Апелляционное определение № 33-3870/2025 от 7 декабря 2025 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

Судья Старкова Т.М. УИД: 18RS0014-01-2025-000748-08

Апел. производство: №33-3870/2025

1-я инстанция: №2-366/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

08 декабря 2025 года г. Ижевск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Питиримовой Г.Ф.,

судей Ивановой М.А., Фроловой Ю.В.,

с участием прокурора Симакова А.Н.,

при секретаре Антоновой Т.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО3, ФИО4, апелляционное представление прокурора <адрес> Удмуртской Республики на решение Игринского районного суда Удмуртской Республики от 02 сентября 2025 года по делу по иску ФИО1, ФИО4, ФИО2, действующей в своих интересах и несовершеннолетнего ФИО3 к ФИО5 о компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Питиримовой Г.Ф., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, ФИО4, ФИО2, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего сына ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО5 о компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ в дневное время, ФИО5 решил выяснить отношения с бывшей сожительницей и членами ее семьи. Действуя с указанной целью, ФИО5 в этот же день прибыл к дому, расположенному по адресу: Удмуртская Республика, <адрес>, где около входной двери встретил ФИО1, преградившего ему путь в жилую часть дома. В этот момент у ФИО5, из личных неприязненных отношений к членам семьи П-вых, а также к ФИО1, возник преступный умысел, направленный на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенного с применением предмета, используемого в качестве оружия – ножа, в отношении ФИО1 С целью реализации своего преступного умысла, действуя умышленно, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, ФИО5 ножом нанес истцу не менее одного удара в область передней брюшной стенки. После этого между ФИО1 и ФИО5 возникла борьба, в ходе которой истец стал выхватывать у ФИО5 нож, а затем оттолкнул его от себя. Защищаясь от противоправных действий ФИО5, истец хватался своей рукой за нож. В результате преступных действий ФИО5 истцу были причинены физическая боль и телесные повреждения характера проникающей колото-резаной раны передней брюшной стенки в области правого подреберья с ранением печени и желчного пузыря, осложнившейся развитием пневмогемоперитонеума, причинившей тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; трех поверхностных резаных ран правой кисти, ссадины правой кисти и передней поверхности грудной клетки, не причинивших вред здоровью.

Приговором Игринского районного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 был признан виновным и осужден по пункту «з» части 2 статьи111 УК РФ к условной мере наказания.

ФИО4 является матерью ФИО1, ФИО2 – его супругой, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, сын ФИО1

Вследствие причинения вреда здоровью ФИО1, истцы испытывают эмоциональный стресс, переживают за его жизнь и здоровье, поскольку последний находился на стационарном лечении, не мог вести нормальный образ жизни, нуждался в постоянном постороннем уходе. В связи с этим, для ФИО1, ФИО4, ФИО2 изменился привычный уклад жизни. Появилось чувство тревоги, сильное нервозное состояние, сопряженное со стрессом, депрессивный настрой к жизнедеятельности. ФИО2 отпрашивалась с работы, чтобы навещать супруга в больнице, ухаживала за ним. ФИО4 также навещала сына в больнице, оказывала ему необходимую помощь, так как он нуждался в постороннем уходе. ФИО4, ФИО2 страдали и продолжают страдать вместе с ФИО1, видя какие боли и страхи он испытывает. Ответчик никакого участия к происходящей трагедии не проявил. Малолетний Е. также испытывает сильный эмоциональный стресс, у него нарушился нормальный сон, до настоящего времени испытывает страх при виде автомобиля скорой помощи. Он видел, как ФИО1 истекал кровью. Видя его живот, где имеется шрам от раны, Е. испытывает страх, который проявляется в истериках, после успокоения уходит в себя и никого к себе не подпускает, либо не может находиться один и находится на руках взрослых.

