Приговор № 1-277/2018 от 7 ноября 2018 г. по делу № 1-277/2018

Дело № 1-277/2018 копия


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

8 ноября 2018 года город Пермь

Пермский районный суд Пермского края в составе председательствующего Лобастовой О.Е.,

при секретаре судебного заседания Щербаковой О.О.,

с участием государственного обвинителя прокуратуры Пермского района Пермского края Пермякова А.В.,

потерпевших ФИО28

представителя потерпевших ФИО23

подсудимого ФИО2,

защитника – адвоката Мухачева А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Пермского районного суда Пермского края уголовное дело в отношении

ФИО2 ФИО24

в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживавшегося, 17 сентября 2018 года избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ,

установил:

28 апреля 2018 года около 00 часов 19 минут ФИО2, управляя автомобилем <данные изъяты> двигался по автодороге «Пермь-Екатеринбург» на территории Пермского района Пермского края со стороны г. Перми в направлении г. Екатеринбурга. Двигаясь в указанном направлении по участку 47-48 километра автодороги «Пермь-Екатеринбург» на территории Пермского района Пермского края, ФИО2, проявляя преступное легкомыслие и игнорируя требования дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ, запрещающего движение со скоростью, превышающей указанную на знаке 50 километров в час, а также осознавая, что грубо нарушает требования п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, предписывающего, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения, скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, а при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, не учитывая особенности грузового транспортного средства, а также наличие сложных дорожных и метеорологических условий в виде темного времени суток, мокрого асфальтового покрытия проезжей части с сужением и изгибом дороги, выбрал скорость 88 километров в час, превышающую установленное ограничение, которая не обеспечивала безопасность движения управляемого им автомобиля <данные изъяты> что не давало ему возможность осуществлять постоянный контроль за изменением дорожной обстановки и за безопасностью дорожного движения. При этом ФИО2, игнорируя требования дорожных знаков 1.20.3 «Сужение дороги» (слева), 1.20.2 «Сужение дороги» (справа), 1.21 «Двустороннее движение» и 5.6 «Конец дороги с односторонним движением» Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ, предупреждающих водителей о приближении к опасному участку дороги, движение по которому требует принятие мер, соответствующих обстановке, не снизил скорость своего движения, в результате чего, проезжая участок дороги с двусторонним движением, имеющий закругления границ проезжей части, потерял контроль за движением управляемого им транспортного средства и в нарушение требований п. 9.1 Правил дорожного движения РФ, предписывающего, что количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств), п. 9.10 Правил дорожного движения РФ, обязывающего водителя соблюдать необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, выехал на левую сторону, предназначенную для встречного движения, где, не соблюдая безопасный боковой интервал, создал опасность при встречном разъезде транспортных средств, в связи с чем по неосторожности допустил столкновение передней левой и левой боковой частью автомобиля <данные изъяты> с передней левой и левой боковой частью автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО29 двигавшегося во встречном направлении по своей полосе движения.

В результате дорожно-транспортного происшествия и допущенных ФИО2 нарушений требований п. 9.1, п. 9.10 и п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, а также требований дорожных знаков 1.20.2, 1.20.3, 1.21, 3.24 и 5.6 Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ водителю автомобиля «<данные изъяты> ФИО7 была причинена смерть, которая наступила на месте дорожно-транспортного происшествия в результате тупой сочетанной травмы тела, которую составляют следующие повреждения: закрытая черепно-мозговая травма: кровоизлияние в мягкие ткани головы, субарахноидальные кровоизлияния, деструктивный отек головного мозга, тяжелая дистрофия нейронов головного мозга; закрытая травма груди: полные косо-поперечные переломы 6-10 ребер слева по среднеключичной линии и 5-9 ребер справа по среднеключичной линии с повреждением плевры, ушиб легких; закрытая травма живота: гемоперитонеум (200 мл), разрыв селезенки, множественные разрывы (не менее 14) левой доли печени, кровоизлияния в печень; оскольчатый открытый перелом левого надколенника; множественные скальпированные и ушибленные раны, ссадины и кровоподтеки головы, туловища, конечностей; острая массивная кровопотеря, малокровие внутренних органов. Тупая сочетанная травма тела у ФИО7 сопровождалась развитием деструктивного отека головного мозга и острой массивной кровопотерей и привела к смерти пострадавшего. Тупая сочетанная травма тела по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Подсудимый ФИО2 вину в совершенном преступлении не признал. Пояснил, что с февраля 2018 года работал водителем в ООО «Макаронные изделия», управлял автомобилем <данные изъяты> 26 апреля 2018 года он, получив путевой лист, выехал из г. Челябинск в г. Пермь. Он прошел осмотр у медицинского работника, автомобиль был осмотрен механиком, технически исправен. Приехав в г. Пермь, он отдыхал более двенадцати часов, после чего ночью 27 апреля 2018 года он на указанном автомобиле с полуприцепом выехал в сторону г. Челябинск. Автомобиль был пустой. На улице было темно, шел дождь, дорожное покрытие мокрый асфальт, видимость была ограничена. Некоторые знаки он мог не увидеть, так как те были грязные. Когда он двигался в крайней правой полосе по автомагистрали, скорость его автомобиля была около 80 километров в час, на автомагистрали имелось искусственное освещение. Приближаясь к сужению дороги, он сбросил скорость, двигался «накатом», начинался темный участок дороги, без освещения. Какая была дорожная разметка, не знает, так как ее было плохо видно. После магистрали имелся поворот влево, потом вправо, которые он проехал, после чего стал двигаться по прямому участку дороги по своей полосе движения. Он ориентировался по точке в кабине, которая указывает расположение машины относительно правой обочины. От обочины до колеса с правой стороны было около 40-50 сантиметров. Выехав на дорогу с двусторонним движением, он увидел, как на него движется грузовой автомобиль, фары которого его ослепили. Он не видел, как данный автомобиль выезжал на его сторону движения, но фары данного автомобиля были направлены на него. Встречный автомобиль поднимался в горку, он двигался на небольшом спуске. Увидев, что встречный автомобиль движется прямо на него, во избежание столкновения он повернул руль вправо, после чего услышал хруст досок. Столкновение произошло левыми углами полуприцепов. Очнулся, когда свисал из кабины своего автомобиля. Он на полосу встречного движения не выезжал, Правил дорожного движения не нарушал. Почему свидетели обвинения говорят иное, пояснить не может. Полагает, что водитель встречного автомобиля (ФИО7) уснул, а когда увидел его автомобиль, не успел разъехаться. Считает, что ФИО7 погиб в результате отрыва кабины тягача и ее удара о землю под натиском мешков с комбикормом, которые перевозил ФИО7, а повреждения у последнего возникли в результате применения ремней безопасности. Его прицеп не мог выехать на полосу встречного движения, двух ударов, о которых говорят свидетели, не было. Столкновение было только углами прицепов, возможно, после этого кабину его машины ударило о борт машины ФИО7 Когда автомобиль порожний, тягач и прицеп двигаются как целый, если автомобиль груженый, то при малейшем движении руля машина начинает складываться. Скорость движения его автомобиля на изгибе дороги при выезде с автомагистрали не могла быть 80 километров в час, поскольку с такой скоростью он не смог бы пройти поворот, не успел бы повернуть. Причину нахождения автомобиля под управлением ФИО7 на правой обочине по ходу движения ФИО7 объяснил тем, что после столкновения полуприцеп его автомобиля был оторван от тягача, следовательно, тормозные шланги были оторваны, поэтому прицеп сразу встал на стояночный тормоз, а посередине прицеп встал на подъемник (подобие домкрата). Поэтому прицеп в таком состоянии сдвинул груженый автомобиль под управлением ФИО7 Повреждения на кабине его тягача со стороны водительской двери имелись до произошедшего ДТП.

