Постановление № 1-250/2024 от 14 октября 2024 г. по делу № 1-250/2024

дело № 1-250/2024


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

14 октября 2024 года город Тверь

Центральный районный суд города Твери в составе:

председательствующего судьи Барановой О.Н.,

при секретаре судебного заседания Анпилогове В.Ю.,

с участием: государственного обвинителя Иванова Д.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника подсудимого адвоката Маслова А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>, гражданина <данные изъяты>, имеющего высшее образование, женатого, имеющего малолетнего и несовершеннолетнего детей, работавшего <данные изъяты> зарегистрированного и проживавшего по адресу: <адрес>, несудимого, задержанного в порядке ст. 91-92 УПК РФ 19 июля 2024 года, содержащего под стражей,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 291.1 УК РФ,

у с т а н о в и л :

настоящее уголовное дело поступило в Центральный районный суд города Твери с обвинительным заключением, утвержденным прокурором Тверской области, для рассмотрения по существу.

Судом по собственной инициативе постановлен на обсуждение участников процесса вопрос о необходимости возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Государственный обвинитель Иванов Д.А. возражал возвратить уголовное дело прокурору, полагая, что обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ. Одновременно просил суд в связи с истечением срока содержания ФИО1 под стражей продлить действие данной меры пресечения на 6 месяцев 00 суток, поскольку обстоятельства, послужившие основанием для избрания и продления ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражей, не изменились и не отпали.

Подсудимый ФИО1 и его защитник-адвокат Маслов А.С. оставили вопрос о возращении уголовного дела прокурору на усмотрение суда, просили суд изменить подсудимому меру пресечения с заключения под стражу на домашний арест или запрет определенных действий, в обоснование свой позиции указали, что ФИО1 имеет постоянное место жительства, детей, престарелых родителей, ранее к уголовной ответственности не привлекался, не скрывался от органов предварительного следствия, не оказывал давление на свидетелей и не намерен этого делать, в настоящее время предварительное расследование завершено, уголовное дело поступило в суд для рассмотрения по существу, кроме того уголовное преследование подлежит прекращению на основании примечания к ст. 291.1 УК РФ.

Суд, заслушав мнения участников процесса, исследовав необходимые материалы уголовного дела, приходит к следующим выводам.

По смыслу ст. 7 УПК РФ принципом уголовного судопроизводства является законность при производстве по уголовному делу, соблюдение норм материального и процессуального права.

В досудебном производстве происходит формирование обвинения, которое впоследствии становится предметом судебного разбирательства и определяет его пределы.

Согласно ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится в отношении обвиняемого лишь по предъявленному обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Определяя требования, которым должно отвечать обвинительное заключение, законодатель в ст. 220 УПК РФ установил, что в этом процессуальном акте, в частности, должны быть указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, формулировка предъявленного обвинения с отражением пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Ст. 237 УПК РФ закрепляет порядок и основания возвращения уголовного дела судом по ходатайству стороны или по собственной инициативе прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. При этом основанием для возвращения дела прокурору являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям законности и справедливости.

В силу положений п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело подлежит возвращению прокурору, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

ФИО1 органами предварительного следствия обвиняется в покушении на посредничество во взятничестве, то есть ином способствовании взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки, совершенное в особо крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

