Апелляционное определение № 33-9649/2025 от 17 декабря 2025 г.

УИД 91RS0024-01-2025-000069-78

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

Дело № 2-1810/2025 председательствующий судья суда первой инстанции Кононова Ю.С.

№ 33-9649/2025 судья-докладчик суда апелляционной инстанции Кузнецова Е.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 декабря 2025 года судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Кузнецовой Е.А.

судей Басараба Д.В.

ФИО1

при секретаре Таранцовой А.Г.

с участием в открытом судебном заседании:

- представителя истца ФИО2

- представителя третьего лица ФИО3

рассмотрев гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8, третье лицо – ФИО9, о признании договоров недействительными, включении имущества в состав наследства и признании права собственности,

по апелляционным жалобам ФИО6 Бю, ФИО5 и ФИО7 на решение Ялтинского городского суда Республики Крым от 30.06.2025г.,

заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Крым Кузнецовой Е.А., пояснения представителей истца и третьего лица, возражавших против доводов апелляционной жалобы, исследовав материалы дела,

УСТАНОВИЛА:

Представитель ФИО4 – ФИО10 в иске от 24.12.2024г. с учетом последующего уточнения заявленных требований (л.д. 31-34 т. 2), просил признать недействительными договоры по отчуждению <адрес>, с кадастровым номером №, а именно:

- договор купли-продажи от 06.12.2021г., заключенный между Литовчен-ко Н.А. и ФИО7;

- договор дарения от 12.11.2022г., заключенный между ФИО7 и ФИО6,

- договор купли-продажи от 20.12.2022г., заключенный между Вереща-гой А.Б. и ФИО8;

- включить указанную квартиру по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № в состав наследства после смерти ФИО14, умершего ДД.ММ.ГГГГ., и признать за ФИО4 право собственности на ? долю указанной квартиры в порядке наследования после смерти ее отца ФИО14, умершего ДД.ММ.ГГГГ

В обоснование иска указано на то, что, ФИО4, будучи наследником первой очереди после смерти отца ФИО14, в установленный законом срок обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, в состав которого должна была войти и вышеуказанная квартира, как выделенная в его собственность решением суда от 21.07.2021г. о разделе имущества супругов. Между тем, выяснилось, что ФИО14 при жизни не успел зарегистрировать за собой право собственности на данную квартиру, а его супруга ФИО5, воспользовавшись тем, что квартира осталась зарегистрированной на ее имя, продала ее Федорчен-ко Л.И., которая затем подарила ее ФИО6, который, в свою очередь, продал ее ФИО4, являющемуся сыном ФИО5 Считает указанные сделки недействительными, совершенными с целью вывода имущества из состава наследства и тем самым лишения ее прав на долю в этом имуществе, в связи с чем обратилась в суд с настоящим иском.

Решением Ялтинского городского суда Республики Крым от 30.06.2025г. иск ФИО4 удовлетворен.

Признаны недействительными: - договор купли-продажи от 06.12.2021г., заключенный между ФИО5 и ФИО7, - договор дарения от 12.11.2022г., заключенный между ФИО7 и ФИО6 и договор купли-продажи от 20.12.2022г., заключенный между ФИО6 и ФИО8 В состав наследства после смерти ФИО14, умершего ДД.ММ.ГГГГ включена <адрес>. За ФИО4 признано право собственности на ? долю указанной квартиры (л.д.88-95 т.2).

В апелляционных жалобах ФИО6, ФИО5 и ФИО7 просят указанное решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, постановленное без установления всех юридически значимых обстоятельств, с нарушением норм материального и процессуаль-ного права и несоответствующее фактическим обстоятельствам по делу (л.д. 98-102, 107-111, 121-128 т. 2).

Ответчик ФИО8 решение суда не обжалует.

В возражениях на апелляционные жалобы ответчиков представитель истца просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, указав на несостоятельность изложенных в жалобах доводов (л.д. 159-167 т. 2).

Ответчики в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили.

Согласно материалам дела место проживания ответчика Федорчен- ко Л.Ф. зарегистрировано по адресу: <адрес>.

