Приговор № 1-118/2021 1-826/2020 от 25 июля 2021 г. по делу № 1-118/2021

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Усолье-Сибирское 26 июля 2021 года

Усольский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего, судьи Глотовой С.А., при секретаре Черновой О.А., с участием государственного обвинителя – Муклинова А.Р., потерпевшего В., подсудимой ФИО1, её защитника – адвоката Мотылькова С.И., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с УИД 38RS0024-01-2020-005270-76 (№ 1-118/2021) в отношении:

ФИО1, родившейся (данные изъяты), гражданки РФ, имеющей основное общее образование, вдовы, имеющей одного несовершеннолетнего и двоих малолетних детей, официально не работающей, зарегистрированной по адресу: (данные изъяты), проживающей по адресу: (данные изъяты), несудимой, по настоящему делу избрана мера пресечения подписка о невыезде и надлежащем поведении, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 умышленно причинила В. тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах:

11.09.2020 в период с 18.45 часов до 19.18 часов ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь на территории частного домовладения, расположенного по адресу: (данные изъяты), в процессе ссоры, на почве возникших личных неприязненных отношений к В., действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия – ножа, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, и желая их наступления, имеющимся у неё при себе предметом – ножом, используя его в качестве оружия, нанесла В. один удар в область грудной клетки справа, причинив тем самым В. проникающее колото-резаное ранение грудной клетки по средне-ключичной линии справа сопровождавшееся пневмотораксом, относящееся к разряду причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, и один удар в область левого колена, причинив тем самым В. рану на левом коленном суставе, относящуюся к разряду причинивших легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья до 21 суток.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 выразив свое отношение к предъявленному обвинению пояснила что действительно ударила своего сожителя В. ножом при указанных выше обстоятельствах, но в рамках самозащиты от его действий себя и своего малолетнего ребенка. Как в стадии следствия, так и в суде настаивала, что нанесла удар ножом В. чтобы напугать последнего, заставить его отдать ей малолетнего ребенка который был на руках у В.. Она опасалась, что нетрезвый В. причинит вред их общему ребенку, так как он ранее проявлял агрессию к ней и в момент ссоры бил ее руками и ногами по различным частям тела. Иным способом, нежели путем применения ножа, она не могла бы в возникшей ситуации остановить агрессию В. по отношению к ней и ребенку.

По существу дела ФИО1 пояснила следующее.

В сентябре 2020 года она проживала в жилом доме по адресу : (данные изъяты) совместно с сожителем В. их совместным четырехмесячным малолетним ребенком,- дочерью М., двумя своими старшими дочерьми Д., А. и отцом ее сожителя- О.. Проживала там до того момента, пока не произошли данные события. 11.09.2020 она с сожителем В., его отцом, а также со знакомыми К. и Г. распивали спиртное в жилом доме по адресу : (данные изъяты). Малолетняя дочь М. была с ними. Двух старших дочерей дома не было. В период с 18:45 час до 19:18 час. 11.09.2020 ее сожитель В. находясь в сильной степени алкогольного опьянения неоднократно предъявлял ей различные претензии, вел себя агрессивно. В. несколько раз ложился спать, но когда просыпался, то продолжал с ней ссориться. Причиной ссор была его ревность. Когда в очередной раз В. лег спать, то она во избежание дальнейших скандалов с В. решила уехать на автомашине такси в гости к К. вместе с последней и Г. и подождать там, когда В. протрезвеет и перестанет к ней придираться. Она решила ехать вместе с дочерью М.. Передав дочь К., ушла собирать вещи. Когда вернулась, то увидела, что стоит автомобиль такси. В. забрал ребенка у К. и убежал с ребенком в огород домовладения,чтобы помешать ей уехать с К.. Увидев это, К. и Г. не стали ее ждать и уехали. Она проследовала за В. в огород, где стала просить его отдать ей ребенка. В тот момент она находилась в легком алкогольном опьянении, полностью отдавала отчет своим действиям, спиртного выпила до этого немного. В. ребенка не отдавал, держа ребенка в левой руке, правой рукой и ногами стал бить её по голове, ногам, отчего у нее возникли гематомы «синяки», оскорблял ее. Опасаясь за себя и ребенка, она убежала в летнюю кухню, расположенную недалеко от того места, где они стояли в огороде, на кухне нашла нож, вернулась в огород, демонстрируя нож В., хотела его напугать, заставить передать ей ребенка. В. неоднократно падал с ребенком на руках. Она настойчиво пыталась забрать ребенка, так как в состоянии опьянения В. мог причинить ему вред, мог упасть на ребенка. Она не могла уйти и оставить с В. ребенка. В., держа ребенка на руках, угрожал самоубийством. Считает, что оставлять с ним ребенка было опасно. На В. были одеты трусы, торс был голый. Он стал «кидаться» на нее, пошел в ее сторону с ребенком на руках, и тогда она, защищаясь, направила лезвие ножа в сторону В. подняла руку вверх с ножом и нанесла им В. ранение в грудную клетку. Это произошло потому, что В. пытаясь нанести ей очередные удары, руками и ногами, наткнулся на нож грудной клеткой, а также напоролся на нож ногой, когда пытался нанести ей удар этой ногой. Повреждение колена также могло возникнуть от того, что В., когда пинал ее ногами, напоролся на нож. Допускает также, что могла махнуть ножом и нанести удары им В. случайно. Умышленных и активных ударов ножом она В. не наносила. После удара ножом, В. отпустил ребенка, на теле у В. она увидела кровь. Она бросила нож. Взяла ребенка и убежала к соседке Я.. Ребенок никаких повреждений не получил. Сама вызвать скорую помощь или полицию не могла, так как не смогла найти свой сотовый телефон. Я. она сообщила, что «порезала» В.. Я. позвонила в скорую помощь. Далее, она (ФИО2) оставила ребенка у Я. и вернулась домой. В. сидел в огороде. Он был в сознании, говорил, что ему больно, она видела у него рану на груди. Она пыталась оказать ему помощь до приезда скорой помощи, что-то прикладывала к ране. Рану на ноге не видела. В. просил у нее прощение. Приехала скорая помощь и В. госпитализировали. Она навещала В. в больнице, между ними достигнуто примирение. Но совместно больше не проживают. В. хорошо относится к дочери. Однако, в период совместного проживания В. бил ее (ФИО2), она заявление в полицию не писала, ограничивались только профилактическими беседами с участковым уполномоченным инспектором полиции.

