ от 20.07.2004 «Дело «Балог против Венгрии» (жалоба № 47940/99), Постановление ЕСПЧ от 06.04.2000 «Дело «Лабита против Италии» (жалоба №26772/95), Постановление ЕСПЧ от 26.10.2000 «Дело «Кудла против Польши» (жалоба №30210/96), решение Бирилюсского районного суда Красноярского края по делу № 2-166/2016г. по иску ФИО6 к Минфину РФ безосновательны, поскольку данные документы не имеют непосредственного отношения к разрешаемому спору.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о компенсации морального вреда за нарушение условий содержания под стражей, является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов, в том числе МВД России, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание. Содержание на законных основаниях лица под стражей заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах, само по себе содержание лица под стражей, осуществляемое на законных основаниях, не порождает у него право на компенсацию морального вреда.

Федеральный закон от 15.07.1995 г. № 103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых, утвержденные приказом МВД РФ № 950 от 22.11.2005 г., не предусматривают компенсацию морального вреда подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений при их содержании под стражей в нарушений соответствующих условии.

Исчерпывающий перечень компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда приведен в ст. 1100 ГК РФ. В этом перечне не названы случаи компенсации морального вреда, причиненного нарушением предусмотренных законом условий содержания под стражей или отбывания наказания в виде лишения свободы.

Таким образом, при нарушении условий содержания подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений при их содержании под стражей причинение физических и нравственных страданий не презюмируется (не предполагается).

Аналогичные выводы содержаться в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 84-КГ17-6.

Это означает, что такие лица, обращаясь с иском в суд о компенсации морального вреда, причиненного нарушением предусмотренных законом условий содержания под стражей или отбывания наказания в виде лишения свободы, в соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ должны доказать, что от ненадлежащих условий содержания они испытали нравственные и физические страдания.

ФИО1 не представлено никаких доказательств причинения ему реальных нравственных страданий нарушениями, на которые он ссылается в обоснование заявленных требований, а также при оценке характера и степени таких страданий в целях определения размера компенсации морального вреда. В чем конкретно выражался причиненный ему моральный вред, истец не указывает, ссылаясь исключительно на умаление достоинства личности.

Принимая во внимание индивидуальные особенности истца, который длительное время находится в местах лишения свободы за совершение особо тяжкого преступления, суд не усматривает оснований для компенсации морального вреда, поскольку истцом согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не доказано, что такие нарушения причинили ему нравственные и физические страдания.

Таким образом, ответчиком МО МВД России «Газимуро-Заводский» предоставлены доказательства, опровергающие доводы истца. Указанные в иске нарушения не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Каких-либо дополнительных доказательств в обоснование иска истец в судебное заседание не представил.

Каких-либо доказательств, предоставления ответчиком недостоверных данных, ложной информации, истцом не представлено.

Достоверных и допустимых доказательств, подтверждения причинения истцу вреда здоровью в результате действий (бездействий) сотрудников следственного изолятора, суду не предоставлено.

Обратившись в суд с настоящим иском спустя продолжительный период времени (прошло более 10 лет) истец лишил себя права ссылаться на доказательства (журналы, акты и т.д.), которое могли бы подтвердить обоснованность его требований.

Оценив в совокупности обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат, поскольку никаких доказательств того, что условия его содержания в ИВС не соответствовали установленным нормам, что могло нарушить личные неимущественные права и нематериальные блага, принадлежащие истцу в силу Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», суду не представлено.

Поскольку при рассмотрении дела установлено, что истцу не были причинены лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие истца были гарантированы с учетом практических требований режима содержания, у суда отсутствуют юридические и фактические основания для возложения на ответчиков ответственности по компенсации истцу морального вреда.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Истец ФИО1 при подаче иска определением суда был освобожден от уплаты государственной пошлины за подачу искового заявления. На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194-198,199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, МО МВД России «Газимуро-Заводский» о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения через Газимуро-Заводский районный суд Забайкальского края.

Мотивированное решение будет составлено 06 ноября 2018 года.

Председательствующий А.Г. Намнанова