Решение № 2А-2827/2017 2А-2827/2017~М-2367/2017 М-2367/2017 от 28 августа 2017 г. по делу № 2А-2827/2017

Дело № 2а-2827/2017

Мотивированное
решение изготовлено 29 августа 2017 года.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 августа 2017 года город Екатеринбург

Железнодорожный районный суд города Екатеринбурга Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Гребенщиковой Н.А.,

при секретаре Ведерниковой А.В.,

с участием административного истца ФИО1, представителя административного истца ФИО2, административного ответчика ФИО3, заинтересованного лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к судебному приставу-исполнителю Железнодорожного районного отдела службы судебных приставов города Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области С., Управлению Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области о признании действий незаконными,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к судебному приставу-исполнителю Железнодорожного районного отдела службы судебных приставов города Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области С.., Управлению Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области о признании незаконными действий по наложению ареста и изъятию транспортных средств, принадлежащих административному истцу на праве собственности, возложении обязанности вернуть транспортные средства. В обоснование требований указав, что апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам от 17 марта 2015 года удовлетворены частично исковые требования ФИО4 Со ФИО1 взыскано неосновательное обогащение в сумме 2 200 000 рублей и судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 18 200 рублей. 14 мая 2015 года Железнодорожным районным судом города Екатеринбурга был выдан исполнительный лист, на основании которого Железнодорожным районным отделом службы судебных приставов города Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области возбуждено исполнительное производство № ***. Судебным приставом-исполнителем по данному производству является С.. 14 июля 2017 года судебным приставом-исполнителем С. были изъяты два автомобиля, принадлежащие ФИО1 на праве собственности, *** года выпуска, и *** года выпуска. Полагает, что действия судебного пристава-исполнителя по наложению ареста и изъятию автомобилей были незаконными, поскольку копия постановления о наложении ареста на имущество должника, акт о наложении ареста на имущество должника в нарушение пункта 7 части 1 статьи 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве» административному истцу не вручались. Акт осмотра транспортных средств составлен не был, стоимость имущества, указанная приставом в акте о наложении ареста явно занижена. При участии понятых во время изъятия имущества было нарушено правило о независимости понятых, поскольку один из понятых имеет место регистрации по месту жительства взыскателя, что свидетельствует о его заинтересованности. В акте о наложении ареста указаны не полные реквизиты документа, удостоверяющего личность понятых.

Административный истец ФИО1, его представитель ФИО2 в судебном заседании поддержали доводы, изложенные в административном исковом заявлении, просили их удовлетворить, указав, что оснований для принудительного изъятия автомобилей не имелось, поскольку в настоящее время сумма долга снизилась до 1 700 000 рублей, административный истец ежемесячно переводит взыскателю денежные средства в размере 30 000 рублей. Транспортные средства были переданы взыскателю без постановления о назначении ответственного хранителя. Данное постановление было составлено задним числом. Акт о наложении ареста (описи имущества) в день изъятия транспортных средств не был вручен административному истцу, не вручен акт и по настоящее время. Кроме того, автомобиль *** выпуска, является имуществом, необходимым для профессиональной деятельности, поскольку у административного истца заключены договоры с клиентами, находящимися на удаленном расстоянии от города Екатеринбурга, стоимость автомобиля не превышает 100 МРОТ, в связи с чем на данный автомобиль в соответствии частью 1 статьи 79 Федерального закона «Об исполнительном производстве» не может быть обращено взыскание.

Административный ответчик судебный пристав-исполнитель ФИО3, в производстве которой на время отпуска С.. находится исполнительное производство, против удовлетворения требований административного истца возражала, пояснив, что после возбуждения исполнительного производства ФИО1 был установлен добровольный срок для исполнения требований исполнительного документа. В срок, предоставленный для добровольного исполнения, требования исполнительного документа должником не исполнены. 14 июля 2017 года судебным приставом-исполнителем осуществлен арест транспортных средств, принадлежащих административному истцу на праве собственности, был составлен акт о наложении ареста (описи имущества), арестованное имущество передано на ответственное хранение без права пользования. Во время составления акта о наложении ареста должнику в присутствии понятых были разъяснены права и обязанности, от подписи акта должник отказался, о чем в акте имеется соответствующая запись. Для получения копии акта должнику было предложено проехать в отдел, административный истец проехать в отдел отказался. Копия акта была направлена административному истцу 15 июля 2017 года. Постановление о наложении ареста на имущество должника и постановление о назначении ответственного хранителя составлены в соответствии с требованиями закона, действия судебного пристава-исполнителя направлены на исполнение требований, содержащихся в исполнительном документе, являются законными и не повлекли нарушение прав и законных интересов административного истца.

