Решение № 2-6129/2025 2-638/2026 2-638/2026(2-6129/2025;)~М-5297/2025 М-5297/2025 от 6 апреля 2026 г. по делу № 2-6129/2025

34RS0002-01-2026-010581-39 Дело № 2-638\2026


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Волгоград 25 марта 2026 года

Дзержинский районный суд г. Волгограда в составе председательствующего судьи Щетинкиной Н.А.,

при секретаре судебного заседания Абрамовой К.А.,

помощника судьи Разыкова Ф.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки. В обоснование заявленных требований, истец указала, что является одинокой проживающей пенсионеркой и ее единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением является жилой дом с земельным участком по адресу: <адрес>. В феврале 2025 года при посещении МФЦ Дзержинского района г. Волгограда истец познакомилась с ФИО2, которая зная о ее возрасте, одиночестве, отсутствии других родственников и ином жилье, вместе со своим сыном ФИО5, установила с истицей доверительные отношения, оказывала бытовую помощь, убеждала, что будет о ней заботиться и обеспечит уход. Под предлогом улучшения положения истицы, ФИО2 и ее сын стали настойчиво склонять истицу к оформлению дарения принадлежащего ей жилого дома, летней кухни и земельного участка в пользу ФИО2, утверждая, что только дарение гарантирует спокойную старость и защиту от посягательства третьих лиц. Ее предложения оформить завещание отвергались как ненадежные, при этом внушалось, что ее положение не изменится, что она останется проживать в доме, а ответчик будет о ней заботится. 24 апреля 2025 года ФИО2 и ее сын сопровождали ее к нотариусу ФИО3 в офис.

На приеме они торопили ее, отговаривали от детального прочтения текста договора и обращения за посторонней консультацией, настаивали на немедленном подписании договора дарения. В связи с пожилым возрастом, ухудшением здоровья, нахождением в состоянии стрессового переживания, отсутствием юридических знаний и доверчивым отношением к ответчице она подписала договор дарения жилого дома, летней кухни и земельного участка по адресу: <адрес>, удостоверенный нотариусом ФИО3 24.04.2025 г., не осознавая, что окончательно и безвозмездно лишается единственного жилья.

После государственной регистрации права собственности на имя ФИО2 обещанная забота и помощь фактически была прекращена. Ответчица стала вести себя как единоличный собственник спорного имущества, заявлять о праве распоряжаться им по своему усмотрению, чем поставила под угрозу ее проживание в доме. Как в последующем стало известно истице от помощника нотариуса, у ФИО2 имеются задолженности и имеются исполнительные производства, в связи с чем за ее жилое помещение по адресу: <адрес> наложен арест, о чем при заключении договора ФИО2 не уведомила. Сокрытие ответчицей наличия долгов и ареста на имущество свидетельствует о корыстной цели и введения в заблуждение относительно действительного характера и последствий сделки. 29 августа 2025 года истица обратилась в отделение полиции с заявлением о проверки действий ФИО2 и ее сына.

Просит признать недействительным договор дарения жилого помещения жилого дома, летней кухни, земельного участка по адресу: <адрес>, заключенный 24 апреля 2025 года между ФИО1 и ФИО2, удостоверенный нотариусом ФИО3 Применить последствия недействительности сделки по ст. 167 ГК РФ, обязать Управление Росреестра по Волгоградской области аннулировать запись о государственной регистрации права собственности ФИО2 на жилой дом, летнюю кухню и земельный участок по адресу: <адрес> зарегистрировать право собственности на них за ФИО1

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО4, действующая на основании доверенности и ордера, в судебном заседании исковые требования поддержали, просили иск удовлетворить.

Ответчик ФИО2, третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явились, о дне слушания дела извещены надлежащим образом, доверили представление интересов представителю.

Представитель ответчика и третьего лица ФИО6, действующий на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, просил в иске отказать, по доводам изложенным в письменных возражениях.

Третье лицо представитель нотариуса г. Волгограда ФИО3 – ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании просил в удовлетворении заявленных требованиях отказать, по доводам представленным в отзыве на исковые требования.

