Апелляционное определение № 33-25/2026 33-648/2025 от 15 января 2026 г.

Судья Пекарь М.А.

Дело № 33-25/2026 (№ 33-648/2025), № 2-1953/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

16 января 2026 г. г. Биробиджан

Судебная коллегия по гражданским делам суда Еврейской автономной области в составе:

председательствующего Золотаревой Ю.Г.,

судей Никитченко А.А., Тараника В.Ю.,

при секретаре Кузнецовой Ю.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Биробиджанского районного суда ЕАО от 25.09.2025, которым постановлено:

Исковое заявление ФИО1 к публичному акционерному обществу «Банк ВТБ» о признании кредитного договора недействительным и применении последствий недействительности сделки, оставить без удовлетворения.

По вступлению решения суда в законную силу отменить меры обеспечения иска, наложенные определением Биробиджанского районного суда ЕАО от 19.08.2025, в виде приостановления совершения исполнительных действий по исполнительному производству № <...>-ИП, возбужденному судебным приставом-исполнителем ОСП по Биробиджанскому району ГУФССП по Хабаровскому краю и ЕАО 14.07.2025, в отношении должника ФИО1, <...> года рождения, уроженца <...> (паспорт № <...>).

Заслушав доклад судьи Никитченко А.А., пояснения истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «Банк ВТБ» (далее – Банк ВТБ) о признании кредитного договора недействительным и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование требований указал, что <...> заключил с ответчиком кредитный договор № <...> на сумму 1 950 000 рублей на 84 месяца, полагая, что сотрудничает со следственными органами, Центральным Банком России, Банком ВТБ в целях недопущения совершения в отношении него преступных действий по оформлению на его имя кредитного договора посторонними лицами. При заключении договора он был уверен, что полученные в банке денежные средства, перечисленные им затем на два различных счёта через банкоматы третьим лицам, хранятся в сейфовой ячейке банка и будут возвращены банку после окончания следственных мероприятий.

<...> он понял, что подвергся влиянию мошенников, в связи с чем обратился в полицию. По его заявлению было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса РФ, которое <...> приостановлено в связи с розыском неустановленного лица.

Полагал, что заключил договор под влиянием обмана и существенного заблуждения относительно цели и последствий заключения договора. При этом Банк ВТБ не принял повышенные меры предосторожности при заключении с ним кредитного договора, не обеспечил безопасность предоставления услуг.

Просил суд признать недействительным кредитный договор № <...> от <...>, заключённый между ФИО1 и Банком ВТБ на сумму 1 950 000 рублей; применить последствия недействительности сделки, освободив его от обязательств заёмщика, возникших по кредитному договору, в том числе по оплате суммы основного долга и процентов.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 исковые требования поддержала по доводам иска. Дополнительно пояснила, что на протяжении всего дня <...> все совершаемые ФИО1 действия по оформлению кредита сопровождались звонками и сообщениями неизвестных лиц, которые представлялись сотрудниками полиции, ФСБ и Центрального Банка и давали ему инструкции. Не отрицала, что ФИО1 лично явился в офис Банка ВТБ для оформления кредита, понимал, что оформляет кредит. Находясь в офисе банка, он увидел в телефоне, что денежные средства по кредиту поступили ему на банковский счёт, после чего снял полученные в кредит денежные средства через несколько банкоматов и перевёл их разными платежами на банковские счета, указанные ему неизвестными лицами. ФИО1 не имел намерения брать кредит, он действовал под влиянием обмана.

Истец ФИО1, представитель ответчика Банка ВТБ в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения извещены надлежащим образом.

Суд постановил указанное решение.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просил решение суда отменить, принять новое решение, которым исковые требования удовлетворить.

В обоснование жалобы указал, что стал жертвой мошеннических действий и заключил кредитный договор под влиянием существенного заблуждения, поскольку полагал, что сотрудничает со следственными органами, с Центральным Банком России и Банком ВТБ.

Он заблуждался в отношении обстоятельств, которые он упомянул в своём волеизъявлении на получение кредита, из наличия которых он с очевидностью для банка исходил, совершая сделку. Он пришёл в отделение банка и при оформлении кредита сказал то, что его просили сказать мошенники, что желает дооформить заявку на кредит, поскольку уже есть решение по кредиту. Однако его заявка и такое решение отсутствовали, о чём было известно банку. Сотрудник банка, игнорируя данные факты, оформил от имени истца заявление-анкету, не предприняв мер по выяснению цели, на которую он берёт автокредит.

Полагает, что банк, действуя с обычной осмотрительностью и с учётом сопутствующих обстоятельств мог распознать тот факт, что истец действует под влиянием заблуждения. Банк не принял достаточных мер для обеспечения конфиденциальности и исключения утечки его персональных данных, которые были известны мошенникам. Суд уклонился от оценки его доводов о том, что ответчик, как сильная сторона правоотношений, должен был принять повышенные меры безопасности.

