Решение № 2-100/2019 2-6454/2018 от 11 февраля 2019 г. по делу № 2-3093/2018~М-1828/2018

Дело № 2-100/19


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Краснодар 12 февраля 2019 г.

Советский районный суд г. Краснодара в составе:

судьи Скрипка О.В.

при секретаре Шереметьевой Р.А.,

с участием:

представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, действующей на основании доверенности 23АА8178263 от 02.11.2018 г.,

представителя ответчиков (истца по встречному иску) ФИО2, действующего на основании доверенности № 23АА8301170 от 06.07.2018 г., приказа № 1 от 07.03.2014 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ООО «Сибирь» к ФИО3, ООО ТПЦ «АМК» о признании договора уступки прав требований недействительным, встречному иску ФИО3 к ООО «Сибирь» о признании недействительным пункта договора участия в долевом строительстве,

установил:

ООО «Сибирь» обратилось в суд с иском к ФИО3, ООО ТПЦ «АМК», в котором просит суд признать договор уступки прав требований от 05 сентября 2017 года, заключенный между ФИО3 и ООО ТПЦ «АМК» недействительным; обязать Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю погасить регистрационную запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, внесенную при регистрации договора уступки прав требования от 05 сентября 2017 года.

В обоснование требований указано, что между ООО «Сибирь» и ФИО3 18 августа 2014 года заключен договор участия в долевом строительстве № 30/43/2014. 05 сентября 2017 года между ФИО3 (цедент) и ООО ТПЦ «АМК» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает право требования суммы имущественных санкций, возникшие у цедента в связи с нарушением ООО «Сибирь» обязательств по договору участия в долевом строительстве № 30/43/2014 от 18 августа 2014 года. Согласно п. 7.1.8 договора участия в долевом строительстве № 30/43/2014 от 18 августа 2014 года стороны договорились, что уступка Участником прав требования к Застройщику по неустойке и иным штрафным санкциям не допускается. Считает, договор уступки прав требования (цессии), заключенный между ФИО3 и ООО ТПЦ «АМК» недействительной сделкой, в связи с чем истец обратился в суд.

ФИО3 обратилась в суд со встречным иском к ООО «Сибирь» о признании недействительным ничтожный пункт 7.1.8 договора участия в долевом строительстве № 30/43/2014 от 18.08.2014 г.

В обоснование встречных исковых требований указано, что условия п.7.1.8 договора участия в долевом строительстве № 30/43/2014 от18 августа 2014 года ущемляет права ФИО3, как потребителя, а также указанный пункт договора противоречит положениям закона Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ.

В судебном заседании представитель ООО «Сибирь» поддержал исковые требования, считал их законными и обоснованным. Возражал против удовлетворения встречных исковых требований, заявил ходатайство о применении срока исковой давности по исковым требованиям ФИО3

Представитель ФИО3 и ООО ТПЦ «АМК» в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований ООО «Сибирь» по основаниям, изложенным в письменном отзыве, считал их незаконными и необоснованными. На удовлетворении встречных исковых требований настаивал.

Суд, выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, пришел к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 18.08.2014 г. между ООО «Сибирь» и ФИО3 заключен договор участия в долевом строительстве № 30/43/2014.

05.09.2017 года между ФИО3 (цедент) и ООО ТПЦ «АМК» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает право требования суммы имущественных санкций, возникшие у цедента в связи с нарушением ООО «Сибирь» обязательств по договору участия в долевом строительстве № 30/43/2014 от 18 августа 2014 года.

Как усматривается из указанного договора уступки права (цессии) от 05.09.2017 г., предметом договора является передача прав и обязанностей в части взыскания с ООО «Сибирь» неустойки по договору участия в долевом строительстве № 30/43/2014 от 18 августа 2014 года, заключенному между ФИО3 и ООО «Сибирь».

Так, согласно п. 7.1.8 договора участия в долевом строительстве № 30/43/2014 от 18 августа 2014 года стороны договорились, что уступка участником прав требования к застройщику по неустойке и иным штрафным санкциям не допускается.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (п. 1).

В силу п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

На основании ст. 180 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

В силу п.1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Учитывая тот факт, что с положениями п. 7.1.8 договора участия в долевом строительстве № 30/43/2014 от 18 августа 2014 года ФИО3 была ознакомлена в день подписания договора долевого участия, что свидетельствует подпись на договоре, следовательно, течение срока исковой давности необходимо исчислять с 18 августа 2014 года.

Таким образом, срок исковой давности по требованию о признании пункта договора недействительным истек 18 августа 2017 года.

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из системного анализа вышеуказанной правовой номы следует, что пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Учитывая факт, что встречное исковое заявление предъявлено ФИО3 в 2018 году, следовательно, с пропуском срока исковой давности, а также заявление ООО «Сибирь» о пропуске срока исковой давности ФИО3, суд полагает возможным применить положения о пропуске срока исковой давности и отказать в удовлетворении встречного искового заявления о признании п. 7.1.8 договора участия в долевом строительстве № 30/43/2014 от 18 августа 2014 года недействительным.