По ходатайству государственного обвинителя исследованы показания ФИО1 данные ею в стадии следствия.

В показаниях данных на стадии следствия ФИО1 аналогично, что и в судебном заседании поясняла о событиях 11.09.2020 предшествующих совершению преступления. По факту нанесения ножом повреждений В. при допросе в качестве подозреваемой ( л.д.39-43 т.1) показала, что после того, как В. убежал с ребенком на руках в огород, она побежала вслед за ним, продолжила с ним ругаться, требовать, чтобы тот отдал ребенка, пыталась его отобрать у В.. В. ей ребенка не отдавал. В. отмахивался от неё, не давая подойти близко, запнулся и упал на землю вместе с ребенком, придавив дочь своим телом. В. держал ребенка одной рукой, а второй несколько раз ударил ее по телу, попадая по правой руке, по правому предплечью, чтобы она не подошла и не забрала дочь. Затем В., пятясь назад от нее, пока она пыталась отобрать ребенка, запнулся обо что-то на земле и упал назад и на бок, то есть ребенок, которого тот держал левой рукой, оказался под В.. Слышали ли что-нибудь соседи, она не знает, но никто из соседей не пришел на крики. Забор у них в ограде высокий, соседей не видно. Так как она не могла забрать у В. свою дочь, то решила взять нож, чтобы напугать им В. и забрать ребенка. Она забежала в летнюю кухню, вязла со стола (или из шкафа, не помнит, так как была в возбужденном состоянии) кухонный нож длиной около 34 см. с рукоятью из полимерного материала черного цвета со вставками белого цвета и побежала обратно в огород. В. уже поднялся с земли с ребенком. Она подбежала к нему и стала замахиваться ножом в сторону В., говорить, чтобы тот отдал ребенка. В это время В. развернулся и ударил её кулаком в правую сторону лба. Она в ответ ударила В. два раза ножом: один раз в грудную клетку справа, второй – в левое колено. В. не удержался на ногах, упал вместе с ребенком. Она схватила ребенка из рук В. и побежала с дочерью к соседке Я., которой рассказала о случившемся, затем вернулась домой. Увидела В., из груди справа и левого колена у которого текла кровь. Когда ударила В. ножом, то бросила его рядом с В.. Позднее В. сказал, что нож выбросил в туалет. Удары ножом нанесла, так как хотела забрать дочь у В.. Убивать В. не хотела, только напугать. Состояние опьянения не повлияло на её действия. Если бы была трезвая, то совершила бы то же самое.

При дополнительном допросе в качестве подозреваемой (л.д. 160-164 т.1) ФИО1 пояснила, что демонстрировала перед В. нож, говоря, что если тот не отдаст ребенка, то она его порежет. В. так и не отдавал ребенка и еще развернулся и один раз ударил ее кулаком по лбу справа. Она сильно разозлилась и ударила ножом В. в правую часть грудной клетки, когда тот стоял перед ней, но немного правее неё. Она держала нож в правой руке, но как именно пришелся удар не помнит. Удара в левое колено она не помнит, но признает, что ранение ножом в колено допустила она, ранее у В. такой раны не было. Почему ранее говорила, что запомнила удар в колено, пояснить не может. В результате конфликта дочь М. не пострадала.

В ходе следственного эксперимента, с участием подозреваемой от 07.12.2020, ФИО1 аналогично пояснила о причинах конфликта между ней и В. 11.09.2020, находясь по адресу: (данные изъяты), она на месте совершения преступления показала как неоднократно пыталась отобрать у В. дочь. Но тот отталкивал её, нанося при этом удары по правому плечу, предплечью. Затем, когда они находились на тропинке у грядки возле палисадника. В., пятясь от неё, упал на землю, при этом завалился на ребенка. Прежде чем упасть, он кулаком правой руки ударил её в лоб. При этом продолжал левой рукой держать ребенка. Когда В. упал, она не выдержала и побежала в летнюю кухню за ножом, так как хотела напугать В., чтобы тот отдал ребенка. Когда она вернулась, держа нож в правой руке, то В. находился на том же месте, но уже поднялся с земли на ноги, держа ребенка левой рукой. Она приблизилась к В., требуя вернуть дочь, иначе она его порежет, демонстрируя перед ним нож. В. не выполнил её требование, после его она подошла ближе к нему, когда тот стоял к ней лицом, немного правее её, после чего нанесла один удар ножом в грудную клетку справа, но как именно (направление): снизу вверх, сверху вниз, прямо, она не помнит. Как потом нанесла удар по левому колену ножом, она также не помнит, так как была пьяна. Выбросила нож в огороде и убежала, забрав у В. ребенка (л.д.165-173 т.1).

При допросе в качестве обвиняемой (л.д. 204-207 т.1)ФИО2 уточнила, что нож, которым она нанесла удар В. держала в правой руке.Ребенок не пострадал, в мед.учреждения с дочерью не обращалась.

В судебном заседании ФИО1 показания данные в стадии следствия подтвердила частично. Не смогла объяснить суду причины противоречий в показаниях на стадии следствия и в суде о причинах возникновения телесных повреждений. Не смогла пояснить, почему следователю поясняла о своих активных действиях по нанесению удара ножом В., а версия о неумышленном причинении телесных повреждений и самонатыкании В. на нож у нее возникла только в ходе судебного разбирательства.

Несмотря на позицию ФИО1, ее вина подтверждается показаниями потерпевшего В., данными в стадии следствия, свидетелей Я., О., Б., К., Г., письменными материалами уголовного дела и заключениями экспертиз.

В судебном заседании потерпевший В. пояснил, что в настоящее время с ФИО1 не проживают, не общаются, но после случившегося они помирились. Допускает, что имеющееся у него ножевые ранения возникли не от умышленных активных действий ФИО2, как утверждал ранее на следствии, а в результате его самонатыкания на нож в процессе их ссоры. А так же допускает, что он мог получить ранения путем случайного пореза, в тот момент, когда ФИО1 махала перед ним ножом, защищаясь от его ударов.

