Решение № 2-264/2021 2-264/2021~М-179/2021 М-179/2021 от 2 июня 2021 г. по делу № 2-264/2021

№2- 264/2021

УИД 22RS0037-01-2021-000346-25


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

3 июня 2021 года с. Павловск

Павловский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего - судьи Ждановой С. В.,

при секретаре Калугиной И.С.,

с участием прокурора Сарычевой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании в его пользу в счет возмещения вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве компенсацию морального вреда в размере 1000000 руб.

В обоснование иска указал, что на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ <номер>, приказа «О приеме на работу» от ДД.ММ.ГГГГ <номер>/к был принят на работу в общество с ограниченной ответственностью «Южно-Сибирская энергетическая компания» (далее ООО «ЮСЭК») на должность электромонтера по эксплуатации распределительных сетей Павловского сетевого участка.

ДД.ММ.ГГГГ по заявке ООО «Алтайэнергосбыт» бригада в составе электромонтеров: он, ФИО3, бригадира ФИО2 последовали по адресу: <адрес> с целью производства отключения абонента за неоплату электроэнергии. ДД.ММ.ГГГГ в 12 час. 20 мин. с ним на нестационарном рабочем месте по адресу: <адрес>, на опоре <...> при демонтаже абонентского ввода произошел несчастный случай – падение с опоры, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве <номер> от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной в ходе доследственной проверки, установлено, что он получил следующие телесные повреждения: сочетанная травма грудной клетки в виде переломов 1-12 правых ребер с контузией правого легкого, с развитием гемопневмоторокса справа; тупая травма пояса левой верхней конечности в виде закрытого перелома левой лопатки со смещением; тупая травма позвоночника в виде осложненного нестабильного компрессионно-клиновидного перелома 11 грудного позвонка 4-ой степени компрессии со стенозом позвоночного канала; левостороннего латеролистеза 10 грудного позвонка; переломов остистых отростков 19-го и 12-го грудных позвонков; компрессионного перелома 3-го поясничного позвонка 2-1 степени компрессии, переломов суставных отростков 2-го и 3-го поясничных позвонков, левостороннего переднего подвывиха 2-го поясничного позвонков со стенозом левого корешкового отверстия 2-го и 3-го поясничных позвонков, переломов поперечных отростков 1-4 поясничных позвонков, перелома остистого отростка поясничного позвонка; обширная мышечная гематома грудопоясничной области ушиба спинного мозга с развитием нижней параплегии; множественные ссадины в области спины. Перечисленные повреждения причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Обстоятельства получения травм изложены в решении Павловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и, по мнению истца, в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не нуждаются вновь в доказывании. По факту получения травм он обращался в правоохранительные органы с заявлением о привлечении виновных лиц к уголовной ответственности, постановлением следователя МСО СУСК Российской Федерации по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 216 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении ФИО2 на основании п. 3 ч. 1 ч. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации – за истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. В ходе проведения экспертного исследования установлены нарушения правил техники безопасности при организации работ на высоте, а именно, ФИО1 не проходил обучение безопасным методам и приемам работ на высоте в специальном образовательном учреждении и был допущен к работе на высоте, нарушение правил в части допуска ФИО1 к работе на высоте без соответствующего обучения выразилось, в том числе, в действиях бригадира электромонтеров Павловского участка ФИО2, работы не были приостановлены, ФИО2 находился в бригадном автомобиле и заполнял акт, то есть, не производил надзор за соблюдением ФИО1 требований безопасности при подъеме на опору. Имеется причинная связь между данным нарушением правил техники безопасности и наступившими последствиями – получением тяжких телесных повреждений ФИО1 Из приведенных обстоятельств следует, что имеются доказательства всех перечисленных элементов, необходимых для привлечения ФИО2 к гражданско-правовой ответственности по ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. В результате действий, бездействий ФИО2 истец, находясь в молодом, дееспособном возрасте, «прикован к постели», не может передвигаться и самостоятельно себя обслуживать, жене пришлось оставить работу, чтобы ухаживать за ним, сын не смог продолжать трудовую деятельность, уволился, чтобы помогать ему, прогнозы на выздоровление неутешительные, в связи с чем постоянно ощущает свою неполноценность и чувство стыда, в первую очередь, перед женой и сыновьями, а также перед другими родственникам и знакомыми. ФИО2, несмотря на то, что была установлена его вина в произошедшем, не извинился, не предпринял мер к заглаживанию вины. Размер причиненного морального вреда оценивает в 1000000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании на исковых требованиях настаивал в полном объеме, пояснил, что на работу приехали на служебном автомобиле, который не был специально оборудован; пояс для подъема на опору был старый. Когда он стал осуществлять подъем на опору, стал пристегивать страховочный фал, задел правой рукой провод, отдернул руку в связи с ощущением, как будто от тока, начал скользить вниз, от опоры его отклонило и он упал, почувствовал боль внутри. Жители соседних домов вызвали скорую, его увезли в больницу, потом направили в лечебное учреждение в город, где была сделана операция. В момент происшествия ФИО2 сидел в автомобиле и не выходил, а по правилам именно он должен был подготовить рабочее место, он виноват в случившемся. Кроме того, указал, что допуск к работе ему никто не оформлял, инструктаж по технике безопасности никто не проводил, обучение для работы на высоте он не проходил, откуда взялась 2 группа допуска к специальным работам, не знает. Образ жизни кардинально после случившегося изменился: сам себя не может обслуживать, исполнять обязанности по дому, вся работа легла на плечи супруги и младшего сына. Полного выздоровления уже никогда не будет. Моральный вред оценивает в 1000000 руб. ФИО2 после случившегося вину не загладил. Просит исковые требования удовлетворить и взыскать с ответчика требуемую сумму компенсации морального вреда.

