Постановление № 22-89/2017 от 27 октября 2017 г. по делу № 22-89/2017

Апелляционное
постановление



№22-89/2017
город Новосибирск
27 октября 2017 года
Западно-Сибирский окружной военный суд в составе: председательствующего Лебедева А.Г., при секретаре судебного заседания Кольчуриной Н.А., с участием прокурора - военного прокурора отдела военной прокуратуры Центрального военного округа капитана юстиции Аверина А.И, осужденного Намзырая Э. Б-о, его защитника-адвоката Бородиной Л.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитника – адвоката Хитаришвили Т.А. и представителя потерпевшей – адвоката Монге Ш.Р. на приговор Абаканского гарнизонного военного суда от 18 августа 2017 года, согласно которому бывший военнослужащий войсковой части ..........

Намзырай Эрес Баян-оолович,

осужден за совершение преступления, предусмотренного частью 4 статьи 264 УК Российской Федерации к лишению свободы сроком на 4 (четыре) года, с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с эксплуатацией транспортных средств, на срок 3 (три) года.

Гражданский иск потерпевшей Б. к осужденному Намзыраю Э. Б-о. о возмещении материального ущерба, складывающегося из расходов на погребение, на сумму 226972 рубля 50 копеек, и материального ущерба в результате повреждения трактора «МТЗ – 80 Л», на сумму 570000 рублей, удовлетворен судом полностью.

Гражданский иск о компенсации морального вреда потерпевшей Б.. удовлетворен частично и с осужденного Намзырая Э.Б-о. взыскано в ее пользу 500 000 рублей, а в остальной части иска на общую сумму 2 500 000 рублей суд отказал.

Заслушав выступление осужденного Намзырая Э.Б-о., его защитника Бородиной Л.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы защитника Хитаришвили Т.А. и возражавших относительно удовлетворения апелляционной жалобы адвоката Монге Ш.Р., а также мнение прокурора Аверина А.И., полагавшего необходимым приговор в части гражданского иска о возмещении материального ущербы изменить, а в остальной части оставить апелляционные жалобы обеих сторон без удовлетворения, окружной военный суд

установил:

Намзырай признан виновным и осужден за то, что он, являясь лицом, управляющим автомобилем, находясь в состоянии опьянения, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть Бр., то есть в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 264 УК Российской Федерации.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Намзырай свою вину в инкриминированном деянии не признал.

В апелляционной жалобе защитник Хитаришвили Т.А., считая, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, просит приговор отменить и оправдать его подзащитного.

В обоснование этого, ссылаясь на отдельные нормы УПК Российской Федерации, разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», материалы дела, автор этой жалобы приводит доводы, сводящиеся, по сути, к следующему.

Как считает защитник, суд необъективно истолковал показания потерпевшей Б. свидетелей М., О., Ш.;

Имеющиеся в деле заключения экспертов-автотехников являются неполными, не отвечающими на главный вопрос, необходимый для разрешения дела, поскольку они основаны на неверно истолкованных показаниях заинтересованных свидетелей О. и Х..

Далее Хитаришвили, анализируя показания свидетеля Х., делает вывод о том, что в момент ДТП трактор Бр. стоял с заглушенным двигателем и без габаритных огней.

Указывая на отсутствие в приговоре ссылки на нарушение Намзыраем пункта 2.7 ПДД, защитник обращает внимание суда второй инстанции на то, что в ходе судебного следствия его подзащитный заявлял ходатайство об исключении из числа доказательств результатов его медицинского освидетельствования на состояние опьянения, однако суд данные этого исследования положил в основу приговора.

Далее автор этой апелляционной жалобы, настаивая на правдивости версии его подзащитного о том, что в момент ДТП трактор Бр. стоял, приводит свою оценку показаниям потерпевшей, свидетелей и заключений экспертов-медиков, ссылаясь при этом на справку об исследовании, проведенном специалистом К.., и показания последнего в суде.