ФИО1 находился на стационарном лечении с 14 июля 2024 года по 26 июля 2024 года, после чего длительное время находился на амбулаторном лечении с 26 июля 2024 года по 25 октября 2024 года и не мог оказывать семье материальную помощь, так как был нетрудоспособным. До настоящего времени ФИО1 находится в стрессовом напряжении, пропал нормальный сон, каждый день видит картину преступления, отчего испытывает страх.

Вся семья после совершенного ФИО5 преступления находилась в ужасе, боялись, что ФИО5 может убить истцов.

Ссылаясь на данные обстоятельства, истцы просили взыскать с ответчика моральный вред в пользу ФИО1 – 1 700 000 руб., ФИО2 – 500 000 руб., ФИО4 – 300 000 руб., несовершеннолетнего ФИО3 – 300 000 руб.

Истцы ФИО1, ФИО2, в своих интересах и интересах несовершеннолетнего сына ФИО3, ФИО4 в судебном заседании доводы, изложенные в иске, предъявленные требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить.

Ответчик ФИО5, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд не явился.

Представитель ответчика ФИО5, действующий по доверенности ФИО6 в суде исковые требования не признал в тех объемах, которые заявлены истцом ФИО1, считая их завышенными, в отношении исковых требований ФИО2, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО3, ФИО4 просил отказать в полном объеме.

Представитель органа опеки и попечительства ФИО7 в суде пояснила, что принятие решения по делу оставляет на усмотрение суда.

Прокурор Конькова А.А., полагала, что требования истцов о компенсации морального вреда являются обоснованными.

Суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося ответчика в соответствии со статьей 167 ГПК РФ.

Суд постановил решение, которым частично удовлетворены исковые требования ФИО1, ФИО4, ФИО2 в интересах себя и несовершеннолетнего ФИО3 к ФИО5 о компенсации морального вреда.

Взыскано с ФИО5 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 250 000 руб., в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 50 000 руб., в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 50 000 руб., в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 10 000 руб.

Отказано в удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО4, ФИО2 в интересах себя и несовершеннолетнего ФИО3 к ФИО5 о компенсации морального вреда.

Взыскана с ФИО5 государственная пошлина в размере 3 000 руб. в доход бюджета.

В апелляционной жалобе истцы просят изменить решение суда первой инстанции, указывая, что взысканные суммы значительно занижены, просят удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В апелляционном представлении прокурор района Колеватов Д.И. указывает, что судом при определении размера компенсации морального вреда не учтены в полной мере обстоятельства дела, что не отвечает требованиям действующего законодательства, указывающего на необходимость учета всех существенных обстоятельств причинения вреда в совокупности. Полагает, что требованиям разумности и справедливости будет соответствовать компенсация морального вреда большего размера, в связи с чем решение суда подлежит изменению.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО5 – ФИО6, действующий на основании доверенности просил решение суда оставить без изменения.

В соответствии со статьями 327, 167 ГПК РФ дело судебной коллегией рассмотрено в отсутствие истцов и ответчика, представителя третьего лица, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы. Информация о рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Верховного Суда Удмуртской Республики в сети Интернет ((http://vs.udm.sudrf.ru/).

Прокурор Симаков А.Н. полагал, что решение суда первой инстанции подлежит изменению по доводам, изложенным в апелляционном представлении, апелляционной жалобы.

Выслушав объяснения представителя ответчика, заслушав прокурора, изучив и проанализировав материалы гражданского дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, представления, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции ФИО1 и ФИО2 состоят в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ, являются родителями ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ФИО4 является матерью ФИО1

Приговором Игринского районного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев, с применением статьи 73 УК РФ условно с испытательным сроком на 2 года (л.д.7-16).