В апелляционной жалобе сама ФИО7 указала, что в силу объективных причин по месту регистрации не проживает (дом разрушен), временно проживает в различных пансионатах для беженцев, адреса которых, вопреки требованиям ст. 117 ГПК РФ, не указывает; равно, как не указывает и номер своего телефона, по которому могла бы быть извещена о судебных заседаниях вне зависимости от места своего фактического проживания (пребывания).

Кроме того, будучи, как ею указано в апелляционной жалобе, близким родственником ФИО6 (л.д. 122 т. 2), не уведомляла суд о возможности ее извещения по месту его (ФИО6) проживания.

О судебных заседаниях ФИО7 извещалась судом: по вышеуказанному месту регистрации - согласно почтовому идентификатору почтовая корреспонденция до пункта назначения не доходит; по адресу спорной квартиры (<адрес>) и по адресу, указанному ею на конверте, в котором она направила в суд апелляционную жалобу (<адрес>). Указанные судебные повестки возвращены в суд с отметками организации почтовой связи "истек срок хранения".

ФИО5 о судебном заседании извещалась по месту регистрации, которое как место своего проживания она указывает в адресованных суду процессуальных документах, в том числе в апелляционной жалобе (<адрес> – л.д. 6, 107 т. 2), и по адресу принадлежащей ей квартиры (<адрес> л.д. 28-29 т. 1). Повестки возвращены с отметкой организации почтовой связи "истек срок хранения".

Направленная в адрес ФИО6 по месту его регистрации (л.д. 56 т. 2) судебная повестка возвращена в суд за истечением срока хранения, извещен путем СМС-уведомления.

Равно возвращены за истечением срока хранения и судебные повестки, направленные на имя ФИО8 по адресу, указанному в исковом заявлении (<адрес>), и по месту его регистрации (<адрес><адрес> л.д. 56 т. 2).

Кроме того, информация о направлении Ялтинским городским судом настоящего дела в суд апелляционной инстанции размещена в открытом публичном доступе на официальном сайте суда в сети Интернет, а информация о времени и месте судебного заседания в суде апелляционной инстанции - на официальном сайте Верховного Суда Республики Крым, что при наличии в необходимой и достаточной степени обеспокоенности позволяет каждому из ответчиков, в том числе не проживающих по месту регистрации, которые не уведомляют суд о месте своего проживания, получить информацию о процессуальном движении дела, в том числе о назначенных судебных разбирательствах дела по поданным ими апелляционным жалобам. Иное может свидетельствовать о недобросовестной реализации ими своих процессуальных прав и исполнении процессуальных обязанностей.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия считает, что судом приняты необходимые и достаточные меры к надлежащему извещению ответчиков о судебном заседании, и их неявка в судебное заседание не препятствует рассмотрению настоящего дела.

В силу положений п. 3 ст. 157 ГПК РФ после объявленного в судебном заседании перерыва судебное заседание продолжается, повторного извещения сторон о судебном заседании не требуется, продолжительность перерыва судебного заседания законом не урегулирована.

Обсудив доводы апелляционных жалоб и поданных на них возражений, исследовав материалы дела, судебная коллегия считает необходимым решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционные жалобы ответчиков – без удовлетворения по следующим основаниям.

Постанавливая решение, суд первой инстанции, с выводами которого в целом соглашается судебная коллегия, исходил из обоснованности заявленных в иске требований и наличия правовых оснований для их удовлетворения.

Указанные выводы суда основаны на правильно и полно установленных юридически значимых обстоятельствах и согласуются с нормами права, регулирующими спорные правоотношения.

Как следует из материалов дела, решением Ялтинского городского суда Республики Крым от 21.07.2021г. разделено имущество супругов ФИО14 и ФИО5 Признаны общим имуществом <адрес>. Доли ФИО14 и ФИО5 в праве собственности на указанное имущество признаны равными. В собственность ФИО14 выделена <адрес> стоимостью 3 047 932,68 рублей; в собственность ФИО5 – <адрес> стоимостью 2 550 706,38 рублей. Право общей совместной собственности ФИО14 и ФИО5 на указанные квартиры прекращено. С ФИО14 в пользу ФИО5 взыскано 248 613,15 рублей (л.д. 28-29 т. 1).

