Апелляционное определение № 33-6827/2026 от 22 апреля 2026 г.

Судья Фаттахова Г.Н. УИД -16RS0048-01-2025-001917-84

дело № 2-1340/2025

№ 33-6827/2026

учет № 178


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23.04.2026 город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе: председательствующего Валишина Л.А., судей Камаловой Ю.Ф., Марданова Р.Д., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кузьминой В.А. рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Марданова Р.Д. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1 – ФИО2 на решение Московского районного суда г. Казани от 15.07.2025, которым постановлено: в удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью Коммерческий банк экономического развития «Банк Казани» о возложении обязанности оформить договор банковского вклада и компенсации морального вреда отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы и отзыв на нее, дополнительное возражение на апелляционную жалобу, выслушав истца ФИО1, в поддержку доводов апелляционной жалобы, представителя ответчика - общества с ограниченной ответственностью КБЭР «Банк Казани» - ФИО3, возражавшего против ее удовлетворения, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью КБЭР «Банк Казани» (далее – ООО КБЭР «Банк Казани») о возложении обязанности оформить договор банковского вклада и компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований указано, что 31.07.2024 он обратился в дополнительный офис ООО КБЭР «Банк Казани» за открытием вклада «Особый продукт» на 181 день, с суммой вклада 100 000 руб., в пользу третьего лица. При обращении имелся и предъявлялся паспорт вкладчика и указывалась информация о третьем лице, в чью пользу открывается вклад – персональные данные ФИО2, однако сотрудник банка пояснил, что в обязательном порядке необходима ксерокопия паспорта, а сообщение сведений о третьем лице недостаточно. Руководитель отделения указал, что идентификация третьего лица проводится в момент вступления его в права по вкладу. Без предоставления копии паспорта третьего лица сотрудник банка отказался оформить договор вклада. После консультаций сотрудник пояснил, что все же возможно открыть вклад без копии паспорта, но с обязательным указанием всех персональных данных третьего лица для его идентификации. Однако какие именно сведения необходимо представить, сотрудник не указал. Учитывая противоречивые пояснения сотрудника и невозможность открытия вклада, было составлено заявление с требованием провести проверку по обстоятельствам и предоставить ответ.

Банк в ответе от 20.08.2024 № 5998 привел положения Федерального закона № 115-ФЗ и приложения № 1 к Положению ЦБ РФ № 499-П о требованиях идентификации лиц, принимаемых на обслуживание. Также банк в ответе сослался на пункт 3.2 условий размещения вкладов физических лиц, согласно которому вкладчик обязан для открытия вклада предоставить банку документы или сведения, необходимые для открытия такого вида вклада и для идентификации владельца счета (вклада), а также лица, осуществляющего открытие вклада в пользу третьего лица, в том числе необходимые для осуществления банком валютного контроля в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации. С представленных документов банком изготавливаются копии таких документов. Банк привел пункт 3.3.4 условий, согласно которому при указании вкладчиком о выгодоприобретателе недостоверных сведений банк вправе отказать выгодоприобретателю в совершении каких-либо операций по вкладному счету. Также в ответе банк привел пункт 3.3.8 условий о том, что банк вправе требовать от вкладчика предоставления сведений о бенефициарном владельце, выгодоприобретателе и документов, необходимых для осуществления банком контроля в соответствии с требованиями Федерального закона №115-ФЗ. Банк в ответе резюмировал, что копию документа банк запрашивает в целях упрощения процедуры проверки предоставленных сведений о выгодоприобретателе. Ответ банка по существу не содержал опровержения изложенных в его заявлении обстоятельств, не давал четкого разъяснения – нужна ли была копия паспорта третьего лица для открытия вклада, достаточно ли было сообщить сведения о выгодоприобретателе.

