Постановление № 4А-19/2018 от 2 июля 2018 г. по делу № 4А-19/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

3 июля 2018 г. г. Владивосток

Заместитель председателя Тихоокеанского флотского военного суда Савченко Д.П., рассмотрев поступившую в порядке надзора жалобу защитника ФИО4 – Стыцюка В.Н на постановление судьи Уссурийского гарнизонного военного суда от 6 февраля 2018 г. и решение судьи Тихоокеанского флотского военного суда от 29 марта 2018 г., в соответствии с которыми военнослужащий Службы в г. <данные изъяты> Пограничного управления ФСБ России по Приморскому краю прапорщик ФИО4 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Согласно указанному постановлению судьи гарнизонного военного суда, оставленному без изменения названным решением судьи флотского военного суда, ФИО4 признан виновным в том, что 4 ноября 2017 года около 00 часов 30 минут в районе дома <адрес> он управлял автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, в состоянии алкогольного опьянения. Данные действия квалифицированы как административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, за совершение которого ФИО4 подвергнут штрафу в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 8 месяцев.

В жалобе, поданной в порядке надзора, защитник ФИО4 – Стыцюк В.Н. просит названные судебные постановления отменить и производство по делу прекратить.

В обоснование надзорной жалобы её автор, полностью повторяя доводы, изложенные в жалобе, поданной на постановление судьи гарнизонного военного суда в порядке первого пересмотра, полагает, что процессуальные документы сотрудниками полиции были составлены с нарушением закона.

Так он указывает, что в протоколе об административном правонарушении отсутствуют сведения о применении видеозаписи при совершении процессуальных действий, в этом же документе, а также в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и в протоколе об отстранении от управления транспортным средством в графе свидетели-понятые не зачеркнуто ненужное.

Также защитник считает, что подписи в процессуальных документах, составленных сотрудником полиции, ФИО4 не принадлежат, в связи с чем считает необходимым провести судебную почерковедческую экспертизу.

Кроме того, автор надзорной жалобы утверждает, что права и обязанности, а также порядок проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО4 не разъяснялись. На бумажном носителе исследования на состояние алкогольного опьянения отсутствует подпись ФИО4.

По мнению защитника, при указанных нарушениях, а также с учетом рекомендаций, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 г. № 5 и ст. 29.4 КоАП РФ, судье надлежало возвратить протокол об административном правонарушении с материалами дела в ГИБДД для устранения недостатков, а также назначить почерковедческую экспертизу.

Далее он считает, что вина ФИО4 в совершении административного правонарушения судьёй установлена быть не могла, поскольку показания инспекторов ДПС ФИО1 и ФИО2 являются противоречивыми.

Ссылаясь на ст. 49 Конституции РФ, ч. 4 ст. 1.5 КоАП РФ, показания свидетеля ФИО3, объяснения самого ФИО4, а также обращая внимание на отсутствие понятых, защитник отмечает, что все неустранимые сомнения в виновности Филимонова должны толковаться в его пользу.

Также автор жалобы утверждает, что сотрудники ДПС заинтересованы в исходе дела, обращает внимание на то, что запись видеорегистратора патрульного автомобиля в суд не представлена. Считает, что приобщённая к материалам дела видеозапись является недопустимым доказательством, поскольку состоит из двух частей, не имеет привязки к местности и по времени, не свидетельствует о том, что на ней изображён ФИО4, управлявший автомобилем, и ему были разъяснены права и обязанности.

Изучив материалы истребованного и поступившего во флотский суд дела об административном правонарушении, рассмотрев доводы надзорной жалобы, прихожу к выводу об отсутствии оснований для её удовлетворения.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ административным правонарушением признается управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения.

Согласно абз. 1 п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с ч. 6 ст. 27.12 КоАП РФ.

Освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинское освидетельствование на состояние опьянения и оформление его результатов осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Материалами дела подтверждается, что в результате столкновения автомобиля под управлением ФИО4 с деревом и его остановки, сотрудники ДПС, наблюдавшие за движением указанного транспортного средства, выявив у данного водителя признаки опьянения: запах алкоголя изо рта, неустойчивость розы, поведение, не соответствующее обстановке, указанные наряду с иными в п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 года № 475 (далее - Правил), предложили ему пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, в результате которого у ФИО4 оно было установлено.

Меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении применены к ФИО4 в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ и названных выше Правил, с применением видеозаписи.

Вопреки мнению защитника, в соответствии с положениями ч. 6 ст. 25.7 и ст. 27.12 КоАП РФсогласие освидетельствуемого на применение видеозаписи не требуется, право выбора фиксации хода освидетельствования (с участием понятых или видеозаписи) предоставлено сотрудникам полиции, поэтому присутствие понятых при осуществлении видеозаписи процедуры оформления законом не предусмотрено.

Согласно материалам дела концентрация абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе, выявленная в результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, у ФИО4 составила 0,908 мг/л., о чем был составлен акт освидетельствования на состояние опьянения.

С результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО4 согласился, что удостоверено произведенной им соответствующей записью и его подписью в акте и на бумажном носителе, содержащим показания технического средства измерения. Факт употребления им спиртных напитков перед названным ДТП подтвердил и сам ФИО4 при рассмотрении дела гарнизонным судом.

Таким образом, выявив событие административного правонарушения, должностным лицом в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 28.5 КоАП РФ был составлен протокол об административном правонарушении, в котором отражены все необходимые данные для рассмотрения дела по существу.

Вопреки доводам жалобы, вывод судьи гарнизонного военного суда о виновности ФИО4 в совершении вмененных ему действий основан на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, указанных в судебном постановлении. Вина ФИО4 в управлении автомобилем в состоянии алкогольного опьянения подтверждается протоколом об административном правонарушении, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, приобщенным к материалам дела бумажным носителем, протоколом об отстранении от управления транспортным средством, показаниями допрошенных в судебных заседаниях гарнизонного суда сотрудников полиции ФИО1 и ФИО2. Эти доказательства были оценены судьей в совокупности с другими материалами дела об административном правонарушении, в соответствии с требованиями ст.26.11 КоАП РФ.

Показания сотрудников полиции относительно порядка применения обеспечительных мер производства по делу, об обстоятельствах остановки автомобилем под управлением ФИО4, отстранения его от управления транспортным средством и освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, вопреки доводам жалобы, каких-либо существенных противоречий, способных поставить под сомнение их достоверность, не содержат, о чем обоснованно указано в решении суда апелляционной инстанции.

Оснований не доверять показаниям сотрудников органов внутренних дел, находящихся при исполнении служебных обязанностей, присутствующих при оформлении административного материала в отношенииФИО4, не усматривается. Не содержат материалы дела и данных о заинтересованности указанных свидетелей в исходе дела.

При этом из материалов дела об административном правонарушении, а в частности, из имеющихся в нем и исследованных судьями доказательств, усматривается, что порядок проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения нарушен не был, каких-либо ходатайств, замечаний и возражений относительно проводимого освидетельствования и его результатов ФИО4 заявлено не было.

Таким образом, предусмотренных ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ и п. 10 Правил оснований для направления ФИО4 на медицинское освидетельствование не имелось.

Заявленное защитником ходатайство о проведении почерковедческой экспертизы последний при рассмотрении дела судьей флотского суда снял.

Доводы жалобы о том, что в оформленных в отношении него процессуальных документах ФИО4 не расписывался, являются надуманными и материалами дела не подтверждаются. Кроме того, инспектор ДПС ФИО1, предупрежденный за дачу заведомо ложных показаний по ст. 17.9 КоАП РФ, и лицо, привлекаемое к административной ответственности, в судебном заседании подтвердили, что ФИО4 расписывался в протоколах собственноручно.