Третье лицо Управление Росреестра по Волгоградской области в судебное заседание не явились, о дне слушания дела извещены, представили письменные объяснения.

Выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, представителя нотариуса г. Волгограда, заключение помощника прокурора Дзержинского района г. Волгограда Голованова А.В., которая полагала требования подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела и дав им оценку, суд приходит к следующему.

Согласно статей 153, 154 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними. Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии со ст.209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункты 1,2 статьи 223 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу приведенных выше правовых норм, квалифицирующим признаком дарения является безвозмездный характер передачи имущества, заключающийся в отсутствие встречного предоставления. Любое встречное предоставление со стороны одаряемого делает договор дарения недействительным. Чтобы предоставление считалось встречным, оно необязательно должно быть предусмотрено тем же договором, что и первоначальный дар, может быть предметом отдельной сделки, в том числе и с другим лицом. В данном случае должна существовать причинная обусловленность дарения встречным предоставлением со стороны одаряемого, при наличии которого будет действовать правило о притворной сделке.

В силу статьи 583 ГК РФ по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме. По договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно (постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента). Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением.

В соответствии с пунктом 2 статьи 601 ГК РФ по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты – гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщица ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

В силу пункта 1 статьи 602 ГК РФ обязанность плательщика ренты по предоставлению содержания с иждивением может включать обеспечение потребностей в жилище, питании и одежде, а если этого требует состояние здоровья гражданина, также и уход за ним.

Согласно ч.1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

По смыслу приведенной нормы, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные п.2 ст.167 ГК РФ.

В соответствии с п.2 ст.167 ГК РФ и при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 на праве собственности до 24 апреля 2025 года принадлежали жилой дом площадью 247,2 кв.м., кадастровый №, летняя кухня площадью 58,2 кв.м., кадастровый №, земельный участок площадью 436 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>, что подтверждено свидетельством о праве собственности, выпиской из ЕГРН.

На основании договора дарения от 24 апреля 2025 года вышеуказанное имущества, а именно жилой дом площадью 247,2 кв.м., кадастровый №, летнюю кухню площадью 58,2 кв.м., кадастровый №, земельный участок площадью 436 кв.м., кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>, перешли в собственность ответчика ФИО2, что подтверждено выпиской ЕГРН.

Как следует из искового заявления и пояснений истицы ФИО1, в феврале 2025 года при посещении МФЦ Дзержинского района г. Волгограда, она познакомилась с ответчиком ФИО2, которая зная о ее возрасте, одиночестве, отсутствии других родственников и ином жилье, вместе со своим сыном ФИО5, установила с истицей доверительные отношения, стала оказывать бытовую помощь, убеждала, что будет о ней заботиться и обеспечит уход, достойную старость, на условиях того, что ФИО1 переоформит на ФИО2 вышеуказанное имущество, а именно жилой дом, летнюю кухню, земельный участок.

С этой целью в начале марте 2025 года, как следует из пояснений нотариуса г. Волгоград ФИО3, истица ФИО1 впервые обратилась к нему с вопросом какие документы необходимы для удостоверения договора дарения на жилой дом и земельный участок. Повторно к нотариусу г. Волгограда ФИО1 обратилась в середине марта 2025 года и 18 марта 2025 года началась работа с документами о правах и характеристиках отчуждаемых объектов недвижимости.

В полученных из Росреестра выписках из ЕГРН обнаружилось, что на земельном участке ФИО1 обнаружено три объекта недвижимости, из которых только один жилой дом с кадастровым номером №, остальные объекты стояли на кадастровом учете, однако право собственности за ФИО1 не было зарегистрировано.

Из пояснений истицы ФИО1 следует, что третье лицо ФИО5 и его мать ответчик ФИО2 настаивали на оформлении летней кухни и также передачи ее им в дар, утверждая о надежности, убеждали об осуществлении ухода за ней и достойной старост, в силу ее пенсионного возраста 72 года.

Истица оформила документы на летнюю кухню, и как следует из представленной Выписки ЕГРН, за истицей ФИО1 зарегистрировано право собственности на летнюю кухню 01 апреля 2025 года.

