Приговор № 1-2-19/2017 1-2-3/2018 от 26 февраля 2018 г. по делу № 1-2-19/2017

Дело № 1-2-3/2018


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Знаменское 27 февраля 2018 г.

Хотынецкий районный суд Орловской области в составе:

председательствующего Гузева В.А.

с участием государственных обвинителей

ст.пом.Хотынецкого межрайонного прокурора Орловской области Пересыпкина Д.Ю.,

пом.Хотынецкого межрайонного прокурора Орловской области Кирсанова А.Г.,

подсудимого ФИО1,

защитника Волковой Л.Я.,

потерпевшего М.,

при секретаре Галкиной Н.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Хотынецкого районного суда Орловской области уголовное дело в отношении:

ФИО1, ---, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.306 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УК РФ),

у с т а н о в и л:

ФИО1 совершил заведомо ложный донос о совершении преступления. Данное преступление совершено им при следующих обстоятельствах.

15.09.2017 в дневное время ФИО1, находясь в Межмуниципальном отделении Министерства внутренних дел Российской Федерации «Хотынецкое» (далее по тексту – МО МВД России «Хотынецкое») по адресу: <адрес>, имея умысел на заведомо ложный донос о совершении преступления, будучи предупреждённым об уголовной ответственности по ст.306 УК РФ, действуя умышленно, передал уполномоченному лицу правоохранительных органов – оперативному дежурному МО МВД России «Хотынецкое», капитану полиции Л.И.Ю.., осуществлявшему приём сообщений о правонарушениях, заведомо ложное письменное заявление о совершении в отношении него преступления, а именно о краже гражданином М.А.Г. принадлежащего ФИО1 строительного инструмента с территории незавершенного строительством объекта, расположенного по адресу: <адрес>.

В результате указанных действий ФИО1 оперативный дежурный МО МВД России «Хотынецкое», капитан полиции Л.И.Ю. 15.09.2017 принял ложное заявление о совершении преступления, которое было зарегистрировано в КУСП № от 15.09.2017 и по которому в порядке ст.144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УПК РФ) инспектором по делам несовершеннолетних МО МВД России «Хотынецкое», капитаном полиции Ф.Г.И. была проведена доследственная проверка, по результатам которой ФИО1 было отказано в возбуждении уголовного дела по основаниям, предусмотренным п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ, за отсутствием в действиях М.А.Г.. события преступления.

Подсудимый ФИО1 виновным себя в заведомо ложном доносе не признал и показал, что является генеральным директором ООО «Русский Дух» и заключил с М.А.Г. договор строительного подряда на строительство дома в д.Радовище <адрес>. В сентябре 2017 г. М.А.Г. не оплатил стоимость работ по установке забора, в связи с чем он не смог произвести оплату рабочим. Когда М.А.Г. сказал рабочему, что полностью оплатил работы и не имеет задолженности, он (ФИО1) позвонил М.А.Г. с целью выяснить ситуацию. Поскольку ни о чём договориться не удалось, он решил забрать свой строительный инструмент, который хранился в строительном вагончике, где жили рабочие. Когда он приехал за инструментом, находившийся там рабочий Н.Н.М. сказал, что хозяева всё увезли. Поэтому он забрал лишь тот инструмент, который остался. В частности, он не смог забрать привезённый на стройку Н.Н.М. сварочный аппарат, принадлежащие М нивелир, бензопилу «--» и пылесос <--->, а также принадлежавшие ему (ФИО1) шуруповёрты (2 шт.), дрель «<--->», отбойный молоток «<--->», шлифмашины (4 шт.), сварочный аппарат и бур для земли.

