Решение № 2-322/2020 2-322/2020~М-297/2020 М-297/2020 от 25 ноября 2020 г. по делу № 2-322/2020

Дело № 2-322/2020

УИД 48RS0017-01-2020-000512-18


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 ноября 2020 года с. Тербуны

Тербунский районный суд Липецкой области в составе:

председательствующего судьи Баранова С.В.,

при секретаре Рязанцевой О.Ю.,

с участием представителя ответчика по доверенности ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к АО «Рафарма» о признании мнимым дополнительного соглашения к трудовому договору, взыскании задолженности за переработку и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к АО «Рафарма» о признании мнимым дополнительного соглашения к трудовому договору, взыскании задолженности за переработку и компенсации морального вреда. Исковые требования мотивированы тем, что 17 апреля 2018 года между ней и ответчиком по делу был заключен трудовой договор № 13 и она была принята на работу на должность специалиста по закупкам. Местонахождение работы с.Тербуны Липецкой области. Согласно п. 6.1 трудового договора ей установлена 40 часовая рабочая неделя, время начала работы в 8:00, а время окончания в 17:00, время для перерыва 1 час. Оклад установлен в 20000 рублей в месяц. 01.04.2020 года между ней и работодателем было заключено дополнительное соглашение к приведенному выше трудовому договору, которым установлена 36 часовая рабочая неделя с сохранением полной оплаты труда (п.6.1). Данный пункт является фиктивным, так как не порождал правовых последствий. Это подтверждается тем, что рабочий день начинался в 8:00 часов, а заканчивался в 17.00 часов. Рабочий день фактически продолжался 8 часов. В АО «Рафарма» она проработала до 25.09.2020 года, после чего уволилась по собственному желанию. Село Тербуны является населенным пунктом, относящимся к сельской местности. Работодатель был обязан за переработку сверх 36 часов оплачивать в повышенном размере. За период с 17.04.2018 года по 15.09.2020 года ответчик недоначислял ей заработную плату за сверхурочную работу в объеме 4 часа в неделю. Сверхурочная работа оплачивается за первые два часа не менее чем в полуторном размере, а за последующие часы – не менее чем в двойном размере. Защитить свои права в период работы она не могла, так как находилась в финансовой зависимости от работодателя. Истец просит признать пункт соглашения об установлении 36 часовой рабочей недели мнимым. Взыскать с ответчика задолженность за переработку за период с 17.04.2018 года по 15.09.2020 года в размере 122876 рублей 27 копеек. Взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей, так как из-за действий ответчика она испытывала нравственные страдания, выражающиеся в головных болях, сонливости, возникших из-за хронической усталости, у нее выработался страх к темноте. Взыскать с ответчика судебные расходы в размере 60200 рублей, из которых 60000 рублей за услуги представителя и 200 рублей почтовые расходы.

Истец в судебное заседание не явился, его интересы на основании ордера представлял адвокат Казьмин С.Г., который поддержал исковые требования, ссылаясь на основания, изложенные в исковом заявлении.

Представитель ответчика по доверенности ФИО1, возражала против удовлетворения исковых требований и пояснила, что общие положения гражданского законодательства о недействительности сделок (ст.ст. 166-167 ГК РФ) к трудовым отношениям не применяются, поскольку трудовой договор не является сделкой в том смысле, который этому понятию придается в ст. 153 ГК РФ. При трудоустройстве возникают трудовые, а не гражданские права и обязанности. 27 марта 2020 года приказом АО «Рафарма» № 59 были утверждены изменения в Правила внутреннего трудового распорядка АО «Рафарма», вступающие в силу с 01.04.2020 года. Пункт 6.9.2.1 предусматривает наличие для работников, работающих сокращенное рабочее время, не по графику сменности (к которым и относилась во время осуществления трудовой деятельности в обществе истец), кроме обеденного перерыва с 12.00 по 13.00, технологические перерывы с 10.40 часов до 11.00 часов и с 15.00 часов до 15.28 часов. Данные технологические перерывы не включаются в рабочее время и оплачиваются. С данным документом истец была ознакомлен посредством электронного ознакомления 27 апреля 2020 года. Рабочая неделя истца с 01.04.2020 года фактически составляла 36 рабочих часов в неделю, при этом она имела возможность использовать указанные выше временные промежутки по своему усмотрению, покидать рабочее место и территорию компании. Заработная плата сотрудников АО «Рафарма» состоит из оклада и премиальной части. В премиальную часть входит, в том числе, и оплата сверхурочной работы, если таковая сотрудником выполняется, что отражено в приказах о начислении премии. Таким образом, все переработки сотрудника ФИО3 компенсировались уплатой ей премии. Суммы выплаченных истцу премий значительно превышают сумму часов, отработанных ею сверх установленных 36 часов в неделю. Истец на протяжении всей трудовой деятельности в обществе знала о нарушении своих прав, но не обращалась за их защитой ни к работодателю, ни в иные органы. В данном случае применимы положения ч.1 ст. 392 ТК РФ предусматривающей, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. На основании изложенного, в связи с пропуском давности для обращения в суд, просит отказать истцу во взыскании задолженности по переработке, в соответствии с ч. 1. ст 392 Трудового кодекса РФ. Истец, трудоустраиваясь в общество, была осведомлена об условиях труда, в том числе и о времени начала и окончания рабочего дня, а также о времени обеденного перерыва. При этом, она добровольно подписала трудовой договор и с просьбами об установлении ей сокращенной продолжительности рабочего времени к работодателю не обращалась, также не сообщала о своих моральных страданиях и якобы вызванных ими проблемах со здоровьем, что является основанием для отказа в удовлетворении требований в части взыскания компенсации морального вреда. Так как главное требование - требование о взыскании переработки не может быть удовлетворено в связи с пропуском установленного для обращения в суд срока, сопутствующие требования - требование о возмещении морального вреда также не подлежит удовлетворению (ст. 207 Гражданского кодекса РФ). По этим же основаниям следует отказать во взыскании судебных расходов. Также полагает, что судебные расходы на оплату услуг представителя являются чрезмерно завышенными.