Несмотря на такую позицию подсудимого, его вина в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора, подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Так, потерпевшая Потерпевший №2 показала, что ФИО7 приходится ей сыном. 23 апреля 2018 года ФИО7 уехал в командировку. 27 апреля 2018 года в ходе телефонного разговора ФИО7 ей сообщил, что едет домой и 28 апреля 2018 года будет в г. Чайковский. 28 апреля 2018 года сын на ее звонки не отвечал. 29 апреля 2018 года Свидетель №1 сообщил, что сын погиб в ДТП. В этот же день она приехала на место ДТП, где увидела, что автомобиль сына находится на обочине, детали от автомобилей и груз (мешки) лежали на обочине и в канаве, расположенной по этой же стороне. Примерно с 2008-2009 годов сын проживал с Потерпевший №1, в 2010 году у них родился совместный ребенок, они вели совместное хозяйство, вместе проживали. Потерпевший №1 её называет мамой. Смертью сына ей причинены физические и нравственные страдания.

Потерпевшая Потерпевший №3 пояснила, что ФИО7 является ее родным братом. ФИО7 проживал с Потерпевший №1, у них есть совместный ребенок, они вели общее хозяйство, приобрели квартиру. Потерпевший №1 является членом их семьи. ФИО7 занимался грузоперевозками. Когда ФИО7 стал работать на машине <данные изъяты> очень этому радовался, поскольку машина была хорошая, новая. 29 апреля 2018 года от Потерпевший №2 она узнала, что брат погиб в ДТП. Смертью брата ей причинны физические и нравственные страдания.

Из показаний потерпевшей Потерпевший №1 следует, что на протяжении 13 лет она проживала с ФИО7, брак заключен не был, у них есть совестный ребенок ДД.ММ.ГГГГ года рождения. С ФИО7 они проживали вместе, вели общее хозяйство, имели общий бюджет. ФИО7 содержал семью, её и двух сыновей (один от ее первого брака). ФИО7 она считает своим мужем, Потерпевший №2 называет мамой. С октября 2017 года ФИО25 занимался грузоперевозками на автомобиле <данные изъяты> 27 апреля 2018 года ФИО30. по телефону ей сообщил, что в г. Чайковский приедет 28 апреля 2018 года, о неисправностях автомобиля не говорил. ФИО7 всегда проверял автомобиль перед рейсом. Позже Потерпевший №2 сообщила, что ФИО7 погиб.

Свидетель Свидетель №4 суду пояснил, что 27 апреля 2018 года он двигался в качестве водителя на автомобиле <данные изъяты> из <адрес> в <адрес> по автодороге Пермь-Екатеринбург. В их автомобиле находилось шестеро человек (автомобиль семиместный) он, Свидетель №2, Свидетель №5 с супругой, Свидетель №7 и Свидетель №8 Около 00.00 часов, подъезжая к п. Кукуштан, он двигался за фурой – грузовой автомобиль с прицепом, который ехал прямо, посередине полосы, не вилял, никаких маневров не совершал. Он (Свидетель №4) двигался ближе к правой обочине, ориентировался по краю проезжей части. Дорога в указанном месте имеет две полосы движения, по одной в каждом направлении. Впереди была дорога с разделительной полосой, где имелось освещение, поэтому участок дороги, по которому он двигался, был освещен. Подъезжая к участку дороги с разделительной полосой, он увидел, как на встречу, на впередиидущий автомобиль, который ехал перед ними, достаточно быстро едет грузовой автомобиль, который выехал с автомагистрали. Водитель встречного грузового автомобиля стал вытягивать кабину вправо, совершая маневр вправо, и левым краем кабины столкнулся с прицепом впередиидущей машины. При этом впередиидущая машина на встречную полосу движения не выезжала. После удара прицеп встречного автомобиля стал складываться, его стало заносить на впередиидущую машину, после чего снова произошло столкновение. ФИО4 встречного автомобиля после столкновения остановилась в конце прицепа впередиидущей фуры, посередине дороги. Прицеп встречного автомобиля остановился по диагонали дороги, перегородив ее. У впередиидущей машины кабина была сплющена. Осыпь стекла и пластика находилась преимущественно на полосе движения автомобиля ФИО7

Свидетель Свидетель №2, подтвердив свои показания, данные в ходе предварительного следствия (т.2 л.д.218-221), пояснила, что в ночь с 27 на 28 апреля 2018 года она двигалась в качестве пассажира на автомобиле под управлением Свидетель №4 из г. Екатеринбург в г. Пермь. В машине находились шестеро человек. В районе п. Кукуштан перед их автомобилем ехала фура – автомобиль с прицепом. Они двигались со скоростью примерно 80-90 километров в час. Дорога в указанном месте имеет две полосы движения, по одной полосе в каждом направлении. От находящейся впереди магистрали имелось освещение. Впередиидущий грузовой автомобиль двигался прямо, по своей полосе движения, на встречную полосу движения не выезжал, не вилял, она видела его габаритные огни. Приближаясь к дороге с двухсторонним движением, она увидела, как встречная фура резко стала выезжать на их полосу движения. Произошло столкновение двух грузовых автомобилей, удар пришелся в прицеп впередиидущей машины. Встречную фуру развернуло и понесло на их машину, кабина встречной фуры остановилась перед ними и из нее выпал водитель. После столкновения прицеп встречной фуры стоял поперек дороги. Столкновение произошло на полосе движения их автомобиля. Где были расположены осколки и детали от машин, она не видела, но на встречной для них полосе движения их не было, так как именно по встречной полосе движения они объезжали столкнувшиеся автомобили.