Несмотря на непризнание вины, виновность подсудимого ФИО1 в инкриминируемом ему деянии подтверждается следующими доказательствами:

Показаниями потерпевшего М.А.Г.., данными им в судебном заседании, согласно которым его супруга имеет земельный участок в д.Радовище <--->, где они планировали построить жилой дом. Для этого он заключил договор с генеральным директором ООО «Русский Дух» ФИО1, который приступил к строительству. Со временем он понял, что ФИО1 не доплачивает своим рабочим, т.к. один из рабочих высказал ему претензию, что он не заплатил ФИО1, а тот – им. Он ответил рабочему, что оплатил работу авансом. После этого ему позвонил ФИО1 и сообщил, что расторгает договор, забирает всё оборудование и теперь платить рабочим должен он сам. Вскоре после этого его жене позвонили рабочие и сообщили, что ФИО1 приехал на стройку и забирает всё оборудование; он сразу позвонил в полицию. Когда он с женой приехал на стройку, строительных инструментов там уже не было, включая принадлежавшие им дрель, два шуруповёрта и провод (из которого были сделаны электроудлинители). На следующий день его жена написала заявление в полицию. После этого, чтобы продолжить строительство, они купили шуруповёрты, болгарку и другие инструменты, а также часть инструмента одолжили у своего соседа. Впоследствии сотрудники полиции вернули ФИО1 принадлежавшую ему (ФИО1) шлифовальную машину, которая осталась в вагончике и которую тот почему-то сразу не забрал. Принадлежавшие ФИО1 инструменты ни он (потерпевший), ни его жена не брали.

Показаниями свидетеля М.О.., данными ей в судебном заседании, согласно которым она имеет земельный участок в д.Радовище <--->. В апреле 2017 года её муж заключил договор с ООО «Русский Дух» на строительство дома; оплата производилась генеральному директору ФИО1, который нанимал рабочих. В августе 2017 г. все работы, предусмотренные договором (кроме строительства отмостки), были закончены. Кроме того, муж договаривался с ФИО1 на производство дополнительных работ, не указанных в договоре, в том числе на покупку инструмента, который у ФИО1 отсутствовал, но был необходим для строительства. В квитанциях оплата работ именовалась «за работу», а покупка стройматериалов и инструментов – «материалы». Таким образом, строительные инструменты приобретались за их счёт и принадлежали им. В сентябре 2017 г. один из рабочих высказал её мужу претензию, что он не заплатил ФИО1, в связи с чем тот не платит им. На это муж ответил, что он оплатил ФИО1 всё, даже авансом ещё невыполненные работы. Вскоре после этого её мужу позвонил ФИО1 и сказал, что он влез в его финансовые вопросы, поэтому он расторгает с ним договор и забирает весь инструмент, а рассчитываться с рабочими теперь должен он, т.е. её муж. Вскоре ей позвонил рабочий и сообщил, что на стройку приехал ФИО1 и забирает весь инструмент. Она попросила рабочего передать ФИО1 подождать её, но рабочий ответил, что боится к нему подойти. Тогда они обратились в полицию. Через несколько дней ФИО1 в отместку подал заявление о том, что её муж украл принадлежавшие ФИО1 инструменты, хотя это было неправдой, т.к. в действительности ФИО1 все инструменты (принадлежащие как ему, так и им) забрал сам.

Показаниями свидетеля М.О.., данными ей в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании, согласно которым она дала аналогичные показания и дополнительно пояснила, что ФИО1 забрал не только весь свой, но и принадлежавший ей с мужем инструмент – <---->. Кроме того, некоторый принадлежащий ей с мужем дорогой инструмент (2 краскопульта, циркулярную пилу) она каждый день привозила на машине на стройку и по окончании работы увозила; он хранился в багажнике (т.1 №).

Показаниями свидетеля Л., данными им в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым он ФИО1 нанимал его для строительства дома в д.Радовище <--->. 12.09.2017 ФИО1 приехал на объект и спросил у них, где весь строительный инструмент. Они ответили, что часть инструмента в доме, а часть – у М.О. в машине. При этом М.А.Г. и М.О.. находившийся на объекте инструмент ФИО1 не брали. После этого ФИО1 забрал весь строительный инструмент, которым они работали, и уехал, хотя они ему говорили, что это – частная собственность. Расчёт с ними ФИО1 так и не произвёл (т.№).

