Решение № 2-3550/2017 2-3550/2017~М-3661/2017 М-3661/2017 от 24 октября 2017 г. по делу № 2-3550/2017

Мотивированное
решение изготовлено 25.10.2017

Дело № 2-3550/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19.10.2017 г. Екатеринбург

Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Максимовой Е. В., при секретаре Колдине М. И., с участием истца, представителя истца ФИО1, представителя ответчиков ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании убытков,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО5 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании убытков, указав, что решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 22.12.2016 по иску ФИО3 к ФИО5 о возмещении ущерба, необходимых расходов и компенсации морального вреда, оставленным без изменения апелляционным определением Свердловского областного суда от 28.04.2017, исковые требования удовлетворены частично, в пользу истца с ФИО5 в возмещение ущерба, причиненного пожаром 28.04.2016, взыскано в общей сумме 3 247 821 руб. 63 коп. При этом, отмечает истец, что с исковым заявлением обратился в суд 13.09.2016, после того как все способы возникшей ситуации были исчерпаны, об обращении в суд истец сообщил перед подачей иска виновнику пожара, членам его семьи. При рассмотрении дела ФИО5 представлял документы, подтверждающие право собственности на дом и земельный участок, находящиеся по адресу: < адрес >.

После вынесения решения суда истец обратился в суд с заявлением о принятии мер по обеспечению исполнения решения суда, в связи с чем судом 24.01.2017 вынесено определение о наложении ареста на земельный участок, принадлежащий ФИО5, на которое ФИО5, его дочерью ФИО4 были поданы частные жалобы, с указанием на то, что земельный участок ФИО5 не принадлежит, поскольку 28.09.2016 заключен договор дарения, согласно которому истец подарил своей дочери ФИО4 дом и земельный участок, запись о регистрации 21.10.2016. Указанное послужило основанием для отмены 28.04.2017 определения суда о наложении ареста.

ФИО5, обладая информацией о своей виновности в причинении ущерба истцу, необходимости его возмещения, предпринял действия, направленные на ухудшение своего имущественного положения с целью воспрепятствования исполнению решения суда. Указанная сделка по отчуждению имущества нарушает права истца, поскольку делает исполнение решения суда от 22.12.2016 практически невозможным, учитывая социальное положение ФИО5

Истец, указав в обоснование нормы ст. ст. 10, 167, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагал, что договор дарения от 28.09.2016 должен быть признан недействительным с применением последствий недействительности сделки.

В иске указано также, что в связи с произошедшим пожаром, который уничтожил все имущество истца, лишил места жительства, истец был вынужден решать вопрос с местом проживания, в связи с чем 07.05.2016 обратился в ООО «Румикс - Урал», с которым заключил договор по подбору квартиры для проживания, за что было уплачено 5 000 руб. по квитанции. ООО «Румикс - Урал» была предоставлена из своей базы квартира, расположенная по адресу: < адрес >61, отвечающая минимальным требованиям истца. Истцом с собственником квартиры Б. заключен договор найма, по которому истец ежемесячно уплачивал наймодателю 20 000 руб., всего за период с 07.05.2016 по 06.04.2017 понесены расходы на сумму в размере 220 000 руб.

Истец просил:

Признать договор дарения от 28.09.2016 дома и земельного участка, расположенных по адресу: < адрес >, заключенный между ФИО5 и ФИО4 недействительным

Применить последствия недействительности сделки - возвратить стороны в первоначальное состояние, признав за ФИО5 право собственности на дом и земельный участок, расположенные по адресу: < адрес >.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 убытки в размере 225 000 руб.

Взыскать с ответчиков в пользу истца понесенные судебные расходы.

Истец ФИО3, его представитель ФИО1 в судебном заседании поддержали основания и требования иска, указав, что в случае смерти должника, не будет равного ущербу имущества, которое могло бы перейти к наследникам, либо к которому истец мог бы предъявить свои требования, если наследники отказались бы от вступления в права наследования.

Письменные объяснения представлены представителем истца в материалы дела.

Ответчики ФИО5, ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежаще, направили в суд своего представителя ФИО2, который пояснил суду, что ответчики не признают исковые требования, поскольку сделка была совершена реально, намерение её совершить было сформировано до пожара. Против взыскания убытков возражал, так как наименование юридического лица с ИНН, указанным в договоре, иное в ЕГРЮЛ, нежели в договоре по подбору квартиры.

Ответчиками представлены отзывы, в которых они просили отказать в удовлетворении исковых требований.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора ФИО6, ФИО7, ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежаще, ходатайств не представили.