Свидетель Свидетель №5, подтвердив свои показания, данные в ходе предварительного следствия (т.2 л.д.131-135), показал, что 28 апреля 2018 года около 01-00 часа он двигался на автомобиле «Тойота» под управлением Свидетель №4 в г. Пермь со стороны г. Екатеринбург, на переднем пассажирском сиденье по дороге с двусторонним движением, в машине кроме него было еще пятеро человек. В районе п. Кукуштан на расстоянии около 20-30 метров они двигались за фурой, которая шла тяжело, на ней были включены габаритные огни. Движущаяся перед ними фура ехала прямолинейно по своей полосе движения, за которой они также двигались прямолинейно по своей полосе движения. Он видел, как со встречной полосы движения выехала фура, состоящая из тягача и прицепа, которая не вписалась в свою полосу движения. Эта фура стала заворачивать влево по ходу своего движения, после чего вправо, машину стало складывать, прицеп данной машины стал двигаться в сторону их автомобиля, то есть на встречную полосу движения, в этот момент кабина была направлена в сторону их автомобиля <данные изъяты> после чего произошло столкновение. Удар пришелся либо прицепом, либо левой частью тягача в кабину встречного автомобиля. Столкновение произошло на их полосе движения, то есть на полосе движения автомобиля <данные изъяты> Фура, которая двигалась перед ними, до столкновения и в момент столкновения находилась на своей полосе движения. Границы проезжей части и обочин были отчетливо видны и справа, и слева, поэтому видимость в свете фар была хорошая по всей ширине дороги.

Свидетель Свидетель №7 дала показания о том, что ночью 28 апреля 2018 года она в качестве пассажира ехала в автомобиле <данные изъяты> под управлением Свидетель №4 в г. Пермь со стороны г. Екатеринбург. Она сидела посередине заднего сиденья, смотрела на дорогу. Асфальт был мокрый, моросил дождь, было освещение от находящейся впереди автомагистрали. Дорога имела две полосы движения, по одной в каждом направлении. В районе п. Кукуштан они двигались за фурой с прицепом, который ехал медленно. Их автомобиль и фура двигались прямо, по своей полосе, на встречную полосу движения не выезжали. В какой-то момент на их полосу движения выехал грузовой автомобиль, прицеп которого ударился о впередиидущую фуру. Сам момент столкновения она не видела, но слышала звук удара. После удара в сторону их машины юзом двигался тягач в сложенном виде, а прицеп еще один раз ударился о впередиидущую машину. Столкновение произошло на их полосе движения. Показания, данные в ходе следствия (т.2 л.д.142-145), свидетель Свидетель №7 подтвердила, уточнив, что до того, как встречный автомобиль поехал в сторону их автомобиля, она его (встречный автомобиль) не видела.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №8 28 апреля 2018 года около 00 часов 30 минут он двигался на заднем сиденье за водителем на автомобиле под управлением Свидетель №4 из г. Екатеринбург в г.Пермь. Впереди их машины двигалась фура - тягач и прицеп, которая двигалась по правой полосе движения, прямолинейно, на полосу встречного движения не выезжала, он видел включенные габариты данной фуры. Он понимал, что их машина едет по своей полосе движения, так как ориентировался по правой разметке, расположенной вдоль обочины. Примерно в двухстах метрах перед началом разделения дороги на многополосную, в месте сужения дорог со стороны г. Пермь, он увидел встречную фуру, которая двигалась в бок фуры, двигающейся впереди по их полосе. Встречный автомобиль (фура) двигался поперек движения их автомобиля и впередиидущего грузового автомобиля. Произошло столкновение на полосе движения, по которой двигался их автомобиль. После столкновения встречный тягач стоял наискосок и был направлен в г. Екатеринбург и его левая часть находилась на встречной полосе либо посередине проезжей части. Осыпь стекла и пластика была расположена на середине дороги, но большая часть на их полосе движения. Перед столкновением попутно двигающийся перед ними грузовой автомобиль на встречную полосу движения не выезжал, никаких маневров не совершал, двигался перед ними, а они двигались четко по своей полосе движения вдоль правой обочины.

Из показаний свидетеля Свидетель №6 установлено, что ранее она занимала должность следователя в отделе полиции по Пермскому району. 28 или 29 апреля 2018 года она выезжала на место ДТП, произошедшее на 47-48 километре автодороги Пермь-Екатеринбург, данный участок дороги является местом окончания автомагистрали. Погода была пасмурная, дорожное покрытие мокрый асфальт. На месте ДТП было два грузовых автомобиля, оба находились на левой полосе движения, если двигаться в сторону г. Екатеринбург. Один автомобиль был на обочине дороги, направлен в сторону г. Перми. Второй автомобиль находился на полосе движения дороги в сторону г. Перми, поперек проезжей части. Осыпь и вывалившийся груз находились преимущественно на левой полосе дороги и обочины по направлению в г. Екатеринбург. Ею был составлен протокол осмотра места происшествия, в котором было зафиксировано все увиденное, до осмотра автомобили не передвигались. Составленная схема места происшествия соответствует фактической обстановке. В постановлении о назначении судебно-медицинской экспертизы ею была допущена описка в фамилии ФИО7, пропущена буква, фактически экспертиза проведена в отношении этого человека.

Свидетель Свидетель №1 пояснил, что в его собственности имеется автомобиль «<данные изъяты> которыми по договору аренды управлял ФИО7 Перед рейсами автомобиль всегда осматривался водителем и помощником, технический осмотр пройден, автомобиль был исправен. Последний раз он разговаривал с ФИО7 27 апреля 2018 года, тот сообщил, что загрузил груз в г.Челябинск и направляется домой, о неисправностях машины не сообщал. 28 апреля 2018 года около 2-3 часов ночи ему позвонил следователь и сообщил, что около п. Кукуштан Пермского района произошло ДТП, водитель ФИО7 погиб. Приехав на место ДТП, увидел, что оба автомобиля – <данные изъяты> с полуприцепом находятся на правой стороне по ходу движения в сторону г. Перми. Автомобиль <данные изъяты> с полуприцепом стоял на обочине, был направлен в сторону г. Пермь, тягач был полностью разбит. Автомобиль <данные изъяты> стоял на этой же стороне, но направлен был в сторону г. Екатеринбург. Полуприцеп от автомобиля <данные изъяты> находился отдельно. У автомобиля <данные изъяты> было выбито стекло, водительская дверь была повреждена, задняя ось оторвана. Здесь же на обочине были расположены запчасти от автомобилей. Участок дороги в месте ДТП расположен около 100 метров от магистрали, имеет две полосы движения по одной в каждом направлении, которые разделены сплошной линией дорожной разметки. В данном месте дорога из г. Перми в г. Екатеринбург имеет поворот влево, небольшой спуск, а дорога в противоположном направлении прямая, конец подъема.

Допрошенный в качестве свидетеля Свидетель №3 дал показания от том, что он уполномочен представлять интересы ООО «Макаронные изделия» (МАКИЗ). ФИО3 является водителем ООО «Макаронные изделия», с которым заключен трудовой договор. От руководителя ООО «Макаронные изделия» ему стало известно, что 28 апреля 2018 года в Пермском крае произошло дорожно-транспортное происшествие, участником которого является водитель ФИО3, который двигался на автомобиле «<данные изъяты> собственником которого является ООО «Макаронные изделия» (т.2 л.д.55-57).