Показаниями свидетеля Б., данными им в судебном заседании, согласно которым ФИО1 нанял его для строительства дома М.О.. в д.Радовище <--->. Весь строительный инструмент ему и другим рабочим выдавал ФИО1, но кому он принадлежал, не знает. В какой-то момент он узнал, что ФИО1 расторг договор с заказчиком, и теперь они работают сами на себя; при этом ФИО1 не выполнил своё обещание и не оплатил их работу в полном объёме. Вскоре после этого ФИО1 приехал на стройку, чтобы забрать строительный инструмент. Он (свидетель) позвонил М.О.., и та сказала ничего не отдавать. Тогда он сказал ФИО1, что тот ничего не должен брать, на что тот ответил, что ему всё равно. После этого ФИО1 забрал весь строительный инструмент с участка – <--->. Также ФИО1 заходил в дом, но вынес ли что-то оттуда, не видел, т.к. в это время находился на крыше. После этого никакого строительного инструмента на объекте не осталось. Затем приехала М.О.., которая купила и привезла им инструмент, необходимый для продолжения работ. При нём супруги М никакой строительный инструмент, который ранее привозил ФИО1, не брали.

Показаниями свидетеля Г., данными им в судебном заседании, согласно которым ФИО1 нашёл его по объявлению и нанял для строительных работ в д.Радовище <--->. Когда он прибыл на объект, там уже был строительный инструмент. Кому принадлежал этот инструмент, он в то время не знал. После конфликта с М.А.Г.. ФИО1 приехал на объект и забрал весь инструмент, который там был – <--->. Супруги М не брали никакой инструмент, который находился на стройке на момент его (свидетеля) прибытия либо который привозил ФИО1 После того, как ФИО1 забрал инструмент, они позвонили М.О.., которая привезла им другой инструмент, из которого он помнит циркулярную пилу, болгарку и 2 шуруповёрта.

Показаниями свидетеля Н., данными им в судебном заседании, согласно которым с конца августа 2017 г. он работал на строительстве дома М.О.., куда привёз принадлежавший его дяде К. сварочный аппарат. Также на стройке видел дрель, два шуруповёрта, болгарку, циркулярную пилу, которые ранее видел у ФИО1 дома. Все инструменты хранились в вагончике, где жили рабочие. Он не видел, чтобы кто-то из супругов М брал со стройки инструменты. 12.09.2017 он помогал ФИО1 забирать инструмент – <--->. При этом принадлежавший его дяде сварочный аппарат куда-то пропал; со слов рабочих, его могли взять хозяева.

Показаниями свидетеля Ш., данными им в судебном заседании, согласно которым он <---> в рамках проверки заявления М.О.. с участием инспектора по делам несовершеннолетних Ф проводил осмотр места происшествия – дворовой территории строящегося дома в д.Радовище <--->. В ходе осмотра никакого строительного инструмента обнаружено не было. Со слов находившихся там рабочих, ФИО1 забрал весь строительный инструмент, в том числе принадлежащий М.А.Г.

Показаниями свидетеля Ф., данными ей в судебном заседании, согласно которым она <---> проводила проверку заявления ФИО1 Ей известно, что ФИО1 по договору строительного подряда, заключённого с М.А.Г.., строил дом в д.Радовище. 12.09.2017 от М.А.Г. поступило телефонное сообщение о том, что ФИО1 похитил его строительный инструмент. При осмотре места происшествия на стройке никакого строительного инструмента уже не было. После этого М.О.. купила и привезла на стройку новые строительные инструменты, чтобы рабочие могли продолжить работу. 15.09.2017 ФИО1 подал заявление о том, что М.А.Г. украл его строительные инструменты. Однако при осмотре места происшествия 16.09.2017 рабочие пояснили, что ещё 12.09.2017 ФИО1 сам увёз весь строительный инструмент – не только свой, но и принадлежащий М.А.Г. На месте происшествия 16.09.2017 был обнаружен лишь инструмент, приобретённый М.О.. 12.09.2017 для продолжения работ и на который были представлены документы.

Показаниями свидетеля Ф., данными ей в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым в ходе проверки заявления ФИО1 он утверждал, что М.А.Г. похитил у него пылесос <--->, шлифмашины (5 шт.), дрель «<--->», отбойный молоток, два сварочных аппарата, бензопилу, бур и шуруповёрты (2 шт.). Когда при осмотре места происшествия М.О.. открыла багажник, там лежали строительные инструменты, но из перечисленного ФИО1 там ничего не было (т.№).

Телефонным сообщением, согласно которому 12.09.2017 в дежурную часть МО МВД России «Хотынецкое» позвонил М.А.Г.. и сообщил, что ФИО1 забирает оборудование у рабочих, которые строят его дом (т.№).

