Апелляционное постановление № 22-688/2019 22-688/2023 от 28 марта 2023 г.

Судья: Ленхобоев Ц.Г. Дело №22-688/2019


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Чита 29 марта 2023 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Забайкальского краевого суда Нестеров М.В.,

с участием прокурора Дашабальжировой И.С.,

оправданного ФИО1,

его защитника – адвоката Курбетьевой И.В.,

потерпевшей ФИО2,

при секретаре Горяшиной Е.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании в апелляционном порядке дело по апелляционной жалобе потерпевшей ФИО2 на приговор Акшинского районного суда Забайкальского края от 27 января 2023 года, которым

ФИО1, родившийся <Дата> в <адрес>, гражданин Российской Федерации, владеющий русским языком, имеющий неполное среднее образование, неженатый, неработающий, проживающий по адресу – <адрес> несудимый,

оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления с признанием за ним права на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Нестерова М.В., выступления потерпевшей РАН и прокурора Дашабальжировой И.С., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение оправданного ФИО1 и его защитника – адвоката Курбетьевой И.В., возражавших относительно её удовлетворения и просивших оставить приговор без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 оправдан по обвинению в краже, то есть в тайном хищении чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину.

Обстоятельства дела и события, произошедшие с 17-00 до 17-30 21 августа 2022 года на участке местности в 200 метрах от <адрес> подробно изложены в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в предъявленном ему обвинении в краже детской коляски у РАН. не признал полностью, пояснив, что забрал её без умысла на хищение, с целью возвращения законному владельцу.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней от 16 февраля 2022 года потерпевшая РАН просит приговор отменить, а дело направить на новое рассмотрение, так как полагает, что в действиях ФИО1 усматриваются признаки кражи. Оснований считать, что детская коляска была брошена ей либо утрачена, у него не имелось. Коляска была ухожена, поставлена на ножной тормоз, козырёк на случай дождя опущен, на песчаной почве от неё виднелись следы. Здесь же просматривались и следы от обуви её и сына. Более того, в силу позиции Конституционного Суда РФ, если даже вещь утрачена в месте известном законному владельцу и он имеет возможность вернуться за ней, то оснований считать её брошенной нет. И если при данных обстоятельствах лицо сокрыло такую вещь, то у него имеется состав кражи. Именно с целью кражи ФИО1 были предприняты меры к утаиванию похищенной коляски. Он понимал, что у неё имеется хозяин и поэтому не покатил её по дороге, а перенёс через бурьян, что являлось затруднительным на тот момент. Кроме того, чтобы оправдать невозможность подъехать к коляске на автомобиле он указывает несколько иное её местонахождение. Далее коляску он скрыл в багажнике, законного владельца не искал, в правоохранительные органы или органы местного самоуправления не обращался. Мер к возврату не предпринимал до появления её (РАН объявление в социальной сети с просьбой вернуть похищенную вещь. Более того, коляска была оставлена всего в 150 метрах от ближайшего дома по <адрес>, где имелась сотовая связь, и он мог бы дать объявление в чат группы «<данные изъяты>» или обратиться за помощью либо разъяснениями к проживающим поблизости жителям. Утверждения ФИО1 и его сына ПНД о том, что они, находясь на месте обнаружения коляски, кричали, пытаясь таким образом найти хозяина, не соответствуют действительности, поскольку она и её сын находились в лесу неподалёку и услышали бы их крики. Так она услышала даже звук отъезжающего автомобиля, резко тронувшегося с места, и разглядела, что это автомобиль - «<данные изъяты> Также обращает внимание на нахождение в коляске её личных вещей, по которым возможно было идентифицировать владельца. Однако ПДВ. это сделано не было, а суд этому обстоятельству оценки не дал. Считает неубедительным довод оправданного о том, что задержка в возвращении коляски связана с его занятостью, так как сразу же по её обнаружению он направился в лес прикармливать для охоты кабанов. Утверждает, что в данном лесном массиве охота запрещена и допустимо только собирать грибы и дикоросы. Более того, после кражи в этот же день свидетели видели автомобиль ФИО1 в <адрес>, в связи с чем она ходатайствовала о получении биллинга его телефона, однако в её ходатайстве судом было отказано.

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевшей защитник оправданного ФИО1 – адвокат Курбетьева И.В. указала на несостоятельность изложенных в ней доводов, просила оставить её без удовлетворения, а приговор – без изменения.

Выслушав стороны, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы потерпевшей и возражений на неё, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены приговора.

Так, согласно показаниям ФИО1 детская коляска была обнаружена им около леса за селом <адрес> когда он вместе с сыном ФИО3 поехали на автомобиле прикармливать для охоты кабанов. В округе никого не было, они покричали хозяина, но никто не откликнулся, и он решил взять коляску и сообщить о находке в чате «<данные изъяты>». Однако по возвращению домой около 24 часов он в указанной группе уже обнаружил объявление о пропаже коляски и сразу же связался с его авторам – РАН но она не ответила.