Согласно отметке на копии судебного акта указанное решение суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 29 оборот т. 1).

ДД.ММ.ГГГГ т.е. в день вступления вышеуказанного решения суда в законную силу, ФИО14 умер (л.д. 19, 48, 147 т. 1).

Сведения об исполнении решения суда в материалах дела отсутствуют (по сведениям ЕГРН право собственности на квартиру осталась зарегистрированным на имя ФИО11).

Из материалов наследственного дела №, заведенного после смерти ФИО14 (копия приобщена к настоящему делу (л.д. 49-185 т. 1), следует, что:

- 29.04.2021г. ФИО14 было составлено и удостоверено нотариусом Ялтинского городского нотариального округа ФИО12 завещание, которым он все свое имущество завещал ФИО13 (л.д. 65 т. 1);

- ФИО13 нотариально удостоверенным заявлением от 03.12.2021г. отказался от принятия наследства после смерти ФИО14 (л.д. 58 т. 1).

- с заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО14 к нотариусу обратились:

- 18.11.2021г. - дочь ФИО14 - ФИО9(л.д.50, 66, 149 т.1);

- 11.02.2022г. зарегистрировано заявление дочери ФИО14 – ФИО15, составленное ею 13.12.2021г. и удостоверенное нотариусом г. Прага Чешской Республики (л.д. 50, 71 т. 1);

- 11.02.2022г. зарегистрировано удостоверенное секретарем-референ-том Генерального консульства Российской Федерации в г. Милане заявление ФИО16 об отказе от наследства после смерти ее отца ФИО14 в пользу ФИО4 (л.д. 60, 81-88 т. 1);

- 16.02.2022г. зарегистрировано удостоверенное 10.02.2022г. нота-риусом Ялтинского городского нотариального округа ФИО17 заявление сына ФИО14 – ФИО8 (л.д. 52, 78, 148 т. 1).

- 04.02.2022г. зарегистрировано заявление кредитора ФИО18 о задолженности наследодателя по договору займа от 01.03.2018г. на сумму 20 000 долларов США, согласно расчету задолженности на сумму претензии в размере 9 300 долларов США (так в заявлении) (л.д. 157-158 т. 1);

- 04.03.2022г. зарегистрировано заявление кредитора ФИО19 о задолженности наследодателя по договору займа от 23.07.2019г. на сумму 3 000 долларов США (л.д. 162 т. 1);

- 23.01.2023г. представитель ФИО4 просил предоставить информацию о наследниках после смерти ФИО14 (л.д. 64 т. 1);

- в этот же день (23.01.2022г.) нотариус Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО20 уведомила ФИО4 о том, что по состоянию на 23.01.2023г. наследниками после смерти ФИО14 являются она, ФИО8 и ФИО9 (л.д. 25, 165 т. 1);

- 27.04.2023г. на имя ФИО4 выданы свидетельства о праве на наследство по закону: - на ? долю, а на имя ФИО8 и ФИО9 - на ? долю (за каждым) наследства, а именно: автомобиль Мазда 626, денежные средства на счетах в РНКБ Банк (ПАО), пай члена ГСК № (л.д. 138-142 т. 1).

- 14.10.2024г. нотариус Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО21 уведомила представителя ФИО4 – ФИО10 о невозможности выдачи свидетельства о праве на наследство в отношении квартиры по адресу: <адрес> связи с непредоставлением документов о принадлежности этой квартиры наследодателю ФИО14 (л.д. 23 т. 1).

Согласно приобщенной в материалы наследственного дела выписке из ЕГРН по состоянию на 05.09.2022г. собственником <адрес> являлась Федорчен-ко ФИО22 к регистрации права собственности явился договор купли-продажи от 06.12.2021г. (л.д. 92-93 т. 1).

