Решение № 2-2771/2019 2-2771/2019~М-2513/2019 М-2513/2019 от 23 декабря 2019 г. по делу № 2-2771/2019

Дело №


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДД.ММ.ГГГГ г. Владивосток

Первомайский районный суд г. Владивостока Приморского края в составе:

председательствующего судьи: Прасоловой В.Б.

с участием помощника прокурора ФИО5

при помощнике судьи ФИО6

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к МБДОУ «Детский сад № общеразвивающего вида <адрес>», третьи лица Управление по работе с муниципальными учреждениями образования, ФИО2 о взыскании суммы и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ

Истица обратилась в суд с названным исковым заявлением, указав, что приняла на воспитание ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, оставшуюся без попечения родителей. ДД.ММ.ГГГГ между истицей и МБДОУ «Детский сад № общеразвивающего вида <адрес>» был заключен договор об оказании образовательных услуг в рамках реализации основной образовательной программы дошкольного образования. Весной 2018 года со слов ФИО3 стало известно, что в группе детского сада ее обижают, воспитатель на жалобы ребенка не реагирует, мер не принимает. В осенне-зимний период 2018 года психологами службы сопровождения замещающей семьи было отмечено ухудшение социальных навыков ребенка, уход от контакта, повышенная тревожность, возврат к более ранним формам поведения. В январе 2019 года истице стало известно о недопустимом поведении воспитателя ФИО2 в отношении ее подопечной, выразившееся в присутствии на занятиях ее дочери, отсутствии реакции на драки детей, запирание ребенка в кладовке, а также в позволении другим родителям снимать на видео драки детей в группе, в том числе с участием ФИО3 Конфликтная ситуация вынудила отказаться от посещения детского сада, привела к необходимости несения расходов на платную группу дневного пребывания в общей сумме 10000 рублей, а также смены детского дошкольного учреждения. Указывает, что в результате некачественного оказания образовательных услуг ей и ребенку причинен моральный вред, который она оценивает в сумме 50000 рублей. Кроме того, просила взыскать расходы на составление искового заявления в сумме 7000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 требования поддержала в полном объеме, дополнительно указав, что с мая 2019 года несовершеннолетняя состоит на учете у врача-психиатра, после нахождения на стационарном лечении, куда была помещена при явке на прием к специалисту. До указанного времени ребенок на учете у психиатра не состоял, поскольку такой необходимости выявлено специалистами при регулярном прохождении медицинских комиссий не было. Указала, что ребенок в частном порядке наблюдался в врача-психиатра, который назначал соответствующее лечение. Обращение в Детскую психиатрическую больницу было вызвано отсутствием положительной динамики в лечении ребенка. Также указала, что в настоящее время несовершеннолетняя по направлению Психолого-медико-педагогической комиссии посещает специализированное детское дошкольное учреждение, которое на момент заключения договора с ответчиком не было показано. При этом указала, что при получении путевки в детское дошкольное учреждение общеразвивающего вида в Психолого-медико-педагогическую комиссию не обращалась, поскольку о такой необходимости ей известно не было.

Представители МБДОУ «Детский сад № общеразвивающего вида <адрес>» в судебном заседании возражали по существу заявленных требований. Указали, что несовершеннолетняя ФИО3 поступила в детское дошкольное учреждение, перейдя из другого детского сада, ДД.ММ.ГГГГ, изначально была зачислена в группу «Ласточки». Спустя полтора месяца по просьбам родителей детей, посещающих указанную группу, ребенок был переведен в группу «Собачки», воспитателем в которой является ФИО2 С начала перехода в указанную группу несовершеннолетняя выделялась своим поведением, что повлияло на отношение других детей к ней. На имя директора детского сада стали поступать многочисленные жалобы родителей на то, что ФИО3 мешает детям спать, срывает учебный процесс, наносит повреждения, снимает с себя одежду и т.д. На такое поведение ребенка ФИО1 неоднократно указывалось воспитателем, директором детского сада, однако никаких действенных мер принято не было. Посещение ребенком детского сада было прекращено по инициативе ФИО1, не являлось вынужденным, поскольку дошкольное учреждение не вправе отказать в оказании услуг. Относительно привлечения к дисциплинарной ответственности воспитателя указали, что ФИО2 была привлечена к ответственности за то, что вовремя не обнаружила съемку детей одним из родителей и не пресекла указанные действия по их обнаружению.

