Решение № 2А-1961/2021 2А-1961/2021(2А-8446/2020;)~М-7508/2020 2А-8446/2020 М-7508/2020 от 6 июля 2021 г. по делу № 9А-3917/2020~М-4907/2020

Дело № 2а-1961/2021 78RS0014-01-2020-006521-24

07.07.2021 в окончательной форме 16.07.2021


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Н. А. Бурдановой,

при секретаре М. Э. Черноскутовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО2 об оспаривании действий, решения,

УСТАНОВИЛ:

04.08.2020 административный истец обратился в суд с административным иском, просил (л.д. 20-26):

1) признать незаконными действия ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по проведению 07.05.2020 обыска в жилище, расположенном по адресу: Санкт-Петербург, <...>, отделение № 15, камера № 43 в отсутствие согласия административного истца, судебного решения или иного постановления;

2) обязать ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области принести извинения (официально), вернуть изъятые вещи, в дальнейшем не допускать нарушения прав на неприкосновенность жилища;

3) признать незаконными действия ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по осуществлению цензуры переписки 07.05.2020 в ходе обыска между административным истцом и защитником в отсутствие соответствующего решения и в отсутствие административного истца, обязать не допускать указанные нарушения.

В ходе рассмотрения дела административный истец изменил административный иск, дополнил требованием о признании незаконным постановления об уничтожении начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 07.05.2020. Указал, что на требовании об обязании вернуть изъятые вещи не настаивает, поскольку том уголовного дела возвращен до обращения в суд, а кипятильник уничтожен (л.д. 168-172).

В обоснование административного иска административный истец указал, что содержался в следственном изоляторе. Сотрудниками изолятора проведен обыск в камере административного истца без его согласия, присутствия, с цензурой переписки с защитником, что не соответствует требованиям закона. Изъятые в ходе обыска вещи подлежали передаче на склад. Изъятие кипятильника незаконно, поскольку предмет получен от отца административного истца в установленном порядке.

В судебном заседании административный истец, участвовавший по видеоконференцсвязи, административный иск поддержал. Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области - ФИО4 против административного иска возражала, представила письменный отзыв (л.д. 93, 109, 146-148). Административный ответчик начальник ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, причин неявки суду не сообщил, об отложении не ходатайствовал. На основании статьи 226 Кодекса административного судопроизводства РФ дело рассмотрено в его отсутствие.

Начальник ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО5, вынесший постановление от 07.05.2020, в настоящее время не занимает указанную должность.

Выслушав объяснения явившихся лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Оспариваемые действия произведены 07.05.2020. Административный иск поступил в суд 04.08.2020.

Оспариваемое постановление вынесено 07.05.2020. Административный истец указывает, что узнал о постановлении в ходе судебного разбирательства 30.03.2021. Административные ответчики не представили доказательств вручения административному истцу копии постановления ранее указанной даты. Административные ответчики ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в письменном отзыве заявили о пропуске срока обжалования в связи с тем, что об изъятии вещей административный истец узнал 07.05.2020. Суд не принимает данные возражения, поскольку административный иск об оспаривании действий по изъятию административный истец заявил своевременно, однако о вынесении постановления он не знал и не мог знать. Административный иск в порядке статьи 46 Кодекса административного судопроизводства РФ поступил в суд 28.04.2021 (л.д. 168-172).

При таком положении срок обращения в суд, установленный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства РФ, не пропущен, административный иск подлежит рассмотрению по существу.

Судом установлено, что 07.05.2020 административный истец содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, отделение № 15, камера № 43. Совместно с ним содержались ФИО6 (содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с 16.12.2018 по сентябрь-октябрь 2020 г.), Свидетель №1 (содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с 01.04.2020 по ноябрь-декабрь 2020 г.), ФИО7 (содержался в камере 15/43 с февраля по ноябрь 2020 г.)

07.05.2020 сотрудниками ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в число которых входил ФИО8, проведен обыск в камере содержания административного истца. Видеозапись обыска не сохранилась в связи с истечением срока хранения – 30 дней (л.д. 149). Обстоятельства обыска установлены из объяснений административного истца, показаний свидетелей ФИО6, Свидетель №1, ФИО7, ФИО8 Все свидетели предупреждены об уголовной ответственности (л.д. 107, 111-116, 140, 146-148, 179, 180-183).

07.05.2020 в дневное время в камеру № 15/43 явились несколько сотрудников изолятора для проведения обыска. Дежурный по камере ФИО6 остался в камере, остальные содержащиеся лица были выведены в коридор. Свидетели Свидетель №1, ФИО7 суду показали, что обзор камеры был ограничен, они не могли видеть действий, совершаемых в ходе обыска. Так, ФИО7 пояснил суду, что в момент проверки видел часть камеры с кроватью. О том, что документы пролистывались, какие документы, например, уголовное дело, кто читал документы, свидетель может предполагать. Свидетель Свидетель №1 суду показал, что после выведения из камеры никому из выведенных лиц не было видно, что происходит в камере. Сотрудники проверяли вещи, находящиеся в камере, в том числе документы, предметы. Факт пролистывания, но не чтения документов, подтвердил суду свидетель ФИО8 Убедительных данных за проведение сотрудниками цензуры, то есть чтения содержания, переписки административного истца с защитником судом не получено. Документы пролистывались на предмет нахождения между страницами запрещенных предметов. Истец со своего места не мог видеть факта чтения документов и их содержания. Дежурный по камере ФИО6 не подтвердил, что видел чтение переписки административного истца с защитником. Он показал суду, что сотрудники изолятора все вещи брали, смотрели, перекладывали, какие-то вещи изымались, какие, не помнит, составление документов не помнит. Более того, ФИО6 пояснил, что бумаги пролистывались, не изымались, досконально не читались. После окончания обыска лица, содержащиеся в ней, вновь возвратились в камеру. Вещи были переложены, в основном, в центр комнаты, находились в беспорядке. Административный истец заявил остальным, что вещи пропали, но какие, не уточнял.