Предметом спора является достаточность сообщения вкладчиком сведений о своем выгодоприобретателе для открытия вклада в пользу третьего лица. Учитывая, что он лично обращался в банк за открытием вклада, действовал от своего имени, то заключение договора вклада происходило непосредственно с ним, так и открытие счетов происходило на имя вкладчика. Банк должен при открытии вклада идентифицировать лицо, принимаемое на обслуживание – клиента. В момент открытия вклада, до момента волеизъявления своих прав на вклад, третье лицо не присутствует в банке, денежные операции не проводит, поэтому принимается на обслуживание в последующем. При принятии выгодоприобретателя на обслуживание банк обязан провести его идентификацию. Таким образом, ссылка ответчика на требования Федерального закона № ФЗ-115 и положение ЦБ РФ № 499-П не состоятельна, так как идентификация выгодоприобретателя производится при его личной явке в банк, предъявлении им своего документа, удостоверяющего личность и принятии его на обслуживание. Сообщения сотруднику банка устно и указания персональных сведений письменно в заявлении от 31.07.2024 было более чем достаточно для определения лица, в чью пользу вкладчик намерен внести вклад.

Считает, что отказ банка в открытии вклада в пользу третьего лица в виду выдвижения сотрудником банка условий, не предусмотренных законодательством, является необоснованным и неправомерным, уклонением банка от заключения публичного договора вклада. Требования банка о необходимости предоставления вкладчиком копии паспорта третьего лица, нарушает права потребителя на получение финансовой услуги.

На основании изложенного, истец просил возложить на ответчика обязанность оформить договор банковского вклада «Особый продукт» на 181 день в пользу третьего лица ФИО2, с суммой вклада 100 000 руб., взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

Истец в судебном заседании суда первой инстанции исковые требования поддержал. Представитель ответчика просил в удовлетворении исковых требований отказать.

15.07.2025 суд вынес решение в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1 – ФИО2 просит отменить решение суда и принять новое решение об удовлетворении исковых требований. Указывает, что суд неверно истолковал и тем самым применил нормы по идентификации лиц, принимаемых на обслуживание. Выводы суда о необходимости идентификации выгодоприобретателя в момент открытия вклада клиентом ошибочны. Договор вклада в пользу третьего лица является разновидностью вклада, открываемого на самого вкладчика, открывается без доверенности от третьего лица и без получения его согласия. Заключение договора вклада является двусторонней сделкой между банком и вкладчиком-клиентом. Суд необоснованно отклонил доводы истца о достаточности устного сообщения вкладчиком для заключения договора банковского вклада в пользу третьего лица сведений о фамилии, имени, отчестве, серии и номере паспорта лица, в пользу которого он открывается, а также о возможности идентифицировать выгодоприобретателя в момент его обращения в банк с заявлением о своих правах по вкладу. Ссылается на часть 1 статьи 842 ГК РФ и часть 14 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ. Утверждает, что нормы права не накладывают на клиента-вкладчика обязанность в предоставлении документов, удостоверяющих личность третьего лица (или надлежащим образом заверенных копий или копии) для проведения банком заочной идентификации выгодоприобретателя в момент открытия вклада. Суд в решении необоснованно привел мнение ответчика о том, что истец намеренно обратился в суд с иском по истечении срока хранения видеозаписей с камер видеонаблюдения, установленных в офисе банка, чтобы не было возможности установить факт того, что истец не обращался в банк с заявлением об открытии вклада в пользу третьего лица.

В отзыве на апелляционную жалобу третье лицо ФИО2 просит удовлетворить апелляционную жалобу ФИО1

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 30.10.2025 решение суда оставлено без изменения, апелляционная жалоба представителя истца ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 27.01.2026 апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 30.10.2025 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. При этом в кассационном определении указано, что поскольку при рассмотрении настоящего дела банк указал на невозможность производства идентификации выгодоприобретателя, что оспаривал истец, суду следовало определить, какие сведения и в какой форме в соответствии с законом позволяют организации, осуществляющей операции с денежными средствами или иным имуществом, идентифицировать клиента, представителя клиента и (или) выгодоприобретателя, чего сделано не было. Для правильного разрешения спора суду также необходимо было установить, возможно ли получение установленных Законом о противодействии финансированию терроризма сведений без предоставления паспорта выгодоприобретателя, имелась ли у банка возможность на основании имеющихся у истца сведений достоверно идентифицировать выгодоприобретателя (клиента) для открытия счета и получить необходимые сведения о нем. При разрешении спора суду надлежало установить, имелась ли у ФИО1 возможность предоставить копию документа, удостоверяющего личность иного лица, с учетом того, что паспорт является личным документом и должен храниться у его обладателя, чего сделано не было. Суду надлежало дать оценку действиям ФИО1 при обращении с требованиями об открытии вклада, как добросовестным или недобросовестным.