Согласно приговору ДД.ММ.ГГГГ в дневное время ФИО5 решил выяснить отношения с бывшей сожительницей и членами ее семьи. Действуя с указанной целью, ФИО5 в этот же день прибыл к дому, расположенному по адресу: Удмуртская Республика, <адрес>, где около входной двери встретил ФИО1, преградившего ему путь в жилую часть дома. В этот момент у ФИО5, из личных неприязненных отношений к членам семьи П-вых, а также к ФИО1, возник преступный умысел, направленный на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенного с применением предмета, используемого в качестве оружия – ножа, в отношении ФИО1 С целью реализации своего преступного умысла, действуя умышленно, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, ФИО5 взял в свою руку нож, находившийся при нем и используя его в качестве оружия со значительным приложением физической силы нанес ФИО1 не менее одного удара в область передней брюшной стенки. После этого между ФИО1 и ФИО5 возникла борьба, в ходе которой истец стал выхватывать у ФИО5 нож, а затем оттолкнул его от себя. Защищаясь от противоправных действий ФИО5, истец хватался своей рукой за нож. В результате преступных действий ФИО5 истцу были причинены физическая боль и телесные повреждения.

В результате преступных действий ФИО5 ФИО1, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, была причинена проникающая колото-резаная рана передней брюшной стенки в области правого подреберья с ранением печени и желчного пузыря, осложнившаяся развитием пневмогемоперитонеума. Также обнаружены три поверхностные резаные раны правой кисти, ссадины правой кисти и передней поверхности грудной клетки. Проникающая колото-резаная рана передней брюшной стенки в области правого подреберья с ранением печени и желчного пузыря, осложнившаяся развитием пневмогемоперитонеума образовалась в результате воздействия острого предмета с колюще-режущими свойствами, каковым, в том числе мог быть предмет типа ножа. Проникающая колото-резаная рана передней брюшной стенки в области правого подреберья с ранением печени и желчного пузыря, осложнившаяся развитием пневмогемоперитонеума, квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Три поверхностные резаные раны правой кисти, ссадины правой кисти и передней поверхности грудной клетки, вреда здоровью не причинили.

Выпиской из амбулаторной карты, выпиской из истории болезни, листками нетрудоспособности установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на стационарном лечении в БУЗ УР «ФИО8 МЗ УР», в связи с ранением печени, желчного пузыря, была проведена срочная операция, удален желчный пузырь. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на амбулаторном лечении (л.д.39,41-46,47-50).

ДД.ММ.ГГГГ ребенок ФИО3,ДД.ММ.ГГГГ был на приеме у врача психиатра с целью оказания психологической помощи и коррекции лечения с диагнозом: острая реакция на стресс (л.д.37,40).

Согласно выписке из амбулаторной карты ФИО4, в связи обращениями в БУЗ УР «ФИО8 МЗ УР» ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ установлен диагноз органическое тревожное расстройство (л.д.38).

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениям статей 150, 151, 1064, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ, имеющиеся в деле доказательства, учитывая обстоятельства дела, тяжесть и характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, установив, что противоправными действиями ответчика, причинившего вред здоровью ФИО1, всем истцам причинен моральный вред, между указанными действиями ФИО5 и причиненным истцам моральным вредом, имеется прямая причинная связь, суд пришел к выводу о взыскании с ФИО5 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 250 000 руб., в пользу истца ФИО4 в счет компенсации морального вреда 50 000 руб., в пользу истца ФИО2 в счет компенсации морального вреда 50 000 руб., в пользу истца ФИО3 в счет компенсации морального вреда 10 000 руб., в доход местного бюджета госпошлины в размере 3 000 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об обоснованности требований истцов о взыскании компенсации морального вреда и наличии оснований для взыскания компенсации с ответчика, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам и подтверждаются материалами дела.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с размером компенсации морального вреда в пользу каждого из истцов, полагая его не отвечающим принципам разумности и справедливости, определенным судом без учета и оценки совокупности всех обстоятельств по делу.

Так, компенсация морального вреда согласно статье 12 ГК РФ является одним из способов защиты нарушенных гражданских прав. Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ (пункт 1 статьи 1099 ГК РФ).

Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

На основании статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье).