Хитаришвили также указывает на то, что суд необоснованно отказал в удовлетворении его ходатайства о проведении комплексной судебно-медицинской автотехнической экспертизы.

Ссылаясь на показания свидетеля Х., по мнению защитника, не видевшего габаритных огней трактора Бр., а также свидетеля П. об отсутствии топлива в баках названного трактора, он делает вывод о том, что суд необоснованно положил в основу приговора как доказательство вины Намзырая объяснения названных лиц.

Выражает несогласие защитник и с тем, как суд разрешил гражданский иск потерпевшей, полагая, что в части возмещения материального ущерба, обусловленного повреждением трактора, он должен быть уменьшен на 400 000 рублей, а по затратам на погребение на 25 000 рублей, поскольку автогражданская ответственность Намзырая застрахована в ПАО «Росгосстрах», в привлечении которого к делу суд необоснованно отказал.

В заключение жалобы Хитаришвили указывает на то, что судом нарушен принцип состязательности сторон, поскольку позиция стороны защиты не нашла своего отражения.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей – адвокат Монге Ш.Р. считает приговор несправедливым вследствие его чрезмерной мягкости.

В обоснование этого он указывает, что при назначении наказания суд не учел того, что Намзырай никаких мер по возмещению материального ущерба и компенсации морального вреда не предпринимал, не посчитав нужным даже поговорить с потерпевшей стороной. Кроме того, Намзырай, с целью избежать ответственности за содеянное, занял активную позицию по перекладыванию вины на погибшего путем дачи недостоверных показаний.

Ссылаясь на то, что у потерпевшей остались малолетние дети без отца, автор этой жалобы высказывает мнение о том, что взысканная судом сумма в счет компенсации морального вреда занижена.

С учетом изложенных обстоятельств представитель просит изменить приговор, усилить назначенное Намзыраю наказание, а гражданский иск удовлетворить в полном объеме.

В возражениях относительно апелляционных жалоб защитника Хитаришвили и представителя Монге Ш.Р. государственный обвинитель подполковник юстиции Иванов М.Л. опровергает доводы указанных обращений и просит приговор в отношении Намзырая оставить без изменения.

Защитник Хитаришвили также представил письменные возражения на апелляционную жалобу представителя потерпевшей Монге Ш.Р., в которых высказывает несогласие с приведенными в ней доводами и просит оставить это апелляционное обращение без рассмотрения.

Рассмотрев материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, а также представленных возражениях, окружной военный суд считает, что выводы суда первой инстанции о виновности Намзырая в совершении им преступления, предусмотренного частью 4 статьи 264 УК Российской Федерации, соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Судебное следствие проведено полно, всесторонне и объективно. Приговор основан на имеющейся по делу совокупности достаточных доказательств, к которым суд правомерно отнес показания потерпевшей Б.., свидетелей О., Ш., Кр.., Б-Х, П., Мн., М., протокол осмотра места происшествия от 7 сентября 2016 года ), протоколы осмотра предметов от 4 декабря 2016 года, 10 января и 6 марта 2017 года ), заключения № ..........., ..........., ..........., ..........., ........... экспертов – автотехников от 20 января, 6 февраля, 9 и 21 марта 2017 года ), заключения № .............., .......... эксперта- медика от 30 ноября и 2 декабря 2016 года ), акт эксперта-химика № ......... от 22 сентября 2016 года ), а также другие письменные доказательства, которые были исследованы в судебном заседании.

Перечисленные доказательства отражены в приговоре и надлежащим образом оценены судом с точки зрения их допустимости и достоверности. Качество проведенного анализа каких-либо сомнений не вызывает.

Положив в основу приговора вышеуказанные доказательства, суд первой инстанции, таким образом, констатировал, что заключения экспертиз научно обоснованы, назначены в установленном законом порядке, объективны, основаны на полно представленных материалах, а поэтому нет оснований им не доверять.