Также он заблуждался относительно природы и предмета сделки. Он не был намерен брать автокредит, считал, что взять вредит необходимо для обеспечения безопасности его финансов в целях недопущения совершения в отношении него преступных действий. Он был уверен, что ему не придётся платить задолженность по кредитному договору, что полученные денежные средства будут возвращены в банк после окончания следственных мероприятий. Его последующее поведение (обращение в полицию) также свидетельствует об отсутствии его волеизъявления на заключение кредитного договора.

Таким образом, его заблуждение было настолько существенным, что он не совершил бы сделку, если бы знал о действительном положении дел.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик Банк ВТБ просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Указал, что согласно Протоколу операции цифрового подписания в целях заключения кредитного договора ФИО1 обратился в дополнительный офис «Биробиджанский» в г. Биробиджане, где посредством мобильного приложения ВТБ-Онлайн осуществлял подписание сформированных электронных документов после ознакомления с ними. Подписание произведено с помощью кода подтверждения (SMS-кода), который был введён заёмщиком корректно. На момент поступления подтверждения на оформление кредита от клиента в банк не поступали сообщения об утрате/компрометации средств подтверждения, замене доверенного номера телефона, в связи с чем у банка отсутствовали основания для отказа в проведении операций.

Основания для признания кредитного договора недействительным отсутствуют. ФИО1 подтверждает самостоятельные действия в системе ВТБ-Онлайн по оформлению и подписанию кредитного договора, совершённые им в офисе банка, а также самостоятельное распоряжение полученными наличными денежными средствами. Перед подписанием кредитного договора истец мог отказаться от его заключения.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточным основанием для признания сделки недействительной.

При заключении кредитного договора истец был осведомлён о его существенных условиях и правовых последствиях, поэтому его доводы о заблуждении относительно предмета и природы условий сделки не обоснованы.

Каких-либо доказательств того, что банк знал или должен был знать об обмане истца, суду также не представлено. Последовательность действий, совершённых истцом при заключении кредитного договора, и в последующем по распоряжению денежными средствами не дают оснований для вывода о том, что банк знал или должен был знать о том, что данные действия совершаются им под влиянием третьих лиц.

В суде апелляционной инстанции истец ФИО1 доводы и требования апелляционной жалобы поддержал. Пояснил, что клиентом Банка ВТБ он стал впервые <...>. Документы, подтверждающие наличие одобренной заявки на кредит, ему прислали мошенники. При оформлении кредитного договора в офисе банка он имел возможность прочитать все необходимые документы без ограничения во времени. О том, что действует по указанию звонивших ему лиц, он сотруднику банка не сообщал.

Представитель ответчика Банка ВТБ ФИО2 в суде апелляционной инстанции поддержала возражения на апелляционную жалобу истца. Пояснила, что ранее клиентом Банка ВТБ истец не являлся, поэтому его личные данные в банке отсутствовали. Истцом не представлено доказательств того, что банк должен был знать о его обмане или заблуждении относительно совершаемой сделки.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ) суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на неё, выслушав пояснения лиц, участвующих в апелляционной инстанции, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что <...> между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключён кредитный договор № <...> на сумму 1 950 000 рублей сроком до <...> под 30,2 % годовых. Цель получения кредита – на покупку транспортного средства и иные сопутствующие расходы.

<...> по заявлению ФИО1 в МОМВД России «Биробиджанский» возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса РФ, в отношении неустановленного лица, по факту того, что в период времени с 10 часов 14 минут <...> по 10 часов 17 минут <...> неустановленное лицо путём обмана и злоупотребления доверием похитило принадлежащие ФИО1 денежные средства в размере 1 850 000 рублей, причинив последнему значительный материальный ущерб.

Из протокола допроса потерпевшего ФИО1 от <...> установлено, что вышеназванный кредитный договор был им оформлен <...> в офисе Банка ВТБ по указанию звонивших ему третьих лиц, представившихся сотрудниками правоохранительных органов и Банка ВТБ. Кредитные денежные средства были сняты им в банкомате, после чего перенаправлены через банкоматы по реквизитам иных лиц разными суммами.

Руководствуясь положениями статей 166, 178, 179 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), оценив имеющиеся в материалах дела доказательства и принимая во внимание последовательные действия истца по заключению кредитного договора, получению денежных средств и снятию их со счёта, суд пришёл к выводу, что ФИО1 при оформлении кредита понимал характер заключаемой сделки и имел намерение на её заключение, в связи с чем, учитывая отсутствие доказательств того, что банк знал или должен был знать о совершении истцом сделки под влиянием обмана, а заблуждение истца относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной, отказал в удовлетворении исковых требований ФИО1

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции как постановленными на основании исследованных доказательств при правильном применении норм материального права.