Заслушав объяснения истца, представителя истца, представителя ответчиков, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

В соответствии с п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 22.12.2016 по иску ФИО3 к ФИО5 о возмещении ущерба, необходимых расходов и компенсации морального вреда, взыскано с ФИО5 в пользу ФИО3 в возмещение ущерба 3 159 126 руб., необходимые расходы в сумме 64 700 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 23 995 руб. 63 коп. (л. д. 6-14).

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 отказано.

Апелляционным определением Свердловского областного суда от 28.04.2017 решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 22.12.2016 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ответчика - без удовлетворения (л. д. 15-20).

Постановлением судебного пристава - исполнителя Орджоникидзевского РОСП г. Екатеринбурга от 29.07.2017 возбуждено исполнительное производство по делу < № >, взыскания на сумму в размере 3 247 821 руб. 63 коп., взыскатель - ФИО3, должник - ФИО5 (л. д. 213-215).

Постановлением судебного пристава - исполнителя Орджоникидзевского РОСП г. Екатеринбурга от 07.09.2017 обращено взыскание на пенсию и иные доходы должника (л. <...>).

В материалы дела представлены квитанции о перечислении должником ФИО5 в счет погашения долга перед взыскателем ФИО3 за август, сентябрь, октябрь 2017 года на сумму в размере 9 000 руб. (л. <...>).

Факт получений указанной суммы истец не отрицал.

В судебном заседании установлено, подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости (далее - ЕГРН) от 28.07.2017, что собственником земельного участка площадью 660 кв. м. и жилого дома площадью 60,4 кв. м. по адресу: < адрес > является ФИО4, дата регистрации 21.10.2016 (л. д. 25-28).

Из дела правоустанавливающих документов следует, что ФИО4 приобрела указанные земельный участок и жилой дом на основании договора дарения от 28.09.2016 (л. <...>).

Согласно договору дарения от 28.09.2016 ФИО5 (Даритель) безвозмездно передает, ФИО4 (Одаряемая) принимает в дар в единоличную собственность земельный участок и одноэтажный жилой дом 1978 года постройки по адресу: < адрес >. Дом расположен на земельном участке декларативной площадью 600 кв. м., уточняемой при межевании кадастровым инженером ООО «Кадастр» Ч. (п. 1 Договора). Площадь по материалам межевого дела 660 кв. м. (п. 4). Договор подписан сторонами собственноручно. Заявление на регистрацию перехода права собственности каждая из сторон договора подавала лично 03.10.2016 (л. д. 91-94).

Согласно п. 5 Договора от 28.09.2016 за Дарителем сохраняется право проживания в отчуждаемом доме. Домовая книга от 10.08.1983 проверена.

Таким образом, из содержания договора следует, что ФИО5 безвозмездно передал в собственность ФИО4 спорное имущество, которое ответчик приняла в свою собственность.

Указанные условия договора дарения полностью подтверждены материалами дела.

Из справки Центра по приему оформлению документов на регистрацию граждан от 04.09.2017 < № >, следует, что в доме по адресу: < адрес > зарегистрированы: собственник ФИО4 с 12.08.1983, её отец ФИО5 - 12.08.1983, мать собственника ФИО6 -12.08.1983, сын собственника ФИО8 - 12.04.1999, без родства ФИО7 - 17.12. 1996 (л. д. 57).

Факт того, что ответчик ФИО4 проживает в подаренном ей доме вместе со своей семьей, никем не оспаривался. Следовательно, как и указано в п. 8 Договора от 28.09.2016, еще до момента подписания настоящего договора передача Дарителем помещения дома с постройками и земельного участка, принятие его Одаряемой состоялись до подписания настоящего договора. Стороны договорились о том, что дополнительного подписания передаточного акта не будет.

Ответчик ФИО4 представила в материалы дела:

за потребленную электроэнергию оплаченные квитанции от 23.08.2017 (л. д. 60), 08.08.2017 (л. д. 188), 27.06.2017 (л. д. 189), от 29.05.2017 (л. д. 190), от 26.04.2017 (л. д. 191), от 29.03.2017 (л. д. 192), от 03.03.2017 (л. д. 193);

квитанции и чеки за потребленный газ за период август 2017 г. (л. д. 61), июль 2017 г. (л. д. 175), июнь 2017 г. (л. д. 176), май 2017 г. (л. д. 177), апрель 2017 (л. д. 178), март 2017 г. (л. д. 179);

квитанцию, чек от 28.04.2017 за техническое обслуживание АО «Екатеринбурггаз» (л. д. 173);

квитанцию об уплате земельного налога, налога на имущество, расположенное по адресу: < адрес > за 2016 год от 05.09.2017 (л. д. 62 -64);

договор между АО «Екатеринбурггаз» и ФИО4 на поставку газа гражданам от 22.02.2017 (л. д. 67-70);

договор на техническое обслуживание между АО «Екатеринбурггаз» и ФИО4 от 21.02.2017 (л. д. 71-74);

договор на продажу электрической энергии между АО «Екатеринбурэнергосбыт» и ФИО4 от 20.02.2017 (л. д. 75 -77).