В дополнительном возражении на апелляционную жалобу ФИО1 с учетом определения Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 27.01.2026 представитель ответчика - ООО КБЭР «Банк Казани» - ФИО3 просит решение суда от 15.07.2025 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения. Указывает, что при внесении вклада на имя третьего лица банку в соответствии с законодательством Российской Федерации необходимо располагать сведениями, позволяющими определить лицо, в чью пользу внесен вклад, чтобы в будущем при обращении данного лица в своих правах на вклад, можно было определить, что оно является именно тем лицом, которое имеет право на получение вклада, для чего кредитной организацией осуществляется сбор сведений о нем. Такие сведения могут быть получены из информации, предоставленной в том числе устно обратившимся лицом за открытием вклада в пользу третьего лица, при этом риск предоставления неполных или недостоверных сведений о выгодоприобретателе лежит на лице, открывающем вклад. Указание истцом лишь цифр паспорта, без иных реквизитов не является предоставлением документа, удостоверяющего личность, в соответствии с законодательством Российской Федерации, поскольку не позволяет проверить принадлежность этих реквизитов конкретному лицу как гражданину Российской Федерации либо гражданину иностранного государства. Каких-либо доказательств того, что причины, по которым невозможно было предоставить дополнительные сведения о лице, в чью пользу вносится вклад, истцом не представлено.

В суде апелляционной инстанции ответчик ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержал. Пояснил, что намеренно не представил в банк копию паспорта жены ФИО2, поскольку закон не требует идентифицировать третье лицо в момент заключения договора вклада. Идентификации подлежит лицо, которое обращается в банк и заключает договор вклада, а третье лицо подлежит идентификации в последующем

Представитель ответчика - ООО КБЭР «Банк Казани» - ФИО3 в суде апелляционной инстанции просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Пояснил, что довод апеллянта о достаточности сообщенных сотруднику банка сведений для однозначного определения лица, в чью пользу вносится вклад, а именно: фамилии, имени, отчества и цифр паспорта, является необоснованным и объективно невозможным. В случае, если бы апеллянт предоставил СНИЛС, ИНН или сообщил дату рождения третьего лица, банк мог бы идентифицировать это лицо.

Третье лицо ФИО2 о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции извещена надлежащим образом, в судебное заседание не явилась.

Судебная коллегия признала возможным рассмотреть жалобу при имеющейся явке в соответствии с требованиями части 3 статьи 167, части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия полагает решение суда первой инстанции подлежащим оставлению без изменения по следующим основаниям.

В силу пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

Гражданин приобретает и осуществляет права и обязанности под своим именем, включающим фамилию и собственное имя, а также отчество, если иное не вытекает из закона или национального обычая 9 пункт 1 статьи 19 гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из пункта 1 Положения о паспорте гражданина Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 08.07.1997 № 828, основным документом, удостоверяющим личность гражданина Российской Федерации на территории Российской Федерации, является паспорт гражданина Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 834 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

Пунктом 3 статьи 834 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (глава 45), если иное не предусмотрено правилами главы 44 данного Кодекса или не вытекает из существа договора банковского вклада.

В соответствии с пунктом 1 статьи 842 Гражданского кодекса Российской Федерации вклад может быть внесен в банк на имя определенного третьего лица. Если иное не предусмотрено договором банковского вклада, такое лицо приобретает права вкладчика с момента предъявления им к банку первого требования, основанного на этих правах, либо выражения им банку иным способом намерения воспользоваться такими правами. Указание имени гражданина (статья 19), в пользу которого вносится вклад, является существенным условием соответствующего договора банковского вклада.

Согласно пункту 2 статьи 846 Гражданского кодекса Российской Федерации банк обязан заключить договор банковского счета с клиентом, обратившимся с предложением открыть счет на объявленных банком для открытия счетов данного вида условиях, соответствующих требованиям, предусмотренным законом и установленными в соответствии с ним банковскими правилами.

