Апелляционное определение № 33АП-3702/2025 от 14 декабря 2025 г.

УИД: 28RS0002-01-2025-001681-20 Судья первой инстанции

Дело 33АП-3702/2025 ФИО1

Докладчик Пасюк И.М.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 декабря 2025 года г. Благовещенск

Судебная коллегия по гражданским делам Амурского областного суда в составе:

председательствующего Щеголевой М.Э.,

судей коллегии Пасюк И.М., Исаченко М.В.

при секретаре Перепелициной Л.Е.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании договора купли-продажи земельного участка недействительным, изменении сведений ЕГРН, взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Белогорского городского суда от 11 сентября 2025 года

Заслушав дело по докладу судьи Пасюк И.М., поясненияпредставителя ответчика ФИО3 – ФИО4, истца ФИО2 и её представителя Богатовой Е.Н., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Ф.И.О.1 обратилась с настоящим иском в суд, в обоснование указав, что с 2013 года являлась собственником земельного участка с кадастровым <номер>, общей площадью 720 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>. С 29 мая 2008 года ФИО2 является инвалидом второй группы по общему заболеванию бессрочно. В марте 2022 года сын ФИО5 сообщил, что на данном земельном участке хочет построить гараж, для чего требуется письменное разрешение. Истец не возражала, поскольку еще в 2000-х годах оформила на него завещание. Сын привез истца в <адрес> к какому-то зданию, она сидела в машине, так как болели ноги, затем сын вышел из помещения с каким-то человеком и попросил её расписаться на чистом листе бумаги формата А4. При этом истец была уверена, что даёт разрешение сыну именно на строительство гаража на данном земельном участке. ФИО2 полагала, что земельным участком после её смерти будет владеть сын. В конце августа 2024 года она решила продать земельный участок, для чего обратилась за помощью к риэлтору, который выяснил, что собственником земельного участка является ФИО3 Истец разрешения на продажу земельного участка не давала, денежные средства не получала. Полагала, что ответчик с помощью ФИО5 обманным путём завладела земельным участком. В силу преклонного возраста, а также недавно перенесённого инсульта ФИО2 с трудом передвигается, плохо разговаривает. На момент подписания договора купли-продажи думала, что подписывает разрешение на строительство гаража на земельном участке, ей никто не сообщил, что она подписывает договор купли-продажи, с условиями договора никто не ознакомил. 28 октября 2024 года по факту незаконного оформления договора истец обращалась в полицию с заявлением о привлечении ФИО3 к уголовной ответственности. На основании постановления начальника ОУУП и ПДН МО МВД России «Белогорский» от 31 октября 2024 года в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием состава преступления. Считает, что договор купли-продажи является сделкой, заключенной под влиянием заблуждения и обмана со стороны ответчика. Судебные расходы, связанные с составлением искового заявления, составили 7 000 руб., что подтверждается квитанцией.

На основании изложенного, уточнив исковые требования, истец просила суд признать недействительным договор купли-продажи земельного участка с кадастровым <номер>, общей площадью 720 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>; исключить из ЕГРН запись о государственной регистрации права от <дата><номер> на недвижимое имущество с кадастровым номером <номер>, общей площадью 720 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>; восстановить в ЕГРН запись о праве собственности Ф.И.О.1 на земельный участок с кадастровым <номер> общей площадью 720 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>; взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., судебные расходы в сумме 7 000 руб.

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО2 поддержала исковые требования, указав, что не имела намерения продавать принадлежавший ей на праве собственности земельный участок. Пояснила, что подписала договор купли-продажи, будучи введенной в заблуждение, полагая, что подписывает документы, связанные со строительством гаража. Утверждала, что не получала денежных средств по договору, а указание в договоре о полной оплате до его подписания не соответствует действительности. Также отрицала получение от ответчика бытовой техники или иного встречного предоставления, отметив, что произведенный ремонт в ее квартире был оплачен ею отдельно. Пояснила, что узнала о переходе права собственности только в августе 2024 года, после чего завещала участок внуку.

Представитель истца адвокат Богатова Е.Н. поддержала требования, указав, что сделка была совершена под влиянием обмана и доверительных отношений с сыном, при участии которого ответчик ввела истца в заблуждение. Привела доводы об отсутствии доказательств реальной оплаты по договору и несостоятельности доводов ответчика о дружеских отношениях и встречной передаче имущества, проведении ремонта в счёт оплаты по договору, ссылаясь на отсутствие соответствующих условий в оспариваемом договоре.