ФИО4 также представлены чеки за август, сентябрь, октябрь 2017 г. на строительные материалы (л. д. 134 -155).

Из указанных документов следует, что именно ответчик осуществляла оплату потребленных коммунальных услуг по адресу: < адрес > после того как ею были приобретены дом и земельный участок.

Следовательно, спорные объекты по условиям договора были переданы ФИО5 ответчику ФИО4 до подписания договора от 28.09.2016, ответчик зарегистрирована вместе со своим сыном, родителями по адресу: < адрес >, фактически проживает в доме. Стороны переход права собственности к ответчику зарегистрировали в ЕГРН на основании договора дарения от 28.09.2016, собственноручно поданных заявлений на регистрацию перехода права. Ответчик, реализуя права собственника в отношении переданного имущества, заключила договоры на поставку газа и электрической энергии, оплачивает их приобретение, несет расходы по содержанию дома.

Оспариваемый договор носит безвозмездный характер, предоставление земельного участка, жилого дома осуществлено по воле дарителя и одаряемого безвозмездно. Ответчик ФИО5 какого - либо вознаграждения, встречного предоставления со стороны ответчика ФИО4 не получил.

Каких - либо признаков мнимости заключенного договора дарения из обстоятельств дела не усматривается, правовой результат сделки в виде фактического приобретения имущества от ответчика ФИО5 ответчиком ФИО4 безвозмездно в свою собственность был достигнут, ответчик права собственника в отношении спорного имущества осуществляет в полном объеме.

Оснований для признания договора дарения от 28.09.2016 недействительным по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку истец не доказал факт совершения сделки лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, доказательств, подтверждавших умысел на создание сторонами видимости заключения сделки дарения, истцом суду не представлено.

Исходя из смысла пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление у третьих лиц о намерениях участников сделки изменить свое правовое положение. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых. Положения пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Истцом в подтверждение мнимости сделки не представлено суду доказательств, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих сделке дарения. При рассмотрении спора не установлено намерений обеих сторон оспариваемого договора дарения не исполнять сделку, истцом соответствующих доказательств этому представлено не было, сделка дарения совершена реально, исполнена сторонами, оснований для признания договора мнимой сделкой не имеется.

Из материалов дела следует, что ФИО5 (Принципал) 19.09.2016 заключил агентский договор с ООО «АН «Находка» (Агент), согласно которому Принципал поручает, а Агент принимает на себя обязательство по составлению договора дарения объектов по адресу: г. < адрес > и дальнейшей его регистрации в Росреестре, цена предмета договора составляет 20 000 руб. (л. д. 129). В материалы дела также представлен акт от 28.09.2016 сдачи - приемки оказанных услуг по агентскому договору от 19.09.2016 (л. д. 128).

В материалы дела представлен титульный лист межевого плана от 28.09.2016, в котором в качестве Заказчика кадастровых работ указан ФИО5, в качестве кадастрового инженера - Ч. (л. д. 156).

В качестве обоснования проводимого согласования границ земельного участка по < адрес > представлена выкопировка из газеты «Вечерний Екатеринбург» от < дд.мм.гггг > с извещением о проведении собрания по согласованию местоположения границы земельного участка (л. д. 157).

Из извещения следует, что заказчиком кадастровых работ является ФИО5, смежный земельный участок, с правообладателем которого которым требуется согласовать местоположение границы: < адрес >. Никем не оспаривалось в судебном заседании, что участок по указанному адресу принадлежит ФИО3

В материалы дела представлено письмо Департамента архитектуры, градостроительства и регулирования земельных отношений от 27.05.2016 < № > в адрес С., из которого следует, что ответ представлен на запрос о земельном участке по адресу:. < адрес >, имеющим кадастровый < № > (л. д. 217). В заключения кадастрового инженера в межевом плане приведены сведения из указанного письма с указанием ссылки на него (л. д. 219).

Из показаний свидетеля Ж., проживающего по адресу: < адрес >, следует, что в 2012 - 2103 годах ФИО5 интересовался у него вопросами межевания земельного участка, при этом он сообщал, что хочет оформить на дочь.

Таким образом, до обращения в суд с иском 13.09.2016 ФИО3 с требованиями к ФИО5 о возмещения ущерба, ответчик приступил к подготовке документов для заключения договора дарения дома и земельного участка.

