Решение № 2-151/2019 2-151/2019~М-98/2019 М-98/2019 от 5 мая 2019 г. по делу № 2-151/2019

Дело № (2019 года)

Поступило в суд 04.02.2019 года


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

Татарский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи А.Н. Обрезана,

секретаря судебного заседания О.Г. Цыплаковой,

с участием представителя администрации Татарского района ФИО1 ФИО12,

представителя органа опеки и попечительства Татарского района ФИО2 ФИО13,

представителя истца ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к администрации Омского муниципального района Омской области о включении в список детей сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, нуждающихся в предоставлении жилых помещений, и к администрации Татарского района Новосибирской области об обязывании предоставления жилого помещения специализированного жилищного фонда по договору найма специализированного жилого помещения,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратился в суд с иском к администрации Омского муниципального района <адрес> о включении в список детей сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, нуждающихся в предоставлении жилых помещений, и к администрации <адрес> об обязывании предоставления жилого помещения специализированного жилищного фонда по договору найма специализированного жилого помещения. В основание исковых требований истец указал, что относится к категории лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, так как ДД.ММ.ГГГГ умерла его мать ФИО5, отец ФИО6 проживал в <адрес> и его воспитанием не занимался, родственники от опекунства отказались, в связи с чем, его направили в детский дом, где он находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год, на полном государственном обеспечении, и закрепили за ним жилое помещение по <адрес>. В 1995 году в связи, с его поступлением в учебное заведение в СПТУ <адрес> он выбыл из детского дома. По окончании учебного заведения ему не было предоставлено жилое помещение как ребенку, оставшемуся без попечения родителей, о праве состоять на учете с целью получения жилого помещения администрацией детского дома либо учебного заведения он уведомлен не был.

С 2017 года он проживает в <адрес>. В марте 2018 года с заявлением он обратился в администрацию <адрес> о признании его в качестве нуждающегося в жилом помещении, а, поскольку он не работает и не имеет возможности предоставить сведения о своих доходах, ему было отказано в постановке на учет в качестве нуждающегося.

В сентябре 2018 года Министерством образования Омской области ему также было отказано в предоставлении жилого помещения как ребенку, оставшемуся без попечения родителей, в связи с тем, что он не включен в списки лиц, имеющих на это право, и достиг 23 лет.

Жилое помещение по <адрес> никогда не было в его собственности, в 2015 году данное жилье приобрели неизвестные ему третьи лица.

В период нахождения его в детском доме, обучении в образовательном учреждении, органы опеки и попечительства, должностные лица постановкой его на учет не занимались, факт закрепления за ним жилой площади не проверялся. Ему было разъяснено, что за ним закреплено право на жилое помещение, в связи с чем, у него отсутствует право на постановку на очередь в связи с закреплением за ним жилого помещения.

Считает, что он по уважительной причине, по независящим от него обстоятельствам не был включен в списки детей, оставшихся без попечения родителей, нуждающихся в жилом помещении, и будучи введенным в заблуждение, сам не принял меры для включения его в список лиц, имеющих право на дополнительные государственные гарантии до 23 лет.

Просит признать право его на обеспечение жилым помещением как лица, из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, нуждающихся в предоставлении жилых помещений; обязать администрацию Омского муниципального района Омской области включить его в список детей сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, нуждающихся в предоставлении жилых помещений, обязать администрации <адрес> предоставить ему жилое помещение специализированного жилищного фонда по договору найма специализированного жилого помещения.

Истец ФИО4 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме. Суду пояснил, что он не состоит в списке детей сирот и оставшихся без попечения родителей на предоставление ему жилья. Ранее проживал в Детском доме <адрес>. В настоящее время он живет и зарегистрирован в съемном жилье, иного жилья не имеет. Жилое помещение по <адрес> никогда не было в его собственности, в 2015 году данное жилье приобрели неизвестные ему третьи лица. В период нахождения его в детском доме, обучении в образовательном учреждении, органы опеки и попечительства, должностные лица постановкой его на учет не занимались. Просит признать за собой право на обеспечение жилым помещением как лица, из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, нуждающихся в предоставлении жилых помещений; обязать администрацию Омского муниципального района <адрес> включить его в список детей сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, нуждающихся в предоставлении жилых помещений, обязать администрации <адрес> предоставить ему жилое помещение специализированного жилищного фонда по договору найма специализированного жилого помещения.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме. Суду пояснила, что ФИО4 не состоит в списке детей сирот и оставшихся без попечения родителей на предоставление ему жилья. Ранее истец проживал в Детском доме <адрес>. В настоящее время он живет и зарегистрирован в съемном жилье, иного жилья не имеет. В период нахождения ФИО7 в детском доме, обучении в образовательном учреждении, органы опеки и попечительства, должностные лица постановкой его на учет не занимались. Считает, что ФИО4 по уважительной причине, по независящим от него обстоятельствам не был включен в списки детей, оставшихся без попечения родителей, нуждающихся в жилом помещении и, будучи введенным в заблуждение, сам не принял меры для включения его в список лиц, имеющих право на дополнительные государственные гарантии до 23 лет.