В соответствие с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

В пункте 27 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В пункте 28 разъяснено, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда в пользу истца ФИО1 не в полной мере учтена степень и характер физических и нравственных страданий потерпевшего, состояния его здоровья, а также обстоятельства, при которых причинен вред.

Определяя размер подлежащего взысканию морального вреда в пользу истца ФИО1, судебная коллегия, в соответствии с вышеназванными нормами права и их разъяснениями, принимает во внимание факт того, что в результате совершенных противоправных умышленных действий ответчиком ФИО1 причинены телесные повреждения, жизненно важных органов, квалифицируемые как тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, а также получены повреждения, не причинившие вред здоровью, проведено оперативное вмешательство, удален орган, длительный период истец находился на лечении, претерпевал как физические, так и нравственные страдания, лишился возможности вести привычный образ жизни, испытывал тревогу за жизнь и здоровье, будущее своей семьи, учитывая вину ответчика ФИО5, требования разумности и справедливости, считает возможным изменить решение суда и увеличить размер компенсации морального вреда до 800 000 руб.

При определении размера компенсации морального вреда в пользу истцов ФИО4, ФИО2 и несовершеннолетнего ФИО3 коллегия считает, что судом первой инстанции не в полной мере учтена степень и характер физических, нравственных страданий их, как близких родственников потерпевшего, переживания за его жизнь, состояние здоровья, дальнейшую судьбу, а также обстоятельства, при которых причинен вред.

Оценивая степень страданий матери, находящейся в пенсионном возрасте, супруги и несовершеннолетнего ребенка потерпевшего, судебная коллегия учитывает фактические обстоятельства дела, степень нравственных страданий за жизнь и здоровье своего сына и мужа, испытывающих страх, тревогу и переживания за ФИО1, будущее семьи потерпевшего, лишение их возможности вести привычный уклад жизни, в связи с утратой здоровья близким им человеком, требовавшим ухода, установление у ФИО4 диагноза органическое тревожное состояние, сильный испуг и страх малолетнего ребенка при виде отца, истекающего кровью, в результате совершенного в отношении него преступления, с последующем наблюдением у психиатра в столь юном возрасте с диагнозом острая реакция на стресс, считает возможным изменить решение суда и увеличить размер компенсации морального вреда до 100 000 руб. в пользу ФИО4, до 100 000 руб. в пользу ФИО2, до 100 000 руб. в пользу ФИО3

Судебная коллегия полагает, что данный размер компенсации согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации) и позволяет с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшей и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливой компенсации перенесенных потерпевшим страданий в разумных размерах.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает необходимым решение суда первой инстанции изменить в части размера взысканной в пользу истцов компенсации морального вреда, увеличить размер компенсации морального вреда в пользу ФИО1 с 250 000 руб. до 800 000 руб., в пользу ФИО4 с 50 000 руб. до 100 000 руб., в пользу ФИО2 с 50 000 руб. до 100 000 руб., в пользу ФИО3 с 10 000 руб. до 100 000 руб.

При этом оснований для определения размера компенсации в ином размере, как заявлено сторонами, коллегия не усматривает.

В остальной части решение подлежит оставлению без изменения.

При изложенных обстоятельствах решение суда подлежит изменению, апелляционная жалоба истцов подлежит частичному удовлетворению, апелляционное представление подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Игринского районного суда Удмуртской Республики от 02 сентября 2025 года изменить, увеличив сумму компенсации морального вреда в пользу ФИО1 до 800 000 руб., в пользу ФИО2 до 100 000 руб., в пользу ФИО3 до 100 000 руб., в пользу ФИО4 до 100 000 руб.

В остальной части решение оставить без изменения.

Апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО3, ФИО4 удовлетворить частично.

Апелляционное представление прокурора удовлетворить.

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 12 декабря 2025 года.

Председательствующий Питиримова Г.Ф.

Судьи Иванова М.А.

Фролова Ю.В.