Представитель истца ФИО4 требования поддержала и пояснила, что прежний уклад жизни ФИО1 нарушен, он не может заниматься трудом, вернуться к исполнению трудовых обязанностей. Было несколько попыток суицида, говорит, что если его не было, семье было бы легче. Он в настоящее время не является источником дохода. Всю работу по дому выполняет супруга и дети. Он стыдится своего положения. Нравственные страдания доказаны. Вина ФИО2 заключается в том, что он не убедился о наличии допуска у ФИО1, условиях на рабочем месте, наличии средств защиты, не приостановил работы из-за отсутствия средств защиты. Во время произошедшего ФИО2 сидел в служебном автомобиле и не остановил ФИО1, когда тот полез на опору без средств защиты. Имеется постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, где вина ФИО2 в рамках следствия установлена, прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков привлечения к уголовной ответственности не является реабилитирующим основанием. Между бездействием ФИО2 и наступившими последствиями имеется причинно-следственная связь. Просит исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель истца ФИО5 требования поддержала, суду пояснила, что у ФИО1 сломана вся жизнь, есть проблемы психологического характера, может сорваться в любую минуту. Дети все это видят, к ним перестали ходить друзья, у истца полностью нарушен прежний уклад жизни. Ответчик не извиниться перед супругом. ООО «ЮСЭК» компенсировало моральный вред в размере 700000 руб.

Ответчик ФИО6 возражал против удовлетворения исковых требований, пояснил, не считает себя субъектом, ответственным за данный несчастный случай. Автоматы для прекращения подачи электричества отключали вместе с ФИО7. ФИО7 стал пристегиваться уже на высоте, а не внизу, как это правильно следовало сделать. Свою вину признает в том, что для выполнения поставленной задачи, не было в наличии всех средств защиты, но это не его личная вина, а вина работодателя, он сам находился в таком же положении. Работодателем истцу компенсирован моральный вред, его (ответчика) вины в причинении телесных повреждений ФИО1 нет. Просит в иске отказать.

Представитель ответчика ФИО8 также возражал относительно исковых требований, пояснил, что при проведении работ ДД.ММ.ГГГГ со стороны ФИО1 была грубая неосторожность. ФИО2 – ненадлежащий ответчик по делу. Со стороны работодателя моральный вред возмещен. Наличие нравственных страданий у истца не отрицает, но за это он уже получил компенсацию от ООО «ЮСЭК».

Представитель третьего лица ООО «ЮСЭК» в судебное заседание не прибыл, уведомлены надлежащим образом.

Суд признал возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся участников процесса и по правилам ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрел дело по существу.

Исследовав материалы настоящего гражданского дела, материалы гражданского дела <номер>, материалы проверки <номер> по сообщению о получении травмы монтером ООО «ЮСЭК» ФИО1, выслушав доводы истца, его представителей, возражения ответчика, его представителя, заключение прокурора, полагавшего, что заявленные исковые требования удовлетворению не подлежат, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 был принят на работу в ООО «ЮСЭК» электромонтером по эксплуатации распределительных сетей Павловского сетевого участка (приказ о приеме на работу <номер>/к от ДД.ММ.ГГГГ, трудовой договор <номер> от ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно акту о несчастном случае на производстве <номер> от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 20 минут на нестационарном рабочем месте в <адрес>, на опоре <...>, при демонтаже абонентского ввода произошло падение с опоры электромонтера по эксплуатации распределительных сетей ФИО1