Истцом после представления суду возражений ответчика представлены возражения на отзыв. Истец полагает, что технологические перерывы фактически не существовали. У работодателя отсутствуют комнаты отдыха. Предприятие находится в поле, что исключает возможность реализовать имеющийся перерыв. Оплата переработки не могла включаться в премию. Услуги представителя не являются завышенными, а являются разумными исходя из сложности дела. Произведенный им расчет задолженности является верным.

Представитель ответчика на возражения истца указал, что территория общества является благоустроенной и работник в технологический перерыв имеет возможность погулять по благоустроенной территории, посетить столовую, комнату отдыха, в которой имеется теннисный стол, банкомат. Территория общества располагается в черте с.Тербуны и при желании возможен выход в с. Тербуны.

Определением Тербунского районного суда от 03.11.2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечено ГУ Липецкое региональное отделение «Фонда социального страхования РФ» в связи с тем, что в период работы истца у ответчика, истец имела период временной нетрудоспособности и по утверждению истца сумма, подлежащая выплате по больничному листу, может измениться при удовлетворении исковых требований в большую сторону.

Представитель ГУ Липецкое региональное отделение «Фонда социального страхования РФ» в судебное заседание не явился. Из представленных письменных объяснений следует, что оплате за счет ФСС истцу по делу подлежат период временной нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года и с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года. В случае удовлетворения требований истца, сумма заработка за 2 года увеличивается, а следовательно и размер пособия по временной нетрудоспособности тоже. Для перерасчета пособия работодатель обязан будет направить реестр на перерасчет размера пособия по временной нетрудоспособности.

Выслушав, стороны, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с абзацем 5 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы. При этом в силу абзаца 7 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки.

Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты и стимулирующие выплаты.

На основании статьи 135 части 1 Кодекса заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателями системами оплаты труда.

В соответствии с ч. 2 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Как следует из материалов дела, ФИО2 17.04.2018 года принята на работу в АО "Рафарма" на должность специалиста по закупкам на основании трудового договора № 13, заключенного на неопределенный срок.

Пунктами 6.1-6.3 указанного трудового договора истцу установлен 8-м часовой рабочий день, пятидневная 40 часовая рабочая неделя с двумя выходными днями: суббота и воскресенье. Работнику предоставляется перерыв для отдыха и питания в течение одного часа, который в рабочее время не включается. Время начала работы в 8-00, а время окончания в 17-00.

Работнику устанавливается должностной оклад в размере 20000 рублей. В случае успешного выполнения служебных обязанностей ему по решению работодателя могут быть дополнительно выплачены премии и переданы иные вознаграждения в порядке и размере, установленном Положением о премировании сотрудников.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право на отдых; гражданам, работающим по трудовому договору, гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск (статья 37, часть 5). На основании данных конституционных положений законодатель вправе при осуществлении правового регулирования определять максимальную продолжительность рабочего времени.

Трудовой кодекс Российской Федерации (статьи 11, 252) допускает установление особенностей регулирования труда, обусловленных характером и условиями труда, психофизиологическими особенностями организма, природно-климатическими условиями, наличием семейных обязанностей и иными обстоятельствами, в том числе введение сокращенной продолжительности рабочего времени (статья 92).

Сокращенная продолжительность рабочего времени по сравнению с нормальной устанавливается законодателем в целях охраны труда работников, которые в силу возраста, состояния здоровья либо занятости в неблагоприятных условиях труда нуждаются в повышенной социальной защите. Иными словами, установление сокращенной продолжительности рабочего времени для отдельных категорий работников, определенных законодателем на основе объективных критериев, выступает в качестве гарантии обеспечения их прав на справедливые условия труда и на отдых, что не предполагает ограничение иных трудовых прав работника.