При этом окружной военный суд отмечает, что, вопреки утверждениям Хитаришвили, суд первой инстанции какого-либо толкования показаний потерпевшей Б., свидетелей М., Ш. и О. не приводил, а лишь изложил существо их объяснений, что усматривается из соответствующего протокола ).

Показания же свидетеля Х. в основу приговора положены не были, как нет ссылок на показания этого лица и свидетеля О. в заключениях экспертов-автотехников.Вопреки утверждениям защитника Хитаришвили, обоснованной является ссылка в приговоре и на показания свидетеля П., который, несмотря на то, что в судебном заседании дал показания, отличающиеся от сообщенного им в ходе предварительного следствия, тем не менее, подтвердил, что на месте ДТП была разлита солярка. Об отсутствии же топлива в баках П. не заявлял ).

Не установил суд и того, что свидетели О. и Х. лично, прямо или косвенно заинтересованы в исходе данного уголовного дела, не усматривается этого и из материалов дела. Ссылка же защитника на то, что названные свидетели совместно с погибшим занимались заготовкой древесины, об их заинтересованности не свидетельствует

Версию Намзырая о том, что в момент ДТП он был трезв, а трактор потерпевшего стоял с выключенными габаритными огнями суд первой инстанции без внимания не оставил, тщательно ее проверил, и обоснованно отверг, с приведением убедительных мотивов принятого решения, с которыми суд второй инстанции соглашается.

При этом суд, установив, что Намзырай в момент ДТП находился в состоянии опьянения указал на это в описательно-мотивировочной части приговора в соответствии со статьей 307 УПК Российской Федерации.

Вопреки доводам апелляционной жалобы Хитаришвили, судом не было допущено нарушений принципов равноправия сторон и состязательности судопроизводства. В ходе судебного разбирательства, как это следует из материалов уголовного дела, стороны не были ограничены в праве представления доказательств, имеющих значение для данного дела. В судебном заседании исследованы все существенные для дела доказательства, представленные сторонами, правильно разрешены все имеющиеся ходатайства по делу, в том числе и названные в апелляционном обращении защитника, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, не допущено.

При этом ссылка в апелляционной жалобе защитника на справку об исследовании № ......... является необоснованной, поскольку последняя получена с нарушениями положений статей 58, 164 и 168 УПК Российской Федерации и обосновано отвергнута судом первой инстанции ввиду того, что в ее основу положены сведения, не соответствующие действительности.

Не имелось у суда оснований и для назначения комплексной судебно-медицинской автотехнической экспертизы, поскольку собранных по делу доказательств достаточно для установления обстоятельств, предусмотренных статьей 73 УПК Российской Федерации.

В этой связи суд первой инстанции правильно установил обстоятельства дела и пришёл к верному выводу о наличии причинно-следственной связи между нарушением Намзыраем пунктов 1.5, 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и наступившими последствиями, правильно квалифицировав его действия по части 4 статьи 264 УК Российской Федерации.

При решении вопроса о наказании суд, руководствуясь требованиями статей 60, 61 УК Российской Федерации, учел обстоятельства дела, а также данные о личности осужденного, в том числе и то, что он в период военной службы характеризуется положительно, ранее ни в чем предосудительном замечен не был, а также признал обстоятельством, смягчающим наказание осужденному, наличие у него на иждивении малолетних детей.

Вместе с тем с учетом характера и степени общественной опасности действий Намзырая, обстоятельств произошедшего, суд первой инстанции не нашел возможности в соответствии с частью 6 статьи 15 УК Российской Федерации снизить категорию совершенного им преступления.

