Апелляционное определение № 33-19302/2025 33-1996/2026 от 28 января 2026 г.

Судья Горшунов С.Г. УИД 16RS0039-01-2025-001391-05

дело № 2-904/2025

№ 33-1996/2026

Учет № 219 г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 января 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Гиниатуллиной Ф.И.,

судей Новосельцева С.В., Сахиповой Г.А.,

при ведении протокола помощником судьи Арутюняном Ш.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Сахиповой Г.А. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО7 – ФИО8 на решение Заинского городского суда Республики Татарстан от 16 сентября 2025 года, которым иск ФИО9 удовлетворен и постановлено:

Признать ФИО24 фактическим воспитателем военнослужащего ФИО10, в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия, погибшего 20 сентября 2024 года.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав истца ФИО1, ее представителя ФИО11, представителя ответчика ФИО12 – ФИО20, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО9 обратилась в суд с иском к ФИО7 о признании фактическим воспитателем.

В обоснование требований указывается, что 20 сентября 2024 года при исполнении специальных задач военной операции на территории Украины, Луганской Народной Республики и Донецкой Народной Республики погиб ее внук ФИО2, <дата> года рождения, которого она воспитывала с трехлетнего возраста и до его совершеннолетия.

Указывает, что ФИО2 является сыном ее дочери – ФИО3, а его отцом является ответчик по делу – ФИО5

ФИО2 после того, как ее дочь ФИО3 ушла от ФИО5 и в последующем она создала новую семью, проживая по другому адресу, остался проживать с ней и был зарегистрирован по месту ее регистрации: <адрес>. 21 июня 2022 года ФИО3 умерла.

Ответчик не являлся биологическим отцом ФИО2, какого-либо участия в воспитании сына не принимал, не оказывал ему физическую, духовную поддержку, материально не помогал. Между отцом и сыном фактические семейные и родственные связи отсутствовали.

Таким образом, фактически все обязанности родителей исполнялись ею, были созданы все условия, необходимые для жизни и развития внука, в том числе благоприятные условия для проживания, получения им основного и профессионального образования. Он полностью находился на ее иждивении.

Ссылаясь на добросовестное исполнение обязанностей по воспитанию ФИО2, создание надлежащих условий для его всестороннего полноценного развития, обеспечения его лечения, организации отдыха, досуга и образования, а также на тот факт, что ФИО5 при рассмотрении ее заявления судом об установлении юридического факта выразил возражения, просила об установлении факта фактического воспитания внука. Установление данного факта необходимо ей для получения дополнительных социальных гарантий, предусмотренных законом.

В судебном заседании ФИО1, а также ее представители заявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, его представитель с иском не согласился.

Представители третьих лиц - Военного комиссариата <адрес> и <адрес>, Министерства обороны Российской Федерации, АО «СОГАЗ», отдела социальной защиты Министерства труда, занятости и социальной защиты РТ, Войсковой части 29657 в судебное заседание своих представителей не направили.

Третье лицо – ФИО4 требования поддержала.

Помощник Заинского городского прокурора – ФИО13 заявление ФИО1 просила удовлетворить.

Суд принял решение об удовлетворении требований в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе представитель ответчика, выражает несогласие с данным судебным постановлением и просит его отменить как незаконное и необоснованное.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ответчика доводы апелляционной жалобы поддержал, истец и ее представитель против ее удовлетворения возражали.

Иные лица, участвующие в деле, будучи извещенными о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, не явились.

С учетом положений части 3 статьи 167, абзаца второго части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Проверив законность, обоснованность решения суда по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу статьи 7 Конституции Российской Федерации - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства, детства, инвалидов и пожилых людей, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.

Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом (части 1, 2 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

В силу части 11 указанного Федерального закона членами семьи Членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 настоящей статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 настоящей статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются:

1) супруга (супруг), состоящая (состоящий) на день гибели (смерти, признания безвестно отсутствующим или объявления умершим) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, в зарегистрированном браке с ним. При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 настоящей статьи, имеет супруга (супруг), не вступившая (не вступивший) в повторный брак, достигшая возраста 50 лет (достигший возраста 55 лет) или являющаяся (являющийся) инвалидом;

2) родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании. При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 настоящей статьи, имеют родители, достигшие возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющиеся инвалидами;

3) дети, не достигшие возраста 18 лет, или старше этого возраста, если они стали инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения, - до окончания обучения, но не более чем до достижения ими возраста 23 лет;

4) лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия (далее - фактический воспитатель). При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 настоящей статьи, имеет фактический воспитатель, достигший возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющийся инвалидом. Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение.