Потерпевший В. подтвердил показания ФИО1, данные в судебном заседании. Аналогично пояснил о причинах конфликта между ним и ФИО1 11.09.2020. Уточнил, что до данного конфликта между ним и подсудимой из-за ревности также возникали ссоры ранее, когда он в состоянии алкогольного опьянения высказывал сомнение в отцовстве относительно дочери М.. Он не хотел, чтобы ФИО1 вместе с дочерью М. уезжала в гости к К., забрал у последней дочь и убежал в огород. ФИО1 проследовала за ним, пыталась отнять у него дочь. Он не отпускал с рук ребенка отбивался руками и ногами от нее, нанося ФИО1 неоднократные удары в лоб, плечо. ФИО2 от ударов не падала. На нём были только шорты, торс был голый. В ходе конфликта он допускал падение с ребенком, но ребенка не придавливал своим телом, вставал, продолжал удерживать дочь, убегая и отбиваясь от ФИО1. В ответ на нанесенные удары ФИО2 разозлилась и побежала за ножом. Вернулась с ножом длиной 25-30 см., держа нож в руке, не замахиваясь направила лезвие ножа в его сторону. И тогда он стал наступать на ФИО2, двинулся в ее сторону и напоролся на нож. Удар пришелся в правую часть грудной клетки, в легкое. Ранение ножом в левое колено получил, когда махал ногами в сторону ФИО2, пытаясь ее ударить и напоролся на нож. Как он понял, ФИО1 взяла нож, чтобы напугать его и забрать дочь. Считает, что он несколько раз падал с ребенком, ФИО2 это видела, и могла испугаться за ребенка. До этого, он никогда телесных повреждений ребенку не причинял, угрозы для него не представлял. Любит свою дочь и занимается ее воспитанием. После получения ножевых ранений, он отпустил дочь, и ФИО2 с ней ушла, перед этим бросила нож. Он поднял нож и выбросил его в туалет, так как хотел, чтобы ФИО2 избежала уголовной ответственности. По этим же мотивам врачам скорой помощи он сказал, что на него напали двое неизвестных людей и нанесли ему ножевые ранения. После ФИО1 навещала его в больнице, до того пока он через 5 дней самовольно не покинул мед.учреждение.

По ходатайству государственного обвинителя, в связи с существенными противоречиями, исследованы показания потерпевшего В., данные в стадии следствия.

В своих показаниях данных в стадии предварительного расследования (142-146 т.1) В. пояснял, что распивал спиртное 11.09.2020 по адресу: (данные изъяты) совместно с сожительницей ФИО1, отцом О., приятелями К. и Г.. Их совместная с ФИО1 малалолетняя дочь М. была дома. Около 17.30 часов, изрядно выпив, лег спать его отец. Затем опьянел и он, ушел спать на диван в дом в зале, время было около 18.00 часов. Проснулся он около 18.45-19.00 часов, и увидел, что ФИО2 собирается уезжать, понял это, потому как та собирала детские вещи М. с собой, то есть хотела уехать с ребенком. Он спросил у ФИО2, куда та собирается, на что последняя ответила, что хочет поехать дальше выпивать с К. и Г.. Он запретил ей это делать, после чего между ними возникла ссора, в ходе которой они стали оскорблять друг друга. Затем он, выйдя на улицу, увидел, что в руках у К. их дочь М., которую ей дала подержать ФИО2. В этот момент К. и Г. стояла еще в ограде дома. Он подошел к К. и попросил ему отдать дочь, что та и сделала. Затем из дома вышла ФИО2, которая подошла к нему и попыталась забрать дочь, но он не отдавал, и вместе с ребенком побежал в огород. Ребенка не отдавал, так как не хотел, чтобы ФИО2 куда-либо уезжала. В огороде ФИО2 снова попыталась забрать у него ребенка, но он не давал, удерживая ребенка одной рукой, второй отталкивал ФИО2 от себя и ребенка (какой именно рукой, он не помнит). Допускает, что пока отмахивался от ФИО2, то случайно мог ударить ее рукой по лбу или по правой руке и предплечью, но специально ей удары не наносил. Затем он, пятясь назад от ФИО2, пока та пыталась отобрать ребенка, запнулся обо что-то на земле и упал назад, то есть ребенок, которого он держал двумя или одной рукой (сейчас точно не помнит), упал сверху на него. Все это время, пока они ссорились с ФИО2 и та пыталась забрать у него ребенка, ребенок громко кричал, они с ФИО2 тоже громко кричали друг на друга. Слышали ли что-нибудь соседи, он не знает, но никто из соседей не пришел на крики. Забор у них в ограде высокий, соседей не видно. Где в это время находились К. и Г., он в тот момент не обращал внимания, но сейчас ему известно, что те уехали домой на такси и этих моментов не видели. Затем ФИО2, после того, как он поднялся с ребенком на ноги, побежала в летнюю кухню, откуда вернулась через 30 секунд, в руках у нее был большой кухонный нож, который до этого видел в навесном шкафу в летней кухне, где спал его отец, то есть, чтобы его взять, ФИО2 понадобилось отбежать от него с ребенком до летней кухни (расстояние составляет около 5 метров), открыть дверцу навесного шкафа и достать оттуда нож. Когда та вышла из летней кухни, то он увидел у неё в руках нож с рукоятью из полимерного материала черного цвета с белыми вставками, длиной около 34 см, и потребовала вернуть ей ребенка, при этом он не помнит, замахивалась ли та на него ножом. Помнит, что отбегал от нее с ребенком в огород, ФИО2 бежала за ними. В какой-то момент он развернулся правым боком к ФИО2, то есть ребенка держал в левой руке, и ФИО2 держа нож в правой руке (правша), нанесла ему один удар ножом в грудную клетку справа, рука с ножом была направлена сверху вниз. Затем он отдал ребенка ФИО2, куда та после этого ушла, он не обращал внимания. Каким образом та нанесла ему рану левого колена, он не помнит, но точно после удара в грудную клетку. Затем он стал ходить по ограде. У него текла кровь из раны в груди и колена. Нож, которым ФИО2 нанесла ему ножевые ранения, он лично подобрал с земли в огороде, в месте, где Шахматова его ударила, и выбросил в туалет. Сделал это для того, чтобы спрятать следы преступления, чтобы ФИО2 не привлекли к ответственности. После того, как он выбросил нож, то сел за стол в ограде. Происходящее далее он не помнит, очнулся только в больнице. Допускает, что медикам со скорой помощи сказал, что порезало его неизвестное лицо, так как не хотел выдавать ФИО2. Был в тот момент в одних трусах. После выписки из больницы, между ними с ФИО2 нормальные отношения, они примирились, ФИО2 извинилась за ножевые ранение, которые ему причинила. Ранее при первоначальном допросе (л.д.57-59 т.1) он не совсем правильно рассказал о произошедших событиях, так как был после наркоза, мог что-то перепутать. Так, например, он не клал ребенка в кроватку, и не убегал от ФИО2 в огород, он с ребенком уже находились в огороде. Также сказал, что помнит, как ФИО2 нанесла ему удар по левому колену, но он этот момент не помнит.