Пунктом 1.3 Постановления Верховного Совета РСФСР от 1 ноября 1990 г. N298/3-1 "О неотложных мерах по улучшению положения женщин, семьи, охраны материнства и детства на селе" предусмотрено установление для женщин, работающих в сельской местности, 36-часовой рабочей недели (если меньшая продолжительность рабочей недели не предусмотрена иными законодательными актами); при этом заработная плата выплачивается в том же размере, что и при полной продолжительности еженедельной работы.

Конституционный Суд РФ в своем определении от 3 февраля 2010 г. N149-О-О указал, что соблюдение требований пункта 1.3 Постановления Верховного Совета РСФСР "О неотложных мерах по улучшению положения женщин, семьи, охраны материнства и детства на селе", принятого в период действия Конституции (Основного закона) Российской Федерации 1978 года и Регламента Верховного Совета РСФСР от 24 октября 1990 года, допускавшего рассмотрение проектов наиболее важных Постановлений Верховного Совета РСФСР по вопросам государственного, хозяйственного и социально-культурного строительства в соответствии с правилами, установленными в отношении рассмотрения проектов законов РСФСР (статья 115 Регламента), и применяющегося при регулировании трудовых отношений в соответствии со статьей 423 Трудового кодекса Российской Федерации, не приводит к нарушению конституционных прав работодателей.

Местонахождения АО "Рафарма": <...> именно по этому адресу осуществлял работу истец по делу.

Из п.15 приложения к приказу управления сельского хозяйства Липецкой области "Об утверждении перечня сельских территорий Липецкой области" от 20.02.2020 года № 43 следует, что с.Тербуны относится к населенному пункту находящемуся в сельской местности.

Таким образом, ФИО2 была принята на работу в сельскую местность, в связи с чем имела право на установление 36-часовой рабочей недели с момента принятия на работу.

В соответствии с ч. 1 ст. 99 ТК РФ сверхурочная работа - это работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

На основании ст. 152 ТК РФ сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно.

В силу положений ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права; если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Таким образом, действующим трудовым законодательством предусмотрено установление для женщин, работающих в сельской местности, продолжительности рабочей недели в 36 часов, в связи с чем работодатель при заключении трудового договора не вправе был увеличивать истице (женщине, работающих в сельской местности) нормальную продолжительность рабочего времени, установленную трудовым законодательством (до 40 часов).

Если же истица как женщина, работающая в сельской местности и имеющая право на пятидневный режим работы 36 часов в неделю, привлекается к работе работодателем сверх 36 часов в неделю, данная работа является сверхурочной, которая подлежит оплате в порядке и размере, установленных ст. 152 ТК РФ.

Из материалов дела усматривается, что трудовым договором и Правилами внутреннего трудового распорядка ответчика для истца установлена 40-часовая рабочая неделя, а не сокращенная рабочая неделя, как женщине работающей в сельской местности, то есть имела место ее работа за пределами сокращенной продолжительности рабочего времени.

Оплаты за сверхурочную работу истицы произведено не было, в связи с чем требования в указанной части являются правомерными.

Довод представителя ответчика о том, что оплата за сверхурочную работу выплачивалась в виде ежемесячных премий, суд находит несостоятельным, поскольку до установления сокращенного рабочего времени при вынесении приказов о премировании премия выплачивалась в том числе за сверхурочную работу, которая осуществлялась свыше 40-часовой рабочей недели, не 36-часовой.

Федеральным законом от 12 ноября 2019 г. N 372-ФЗ"О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации в части установления гарантий женщинам, работающим в сельской местности" Трудовой кодекс Российской Федерации дополнен статьей 263.1 следующего содержания: Женщины, работающие в сельской местности, имеют право:

на предоставление по их письменному заявлению одного дополнительного выходного дня в месяц без сохранения заработной платы;

на установление сокращенной продолжительности рабочего времени не более 36 часов в неделю, если меньшая продолжительность рабочей недели не предусмотрена для них федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. При этом заработная плата выплачивается в том же размере, что и при полной рабочей неделе;

на установление оплаты труда в повышенном размере на работах, где по условиям труда рабочий день разделен на части.

01.04.2020 года между работодателем и ФИО2 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору № 13 от 17.04.2018 года, которым работнику устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени 36 часов в неделю за учетный период с сохранением полной оплаты труда.

Довод истца о том, что после уставления сокращенной продолжительности рабочего времени она фактически продолжала работать 40 часов в неделю суд находит несостоятельным, поскольку дополнительное соглашение она подписала лично, и ей в момент подписания стало известно об установлении 36-часовой рабочей недели.