Заинтересованное лицо ФИО4 в судебном заседании доводы административного искового заявления не признал, поддержав доводы, изложенные в возражениях на административное исковое заявление.

Представитель административного ответчика Управления Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, ходатайство об отложении судебного разбирательства не представил.

Руководствуясь положениями части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

В силу части 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Реализуя указанные конституционные предписания, статьи 218 и 360 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предоставляют гражданину, организации, иным лицам право оспорить в суде постановления должностных лиц службы судебных приставов, их действия (бездействие) если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В силу части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет заявленные требования о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными полностью или в части, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и возлагает на административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление. Аналогичные положения содержатся в части 1 статьи 121 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

Из анализа указанных норм права следует, что суд отказывает в удовлетворении требований административного иска, если установит, что оспариваемое решение или действие принято либо совершено в соответствии с законом в пределах полномочий лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, и права либо свободы гражданина не были нарушены.

Статьей 2 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» установлено, что задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.

Положения статьи 12 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 118-ФЗ «О судебных приставах» обязывают судебного пристава-исполнителя принимать все меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов в процессе исполнения судебных актов и не допускать в своей деятельности ущемления прав и законных интересов граждан и организаций.

В соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 64 Федерального закона «Об исполнительном производстве» в процессе исполнения требований исполнительных документов судебный пристав-исполнитель вправе в целях обеспечения исполнения исполнительного документа накладывать арест на имущество, в том числе денежные средства и ценные бумаги, изымать указанное имущество, передавать арестованное и изъятое имущество на хранение.

Согласно части 1 и пункту 1 части 3 статьи 80 названного закона, судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника. При этом судебный пристав-исполнитель вправе не применять правила очередности обращения взыскания на имущество должника. Арест на имущество должника применяется для обеспечения сохранности имущества, которое подлежит передаче взыскателю или реализации.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», арест в качестве исполнительного действия может быть наложен судебным приставом-исполнителем в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях (пункт 7 части 1 статьи 64, часть 1 статьи 80 Закона № 229-ФЗ).

В силу части 4 статьи 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве» арест имущества должника включает запрет распоряжаться имуществом, а при необходимости - ограничение права пользования имуществом или изъятие имущества. Вид, объем и срок ограничения права пользования имуществом определяются судебным приставом-исполнителем в каждом случае с учетом свойств имущества, его значимости для собственника или владельца, характера использования, о чем судебный пристав-исполнитель делает отметку в постановлении о наложении ареста на имущество должника и (или) акте о наложении ареста (описи имущества).

Таким образом, по смыслу части 4 статьи 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве» судебный пристав-исполнитель наделен полномочием при необходимости по собственной инициативе ограничить право должника пользоваться указанным имуществом, т.е. изымать данное имущество и передавать его на хранение в установленном законом порядке.

В силу части 5 и 6 статьи 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве», арест имущества должника (за исключением ареста, исполняемого регистрирующим органом, ареста денежных средств, находящихся на счетах в банке или иной кредитной организации, ареста ценных бумаг и денежных средств, находящихся у профессионального участника рынка ценных бумаг на счетах, указанных в статьях 73 и 73.1 настоящего Федерального закона) производится судебным приставом-исполнителем с участием понятых с составлением акта о наложении ареста (описи имущества), в котором должны быть указаны:

1) фамилии, имена, отчества лиц, присутствовавших при аресте имущества;

2) наименования каждых занесенных в акт вещи или имущественного права, отличительные признаки вещи или документы, подтверждающие наличие имущественного права;

3) предварительная оценка стоимости каждых занесенных в акт вещи или имущественного права и общей стоимости всего имущества, на которое наложен арест;

4) вид, объем и срок ограничения права пользования имуществом;

5) отметка об изъятии имущества;

6) лицо, которому судебным приставом-исполнителем передано под охрану или на хранение имущество, адрес указанного лица;

7) отметка о разъяснении лицу, которому судебным приставом-исполнителем передано под охрану или на хранение арестованное имущество, его обязанностей и предупреждении его об ответственности за растрату, отчуждение, сокрытие или незаконную передачу данного имущества, а также подпись указанного лица;

8) замечания и заявления лиц, присутствовавших при аресте имущества.