При следственном эксперименте потерпевший В. дал аналогичные показания, что и при допросе от 25.11.2020 (л.д.143-146 т.1). Также вспомнил, что после того, как ФИО2 ударила его ножом в грудь, он попытался забрать нож или выбить его, возможно в это время она нанесла удар ножом в его колено. После того, как ФИО2 ушла, он стал ходить по огороду, оставляя кровавые следы, так как из ран текла кровь, он был в одних трусах. Затем пришел в ограду и сел за стол, а до этого, подобрав с земли в огороде нож, выброси его в туалет (л.д. 174-180 т.1).

Потерпевший В. подтвердил показания данные на стадии следствия частично. Настаивал на неосторожном характере действий ФИО2 в момент причинения ему ножевых ранений и самопроизвольном натыкании на нож. Заявил, что показания на стадии следствия об активных ударах ножом ФИО1 дал так как был злой на последнюю. Просил доверять его показаниям, данным в судебном заседании. Сейчас он с ФИО1 помирился.

Из протокола очной ставки между потерпевшим В. и подозреваемой ФИО1 следует, что потерпевший В. допускает, что в ходе ссоры с ФИО2, находясь в огороде и падая назад, мог случайно упасть сверху на ребенка. Также пояснил, что специально нанес удар рукой в лоб ФИО1 когда та пыталась забрать у него ребенка. В ходе следственного эксперимента он ориентировочно указал на место, где ФИО2 нанесла ему удар ножом в грудь, а именно тропинка слева от палисадника относительно входа в огород. Допускает, что мог ошибиться на несколько метров от того места, куда он показал в ходе следственного эксперимента. Допускает, что удар пришелся, когда он с ФИО2 находились между палисадником и грядкой. (л.д. 181-184 т.1).

В. в суде показания при очной ставке подтвердил полностью.

В связи с неявкой, по ходатайству государственного обвинителя исследованы показания свидетелей Я., О., Б., К., Г., данные ими на стадии расследования уголовного дела.

Из показаний свидетелей К., Г., данных в стадии предварительного расследования (л.д. 137-139 т.1, л.д. 140-141 т.1) установлено, что 11.09.2020 в дневное время они распивали спиртное в гостях у ФИО1 и её сожителя В. в ограде домовладения по адресу: (данные изъяты). С ними также распивал спиртное отец В.,- О.. В доме находилась малолетняя дочь В. и ФИО1, - М., (данные изъяты) г.р. В. и его отец опьянели и пошли спать. Около 18.45-19.00 часов они стали собираться домой, ФИО1 попросилась к ним с дочерью, так как не хотела оставаться дома с пьяным В., поскольку до этого те немного повздорили. К. согласилась, и ФИО1 передала ей на руки свою дочь М., а сама пошла собирать вещи в дом. Затем проснулся В., вышел из дома, ругаясь на ФИО1, забрал у К. ребенка. К тому времени они уже вызвали такси, и не стали наблюдать скандал, сели в такси и уехали домой. Примерно через день после этого, К. позвонила ФИО1 и сообщила, что В. в больнице, так как та его в ходе ссоры в огороде порезала в грудь, про колено ничего не рассказывала. Сказала, что сделала это из-за того, что В. не соглашался ей отдавать дочь. Также ФИО2 сказала К., что В. в ходе ссоры ударил ее в лоб, по рукам, когда та пыталась забрать у него ребенка. Г. узнал о случившемся от К., а именно, что ФИО1 порезала В., подробности ему не известны. К. также дополнила, что по характеру ФИО1 спокойная, но если чем-то разозлить, то становиться агрессивная. Выпивает периодически, за дочерями ухаживает, никогда не бросает. Ей известно, что между ФИО1 и В. отношения не очень хорошие, часто ссорятся по бытовым вопросам.

Из показаний свидетеля Я., данных в стадии предварительного расследования (л.д. 23-25, 147-149 т.1) установлено, что она проживает по адресу: (данные изъяты). Рядом по соседству, по адресу: (данные изъяты), проживает В. с отцом, и сожительницей (данные изъяты) (ФИО1). У ФИО1 и В. имеется маленькая дочь возрастом 4 месяца. 11.09.2020 около 19.00 часов к ней домой прибежала ФИО1 была очень взволнована, руки были в крови. ФИО1 рассказала, что порезала В. и попросила вызвать скорую, а также сходить с ней домой и посмотреть, что с последним. Когда они зашли во двор их дома, то она увидела, что В. сидит во дворе, под навесом. Он был в сознании. Сидел в одних трусах, бледный. Она увидела у него рану на левом колене, а также на правой стороне груди большая рана, текла кровь. На деревянном настиле, где он сидел, было много крови. Она вызвала скорую помощь со своего сотового телефона. Со слов ФИО1 ей известно, что она поругалась с В. и она хотела уехать из дома, но тот схватил маленькую дочь и стал от неё убегать. Она пыталась забрать ребенка, но В. стал бить её по голове (на лбу ФИО1 она увидела гематому). Сказала, что порезала В. из-за того, что тот не отдавал ей ребенка. ФИО1 также сказала, что убегая от неё, В. упал и чуть не задавил ребенка. Она испугалась за дочь и поэтому ударила В. ножом. Нож она (свидетель) не видела. Когда приехала скорая помощь, то В. им сказал, что его порезали неизвестные, не стал говорить правду про ФИО1.

Из показаний свидетеля О., данных в стадии предварительного расследования (л.д. 30-32 т.1) установлено, что по адресу: (данные изъяты), он проживал с сыном В., сожительницей последнего ФИО1, тремя детьми. 11.09.2020 в дневное время он был дома и распивал спиртное с сыном В., ФИО1. Затем сильно опьянел и ушел спать в летнюю кухню. Когда проснулся, то зашел в дом, но там никого не было. Позднее узнал, что В. находится в больнице в ножевыми ранениями. Что именно произошло, он не знал.