В силу пункта 1 статьи 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заёмщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заёмщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

Статьёй 820 ГК РФ установлено, что кредитный договор должен быть заключён в письменной форме.

Согласно пункту 2 статьи 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключён путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

Пунктом 1 статьи 160 ГК РФ установлено, что сделка в письменной форме должна быть совершена путём составления документа, выражающего её содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюдённой также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Из представленных ответчиком документов следует, что <...> ФИО1 обратился в Банк ВТБ с заявлением на предоставление комплексного обслуживания, подписанным собственноручно, в котором просил подключить пакет услуг «Мультикарта», предоставить доступ к ВТБ-Онлайн и открыть ему Мастер-счёт в рублях № <...>, заключить с ним договоры комплексного обслуживания, дистанционного банковского обслуживания, банковского счёта соответственно в порядке и на условиях, изложенных в Правилах комплексного обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), Правилах дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), Правилах совершения операций по счетам физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), Заявлении и Сборнике тарифов Банка ВТБ (ПАО). Также просил направлять ему SMS-сообщения, коды 3D-Secure, временный пароль для авторизации в ВТБ-Онлайн и юридически значимые сообщения на номер телефона, указанный в заявлении в качестве доверенного номера телефона.

В заявлении от <...>, также подписанном собственноручно, ФИО1 просил Банк ВТБ заключить с ним соглашение об использовании простой электронной подписи в гостевой версии мобильного приложения ВТБ-Онлайн в порядке и на условиях, изложенных в настоящем заявлении и Условиях использования простой электронной подписи.

<...> ФИО1 также обратился в Банк ВТБ с анкетой-заявлением на получение автокредита наличными, которая подписана простой электронной подписью.

Из протокола операции цифрового подписания следует, что данное заявление было оформлено ФИО1 в офисе Банка ВТБ № <...> (дополнительный офис «Биробиджанский» в г. Биробиджане), способ подписания электронного документа – aidSMS (ввод кода подтверждения).

Оспариваемый истцом кредитный договор № <...> от <...> был подписан ФИО1 простой электронной подписью в мобильном приложении ВТБ-Онлайн путём введения одноразового цифрового кода, направленного банком на доверенный номер телефона клиента посредством SMS-сообщения.

Согласно представленной ответчиком выписке по счёту истца за период с <...> по <...> на его счёт в Банке ВТБ № <...><...> зачислены денежные средства в соответствии с кредитным договором № <...> от <...>, которые в тот же день сняты им наличными в разных банкоматах г. Биробиджана.

Не оспаривая факт заключения вышеуказанного кредитного договора, ФИО1, полагая свои права нарушенными, просил признать договор недействительным.

Между тем, основания для признания кредитного договора недействительным отсутствуют, на что правильно указал суд первой инстанции, и таких оснований, в том числе по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает.

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Разъясняя эту правовую норму, Пленум Верховного Суда РФ в пункте 50 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указал, что по смыслу данной статьи при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В связи с этим в качестве элемента, имеющего ключевое значение для признания того или иного юридически значимого акта сделкой, закон и судебная практика принимают не столько истинную волю лица, составляющую внутреннюю, субъективную сторону, сколько внешнее проявление воли лица – волеизъявление, непосредственно порождающее определённые гражданско-правовые последствия.

Вопросы об истинной воле лица, о её отличии от волеизъявления, равно как и о свободном характере её формирования возникают только в строго определённых законом случаях, являющихся основаниями для признания заключённой лицом сделки недействительной в связи с теми или иными пороками воли или волеизъявления (недееспособность стороны, совершение сделки под влиянием заблуждения, обмана, насилия или угрозы либо неблагоприятных обстоятельств и прочее).

При этом в большинстве приведённых в законе случаев указанные пороки являются основанием не ничтожности, а оспоримости совершённых сделок, то есть эти пороки таковы, что законодатель допускает их оспаривание только ограниченным кругом лиц (стороной такой сделки или иным лицом, поименованным в законе) в исковом порядке в течение ограниченного срока исковой давности (статья 166, пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Более того, в определённых случаях возможность оспаривания таких сделок законодатель связывает с необходимостью оценки поведения другой стороны сделки, допуская признание её недействительной, только если контрагент знал или должен был знать о порочности (например, пункт 2 статьи 179 ГК РФ), а также позволяет сохранить сделку и даже в исключительных случаях признать ничтожную сделку действительной, если устранение обстоятельств порочности является возможным (пункт 4 статьи 178, пункт 2 статьи 171, пункт 2 статьи 172 ГК РФ соответственно).