ФИО2 от 13.09.2017, в котором она просит привлечь к ответственности ФИО1, который 12.09.2017 с территории её стоящегося дома, расположенного по адресу: <адрес>, совершил хищение строительного оборудования – <---> (т.№).

Заявлением ФИО1 (зарегистрированным 15.09.2017 в КУСП №), в котором он просит привлечь М.А.Г. к уголовной ответственности за кражу строительного инструмента стоимостью 108154 руб. на объекте по адресу: <адрес> (т.№).

Договором строительного подряда № от 03.04.2017, заключённым между ООО «Русский Дух» в лице генерального директора ФИО1 с одной стороны и М.А.Г. с другой стороны. Согласно договору, ООО «Русский Дух» обязалось выполнить строительство дома по адресу: <адрес>. Стоимость работ составляет 559379 руб., предоплата – 50000 руб.; материалы оплачиваются заказчиком отдельно (т.№).

Сметой на выполнение строительных работ к договору строительного подряда № от 03.04.2017, в которой указаны виды работ и их стоимость (т.№).

Квитанциями, из которых видно, что М.А.Г. раздельно производил оплату за работу и строительные материалы. Кроме того, у М.А.Г. имеются отдельные товарные чеки на покупку дрели ударной <--->, шуруповёрта сетевого <--->, шуруповёрта сетевого <--->, 20 метров провода <---> (т.№).

Протоколом осмотра места происшествия от 13.09.2017 и фототаблицей к нему, согласно которым местом происшествия является дворовая территория строящегося дома, принадлежащего М.О. и расположенного по адресу: <адрес>. На момент осмотра там отсутствуют ударная дрель, два шуруповёрта и провод, которые, со слов находившегося там Г., накануне увёз ФИО1 (т.№).

Протоколом осмотра места происшествия от 16.09.2017 и фототаблицей к нему, согласно которым в указанном выше строящемся доме на момент осмотра имелись пила циркулярная <---> и углошлифовальная машина <--->, на которые М.О,. представила документы. Других строительных инструментов не обнаружено (т.№).

Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 25.09.2017, согласно которому в ходе проверки заявления ФИО1 установлено, что 12.09.2017 ФИО1 в присутствии рабочих и, несмотря на их возражения, забрал из строящегося дома М.О. строительные инструменты и оборудование по мотивам того, что они якобы принадлежат ему. М.О. по прибытии обнаружила, что ФИО1 забрал также принадлежавшие им дрель ударную <-->, два шуруповёрта сетевых <---> и провод <--->, на которые у неё есть кассовые чеки, о чём написала заявление в полицию. Узнав об этом, ФИО1, в свою очередь, написал заявление о краже М.А.Г. принадлежащего ФИО1 строительного инструмента: М.А.Г., документы на которые у него отсутствуют. Однако проверкой установлено, что теодолита на стройке никогда не было, а остальной инструмент увёз сам ФИО1, включая шлифовальные машины, 2 шуруповёрта, провод и пр. По результатам проверки в отношении М.А.Г. отказано в возбуждении уголовного дела по ч.2 ст.158 УК РФ по основаниям, предусмотренным п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ, за отсутствием события преступления (т.№).

Рапортом инспектора по делам несовершеннолетних МО МВД России «Хотынецкое» Ф об обнаружении признаков преступления от 25.09.2017, согласно которому в ходе проверки изложенные в заявлении ФИО1 факты не нашли своего подтверждения, в связи с чем в его действиях усматриваются признаки преступления, предусмотренного ст.306 УК РФ (т.№).

Протоколом осмотра места происшествия от 04.10.2017 и фототаблицей к нему, согласно которым ФИО1 представил документы на строительные инструменты: <---> (т.№).

Протоколом осмотра предметов от 27.11.2017, согласно которому были осмотрены представленные ФИО1 документы: <---> (т.№).

Постановлением о признании и приобщении к делу вещественных доказательств от 27.11.2017, согласно которому представленные ФИО1 документы признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств: <----> (т.№).

Данные доказательства логичны, последовательны и согласуются друг с другом, в связи с чем суд кладёт их в основу приговора.