Из показаний свидетеля Б., данных в стадии предварительного расследования (л.д. 28-29 т.1) установлено, что он работает фельдшером ССМП. 11.09.2020 в 19 часа 18 минут поступила заявка по адресу: (данные изъяты). По прибытию на место, увидел, что В. в одних трусах сидел в ограде дома. Пояснения о случившемся давать отказался. При осмотре В, обнаружено: ножевое ранение третьего межреберья по средне-ключичной линии справа, ножевое ранение нижней трети бедра по передней поверхности слева. Алкогольное опьянение. В доме находились отец и сожительница В..

ФИО1 в судебном заседании подтвердила показания свидетелей.

Кроме того, вина ФИО1 подтверждается письменными доказательствами:

- уголовное дело по факту умышленного причинения тяжкого вреда здоровью В. с применением предмета, используемого в качестве оружия - ножа 11.09.2020 по адресу: (данные изъяты), возбуждено 11.09.2020 по пункту «з» части 2 статьи 111 УК РФ (л.д. 1 т.1) на основании рапорта об обнаружении преступления зарегистрированного в КУСП № 10719 от 11.09.2020 (л.д. 4 т.1);

- сообщением медсестры ГБ-1 от 11.09.2020, 20:10 часов в дежурную часть МО МВД России «Усольский» о том, что поступил В., (данные изъяты) г.р., прож.: (данные изъяты) с диагнозом: Ножевое ранение в грудную клетку справа, ножевое ранение нижней трети бедра слева, алкогольное опьянение» (л.д. 3 т.1);

- врачебной справкой о том, что В., 20 лет 11.09.2020 поступил в хирургическое отделение УГБ. Диагноз: «Сочетанная травма. Резаная рана грудной клетки справа, проникающая в плевральную полость. Пневмоторакс справа. Резаная рана левого колена» (л.д. 6 т.1);

- протоколом осмотра места происшествия от 11.09.2020, схемой и фототаблицей к нему, следователем в присутствии понятых и с участием специалиста В., в присутствии ФИО1, с разрешения последней осмотрена территория частного домовладения и дом по адресу: (данные изъяты), в том числе огород, как место совершения преступления. В ходе осмотра места происшествия из туалета на улице изъят нож со следами вещества бурого цвета на клинке. В огороде на тропинке, на деревянном настиле в ограде обнаружены следы вещества бурого цвета, похожие на кровь. Изъяты следы вещества бурого цвета с настила из досок во дворе дома на марлевый тампон. Во время осмотра в доме наблюдается беспорядок (л.д. 8-22 т.1), изъятое осмотрено следователем (л.д. 73-74 т.1), приобщено к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (л.д. 75 т.1);

- медицинской справкой травмпункта «Усольской городской больницы» от 11.09.2020 о том, что ФИО1, (данные изъяты) г.р. поставлен диагноз: «Ушиб мягких тканей лобной области справа. Алкогольное опьянение» (л.д. 51 т.1);

- актом от 12.09.2020 обследования семейно-бытовых условий жизни несовершеннолетней М., (данные изъяты) г.р., которая проживает с родителями в жилом доме. Отношение в семье нормальные, все необходимое для ребенка имеется в доме (л.д. 53 т.1);

- картой вызова скорой медицинской помощи от 11.09.2020. В 19:18 часов принят вызов от соседки для В. (данные изъяты) лет с ножевым ранением грудной клетки, живота, спины по адресу: (данные изъяты). По прибытию на вызов в 19:26 часов осмотрен В., (данные изъяты) г.р., поставлен диагноз: «Ножевое ранение 3 межреберья по среднеподмышечной линии справа. Ножевое ранение нижней трети бедра по передней поверхности слева. Алкогольное опьянение». Со слов последнего установлено, что ножевое ранение нанесли неизвестные около 30 минут назад. Обстоятельства произошедшего назвать отказался. Пояснил, что весь день употреблял алкоголь. В 19:45 часов был доставлен в стационар в ГБ-1 (л.д. 81 т.1);

Потерпевший В. в судебном заседании уточнил, что ножевые ранения ему нанесла ФИО1. При госпитализации сообщил ложную информацию, чтобы ФИО1 избежала ответственности.

- протоколом выемки мед.карты на имя ФИО1, (данные изъты) г.р. из травмпункта ОГБУЗ «УГБ» (л.д. 85 т.1), которая осмотрена следователем (л.д. 86-89 т.1), приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (л.д. 90 т.1);

- заключением эксперта (экспертиза свидетельствуемого) № 1247 от 25.09.2020, согласно которому судебно-медицинский эксперт В. произвела судебно-медицинскую экспертизу ФИО1 по медицинским документам и пришла к выводам, что у ФИО1 обнаружены следующие повреждения: кровоподтеки в лобной области, на правой кисти и предплечии образовались от действия твердых тупых предметов, в срок указанный в мед.документах, и относятся к разряду не причинивших вреда здоровью. Не исключается возможность образования телесных повреждений у ФИО1 при обстоятельствах, описанных в протоколе её допроса от 11.09.2020 (л.д. 94 т.1);

- протоколом выемки мед.карты на имя В., (данные изъяты) г.р. из стационара № 1 ОГБУЗ «УГБ» (л.д. 111-113 т.1), которая осмотрена следователем (л.д. 114-124 т.1), приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (л.д. 125 т.1);

- заключением эксперта (экспертиза свидетельствуемого) № 1371 от 16.11.2020, согласно которому судебно-медицинский эксперт В. произвела судебно-медицинскую экспертизу В. по медицинским документам и пришла к выводам, что у В. обнаружены следующие телесные повреждения: проникающее колото-резаное ранение грудной клетки по средне-ключичной линии справа сопровождавшееся пневмотораксом, относится к разряду причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Рана на левом коленном суставе относится к разряду причинивших легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья до 21 суток. Все телесные повреждения образовались от действия колюще-режущего предмета в срок, указанный в мед.документах (л.д. 129-130 т.1);

- протоколом предъявления предмета для опознания от 29.11.2020, согласно которому подозреваемой ФИО1 представлены 3 кухонных ножа, из которых она опознала нож под № 2, которым она нанесла ножевое ранение в грудную клетку справа и в левое колено В. по адресу: (данные изъяты), 11.09.2020. Опознала нож по длине около 34 см, рукояти из полимерного материала черного цвета с белыми вставками (л.д. 151-156 т.1);

В судебном заседании осмотрено вещественное доказательство, - нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия.

ФИО1 пояснила, что именно этим ножом она нанесла телесные повреждения В. в ограде дома по адресу: (данные изъяты) и этот нож она опознала в стадии следствия. В. также пояснил, что именно этим ножом ФИО1 причинила ему телесные повреждения.