Из протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия следует, что 28 апреля 2018 года осмотрен 48 километр автодороги «Пермь - Екатеринбург». Установлено, что дорога имеет по одной полосе движения в каждом направлении. Автомобиль <данные изъяты> находится на левой полосе дороги по ходу движения в сторону г. Екатеринбург на обочине, передней частью в сторону г. Пермь. ФИО4 полностью повреждена и находится передней панелью на земле, полуприцеп стоит на колесах параллельно обочине. Автомобиль «<данные изъяты> расположен на середине дороги поперек, передняя часть обращена к левой обочине. <данные изъяты> расположен поперек проезжей части, передней частью к левой обочине. У автомобиля <данные изъяты> полностью деформирована кабина, полуприцеп имеет повреждения преимущественно левой части. Автомобиль <данные изъяты> имеет повреждения передней части кузова, разбито лобовое стекло, полуприцеп имеет повреждения левой боковой части (том 1 л.д.4-25). На месте происшествия имеется след сдвига от переднего правого колеса автомобиля <данные изъяты> осыпь стекла и пластика между автомобилями, среди осыпи множество мешков с комбикормом, а также рассыпанный комбикорм. Осыпи и мешки с комбикормом расположены на левой полосе движения, обочине по ходу движения в сторону г. Екатеринбург. Перед кабиной автомобиля <данные изъяты> обнаружен труп ФИО7 По ходу движения со стороны г. Перми в направлении г. Екатеринбурга имеются дорожные знаки 5.6 «Конец дороги с односторонним движением», 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (50, далее 70 километров в час), 1.21 «Двустороннее движение», 1.20.3 «Сужение дороги» (слева), 1.34.2 «Направление поворота» Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ (т.1 л.д.4-25).

При дополнительном осмотре места дорожно-транспортного происшествия установлено, что по ходу осмотра указанного участка автодороги со стороны г. Перми в направлении г. Екатеринбург проезжая часть предназначена для одностороннего движения с асфальтовым покрытием, имеет три полосы движения, справа имеется дорожный знак 5.15.5 «Конец полосы» Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ, за которым также установлены дорожные знаки 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (70 километров в час), 1.21 «Двустороннее движение», 1.20.3 «Сужение дороги» (слева), 1.20.2 «Сужение дороги» (справа), 5.6 «Конец дороги с односторонним движением» Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ. Далее проезжая часть дороги с асфальтовым покрытием имеет две полосы движения, на левой полосе движения имеется разметка 1.19 в виде стрелки вправо, предупреждающей о приближении к сужению проезжей части (участку, где уменьшается количество полос движения в данном направлении). Затем участок дороги сужается и переходит в одну полосу движения, где также установлены дорожные знаки 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (50 километров в час) и 5.15.6 «Конец полосы» Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ, после которых также имеются дорожные знаки 1.34.2 «Направление поворота» (направление объезда ремонтируемого участка дороги налево) Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ, а проезжая часть имеет одну полосу движения с изгибом дороги в виде закругления проезжей части влево и вправо с переходом дороги с двусторонним движением, то есть начинается участок дороги (проезжей части) в направлении г. Екатеринбурга со встречным движением, где имеется дорожная разметка 1.1 Приложения 2 к Правилам дорожного движения РФ, разделяющая транспортные потоки противоположных направлений. В ходе осмотра места происшествия произведены замеры ширины полос обоих направлений движения, замерено расстояние до места, где было зафиксировано переднее правое колесо автомобиля «Ман» в схеме места ДТП от 28 апреля 2018 года, установлены данные закругленного участка дороги (т.1 л.д.143-152).

Согласно протокола осмотра у транспортного средства «<данные изъяты> зафиксированы повреждения лобового стекла, капота, переднего бампера, заднего моста, рамы, левой двери, кабины (т.1 л.д.26-28). Автомобиль имеет многочисленные повреждения и деформации аварийного характера преимущественно передней левой и левой боковой части кузова, в том числе, повреждена левая передняя часть капота, разбито переднее ветровое стекло с частичным отсутствием материла (стекла) в левой части, повреждено левое зеркало заднего вида, сломано переднее левое крыло, повреждена левая дверь кабины, поврежден передний бампер с отсутствием материала бампера в левой части, повреждена левая часть кузова кабины, где обнаружено наслоение краски красного цвета, повреждены части и элементы подвески переднего левого колеса, оторвана от основания кузова тягача задняя ось с элементами подвески, имеются повреждения шин и дисков спаренных левых колес задней оси тягача, повреждены левое и правое крыло тягача. При осмотре салона кабины автомобиля <данные изъяты> обнаружена деформация рулевого колеса с потерей первоначальной формы, повреждена передняя панель с приборами (спидометр, тахометр и т.д.) в виде смещения с мест крепления. Над водительским сиденьем обнаружено и изъято регистрирующее устройство тахограф. Неисправностей тормозной системы, возникших до дорожно-транспортного происшествия и влияющих на эффективность торможения, не обнаружено. Рулевое колесо имеет повреждения в виде деформации с потерей первоначальной формы. Неисправности рулевого управления, которые могли возникнуть до дорожно-транспортного происшествия и повлиять на управляемость с потерей устойчивости автомобиля, не обнаружены. Задняя ось автомобиля имеет повреждения в виде ее полного отрыва с мест крепления от основания тягача. Левые колеса имеют повреждения аварийного характера. Полуприцеп имеет многочисленные повреждения и деформации преимущественно передней левой части, в том числе, в виде смятия металла и деформации частей с потерей первоначальной формы жестких элементов основания кузова передней левой части полуприцепа, где также обнаружена осыпь комбикорма, повреждена и разрушена конструкция бортовой платформы полуприцепа (т.2 л.д. 59-83).

Согласно протокола осмотра транспортного средства у автомобиля <данные изъяты> имеются повреждения кабины, рамы, шасси (т.1 л.д.29-32). Автомобиль имеет многочисленные повреждения и деформации преимущественно передней и левой боковой части кузова, в том числе, поврежден капот, разбито переднее ветровое стекло с отсутствием материла (стекла), повреждены передние правое и левое крыло, многочисленные повреждения моторного отсека, повреждены правая и левая дверь кабины, многочисленные повреждения крыши кабины и переднего бампера, повреждены левая и правая часть кузова кабины, передняя приборная панель салона автомобиля, деформировано рулевое колесо, повреждено переднее левое колесо с элементами подвески, деформирован бензобак с потерей первоначальной формы, установленный в левой боковой части кузова тягача, повреждено заднее левое крыло, на шине левого колеса задней оси имеются следы притертости, повреждены части и элементы двигателя, повреждено заднее правое крыло. При осмотре тормозной системы автомобиля установлено, что неисправностей тормозной системы автомобиля <данные изъяты> возникших до дорожно-транспортного происшествия и влияющих на эффективность торможения, не обнаружено. Неисправности рулевого управления автомобиля <данные изъяты> которые могли возникнуть до дорожно-транспортного происшествия и повлиять на управляемость с потерей устойчивости автомобиля, не обнаружены. Признаков движения поврежденных колес автомобиля <данные изъяты> без избыточного давления воздуха до дорожно-транспортного происшествия не обнаружено. <данные изъяты> имеет многочисленные повреждения и деформации преимущественно передней левой части, в том числе, в виде смятия металла и деформации частей с потерей первоначальной формы жестких элементов основания кузова, повреждена и разрушена конструкция бортовой платформы полуприцепа, на элементе жесткого металлического каркаса левой боковой части кузова полуприцепа обнаружены многочисленные царапины и сколы, на шинах левых колес трех осей полуприцепа имеются следы притертости, на левом колесе передней оси имеются замятия диска колеса с повреждением его крыла. Каких-либо неисправностей тормозной системы полуприцепа, возникших до дорожно-транспортного происшествия и влияющих на эффективность торможения, не обнаружено (т.2 л.д.1-16).