Кроме того, суд, учитывая как раз те обстоятельства, на которые ссылается в своей жалобе потерпевшая сторона, справедливо назначил осужденному наказание, связанное с реальным отбыванием лишения свободы и лишением права управлять транспортным средством на срок 3 года, так как менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижения целей наказания. Выводы суда о назначении как основного, так и дополнительного наказания и его размера надлежащим образом мотивированы, с данными выводами суда соглашается суд апелляционной инстанции. При этом правильно, в соответствии с пунктом «а» части 1 статьи 58 УК Российской Федерации, назначил отбывание наказание осужденному в колонии-поселении.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит назначенное Намзыраю наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, полностью отвечающим задачам исправления осужденного, а также предупреждения совершения им новых преступлений, а потому суд апелляционной инстанции считает, что доводы апелляционной жалобы потерпевшего о несправедливости назначенного осужденному наказания вследствие его чрезмерной мягкости являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Наказание Намзырай назначено в соответствии с требованиями статьи 60 УК Российской Федерации в пределах санкции статьи, по которой он осужден.

При таких обстоятельствах с доводами апелляционных жалоб о несправедливости назначенного Намзырай наказания, как вследствие чрезмерной мягкости, так и чрезмерной суровости, окружной военный суд согласиться не может.

Принятое судом решение о частичном удовлетворении исковых требований потерпевшей Б. о компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей - является мотивированным и обоснованным, соответствующим характеру причиненных ей нравственных страданий, а также требованиям справедливости и соразмерности, поэтому с доводами жалобы представителя потерпевшего в этой части согласиться нельзя.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного и его защитника, заявленный потерпевшей Б. гражданский иск о возмещении материального ущерба, вызванного повреждением трактора, на сумму 570 000 рублей, судом разрешен правильно, в соответствие с требованиями закона.

Доводы жалобы защитника, мотивированные тем, что суд при решении вопроса о возмещении материального ущерба в сумме 570 000 рублей за поврежденный трактор и 25 000 рублей на погребение, не учел, что Намзырай застрахован по ОСАГО, не могут служить основанием для изменения приговора в этой части, поскольку, даже в случае удовлетворения им исковых требований, данное обстоятельство не препятствует ему обратиться с иском в порядке регресса к страховой компании, застраховавшей его ответственность по полису ОСАГО.

Вместе с тем приговор в части разрешения гражданского иска о возмещении материального ущерба, в той его составляющей, которой разрешен размер возмещения ущерба, связанного с погребением и поминальными обедами, нуждается в корректировке, исходя из следующего.

В силу статьи 3 Федерального закона от 12 января 1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение - обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям, осуществление которого возможно путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Поскольку проведение поминальных обедов на 49 день после смерти лица выходит за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, возмещение расходов на которое предусмотрено положениями статьей 1094 ГК Российской Федерации, у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения требований в соответствующей части.

Таким образом, иск потерпевшей Б., в части возмещения расходов на погребение и проведение поминальных обедов, подлежит удовлетворению частично, а именно на сумму 222 731 рубль 50 копеек, а в остальной части этих исковых требований, на сумму 4241 рубль, необходимо отказать.

Иных сведений, не учтенных судом при назначении наказания, и влекущих снижение наказания в апелляционной жалобе защитником осужденного не приведено.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы могли свидетельствовать о незаконности приговора и служить безусловным основанием для его отмены либо изменения, по делу не установлено.

Руководствуясь статьями 38920, 38926, 38928 и 38933 УПК Российской Федерации, окружной военный суд,

постановил:

приговор Абаканского гарнизонного военного суда от 18 августа 2017 года в отношении Намзырая Эреса Баян-ооловича изменить.

Гражданский иск потерпевшей Б. в части возмещения материального ущерба – расходов, понесенных в связи с погребением супруга и проведением поминальных обедов, удовлетворить частично и взыскать с Намзырая Эреса Баян-ооловича 222 731 рубль 50 копеек, а в остальной части на сумму 4241 рубль – отказать.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитника-адвоката Хитаришвили Т.А. и представителя потерпевшей – адвоката Монге Ш.Р. – без удовлетворения.

Председательствующий по делу А.Г. Лебедев