- заключением эксперта (экспертиза свидетельствуемого) № 1512 от 09.12.2020 (дополнительная к заключению эксперта № 1371 от 16.11.2020), согласно которому судебно-медицинский эксперт В. произвела судебно-медицинскую экспертизу В. по медицинским документам и пришла к выводам, что не исключается возможность причинения телесных повреждений В., как при обстоятельствах, указанных им в ходе следственного эксперимента от 08.12.2020, так и при обстоятельствах, указанных подозреваемой ФИО1 в ходе следственного эксперимента от 07.12.2020. Не исключается возможность причинения телесных повреждений В. от ударов ножом, описанным в протоколе осмотра предметов от 12.09.2020 (л.д. 192-193 т.1);

- постановлением от 09.12.2020 об установлении личности подозреваемой, периода и места совершения преступления, согласно которому считать верными: временем совершения ФИО1 преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 УК РФ считать 11.09.2020 в период времени с 18.45 часов до 19.18 часов; местом совершения преступления - частное домовладение, расположенное по адресу: (данные изъяты); личность подозреваемой - ФИО1, (данные изъяты) года рождения установленной (л.д. 196-197 т.1);

- заключением эксперта (экспертиза свидетельствуемого) № 302 от 09.03.2021 (дополнительная к заключению эксперта № 1371 от 16.11.2020), согласно которому судебно-медицинский эксперт В. произвела судебно-медицинскую экспертизу В. по медицинским документам и пришла к выводам, что у В. обнаружены следующие телесные повреждения: проникающее колото-резаное ранение грудной клетки справа и рана на левом коленном суставе. Не исключается возможность причинения телесных повреждений В., от ударов ножом, описанным в протоколе осмотра предметов от 12.09.2020 и ножом, представленным на экспертизу. Причинение телесных повреждений В. при обстоятельствах, указанных подсудимой ФИО1 в судебном заседании 03.02.2021 следует исключить (при взмахах рукой). Образование телесных повреждений у В. в результате самонатыкания им на нож следует исключить.

Оценивая показания потерпевшего В. суд принимает как доказательства его показания, данные на стадии следствия от 12.09.2020 и от 25.11.2020 (л.д. 57-59 т.1, 142-146 т.1), и при следственном эксперименте, где он поясняет о нанесении ему ФИО1 активного удара в грудную клетку ножом, поскольку данные показания согласуются с показаниями ФИО1, данными в стадии следствия, где последняя также поясняла, что на отказ В. передать ей ребенка, она нанесла ему удар ножом в грудную клетку. Изобличающие показания В. на стадии следствия согласуются также с протоколом осмотра места происшествия, откуда изъят нож, являющийся орудием преступления, заключением экспертиз, согласно которым установлен механизм образования телесных повреждений у В. и не противоречат иным доказательствам. Тот факт, что В. в некоторых своих показаниях указывал, что не помнит, как ФИО3 нанесла ему второй удар ножом в колено, не свидетельствуют о недостоверности его показания о причастности ФИО2 к преступлению, и объясняются его состоянием после нанесения ранения ножом в грудь, имевшего более тяжкие последствия. Вместе с тем, ФИО1 не оспаривала, что это она ударила ножом в колено В. при рассматриваемых событиях преступления. В. также пояснял, что допускает, что ФИО2 нанесла ему удар в колено после удара в грудь. Показания В. на стадии следствия от 12.09.2020 и от 25.11.2020 и при следственном эксперименте не имеют существенных противоречий в части описания действий ФИО1 по нанесению активного удара ножом в его грудную клетку. Незначительные расхождения в данных его показаниях не влияют на существо дела. Показания В. при очной ставке проводимой с ФИО1 и показания В. в судебном заседании в части мотива действий ФИО1 и механизма образования телесных повреждений как у него самого, так и у ФИО1 суд оценивает как стремление помочь ФИО1 избежать уголовной ответственности, представить последствия поведения ФИО1 в более благоприятном виде. Показания В. о том, что он сам мог наткнуться на нож и получить дважды ножевое ранение, а также получить ранение от взмаха им ногой в сторону ФИО1 опровергаются его показаниями на стадии следствия, а также заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 302 от 09.03.2021. Учитывая взаимоотношения В. и ФИО1 суд считает, что изменение показаний в пользу ФИО1 вызвано намерением помочь ей уйти от ответственности. Данную попытку исключить причастность ФИО1 к преступлению В. использовал сразу после совершения преступления, сообщив фельдшеру скорой медицинской помощи Б. ложные сведения об иных обстоятельствах возникновения у него повреждений от действия неизвестных лиц, что не подтвердилось, и далее было опровергнуто самим же потерпевшим. Таким образом, суд принимает как доказательства изобличающие ФИО1 показания В., данные в стадии следствия и основывает на данных показаниях свои выводы о виновности ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью В., с применением ножа.

Показания свидетелей Я., О., Б., К., Г., суд находит логичными, последовательными, согласующимися с показанием потерпевшего, данными на стадии предварительного следствия, а также иными доказательствами по делу. К., Г. подтвердили причину конфликта ФИО1 и В. в месте совершения преступления. Я. подтвердила причастность ФИО1 к рассматриваемому преступлению, видела В. сразу после преступления, видела кровь на руках ФИО1 и на теле В.. ФИО1 призналась ей в нанесении ножевых ранений В.. Вместе с тем, к показаниям Я. о мотивах преступления вызванных самозащитой суд относится критически, так как данные сведения Я. известны только со слов ФИО1. Оценивая показания всех свидетелей в их совокупности суд считает, что несмотря на то, что последние не были очевидцами преступления, однако, каждый пояснял об обстоятельствах до и (или) после совершения ФИО1 преступления, ставших им известными. Следовательно, показания свидетелей О., Б., К., Г., а также не противоречащие всей совокупности доказательств показания Я., могут быть положены в основу приговора наряду с иными доказательствами.

Показания К. суд принимает во внимание также как сведения характеризующего значения о подсудимой.

Суд доверяет выводам судебно-медицинского эксперта В. которая имеет большой опыт работы в области судебной медицины. Составленные ею заключения № 302 от 09.03.2021, № 1371 от 16.11.2020, № 1512 от 09.12.2020 по данному делу не оспорено сторонами и не вызывает сомнений у суда в их правильности, а потому, суд принимает данные заключения эксперта В., как допустимые, относимые и достоверные доказательства, свидетельствующее о возникновении у В. телесных повреждений, степень их тяжести, механизм образования, возникших при установленных судом обстоятельствах.