24 апреля 2025 года нотариусом г. Волгограда ФИО3 оформлен договор дарения жилого дома площадью 247,2 кв.м., кадастровый №, летней кухни площадью 58,2 кв.м., кадастровый №, земельного участка площадью 436 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>, между ФИО1 и ФИО2, что также подтверждается представленной видеозаписью, обозреваемой в судебном заседании.

Из протокола фиксирования информации полученной нотариусом для совершения нотариальных действий 24 апреля 2025 года следует, что ФИО1 указала, на то, что считает ФИО2 своей дальней родственницей, близким человеком и всецело ей доверяет, и хочет сделать ей подарок в виде дарения земельного участка и жилого дома по адресу: <адрес>. Разъяснены правовые последствия совершаемой сделки, о том, что указанные объекты недвижимости могут быть отчуждены без согласия ФИО8 и она может быть выселена из жилого дома, у ФИО2 возникает необходимость оплатить большой налог на доходы.

Вместе с тем, 16 мая 2025 года ФИО1 обратилась к нотариусу г. Волгограда ФИО3 с просьбой расторгнуть заключенный договор дарения и возврате ей имущества, что отражено в журнале регистрации представленного нотариусом суду. На основании поступившего обращения ФИО1, нотариусом были сделаны запросы в период с 16 мая 2025 года по 11 августа 2025 года, в том числе в Росреестр с целью выявления обременений, арестов, запретов. При запросе выписок 04 августа 2025 года было выявлено, что на спорное имущество наложен запрет регистрационных действий, на основании постановления судебного пристава-исполнителя.

29 августа 2025 года истица ФИО1 обратилась с заявлением в ОП -3 УМВД России по г. Волгограду, с целью возбудить уголовное дело по признакам преступления ч. 1 ст. 159 УК РФ, ст. 163 УК РФ в отношении ФИО2 и ФИО5, при этом просила признав ее потерпевшей.

06 ноября 2025 года истица ФИО1 направила в адрес ФИО2 претензию, в которой просила в добровольном порядке признать договор дарения от 24 апреля 2025 года недействительным и возвратить ей право собственности на жилой дом и земельный участок, поскольку является ее единственным жильем. Требования оставлены без ответа.

Также, 06 ноября 2025 года истица ФИО1 обратилась с жалобой в прокуратуру Дзержинского района г. Волгограда с целью провести проверку по факту ее обращения в ОП 3 УМВД России по г. Волгограду и бездействие сотрудников.

20 ноября 2025 года заместителем прокурора Дзержинского район г. Волгограда жалоба ФИО1 была удовлетворена в полном объеме.

Постановлением старшего следователя СО по Дзержинскому району г. Волгограда от 19 февраля 2026 года возбуждено уголовное дело по факту мошенничества, то есть приобретения права на чужое имущество путем обмана, совершенного в особо крупном размере, по признакам преступления предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. В ходе проведения проверки установлено, что в период времени с февраля 2025 года по 24 мая 2024 года ФИО2 в силу пожилого возраста ФИО1, с согласия последней стала осуществлять уход за ФИО1, входя последней в доверие. В период времени с февраля 2025 года по 24 апреля 2025 года, неустановленное лицо, из корыстных побуждений, путем обмана, введя в заблуждение ФИО1 относительно истинности своих намерений, приобрело право на вышеуказанное имущество, общей стоимостью 4577107 рублей, убедив ФИО1 заключить договор дарения между ФИО1 и ФИО2, предметом которого явились земельный участок, жилой дом и летняя кухня.

Истец ссылается, что ее воля практически сформировалась под воздействием ложного взгляда на сложившиеся отношения с ответчиком ФИО2 и третьим лицом ФИО5, а также существа сделки. Установленными обстоятельствами подтверждается, что ФИО1 не имела намерения передавать имущество земельный участка, жилой дом и летнюю кухню по адресу: <адрес>, а планировала продолжать проживать в указанном домовладении.