Из представленных Госкомрегистром копий материалов дела правоустанавливающих документов на объект с кад.номером № по адресу: <адрес> (л.д. 185а-250 т. 1) следует, что:

- 03.10.2021г. ФИО5, от имени которой по нотариально удостоверенной доверенности от 03.11.2021г. (оформлена на месяц позднее даты заключения договора купли-продажи) действовал ФИО23, и ФИО7, от имени которой действовал ФИО24 на основании доверенности от 15.04.2021г., в простой письменной форме был заключен договор купли-продажи, по условиям которого ФИО5 продала, а ФИО7 - купила <адрес> площадью 47,2 кв.м., по цене 3 100 000 рублей (л.д. 209-214 т. 1);

- 30.11.2021г. между вышеуказанными лицами заключено дополнительное соглашение к договору купли-продажи от 03.10.2021г., в котором указано место рождения ФИО7 (л.д. 236, 240 т. 1);

- 06.12.2021г. право собственности ФИО7 на указанную квартиру зарегистрировано в ЕГРН.;

- 12.11.2022г. между ФИО7 и ФИО6 в простой письменной форме заключен договор дарения, по которому ФИО7 передала, а ФИО6 принял в дар данную квартиру (л.д. 242а-243 т. 1);

- 24.11.2022г. право собственности ФИО6 на квартиру зарегистрировано в ЕГРН;

- 20.12.2022г. ФИО6 по заключенному в простой письменной форме договору купли-продажи продал квартиру по цене 3 200 000 рублей ФИО8, интересы которого представлял ФИО25 по нотариально удостоверенной доверенности от 16.12.2022г. (л.д. 247а-248 т.1).

27.12.2022г. право собственности ФИО8 на квартиру зарегистрировано в ЕГРН (л.д. 1-2 т. 1).

При этом из материалов делу усматривается, что ФИО5 является матерью ФИО8 (л.д. 78 т. 1); ФИО6 является внуком ФИО7 (л.д. 122 т. 2), а в рамках оформления наследственных прав после смерти ФИО14 он (ФИО6) представлял интересы ФИО8 на основании доверенности от 24.02.2022г. (л.д. 55, 62 т. 1).

Таким образом, судом установлено и рамках разрешения настоящего спора не опровергнуто, что ФИО5, не смотря на наличие вступившего в законную силу решения о признании за ее бывшим мужем ФИО14 права собственности на квартиру по <адрес>, в период оформления наследниками прав на наследственное имущество, оставшееся после смерти ФИО14, произвела отчуждение этой квартиры, которая в итоге по ряду совершенных сделок перешла в собственность ее и ФИО14 сына – ФИО8

Разрешая заявленные в иске требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 166, 167, 218, 1112 ГК РФ, пришел к выводу о доказанности факта нарушения прав ФИО4 и необходимости их судебной защиты.

Так, в силу положений ст. 209 ГК РФ право владения, пользования и распоряжения имуществом принадлежит собственнику этого имущества.

Имущество, нажитое во время брака, является совместной собственностью супругов (п. 1 ст. 34 СК РФ) и может быть разделено между ними, как во время брака, так и после его расторжения (ст. 38 СК РФ).

Как указано выше, вступившим в законную силу решением суда имущество бывших супругов ФИО14 и ФИО5 разделено с выделением в собственность каждого из них отдельных квартир, в том числе, в собственность ФИО14 выделена квартира по <адрес> право совместной собственности на разделенное имущество, в том числе на вышеуказанную квартиру, прекращено.

С прекращением права собственности на вышеуказанную квартиру ФИО5 утратила и право на распоряжение ею, в том числе путем ее отчуждения в пользу третьих лиц.

То обстоятельство, что вышеуказанное решение суда не было исполнено, а право собственности на квартиру осталось зарегистрированным за ФИО5, не наделяет ее правом на распоряжение этим имуществом, поскольку установлено, что к моменту вступления решения суда в законную силу ФИО14 умер, между тем, в силу положений ст. 13 ГПК РФ, вступившее в законную силу решение суда обязательно для исполнения, а права на его имущество, согласно ст. 1110 ГК РФ, перешли к его наследникам в порядке универсального правопреемства, т.е. в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент.