Изменения в правила внутреннего распорядка, действующие с 01.04.2020 года кроме обеденного перерыва с 12.00 по 13.00, предусматривают технологические перерывы с 10.40 часов до 11.00 часов и с 15.00 часов до 15.28 часов. Данные технологические перерывы не включаются в рабочее время. С данным документом ФИО2 была ознакомлена посредством электронного ознакомления 27 апреля 2020 года, что подтверждается письменными доказательствами.

Таким образом, ФИО2 имела возможность по своему усмотрению распоряжаться представленным ей для отдыха временем.

В данной части суд не усматривает нарушений со стороны работодателя.

Ответчиком предоставлены суду доказательства, что у работодателя действительно находятся помещения и благоустроенна территория, где возможно провести отведенное для отдыха время.

Обсуждая вопрос о пропуске срока обращения в суд для разрешения индивидуального трудового спора, о применении которого заявил ответчик, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

Из смысла приведенного пункта постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что для признания нарушения трудовых прав длящимся необходимо соблюдение обязательного условия, когда заработная плата работнику была начислена, но не выплачена. Длящийся характер правоотношений подразумевает, что работник, зная, что работодатель исполнил обязанность по начислению оплаты труда в период действия трудового договора, вправе рассчитывать на выплату причитающихся ему сумм.

ФИО2 обратилась в суд с настоящим иском 06.10.2020 года, о чем свидетельствует штамп на конверте, в котором находилось исковое заявление.

Суд находит доказанным, что начиная с 01.04.2020 года до момента увольнения истца - 25.09.2020 года работодателем производилась оплата в соответствии с действующим законодательством за 36-часовую рабочую неделю с сохранением полной оплаты труда.

За период с момента заключения трудового договора (17.04.2018 года) до момента заключения дополнительного соглашения к трудовому договору (01.04.2020 года) суд не находит основания для взыскания с ответчика оплаты сверхурочной работы в связи с тем, что истцом без уважительных причин пропущен установленный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, о чем при рассмотрении судом настоящего гражданского дела было заявлено стороной ответчика.

Истцом заявлены требования не о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы, а о взыскании не начисленной ей заработной платы (оплаты сверхурочной работы) исходя из еженедельной переработки, поэтому оснований для признания предполагаемого нарушения трудовых прав в части недоначисления работодателем оплаты труда и спорных правоотношений длящимися не имеется.

При указанных обстоятельствах подлежит применению общее правило, отраженное в ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым ФИО2 имела право обратиться в суд за защитой своих трудовых прав в течение трех месяцев со дня, когда узнала или должна была узнать о нарушении своего предполагаемого права, а именно со дня, когда она получала заработную плату и расчетные листки за соответствующие месяцы, когда ей как она указывает, заработная плата начислялись и выплачивались не в полном объеме, без учета оплаты сверхурочной работы.

Учитывая, что истец ежемесячно получала заработную плату, она узнала или же должна была узнать о нарушении своего предполагаемого права на получение недоначисленной заработной платы (оплаты сверхурочной работы), когда получала заработную плату за соответствующие месяцы, в которые выплачивалась заработная плата, а поскольку с этого времени и до обращения в суд с указанными требованиями прошло более трех месяцев, суд приходит к выводу о пропуске истцом предусмотренного ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срока обращения в суд, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Истец просил восстановить срок для обращения в суд указывая, что причиной пропуска являлась финансовая зависимость работника от работодателя.

Приведенные основания суд не может отнести к уважительным причинам пропуска срока обращения в суд, поскольку обращение в суд за восстановлением нарушенных прав не может повлечь невыплату причитающейся работнику заработной платы и выплату иных предусмотренных платежей.

Поскольку требование о компенсации морального вреда производно от требований о взыскании оплаты за сверхурочную работу, во взыскании которой отказано, то требование о компенсации морального вреда суд находит не подлежащим удовлетворению.

Также суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о признании дополнительного соглашения к трудовому договору недействительным (мнимым), поскольку из представленных доказательств суд делает вывод, что данное соглашение устанавливающее истцу сокращенное рабочее время порождал для него последствия в виде установления 36-часовой рабочей недели.

Поскольку суд отказывает ФИО2 в удовлетворении исковых требований в полном объеме, то на основании ст.98 ГПК РФ не имеется основания для взыскания с ответчика в пользу истца судебных расходов.

На основании изложенного и руководствуясь статьями ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО2 в иске к АО «Рафарма» о признании мнимым дополнительного соглашения к трудовому договору, взыскании задолженности за переработку и компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд в течение месяца с момента составления мотивированного решения путем подачи жалобы через Тербунский районный суд.

Председательствующий /подпись/ С.В. Баранов

Мотивированное решение изготовлено 3 декабря 2020 года.