Путевой лист № 653 от 26 апреля 2018 года выдан ООО «Макаронные изделия» водителю ФИО2 на междугородную перевозку груза из г. Челябинска в г. Пермь на автомобиле <данные изъяты> (т.2 л.д.34). Согласно командировочному удостоверению работник ООО «Макаронные изделия» ФИО2 командировался 26 апреля 2018 кода в г. Пермь (т.2 л.д.35). Между ФИО2 и ООО «Макаронные изделия» заключен трудовой договор (т.2 л.д.38-41, 42-43).

Согласно схемы размещения технических средств организации дорожного движения на участке 47-48 километр автодороги «Пермь-Екатеринбург» перед началом сопряжения дорог по ходу движения со стороны г. Пермь в направлении г. Екатеринбург установлены дорожные знаки 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (50 километров в час), 5.6 «Конец дороги с односторонним движением» Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ, а также предусмотрена дорожная разметка 1.1 и 1.2 Приложения 2 к Правилам дорожного движения РФ (т.2 л.д.89-91).

В ходе осмотра тахографа, изъятого из автомобиля «Ман» была распечатана информация за период с 27 апреля 2018 года по 28 апреля 2018 года, извлечена пластиковая карта водителя на имя ФИО2, на которой сформирован отчет по смене с 19 часов 31 минуты 27 апреля 2018 года до 00 часов 19 минут 28 апреля 2018 года, зафиксирована деятельность транспорта с <данные изъяты> За указанный период в последней графе была зафиксирована деятельность по управлению автомобилем в 23 часа 20 минут по 00 часов 19 минут. На одной ленте тахографа имеются графические данные относительно скорости движения транспортного средства, согласно которых перед дорожно-транспортным происшествием (падением скорости до 0 километров в час) 28 апреля 2018 года в 00 часов 19 минут скорость движения автомобиля <данные изъяты> составляла 88 километров в час (т.2 л.д.99-107, 109).

Из заключения судебной медицинской экспертизы № 2324 от 25 мая 2018 года следует, что у ФИО7 имелась тупая сочетанная травма тела, которую составляют следующие повреждения: закрытая черепно-мозговая травма: кровоизлияние в мягкие ткани головы, субарахноидальные кровоизлияния, деструктивный отек головного мозга, тяжелая дистрофия нейронов головного мозга; закрытая травма груди: полные косо-поперечные переломы 6-10 ребер слева по среднеключичной линии и 5-9 ребер справа по среднеключичной линии с повреждением плевры, ушиб легких; закрытая травма живота: гемоперитонеум (200 мл), разрыв селезенки, множественные разрывы (не менее 14) левой доли печени, кровоизлияния в печень; оскольчатый открытый перелом левого надколенника; множественные скальпированные и ушибленные раны, ссадины и кровоподтеки головы, туловища, конечностей; острая массивная кровопотеря, малокровие внутренних органов. Тупая сочетанная травма тела у ФИО7 сопровождалась развитием деструктивного отека головного мозга и острой массивной кровопотерей и привела к смерти пострадавшего.Тупая сочетанная травма тела у ФИО7, судя по своим морфологическим свойствам, локализации и взаиморасположению составляющих ее повреждений, образовалась от ударных и плотно-скользящих воздействий твердых тупых предметов (предмета), возможно, частей салона транспортного средства при дорожно-транспортном происшествии. Тупая сочетанная травма тела ФИО7 по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью (т.1 л.д.37-46).

Согласно заключения судебной автотехнической экспертизы № 625 от 31 июля 2018 года на автопоезде в составе автомобиля <данные изъяты> какие-либо технические неисправности, которые могли повлечь потерю курсовой устойчивости, не обнаружены. Столкновение автомобилей <данные изъяты> произошло на стороне проезжей части, предназначенной для движения в направлении г. Пермь (на полосе движения автомобиля <данные изъяты> с полуприцепом). В процессе столкновения автомобиль <данные изъяты> передней левой и левой боковой частью тягача контактировал с левой боковой частью автомобиля <данные изъяты> и передней левой частью <данные изъяты> В свою очередь, автомобиль <данные изъяты> передней левой и передней левой боковой частью тягача контактировал с передней левой и левой боковой частью <данные изъяты> При этом продольные оси тягачей <данные изъяты> на момент первоначального контактирования относительно друг друга располагались под тупым углом примерно 170°. Автомобиль <данные изъяты> в момент первичного удара двигался с частичным выездом (левой стороной тягача) на сторону проезжей части, предназначенную для встречного движения. Предельно допустимая скорость автомобиля <данные изъяты> в данной дорожной обстановке (при которой возможно наступление бокового заноса) составляет примерно 67,2 километра в час. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации для обеспечения безопасности движения водитель автомобиля «<данные изъяты> ФИО2 должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.3 и 10.1 абзац 1 Правил дорожного движения; водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО7 - требованиями пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения. С технической точки зрения, возможность предотвращения столкновения зависела от выполнения водителем автомобиля <данные изъяты> требований пунктов 1.3 и 10.1 абзац 1 Правил дорожного движения. С технической точки зрения действия водителя автомобиля <данные изъяты> не соответствовали требованиям пунктов 1.3 и 10.1 абзац 1 Правил дорожного движения. Решение вопроса о технической возможности предотвращения происшествия водителем автомобиля <данные изъяты>, а также решение вопроса о соответствии или несоответствии его действий требованиям пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения не имеет технического смысла по причинам, поскольку ни снижение скорости автомобиля «<данные изъяты>, ни его остановка не исключают возможности столкновения с автомобилем «<данные изъяты>, движущимся без торможения. С технической точки зрения действия водителя автомобиля «<данные изъяты>», несоответствующие требованиям безопасности движения, находятся в причинной связи с данным дорожно-транспортным происшествием (т.1 л.д.110-139).

Оценив представленные доказательства, как каждое в отдельности, так и всю их совокупность, проверив их путем сопоставления друг с другом, проанализировав на предмет относимости, допустимости и достоверности, а их совокупность с точки зрения достаточности для принятия решения, суд пришел к убеждению, что вина подсудимого ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления нашла свое подтверждение в ходе судебного следствия.

К такому выводу суд пришел исходя их анализа показаний свидетелей стороны обвинения, письменных доказательств по делу, установленных судом фактических обстоятельств.