Актом о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ были установлены следующие обстоятельства несчастного случая: ДД.ММ.ГГГГ поступило несколько заявок от энергосбыта. Сначала бригада заехала на подстанцию, бригадир ФИО2 отключил два автомата, затем поехали по адресу: <адрес>, пер Южный,12. По прибытии электромонтер ФИО3 передал переносное заземление ФИО2, ФИО1 в это время экипировался. ФИО2 установил переносное заземление, вывесил плакаты «Не включать, работают люди», «Заземлено» и заполнил наряд-допуск. Затем ФИО2 начал заполнять акт об ограничении режима потребления энергии, ФИО1 приступил к выполнению задания согласно наряду-допуску. ФИО3 находился возле автомобиля и наблюдал, как ФИО1 поднимался на опору.

Во время выполнения задания ФИО1 решил перецепить «фал», в этот момент почувствовал неприятные ощущения в правой руке и отдернул данную руку. Одна нога соскочила и произошло падение. ФИО2 пытался вызвать скорую помощь, не получилось, позвонил руководителю ФИО9. После того, как госпитализировали ФИО1 ФИО2 по заданию ФИО9 лично поднялся на данную опору, проверил отсутствие напряжения и отключил абонента. После отключения абонента сняли заземление, восстановили питание на линии, ФИО2, ФИО9, ФИО3 вернулись на базу.

Причина несчастного случая - при перецеплении «фала» страховочной привязи произошло непроизвольное отдергивание руки в связи с неприятными ощущениями, вследствие чего произошла потеря равновесия и падение пострадавшего с высоты. Со стороны работодателя нарушение требований законодательных и иных нормативно-правовых актов, локальных нормативных актов не выявлено.

Акт расследования тяжелого несчастного случая, проведенного с 14 августа по ДД.ММ.ГГГГ Государственной инспекцией труда в <адрес> Федеральной службы по труду и занятости, аналогичен по содержанию акту о несчастном случае на производстве от 02.10. 2018 года, содержит те же выводы о причине несчастного случая.

По материалам проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ сообщения о получении травмы монтером ООО «ЮСЭК» ФИО1 принято постановление от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст. 216 УК РФ в отношении ФИО2 в связи с истечением срока привлечения к уголовной ответственности. Названное постановление не оспорено заинтересованными лицами.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ бригаде Павловского сетевого участка в составе ФИО2 (производителя работ) и членов бригады: ФИО3 и ФИО1 по наряду-допуску <номер> поручалось на опоре <номер> ВЛ-0,4 кв. ф.2 от ктп 50-16-48 произвести отключение ответвления от ВЛ-0,4кв до ввода в здание по заявке АО «Алтайэнергосбыт» об ограничении режима потребления электроэнергии абонентам за неоплату.

Суд установил, что по наряду-допуску <номер> ответственным исполнителем был назначен бригадир ФИО2 Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, согласно заключению эксперта <номер>, выявлены нарушения в действиях бригадира электромонтеров Павловского сетевого участка ФИО2, который в нарушение требований п.11.1 приложения к Правилам <номер>н не проводил надзор за соблюдением ФИО1 требований безопасности при подъеме на опору. ФИО2 дал указание ФИО1 подняться на опору и отключить электрические провода от потребителя, несмотря на то, что на опоре до электрических проводов имелось препятствие – провода связи. Для преодоления любых препятствий на опоре ФИО1 должны были выдать страховочный пояс с двумя фалами для осуществления безопасного перецепления через препятствие, либо использовать подъемную вышку (люльку). Согласно указанному заключению эксперта, при выполнении указанных работ с имеющимся страховочным поясом с одним фалом у ФИО1 не имелась возможность безопасного осуществления поставленной задачи. Кроме того, ФИО2, в нарушение требований п. 30.м приложения к Приказу <номер>н, при наличии опасных производственных факторов, не предусмотренных выданным нарядом-допуском (выбранная система обеспечения безопасности работ на высоте не соответствовала существующим условиям на рабочем месте), работы не были приостановлены. При соблюдении указанных требований, а именно, приостановления выполнения работ и снабжение ФИО1 надлежащими средствами безопасности, последний не получил бы производственную травму.