Согласно части 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Согласно разъяснений, изложенных в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», при решении вопроса о том, кого следует относить к членам семьи военнослужащего, судам следует руководствоваться нормами Жилищного кодекса Российской Федерации и Семейного кодекса Российской Федерации.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 50 постановления от 26 декабря 2017 года № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов», разъясняет, что под фактическими воспитателями следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами по делу, ФИО2 родился 26 июня 998 года. Согласно свидетельству о рождении его родителями указаны ФИО5, ФИО14

Из копий свидетельства о смерти видно, что ФИО21 (ФИО22) Н.Д. умерла <дата>.

20 сентября 2024 года при исполнении специальных задач военной операции на территории Украины, Луганской Народной Республики и Донецкой Народной Республики ФИО2 погиб, что подтверждается сообщением Военного комиссара <адрес> Республики Татарстан от 04 октября 2024 года. Смерть наступила в период прохождения действительной военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы.

Обращаясь в суд с иском к ФИО5 о признании фактическим воспитателем погибшего, ФИО1 ссылалась на то, что фактически с трехлетнего возраста и до его совершеннолетия воспитывала и содержала его, и обстоятельства, на которые истица ссылалась в обоснование заявленных требований, в ходе судебного разбирательства нашли свое подтверждение.

Так, согласно адресной справки №684 от 12 февраля 2025 года ФИО2 с 01 июля 1998 года по 20 сентября 2024 года был зарегистрирован по адресу: РТ, <адрес>., по месту жительства своей бабушки ФИО1

Из характеристики Верхненалимской СОШ от 19 июня 2025 года видно, что ФИО2 обучался с 1 класса по 4 класс (01 сентября 2005 года по 14 декабря 2008 года) в Налимской начальной школе Заинского муниципального района РТ, а с 15 декабря 2008 года по 31 мая 2009 года - в МБОУ Сармашбашской ООШ», 29 августа 2009 года был переведен в 5 класс в МБОУ «Верхненалимская СОШ», где в 2014 году и окончил 9 класс. ФИО2 жил у бабушки ФИО1, любил свою бабушку и дедушку и помогал им во всем. Мама ФИО2 была в тесном контакте со школой. Во время обучения ФИО2 просил не называть его по фамилии ФИО22. ФИО5 не интересовался учебой сына.

Согласно характеристики руководителя Исполнительного комитета Верхненалимского поселения Заинского муниципального района, ФИО1 с 1979 года постоянно проживает в <адрес>, с 2002 года по 2014 год воспитывала и содержала своего внука ФИО2

Из копии решения Заинского городского суда РТ от 16.05.2025 по гражданскому делу № 2-249/2025 по иску ФИО4 к ФИО5 о лишении права на социальные и страховые выплаты следует, что при рассмотрении данного дела ФИО5 пояснял, что когда мать ФИО2 – ФИО6 стала проживать с ФИО23, то ФИО2 проживал у бабушки, с матерью он не жил. Не жил ФИО2 и с отцом.

Показаниями допрошенных судом свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 также подтверждается, что после развода родителей ФИО2 с малолетнего возраста жил с бабушкой и матерью в <адрес>, в 2004 году проживал и воспитывался только бабушкой.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, применяя положения пункта 50 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 56 от 26 декабря 2017 года «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов», пришел к выводу о том, что иск о признании фактическим воспитателем подлежит удовлетворению, так как истец имеющимися у нее способами доказывания, подтвердила, что в юридически значимый период воспитывала и содержала опекаемого ФИО2, отношения между которыми были фактически как между матерью и сыном.

С данным выводом судебная коллегия соглашается, обстоятельств для отмены решения суда по доводам жалобы не усматривает.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья (абзац второй пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П).

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 года № 17-П, от 20 октября 2010 года № 18-П, от 17 мая 2011 года № 8-П, от 19 мая 2014 года № 15-П, от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство также принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности (абзац четвертый пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П).