Позицию ФИО2 относительно предъявленного обвинения суд оценивает как способ защиты, избранный с целью избежать уголовной ответственности за содеянное. Его показания о том, что правил дорожного движения он не нарушал, на встречную полосу движения не выезжал, оцениваются судом как недостоверные, поскольку они полностью опровергаются доказательствами, представленными стороной обвинения.

Так, согласно показаниям свидетеля Свидетель №4 в процессе движения за автомобилем ФИО7 он видел, как на полосу движения автомобиля под управлением ФИО7 выехал грузовой автомобиль, водитель которого стал поворачивать вправо, после чего произошло столкновение левым краем кабины встречного автомобиля с прицепом машины ФИО7 После удара прицеп встречного автомобиля стал складываться, его стало заносить на машину ФИО7, после чего снова произошло столкновение указанных машин.

Свидетели Свидетель №2, Свидетель №5, Свидетель №7 и Свидетель №8 показания свидетеля Свидетель №4 подтвердили, пояснив, что машина под управлением ФИО3 выехала на полосу встречного движения, при этом автомобиль под управлением ФИО7 на встречную полосу движения не выезжал, двигался прямо, никаких маневров не совершал, на автомобиле ФИО7 были включены габаритные огни.

Допрошенные в судебном заседании свидетели стороны обвинения Свидетель №2, Свидетель №5, Свидетель №7, Свидетель №8, Свидетель №4, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, дали четкие, последовательные показания о том, что автомобиль, в котором они находились, двигался по своей полосе движения, при этом они ориентировались по правой обочине, границы которой хорошо просматривались. Автомобиль ФИО7 двигался перед ними прямо, не вилял, на полосу движения, предназначенную для встречного направления, не выезжал. Столкновение автомобилей ФИО7 и ФИО2 произошло на полосе движения автомобиля ФИО7

Показания свидетелей стороны обвинения непротиворечивы, согласуются между собой и иными доказательствами по делу, установленными фактическими обстоятельствами. Показания свидетелей, письменные доказательства устанавливают в своей совокупности одни и те же обстоятельства по делу и полно раскрывают, передают картину произошедших событий. Противоречий в показаниях свидетелей стороны обвинения нет. Незначительные расхождения в показаниях допрошенных свидетелей не свидетельствуют об их ложности, а являются следствием субъективного восприятия каждым свидетелем произошедших событий, учитывая, что каждый из допрошенных свидетелей наблюдал происходящие события с занимаемого в автомобиле места. В этой связи суд обращает внимание, что всеми перечисленными свидетелями подтвержден тот факт, что столкновение автомобилей подсудимого и потерпевшего произошло в результате выезда автомобиля под управлением подсудимого на полосу встречного движения.

Причин для оговора подсудимого ФИО2 со стороны свидетелей в судебном заседании установлено не было. Свидетели стороны обвинения ранее ни потерпевших, ни подсудимого не знали, какие-либо отношения между ними отсутствуют, следовательно, данные лица не заинтересованы в исходе дела.

Показания свидетелей Свидетель №2, Свидетель №5, Свидетель №7, Свидетель №8, Свидетель №4 о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате выезда автомобиля под управлением ФИО2 на полосу встречного движения, объективно подтверждаются протоколом осмотра места данного происшествия, протоколом осмотра транспортных средств, заключением судебной автотехнической экспертизы.

Так, согласно протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия автомобиль <данные изъяты> после столкновения остановился на левой полосе дороги по ходу движения в сторону г. Екатеринбург на обочине, то есть по ходу движения указанного автомобиля. При этом автомобиль <данные изъяты> расположен на середине дороги поперек, его передняя часть обращена к левой обочине. Полуприцеп «Кроне» также расположен поперек проезжей части, передней частью к левой обочине. Автомобиль «<данные изъяты> частично расположены на полосе встречного движения. Кроме того, осыпь стекла и пластика расположена на левой полосе движения, обочине по ходу движения в сторону г. Екатеринбург. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что столкновение транспортных средств под управлением ФИО7 и ФИО2 произошло на полосе движения автомобиля ФИО7, то есть на встречной полосе движения для водителя ФИО2

След сдвига от переднего правого колеса автомобиля <данные изъяты> зафиксированный на месте происшествия, свидетельствует о недостоверности показаний ФИО2 о том, что на встречную полосу движения он не выезжал.

Изложенное подтверждается и заключением автотехнической экспертизы, согласно которой автомобиль «Ман» в момент первичного удара двигался с частичным выездом (левой стороной тягача) на сторону проезжей части, предназначенную для встречного движения.

Кроме того, как следует из протокола осмотра транспортных средств, у автомобилей ФИО26 с полуприцепами деформированы преимущественно левые части тягачей и полуприцепов, что также опровергает доводы ФИО2 о столкновении только полуприцепами машин. Более того, при осмотре автомобиля <данные изъяты> установлено, что повреждена левая часть кузова кабины, где обнаружено наслоение краски красного цвета (цвет кабины машины ФИО7). Из представленных сведений с автоматизированной системы следует, что незадолго до произошедшего ДТП автомобиль ФИО2 <данные изъяты> каких-либо повреждений не имел. Учитывая данные обстоятельства, суд пришел к убеждению, что столкновение произошло и кабиной автомобиля <данные изъяты>

Оснований для признания недопустимыми доказательств - протоколов осмотра места дорожно-транспортного происшествия и транспортных средств, заключения автотехнической экспертизы не имеется, поскольку данные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, отвечают требованиям, предъявляемым законом к конкретному виду доказательств.

Не имеется оснований у суда сомневаться в обоснованности выводов, компетенции судебно-медицинских, автотехнических экспертов. Проведенные по делу экспертные исследования полностью соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку выполнены экспертами, квалификация которых сомнений не вызывает. Заключения экспертов оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, выводы представляются суду ясными и понятными, поэтому суд принимает их как достоверные доказательства. Отсутствие в материалах дела оригинала постановления о назначении судебно-медицинской экспертизы не ставит под сомнение ее выводы, нарушением УПК РФ не является.

Другие документы, а именно протоколы осмотра места происшествия, транспортных средств, осмотра вещественных доказательств составлены в соответствии с требованиями закона, с участием понятых и объективно фиксируют фактические данные, поэтому суд также принимает их как достоверные доказательства.

Доводы подсудимого ФИО2, его защитника о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения требований Правил дорожного движения ФИО7, являются несостоятельными, голословными, полностью опровергаются доказательствами, представленными стороной обвинения, в частности, показаниями свидетелей, протоколом осмотра места происшествия, заключением автотехнической экспертизы.