Ответчик ФИО3 и её представитель ФИО4 возражали против иска, поддержав доводы письменных возражений. Поясняли, что истец добровольно и осознанно согласилась на отчуждение участка, который не использовала и не содержала. Договор был подписан истцом после разъяснений юриста, а встречным предоставлением явились затраты на приведение участка в порядок, проведение межевания, приобретение бытовой техники и осуществление ремонта в квартире истца, что эквивалентно указанной в договоре цене. Настаивали на надлежащем исполнении договора, подтвержденном государственной регистрацией права. Заявляли о пропуске истцом срока исковой давности.

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании подтвердил, что истец дала согласие на оформление участка на ответчика, а денежные средства по договору не передавались, поскольку истец от них отказалась. Участком всегда пользовался он, ещё до того, как стал совместно проживать с ФИО3 С 2017 года ФИО3 на участке осуществляется хозяйственная деятельность по эксплуатации торгового объекта. Гараж, о котором говорит истец, находится на земельном участке, выданном по программе «Дальневосточный гектар», на участке истца не планировали и не возводили гараж.

Иные лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в связи с чем суд, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ рассмотрел дело в отсутствие не явившихся лиц.

Решением Белогорского городского суда Амурской области от 11 сентября 2025 года исковые требования удовлетворены частично. Признан недействительным договор купли-продажи от 15 марта 2022 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3, земельного участка с кадастровым <номер>, расположенного по адресу: <адрес>, земельный участок расположен в кадастровом квартале, граница которого проходит по <адрес>-<адрес>, площадью 720±10.84 кв.м.; применены последствия недействительности сделки в виде аннулирования права собственности ФИО3 и восстановлении права собственности ФИО2 в отношении спорного земельного участка; с ФИО3 в пользу ФИО2, взысканы судебные расходы в размере 7 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Разрешен вопрос по госпошлине.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 не соглашается вынесенным решением, просит его отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. Указывает, что в момент подписания договора купли-продажи, истец не страдала каким-либо психическим заболеванием, давление на нее не оказывалось. Возраст истца сам по себе не свидетельствует о том, что она в момент подписания договора купли-продажи была не способна понимать значения своих действий по заключению именно договора купли-продажи земельного участка. Вопреки доводам истца, что она подписала только пустой лист формата А4, в МФЦ не ходила, в материалах дела имеется заявление о регистрации перехода права собственности, состоящие из двух листов имеющее её паспортные данные, сведения о договоре купли-продажи и на данном заявлении имеется собственноручная подпись истца. Указывает, что ни истцом, ни представителем не заявлялось о том, что это не подпись ФИО6 Выводы суда полагает противоречащими материалам дела, в том числе показаниям свидетеля. Вывод суда о том, что завещанием от 29 октября 2024 года подтверждается неосведомленность ФИО2 о договоре купли-продажи считает несостоятельным, поскольку еще 2022 году, до составления завещания, на земельном участке ответчиком совместно с ФИО5 с согласия истца был возведен объект недвижимости. Считает, что давая разрешение на строительство объекта, ФИО2 осознавала, что земельный участок будет занят объектом недвижимости, принадлежащим другому лицу, и соответственно, земельный участок перейдет в соответствии с законом собственнику объекта недвижимости. Считает, что само по себе завещание на земельный участок, не может служит доказательством того, что ФИО2 не продавала земельный участок, а служит доказательством конфликта между сыном и ФИО5 и планомерных, продуманных действий истца. Судом не учтено, что ФИО2 лично своей подписью указала, что узнала в августе 2022 года о заключенном договоре купли-продажи. Полагает, что ФИО2 не представлено относимых и допустимых доказательств с бесспорностью свидетельствующих о том, что сделка заключена ею под влиянием обмана со стороны ответчика, и ФИО2 введена в заблуждение путем предоставления недостоверной, заведомо ложной информации относительно правовой природы подписываемого документа. Ссылается на процессуальные нарушения, выразившиеся в отсутствии отражения в протоколах показаний лиц, участвующих в деле, а также ссылок в решении суда на аудиозапись и даты проведения судебного заседания, когда лица давали соответствующие пояснения.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО2 считает решение Белогорского суда Амурской области законным, обоснованным, вынесенным при полном исследовании обстоятельств дела. Просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 поддержала доводы апелляционной жалобы. Просила решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных истцом требований. Дополнительно пояснила, что денежные средства по оспариваемому договору действительно не передавались, поскольку встречное предоставление было осуществлено до заключения договора в виде приобретения истцу электроплиты, телевизора и проведения ремонта в её квартире. Ответчик и ФИО5 предполагают, что изменение отношения ФИО2 и принятие мер к оспариванию сделки совершается под влиянием кого-то из родственников, претендующих на имущество.