После заключения договора дарения истица ФИО1 продолжает проживать в жилом доме, несет расходы о его содержанию, одаряемая никогда в дом не вселялась и не собирается это делать, бремя его содержания не несет, что не оспорено в судебном заседании. Само по себе указание в договоре на принятие дара одаряемой не свидетельствует о его фактическом принятии. Таким образом, жилой дом, земельный участок и летняя кухня из фактического владения истицы не выбывали. Регистрация договора дарения и перехода права собственности в данном случае носила формальный характер. Спорное домовладение для ФИО1 является единственным для проживания жилым помещением.

Истец, в силу своего возраста (на момент заключения сделки 72 года), пенсионного возраста, помимо своей воли составила неправильное мнение о природе сделки под влиянием обстоятельств, имеющих для нее существенное значение. Ее воля практически сформировалась под воздействием ложного взгляда на сложившиеся отношения с ответчиком, а также существа сделки. Установленными обстоятельствами подтверждается, что ФИО1 не имела намерение отчуждать принадлежащие ей земельный участок, жилой дом и летнюю кухню без встречного представления ухода за ней и содержания.

Представителем ответчика также подтверждено, что ФИО2 в домовладение не вселялась, между сторонами была достигнута договоренность об осуществлении ухода за истицей, в связи с чем, ФИО2 и члены ее семьи старались по возможности помогать ФИО1 производили уборку дома, покупали продукты, организовывали поездки к врачу, что зафиксировано на представленном СД-диске, обозреваемом в судебном заседании, взамен чего истица ФИО1 оформила договор дарения, что также свидетельствует о заблуждении истицы относительно природы сделки.

Как утверждала истица, что после заключения договора дарения, ответчик практически прекратил уход, в связи с чем, она незамедлительно (2-3 недели после заключения договора), обратилась к нотариусу для расторжения договора, а в последующем в ОП-3 УМВД России г. Волгограда.

Заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-либо обстоятельствах, относящихся к данной сделке.

Сделка признается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При рассмотрении спора нашло подтверждение, что договор дарения заключен истицей ФИО8 под влиянием заблуждения относительно природы сделки. При таких обстоятельствах суд признает исковые требования ФИО1 обоснованными и подлежащими удовлетворению. При этом суд считает необходимым применить к сделке, последствия недействительности.

Признать договор дарения от от 24 апреля 2025 года жилого дома площадью 247,2 кв.м., кадастровый №, летней кухни площадью 58,2 кв.м., кадастровый №, земельного участка площадью 436 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес> заключенный между ФИО1 и ФИО2, недействительным (ничтожным). Применить последствия недействительности сделки, привести стороны в первоначальное положение, путем возврата жилого дома площадью 247,2 кв.м., кадастровый №, летней кухни площадью 58,2 кв.м., кадастровый №, земельного участка площадью 436 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>, в собственность ФИО1

Решение является основанием для аннулирования соответствующих записей в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество о переходе права собственности на указанные выше объекты недвижимого имущества за ФИО2 и внесении сведений о регистрации права собственности в отношении жилого дома площадью 247,2 кв.м., кадастровый №, летней кухни площадью 58,2 кв.м., кадастровый №, земельного участка площадью 436 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>, за ФИО1

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки – удовлетворения.

Признать недействительным договор дарения от 24 апреля 2025 года жилого дома площадью 247,2 кв.м., кадастровый №, летней кухни площадью 58,2 кв.м., кадастровый №, земельного участка площадью 436 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес> заключенный между ФИО1 и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделки путем возврата жилого дома площадью 247,2 кв.м., кадастровый №, летней кухни площадью 58,2 кв.м., кадастровый №, земельного участка площадью 436 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>, в собственность ФИО1.

Настоящее решение является основанием для аннулирования соответствующих записей в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество о переходе права собственности на указанные выше объекты недвижимого имущества.

Внести сведения о регистрации права собственности в отношении жилого дома площадью 247,2 кв.м., кадастровый №, летней кухни площадью 58,2 кв.м., кадастровый №, земельного участка площадью 436 кв.м., кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>, за ФИО1.

Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд через Дзержинский районный суд г. Волгограда в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированный текст решения суда изготовлен в окончательной форме 07 апреля 2026 года.

Судья Н.А.Щетинкина