Оценивая показания свидетелей М.О.. и Ф., данные ими в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, суд учитывает, что они не опровергают, а взаимно дополняют друг другу, в связи с чем и те, и другие суд принимает в качестве доказательств и кладёт в основу приговора.

При оценке показаний свидетеля М.О. суд также учитывает, что хоть она и сообщила суду, что испытывает к подсудимому неприязнь, но её показания подтверждаются показаниями других свидетелей и письменными доказательствами, в связи с чем суд считает их достоверными и кладёт в основу приговора.

Показания потерпевшего М.А.Г., свидетелей М.О.,., Л, ., Б,., Г,., Ш. и Ф. о том, что ФИО1 забрал весь имевшийся на стройке строительный инструмент, согласуются друг с другом и потому принимаются судом.

Оценивая показания свидетеля Н., суд учитывает, что он назвал инструменты (в частности, дрель и два шуруповёрта), которые ранее видел у ФИО1 дома. Суд допускает, что это могли быть как собственные инструменты ФИО1, так и инструменты, приобретённые им за счёт М.А.Г.., которые могли какое-то время находиться у ФИО1 дома. В связи с этим суд считает, что нахождение инструментов у ФИО1 дома не может служить безусловным основанием для того, чтобы считать его собственником этих инструментов. Поэтому суд принимает показания данного свидетеля в совокупности с тем фактом, что свидетель не сделал выводов о принадлежности инструментов ФИО1 В то же время показания данного свидетеля о том, что сварочный аппарат могли взять хозяева, носят предположительный характер и отклоняются судом.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущего признание данных доказательств недопустимыми, не установлено. Совокупность представленных доказательств является достаточной для вывода о виновности подсудимого.

Кроме того, судом были исследованы другие доказательства:

1).Показания свидетеля Б., данные им в ходе предварительного расследования и оглашённые в судебном заседании, в которых он точно указал весь инструмент, который забрал ФИО1 (т.№).

Свидетель суду сообщил, что протокол допроса в печатном виде следователем был направлен участковому в п.Кромы, где участковый его распечатал и с напечатанным текстом приехал на строящийся объект, где он (свидетель) его прочитал и подписал. Несмотря на то, что свидетель подтвердил изложенные в протоколе допроса показания, суд не принимает их, т.к. допрос происходил не в ОМВД по Кромскому району (как это указано в протоколе) и не должностным лицом, составившим протокол.

2).Показания свидетеля Г.В.В.., данные им в ходе предварительного расследования и оглашённые в судебном заседании, в которых он точно указал весь инструмент, который забрал ФИО1 (т.№).

Свидетель суду сообщил, что показания давал на строящемся объекте, протокол допроса в печатном виде был заготовлен заранее и привезён сотрудником полиции на строящийся объект, где он (свидетель) его прочитал и подписал. Суд не принимает эти письменные показания, т.к. допрос происходил не в ОМВД по Кромскому району (как это указано в протоколе), а текст показаний был заготовлен заранее.

3).Показания свидетеля М., данные ей в судебном заседании, согласно которым она сожительствует с ФИО1 и знает, что он отвозил на строящийся дом М.О.. принадлежащий ему и ей строительный инструмент. В сентябре 2017 г. у ФИО1 произошёл конфликт с заказчиком. После этого ФИО1 привёз домой лишь часть инструмента, а не привёз принадлежащие ей нивелир, бензопилу и пр. . Эти инструменты остались у М.А.Г.., хотя часть из них приобреталась в процессе строительства за личный счёт ФИО1

Показания данного свидетеля суд отклоняет, т.к. они опровергаются показаниями потерпевшего и других свидетелей (согласно которым супруги М никаких привезённых ФИО1 инструментов не взяли, а наоборот, ФИО1 забрал со стройки все имевшиеся там инструменты, в том числе которые ФИО1 якобы не привёз домой – <----> В связи с этим показания данного свидетеля суд считает ложными и вызванными желанием помочь своему сожителю избежать уголовной ответственности.

4).Переписка между ФИО1 и М.А.Г. в социальной сети «<--->», в которой М.А.Г. пишет, что окончательный расчёт будет произведён после окончания всех работ. ФИО1 требует оплатить 70000 руб. и возвратить строительное оборудование, на что М.А.Г.. отвечает, что пока не разберутся с финансовой стороной, все вопросы по оборудованию – к нему (т.№).