Представитель администрации Татарского района Новосибирской области ФИО12 исковые требования не признал, суду пояснил, что, руководствуясь ст. 1 ФЗ № 159 от 21.12.1996 года «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», возраст истца на момент подачи им заявления о включении его в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей составил более 23 лет. Кроме того, за ФИО4 и его сестрами при помещении их в детский дом было закреплено жилое помещение по <адрес> - 1 в <адрес>, связи с чем, требование ФИО4 является не обоснованным и ему отказано во включении в вышеуказанные списки. Поэтому просит отказать в удовлетворении заявленного иска.

Представитель органа опеки и попечительства Татарского района Новосибирской области ФИО13 полагает, что иск ФИО7 не обоснован, поскольку им пропущен срок для соответствующего обращения. Уважительных причин пропуска срока ФИО7 не представлено. Кроме того, ФИО7 был собственником жилого помещения до 2015 года, после чего сам распорядился своим недвижимым имуществом.

Представитель администрации Омского муниципального района <адрес> в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть данное дело в её отсутствии, просит отказать в удовлетворении иска. В отзыве на иск указывает следующее. На момент вступления в законную силу Федерального закона от 29.02.2012 года № 15-ФЗ истец должен был обладать нереализованным правом на обеспечение жилым помещением как лицо из числа детей-сирот, то есть, если бы в возрасте до 23 лет истец был принят на учет органами местного самоуправления, но и после достижения такого возраста жилое помещение ему не было предоставлено. Своевременно истец за реализацией своего права на обеспечение его жилым помещением как нуждающегося в жилом помещении, согласно нормам законодательства, действующим на момент возникновения правоотношений, не обратился. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 исполнилось 18 лет, ДД.ММ.ГГГГ – 23 года. При этом в Министерство образования <адрес> с письменным заявлением истец обратился лишь в 2018 году. За защитой своего права в суд истец обратился в 2019 году в возрасте полных 39 лет. Доказательств уважительности причин пропуска срока истцом не указано.

Представитель Министерства имущественных отношений <адрес> в судебное заседание не явился, просил рассмотреть иск в его отсутствие. В отзыве просит отказать в иске, поскольку истец своевременно не обращался в уполномоченные органы для предоставления ему жилого помещения. В настоящее время истец достиг возраста 23 лет, поэтому не имеет право на получение жилья.

Представитель Министерства образования <адрес> в судебное заседание не явился, в отзыве просит отказать в иске по причине его не обоснованности.

Судом в ходе судебного разбирательства установлено следующее.

Федеральным законом "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" от 21 декабря 1996 года N 159-ФЗ определены общие принципы, содержание и меры социальной поддержки детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Согласно абзацу 4 статьи 1 указанного Федерального закона к лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, отнесены лица в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей и имеют в соответствии с настоящим Федеральным законом право на дополнительные гарантии по социальной поддержке.

Статьей 8 названного Закона установлены дополнительные гарантии прав указанных выше лиц на имущество и жилое помещение.

Согласно ст. 8 указанного Закона в редакции Федерального закона от 29 февраля 2012 года N 15-ФЗ, детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые не являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, а также детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, в случае, если их проживание в ранее занимаемых жилых помещениях признается невозможным, органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, на территории которого находится место жительства указанных лиц, в порядке, установленном законодательством этого субъекта Российской Федерации, однократно предоставляются благоустроенные жилые помещения специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений.

Из копии паспорта, выданного Отделением УФМС России по <адрес> в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ФИО4 родился ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>. Зарегистрирован по <адрес> (л.д. 24-25).

Из справки ОГУП «Техцентр НСО», ответа ФГБУ «ФКП Россреестра» по <адрес> усматривается, что прав собственности на объекты недвижимости за истцом не зарегистрировано (л.д. 7, 10-11, 14-15).

Согласно справке ФИО4 действительно являлся воспитанником детского дома <адрес> и находился на воспитании и полном государственном обеспечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Выбыл в связи с поступлением на учебу в СПТУ <адрес> (л.д. 9).

Таким образом, суд считает достоверно установленным, что ФИО4 до достижения 18 лет приобрел статус ребенка оставшегося без попечения родителей, в связи с чем приобрел право на меры социальной поддержки.

Постановлением главы администрации <адрес> №-п от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 определен в детский дом, за ним закреплено жилое помещение по адресу: <адрес> - 1 (л.д. 6).

Таким образом, жилищные права ФИО4 на момент приобретения им статуса ребенка оставшегося без попечения родителей, нарушены не были. Он имел право проживать в закрепленном за ним жилом помещении, его проживание в ранее занимаемом и закрепленном за ним жилом помещении не признавалось невозможным.

Из информации бюджетного учреждения <адрес> «Омский центр кадастровой оценки и технической документации» ФИО7 в числе иных лиц, являлся собственником жилого помещения по адресу <адрес>1 (л.д. 65).