Из содержания, составленного по делу обвинительного заключения, следует, что к ФИО1, как к специалисту, занимающемуся кадастровыми работами, обратился ФИО, действующий в интересах третьих лиц, с вопросом о возможности изменения вида разрешенного использования земельного участка. После получения информации от ФИО, ФИО1 обратился к своему знакомому ФИО, как к бывшему сотруднику ФГБУ «Федеральная кадастровая палата федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии», с вопросом о возможности проведения вышеуказанных регистрационных действий, который в ходе встречи сообщил, что обладает необходимыми связями и знакомствами среди должностных лиц Управления Росреестра Тверской области, с которыми при условии передачи взятки в виде денег в сумме 2 500 000 рублей он сможет положительно решить вопрос, на что ФИО1 ответил согласием и сообщил ФИО о готовности решить вопрос об изменении вида разрешенного использования земельного участка за денежные средства последнего в сумме 2 500 000 рублей, которые он передаст в качестве взятки должностным лицам Управления Росреестра Тверской области, получив на это согласие ФИО Затем, получив от ФИО информацию о разрешении им вопроса с должностными лицами Управления Росреестра Тверской области о возможности проведения регистрационных действий с недвижимым имуществом при условии передачи взятки в виде денег в сумме 2 000 000 рублей после проведения регистрационных действий, ФИО1 сообщил данную информацию ФИО, который подтвердил свои намерения и согласие на выдвинутые условия. После внесения Управлением Росреестра по Тверской области изменений основных характеристик объекта недвижимости, а именно вида разрешенного использования земельного участка, ФИО1, действуя по ранее достигнутой договоренности со ФИО, получил от последнего деньги в сумме 2 000 000 рублей для их последующей передаче ФИО, который должен был передать их в качестве взятки лично должностным лицам Управления Росреестра по Тверской области за внесение изменения вида разрешенного использования земельного участка, тем самым способствуя в реализации соглашения между этими лицами и ФИО о получении и даче взятки в указанном размере. Однако ФИО1 не смог довести свой преступный умысел до конца по независящим от него обстоятельствам, поскольку его преступные действия были пресечены сотрудниками УФСБ России по Тверской области непосредственно после их совершения, то есть после получения денежных средств.

Тем самым ФИО1 органами предварительного следствия обвиняется в покушении на посредничество во взятничестве по признаку иного способствования взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки.

При посредничестве во взяточничестве в виде иного способствования взяткодателю и взяткополучателю оконченный состав преступления будет иметь место с момента совершения действий, образующих указанное способствование, независимо от достижения или реализации соглашения между взяткодателем и взяткополучателем (абз. 2 п. 13.2абз. 2 п. 13.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях»).

Однако указанные положения закона и разъяснения, данные Пленумом Верховного Суда РФ, органом предварительного расследования не учтены.

Несмотря на то обстоятельство, что из фабулы предъявленного ФИО1 обвинения очевидно, что он выполнил действия, связанные с проведением переговоров, установлением размера взятки, способа ее передачи потенциальному взяткополучателю, договоренности о том, какие действия должно совершить должностное лицо за взятку, то есть выполнил все необходимые действия, образующие вмененное ему способствование, органами предварительного следствия его действия квалифицированы как покушение на совершение преступления.

Таким образом, квалификация действий ФИО1 по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 291.1 УК РФ не соответствует фактическим обстоятельствам, изложенным в обвинении, которые указывают на наличие оснований для квалификации его действий как более тяжкого преступления.

При этом согласно обвинению ФИО1 не смог довести свой преступный умысел до конца по независящим от него обстоятельствам, поскольку его действия были пресечены сотрудниками УФСБ России по Тверской области непосредственно после их совершения, то есть после получения денежных средств.

Вместе с тем органами предварительного следствия ФИО1 не вменено посредничество во взятничестве по признаку непосредственной передачи взятки по поручению взяткополучателя, выразившееся в намерении непосредственной передачи взятки в виде денег, поэтому положения абз. 3 п. 13.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» относительно момента окончания посредничества во взяточничестве в форме непосредственной передачи взятки применены быть не могут.

В то же время, по смыслу ст. 291.1 УК РФ и в соответствии с разъяснением, содержащимся в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», получение или дача взятки, если указанные действия осуществлялись в условиях оперативно-розыскного мероприятия, должны квалифицироваться как оконченное преступление, в том числе и в случае, когда ценности были изъяты сотрудниками правоохранительных органов сразу после их принятия должностным лицом.