Представитель Управления по работе с муниципальными учреждениями образования в судебном заседании не согласилась с заявленными требованиями, указав, что МБДОУ «Детский сад № общеразвивающего вида <адрес>» является вторым детским дошкольным учреждением, которое посещала несовершеннолетняя ФИО3 Из прежнего детского сада ребенок по заявлению истицы был переведен к ответчику, по заявлению ФИО1 проводилась проверка, в результате которой причинение физического вреда, нравственных страданий несовершеннолетней ФИО3 установлено не было. Вместе с тем, заведующему детского сада было указано на ослабленный контроль за проведением воспитательной работы в старшей группе, ребенку выполнен перевод в МБДОУ №, куда несовершеннолетняя не прибыла, в настоящее время ребенок посещает специализированное детское дошкольное учреждение.

Третье лицо ФИО2 суду пояснила, что является воспитателем МБДОУ «Детский сад № общеразвивающего вида <адрес>», ее группу посещала несовершеннолетняя ФИО3 С первого дня поведение ребенка вызывало беспокойство, она дезорганизовывала весь учебный процесс, постоянно мешала всем детям заниматься, применяла к ним физическое воздействие, срывала сон, раздевалась в группе, что вызвало активное недовольство со стороны родителей других детей. На имя воспитателя, директора стали поступать многочисленные жалобы в устной и письменной форме. О сложившейся обстановке она неоднократно докладывала директору и сообщала ФИО1, на что та, как приемный родитель мер не принимала, поскольку поведение ребенка не менялось. Указала, что была привлечена к дисциплинарной ответственности, поскольку в группе одним из родителей осуществлялась видеосъемка, которую она не сразу обнаружила, а по обнаружению не приняла должных мер к пресечению. Видеоролик, где зафиксирована драка детей с ФИО3, был размещен родителями в социальной группе, в которой она (ФИО2) не состоит, возможности рассылки указанного видео у нее не было, лично на съемку не осуществляла.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, не усмотревшего оснований к удовлетворению иска, суд приходит к следующему:

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1, являющейся законным представителем несовершеннолетней ФИО3, оставшейся без попечения родителей, и МБДОУ «Детский сад № общеразвивающего вида <адрес>» был заключен договор об оказании образовательных услуг в рамках реализации основной образовательной программы дошкольного образования.

Несовершеннолетняя изначально была зачислена в группу «Ласточки, спустя полтора месяца по просьбам родителей детей, посещающих указанную группу, ребенок был переведен в группу «Собачки», воспитателем в которой является ФИО2, состоящая с МБДОУ «Детский сад № общеразвивающего вида <адрес>» трудовых отношениях.

Посещение несовершеннолетней ФИО3 МБДОУ «Детский сад № общеразвивающего вида <адрес>» сопровождалось многочисленными жалобами родителей детей, посещающих указанное дошкольное учреждение, проведением проверок как самим ответчиком, так и Управлением по работе с муниципальными учреждениями образования.

По заявлению ФИО1 договор на оказание образовательных услуг был расторгнут, ФИО3 выдана путевка МБДОУ №, куда несовершеннолетняя не прибыла, в настоящее время по направлению ПМПК посещает специализированное дошкольное учреждение.