Оценивая данную переписку, суд учитывает, что потерпевший М.А.Г. признал, что, действительно, это – его переписка, пояснив, что речь шла об оборудовании, которое оставалось на участке, при этом он это оборудование насильно не удерживал, а говорил лишь, что всё оборудование должно вывозиться в его присутствии. Поскольку из переписки не следует, что М.А.Г.. похитил или насильно удерживал у себя чужое оборудование, а её контекст согласуется с показаниями М.А.Г.., суд не считает её доказательством того, что М.А.Г.. совершил хищение чужих инструментов, и отклоняет её в качестве доказательства по настоящему делу.

Рассматривая вопрос о достоверности показаний подсудимого, суд исходит из следующего.

М.А.Г. заключил договор не с ФИО1 как физическим лицом, а с юридическим лицом – ООО «Русский Дух». В организации все инструменты и оборудование должны стоять на балансовом учёте, а если организация пользуется ими на праве безвозмездного пользования или аренды, то должны иметься соответствующие договоры, которые на основании п.1 ст.161 Гражданского кодекса Российской Федерации должны быть заключены исключительно в письменной форме. В связи с этим у суда нет оснований полностью доверять подсудимому в части количества инструментов, которые использовались на стройке и которые якобы были похищены М.А.Г.

Также подсудимый ФИО1 суду показал, что находившийся на стройке Н. якобы ему сказал, что хозяева всё увезли. Однако это опровергается показаниями самого Н., согласно которым он не видел, что супруги М брали какой-то инструмент, а предположения свидетеля относительно того, что хозяева могли взять сварочный аппарат, основаны на пересказе чужих слов и относятся исключительно к привезённому им, а не ФИО1, сварочному аппарату.

Также показания ФИО1 опровергаются показаниями свидетелей М.О.., Л., Б., Г, Ш. и Ф. о том, что ФИО1 забрал весь имевшийся на стройке строительный инструмент.

В связи с этим показания подсудимого суд признаёт недостоверными и отклоняет их.

При решении вопроса о виновности суд учитывает, что в ходе судебного следствия достоверно установлено, что ФИО1 сам увёз со стройки весь находившийся там строительный инструмент, а М.А.Г. и М.О.. не брали себе никаких принадлежащих ФИО1 или его сожительнице строительных инструментов. Таким образом, судом достоверно установлено отсутствие события преступления, в совершении которого ФИО1 обвинил М.А.Г..

Те строительные инструменты, которыми супруги М заканчивали строительство (в том числе которые хранились в багажнике их автомашины), имелись у них ранее, либо были куплены ими позже для продолжения работ и принадлежали им, либо были взяты ими в пользование у других лиц. Шлифмашина, которая позже была возвращена ФИО1 сотрудниками полиции, хранилась в строительном вагончике, где жил не М.А.Г.., а рабочие, и её нахождение там было обусловлено исключительно тем, что ФИО1 сам её раньше не забрал; эту шлифмашину М.А.Г. не удерживал.

Таким образом, подавая в правоохранительные органы заявление о якобы совершённой М.А.Г. краже, ФИО1 заведомо знал, что тот строительный инструмент не удерживал и не похищал. Поэтому суд считает доказанным, что ФИО1, испытывая неприязненные отношения к М.А.Г. (вызванные обращением последнего в правоохранительные органы), совершил заведомо ложный донос.

Доводы стороны защиты о наличии недостатков в обвинительном заключении, препятствующих рассмотрению дела, суд отклоняет, т.к. содержание обвинительного заключения позволяет рассмотреть дело по существу. Все прочие доводы подсудимого и стороны защиты являются несущественными.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.1 ст.306 УК РФ как заведомо ложный донос о совершении преступления.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Подсудимый ФИО1 имеет постоянное место жительства и место работы, также является индивидуальным предпринимателем. По месту жительства и месту работы характеризуется положительно. К уголовной ответственности не привлекался, привлекался к административной ответственности по главе 12 КоАП РФ (за нарушение Правил дорожного движения РФ). Разведён, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребёнка. <--->. Являлся должником по 39 исполнительным производствам, большая часть из которых была окончена ввиду неустановления местожительства должника или отсутствия у него имущества, на которое может быть обращено взыскание. В настоящее время является должником о взыскании задолженностей общей суммой более 2700000 руб., имеет официальную заработную плату в размере 10000 руб.

Обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, в соответствии со ст.61 УК РФ не установлено. В обвинительном заключении обстоятельством, смягчающим наказание, указано наличие малолетних детей у виновного. Однако суд не признаёт данное обстоятельство в качестве смягчающего, т.к. его ребёнок достиг возраста 14 лет и потому не является малолетним.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, в соответствии со ст.63 УК РФ не установлено.

Основания для изменения категории преступления на менее тяжкую отсутствуют, т.к. совершённое преступление относится к категории небольшой тяжести.

Учитывая в совокупности все исследованные обстоятельства содеянного, характер и степень общественной опасности совершённого преступления, которое относится к категории небольшой тяжести, личность виновного, принимая во внимание отсутствие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, суд приходит к выводу, что он должен понести наказание. Поскольку подсудимый имеет значительную денежную задолженность, ранее многие из возбужденных в отношении него исполнительных производств были прекращены ввиду неустановления его места жительства и отсутствия имущества, на которое может быть обращено взыскание, суд считает невозможным назначение наказания в виде штрафа. Поскольку подсудимый трудоспособного возраста, противопоказаний к труду не имеет, имеет постоянное место жительства, суд считает необходимым назначить ему наказание в виде обязательных работ. К категории лиц, которым не может быть назначен данный вид наказания, подсудимый не относится. При этом суд не считает возможным назначить и более строгий вид наказания – исправительные работы, т.к. являясь осуждённым и одновременно генеральным директором, он должен будет отбывать наказание по месту своей работы, т.е. должен будет сам себя контролировать, что суд считает недопустимым.

Оснований для применения ст.64 УК РФ (назначение наказания ниже низшего предела или более мягкого вида наказания), а также для постановления приговора без назначения наказания или освобождения от наказания суд не находит ввиду отсутствия исключительных обстоятельств.

Основания для применения ст.73 УК РФ (условное осуждение) отсутствуют, т.к. наказание в виде обязательных работ в силу ч.1 ст.73 УК РФ не назначается условно.

Вид обязательных работ и объекты, на которых они отбываются, в силу ч.1 ст.49 УК РФ определяются органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительными инспекциями.

Гражданский иск не предъявлен.

Постановлением Хотынецкого районного суда Орловской области от 27.11.2017 приняты меры по обеспечению исполнения приговора в части взыскания штрафа – наложение ареста на денежные средства в виде прекращения операций, принадлежащих ФИО1 и находящиеся на его банковских счетах <--->. Поскольку ФИО1 не назначается штраф, эти меры должны быть отменены (т.№).

Вещественные доказательства: <----> – в соответствии со ст.81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следует возвратить ФИО1

Общий размер процессуальных издержек составляет 5280 руб. (вознаграждение адвокату в период предварительного расследования 2200 руб. и рассмотрения уголовного дела в суде 3080 руб.), которые в силу ст.132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с осуждённого. Оснований для освобождения осуждённого от оплаты процессуальных издержек и их возмещения за счёт средств федерального бюджета с учётом п.7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 42 суд не находит.

Учитывая, что осуждённому назначается наказание в виде обязательных работ, которое подлежит отбыванию реально, суд считает необходимым для обеспечения исполнения приговора меру пресечения до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308 и 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

п р и г о в о р и л:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.306 УК РФ, и назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 300 (триста) часов.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Меры по обеспечению исполнения приговора в виде наложения ареста на денежные средства ФИО1, принятые постановлением Хотынецкого районного суда Орловской области от 27.11.2017, отменить.

Вещественные доказательства: <---> – возвратить ФИО1

Процессуальные издержки – расходы на оплату труда адвоката в размере 5280,00 руб. (пять тысяч двести восемьдесят рублей 00 копеек) взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Орловского областного суда в течение 10 суток со дня провозглашения, а осуждённым, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе путём использования систем видеоконференц-связи, указав об этом в своих апелляционной жалобе или в возражениях на апелляционные жалобу, представление, принесённые другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий В.А. Гузев