Стороны в судебном заседании не оспорили проведенные по уголовному делу экспертизы, согласились с их выводами.

По мнению суда, все исследованные письменные доказательства, включая протоколы выемок, осмотров, а также порядок признания и приобщения к делу вещественных доказательств, соответствуют всем требованием, предъявляемым к процессуальным и иным документам, имеют необходимые реквизиты, подписаны, заверены надлежащими лицами, не оспорены сторонами и подтверждают обстоятельства, подлежащие доказыванию и имеющие значение для данного уголовного дела, а потому суд принимает вышеуказанные документы, как доказательства, подтверждающие причастность подсудимой ФИО1 и её вину в совершении преступления.

Оценивая позицию подсудимой ФИО1, суд доверяет и отдает предпочтение её показаниям, данным в стадии расследования, в той их части, где ФИО1 признает, что нанесла активный удар ножом в грудную клетку В. и ударила его ножом в левое колено и считает их правдивыми, поскольку данные признательные показания согласуются с заключением судебно-медицинских экспертиз и другими доказательствами. Допрос ФИО1 происходил в условиях, исключающих давление на допрашиваемую, с соблюдением уголовно-процессуального закона, с участием защитника, подтвердившего свой статус адвоката, с разъяснением допрашиваемой ст. 51 Конституции РФ и последствий согласия давать показания, предусмотренные в п. 2 ч.4 ст. 46 УПК РФ, а потому, по мнению суда, процедура допроса ФИО1 соблюдена, что придает этим показаниям важное доказательственное значение, равно как и ее показаниям при проведении следственного эксперимента. Показания ФИО1 как на стадии следствия так и в суде о намерении только напугать В. ножом достойны критической оценки, поскольку подсудимая взяв нож решительно совершила активные действия, не ограничилась только демонстрацией ножа, что свидетельствует о сформировавшемся у нее умысле именно на применение ножа.

Не ставя под сомнение выводы эксперта о наличии у ФИО1 телесных повреждений, суд не усматривает в действиях подсудимой элементов необходимой обороны, а равно её превышения. Выдвигая версию о самообороне, исключающей уголовную ответственность, ФИО1 фактически вину не признала. Не установлено, что действия безоружного В., держащего на руках малолетнего ребенка к моменту нанесения ФИО1 ему удара в грудь, были выражены в форме опасного посягательства сопряженного с насилием опасным для жизни ФИО1 и ребенка, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Пояснение ФИО1 подразумевавшей наличие опасности со стороны В. являются домыслом подсудимой, противоречащими фактическим обстоятельствам дела. Словесный конфликт между потерпевшим и подсудимой не может служить достаточным основанием для оценки сложившейся обстановки опасной для ребенка и применения к потерпевшему со стороны ФИО1 физической силы при помощи ножа, поскольку ребенок в данном конфликте не пострадал и более того, ФИО1 нанося удар ножом В. в грудную клетку представляла более серьезную опасность для ребенка, находившегося на руках у В., стоящего лицом к подсудимой. Суд учитывает, что нож, которым ФИО1 нанесла удар в грудь В. не был подручным предметом. За ножом ФИО1 сходила целенаправленно, отыскала его в летней кухне и вернулась, чтобы совершить данное преступление. При этом, на помощь никого не звала, полицию не вызвала, решив самостоятельно завершить конфликт в свою пользу, применив к В. физическое насилия при помощи ножа. В противовес позиции о самообороне является и тот факт, что ФИО1 не ограничилась одним ударом ножа в грудь В. и нанесла удар в ногу, добившись желаемого результата, обездвижив В., забрала у него ребенка и прекратила свои действия, покинув место происшествия.

Позиция подсудимой о неосторожном характере ее действий в отношении В., опровергается её же показаниями, в рядке которых ФИО1 стабильно поясняла о нанесении ею активного целенаправленного удара ножом в грудную клетку В., со значительной силой. Кроме того, заключение дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 302от 9.03.2021 исключают возможность получения В. ножевых ранений от натыкания на нож, либо от неосторожного взмаха ножом подсудимой. ФИО1 на уровне общих познаний о строении человека, не могла не знать о расположении жизненноважных органов в области грудной клетки. По мнению суда, состояние алкогольного опьянения ФИО1 на фоне внезапно возникшего гнева, снизило ее контроль за своим поведением, мешало ей адекватно оценить ситуацию и принять правильное решение, удержаться от применения физической силы.

Суд убежден, что подсудимая умышленно причинила В. тяжкий вред здоровью, при обстоятельствах указанных в описательной части приговора. А пояснения ФИО1, в которых она пытался выгородить себя, уйти от ответственности, суд считает надуманными не соответствующими действительности.

Суд приходит к выводу о достаточности для разрешения уголовного дела всех исследованных доказательств в их совокупности. Доказательства добыты с соблюдением уголовно-процессуального закона, относимы к рассматриваемому уголовному делу и не имеют пороков, ставящих под сомнения их достоверность.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по пункту «з» части 2 статьи 111 УК РФ – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Квалифицируя действия ФИО1 по пункту «з» части 2 статьи 111 УК РФ, суд исходит из того, что ФИО1 выполнила объективную сторону преступления, которая заключается в её умышленных действиях, направленных на причинение телесных повреждений, потерпевшему В.. Доказано, что ФИО1 при совершении преступления использовала нож, что обусловило причинение такого вреда здоровью потерпевшему, отнесенного к тяжкому по признаку опасности для жизни. Последствия от действий ФИО1 наступили. А потому, действия подсудимой надлежит квалифицировать в зависимости от фактически наступивших последствий в виде тяжкого вреда здоровью, что охватывается диспозицией статьи 111 УК РФ. Прямой умысел подсудимой установлен судом. Так, свои умышленные действия ФИО1 произвела открыто, явно указывая на конкретный характер проявленной агрессии именно к В.. Данные обстоятельства подтверждаются заключениями судебно-медицинского эксперта, установившего механизм образования у потерпевшего телесных повреждений от ранения ножом, изъятым в ходе осмотра места происшествия и при обстоятельствах, указанных самой ФИО1 в ходе допроса. Нож, которым ФИО1 нанесла удары В., она опознала в стадии следствия и в суде. О прямом умысле ФИО1 на причинение тяжкого физического вреда В. свидетельствует и выбор травмирующего предмета - ножа. Установлен мотив преступления – возникшая личная неприязнь к В.. Все действия подсудимой, причинившей потерпевшему разной степени вред здоровью, охватываются единым преступным умыслом и является единым преступлением, квалифицированным по тяжести наступивших последствий.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 на учёте у психиатра и нарколога не состоит (л.д. 217-221 т.1). Сведений о заболеваниях, а также иных обстоятельств, указывающих на наличие психической неполноценности подсудимой, влекущих проведение судебно-психиатрической экспертизы в деле не имеется, и не установлено таковых судом. С учетом изложенного, а также материалов дела, касающихся личности подсудимой, суд считает необходимым признать её вменяемой в отношении инкриминированного деяния, и в соответствии со статьёй 19 УК РФ, подлежащей уголовной ответственности.