Банк не вправе отказать в открытии счета, совершение соответствующих операций по которому предусмотрено законом, уставом банка и выданным ему разрешением (лицензией), за исключением случаев, когда такой отказ вызван отсутствием у банка возможности принять на банковское обслуживание либо допускается законом или иными правовыми актами.

Из материалов дела следует, что 31.07.2024 ФИО1 обратился в дополнительный офис ООО КБЭР «Банк Казани» с целью оформить договор вклада «Особый продукт» на срок 181 день с суммой вклада в размере 100 000 руб., в пользу третьего лица – ФИО2

Договор вклада между сторонами спора заключен не был.

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец указал, что ответчик отказал ему в открытии вклада в пользу третьего лица, поскольку им не была предоставлена копия паспорта выгодоприобретателя, а сообщенных истцом сведений о третьем лице было недостаточно.

31.07.2024 истец обратился в дополнительный офис «Кремлевский» ООО КБЭР «Банк Казани» с заявлением о проведении проверки в связи с отказом сотрудника банка открыть вклад в пользу третьего лица, так как им не была представлена ксерокопия паспорта третьего лица, в пользу которого он намеревался открыть вклад.

Из ответа ООО КБЭР «Банк Казани» № 5998 от 20.08.2024 на заявление ФИО1 следует, что предоставление документов, удостоверяющих личность клиента, представителя клиента и (или) выгодоприобретателя, необходимо для идентификации клиентов, выгодоприобретателей в целях противодействия легализации доходов, полученных преступных путем. Кроме того, для открытия вклада в пользу третьих лиц, вкладчик обязан предоставить банку документы и сведения, необходимые для открытия такого вида вклада и для идентификации владельца счета (вклада), а также лица, осуществляющего открытие вклада в пользу третьего лица. Банк запрашивает копию документа в целях упрощения процедуры проверки предоставленных сведений о выгодоприобретателе.

Разрешая настоящий спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии документальных подтверждений того, что заявитель предоставил банку комплект документов и сведений, необходимых для идентификации бенефициара вклада в соответствии с действующими нормативно-правовыми актами.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте положений части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Дополнительные требования к идентификации клиентов, представителей клиентов, выгодоприобретателей для кредитных организаций установлены Федеральным законом от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма (далее – Федеральный закон № 115-ФЗ) и принятым во исполнение этого закона Положением Банка России от 15.10.2015 № 499-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов, представителей клиентов, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию), доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее – Положение Банка России № 499-П»).

Согласно абзацу второму подпункта 1 пункта 1 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, обязаны до приема на обслуживание идентифицировать клиента, представителя клиента и (или) выгодоприобретателя, за исключением случаев, установленных пунктами 1.1, 1.1.-1, 1.2, 1.4, 1.4-1,1.4-2, 1.4-4-1.4-8 настоящей статьи, установив конкретные сведения в отношении физических лиц – фамилию, имя, а также отчество (если иное не вытекает из закона или национального обычая), гражданство, дату рождения, реквизиты документа, удостоверяющего личность, данные миграционной карты, документа, подтверждающего право иностранного гражданина или лица без гражданства на пребывание (проживание) в Российской Федерации, адрес места жительства (регистрации) или места пребывания, идентификационный номер налогоплательщика (при его наличии), а в случаях, предусмотренных пунктами 1.11 и 1.12 данной статьи, фамилию, имя, а также отчество (если иное не вытекает из закона или национального обычая), серию и номер документа, удостоверяющего личность, а также иную информацию, позволяющую подтвердить указанные сведения.

Пунктом 2.1. Положения Банка России № 499-П установлено, что при идентификации клиента, представителя клиента, выгодоприобретателя, бенефициарного владельца кредитной организацией самостоятельно либо с привлечением третьих лиц осуществляется сбор сведений и документов, предусмотренных приложениями 1 и 2 к настоящему Положению, документов, являющихся основанием совершения банковских операций и иных сделок.

При этом приложением 1 к Положению Банка России № 499-П предусмотрены сведения, подлежащие получению, в том числе касательно реквизитов документа, удостоверяющего личность: серия (при наличии) и номер документа, дата выдачи документа, наименование органа, выдавшего документ, и код подразделения (при наличии).