При этом утверждение ФИО2 о том, что он начал поворачивать управляемый им автомобиль вправо, поскольку увидел фары движущегося навстречу другого автомобиля и хотел избежать столкновения, само по себе не свидетельствует о его невиновности во вмененном преступлении и не подтверждает нарушение Правил дорожного движения ФИО7 Суд, оценив данные доводы путем сопоставления с другими доказательствами по делу, полагает их несостоятельными, так как они полностью опровергаются представленными стороной обвинения доказательствами, изложенными выше. Также суд отмечает, что данное утверждение подсудимого является следствием неправильного восприятия им дорожной обстановки, сложившейся непосредственно перед дорожно-транспортным происшествием.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО2 не видел знаки дорожного движения, а также о противоречиях в схеме дорожно-транспортного происшествия от 28 апреля 2018 года, протоколе дополнительного осмотра места происшествия от 7 июня 2018 года, а также в представленной ФКУ Упрдор «Прикамье» схеме расположения дорожных знаков не являются основанием для освобождения его от уголовной ответственности и не свидетельствуют об отсутствии его вины в совершении инкриминируемого преступления.

ФИО2, совершая вменяемое ему преступление, являлся водителем автомобиля, то есть имел особый статус, связанный, в том числе, с обязанностью соблюдения Правил дорожного движения Российской Федерации.

Законодательством установлен принцип, согласно которому водитель транспортного средства исходя из своего статуса, обязан обеспечивать безопасное движение транспортного средства вне зависимости наличия либо отсутствия дорожных знаков и дорожной разметки (тем более, что Правила дорожного движения Российской Федерации прямо регламентируют случаи их отсутствия на проезжей части), согласовывая свои действия по управлению транспортным средством с конкретной дорожной обстановкой. Таким образом, доводы стороны защиты не свидетельствуют о невиновности подсудимого, поскольку отсутствие визуального контакта водителя с дорожными знаками и дорожной разметкой, обусловленное как объективными (их отсутствие на дороге), так и субъективными (невнимательность, неправильная ориентация в дорожной обстановке) причинами, не освобождают водителя от исполнения Правил дорожного движения, устанавливающих как общие требования к участниками дорожного движения, так и порядок расположения транспортных средств на проезжей части, выбор скорости движения.

Следовательно, ФИО2 при той степени внимательности и осмотрительности, которая должна была быть ему присуща как водителю транспортного средства, должен был соблюсти обязанность двигаться по своей полосе движения, не превышая установленной скорости движения, и соблюдать боковой интервал между транспортными средствами.

Двигаясь по автодороге в темное время суток, видя дорожные и метеорологические условия, ФИО2 имел возможность оценить дорожную обстановку. Однако ФИО2 возложенную на него законом обязанность по соблюдению правил дорожного движения не выполнил, не убедился в безопасности своего движения, в результате чего нарушил Правила дорожного движения, что повлекло причинение смерти ФИО7 Между нарушением ФИО2 Правил дорожного движении и наступлением смерти ФИО7 имеется прямая причинно-следственная связь.

Утверждение стороны защиты о нарушении водителем ФИО7 Правил дорожного движения, режима его труда и отдыха никакими объективными доказательствами не подтверждается. Суд отмечает, что опасность для движения создана именно подсудимым, в связи с чем предполагаемые действия водителя ФИО7 не могли повлиять на произошедшее дорожно-транспортное происшествие.

Доводы подсудимого, его защитника о наступлении смерти ФИО7 в результате отсоединения кабины управляемого им транспортного средства, сдавления ФИО7 грузом, а также от ремней безопасности на квалификацию действий подсудимого не влияют, поскольку указанные стороной защиты обстоятельства возникли вследствие нарушения ФИО2 Правил дорожного движения, указанных в описательной части приговора.

Основания сомневаться в показаниях технического средства тахографа с автомобиля <данные изъяты> у суда отсутствуют, поскольку его осмотр производился с участием специалиста, сведения, изложенные в протоколе осмотра тахографа, подтверждаются представленными графическими данными.

Показания подсудимого ФИО2 о том, что автомобиль «<данные изъяты> после дорожно-транспортного происшествия остановился на правой обочине по ходу движения, поскольку был сдвинут его прицепом с полосы движения по направлению в сторону г. Екатеринбург (то есть с полосы движения подсудимого), оцениваются судом как недостоверные, при этом судом учитывается загруженность транспортных средств (автомобиль ФИО7 загружен, автомобиль ФИО2 порожний), движение автомобиля под управлением ФИО2 на спуске, напротив, автомобиль ФИО7 двигался в подъеме.

Не согласие подсудимого ФИО2 со схемой места ДТП, так как, по мнению последнего, транспортные средства стояли по-иному, опровергается представленным протоколом осмотра места происшествия, фототаблицей, из которых следует, что автомобиль под управлением ФИО2 стоял частично на полосе движения ФИО7 При этом из показаний свидетеля Свидетель №6 судом установлено, что транспортные средства после ДТП и до окончания осмотра места происшествия никто не передвигал.

При таких обстоятельствах ФИО2, как водитель транспортного средства, являющегося источником повышенной опасности, в силу п. 9.1, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения, а также требований дорожных знаков 1.20.2, 1.20.3, 1.21, 3.24, 5.6 Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ должен был двигаться по своей полосе движения, соблюдая боковой интервал, со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая конкретные дорожные условия и обусловленные ими дорожные знаки.

Суд исключает из обвинения ФИО2 нарушение им п. 1.3, 1.5 Правил дорожного движения как излишне вмененных, поскольку нарушение данных пунктов правил не находится в прямой причинно-следственной в связи с наступившими последствиями.

С учетом изложенного, действия подсудимого ФИО2 суд квалифицирует по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, являются состояние его здоровья, осуществление ухода за матерью.

Отягчающих наказание ФИО2 обстоятельств судом не установлено.

При назначении наказания подсудимому в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории средней тяжести, данные о личности виновного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО2 ранее не судим, впервые привлекается к уголовной ответственности (т.2 л.д.160), привлекался к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения (т.1 л.д.73), на учете у врача нарколога и психиатра не состоит (т.2 л.д.161), по месту жительства и работы характеризуется с положительной стороны, как отзывчивый, доброжелательный, осуществляет уход за матерью, ответственный и профессиональный работник, в конфликтных ситуациях не замечен (т. 2 л.д.162, 163).

Учитывая принципы социальной справедливости и гуманизма, что наказание не является способом причинения физических страданий или унижения человеческого достоинства, но является неотвратимым, и применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, состояние здоровья подсудимого, суд приходит к убеждению о необходимости назначения наказания ФИО2 в виде лишения свободы, связанного с изоляцией от общества. Оснований для применения ст. 73 УК РФ суд не усматривает, учитывая характер, повышенную степень общественной опасности совершенного преступления в области безопасности дорожного движения, конкретные обстоятельства дела. Исправление и перевоспитание ФИО2 возможно лишь в условиях изоляции от общества. Иной вид наказания не будет способствовать достижению целей уголовного наказания.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание ФИО2 в виде лишения свободы следует отбывать в колонии-поселении.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ не имеется, поскольку по делу не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления и лица, его совершившего.

Суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ и принимает во внимание, что ФИО2 совершено преступление средней тяжести.

В ходе досудебного производства по делу потерпевшими были заявлены исковые требования о взыскании денежных средств в качестве компенсации морального вреда Потерпевший №2 в сумме 2 000 000 рублей, ФИО1 в сумме 500 000 рублей, Потерпевший №1 в сумме 1000000 рублей, а также по 100 000 рублей каждой потерпевшей в качестве возмещения материального ущерба.