Как следует из положений п. 1 ст. 1152 ГК РФ, п. 1 ст. 1154 ГК РФ, для приобретения наследства наследник должен его принять, что может быть реализовано им в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

При этом по общему, установленному п. 1 ст. 1162 ГК РФ, правилу, свидетельство о праве на наследство выдается наследникам в любое время по истечению шести месяцев со дня открытия наследства, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Между тем, в силу положений п. 4 ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства, т.е. со дня смерти наследодателя (ст. 1113 ГК РФ) независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

ФИО5 же, будучи безусловно осведомленной и о наличии вступившего в законную силу решения суда от 21.07.2021г. и о наличии наследников после смерти ФИО14 (во всяком случае ее сына ФИО8), 03.10.2021г., т.е. фактически через 1 месяц и 5 дней произвела отчуждение спорной квартиры, заключив с ФИО7 договор купли-продажи.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (п. 1).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (п. 2).

Общие положения о последствиях недействительности сделки закреплены в ст. 167 ГК РФ, в частности, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 1); а сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2).

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 34, 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам ст. ст. 301, 302 ГК РФ.

Если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (ст. ст. 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные ст. ст. 301, 302 ГК РФ.

В соответствии с указанными правовыми нормами собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (ст. 301 ГК РФ).

Если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли (п. 1 ст. 302 ГК РФ).

Аналогичная правовая позиция изложена Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 21.04.2003г. № 6-П.

Таким образом, из содержания указанных правовых норм и разъяснений относительно их применения следует, что права собственника имущества при его отчуждении лицом, не имевшим право на это соответствующего права, подлежат защите не путем оспаривания сделки и применения правовых последствий ее недействительности (двусторонняя реституция) (п.п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ), а путем истребования этого имущества из чужого незаконного владения (виндикация), если для этого имеются предусмотренные ст. 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Иное истолкование положений п.п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ означало бы, что собственник имеет возможность прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата полученного в натуре не только когда речь идет об одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции Российской Федерации установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.

При этом из положений п. 1 ст. 302 ГК РФ и разъяснений, приведенных в п. 39 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010г., следует, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

В рамках разрешения настоящего спора установлено, что спорная квартира, будучи согласно решению суда собственностью ФИО14, после его смерти вошла в состав наследства, а потому со дня его смерти, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ., принадлежит его наследникам, заявившим в установленном законом порядке о принятии наследства, в том числе ФИО4

Таким образом, отчуждение ФИО5 спорной квартиры путем ее продажи ФИО7 произошло без участия и помимо воли ФИО4, в связи с чем ФИО4 вправе истребовать эту квартиру из незаконного владения иного лица вне зависимости от его добросовестности либо недобросовестности.

Доводы ответчиков об отсутствии у ФИО4 прав на наследственное имущество, поскольку направленное ею в адрес нотариуса <адрес> заявление о принятии наследства не содержит апостиль, несостоятельны, поскольку требования об апостиле не подлежат применению для стран, подписавших с Россией двусторонние договоры о правовой помощи, а с Чешской Республикой подписаны: Конвенция по вопросам гражданского процесса 01.03.1954г.; Конвенция о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 10.06.1958г.; Европейская конвенция о взаимной правовой помощи по уголовным делам 20.04.1959г.; Конвенция, отменяющая требование легализации иностранных официаль-ных документов 05.10.1961г.; Конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам 15.11.1965г.; Конвенция о получении за границей доказательств по гражданским или торговым делам от 18.03.1970г.; Европейская конвенция об информации относительно иностранного законодательства 07.06.1968г. и Договор с Чехословацкой Социалистической Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 12.08.1982г.

Поданное ФИО4 заявление о принятии наследства принято нотариусом <адрес> с последующей выдачей ФИО4 свидетельства о праве на наследство в отношении иного наследственного имущества, а потому ее доводы о нарушении ее прав вследствие отчуждения квартиры по <адрес> являются обоснованными.

Между тем, признав недействительной в силу ее ничтожности заключенную между ФИО5 и ФИО7 сделку, суд, вопреки положениям вышеприведенных правовых норм и разъяснений относительно их применения, по иску ФИО4 признал недействи-тельными все последующие сделки по отчуждению этой квартиры, не обратив при этом внимание на невозможность применения правовых последствий недействительности этих сделок.