Акт о наложении ареста на имущество должника (опись имущества) подписывается судебным приставом-исполнителем, понятыми, лицом, которому судебным приставом-исполнителем передано под охрану или на хранение указанное имущество, и иными лицами, присутствовавшими при аресте. В случае отказа кого-либо из указанных лиц подписать акт (опись) в нем (в ней) делается соответствующая отметка.

В силу части 2 статьи 86 Федерального закона «Об исполнительном производстве» движимое имущество должника, на которое наложен арест, передается на хранение под роспись в акте о наложении ареста должнику или членам его семьи, взыскателю либо лицу, с которым территориальным органом Федеральной службы судебных приставов заключен договор. Хранение документов, подтверждающих наличие и объем имущественных прав должника, а также движимого имущества может осуществляться в подразделении судебных приставов при условии обеспечения их сохранности.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 17 марта 2015 года частично удовлетворены исковые требования ФИО4 к ФИО1 о признании недействительной (ничтожной) расписки (договора) простого товарищества, взыскании неосновательного обогащения. В пользу ФИО4 со ФИО1 взыскано неосновательное обогащение в сумме 2 200 000 рублей, в возмещение судебных расходов взыскано 1 000 рублей (л.д.80-81).

14 мая 2015 года Железнодорожным районным судом города Екатеринбурга Свердловской области взыскателю был выдан исполнительный лист *** (л.д. 78-79).

На основании указанного исполнительного документа и заявления взыскателя постановлением судебного пристава-исполнителя Железнодорожного районного отдела судебных приставов города Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области Б. от *** в отношении должника ФИО1 возбуждено исполнительное производство № *** предметом исполнения по которому является неосновательное обогащение, государственная пошлина в размере 2 201 000 рублей. В пункте 2 данного постановления судебный пристав-исполнитель установила должнику 5-дневный срок для добровольного исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, исчисляемый с момента получения им копии данного постановления (л.д. 76).

Копия данного постановления была вручена должнику 04 июня 2015 года, о чем в материалах исполнительного производства имеется почтовое уведомление (л.д. 73).

06 октября 2015 года постановлением судебного пристава-исполнителя Б.. наложен запрет регистрационных действий в отношении транспортных средств (л.д. 72).

14 июля 2017 года судебным приставом-исполнителем Железнодорожного районного отдела судебных приставов города Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области С. с участием понятых, в присутствии должника, взыскателя составлен акт о наложении ареста (описи имущества) – автомобиля марки *** года выпуска, имеющего идентификационный № ***, государственный номер ***, предварительной стоимостью 600 000 рублей и автомобиля марки *** года выпуска, имеющего идентификационный № ***, государственный номер ***, предварительной стоимостью 400 000 рублей (л.д. 61-65). В этот же день судебным приставом-исполнителем С. вынесено постановление о наложении ареста на имущество должника – автомобиль марки *** года выпуска, и автомобиль марки *** года выпуска (л.д. 66).

Согласно содержанию акта, арест автомобилей установлен в виде ограничения в праве пользования транспортными средствами, арестованные автомобили должника переданы на ответственное хранение взыскателю ФИО4 с определением места хранения: ***

Суд признает, что составленный акт о наложении ареста (описи имущества) от 14 июля 2017 года содержит предусмотренные действующим законодательством сведения, подписан лицом, принявшим транспортное средство на ответственное хранение, понятыми и судебным приставом-исполнителем, что свидетельствует о соответствии принятого в рамках исполнительного производства процессуального документа требованиям Федерального закона «Об исполнительном производстве».

Из содержания акта следует, что он составлен в присутствии должника ФИО1, который от подписи данного акта отказался, о чем в акте имеется отметка.

Копия акта о наложении ареста (описи имущества) от 14 июля 2017 года была направлена должнику 15 июля 2017 года, о чем в материалах исполнительного производства имеется отметка. Кроме того, копия акта получена представителем административного истца 25 июля 2017 года, в связи с чем доводы административного истца о неполучении указанного документа по настоящее время являются необоснованными.

Согласно положениям статьи 59 Федерального закона «Об исполнительном производстве» участие понятых обязательно при совершении исполнительных действий и применении мер принудительного исполнения, связанных с вскрытием нежилых помещений и хранилищ, занимаемых должником или другими лицами либо принадлежащих должнику или другим лицам, жилых помещений, занимаемых должником, осмотром имущества должника, наложением на него ареста, а также с изъятием и передачей указанного имущества. В других случаях понятые приглашаются по усмотрению судебного пристава-исполнителя (часть 1).