Истец ФИО2 и её представитель Богатова Е.Н. возражали относительно доводов апелляционной жалобы, указывали, что ФИО2 при совершении сделки заблуждалась относительно природы сделки, полагая, что подписывает разрешение на строительство гаража, подписала чистый лист, что подтверждается пояснениями ФИО2 Указывали, что никакого встречного предоставления не было, на проведение ремонта в квартире ФИО2 давала ФИО3 и её дочери 10 000 рублей для покупки обоев и линолеума, а также уплатила за работу 4 000 рублей. А подарки истцу приобретали только дети и внуки, а не ФИО3. Магазин на спорном земельном участке стоит примерно с 2020 года. Истец полагала, что участок достанется её сыну ФИО5, у которого ничего нет, а не ФИО3 В данной связи она просит вернуть ей земельный участок, который она завещала внуку, чтоб ответчик не забрала его у сына.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились, о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежаще. Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, по правилам части 1 статьи 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как предусмотрено частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела (пункт 2); несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела (пункт 3).

Такие нарушения допущены Белогорским городским судом Амурской области при рассмотрении данного дела, в связи с чем, вынесенное решение от 11 сентября 2025 года подлежит отмене на основании следующего.

Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Существенные условия договора купли-продажи недвижимости предусмотрены статьей 454, параграфом 7 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу пункта 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статьи 130).

Согласно положениям статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3).

Из положений статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пункт 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, истцу ФИО2 с 11 июня 2013 года на праве собственности принадлежал земельный участок с кадастровым номером <номер>, расположенный по адресу: <адрес>, в кадастровом квартале, граница которого <адрес>

15 марта 2022 года между ФИО2 и ФИО3 заключён договор купли-продажи, по условиям которого ФИО2 продала ФИО3 принадлежащий ей земельный участок по цене 150 000 руб.

В соответствии с п. 1 договора расчет произведен до подписания договора в полном объёме.

Фактически денежные средства в счет оплаты по договору истцу не передавались.

На основании указанного договора 18 марта 2022 года за ФИО3 зарегистрировано право собственности на спорный земельный участок в Управлении Росреестра по Амурской области.

Ссылаясь на обстоятельства совершения сделки под влиянием заблуждения и обмана, указывая, что подписала по просьбе сына чистый лист бумаги, полагая, что даёт разрешение на строительство гаража на принадлежащем ей земельном участке, истец обратилась в суд с вышеприведенными требованиями.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 9, 166, 178, 179, 181, 195, 199, 205 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в п. 50, 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», п. 8, 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», п. 1, 3, 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», установив, что договор купли-продажи от 15 марта 2022 года был подписан истцом, находившимся под влиянием существенного заблуждения относительно природы сделки (полагала, что дает разрешение на строительство гаража, а не на продажу участка), что было обусловлено её преклонным возрастом, доверительными отношениями с сыном и обманными действиями со стороны сына и ответчика, пришел к выводу о наличии оснований для признания данной оспоримой сделки недействительной по ст. 178 ГК РФ. Суд также счел срок исковой давности пропущенным незначительно (на 1 месяц и 1 день) и подлежащим восстановлению в связи с поздним обнаружением нарушения права (август-сентябрь 2024 г.) и личностью истца. Исковые требования о компенсации морального вреда были оставлены без удовлетворения, поскольку нарушение имущественных прав само по себе не служит основанием для такой компенсации, а одновременного нарушения неимущественных прав судом не установлено. В результате суд частично удовлетворил иск, признав договор недействительным, применив последствия недействительности сделки.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда, поскольку они не соответствуют обстоятельствам дела, имеет место недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела.