Согласно заключению экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной в ходе доследственной проверки, ФИО1 получил следующие телесные повреждения:

сочетанная тупая травма грудной клетки, пояса левой верхней конечности и позвоночника:

- тупая травма грудной клетки в виде переломов 1-12 правых ребер с контузией правого легкого с развитием гемопневмоторакса справа;

- тупая травма пояса левой верхней конечности в виде закрытого перелома левой лопатки со смещением;

-тупая травма позвоночника в виде осложненного нестабильного компрессионно-клиновидного перелома 11 грудного позвонка 4-ой степени компрессии со стенозом позвоночного канала; левостороннего латеролистеза 10-го грудного позвонка; переломов остистых отростков 19-го и 12 –го грудных позвонков; компрессионного перелома 3-го поясничного позвонка 2-ой степени компрессии, переломов суставных отростков 2-го и 3-го поясничных позвонков, левостороннего переднего подвывиха 2-го поясничного позвонка со стенозом левого корешкового отверстия 2-го и 3-го поясничных позвонков; переломов поперечных отростков 1-4 поясничных позвонков; перелома остистого отростка 1-го поясничного позвонка; обширная межмышечная гематома груднопоясничной области; ушиб спинного мозга с развитием нижней параплегии; множественные ссадины в области спины.

Все вышеуказанные повреждения причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, образовались в результате ударного воздействия твёрдого тупого предмета, возможно при падении с высоты и ударе о твердую поверхность, могли быть получены ДД.ММ.ГГГГ.

Свидетель <...> суду пояснил, что ФИО1 поступил в лечебное учреждение после падения с высоты, ему была оказана первая помощь, после консультаций, экстренно переведен в лечебное учреждение <адрес>, где ему была проведена операция. При имеющихся у ФИО1 заболевания полного выздоровления не может произойти, ФИО1 постоянно испытывает боль, ему нужен посторонний уход, реабилитация, но даже при выполнении всех реабилитационных мероприятий, он к полноценной жизни не сможет вернуться.

Согласно статье 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

Согласно статье 164 Трудового кодекса Российской Федерации, под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

В силу положений статей 227 - 231 Трудового кодекса Российской Федерации, связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Гражданское законодательство, предусматривая в качестве способа защиты гражданских прав компенсацию морального вреда, устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации (статьи 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, в том числе жизнь и здоровье (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как разъяснено в абзацах втором и четвертом пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Все работники, выполняющие трудовые функции по трудовому договору, подлежат обязательному социальному страхованию. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, возмещает работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Решением Павловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу <номер>, вступившим ДД.ММ.ГГГГ в законную силу, установлено, что, не организовав обучение ФИО1 работе по профессии с имеющимися опасными и вредными производственными факторами с последующей аттестацией в соответствующих учебных центрах, учреждениях на знание требований охраны труда (статья 225 Трудового кодекса Российской Федерации, пункты 1.5, 2.3, 3.2 Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда, проведение с истцом вводного инструктажа и стажировки), не обеспечив контроль ответственного исполнителя за выполнением членом бригады ФИО1 работы на высоте, работодатель ООО «ЮСЭК» виновно и грубо нарушило правила по технике безопасности, допустив ФИО1 к выполнению работ, связанных с риском для жизни и здоровья. Суд с учетом принципа разумности и справедливости взыскал с ООО «ЮСЭК» в пользу ФИО10 компенсацию причиненного морального вреда в размере 700 000 рублей.

Исходя из требований п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей подлежит возмещению юридическим лицом.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Кодекса, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта). На юридическое лицо или гражданина может быть возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного лицами, выполнявшими работу на основании гражданско-правового договора, при условии, что эти лица действовали или должны были действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1 статьи 1068 Кодекса).

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», следует, что на работодателя в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

В соответствии с ч. 1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

В силу вышеуказанных правовых норм ответственность перед потерпевшим за вред, причиненный работником при исполнении трудовых обязанностей, несет работодатель, в то время как работник несет ответственность перед работодателем, возместившим причиненный им вред.

Солидарная ответственность работника и работодателя перед потерпевшим положениями гражданского законодательства не предусмотрена.

Положения части 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно, к правоотношениям, связанным с возмещением вреда, причиненного работником юридического лица при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей не применяются. При этом работник и работодатель не могут быть признаны лицами, совместно причинившими вред.

Самостоятельной ответственности за причиненный при исполнении трудовых обязанностей вред ФИО2 перед потерпевшим не несет.

Таким образом, спор о возмещении морального вреда, причиненного ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей, уже разрешен вступившим в законную силу решением Павловского районного суда Алтайского края, в связи с чем в заявленных требованиях о взыскании компенсации морального вреда к ФИО2 суд отказывает.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Павловский районный суд Алтайского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья С.В. Жданова

Мотивированное решение изготовлено 10 июня 2021 года.