При этом судом правильно разрешены вопросы о включении данной квартиры в состав наследства после смерти ФИО14 и определении объема прав ФИО4 в наследственном имуществе в размере ? доли с учетом интересов иных наследников той же очереди, заявивших в установленные законом сроки и порядке о принятии наследства (ФИО9 и ФИО4), а также отказа одного из наследников (ФИО16) в ее пользу.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 1157, п. 1 ст. 1158 ГК РФ наследник в течение срока, установленного для принятия наследства, вправе отказаться от наследства в пользу других лиц из числа наследников по завещанию или по закону любой очереди независимо от призвания к наследованию, не лишенных наследства, а также в пользу тех, которые призваны к наследованию по праву представления или в порядке наследственной трансмиссии.

Отказ от наследства, в том числе в пользу других лиц, по своей юридической природе, как следует из ст. 1157 ГК РФ, определяющей содержание данного права, представляет собой строго формальную одностороннюю сделку, посредством которой наследник, призванный к правопреемству после умершего лица, отказывается от причитающегося ему наследственного имущества в пределах установленного ст. 1154 ГК РФ срока принятия наследства.

Поданное ФИО16 заявление об отказе от наследства оформлено в установленной законом форме и не требует апостилирования в силу заключенных с Итальянской Республикой международных договоров о правовой помощи.

Таким образом, правильно и полно установив юридически значимые обстоятельства и нормы права, которые их регулируют, дав надлежащую правовую оценку доводам сторон и представленным ими доказательствам, суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам о доказанности факта нарушения прав ФИО4 и необходимости их судебной защиты, однако ошибочно признал недействительными все договоры по отчуждению спорной квартиры, в связи с чем решение суда в указанной части подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении иска по требованиям о признании недействительными заключенного между ФИО7 и ФИО6 договора дарения от 12.11.2022г. и договора купи-продажи от 20.12.2022г., заключенного между ФИО6 и ФИО8

Доводы ответчиков о пропуске ФИО4 срока исковой давности, о применении которого было заявлено ФИО6 (л.д. 51-52 т. 2) в суде первой инстанции до принятия решения, обоснованно отклонены как несостоятельные.

В соответствии с положениями ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно ч. 1 ст. 196, ст. 200 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, и истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п.2 ст. 199 ГК РФ).

Из материалов дела усматривается, что место жительства ФИО4 зарегистрировано в Украине в <адрес>, заявление о принятии наследства ею оформлено в Чешской Республике, а представительство ее интересов осуществлялось ФИО10, действовавшей на основании доверенности от 13.12.2021г., удостоверенной доктором права – нотариусом г. Праги.

При изложенных обстоятельствах доводы ФИО4 о том, что о содержании решения суда о разделе имущества супругов, об отчуждении спорной квартиры ФИО26 в отсутствие у нее на это соответствующих полномочий и об исключении в связи с этим данной квартиры из состава наследства после смерти ФИО14, и тем самым о нарушении ее прав, ей стало известно лишь из ответа нотариуса от 14.10.2024г., не опровергнуты, а потому ее обращение 24.12.2024г. в суд с настоящим иском реализовано в пределах исковой давности.

Доводы ответчиков не опровергают обоснованность выводов суда первой инстанции, в том числе в части определения начала исчисления исковой давности.

Допустимые доказательства иного суду не предоставлены и материалы дела таких доказательств не содержат.

Доводы ФИО6 о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права вследствие отказа в принятии встречного искового заявления ФИО8 о взыскании с ФИО4 суммы, уплаченной им в счет погашения долгов наследодателя (л.д. 70-72, 86 т. 2), непривлечения к участию в деле его (наследодателя) кредиторов, а также об оставлении без внимания и оценки доводов ответчиков о наличии между наследниками соглашения об определении объема прав каждого из них в отношении наследственного имущества, несостоятельны. Требования встречного иска выходят за пределы разрешения настоящего спора, с ним не взаимосвязаны, и изложенные ФИО6 в указанной части доводы не влияют на результат разрешения настоящего спора. Более того, указанные вопросы не касаются его (ФИО6) права и обязанностей, а ФИО8 решение суда по настоящему делу не обжалует.