ФИО3, сын оправданного, подтвердил обнаружение ими на окраине леса коляски и принятия ими здесь же мер к поиску её хозяина, которые оказались безрезультатными. Он также подтвердил намерение отца дать о ней объявление в чате «<данные изъяты>» и указал, что домой они вернулись только около 24 часов, где, прочитав сообщение о потере коляски, отец сразу же дал на него ответ.

При этом, как следует из показаний потерпевшей РАН., коляска действительно была оставлена ей на окраине леса. Она с ребёнком собирала грибы и лиц, которые её забрали, не видела. Посчитала, что она украдена, дала объявления в чате и заявила в правоохранительные органы. Сообщение от ФИО1 прочитала только около 7 утра следующего дня, но сама отвечать на него не стала, а сообщила о нём в полицию, а сотрудники к 15 часам вернули ей коляску.

Свидетель ЧАВ знакомый ФИО1, показал, что в тот день встречался с ФИО1 и видел у него в автомашине детскую коляску, относительно которой тот сообщил, что нашёл её в районе Смолки, сейчас в чате прочитал объявление о её пропаже и собирается вернуть хозяйке.

При таких установленных обстоятельствах, основанных на показаниях оправданного, потерпевшей и свидетелей, суд пришёл к верному выводу об оправдании ФИО1, за отсутствием в его действиях состава преступления.

Умысла на хищение чужого имущества у ФИО1 не имелось.

Коляска была обнаружена им в безлюдном месте (что следует как из его показаний, так и из показаний потерпевшей, свидетеля ПНД. и осмотра места происшествия), меры к поиску её владельца им предпринимались (что подтверждается как им, так и его сыном) и он сразу же по прочтению объявления РАН. откликнулся на него и высказал желание вернуть коляску (что потерпевшей не отрицается).

При этом, вопреки доводам последней, он не считал коляску бесхозной, так как она была в ухоженном состоянии, и, полагая, что её могли оставить дети, забрал для отыскания её хозяина и возвращения.

При указанных обстоятельствах основания полагать, что коляска каким-то образом выбыла из владения хозяина, у него на тот момент имелись.

Кроме того, что при наличии умысла на хищение он мог бы не ответить на сообщение РАН., а при возникновении опасности обнаружения коляски имел возможность избавиться от неё. Однако никаких подобных действий не совершил.

Таким образом, позиция потерпевшей, что возвращение коляски последовало только в результате её объявления в чате, а при его отсутствии оправданный никаких мер бы к этому не предпринял, является предположением и поэтому не принимается судом.

ФИО1 вернулся домой только около 23-24 часов, когда уже не имел возможности принять меры к возвращению коляски, но даже, если бы он вернулся раньше, то для этого он располагал весьма ограниченным временем, так как коляска была обнаружена им только около 17 часов.

Вечернее время затрудняло его обращение в полицию или органы местного самоуправления, куда к тому же он обращаться и не собирался, так как предполагал другой путь поиска хозяина. И именно такой путь, исходя из действий, предпринятых потерпевшей, оказался наиболее эффективным.

Более того, в пользу его доводов об отсутствии умысла на хищение свидетельствует и то, что он не осматривал коляску, в связи с чем и не узнал о наличии в нём пакета, по которому можно было бы разыскать РАН

Утверждения потерпевшей, что об умысле на кражу свидетельствуют обстоятельства перемещения коляски с опушки леса в автомобиль, а именно то, что она была перенесена на руках, а не по дороге, нельзя признать убедительными. Данные обстоятельства никакого доказательственного значения не имеют, тем более ФИО1 дал по ним исчерпывающие объяснения, указав, что так было удобнее доставить коляску к автомобилю.

Пояснения потерпевшей об отсутствии крика ФИО1, мотивированные тем, что она должна была бы услышать его, так как даже слышала звук автомобиля, не являются достаточными для опровержения утверждений оправданного об обратном, поскольку РАН не находилась на месте, перемещалась по лесу и могла отдалиться от коляски, тем более тишина в лесу не была идеальной.

Приведённые ею доводы в опровержение утверждений ФИО1 о позднем возвращении домой, касающиеся отсутствия охоты в лесах села <адрес>, опровергнуты показаниями свидетеля УАА а кроме того, как указано выше, время его возвращения не имеет принципиального значения, так как само обнаружение коляски произошло около 17 часов и остаток вечера нельзя считать достаточным для принятия исчерпывающих мер по её возвращению.

В связи с этим не было и оснований для удовлетворения ходатайства о биллинге телефонных разговоров оправданного.

Нарушений уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела не допущено.

Судом соблюдён принцип состязательности сторон, созданы условия для исполнения ими их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, а также обеспечено их право на представление доказательств.

Все заявленные в ходе судебного разбирательства ходатайства участников процесса рассмотрены и разрешены.

Решение суда о признании за ним права на реабилитацию принято в соответствии с п.1 ч.2 ст.133, ч.3 ст.302 и п.5 ч.1 ст.306 УПК РФ.

Таким образом, обжалуемый приговор является законным и обоснованным.

Руководствуясь ст.389.13, ст.389.20, ст.389.28 и ст.389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Акшинского районного суда Забайкальского края от 27 января 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу потерпевшей РАН – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ через суд, постановивший приговор.

Кассационные жалоба, представление, могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

Лицо, подавшее кассационную жалобу вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья