Апелляционное определение № 33-2772/2026 от 13 апреля 2026 г.

УИД: 56RS0018-01-2025-007677-78

Дело № 33-2772/2026

(2-5896/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Оренбург 14 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Сенякина И.И.,

судей Данилевского Р.А. и Ярыгиной Е.Н.,

при секретаре Лоблевской Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2, ФИО3 на решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от 17 ноября 2025 года по гражданскому делу по иску федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» к ФИО3, ФИО1, ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, заслушав доклад судьи Сенякина И.И., оценив доводы апелляционной жалобы, рассмотрев материалы дела в пределах этих доводов,

УСТАНОВИЛА:

ФГАОУ ВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» обратилось в суд с указанным выше иском к ФИО3, ФИО1, ФИО2 по тем основаниям, что на основании распоряжения комитета по управлению госимуществом Оренбургской области, наделенным полномочиями территориального органа Министерства государственного имущества Российской Федерации №-р от (дата), и распоряжения территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Оренбургской области от (дата) №-р университету принадлежит на праве оперативного управления 10/100 и 78/100 долей здания, расположенного по адресу: (адрес), что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права № от (дата) и свидетельством о государственной регистрации права № от (дата).

Иными долевыми сособственниками указанного нежилого здания являются ФИО3 (4/100), ФИО1 (4/100), ФИО2 (4/100).

Указанное выше здание относится к объекту (территории) первой категории, в связи с тем, что прогнозируемое количество пострадавших в результате совершения террористического акта на котором составляет более 500 человек.

Постановлением Правительства от 07 ноября 2019 года № 1421 утверждены требования к антитеррористической защищенности объектов (территорий) Министерства науки и высшего образования Российской Федерации и подведомственных ему организаций, объектов (территорий), относящихся к сфере деятельности Министерства науки и высшего образования Российской Федерации, формы паспорта безопасности этих объектов.

Данными требованиями установлены обязательные для выполнения организационные, инженерно-технические, правовые и иные мероприятия по обеспечению антитеррористической защищенности объектов (территорий).

В соответствии с п. 30 требований к антитеррористической защищенности в отношении объектов первой категории установлено требование об оборудовании потенциально опасных участков и критических элементов системой видеонаблюдения.

(дата) проведено собрание обладателей имущества на праве оперативного управления/собственников долей здания, где принято решение приобрести и смонтировать систему видеонаблюдения.

Во исполнение указанного решения университетом заключен договор № от (дата) на поставку оборудования и выполнения работ по установке и настройке в области систем безопасности, элементов системы видеонаблюдения и связанных с этим оборудованием программных продуктов.

В рамках данного договора осуществлялась закупка и установка систем видеонаблюдения только для мест общего пользования: периметр здания, холл 1 этажа. Цена договора составила ***.

В соответствии с подп. «в» п. 28 требований к антитеррористической защищенности необходимо обеспечить пропускной и внутриобъектовый режим, а также осуществлять контроль за их функционированием, что обеспечивается физической охраной и системой контроля и управления доступом. В нарушение указанных требований ответчиками инициирован демонтаж существующей системы контроля и управления, о чем истцу направлено уведомление от (дата). Поскольку демонтаж турникетов привел бы к снижению уровня безопасности, университетом принято решение приобрести и установить СКУД за счет собственных средств.

(дата) между университетом и ООО «Организация контроля охраны» заключен договор поставки №, цена договора составила ***. Система контроля установлена (дата).

Подпункт «е» п. 28 требований устанавливает требования к организации круглосуточной охраны, ежедневной проверке (обход и осмотр) зданий (строений, сооружений), потенциально опасных участков и критических элементов объекта (территории), стоянок автотранспорта, складских и подсобных помещений.

(дата) проведено общее собрание обладателей имущества, где принято решение заключить договор на оказание услуг по охране здания и обеспечении пропускного режима.

По итогам закупочной процедуры заключен договор № на оказание услуг по охране здания и обеспечению пропускного режима с ООО «Охранное предприятие «ЗУБР», стоимость услуг по договору составила ***.

Ответчикам предложено возместить указанные выше расходы на содержание общего имущества соразмерно долям в праве собственности, однако в добровольном порядке требования не удовлетворены.

С учетом уточненных исковых требований истец просил:

- взыскать с ФИО3 в пользу ФГАОУ ВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» сумму неосновательного обогащения в размере 121 354,67 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами вследствие неосновательного обогащения в размере 38 747,88 рублей, а также проценты, начисляемые за каждый день просрочки до дня вступления решения в законную силу и до дня фактического исполнения обязательства, расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 182 рублей;

- взыскать с ФИО1 в пользу ФГАОУ ВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» сумму неосновательного обогащения в размере 121 354,67 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами вследствие неосновательного обогащения в размере 38 747,88 рублей, а также проценты, начисляемые за каждый день просрочки до дня вступления решения в законную силу и до дня фактического исполнения обязательства, расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 182 рублей;

- взыскать с ФИО2 в пользу ФГАОУ ВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» сумму неосновательного обогащения в размере 121 354,67 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами вследствие неосновательного обогащения в размере 38 747,88 рублей, а также проценты, начисляемые за каждый день просрочки до дня вступления решения в законную силу и до дня фактического исполнения обязательства, расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 182 рублей.

Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АНПОО «Оренбургский экономико-юридический колледж», ФИО4, ООО «ПИМ», территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Оренбургской области, Министерство науки и высшего образования Российской Федерации, ИП ФИО5, ООО «Проектное бюро «Город», АО Специализированный застройщик «Оренбургстрой».

Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 17 ноября 2025 года исковые требования ФГАОУ ВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» удовлетворены, суд постановил:

- взыскать с ФИО3 в пользу ФГАОУ ВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)»:

1) по договору от (дата): сумму неосновательного обогащения в размере 23 994,03 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по (дата) года в сумме 10 155,07 рублей; проценты за пользование чужими денежными средства в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по день фактического исполнения обязательства, начисленных на сумму неосновательного обогащения в размере 23 994,03 рублей (с учетом фактического погашения), исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды после вынесения решения суда;

2) по договору от (дата): сумму неосновательного обогащения в размере 24 280,64 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по (дата) в сумме 9 782,50 рублей; проценты за пользование чужими денежными средства в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по день фактического исполнения обязательства, начисленных на сумму неосновательного обогащения в размере 24 280,64 рублей (с учетом фактического погашения), исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды после вынесения решения суда;

3) по договору от (дата): сумму неосновательного обогащения в размере 73 080 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по (дата) в сумме 18 810,03 рублей; проценты за пользование чужими денежными средства в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по день фактического исполнения обязательства, начисленных на сумму неосновательного обогащения в размере 73 080 рублей (с учетом фактического погашения), исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды после вынесения решения суда;

4) расходы по уплате государственной пошлины в сумме 4 182,00 рублей;

- взыскать с ФИО1 в пользу ФГАОУ ВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)»:

1) по договору от (дата): сумму неосновательного обогащения в размере 23 994,03 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по (дата) в сумме 10 155,07 рублей; проценты за пользование чужими денежными средства в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по день фактического исполнения обязательства, начисленных на сумму неосновательного обогащения в размере 23 994,03 рублей (с учетом фактического погашения), исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды после вынесения решения суда;

2) по договору от (дата): сумму неосновательного обогащения в размере 24 280,64 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по (дата) в сумме 9 782,50 рублей; проценты за пользование чужими денежными средства в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по день фактического исполнения обязательства, начисленных на сумму неосновательного обогащения в размере 24 280,64 рублей (с учетом фактического погашения), исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды после вынесения решения суда;

3) по договору от (дата): сумму неосновательного обогащения в размере 73 080 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по (дата) в сумме 18 810,03 рублей; проценты за пользование чужими денежными средства в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по день фактического исполнения обязательства, начисленных на сумму неосновательного обогащения в размере 73 080 рублей (с учетом фактического погашения), исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды после вынесения решения суда;

4) расходы по уплате государственной пошлины в сумме 4 182,00 рублей.

- взыскать с ФИО2 в пользу ФГАОУ ВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)»:

1) по договору от (дата): сумму неосновательного обогащения в размере 23 994,03 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по (дата) в сумме 10 155,07 рублей; проценты за пользование чужими денежными средства в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по день фактического исполнения обязательства, начисленных на сумму неосновательного обогащения в размере 23 994,03 рублей (с учетом фактического погашения), исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды после вынесения решения суда;

2) по договору от (дата): сумму неосновательного обогащения в размере 24 280,64 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по (дата) в сумме 9 782,50 рублей; проценты за пользование чужими денежными средства в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по день фактического исполнения обязательства, начисленных на сумму неосновательного обогащения в размере 24 280,64 рублей (с учетом фактического погашения), исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды после вынесения решения суда;

3) по договору от (дата): сумму неосновательного обогащения в размере 73 080 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по (дата) в сумме 18 810,03 рублей; проценты за пользование чужими денежными средства в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с (дата) по день фактического исполнения обязательства, начисленных на сумму неосновательного обогащения в размере 73 080 рублей (с учетом фактического погашения), исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды после вынесения решения суда;

4) расходы по уплате государственной пошлины в сумме 4 182,00 рублей.

Не согласившись с решением суда, ФИО1, ФИО2, ФИО3 подали на него апелляционную жалобу, в которой просят решение суда первой инстанции отменить, вынести новое об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обосновании жалобы указывают, что ФИО1 и ФИО3 действительно зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей, однако деятельность в здании по (адрес) не осуществляют. ФИО2 не имеет статуса индивидуального предпринимателя, и какая-либо деятельность в указанном здании им также не осуществляется. Полагают, что вывод суда о том, что ответчики – физические лица, которые являются собственниками части здания, подпадают под круг субъектов, на которых в силу установленных требований возлагается обязанность по выполнению мероприятий по антитеррористической защищенности объектов, не соответствует закону. Кроме того считают, что указанная обязанность также не возникает и в связи занятием АНПОО «Оренбургский экономико-юридический колледж» части принадлежащей им доли, поскольку в таком случае обязанность по выполнению мероприятий по антитеррористической защищенности объектов возлагается на руководителей организации. Полагают, что требования к антитеррористической защищенности, как и требования к охране здания, оборудования его системой видеонаблюдения не входят в перечень обязательных работ, выполняемых в целях содержания здания. Вместе с тем, филиал университета не обладает статусом собственника здания, то есть не является лицом уполномоченным инициировать общее собрание собственников помещений. Указывают, что из представленных документов не усматривается принятие решения об утверждении стоимости системы видеонаблюдения, а также СКУД, и включение таких систем в состав общего имущества собственников помещений. Обращают внимание на то, что, заявляя требование о взыскании неосновательного обогащения исходя из стоимости объектов антитеррористической защищённости, университет нарушает положения Устава. Также, истец не использовал бюджетные ассигнования на обеспечение антитеррористической защищенности, однако нормами действующего законодательства не предусмотрено финансирование мероприятий, необходимых для осуществления деятельности бюджетного учреждения, физическими лицами. Полагают, что, взыскивая проценты по правилам ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд неверно установил период исчисления процентов. Обращают внимание на то, что ФИО2 приобрел право собственности на помещения в здании (дата), однако проценты по договору от (дата) взысканы с (дата).

В представленных в суд апелляционной инстанции возражениях на апелляционную жалобу ФГАОУ ВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» указывается на необоснованность апелляционной жалобы, поскольку вопреки ее доводам, принадлежащие ответчикам доли переданы в аренду ФИО1, который, в свою очередь, сдает данные помещения в субаренду третьим лицам. Считает, что ответчики являются лицами, фактически извлекающими выгоду из эксплуатации здания. Кроме того полагает, что ответственность за обеспечение антитеррористической защищенности объекта возлагается на всех правообладателей вне зависимости от того, используется объект лично или передан в аренду. Полагает, что ФИО2, становясь собственником, автоматически принял на себя и обязанность по возмещению расходов на указанные системы, а также по уплате процентов за пользование чужими денежными средствами за весь период, начиная с момента их установки, поскольку стоимость доли при ее приобретении уже определялась с учетом наличия смонтированных систем безопасности. Просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В представленном в суд апелляционной инстанции отзыве на апелляционную жалобу АО Специализированный застройщик «Оренбургстрой» указывается на то, что на ответчиков, как на лиц, не осуществляющих образовательную деятельность, не может быть возложена обязанность по несению расходов на оборудование здания системой видеонаблюдения, организацию контроля охраны и приобретение системы контроля управления доступом в здание, поскольку указанные меры были выполнены истцом в силу возложенной на него обязанности. Полагает, что поскольку при рассмотрении спора не установлено возникновение права собственности физических лиц на объекты, направленные на обеспечение антитеррористических мероприятий в здании, а законных оснований для возложения на ответчиков ответственности за обеспечение антитеррористических мероприятий образовательного учреждения не имеется, требования истца о взыскании суммы неосновательного обогащения не подлежат удовлетворению. Просит решение суда первой инстанции отменить, отказав в удовлетворении требований в полном объеме.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ФИО3, ФИО1, ФИО2, ФИО4, ИП ФИО5, представители ООО «ПИМ», Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Оренбургской области, Министерства науки и высшего образования Российской Федерации, АО Специализированный застройщик «Оренбургстрой», ООО «Проектное Бюро Город» не явились, судебная коллегия в соответствие со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определила рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

В соответствии со ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, заслушав в судебном заседании объяснения представителя ФИО1, ФИО2, ФИО3 - Ш.Т.В., которая доводы апелляционной жалобы поддержала, объяснения представителя ФГАОУ ВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» - Н.А.Ю., которая возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, объяснения представителя АНПОО «Оренбургский экономико-юридический колледж» - Л.Л.В., которая оставила разрешение апелляционной жалобы на усмотрение суда, обсудив доводы апелляционной жалобы и поступивших возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что собственниками нежилого здания, количество этажей – 10, в том числе подземный – 1, с кадастровым номером №, расположенного по адресу: (адрес), в праве долевой собственности являются:

- ФИО2, собственник 1/25 доли с (дата) (ранее указанная доля принадлежала С.Н.В.);

- ФИО1, собственник 1/25 доли с (дата);

- ФИО3, собственник 1/25 доли с (дата);

- Российская Федерация, собственник 78/100 и 10/100 долей.

На основании распоряжения Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Оренбургской области №-р от (дата) и распоряжения Комитета по управлению госимуществом Оренбургской области №-р от (дата) 78/100 долей и 10/100 долей соответственно передано ФГБОУВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» на праве оперативного управления.

(дата) между ФГБОУВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)», ФИО3, С.Н.В., ФИО1 заключено соглашение о разграничении площадей в четырех-шести-десятиэтажном административном здании с подвалом литер ЕЕ1Е2Е3, общей площадью 11 558,9 кв.м., кадастровый №, расположенном по адресу: (адрес).

(дата) между ФГБОУВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» и ИП ФИО1 (пользователь) заключены договоры:

- № на возмещение эксплуатационных и административно-хозяйственных расходов, согласно которому пользователь принимает на себя обязательство по возмещению эксплуатационных и административнохозяйственных расходов, включающих расходы на обращение с твердыми бытовыми отходами, на услуги по содержанию мест общего пользования (уборка мест общего пользования и территории, прилегающей к зданию), на оказание услуг по техническому обслуживанию лифтов по адресу: (адрес);

- № на возмещение коммунальных расходов на водоснабжение и водоотведение, по условиям которого пользователь принимает на себя обязательство по возмещению коммунальных расходов на водоснабжение и водоотведение помещений;

- № на возмещение коммунальных расходов на теплоснабжение помещений;

- № на возмещение коммунальных расходов на энергосбережение помещений.

Срок действия указанных договоров определен сторонам до (дата).

Судом также установлено, что ФГБОУВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафин (МГЮА)» заключило договоры аренды федерального недвижимого имущества, закрепленного за учреждением на праве оперативного управления:

- (дата) с ООО «ПИМ» сроком на 5 лет (общая площадь передаваемых в аренду помещений 441,4 кв.м.) для использования с целью организации питания обучающихся и работников Оренбургского института (филиала) Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА);

- (дата) с ФИО4 сроком по (дата) в целях организации питания обучающихся и работников. Предмет договора нежилое помещение ЕЕ1Е2, комната № общей площадью 24,0 кв.м., расположенное на 1 этаже нежилого здания.

ФИО2, ФИО1 и ФИО3 часть принадлежащей им каждому доли в названном выше здании сдают в аренду Автономной некоммерческой профессиональной образовательной организации «Оренбургский экономико-юридический колледж» на основании договора аренды № от (дата), зарегистрированного (дата) за №, и дополнительных соглашений к нему. Срок аренды установлен с (дата) по (дата).

Кроме того, (дата) между ИП ФИО1 (арендатор) и ИП ФИО5 (субарендатор) заключен договор субаренды нежилого помещения №, по условиям которого арендатор обязуется передать во временное владение и пользование субарендатору помещение №, общей площадью 39,6 кв.м., расположенное на 1 этаже административного здания по адресу: (адрес), а субарендатор обязуется принять объект аренды и своевременно производить оплату за его владение и пользование, в соответствии с разделом 5 договора.

Арендодатель владеет помещением на основании права собственности и договора аренды нежилого помещения № от (дата), заключенного между арендатором и ФИО2 (арендодатель 1), ФИО3 (арендодатель 2).

Срок субаренды установлен с (дата) по (дата) (пункт 3.1 договора).

Также, (дата) между ИП ФИО1 (арендатор) и ООО «Проектное бюро «Город» (субарендатор) заключен договор субаренды нежилого помещения №, по условиям которого арендатор обязуется передать во временное владение и пользование субарендатору помещение №, общей площадью 145,1 кв.м., помещение №, общей площадью 18 кв.м., помещение №, общей площадью 17,5 кв.м., помещение №, общей площадью 18,8 кв.м, помещение №, общей площадью 19,3 кв.м., расположенные на 3 этаже административного здания, расположенного по адресу: (адрес), а субарендатор обязуется принять объект аренды и своевременно производить оплату за его владение и пользование, в соответствии с разделом 5 договора.

Арендодатель владеет помещением на основании права собственности и договора аренды нежилого помещения № от (дата), заключенного между арендатором и ФИО2 (арендодатель 1), ФИО3 (арендодатель 2).

Субарендатор использует помещение под учебное или офисное помещение.

Срок аренды установлен с (дата) по (дата).

(дата) между ИП ФИО1 (арендатор) и АО Специализированный застройщик «Оренбургстрой» (субарендатор) заключен договор субаренды нежилого помещения №, по условиям которого арендатор обязуется передать во временное владение и пользование помещения 301, 302, 305, 306, 307, 308, 309, 310, 311, 313, назначение – нежилое, общей площадью 179, 3 кв.м., расположенные на третьем этаже административного здания по адресу: (адрес), а субарендатор обязуется принять помещение и своевременно производить оплату в размере и сроки, указанные в договоре. Арендодатель владеет помещением на основании права собственности и договора аренды нежилого помещения № от (дата), заключенного между арендатором и ФИО2 (арендодатель 1), ФИО3 (арендодатель 2).

Субарендатор использует помещение для офиса.

Срок аренды установлен с (дата) по (дата).

Согласно паспорту безопасности объекта Оренбургского института (филиала) ФГБОУВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» здание по адресу: (адрес), отнесено к первой категории объекта (территории). Указано, что основным функциональным назначением объекта образования является осуществление образовательной деятельности.

Одновременно с этим, судом установлено, что (дата) истцом в адрес ответчиков направлялось уведомление о проведении внеочередного общего собрания обладателей имущества на праве оперативного управления/собственников долей нежилого здания, расположенного по адресу: (адрес), из которого следует, что очное обсуждение вопросов состоится (дата) в 15.00 час. по адресу: (адрес), каб. 505. В числе вопросов, подлежащих рассмотрению, решение о покупке и монтаже системы видеонаблюдения, обеспечивающей передачу визуальной информации о состоянии периметра потенциально опасных участков и мест доступа к критическим элементам нежилого здания, а также позволяющей обеспечивать идентификацию и/или различие (распознавание) на контрольно-пропускных пунктах и въездах на территорию.

Факт направления указанного уведомления в адрес ответчиков подтверждается почтовыми квитанциями об отправке заказных писем.

Из протокола № 1 общего собрания обладателя имущества на праве оперативного управления/собственников долей нежилого здания от (дата) следует, что по итогам собрания принято решение: приобрести и смонтировать систему видеонаблюдения, обеспечивающую передачу визуальной информации о состоянии периметра потенциально опасных участков и мест доступа к критическим элементам нежилого здания, а также позволяющей обеспечивать идентификацию и/или различие (распознавание) на контрольно-пропускных пунктах и въездах на территорию.

Названный протокол направлен истцом в адрес ответчиков, что подтверждается представленным реестром почтовых отправлений с отметкой о принятии почтового отделения.

В последующем, (дата), в адрес ответчиков направлялись письма о возмещении затрат, которые оставлены без исполнения.

(дата) истцом в адрес ответчиков направлялось уведомление о проведении внеочередного общего собрания обладателей имущества на праве оперативного управления/собственников долей нежилого здания, расположенного по адресу: (адрес), из которого следует, что очная часть собрания состоится (дата) в 15.00 час. по адресу: (адрес), каб. 505. Одним из вопросов, подлежащих рассмотрению, является заключение договора на оказание услуг по охране здания и обеспечению пропускного режима.

Из протокола № 2 от (дата) следует, что собрание состоялось, принято решение заключить договора на оказание услуг по охране здания и обеспечению пропускного режима.

(дата) протокол направлен в адрес ответчиков.

В ответ на указанные документы ответчики сообщили, что не нуждаются в услугах по охране здания и обеспечении внутриобъектного и пропускного режимов.

(дата) в адрес ответчиков также направлено уведомление о том, что победителем по результатам запроса котировок стало ООО «Охранное предприятие «ЗУБР», с которым заключен соответствующий договор по охране здания и обеспечению пропускного режима, сообщено о стоимости договора.

(дата) истцом в адрес ответчиков направлялось письмо с требованием возместить в срок до (дата) расходы на СКУД, на систему видеонаблюдения. Данное письмо получено лично ФИО1 и ФИО2

В ответ на указанное письмо ФИО1 сообщил об отказе в удовлетворении требований ввиду отсутствия законных оснований.

Во исполнение принятых на общем собрании решений (дата) между ООО «Организация контроля охраны» (поставщик) и ФГБОУВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» (покупатель) заключен договор поставки №, по условиям которого поставщик обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить оборудование и выполненные работы по установке и настройке в области систем безопасности, элементов системы видеонаблюдения и связанные с этим оборудованием программные и прочие продукты, именуемые далее по тексту договора – «товар».

В силу пункта 2.1 договора его цена составила ***, в том числе НДС – ***.

Оплата работ производится покупателем в следующем порядке: 30% от цены договора – ***, в том числе НДС – ***, перечисляются поставщику в качестве предоплаты в течение 5 (пяти) рабочих дней с момента подписания договора; 70 % от цены договора – ***, в том числе НДС – ***, перечисляются исполнителю в течение 10 (десяти) рабочих дней с момента приемки покупателем выполненных работ и подписания сторонами УПД (универсального передаточного акта) (п. п. 2.3, 3.1).

(дата) между ООО «Организация контроля охраны» (поставщик) и ФГБОУВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» (покупатель) заключен договор поставки №, по условиям которого поставщик обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить оборудование и выполненные работы по монтажу и пуско-наладке металлодетекторов, ограждающих конструкций и СКУД.

Наименование, количество, стоимость, срок и адрес передачи, условия доставки, срок оплаты, гарантия качества товара согласуются сторонами в приложении № 1 (техническом задании), в приложении № 2 (спецификация) к настоящему договору (пункты 1.1, 1.2 договора).

Цена договора составила ***, в том числе НДС ***. Оплата работ производится покупателем в следующем порядке:

- 30 % от цены договора – ***, в том числе НДС – *** перечисляются поставщику в качестве предоплаты в течение 7 (семи) рабочих дней с момента подписания договора;

- 70 % от цены договора – ***, в том числе НДС – *** перечисляются исполнителю в течение 7 (семи) рабочих дней с момента приемки покупателем выполненных работ и подписания сторонами акта о приемке выполненных работ (форма КС-2), справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3), универсального передаточного документа (п. 2.1 договора).

Из технического задания следует, что местом выполнения работ сторонами договор определено – (адрес).

(дата) между ООО «Организация контроля охраны» (поставщик) и ФГБОУВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» (заказчик) заключено дополнительное соглашение к договору № от (дата), по условиям которого пункт 2.1 договора изложен следующей редакции: цена договора составит ***, в том числе НДС ***. Оплата работ покупателем производится в следующем порядке:

- ***, в том числе НДС (20%) *** перечисляются поставщику в качестве предоплаты в течение 7 (семи) рабочих дней с момента подписания договора;

- ***, в том числе НДС (20%) – *** перечисляются исполнителю в течение 7 (семи) рабочих дней с момента приемки покупателем выполненных работ и подписания сторонами акта о приемке выполненных работ (форма КС-2), справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3), Универсального передаточного документа.

(дата) между ФГБОУВО «Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)» (заказчик) и ООО Охранное предприятие «ЗУБР» заключен договор № на оказание услуг по охране здания и обеспечению пропускного режима. Предметом договора сторонами определено: оказание услуг по обеспечению охраны нежилых помещений и имущества Оренбургского института (филиала) Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА). Для надлежащего выполнения договорных обязанностей исполнитель организует выставление на объекте круглосуточно поста охраны из четырех единиц охраны, а также оказывает услуги по техническому обслуживанию и ремонту одной кнопки тревожной сигнализации (раздел 1 договора).

Стоимость услуг по договору составляет ***, НДС не облагается. Оплата услуг по договору производится ежемесячно в безналичной форме путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя на основании подписанного сторонами акта об оказании услуг не позднее 7 (семи) рабочих дней с момента подписания акта об оказании услуг (раздел 2 договора).

Сроки оказания услуг: начало оказания услуг – (дата); окончание работ – (дата) (пункт 3.1 договора).

Место оказания услуг: (адрес). Здание Оренбургского института (филиала) Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), прилегающей территории, охрана общественного порядка в здании и на прилегающей территории, обеспечение пропускного режима в здании института (пункт 3.2 Договора).

Факт оплаты истцом услуг по перечисленным выше договорам подтверждается представленными платежными поручениями. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Разрешая доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ответственность за обеспечение антитеррористической защищенности объектов (территорий), относящихся к сфере деятельности Министерства науки и высшего образования Российской Федерации, возлагается на руководителей органов (организаций), являющихся правообладателями объектов (территорий), а также на должностных лиц осуществляющих непосредственное руководство деятельностью работников на объектах (территориях), что прямо определено в п. 4 Требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий) Министерства науки и высшего образования Российской Федерации и подведомственных ему организаций, объектов (территорий), относящихся к сфере деятельности Министерства науки и высшего образования Российской Федерации, формы паспорта безопасности этих объектов (территорий).

При этом, как верно отмечено и судом, из содержания п. 7 ст. 2 Закона о противодействии терроризму следует, что одним из основных принципов противодействия терроризму является приоритет мер его предупреждения.

В целях реализации названного принципа физические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, и юридические лица обеспечивают выполнение требований к антитеррористической защищенности в отношении объектов, находящихся в их собственности или принадлежащих им на ином законном основании.

В п. 3.1 Закона о противодействии терроризму закреплено, что физические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица либо использующие принадлежащее им имущество в социальных, благотворительных, культурных, образовательных или иных общественно полезных целях, не связанных с извлечением прибыли, выполняют требования к антитеррористической защищенности объектов (территорий), используемых для осуществления указанных видов деятельности и находящихся в их собственности или принадлежащих им на ином законном основании. Юридические лица обеспечивают выполнение указанных требований в отношении объектов, находящихся в их собственности или принадлежащих им на ином законном основании.

Из материалов дела следует, что ответчики, являясь долевыми собственниками спорного здания, сдают его помещения в аренду (субаренду). Между тем, приведенными выше положениями действующего законодательства, на них, как на собственников, возлагается обязанность по выполнению требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий), находящихся в их собственности.

Вместе с тем, то обстоятельство, что здание, в котором у ответчиков в собственности имеются доли, принадлежащие им на праве собственности, относится к категории образовательного учреждения, не освобождает их от обязанности выполнять требования законодательства о противодействии терроризму.

Судом первой инстанции верно указано, что приобретая доли в праве собственности в здании, площадью 11 558,9 кв.м., относящимся к образовательному учреждению, ответчики должны были понимать и осознавать, что приобретают при этом ряд обязанностей, в том числе по соблюдению мер к антитеррористической защищенности здания, которые между тем установлены законом, а также по несению расходов по сохранению и содержанию общего имущества.

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы, возможность использования бюджетных ассигнований на финансовое обеспечение мероприятий по антитеррористической защищенности объектов, не является основанием для освобождения ответчиков от несения их обязанности по содержанию общего имущества в здании, где им принадлежат доли в праве собственности. Использование данных ассигнований не освободило бы ответчиков от возмещения понесенных расходов.

Согласно ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу ст. 249 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый участник долевой собственности обязан соразмерно со своей долей участвовать в уплате налогов, сборов и иных платежей по общему имуществу, а также в издержках по его содержанию и сохранению.

В силу п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 64 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещении на общее имущество здания» при рассмотрении споров судам следует исходить из того, что к общему имуществу здания относятся, в частности, помещения, предназначенные для обслуживания более одного помещения в здании, а также лестничные площадки, лестницы, холлы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном здании оборудование (технические подвалы), крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции этого здания, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения.

Разрешая настоящие исковые требования, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о том, что, обладая долей в праве собственности в спорном здании, ответчики несут обязанности участников общей долевой собственности на общее имущество здания и в соответствии с нормами ст.ст. 210, 249 Гражданского кодекса Российской Федерации должны нести бремя расходов по обслуживанию спорного здания, содержанию и сохранению общего имущества соразмерно своим долям.

Оснований для признания оценки суда неправильной судебная коллегия не находит.

Указание апелляционной жалобы на то, что ФИО1 и ФИО3 не осуществляют предпринимательскую деятельность в спорном здании, а ФИО2 не имеет статуса индивидуального предпринимателя, и какая-либо деятельность в указанном здании им также не осуществляется, судебной коллегией отклоняется.

Указанный довод по существу не опровергает правильных выводов суда, поскольку обязанность по соблюдению антитеррористических мер в данном случае возлагается на ответчиков как на собственников здания, помещения которого ими сдаются в аренду лицам, осуществляющим предпринимательскую и иную деятельность в указанном здании.

Судебная коллегия признает, что возложение обязанности по соблюдению антитеррористических мер лишь на истца, фактически противоречило бы нормам ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации в их связи с положениями Постановления Правительства Российской Федерации от 07 ноября 2019 года № 1421.

В ходе рассмотрения дела достоверно установлено и не оспаривалось ответчиками, что истцом понесены расходы по оборудованию мест общего пользования здания, расположенного по адресу: (адрес), системой видеонаблюдения, также установлена система контроля и управления доступом, организована физическая охрана здания. Данные действия осуществлены истцом не только в целях соблюдения мер антитеррористической защищенности, но и с целью сохранения и содержания общего имущества в указанном здании, в связи с чем указанные система видеонаблюдения и система контроля и управления доступом относится к общему имуществу собственников спорного нежилого помещения, что не отрицалось представителем истца.

Из материалов дела следует, что истцом понесены следующие затраты:

- за поставку и монтаж системы видеонаблюдения в общей сумме ***;

- за поставку и монтаж системы контроля управления доступом (СКУД) в общей сумме ***;

- за оказание услуг по обеспечению охраны нежилых помещений за период с января по декабрь 2024 года в общей сумме ***.

Принимая во внимание, что собственники долей в здании по адресу: (адрес), имеют право общей долевой собственности на общее имущество (в том числе и на установленные системы видеонаблюдения и СКУД), имеют к ним доступ, пользуются ими на постоянной основе, учитывая, что действия истца направлены на обеспечение безопасной эксплуатации всего здания как единого комплекса, в интересах каждого из собственников, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для возложения бремени расходов по обслуживанию спорного здания, содержанию и сохранению общего имущества соразмерно своим долям на ответчиков.

Отклоняя доводы стороны ответчика о том, что у собственников здания не может быть общего имущества в здании с лицом, владеющим им на праве оперативного управления, руководствуясь при этом положениями ст. ст. 210, 249 и 296 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом обосновано указано, что обладатели права оперативного управления с момента его возникновения должны содержать переданное им имущество, что обусловливает их обязанность участвовать в расходах на содержание общего имущества, в том числе совершению действий по его сохранности.

При этом суд обратил внимание на то, что ни сам собственник имущества (88/100 долей), ни его представитель в лице ТУ Росимущества в Оренбургской области каких-либо возражений относительно удовлетворения исковых требований не высказали.

Также, судом отмечено, что к установке системы СКУД и несению соответствующих расходов по ее поставке и монтажу привели непосредственно действия ответчиков, которые демонтировали ранее имевшуюся в здании систему контроля управления доступом, что ими в ходе судебного разбирательства не оспаривалось.

Одновременно с этим, суд отклонил доводы стороны ответчика в части отсутствия решения общего собрания о включении системы видеонаблюдения и СКУД в состав общего имущества, поскольку отсутствие данного решения на обязанность ответчиков возместить истцу понесенные расходы пропорционально размеру принадлежащих им долей не влияет.

Судебная коллегия признает, что в данном случае отсутствие решения общего собрания не освобождает собственника от оплаты расходов на содержание здания.

Более того, судебная коллегия полагает необходимым отметить, что в рассматриваемом случае, решение общего собрания никак не влияет на обязанность собственников указанного здания по обеспечению антитеррористической защищённости объекта.

Также, следуя доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия полагает необходимым указать, что предметом договора охраны является оказание услуг по охране всего здания, расположенного по адресу: (адрес), а также прилегающей территории.

Таким образом, руководствуясь положениями ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая, что обязанность по содержанию и сохранению общего имущества здания по адресу: (адрес), законом возложена на всех собственников, однако работы по установке системы видеонаблюдения, системы контроля управления доступом, услуги по обеспечению охраны нежилых помещений оплачены единолично истцом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о взыскании с ответчиком суммы неосновательного обогащения пропорционально размеру принадлежащим им долям в праве собственности в спорном здании понесенных истцом расходов.

Одновременно с этим, в силу п. 2 ст. 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (ст. 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

В силу части 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Так, в силу п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации размер процентов определяется существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. При взыскании долга в судебном порядке суд может удовлетворить требование кредитора, исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения решения.

Разрешая настоящие исковые требования в части взыскания с ответчиков процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции согласился с расчетом, представленным истцом, в части расчета процентов по договору от (дата) и от (дата).

Вместе с тем суд отклонил расчет истца по договору от (дата) за период с (дата) по (дата), поскольку в нем имеется арифметическая ошибка, в связи с чем произвел собственный расчет, согласно которому надлежащий размер процентов составляет ***, однако, применяя положения ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о том, что ко взысканию подлежит сумма ***, как заявлено истцом.

Таким образом, суд признал, что с каждого из ответчиков в пользу истца подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в следующем размере:

- по договору от (дата) (поставка и монтаж системы видеонаблюдения) за период с (дата) по (дата) в сумме ***;

- по договору от (дата) (поставка и монтаж системы контроля управления доступом) за период с (дата) по (дата) в сумме ***;

- по договору от (дата) (оказание услуг по обеспечению охраны нежилых помещений) за период с (дата) по (дата) в сумме ***.

Оснований для отмены или изменения решения суда в указанной части судебная коллегия не находит.

Судебная коллегия отклоняет доводы жалобы о том, что ФИО1 был уведомлен о понесенных истцом расходах лишь (дата), а ответчики ФИО3 и ФИО2 не были уведомлены о возникшем на их стороне неосновательном обогащении.

Так, почтовыми квитанциями от (дата) подтверждается, что уведомление о проведении внеочередного общего собрания, в том числе по вопросу о покупке и монтаже системы видеонаблюдения, было направлено в адрес ФИО3, С.Н.В., ФИО1

(дата) в адрес ФИО3, С.Н.В., ФИО1 направлялись письма о возмещении затрат, что подтверждается почтовыми квитанциями от (дата).

Учитывая содержание в материалах дела множества писем адресованных собственникам здания по спорным вопросам, судебная коллегия признает, что поскольку, указанные лица, являясь собственниками спорного здания, а также лицами по инициативе которых была демонтирована ранее существовавшая система контроля доступа, в условиях возложенной на них законом обязанности по принятию антитеррористических мер, проявляя должную осмотрительность, должны были знать об установке в здании системы видеонаблюдения, а также об установке системы контроля и управления доступом, и как следствие возникновения на их стороне неосновательного обогащения.

Так же необоснованным признается довод апелляционной жалобы о том, что ФИО2 приобрел право собственности на помещения в здании (дата), однако проценты по договору от (дата) взысканы с (дата).

Судебная коллегия соглашается с позицией стороны истца, согласно которой, приобретая долю в праве собственности на недвижимое имущество, ФИО2 C.С. принял на себя все права и обязанности собственника, включая обязанность по содержанию общего имущества, существовавшую на момент перехода права. Системы видеонаблюдения и контроля доступа были установлены в местах общего пользования до приобретения ФИО2 доли, однако они являются неотъемлемой частью общего имущества здания.

Следовательно, ФИО2, становясь собственником, автоматически принял на себя и обязанность по возмещению расходов на указанные системы, а также по уплате процентов за пользование чужими денежными средствами за весь период, начиная с момента их установки, поскольку стоимость доли при её приобретении уже определялась с учётом наличия смонтированных систем безопасности. Иное толкование позволило бы новому собственнику безосновательно обогатиться за счёт истца, не неся бремени содержания имущества, которым он фактически пользуется.

Кроме того, судом с ответчиков были взысканы проценты в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации до момента фактического исполнения обязательств.

Свои выводы в обоснование принятого решения в указанной части суд подробно мотивировал со ссылкой на установленные обстоятельства и нормы материального права.

Таим образом, учитывая требования закона и установленные судом обстоятельства, суд правильно разрешил возникший спор, а изложенные в апелляционной жалобе доводы, являются необоснованными, направленными на иное толкование норм действующего законодательства, переоценку собранных по делу доказательств и не могут служить основанием для отмены решения суда, поскольку не опровергают выводов суда, были предметом исследования и оценки судом первой инстанции, необоснованность их отражена в судебном решении с изложением соответствующих мотивов, нарушений норм процессуального законодательства, влекущих отмену решения, по делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от 17 ноября 2025 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2, ФИО3 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 28 апреля 2026 года.