Решение № 2-385/2020 2-385/2020~М-2482/2019 М-2482/2019 от 24 февраля 2020 г. по делу № 2-385/2020

Дело № 2-385/2020

74RS0029-01-2019-003601-22


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Кутырева П.Е.,

при секретаре Ходаковой О.О.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрел 25 февраля 2020 года в открытом судебном заседании в зале суда в г. Магнитогорске Челябинской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению пенсионного фонда Российской Федерации в городе <адрес> (межрайонному) об оспаривании отказа в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению – Управлению пенсионного фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонному, далее – УПФР в г. Магнитогорске), в котором просит признать незаконным решение УПФР в г. Магнитогорске № от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в назначении ей пенсии по случаю потери кормильца и обязать ответчика назначить ей эту пенсию, указав в обоснование иска, что ДД.ММ.ГГГГ она обратилась к ответчику с заявлением о назначении ей страховой пенсии по случаю потери кормильца – супруга ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ, однако ей безосновательно было отказано, несмотря на то, что она при жизни супруга получала от него помощь, которая для неё постоянным и основным источником средств к существованию.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленный иск поддержала.

Представитель ответчика – УПФР в г. Магнитогорске в судебное заседание после перерыва не явилась, до перерыва в судебном заседании против удовлетворения иска возражала по доводам ранее направленного в суд письменного отзыва, указывая на отсутствие у истца права на пенсию, отсутствие доказательств утраты истцом источника средств к существованию.

Суд, заслушав в судебном заседании пояснения сторон спора и исследовав материалы дела, приходит к выводу об удовлетворении иска.

Как следует из материалов дела, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлись супругами, проживали совместно в <адрес> в <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умер, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в УПФР в <адрес> с заявлением о назначении ей страховой пенсии по случаю потери кормильца. Решением УПФР в <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отказано в назначении пенсии по случаю потери кормильца, при этом пенсионный орган исходил из того, что ФИО1 относится к нетрудоспособным членам семьи, страховой стаж ФИО3 составляет 40 лет 06 месяцев 17 дней, однако факт нахождения ФИО1 на иждивении ФИО3 и утрата ею источника средств к существованию не установлены.

Данные обстоятельства подтверждаются представленными по запросу суда материалами пенсионного дела.

Статьей 7 Конституции Российской Федерации провозглашено, что Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека.

Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с частью первой статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ) право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В части второй статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины) либо являются инвалидами (пункт 3 части 2 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ).

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (часть 3 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ).

Нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, для которых его помощь была постоянным и основным источником средств к существованию, но которые сами получали какую-либо пенсию, имеют право перейти на страховую пенсию по случаю потери кормильца (часть 6 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ).

Пленум Верховного Суда СССР в пункте 4 Постановления «О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение» от 21 июня 1985 года № 9 разъяснил, что установление факта нахождения лица на иждивении умершего имеет значение для получения наследства, назначения пенсии или возмещения вреда, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию.

По смыслу названных норм закона, понятие «иждивение» предполагает как полное содержание лица умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у лица (члена семьи) умершего кормильца какого-либо собственного дохода (получение пенсии). Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего кормильца членом его семьи может быть установлен, в том числе в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой погибшим кормильцем, и его собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником средств к существованию члена семьи умершего кормильца.

Такое толкование понятия «иждивение» согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30 сентября 2010 года № 1260-О-О.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Разрешая спор, суд исходит из того, что на момент смерти ФИО3 и в настоящее время ФИО1 является получателем страховой пенсии по старости, а также ей выплачивается ежемесячная денежная выплата по категории «Инвалид 3 группы» и федеральная социальная доплата к пенсии. Общий размер ежемесячного дохода истца на момент смерти ФИО3 составлял 8853 рубля 23 копейки (7811,98+1041,25), ФИО1 установлена инвалидность III группы по общему заболеванию бессрочно.

При жизни муж ФИО1 – ФИО3 являлся получателем пенсии, его ежемесячный доход на момент его смерти составлял 20694 рублей 71 копейку.

Таким образом, пенсия ФИО3 при жизни значительно – более, чем в вдвое превышала пенсию ФИО1 Учитывая общность семейного бюджета, доход семьи Мамонтовых в сумме составлял 29547 рублей 94 копейки, следовательно, на ФИО1 приходилось (в отсутствие доказательств обратного) половина данной суммы – 14773 рубля 97 копеек и, соответственно, со смертью супруга доход ФИО1 значительно уменьшился.

Наряду с этим суд принимает во внимание, что истец в силу своего преклонного возраста и состояния здоровья постоянно посещает врачей – кардиолога, невролога, что подтверждается представленными в материалы дела копиями талонов и результатов осмотра врачей, ей назначается большое количество лекарственных препаратов, на приобретение которых истец несет существенные расходы, что подтверждается представленными кассовыми чеками из аптек.

При этом истец в судебном заседании пояснила, что она посещает врачей в платной клинике «Семейный доктор» постольку, поскольку в муниципальных поликлиниках этих специалистов нет. Суд не находит оснований не доверять данных пояснениям истца, учитывая её возраст и уровень доходов – по мнению суда истец при её уровне доходов при наличии возможности бесплатно посещать вышеназванных специалистов с достаточной степенью достоверности посещала бы их.

Кроме того, суд также принимает во внимание, что истец ежемесячно несет расходы на оплату коммунальных услуг около 3500-4500 рублей, что подтверждается представленными квитанциями.

Согласно представленному по запросу суда ответу МИФНС № 16 по Челябинской области информация о налоговых агентах ФИО1 отсутствует.

Доказательств наличия у ФИО1 иных источников дохода в деле не имеется.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что поскольку ФИО1 на момент смерти ее мужа, как установлено в ходе судебного разбирательства, являлась инвалидом, а потому не могла осуществлять трудовую деятельность и, проживая с супругом совместно, получала от ФИО3 помощь, которая была для нее постоянным и основным источником средств к существованию с учетом наличия у ФИО1 группы инвалидности и значительного превышения размера пенсии, получаемых при жизни ФИО3, относительно размера пенсии, получаемой самой ФИО1, суд приходит к выводу о том, что заявленный иск является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Поскольку право на назначение пенсии у истца имеется, с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца в связи со смертью супруга ДД.ММ.ГГГГ она обратилась ДД.ММ.ГГГГ, то есть не позднее 12 месяцев с момента смерти кормильца, суд приходит к выводу о наличии оснований для назначения истцу пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с пунктом 3 части 5 статьи 22 Федерального закона РФ от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» со дня смерти кормильца, а именно с ДД.ММ.ГГГГ.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Удовлетворить заявленные ФИО1 исковые требования.

Признать незаконным решение Государственного учреждения – Управления пенсионного фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонного) № от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в назначении ФИО1 пенсии по случаю потери кормильца.

Обязать Государственное учреждение – Управление пенсионного фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонное) назначить ФИО1 страховую пенсию по случаю потери кормильца с ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца с момента принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий: П.Е. Кутырев

Решение суда в окончательной форме изготовлено 02 марта 2020 года.