В качестве понятых могут быть приглашены любые дееспособные граждане, достигшие возраста восемнадцати лет, не заинтересованные в исходе исполнительного производства, не состоящие с лицами, участвующими в исполнительном производстве, в родстве или свойстве, а также не подчиненные и не подконтрольные указанным лицам. Количество понятых не может быть менее двух (часть 2).

Как следует из материалов дела, требованиям вышеприведенных законоположений действия судебного пристава-исполнителя соответствуют. Опись и арест имущества произведены в присутствии должника, взыскателя, с участием двух понятых, составлен акт о наложении ареста (описи имущества). Каких-либо замечаний и возражений по поводу заинтересованности понятых акт не содержит.

При рассмотрении дела административным истцом также не представлено достаточных, допустимых и относимых доказательств в подтверждение доводов о заинтересованности понятого *** в исходе исполнительного производства. Сам по себе факт регистрации понятого по месту жительства взыскателя, принимая во внимание отсутствие сведений о том, что указанное лицо не отвечает остальным требованиям, предусмотренным частью 2 статьи 59 Федерального закона «Об исполнительном производстве», не свидетельствует о заинтересованности понятого ФИО5, в связи с чем доводы административного истца в данной части являются необоснованными и не могут быть приняты во внимание.

Не могут быть приняты во внимание доводы административного истца о том, что предварительная оценка стоимости автомобиля, установленная в акте, является заниженной, поскольку, принимая обеспечительные меры в виде ареста имущества, у судебного пристава-исполнителя отсутствовали сведения о стоимости арестованного транспортного средства. Кроме того, предварительная оценка стоимости арестованного имущества судебным приставом-исполнителем не влияет на последующую оценку стоимости при обращении взыскания, поскольку порядок оценки стоимости имущества при обращении на него взыскания установлен Федеральным законом «Об исполнительном производстве».

Также суд отмечает, что положения статьи 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве», определяющие порядок наложения ареста на имущество, не содержат требований об обязательном уведомлении должника о совершении данного исполнительского действия. Таким образом, доводы административного истца о том, что он о времени и месте составления акта не извещался, не являются основанием к признанию действий судебного пристава-исполнителя незаконными, так как в соответствии с пунктом 2 статьи 24 Федерального закона «Об исполнительном производстве» в случаях, когда исполнительный документ подлежит немедленному исполнению, а также при наложении ареста на имущество и принятии иных обеспечительных мер судебный пристав-исполнитель вправе совершать исполнительные действия и применять меры принудительного исполнения без предварительного уведомления об этом лиц, участвующих в исполнительном производстве.

Кроме того, в силу абзаца 4 пункта 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» движимое имущество может быть передано на хранение взыскателю по его ходатайству или с его согласия.

В данном случае в акте указан в качестве ответственного хранителя взыскатель ФИО4, который был предупрежден об уголовной ответственности по статье 312 Уголовного кодекса Российской Федерации. То обстоятельство, что судебным приставом-исполнителем постановление о назначении ответственного хранителя не было вынесено при составлении акта о наложении ареста (описи имущества), не свидетельствует о незаконности действий судебного пристава-исполнителя, поскольку исходя из положений ст. 86 Закона об исполнительном производстве такое постановление обязательно только при необходимости смены хранителя.

Оценивая указанные и иные доводы, приводимые стороной административного истца в качестве оснований для признания незаконными действий судебного пристава-исполнителя по аресту и изъятию движимого имущества должника и составлению им акта от 14 июля 2017 года, суд приходит к выводу, что приводимые стороной административного истца доводы имеют формальный характер, не свидетельствующие о реальном нарушении либо угрозе нарушения прав самого административного истца. В частности, в акте имеются сведения об описании самого объекта ареста, достаточные для его индивидуализации и установления запрета распоряжения; в акте указана оценка данного имущества; в акте указаны сведения об участии в аресте понятых, имеются их подписи; указан ответственный хранитель, имеется его подпись, и который при передаче ему имущества на хранение судебным приставом-исполнителем был предупрежден об уголовной ответственности по статье 312 Уголовного кодекса Российской Федерации за растрату, отчуждение, сокрытие или незаконную передачу имущества, что подтверждается его подписью и не противоречит условиям, установленным вышеприведенными нормами. При этом собранными по делу доказательствами подтверждается, что исполнительные действия по наложению ареста (описи) на имущество должника осуществлены судебным приставом-исполнителем в рамках его полномочий, с участием понятых. Оформленный судебным приставом-исполнителем акт ареста (описи имущества) по форме и содержанию не содержит существенных нарушений, что свидетельствует об отсутствии нарушения прав истца.