ФИО1 в качестве оснований исковых требований о признании кредитного договора недействительным ссылался на заключение его под влиянием обмана и заблуждения. Однако доказательств, с достоверностью подтверждающих названные обстоятельства заключения кредитного договора, истцом вопреки требованиям статьи 56 ГПК РФ не представлено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершённая под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Сделка, совершённая под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось её представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что сделка, совершённая под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции сделан верный вывод об отсутствии оснований для признания недействительным оспариваемого истцом кредитного договора, как сделки, совершённой под влиянием обмана.

С учётом обстоятельств дела, обман истца со стороны Банка ВТБ относительно заключаемого кредитного договора отсутствовал, условия договора доведены до него в полном объёме, решение о заключении договора ФИО1 принято самостоятельно, полученными денежными средствами он распорядился по своему усмотрению, сняв их наличными и осуществив затем переводы денежных средств через банкоматы иным лицам.

Оснований для принятия повышенных мер предосторожности у банка не имелось, поскольку кредитный договор был заключён в предусмотренных законом и ранее достигнутых соглашением сторон порядке и форме, посредством подписания документов электронными подписями после согласования существенных условий договора в офисе банка. Распоряжение заёмщиком полученными денежными средствами после снятия их наличными в банкоматах находится вне зоны ответственности банка.

Доказательств того, что банк знал или должен был знать об обмане истца третьими лицами, материалы дела не содержат и истцом таковых не представлено. О том, что заключает кредитный договор под влиянием третьих лиц, сотруднику банка он не сообщал, что подтвердил истец в судебном заседании апелляционной инстанции. Кроме того, факт формирования решения истца по заключению кредитного договора под влиянием третьих лиц не свидетельствует о незаконности действий банка, его осведомлённости об указанных обстоятельствах, не влечёт недействительности сделки, так как истец не имел никаких препятствий, чтобы по собственной воле отказаться от заключения кредитного договора.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что при оформлении кредитного договора в офисе банка его заявка на получение кредита уже была одобрена, о чём знал сотрудник банка, судебной коллегией отклоняются как несостоятельные, поскольку опровергаются представленными ответчиком документами, из которых следует, что ФИО1 ранее клиентом Банка ВТБ не являлся, договор комплексного банковского обслуживания был впервые им заключён <...> при личной явке в офис «Биробиджанский» в г. Биробиджане, поэтому, как следует из пояснений представителя ответчика, в отсутствие персональных данных клиента заявка на кредит не могла быть сформирована и одобрена заранее.

Кроме того, представленный истцом в материалы дела документ № <...> от <...>, содержащий сведения о том, что ему Банком ВТБ одобрена заявка на получение кредитных средств по программе кредитования «Автокредит наличными», был направлен ему лицами, с которыми он общался по телефону, совершившими в отношении него мошеннические действия, что отражено в протоколе допроса ФИО1 от <...> в качестве потерпевшего по уголовному делу.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы истца о заключении кредитного договора под влиянием заблуждения, судебная коллегия исходит из следующего.

Защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена под влиянием заблуждения, обеспечивает статья 178 ГК РФ, в соответствии с пунктом 1 которой сделка, совершённая под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Таким образом, не всякое заблуждение признаётся пороком сделки, а лишь существенное, то есть при отсутствии которого сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку вовсе.

Раскрывая понятие существенности заблуждения, законодатель в пункте 2 данной статьи приводит открытый перечень обстоятельств, заблуждение относительно которых полагает существенным, заслуживающим при наличии прочих предпосылок являться основанием для признания сделки недействительной, а в пункте 3 статьи устанавливает, что заблуждение относительно мотивов сделки (обстоятельств, характеризующих её основной мотив) таким основанием не считает.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным, подлежит исследованию в каждом конкретном деле.

При этом оценке подлежит также то обстоятельство, проявил ли истец требовавшуюся в таких обстоятельствах осмотрительность при совершении оспариваемой им сделки.

Заблуждение относительно правовых последствий сделки, наравне с заблуждением относительно её мотивов, не является основанием для признания сделки недействительной по статье 178 ГК РФ.

Таким образом, заблуждение ФИО1 относительно мотивов сделки, полагавшего, что он заключает оспариваемый кредитный договор для пресечения совершаемых в отношении него мошеннических действий, равно как и его заблуждение относительно последствий сделки, то есть в том, что кредитный договор будет аннулирован, в данном случае основанием для признания кредитного договора недействительным являться не может.

В целом доводы апелляционной жалобы истца не содержат указания на обстоятельства, которые не были проверены или не были учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, а направлены исключительно на переоценку собранных по делу доказательств.

При таких обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным, правовых оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Биробиджанского районного суда ЕАО от 25.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий Ю.Г. Золотарева

Судьи А.А. Никитченко

В.Ю. Тараник

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 30.01.2026.