07.05.2020 ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области составлен акт о проведении обыска (досмотра) в камере 15/43, обнаружении и изъятии сломанного плинтуса, бытового мусора, кипятильника 1,2 кВ, веревки для межкамерной связи. Данный акт подписан дежурным по камере ФИО6 Акт утвержден 07.05.2020 начальником ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО5. Постановлением от 07.05.2020 начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО5 постановлено уничтожить изъятые в ходе обыска 07.05.2020 предметы. Согласно акту от 07.05.2020 изъятые предметы уничтожены путем механического излома, сжигания (л.д. 62, 63).

Административный истец оспаривал действия по изъятию и постановление об уничтожении в части кипятильника, принадлежность себе остальных предметов не подтверждал. Суд не усматривает оснований для выхода за пределы заявленных требований.

Согласно Перечню предметов первой необходимости, обуви, одежды и других промышленных товаров, а также продуктов питания, которые подозреваемые и обвиняемые могут иметь при себе, хранить, получать в посылках и передачах и приобретать по безналичному расчету, утвержденному приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189, подозреваемые и обвиняемые могут иметь при себе, хранить, получать в посылках, передачах и приобретать по безналичному расчету электрокипятильник бытовой заводского изготовления или чайник электрический мощностью не более 0,6 кВт.

Из представленных документов следует, что мощность кипятильника превышала разрешенную 0,6 кВт, составляла 1,2 кВт, вследствие чего обоснованно была изъята и уничтожена. Характеристики кипятильника подтверждаются подписью дежурного по камере ФИО6 Доказательств обратного суду не представлено. Административный истец ссылался на то, что получил кипятильник от отца через передачу. Данные доводы не доказаны. Представленные заявления о передачах административному истцу за период с декабря 2019 г. не подтверждают получение кипятильника разрешенной мощности от отца административного истца. Кроме того, в любом случае факт получения кипятильника разрешенной мощности административным истцом от отца не подтверждает незаконность действий сотрудников изолятора по изъятию 07.05.2020 и уничтожению кипятильника мощностью 1,2 кВт.

В соответствии со статьей 34 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" запрещенные предметы, вещества и продукты питания, изъятые у подозреваемых и обвиняемых, передаются на хранение либо уничтожаются по мотивированному постановлению начальника места содержания под стражей, о чем составляется соответствующий акт.

Доводы административного истца о незаконности уничтожения изъятого кипятильника не соответствуют приведенной норме права. В соответствии с ней постановлением начальника изолятора постановлено уничтожить изъятый предмет. Решение принято в пределах предусмотренной законом компетенции. Само по себе несогласие административного истца с уничтожением предмета вместо передачи его на склад не свидетельствует о незаконности решения.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 29.11.2010 № 20П взаимосвязанные положения статей 20 и 21 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", регулирующие осуществление администрацией места содержания под стражей цензуры переписки подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, со своими адвокатами (защитниками), признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку, по конституционно-правовому смыслу этих законоположений в системе действующего правового регулирования, цензура переписки лица, заключенного под стражу, со своим адвокатом (защитником) возможна лишь в случаях, когда у администрации следственного изолятора есть разумные основания предполагать наличие в переписке недозволенных вложений (что проверяется только в присутствии самого этого лица) либо имеется обоснованное подозрение в том, что адвокат злоупотребляет своей привилегией на адвокатскую тайну, что такая переписка ставит под угрозу безопасность следственного изолятора или носит какой-либо иной противоправный характер; в таких случаях администрация следственного изолятора обязана принять мотивированное решение об осуществлении цензуры и письменно зафиксировать ход и результаты соответствующих действий.

Административный истец утверждал, что в ходе обыска осуществлена цензура его переписки с защитником. Действительно, данная цензура по общему правилу не допускается, а в случае проведения на административного ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований к ее проведению, однако в ходе судебного разбирательства факт цензуры переписки административного истца с защитником при обыске 07.05.2020 подтверждения не нашел. Административный истец предполагал, что имела место цензура, поскольку документы переписки с защитником после обыска были сложены отдельно. Однако, изменение местонахождения документов не свидетельствует в безусловном порядке об ознакомлении с содержанием документа.

В силу статьи 34 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемые и обвиняемые подвергаются личному обыску, дактилоскопированию и фотографированию. Помещения, в которых они размещаются, подвергаются обыску, а их вещи, передачи и посылки - досмотру.

Согласно пункту 29 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189, досмотр вещей подозреваемых или обвиняемых производится в их присутствии при поступлении в СИЗО, перед отправкой за его пределы, при переводе в другую камеру, стационар медицинской части или водворении в карцер. В исключительных случаях по указанию начальника СИЗО или его заместителя досмотр вещей подозреваемых или обвиняемых производится в отсутствие их владельцев, в том числе при проведении обыска в камере в присутствии дежурного по камере.

Обыск в камере № 15/43 проведен в присутствии дежурного по камере, что подтверждается его подписью в акте изъятия, а также свидетельскими показаниями и не оспаривается административным истцом. Основанием проведения внепланового обыска послужило распоряжение заместителя начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, что подтверждается объяснениями административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и показаниями свидетеля ФИО8 (л.д. 146). Устная форма распоряжения не противоречит закону. При таком положении оснований полагать, что в результате действий сотрудников следственного изолятора по проведению обыска нарушены права административного истца, у суда не имеется. Действия не нарушают законодательно установленных запретов.

Оценив доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении административного иска.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 14, 62, 84, 111, 175-180, 226 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного иска ФИО1 - отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца.

Судья

Н. А. Бурданова