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации») и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей».

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», вступившим в силу с 11 августа 2020 года, к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).

Категории членов семей, имеющие право на получение выплат в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», к числу которых отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия.

Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 22 ноября 2013 года № 25-П выражена позиция, согласно которой любая дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в том числе ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в силу которых такие различия допустимы, если они объективно оправданы, обоснованы и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им; из конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности вытекает обращенный к законодателю запрет вводить различия в правовом положении лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

Дифференциация судом первой инстанции прав фактических воспитателей военнослужащих на получение мер социальной поддержки, выплачиваемых в связи с гибелью (смертью) военнослужащего (в зависимости от принятия органом местного самоуправления постановления о передаче под опеку), свидетельствует о формальном толковании пункта 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» о фактических воспитателях как членах семьи военнослужащего, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае его гибели, без учета цели, которую преследовал законодатель.

Факт воспитания истцом ФИО2 в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия подтверждается как материалами дела, так и объяснениями ФИО1, третьего лица ФИО4, а также показаниями свидетелей, и установленные обстоятельства ответчиком в ходе судебного разбирательства допустимыми доказательствами не опровергнуты.

Его доводы апелляционной жалобы со ссылкой на вступившее в законную силу решение суда от 16 мая 2025 года об отказе в иске ФИО4 о лишении его права на социальные и страховые выплаты, причитающиеся членам семьи военнослужащего, на существо принятого судом обжалуемого решения не влияют.

Так, указанным решением Заинского городского суда Республики Татарстан от 16 мая 2025 года установлено, что ФИО5 был признан отцом ФИО2, <дата> года рождения, на основании свидетельства об установлении отцовства и ему была присвоена фамилия ФИО22. Брак между его родителями - ФИО5 и ФИО3 был зарегистрирован 16 июля 1998 года, расторгнут 11 марта 2001 года.

После развода родителей его мать создала другую семью, в которой <дата> родилась дочь ФИО4.

При этом, также установлено, что ФИО2 с 1 июля 1998 года по 20 сентября 2024 года значился зарегистрированным по месту жительства своей бабушки ФИО1 по адресу: <адрес>. В начальной школе этого же села он обучался в период с 1 сентября 2005 года по 12 декабря 2008 года, а с 29 августа обучался в МБОУ «Верхненалимская средняя школа», где и окончил в 2014 году 9 класс. В период с 1 сентября 2014 года по 27 июня 2018 года он обучался в ГАПОУ «Заинский политехнический колледж» по очной(дневной) форме обучения.

Таким образом, с возраста 7 лет до 16 лет ФИО2 постоянно проживал и обучался в <адрес> с своей бабушкой ФИО1

Отказывая в удовлетворении требований ФИО4 к ФИО5 о лишении его права на социальные и страховые выплаты, причитающиеся членам семьи военнослужащего, суд исходил из отсутствия достаточных доказательств, свидетельствующих об уклонении ответчика от исполнения родительских обязанностей, которые позволили бы применить к нему крайнюю меру ответственности в виде лишения родительских прав в отношении сына ФИО2, поскольку с соответствующим иском о лишении родительских прав и взыскании с него алиментов его мать не обращалась, отсутствие полноценного участия в воспитании сына было обусловлено фактически распадом семьи, наличием между родителями негативных взаимоотношений.

Таким образом, установленные указанным решением суда обстоятельства не противоречат установленным оспариваемым решением обстоятельствам и его выводы не опровергают.

Приведенные в апелляционной жалобе иные доводы стороны ответчика не содержат указания на обстоятельства, которые не являлись предметом проверки суда первой инстанции, и по своей сути направлены на переоценку доказательств и иное толкование норм материального права. Все собранные по делу доказательства оценены судом первой инстанции по правилам ст. ст. 12, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, результаты оценки доказательств отражены в решении.

Нормы материального права к спорным правоотношениям сторон применены правильно, нарушений норм процессуального права судом не допущено.

С учетом изложенного решение суда следует признать законным и обоснованным, оснований для его отмены не имеется.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Заинского городского суда Республики Татарстан от 16 сентября 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО7 – ФИО8 – без удовлетворения.

Апелляционное определение Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 2 февраля 2026 года.

Председательствующий

Судьи