С заявлением о признании нуждающимися в улучшении жилищных условий ни один из ранее проживающих по адресу <адрес> 1, лиц, ни в своих интересах, ни в интересах несовершеннолетних либо опекаемых членов семьи, не обращался. Проживание в указанном жилом помещении для ФИО4, как и для других проживающих, невозможным в установленном законом порядке не признавалось.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости № от ДД.ММ.ГГГГ, право общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес> в 2015 году зарегистрировано за ФИО8 5/8 доли, ФИО9, ФИО10, ФИО11 по 1/8 доли каждому (л.д. 12-13).

Доказательств, свидетельствующих об обращении ФИО4 до достижения им 18-летнего возраста в орган местного самоуправления для обеспечения его жилым помещением как ребенка, оставшегося без попечения родителей, материалы дела не содержат. Также как отсутствуют доказательства того, что сам ФИО4 с момента достижения совершеннолетия и до достижения возраста 23 лет предпринимал попытки встать на учет в органе местного самоуправления в качестве нуждающегося в жилом помещении в связи со статусом лица, оставшегося без попечения родителей.

Как следует из преамбулы ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" от ДД.ММ.ГГГГ N 159-ФЗ, а также из вышеприведенной статьи 1, его положения распространяются на детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, и лиц из их числа до достижения ими 23-летнего возраста.

Таким образом, предоставление дополнительных гарантий по социальной поддержке, в том числе, предоставление жилых помещений лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, носит заявительный характер и возможно при условии письменного обращения таких лиц в соответствующие органы для принятия их на учет нуждающихся в жилых помещениях до достижения ими возраста 23 лет.

С достижением возраста 23 лет такие граждане, не обратившиеся с соответствующим заявлением в компетентный орган местного самоуправления, уже не могут рассматриваться в качестве лиц, имеющих право на предусмотренные Федеральным законом N 159-ФЗ меры социальной поддержки.

Согласно Закону Новосибирской области № 331-ОЗ от 5.06.2013 года «Об обеспечении жилыми помещениями детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа и детей, оставшихся без попечения родителей» установлен порядок формирования списка детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

На момент принятия данного закона ФИО4 достиг возраста 23 лет, а потому орган опеки и попечительства администрации Татарского района полномочиями по защите его прав не обладал.

Согласно установленному порядку, в список включаются дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, лиц из числа и детей, оставшихся без попечения родителей на основании письменных заявлений поданных в уполномоченный орган (пункт 2 ст. 2 Закона Новосибирской области № 331-ОЗ от 5.06.2013 года).

Пунктом 3 ст. 2 Закона Новосибирской области № 331-ОЗ от 5.06.2013 года установлен перечень документов, который заявитель должен самостоятельно предоставить вместе с заявлением.

Таким образом, в период с 18 до 23 лет ФИО4 был полностью дееспособным, что не препятствовало осуществлению им своих гражданских прав. Кроме того, ФИО4 по достижении совершеннолетия не был лишен возможности узнать о своих правах, получить соответствующую информацию, обжаловать действия должностных лиц, обратиться за судебной защитой своих нарушенных прав. Однако никаких мер по защите и реализации своих прав не предпринимал до 2018 года.

Из объяснений истца в судебном заседании установлено, что в 2017 году он переехал на постоянное проживание в <адрес> и в администрацию г. Татарска, администрацию Татарского района по вопросу предоставления ему жилого помещения, улучшения его жилищных условий, включения в списки детей сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, нуждающихся в улучшении жилищных условий не обращался, так как не знал, что такое право у него существует. Затем с 2000 по 2003 годы (с 21 до 24 лет) он (ФИО7) находился в местах лишения свободы, поэтому не мог обратиться в государственные органы по вопросу постановки его на учет в качестве лица, нуждающегося в улучшении жилищных условий.

Однако, по мнению суда, эти пояснения ФИО7, как и доводы адвоката о том, что ФИО7, находясь в местах лишения свободы, не имел возможности обратиться в соответствующие органы, суд считает не состоятельными, поскольку доказательств наличия объективных и исключительных причин, препятствовавших обращению в компетентный орган, истцом не предоставлено. Сам по себе факт нахождения в местах лишения свободы не может служить основанием для восстановления пропущенного срока, поскольку с достижения совершеннолетия и до момента попадания ФИО7 в места лишения свободы, прошло не менее 3 лет. В указанный период ФИО7 не признавался недееспособным, не был изолирован от внешнего мира, то есть имел все возможности воспользоваться и распорядиться своим правом.

При таких обстоятельствах, ФИО4, достигший к моменту обращения в суд возраста 39 лет, не подпадает под категорию лиц, на которых распространяются дополнительные гарантии, предусмотренные Федеральным законом "О дополнительных гарантиях по социальной защите детей - сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных исковых требований ФИО4 отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Новосибирского областного суда в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме, с подачей жалобы через суд, вынесший решение.

Судья А.Н. Обрезан