Таким образом, ФИО1 совершила уголовно наказуемое деяние, должна понести уголовную ответственность за содеянное, быть подвергнута наказанию как мере государственного принуждения.

Оценивая сведения о личности подсудимой, суд учитывает, что ФИО1 не судима, имеет место регистрации, место жительства, участковым уполномоченным полиции характеризуется как проживающая с тремя детьми, с сожителем В. и его родственниками, в злоупотреблении спиртными напитками и употреблении наркотических средств не замеченная, на учёте в УУП не состоящая, жалоб на поведение которой в быту не поступало (л.д. 234 т.1).

Смягчающими наказание обстоятельствами является частичное признание вины подсудимой на стадии следствия, а также наличие у подсудимой малолетних детей, оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.

Суд не считает, что поведение потерпевшего В. в момент совершения в отношении него преступления обладало признаками аморальности и (или) противоправности, поскольку поведение В. в быту в день совершения преступления носило характер бытовой ссоры, а факт причинения потерпевшим ФИО1 телесных повреждений именно умышленно, а не в процессе защиты от её активных действий в ходе преследования с целью забрать ребенка, либо выбить из ее рук нож, не имеют под собой достаточно реальной основы.

С учетом пояснений ФИО1 в судебном заседании, суд не учитывает для неё в качестве отягчающего наказания обстоятельства, совершение ею преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. Иных отягчающих обстоятельств судом не усматривается.

Суд при назначении наказания также учитывает, что преступление, совершенное ФИО1, в соответствии со статьёй 15 УК РФ, отнесено к категории тяжкого. Фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности соответствуют установленной законом категории, оснований для применения части 6 статьи 15 УК РФ не имеется.

При наличии смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных пунктом «к» части 1 статьи 61 УК РФ, отсутствие отягчающих наказания обстоятельств, суд применяет к наказанию требований части 1 статьи 62 УК РФ.

На основании вышеизложенного, учитывая смягчающие наказание обстоятельства, соответствие характера и степени общественной опасности преступления обстоятельствам его совершения и личности виновной, а также влияние назначенного на исправление подсудимой и условия жизни ее семьи, в целях восстановления социальной справедливости, и предупреждения совершения новых преступлений, суд приходит к выводу избрать подсудимой наказание в виде лишения свободы. Иной вид основного наказания, санкцией части 2 статьи 111 УК РФ не предусмотрен.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного деяния, что в свою очередь могло бы свидетельствовать о необходимости применения в отношении ФИО1 положений статьи 64 УК РФ, судом не установлено.

Учитывая тяжесть совершенного преступления, обстоятельства его совершения, личность подсудимой, проявившей агрессию при использовании ножа, оснований для применения статьи 73 УК РФ не имеется.

Кроме того, суд считает, что наказание в виде лишения свободы является достаточным, и с учетом всех заслуживающих внимания обстоятельств, касающихся личности ФИО1 последняя не нуждается в дополнительном наказании в виде ограничения свободы.

В соответствии с пунктом «б» части 1 статьи 58 УК РФ отбытие наказания ФИО1, как совершившей тяжкое преступление, следует назначить в исправительной колонии общего режима.

Вместе с тем, ФИО1 имеет двоих детей, не достигших четырнадцатилетнего возраста: А., (данные изъяты)г.р. и М., (данные изъяты) г.р., проживает с ними вместе, занимается их воспитанием, а потому назначая подсудимой ФИО1 наказание в виде лишения свободы, суд, основываясь на началах гуманизма, справедливости, разумности, законности и целесообразности, проявляя доверие и снисхождение, считает, что материнство изменит к лучшему сознание и поведение ФИО1, поможет встать ей на путь исправления без изоляции от общества в условиях занятости воспитанием собственных детей, суд считает, что достижение целей уголовной ответственности ФИО1 возможно путём контроля над её поведением.

Прокурором г. Усолье-Сибирское Иркутской области заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО1 в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования граждан Иркутской области средств, затраченных на лечение В. в сумме 73551, 35 рублей. Согласно разъяснениям, указанным в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» данные требования имущественного характера, хотя и связаны с данным преступлением, но относятся к регрессным искам. А потому, данный гражданский иск следует оставить без рассмотрения.

Вопрос о процессуальным издержкам разрешён судом в отдельном постановлении.

Вещественные доказательства следует распределить в соответствие с требованием статей 81, 82 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 296, 299, пунктом 1 части 5 статьи 302 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 УК РФ, и назначить ей наказание 2 (два) года лишения свободы, в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с частью 1 статьи 82 УК РФ отсрочить ФИО1 реальное отбывание наказания до достижения ее детьми: А., (данные изъяты)г.р. и М., (данные изъяты) г.р. четырнадцатилетнего возраста.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу по настоящему уголовному делу оставить в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Иск прокурора г. Усолье-Сибирское о взыскании с ФИО1 в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования граждан Иркутской области средств, потраченных на лечение потерпевшего, оставить без рассмотрения.

Вещественные доказательства по уголовному делу по вступлении приговора в законную силу: нож, хранящийся на складе вещественных доказательств Усольского городского суда, - уничтожить; образцы крови на марлевом тампоне хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств МО МВД России «Усольский», - уничтожить; медицинскую карту на имя В., хранящуюся в ОГБУЗ «Усольская городская больница», - хранить там же, светокопию данной медицинской карты - хранить в материалах уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию Иркутского областного суда через Усольский городской суд в течение десяти суток со дня постановления приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденная вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции и поручать осуществление своей защиты избранному ею защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий С.А. Глотова

Приговор вступил в законную силу 06.08.2021