Утверждения ФИО6 об отсутствии у представителя ФИО4 права на обращение в суд с настоящим иском, в связи с отсутствием на предоставленной им доверенности, удостоверенной нотариусом г. Праги Чешской Республики, апостиля, не обоснованы, поскольку, как уже указано выше, требования об апостиле не подлежат применению для стран, подписавших с Россией двусторонние договоры о правовой помощи.

Ссылки ФИО5 на нарушение судом норм процессуального права вследствие ее ненадлежащего извещения о времени и месте судебного заседания и рассмотрения дела в ее отсутствие опровергаются материалами дела, согласно которым судебные повестки о ее вызове в назначенное на 30.06.2025г. судебное заседание были направлены 16.05.2025г. по адресу: <адрес>, где по сведениям УМВД России по г. Ялта она зарегистрирована, и по адресу: <адрес>.

Обе судебные повестки 27.05.2025г. возвращены в суд с отметками организации почтовой связи "истек срок хранения", что применительно к положениям ст. 165.1 ГПК РФ и разъяснениям, изложенным в п. 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от 23.06.2015г. "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", свидетельствует о выполнении судом требований ст. 113 ГПК РФ о надлежащем извещении ФИО27 о времени и месте судебного заседания.

Доводы ФИО7 о неправильно избранном истцом способе защиты нарушенного права и необходимости их защиты путем взыскания с ФИО5 убытков необоснованны, поскольку в силу общих принципов гражданского процессуального законодательства истец, будучи свободной в реализации своих прав, своей волей и в своем интересе определяет защищать или нет свое нарушенное право (ч. 1 ст. 4 ГПК РФ), в каком объеме требовать от суда защиты (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ), в том числе самостоятельно и по своему усмотрению выбирает не запрещенные законом формы и способы защиты своих прав, которые определяются спецификой охраняемого права и характером нарушения. В данном случае, применительно к спорным правоотношениям, избранный ФИО4 способ соответствует специфике охраняемого права и характеру его нарушения и способен привести к его восстановлению.

Ссылки ФИО7 на недоказанность наличия в ее действиях при заключении спорной сделки признаков недобросовестности и в связи с этим на отсутствие правовых оснований для истребования спорной квартиры из владения последнего приобретателя правового значения не имеют, поскольку установлено, что отчуждение квартиры проведено помимо воли наследников, в частности ФИО4, которой эта квартира (ее доля) принадлежала с момента открытия наследства.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции, разрешая спор в пределах заявленных в иске требований, правильно и полно установил все юридически значимые обстоятельства, верно определил характер спорных правоотношений и нормы права, которые их регулируют, доводам сторон и представленным ими доказательствам дал надлежащую правовую оценку с изложением в решении выводов, состоятельность которых апеллянтом не опровергнута.

Доводы жалобы обоснованность выводов суда первой инстанции не опровергают, фактически сводятся к переоценке установленных судом обстоятельств и получению иного ожидаемого результата. Указанные доводы были предметом рассмотрения и обоснованно отклонены как несостоятельные.

Ошибочность отдельных суждений суда первой инстанции, в частности о необходимости признания недействительными всех сделок, в целом не влияет на правильность выводов суда первой инстанции и результат разрешения настоящего спора, которым восстановлены нарушенные права ФИО4 в отношении спорной квартиры.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым, -

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ялтинского городского суда Республики Крым от 30.06.2025г. отменить в части признания недействительными договора дарения квартиры по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, заключенного 12.11.2022г. между ФИО7 и ФИО6, и договора купли-продажи указанной квартиры, заключенного 20.12.2022г. между ФИО6 и ФИО8

Постановить в указанной части новое решение об отказе в удовлетворении иска.

В остальной части решение Ялтинского городского суда Республики Крым от 30.06.2025г. оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО6, ФИО5 и ФИО7 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через Ялтинский городской суд Республики Крым.

Председательствующий судья: Кузнецова Е.А.

Судьи: Басараб Д.В.

ФИО1

Мотивированное апелляционное определение составлено 23.12.2025г.