Потерпевшая Потерпевший №3 от исковых требований в части возмещения материального ущерба отказалась.

В остальной части потерпевшие свои исковые требования поддержали, просили взыскать денежные средства с ООО «Макаронные изделия».

Директор ООО «Макаронные изделия» иск не признал.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды по доверенности на право управления транспортным средством в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившего вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежащего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п. 2 ст. 1079 ГК РФ).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» предусмотрено, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года).

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что ФИО2 состоит в трудовых отношениях с ООО «Макаронные изделия», что подтверждается трудовым договором, показаниями подсудимого. В период с 26 апреля 2018 года по 28 апреля 2018 года он по заданию работодателя, ООО «Макаронные изделия», на автомобиле «Даф» с полуприцепом осуществлял перевозку груза, принадлежащего ООО «Крупы Урала», из магазина «Пятерочка» в г. Челябинск в магазин «Пятерочка» в г. Перми. Данный вывод подтверждается выданным ФИО2 командировочным удостоверением, транспортной накладной, договором об оказании транспортных услуг, путевым листом, показаниями подсудимого. При этом суд отмечает, что согласно установленному в путевом листе от 26 апреля 2018 года № 653 заданию водителю пунктом конечной разгрузки определен г. Челябинск.

Подсудимый в ходе судебного следствия пояснил, что 26 апреля 2018 года он приехал в г.Пермь, разгрузился, в ночь с 27 на 28 апреля 2018 года возвращался из командировки. Следовательно, 28 апреля 2018 года, возвращение в г. Челябинск, охватывалось заданием на перевозку, данным ООО «Макаронные изделия» ФИО2 в рамках трудовых отношений.

Проанализировав названные доказательства, суд полагает установленным, что моральный и материальный вред, причинен ФИО2 28 апреля 2018 года при исполнении им трудовых обязанностей, в связи с чем в силу ст. 1068 ГК РФ подлежит взысканию с ООО «Макаронные изделия».

Руководствуясь положениями ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, суд признает обоснованным требование потерпевших о компенсации морального вреда. Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает все юридически значимые обстоятельства по данному делу: фактические обстоятельства ДТП, имевшего место вследствие нарушения водителем ФИО2 Правил дорожного движения; тяжесть и необратимость наступивших последствий, неожиданную гибель ФИО7, обусловленную не естественными причинами; глубину нравственных страданий истцов в связи со смертью близкого родного человека – сына для Потерпевший №2, мужа для Потерпевший №1, брата для ФИО1, боль утраты, которая для них невосполнима в силу близости отношений и является психологическим потрясением, привязанность каждого из истцов к погибшему. Судом установлено, что потерпевшие понесли невосполнимую утрату в результате гибели сына, брата и мужа. Преступными действиями подсудимого по неосторожности им были причинены нравственные и физические страдания, которые они испытали. В судебном заседании потерпевшие мотивировали, в связи с чем ими заявлены данные исковые требования.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ Потерпевший №2 и Потерпевший №3 имеют право на компенсацию морального вреда, поскольку им причинен моральный вред, выразивший в нравственных страданиях, нарушении личных неимущественных благ, охраняемых Конституцией РФ, Конвенцией о защите прав человека и основных свобод и законами, выразившимися в невосполнимой потере сына и брата.

Судом установлено, что Потерпевший №1 находилась в близких отношениях с ФИО7 13 лет. У них имеется совместный ребенок ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Между ФИО7 и Потерпевший №1 сложились брачно-семейные отношения. До смерти ФИО7 они проживали вместе, вели совместное хозяйство, имели общий бюджет. В результате гибели ФИО7 Потерпевший №1 причинен моральный вред, выразившийся в переживаниях по поводу гибели близкого человека, отца ребенка, необходимости одной воспитывать общего ребенка, а также то, что ребенок остался без попечения одного из родителей, лишен заботы и внимания со стороны одного из родителей. Соответственно, Потерпевший №1 так же обладает правом предъявления исковых требований. Судом учитывается, что Потерпевший №1 в период предварительного следствия признана потерпевшей.

Определяя размер компенсации морального вреда, принимая во внимание требования разумности и справедливости, степень вины, материальное положение гражданского ответчика, суд считает необходимым исковые требования потерпевших уменьшить, и взыскать с ООО «Макаронные изделия» в счет компенсации морального вреда денежные средства в пользу Потерпевший №2 в сумме 1000000 рублей, в пользу ФИО1 и Потерпевший №1 по 500000 рублей каждой.

В соответствии со ст. 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Судом установлено, что в результате преступных действий ФИО2 причинена смерть ФИО7 Расходы на погребение понесла Потерпевший №2 в сумме 41540 рублей и Потерпевший №1 в сумме 40700 рублей, которые признаны потерпевшими по уголовному делу. Произведенные расходы подтверждены документально. Таким образом, заявленные потерпевшими Потерпевший №2 и Потерпевший №1 исковые требования в указанной части подлежат удовлетворению.

В остальной части заявленных требований о компенсации морального вреда суд считает необходимым отказать, как несоразмерно заявленным. В удовлетворении исковых требований потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2 о возмещении материального ущерба в оставшейся части следует отказать, поскольку материальные расходы не подтверждены документально.

Вещественные доказательства: <данные изъяты>

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО2 ФИО27 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года с отбыванием в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 10 месяцев.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

К месту отбытия наказания ФИО2 следовать за счет государства самостоятельно.

Срок наказания исчислять с момента прибытия осужденного в колонию-поселение. В срок отбывания наказания в виде лишения свободы зачесть время следования ФИО2 в колонию-поселение из расчета 1 день за 1 день.

Разъяснить осужденному, что в случае уклонения от получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы, или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, осужденный объявляется в розыск, и подлежит задержанию на срок до 48 часов. Данный срок может быть продлен судом до 30 суток.

Гражданский иск потерпевших удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Макаронные изделия» в качестве компенсации морального вреда в пользу потерпевшей Потерпевший №2 денежные средства в размере 1000000 рублей, в пользу потерпевшей ФИО1 500000 рублей, в пользу потерпевшей Потерпевший №1 денежные средства в размере 500000 рублей. В остальной части в удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Взыскать с ООО «Макаронные изделия» в пользу Потерпевший №2 в счет возмещения материального ущерба 41540 рублей, в пользу потерпевшей Потерпевший №1 40700 рублей. В удовлетворении заявленных исковых требований в остальной части отказать.

Принять отказ потерпевшей ФИО1 от исковых требований о возмещении материального ущерба.

Вещественные доказательства: <данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в Пермский краевой суд в течение 10 суток со дня провозглашения через Пермский районный суд Пермского края.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в своей апелляционной жалобе, а также вправе поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении защитника.

Председательствующий (подпись) О.Е. Лобастова

Копия верна

Судья О.Е. Лобастова

Подлинный документ подшит

в уголовном деле № 1-277/18

Пермского районного суда

Пермского края