То есть ключевое значение имеет тот факт, приняло ли должностное лицо, которому предназначалась взятка, предмет взятки в ходе оперативно-розыскных мероприятий. Однако данные обстоятельства в предъявленном ФИО1 обвинении органом предварительного следствия не отражены, а суд не вправе самостоятельно формулировать объективную сторону преступления и действия подсудимого, признание виновным лица в совершении действий, обвинение в которых ему не предъявлялось, является выходом за рамки предъявленного обвинения, что приведет к нарушению прав подсудимого на защиту и нарушит его право на защиту от предъявленного обвинения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлении от 2 июля 2013 года № 16-П, неправильное применение положений Общей и Особенной частей УК РФ, неправильная квалификация судом фактически совершенного обвиняемым деяния, а потому неверное установление основания уголовной ответственности и назначения наказания влекут вынесение неправосудного решения, что недопустимо в правовом государстве, императивом которого является верховенство права, и снижает авторитет суда и доверие к нему как органу правосудия. Продолжение рассмотрения дела судом после того, как им были выявлены допущенные органами предварительного расследования процессуальные нарушения, которые препятствуют правильному рассмотрению дела, которые суд не может устранить самостоятельно, приводит к постановлению незаконного и необоснованного итогового решения, что свидетельствует о невыполнении судом возложенной на него Конституцией РФ функции осуществления правосудия.

Таким образом, суд, выявив несоответствие квалификации действий ФИО1 фактическим обстоятельствам дела, изложенным в обвинительном заключении, считает, что данное обстоятельство является препятствием для рассмотрения дела по существу, не позволяет суду принять законное и обоснованное решение на основании данного обвинительного заключения и с учетом требований ст. 252 УПК РФ, предусматривающих невозможность в судебном разбирательстве изменение квалификации деяния в сторону ухудшения положения подсудимого, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2017 года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвращает уголовное дело прокурору, утвердившему обвинительное заключение, для устранения препятствий его рассмотрения судом, в связи с наличием оснований для квалификации действий ФИО1 как более тяжкого преступления.

Направляя уголовное дело прокурору, суд учитывает, что устранение выявленных нарушений уголовно-процессуального закона, не будет связано с восполнением неполноты произведенного по делу предварительного следствия и имеет своей целью приведение процедуры предварительного расследования в соответствие с требованиями, установленными в уголовно-процессуальном законе, что дает возможность после устранения выявленных существенных процессуальных нарушений вновь направить дело в суд для рассмотрения по существу и принятия решения.

По смыслу закона, если имеются предусмотренные законом основания возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ судье следует принять решение о мере пресечения в отношении подсудимого, содержащегося под стражей, с указанием срока ее действия.

Согласно ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадет необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97, 99 УПК РФ.

Правовая позиция Конституционного Суда РФ, изложенная в постановлении № 23-П, указывает, что положения ч. 3-7 ст. 109 УПК РФ, в их взаимосвязи с ч. 3 ст. 237 УПК РФ, предполагают, что при возвращении уголовного дела прокурору продление срока содержания обвиняемого под стражей, допускается при сохранении оснований и условий применения данной меры пресечения, для обеспечения исполнения решения суда и на устанавливаемый судом разумный срок, определяемый с учетом существа обстоятельств, препятствующих рассмотрению уголовного дела судом, и времени, необходимого для их устранения и обеспечения права обвиняемого на ознакомление с материалами уголовного дела.

В ходе предварительного следствия в отношении ФИО1 19 июля 2024 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, 12 сентября 2024 года срок содержания под стражей продлен по 17 октября 2024 года включительно. Основаниями для избрания и продления действия меры пресечения в виде заключения под стражей послужила возможность ФИО скрыться от следствия и суда, оказать давление на свидетелей по уголовному делу.

В настоящее время обстоятельства, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, послужившие основанием к избранию ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражей, не отпали, новых обстоятельств, свидетельствующих о необходимости применения к нему более мягкой меры пресечения, не возникло.

ФИО1 является гражданином Российской Федерации, имеет высшее образование, женат, на момент инкриминируемых событий имел малолетнего и несовершенного детей, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, имеет постоянное место жительства, до задержания был официально трудоустроен, положительно характеризуется по месту обучения, жительства, работы, имеет грамоты и благодарности.