В соответствии с пунктом 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);

б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;

в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

При этом обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд.

Между тем, административным истцом суду не представлено доказательств реального нарушения его прав, свобод и законных интересов, угрозы нарушения его прав, оспариваемыми действиями судебного пристава-исполнителя, все доводы административного истца об их незаконности носят формальный характер; доказательств того, что действия судебного пристава-исполнителя по наложению ареста на транспортные средства привели к действительному нарушению прав административного истца, суду не представлено.

Доводы административного истца о том, что им предприняты меры, направленные на добровольное исполнение решения, в связи с чем не имелось оснований для принудительного изъятия имущества должника в данном случае правового значения не имеют, поскольку, судебный пристав-исполнитель начал осуществлять принудительные действия не по собственной инициативе, а с момента поступления соответствующего заявления взыскателя и исполнительного документа, предъявление которого свидетельствует об отсутствии добровольного исполнения и обязательного применения мер принуждения, как государственного механизма, направленного на исполнение судебного акта.

Ссылка административного истца на положения части 1 статьи 79 Федерального закона «Об исполнительном производстве» подлежит отклонению как несостоятельная, поскольку содержащиеся в указанной норме правила не препятствовали аресту принадлежащих ФИО1 транспортных средств.

Ходатайство административного истца об освобождении от ареста автомобиля *** года выпуска, ввиду того, что данное транспортное средство необходимо ему для профессиональных занятий также подлежит отклонению по следующим основаниям.

Согласно взаимосвязанным положениям части 1 статьи 79 Федерального закона «Об исполнительном производстве» и абзаца 5 части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее должнику-гражданину на праве собственности имущество, необходимое ему для профессиональных занятий, за исключением предметов, стоимость которых превышает сто установленных федеральным законом минимальных размеров оплаты труда. Однако названная норма (как и часть 1 статьи 446 указанного Кодекса в целом) не подразумевает отнесение к перечисленному в ней имуществу, необходимому для профессиональных занятий должника-гражданина, тех принадлежащих ему предметов, которые он использует в своей предпринимательской деятельности, поскольку указанные понятия не являются тождественными (равнозначными), о чем косвенно свидетельствует и содержание абзаца 6 части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Для целей, указанных в данной норме Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, применению в соответствии с абзацем 2 статьи 5 Федерального закона от 19 июня 2000 года № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» подлежит базовая сумма, равная 100 рублям. То есть положения абзаца 5 части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не распространяются на имущество стоимостью более 10 000 рублей (п. 10 Бюллетеня судебной практики по административным делам Свердловского областного суда за 1 квартал 2017 года).

В данном случае стоимость арестованного автомобиля должника, как указано в акте о наложении ареста, по предварительной оценке, составляет 600 000 рублей, указанная стоимость административным истцом не опровергнута, более того ФИО1 с указанной оценкой автомобиля был не согласен, указав, в дополнении к административному исковому заявлению, что стоимость автомобиля составляет 800 000 рублей.

Кроме того, административным истцом в материалы административного дела были представлены договоры, заключенные ФИО1 как индивидуальным предпринимателем, по оказанию услуг и выполнению работ, при этом доказательств того, что без арестованного транспортного средства, осуществление предпринимательской деятельности по выполнению работ и оказанию услуг на объектах заказчика станет невозможным, суду не представлено.

С учетом изложенных обстоятельств, суд не находит оснований для удовлетворения заявленного административного иска, оспариваемые действия и вынесенный акт о наложении ареста (описи имущества) законны и обоснованы, приняты в переделах, предоставленных судебному приставу-исполнителю полномочий, прав и законных интересов истца не нарушают. При этом, формальное несоответствие каких-либо действий должностного лица требованиям закона, которые не привели к нарушению прав и законных интересов лица, хотя и формально могут признаваться незаконными, при их устранении не приведут к восстановлению прав и законных интересов заявителя.

Руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

административное исковое заявление ФИО1 к судебному приставу-исполнителю Железнодорожного районного отдела службы судебных приставов города Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области С. Управлению Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области о признании действий незаконными оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд города Екатеринбурга Свердловской области.

Судья Н.А. Гребенщикова