До вынесения решения Орджоникидзевского районного суда от 22.12.2016, вступившего в законную силу 28.04.2017, ФИО5 подарил имущество дочери ФИО4 на основании договора от 28.09.2017, а 21.10.2016 стороны зарегистрировали переход права собственности на спорное имущество в ЕГРН.

При этом суд отмечает, что работы по межеванию проводились открыто, согласование границ земельного участка проводилось, в том числе с ФИО3 путем публичной публикации согласно законодательству о кадастром учете (ст. 40 Федерального закона от 24.07.2007 < № >- ФЗ «О государственном кадастре недвижимости»).

Из материалов дела № < № >/2016 по иску ФИО3 к ФИО5 с требованиями о возмещения ущерба следует, что истец ФИО3 только после вынесения решения суда от 22.12.2016 воспользовался своим правом на обращение с заявлением о принятии обеспечительных мер, которое было подано 09.01.2017 в отношении земельного участка (л. д. 232).

При этом как следует из материалов гражданского дела № < № >/2016, при рассмотрении заявления о наложении ареста была представлена выписка из ЕГРП от 10.10.2016, из которой следует, что в отношении спорных объектов представлены документы на государственную регистрацию права собственности (л. д. 220).

Кроме того, в судебном заседании 24.01.2017 по гражданскому делу № < № >/2016 представитель ответчика ФИО5 ходатайствовал о запросе сведений о правах на объект (л. <...>).

Таким образом, исходя из установленных обстоятельств, следует, что ответчик ФИО5 открыто, информируя при этом истца о формировании земельного участка, заключил сделку дарения, в результате которой подарил своей дочери земельный участок, жилой дом, сохранив за собой право проживания в жилом доме.

В период совершения сделки каких -либо ограничений, обременений в отношении спорного имущества не имелось, решения суда о взыскании в пользу ФИО3 суммы ущерба с ФИО5 еще не было принято.

Ни земельный участок, ни жилой дом, расположенные по адресу: < адрес >, предметом спора, исполнительного производства не являлась,

Нарушений закона при совершении сделки от 28.09.2016 между ответчиками не установлено.

Согласно п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Исходя из п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Разрешение исковых требований, исходя из положений ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 2, 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав истца ответчиком.

Из п. 1 ст. 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащие гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, земельные участки, на которых расположены вышеуказанные жилые помещения,

Положение абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающее имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности жилого помещения (его частей), которое является для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в жилом помещении, единственным пригодным для постоянного проживания, имеет конституционные основания.

В силу ст. 278 Гражданского кодекса Российской Федерации обращение взыскания на земельный участок по обязательствам его собственника допускается только на основании решения суда.

Как разъяснено в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", абзаца 3 части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлен запрет лишь на обращение взыскания по исполнительным документам на земельные участки, на которых расположены объекты, указанные во втором абзаце части 1 названной статьи. В то же время, обращение взыскания в судебном порядке на такие земельные участки допустимо в части, явно превышающей предельные минимальные размеры предоставления земельных участков для земель соответствующего целевого назначения и разрешенного использования, если их фактическое использование не связано с удовлетворением потребностей гражданина-должника и членов его семьи в обеспечении необходимого уровня существования при условии, что доходы должника явно несоразмерны с объемом денежных требований, содержащихся в исполнительном документе, и не позволяют удовлетворить эти требования в разумный срок.

Согласно справке Центра по приему и оформлению документов на регистрацию граждан от 04.09.2017 по адресу спорного объекта зарегистрированы: собственник ФИО4, а также члены её семьи (л. д. 57). Из справки усматривается, что до совершения оспариваемой сделки по указанному адресу были зарегистрированы: должник по гражданскому делу № 2< № >/2016 ФИО5, члены его семьи.

Факт того, что дом по < адрес >, является единственным жильем ответчика, в котором он был зарегистрирован с семьей на момент совершения сделки, никем не оспаривался.

При установленных обстоятельствах отсутствовали в период, когда собственником имущества являлся ФИО5, необходимые условия для обращения взыскания на жилой дом и земельный участок в интересах ФИО3

При таких обстоятельствах возврат спорного имущества в собственность ответчика ФИО5 не приведет к восстановлению права на получение суммы взысканной судом в качестве возмещения ущерба от пожара.

Оспаривая сделка непосредственно права истца не затрагивает.

Довод истца о том, что в случае смерти ответчика ФИО5 имущество которое могло бы перейти к наследникам, отвечающим по долгам наследодателя, к ним не перейдет, вследствие чего ФИО3 не сможет им предъявить свои требования, так как наследник в право наследования не вступят, правопреемства не будет (л. д. 123), носит предположительный характер, вопрос защиты права поставлен под условия и на будущее, что действующим законодательством не предусмотрено.

Исходя из уставленных обстоятельств, приняв во внимание, что при совершении сделки дарения нарушений законодательства не установлено, правовой результат дарения достигнут, сделка совершена в отсутствии каких либо ограничений, в отсутствии решения суда о взыскании суммы с ответчика, суд приходит к выводу о том, что отчуждение спорного помещения не совершалось с целью уклонения от ответственности и сокрытия имущества от обращения на него взыскания, злоупотребления правами со стороны ответчиков не усматривается.

В соответствии со ст.15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из решения суда от 22.12.2016 следует, что с учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что виновные действия ФИО5, выразившиеся в ненадлежащем содержании своего имущества - отсутствии контроля за работой расположенного в принадлежащем ему строении гаража бытового прибора - стиральной машины, состоят в причинной связи с наступившим ущербом в виде повреждения имущества истца, поскольку именно на ответчике в силу закона лежит обязанность по соблюдению правил пожарной безопасности, в том числе надлежащее содержание электропроводки в гараже.

Никем не оспаривается, что у истца после произошедшего пожара возможности продолжать проживать по адресу < адрес > не имелась.

Истец пояснил, что в настоящее время проживает в жилом помещении, которое предоставила Администрация города Екатеринбурга, с мая 2016 года по апрель 2017 года был вынужден снимать квартиру.

Согласно Договору от 07.05.2016 «Аренда - Бург» (юридическое наименование ООО «Румикс - Урал»), именуемое Риэлтор в лице директора Ф. и ФИО3 (Клиент) заключили договор, согласно которому Риэлтор обязуется совершить действия по поиску и передаче в найм Клиенту объекта недвижимости, а Клиент обязуется оплатить Риэлтору вознаграждение (л. д. 200). Согласно п. 5.1. Договора от 07.05.2016 вознаграждение уплачивается единоразово в размере 5 000 руб. Согласно представленной квитанции от 07.05.2016 ФИО3 оплатил 07.05.2016 ООО «Румикс - Урал» сумму в размере 5000 руб. (л. д. 30).

Из Договора найма жилого помещения от 07.05.2016 между Б. (Наймодатель) и ФИО3 (Наниматель) следует, что Наймодатель передает, а Наниматель принимает квартиру, расположенную по адресу: < адрес > на срок с 07.05.2016 по 06.04.2017, сумма найма составляет 20 000 руб. (л. д. 61).

В материалы дела представлен акт передачи денежных средств в размере 20 000 руб. от ФИО3 в пользу Б. за период с мая 2016 года по март 2017 года, всего на сумму в размере 220 000 руб. (л. д. 202).

Оснований сомневаться в представленных доказательствах истцом в обоснование аренды квартиры, перечисленной суммы денежных средств в размере 220 000 руб. при установленных обстоятельствах по делу у суда не имеется.

Довод представителя ответчика о том, что с ИНН < № > зарегистрировано иное юридическое лицо, а именно ООО «Центр риелторских услуг» опровергнут стороной истца тем, что согласно выписке из ЕГРЮЛ от 18.10.2017 указанное наименование приобрело юридическое лицо 05.07.2017, при этом директор (Ф.) остался прежним (л. <...>).

В связи с изложенным, учитывая, что имеется причинно - следственная связь между утратой жилища истцом и пожаром, который произошел в результате неосторожных действий ответчика, суд полагает, что подлежит удовлетворению требование истца о взыскании убытков, вызванных арендой жилого помещения, обращения к услугам риэлтора.

Таким образом, исследовав по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представленные доказательства по делу, суд приходит к выводу, что мнимость сделки, а также злоупотребления в действиях ответчиков при заключении сделки истцом не доказаны, в связи с чем суд отказывает в признании оспариваемого договора дарения от 28.09.2016 недействительным и применении последствий недействительности сделки. Требование о взыскании убытков в пользу истца с ответчика с размере 225 000 руб.

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с ответчика ФИО5 в пользу истца подлежит взысканию сумма расходов по уплате государственной пошлины в размере 5 450 руб., уплата которой подтверждена чеком (л. д. 54-547).

Руководствуясь статьями 13, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки отказать.

Исковое требование ФИО3 к ФИО5 о взыскании убытков удовлетворить.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 сумму убытков в размере 225 000 руб.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 450 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его составления в окончательной форме в Свердловский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Мотивированное решение будет составлено в течение пяти дней.

Судья Е. В. Максимова