Не предоставление записи с видеорегистратора патрульного автомобиля ДПС не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО4 состава административного правонарушения и не ставит под сомнение вынесенные по делу судебные решения. Кроме того, ходатайств об истребовании записи видеорегистратора патрульного автомобиля ДПС участниками процесса заявлено не было.

Довод защитника о недопустимости использования в качестве доказательства представленной в суд сотрудниками ДПС ГИБДД видеозаписи освидетельствования ФИО4 на состояние алкогольного опьянения, являются несостоятельными и обоснованность выводов судьи гарнизонного суда под сомнение не ставит, о чем правильно указано в решении судьи флотского суда. Эта видеозапись согласуется с другим указанными доказательствами, которыми достоверно установлен факт управления ФИО4 автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. Кроме того, как усматривается из материалов дела, после просмотра данной видеозаписи ФИО4, не отрицавший, что на ней изображён именно он, и его защитник замечаний по дате, времени и месту проведения съёмки не заявляли. Сам факт изготовления данной видеозаписи из двух частей не противоречит требованиям Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел РФ государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдениями участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения, утверждённого приказом МВД России от 23 августа 2017 года №.

Иные доводы жалобы, в частности о том, что ФИО4 транспортным средством не управлял, ему не разъяснялись и грубо нарушались процессуальные права при производстве по делу об административном правонарушении, о его несогласии с результатом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и принадлежности подписей в процессуальных документах, а также о возвращении материалов дела в ГИБДД, были известны судьям как гарнизонного, так и флотского судов и обоснованно отвергнуты с приведением соответствующих мотивов в постановлении и решении, оснований не доверять которым не имеется. Правильной является и оценка показаний свидетеля ФИО3 о том, что именно он управлял автомобилем, которые признаны недостоверными.

Из материалов дела усматривается, что все протоколы, составленные по настоящему делу, отвечают требованиям главы 27 КоАП РФ.

Нарушений норм процессуального закона, влекущих безусловную отмену обжалуемых судебных актов, в ходе производства по делу не допущено, нормы материального права применены правильно.

Доводы жалобы, направленные к иной оценке приведенных правовых норм и собранных по делу доказательств, являются несостоятельными и не могут служить поводом к отмене либо изменению судебных постановлений. Эти доводы были известны судьям гарнизонного и флотского военных судов, являлись предметом их тщательного исследования и, с учетом фактических обстоятельств по делу, установленных в ходе судебных разбирательств, им дана надлежащая и не вызывающая каких-либо сомнений в своей обоснованности правовая оценка как в постановлении, так и в решении.

Новые доводы в жалобе на вступившие в законную силу судебные постановления по настоящему делу не приведены.

Таким образом, по делу установлено, что 4 ноября 2017 года ФИО4 управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ

Оснований сомневаться в правильности вывода о виновности ФИО4 в совершении указанного административного правонарушения при обстоятельствах, установленных судьёй гарнизонного военного суда, не имеется.

Юридическая квалификация действий ФИО4 по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ является правильной.

Назначая ФИО4 наказание, судья гарнизонного военного суда учёл как характер совершенного административного правонарушения, так и иные имеющие значение для правильного разрешения дела обстоятельства, в том числе данные о личности ФИО4, включающие сведения о том, что ранее он привлекался к административной ответственности за нарушения Правил дорожного движения.

Административное наказание назначено в соответствии со ст. 4.1 КоАП РФ, в пределах санкции ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ и является справедливым.

При таких обстоятельствах прихожу к выводу о соблюдении судами первой и второй инстанций требований КоАП РФ и отсутствии нарушений при производстве по делу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.30.17 КоАП РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление судьи Уссурийского гарнизонного военного суда от 6 февраля 2018 года и решение судьи Тихоокеанского флотского военного суда от 29 марта 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО4, оставить без изменения, а поданную в порядке надзора жалобу его защитника Стыцюка В.Н. – без удовлетворения.

Заместитель

председателя суда Д.П. Савченко