Вместе с тем, ФИО1 обвиняется в покушении на особо тяжкое преступление, предусматривающее наказание в виде лишения свободы на срок от семи до двенадцати лет, при этом согласно обвинительному заключению знаком со свидетелями обвинения по уголовному делу.

Таким образом, с учетом характера, тяжести предъявленного обвинения, данных о личности ФИО1, а также учитывая интересы дальнейшего беспрепятственного производства по данному уголовному делу, суд оснований для изменения или отмены ранее избранной в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражей не находит, поскольку имеются обоснованные основания полагать, что ФИО1 с учетом характера инкриминируемого преступления, будучи не ограниченным в возможности передвижения возрастом, состоянием здоровья, осознающий последствия возможного привлечения к уголовной ответственности, находясь на свободе с более мягкой мерой пресечения, может скрыться от следствия и суда, оказать воздействие на свидетелей, данные о которых ему известны.

Данные обстоятельства свидетельствуют о необходимости продления срока содержания ФИО1 под стражей и невозможности изменения ему меры пресечения на более мягкую, в том числе домашний арест, запрет определенных действий, залог или подписку о невыезде и надлежащем поведении, поскольку применение иных мер пресечения не будет в достаточной мере являться гарантией беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства, а характер данных мер пресечений, с учетом приведенных выше обстоятельств, послужить достаточным сдерживающим фактором, исключающим совершение им действий, указанных в ст. 97 УПК РФ.

Вопреки мнению стороны защиты, отсутствие намерений со стороны ФИО1 скрываться, оказывать давление на свидетелей, данные о его личности, стадия уголовного судопроизводства сами по себе не могут служить безусловными и достаточными основаниями для изменения меры пресечения, поскольку не могут являться гарантией тому, что ФИО1 не скроется от следствия и суда, не исключают его возможности в силу осведомленности о сути данных в ходе предварительного расследования свидетелями обвинения показаний, и их месте нахождения, воздействовать на них с целью воспрепятствования судопроизводства по делу.

Каких-либо данных, свидетельствующих о невозможности содержания ФИО1 под стражей, а также сведений о наличии у него заболеваний, которые перечислены в утвержденном постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года № 3 Перечне тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, судом не установлено, стороной защиты не представлено.

Суд, определяя срок содержания ФИО1 под стражей, учитывая необходимость закрепления содержащегося под стражей лица за органом предварительного расследования в целях устранения выявленных судом нарушений, принимает во внимание существо обстоятельств, препятствующих рассмотрению уголовного дела судом, и времени, необходимого для их устранения, а также обеспечения права ФИО1 на ознакомление с материалами уголовного дела, с учетом сроков, предусмотренных ст. 109 УПК РФ.

В связи с принятием судом решения о возвращении уголовного дела прокурору, заявленный стороной защиты вопрос о прекращении уголовного дела по примечанию к ст. 291.1 УК РФ разрешению в настоящее время не подлежит, что не препятствует стороне защиты в реализации данного права впоследствии, после устранения указанных судом недостатков.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 97, 99, 108, 109, 110, 237, 256 УПК РФ, -

п о с т а н о в и л :

возвратить уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 291.1 УК РФ, прокурору Тверской области на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В удовлетворении ходатайства подсудимого ФИО1 и его защитника-адвоката Маслова А.С. об изменении ФИО1 меры пресечения с заключения под стражу на домашний арест, запрет определенных действий, отказать.

Продлить срок содержания под стражей ФИО1 на 3 (три) месяца 00 суток, то есть по 13 января 2025 года включительно.

Постановление может быть обжаловано в Тверской областной суд через Центральный районный суд города Твери в течение 15 суток с момента его вынесения, а ФИО1, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии постановления.

В случае подачи апелляционной жалобы ФИО1 в течение 10 суток со дня вручения ему копии постановления вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий О.Н. Баранова