В соответствии с частью 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В силу ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд первой инстанции основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. В соответствии с ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск (заявление) удовлетворению.

В материалы дела представлен письменный договор купли-продажи объекта недвижимости, от 15 марта 2022 года, подписанный сторонами. При этом истец не отрицала, что подпись в договоре проставлена ею.

Утверждения истца о том, что она подписала чистый лист бумаги, с текстом договора её никто не знакомил, предполагала, что подписывает разрешение на строительство гаража, относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждены. В подтверждение данных обстоятельств свидетельствуют только показания самого истца, на что также было указано стороной истца в суде апелляционной инстанции.

Пояснения ответчика ФИО3 об обратном, что истец имела волю на продажу земельного участка ФИО3, была ознакомлена с условиями договора, подтверждаются показаниями свидетеля Ф.И.О.16 допрошенного в суде первой инстанции, а также пояснениями третьего лица ФИО5, которые согласованно поясняли, что ФИО2 подписывала составленный договор купли-продажи, ей разъяснялось существо совершаемой сделки.

Судом показания свидетеля необоснованно не приняты во внимание в полном объеме только лишь на основании противоречий их с пояснениями ФИО5 в части обстоятельств присутствия при подписании договора специалиста МФЦ. В части того, что при подписании договора, текст которого был оформлен на одном листе с двух сторон, присутствовали стороны сделки, ФИО5 и юрист (Ф.И.О.18), показания свидетеля и пояснения третьего лица в полной мере согласованы, не имеют каких-либо противоречий.

В части места подписания договора свидетель ответить затруднился, указав, что не помнит, в МФЦ либо в автомобиле происходило подписание, но при этом указал, что стороны приехали к нему в МФЦ. Соответственно, подписание происходило в любом случае в непосредственной близости от МФЦ, что также не исключало в виду состояния продавца, которой было затруднительно передвигаться и присутствия специалиста МФЦ, на что указывал свидетель.

Показания свидетеля о присутствии при подписании договора и специалиста МФЦ подтверждаются также материалами регистрационного дела, в котором имеется заявление ФИО2 от 15 марта 2022 года о государственной регистрации договора от 15 марта 2022 года (л.д. 52). Доказательств, указывающих на то, что подпись в заявлении проставлена не ФИО2, в материалы дела не представлено, в ходе судебного разбирательства стороной истца подписание заявления не оспаривалось, равно как и не оспаривалась принадлежность подписи на договоре, все доводы сводились исключительно к подписанию чистого листа.

Установленные судом обстоятельства того, что документы на регистрацию были сданы позже, в отсутствие ФИО2, не опровергают фактов подписания ею как договора, так и заявления о государственной регистрации сделки.

О волеизъявлении ФИО2 на отчуждение участка свидетельствует и её поведение до совершения сделки, в частности фактическая передача участка в пользование ФИО3 для ведения последней предпринимательской деятельности, на что указывали в своих пояснениях ответчик ФИО3 и третье лицо ФИО5

Обстоятельства использования земельного участка ФИО3 подтверждаются также письменными доказательствами. В частности, согласно выписке ЕГРН, на спорном земельном участке расположен объект недвижимости – магазин смешанных товаров площадью 38 кв.м., 2022 года постройки, который в 2024 году был учтен в ЕГРН и право собственности на который принадлежит ФИО3

Истец в судебном заседании апелляционной инстанции подтвердила, что с 2020 года на участке расположен магазин, где ФИО3 ведет деятельность.

На основании статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Применительно к основанию признания сделки недействительной обман представляет собой умышленное (преднамеренное) введение другого лица в заблуждение в целях формирования его воли на вступление в сделку, путем ложного заявления, обещания, либо умолчания о качестве, свойствах предмета, иных частей сделки, действительных последствиях совершения сделки, об иных фактах и обстоятельствах, имеющих существенное значение, могущих повлиять на совершение сделки, которые заведомо не существуют и наступить не могут, о чем известно этому лицу в момент совершения сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 пункта 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, совершенная под влиянием обмана может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Указанные обстоятельства, свидетельствующие о пороке воли продавца, обесценивающем значение его действий, в состязательном гражданском процессе обязан доказать истец, инициировавший рассмотрение спора в суде. В приведенных условиях доказывания именно на стороне истца лежала процессуальная обязанность по доказыванию обстоятельств заключения оспариваемой сделки под влиянием обмана по вине ответчика и (или) его представителя.