Таким образом, при внесении вклада на имя третьего лица банку в соответствии с нормативными актами Банка России и законодательством Российской Федерации, необходимо располагать сведениями, позволяющими определить лицо, в чью пользу внесен вклад, чтобы в будущем, при обращении данного лица в своих правах на вклад можно было определить, что оно является именно тем лицом, которое имеет право на получение вклада, для чего кредитной организацией и осуществляется сбор сведений о нем. Такие сведения могут быть получены из информации, предоставленной, в том числе устно, обратившимся лицом за открытием вклада в пользу третьего лица, при этом риск предоставления неполных или недостоверных сведений о выгодоприобретателе лежит на лице открывающем вклад.

Учитывая изложенное, доводы апеллянта о достаточности сообщенных сотруднику банка сведений для однозначного определения лица, в чью пользу вносится вклад, а именно: фамилии, имени, отчества и цифр паспорта ФИО2, судебная коллегия не может принять во внимание.

Судебная коллегия не может согласиться с доводом апеллянта о том, что идентификация выгодоприобретателя должна производиться исключительно в момент его личного обращения в банк, а не при открытии вклада, по следующим основаниям.

Действительно, в силу абзаца второго пункта 1 статьи 842 Гражданского кодекса Российской Федерации третье лицо приобретает права вкладчика с момента предъявления им к банку первого требования. Однако данная норма регулирует момент возникновения материальных прав у третьего лица на денежные средства, но не регулирует порядок заключения договора между банком и вкладчиком и не отменяет императивных требований Федерального закона № 115-ФЗ и Положения Банка России № 499-П, предъявляемых к организации, принимающей денежные средства.

Между тем, в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ организации, осуществляющие операции с денежными средствами, обязаны идентифицировать выгодоприобретателя до приема на обслуживание. В рассматриваемом случае прием на обслуживание выгодоприобретателя в будущем невозможен без наличия у банка в момент открытия вклада достоверных сведений о нем, поскольку именно на основании этих сведений банк в будущем будет проверять полномочия явившегося лица и его соответствие тому лицу, в чью пользу был заключен договор.

Ссылка истца на то, что идентификация возможна только при личной явке, не может быть принята во внимание, поскольку в этом случае банк был бы лишен какой-либо возможности проверить, что явившееся лицо является именно тем выгодоприобретателем, который был указан вкладчиком при заключении договора.

Указание вкладчиком в заявлении только фамилии, имени и номера паспорта без предоставления его копии либо без передачи иных уникальных идентификаторов (СНИЛС, ИНН, дата рождения, место рождения) создает для банка риск неисполнения возложенных на него публичных обязанностей по противодействию легализации доходов, полученных преступным путем, поскольку на момент обращения выгодоприобретателя у банка не будет объективной возможности удостовериться в его личности.

Кроме того, пунктом 1 статьи 842 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что указание имени гражданина, в пользу которого вносится вклад, является существенным условием договора. Существенность условия предполагает, что банк должен располагать точными и проверяемыми данными об этом лице уже в момент подписания договора. Предоставление таких данных является встречной обязанностью вкладчика, вытекающей из принципа добросовестности (статья 10 ГК РФ).

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Судебная коллегия учитывает, что истец ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции пояснил, что намеренно не предоставил банку копию паспорта и не сообщил иные идентификационные сведения о выгодоприобретателе, настаивая на своем толковании закона. Такое поведение судебная коллегия расценивает как злоупотребление правом, поскольку истец, имея объективную возможность предоставить банку достаточные для идентификации сведения, этого не сделал, что лишает его права ссылаться на незаконность отказа банка.

Таким образом, довод апеллянта о преждевременности идентификации не может служить основанием для отмены решения суда первой инстанции, поскольку основан на неверном толковании взаимосвязи норм гражданского и публичного банковского законодательства и не учитывает необходимость проверки банком личности выгодоприобретателя для исполнения требований Федерального закона № 115-ФЗ, как на момент открытия вклада, так и на момент его выдачи.

Нарушений норм материального права, повлекших вынесение незаконного решения, в том числе тех, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе, судом первой инстанции не допущено.

Учитывая изложенное, оснований для отмены решения судебная коллегия не находит.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Московского районного суда г. Казани от 15.07.2025 по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 08.05.2026.

Председательствующий

Судьи