Действительно, согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно положениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 1 от ДД.ММ.ГГГГ "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному п. 1 и п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствия своей вины.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, - если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При этом, для определения обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения заявленного спора, согласно положениям ст. 15 и 1064 ГК РФ, для наступления гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков и вреда истцу необходимо доказать наличие следующих (обязательных) условий: совершение противоправных действий конкретным лицом, то есть установить лицо, совершившее действие (бездействие), размер заявленных убытков и причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившим вредом. Ответчику, в свою очередь, следует представить доказательства отсутствия его вины в наступлении неблагоприятных последствий.

Между тем, суд приходит к выводу, что доказательства как самого факта причинения какого-либо вреда истице, ее несовершеннолетнему подопечному по вине ответчика, его работников, так и причинения каких-либо убытков суду представлено не было.

Так, заявляя требование о возмещении понесенных на оказание образовательных услуг несовершеннолетней расходов в сумме 10000 рублей, истица предоставляет квитанции об оплате услуг за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Между тем, расторжение договора образовательных услуг с ответчиком являлось инициативой ФИО1, мотивировано было ожиданием путевки в другое детское учреждение, которая была выдана ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, куда для получения образовательных услуг ребенок так и не прибыл.

Суд не соглашается с доводами истицы о вынужденном прекращении посещения детского сада, поскольку из материалов дела следует, что несовершеннолетняя ФИО3 сентября 2015 года наблюдается в Краевом государственном казенном учреждении «Центр содействия семейному устройству для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей № <адрес>», где уже в то время была выявлена задержка в психо-речевом, моторном, социальном развитии, возникшая в результате ранней депривации. В период с 2016 года до первого полугодия 2018 года ребенок регулярно посещал индивидуальные коррекционно-развивающие занятия, результатом стала положительная динамика. С мая 2018 года консультации проводились только с ФИО1, возобновлены занятия с ребенком были только в 2018 года, где были отмечены сложности, связанные с межличностным взаимодействием, уход от контакта, возврат к более ранним формам поведения (могла толкнуть, ущипнуть за руку или лицо другого ребенка или взрослого). В результате посещения трех занятий появилась положительная динамика, однако семья прекратила посещать занятия. В дальнейшем консультации осуществлялись с опекуном в телефонном режиме.

Таким образом, суд приходит к выводу, что поведение ФИО3, на которое указывает истица как на ухудшение навыков ребенка, произошедшее в результате ненадлежащего оказания ответчиком образовательных услуг, имело место быть и до оформления ребенка в детский сад, длилось на протяжении всего периода посещения детского сада, несколько улучшалось в результате регулярного посещения опекуном с ребенком занятий в службе психологической поддержки, которые с осени 2018 года были прекращены.

Кроме того, судом учитывается, что несовершеннолетняя состоит на учете у врача-психиатра с диагнозом: Органическое расстройство личности с выраженным когнитивным, эмоционально-волевыми нарушениями, приводящими к стойкой социальной дезадаптации, в связи с ранним органическим поражением ЦНС, с ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО1, с ее слов до указанного периода осуществлявшая лечение ребенка в частном порядке, обратилась за медицинской помощью в ГБУЗ «Краевая детская психиатрическая больница».

При указанных обстоятельствах, суд не находит оснований к выводу о виновном поведении ответчика, третьего лица, причинивших какой-либо вред истице, ее несовершеннолетней подопечной.

Сам по себе факт привлечения ФИО2 к дисциплинарной ответственности таким обстоятельством не является, поскольку по делу установлено, что дисциплинарное наказание было связано с видеосъемкой, осуществляемой в группе детского сада, что не было пресечено воспитателем. При этом суд учитывает, что ФИО2 самостоятельно съемку не осуществляла, ее распространению не способствовала, что не оспаривалось ФИО1 в судебном заседании.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований в своих интересах, в интересах несовершеннолетней ФИО3 к МБДОУ «Детский сад № общеразвивающего вида <адрес>», третьи лица Управление по работе с муниципальными учреждениями образования, ФИО2 о взыскании суммы и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в <адрес>вой суд через Первомайский районный суд <адрес> в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Судья: Прасолова В.Б.

Решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.