В данном случае приведенные юридически значимые обстоятельства не доказаны, что влечёт отказ в удовлетворении основанных на обстоятельствах обмана исковых требований.

Также отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленных исковых требований и признания договора купли-продажи земельного участка недействительным по мотиву заблуждения, в связи с тем, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих об отсутствии воли сторон при совершении оспариваемого договора на создание соответствующих ему правовых последствий, совершения истцом сделки под влиянием заблуждения относительно предмета, природы сделки, лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой.

Достаточных и бесспорных доказательств, подтверждающих факт заблуждения относительно правовой природы оспариваемой сделки в значении, предусмотренном положениями статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также доказательств отсутствия воли на совершение сделки купли-продажи недвижимого имущества истцом в нарушение части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

При этом доводы ФИО2 о том, что она подписала чистый лист бумаги, объективно по делу ничем не подтверждены.

Ссылки суда первой инстанции на обстоятельства составления ФИО2 завещаний в отношении спорного имущества в 2023, в 2024 гг. не являются свидетельством нахождения имущества у нее в собственности либо её неосведомленности о совершении оспариваемой сделки, поскольку исходя из совокупного анализа положений п. 1 ст. 1124 ГК РФ; п. п. 1.7.1, 3.4 Методических рекомендаций по удостоверению завещаний и наследственных договоров, утв. решением Правления ФНП от 02 марта 2021 года (протокол N 03/21), при составлении завещания представлять нотариусу документы, подтверждающие право собственности завещателя на имущество, не требуется, более того, завещать можно и имущество, которое будет приобретено в собственность в будущем, после составления завещания.

При этом, из материалов дела усматривается, что при составлении завещания от 29 октября 2024 года ФИО2 было достоверно известно о выбытии из её собственности земельного участка с кадастровым номером <номер>, поскольку 17 сентября 2024 года она обращалась в полицию по данному факту, а согласно её пояснениям, ей стало известно об отчуждении участка в августе 2024 года. Тем не менее, спорный участок был включен в завещание.

Таким образом, факты составления завещаний в отношении спорного имущества не подтверждают каких-либо юридически значимых обстоятельств, а лишь указывают на волю ФИО2 вернуть участок в свою собственность и распорядиться им иным образом, не в пользу ответчика.

Доводы истца о неполучении ею денежных средств от продажи квартиры нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, не оспаривались стороной ответчика, однако не имеют правового значения для разрешения настоящего спора, поскольку они не являются основанием для признания оспариваемой сделки недействительной. ФИО2 не лишена права на обращение в суд с иском к покупателю о взыскании денежных средств.

Из материалов дела следует, что заключая оспариваемый договор купли-продажи, стороны сделки достигли соответствующего договору правового результата, факт передачи и принятия недвижимости подтверждается ведением на участке ответчиком хозяйственной деятельности, изменением вида разрешенного использования, возведением объекта недвижимости, сторонами зарегистрирован переход права собственности, что является свидетельством того, что стороны не только имели намерение создать соответствующие заключенной сделке правовые последствия, но и совершили для этого необходимые действия.

С учётом изложенного решение суда первой инстанции подлежит отмене в части удовлетворения исковых требований ФИО7 ввиду несоответствия выводов суда обстоятельства дела, недоказанности установленных судом первой инстанции обстоятельств с принятием по делу в данной части нового решения об отказе в иске.

Руководствуясь ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Белогорского городского суда Амурской области от 11 сентября 2025 года отменить в части удовлетворения исковых требований ФИО7 о признании договора недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскания судебных расходов.

Принять в данной части новое решение.

В удовлетворении исковых требований ФИО7 к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с кадастровым №<номер> от 15 марта 2022 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки в виде аннулирования права собственности ФИО3 и восстановлении права собственности ФИО2 в отношении спорного земельного участка, взыскании с ФИО3 в пользу ФИО2, судебных расходов в размере 7 000 рублей – отказать.

В остальной части решение Белогорского городского суда Амурской области от 11 сентября 2025 года оставить без изменения.

Апелляционную жалобу ответчика ФИО3 удовлетворить.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 29 декабря 2025 г.