Согласно ст. 451 Гражданского кодекса Российской Федерации существенное изменение обстоятельств‚ из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа. Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был заключен нa значительно отличающихся условиях.

Согласно части 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства. Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа, возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

Вместе с тем, в нарушение вышеуказанной нормы ответчик уступила право требования штрафных санкций, которое принадлежало исключительно ей как Дольщику в соответствии с ч. 2 ст. 6 ФЗ от 30.12.2004 г. «Об участии в долевом строительстве многоквартирных жилых домов и иных объектах недвижимости о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ».

В силу пункта 17 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ).

Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Таким образом, передавая OOO ТПЦ «АМК» право на неустойку и штрафные санкции, уступка которых противоречит договору участия в долевом строительстве, ответчик действовала исключительно с намерением причинить вред истцу.

Более того, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может признана недействительной (ст. ст. 10, 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 постановления ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Формальное соблюдение требований законодательства не является достаточным основанием для вывода о том, что в действиях лица отсутствует злоупотребление правом.

Исходя из названия и смысла статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права любого лица должны быть реализованы и попадают под защиту закона при условии соблюдения их "пределов", т.е. до тех пор, пока права одного лица не выходят за границы его личного пространства и не нарушают границы прав иных лиц.

При этом злоупотребление правом не всегда связано с противоправными действиями, действия лица формально могут и не нарушать никакие нормы закона, но быть направленными в обход закона, т.е. реализация права осуществляется недозволенными способами.

Судом, уставлено, что ФИО3 уступило часть требований по договору участия в долевом строительстве № 30/43/2014 от18 августа 2014 года, ООО «Ареопаг Сибири» (договор цессии от 17.10.2018 года) и ООО ТПЦ «АМК» (договор цессии от 17.10.2018 года).

В материалы дела представлены акты арбитражного суда Краснодарского края, свидетельствующие об обращении ООО ТПЦ «АМК» и ООО «Ареопаг Сибири» к ООО «Сибирь» с исковыми заявлениями о взыскании неустойки по указанным договорам цессии.

Таким образом, действия ФИО3 по уступки частей одного и того же требования привели к нескольким судебным процессам по искам ООО ТПЦ «АМК» и ООО «Ареопаг Сибири» о взыскании с ООО «Сибирь» неустойки, что в свою очередь создают дополнительные убытки у ООО «Сибирь» связанные с рассмотрением нескольких исковых заявлений.

Более того, в рассматриваемом случае, ФИО3 переданы права о взыскании имущественных санкций не в целях защиты нарушенных прав ФИО3, а только лишь в целях обогащения, в данных действиях присутствуют признаки злоупотребление правом.

Совокупность обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения данного дела, а также в целом на рынке, с учетом массовости аналогичных исков, направленных в арбитражные суды, свидетельствует о недобросовестности действий его участников, направленных на формальную судебную легитимизацию недобросовестных действий, осуществляемых путем массовой скупки обязательств по договорам долевого участия с намерением извлечения сверхприбыли, а не компенсации потерь.

Такое позиционирование прямо противоречит как принципу эквивалентности гражданского правоотношения и доброй совести его участников, так и правовой природе обязательства по договору долевого участия.

Возмещение вреда, а также штрафных санкций как в экономическом, так и в правовом смысле, в принципе, не имеет целью и не предполагает создание добавленной стоимости по отношению к любому участнику подобных правоотношений.

Реализация механизма правового регулирования института участия в долевом строительстве не может и не должна приводить к смещению имущественной массы даже в пользу его действительных участников, а тем более скупщиков долгов и неустоек.

Таким образом, действия ФИО3, направлены не на защиту нарушенного права, а на получение необоснованной выгоды, что свидетельствует о злоупотреблении правом с её стороны и является основанием для признания договора уступки права (цессии) от 05.09.2017 г. недействительной сделкой.

Согласно ч. 1 ст. 168 Г К РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из Закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные c недействительностью сделки.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки.

При таких обстоятельствах, оценив в совокупности доказательства по делу, суд пришел к выводу, что договор уступки прав требований от 05.09.2017 года является недействительной сделкой, в связи с чем исковые требования ООО «Сибирь» подлежат удовлетворению, в удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 следует отказать.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании (ч.2 ст. 195 ГПК РФ).

Суд на основании ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ООО «Сибирь» к ФИО3, ООО ТПЦ «АМК» о признании договора уступки прав требований недействительным удовлетворить.

Признать договор уступки прав требований от 05 сентября 2017 года, заключенный между ФИО3 и ООО ТПЦ «АМК» недействительным.

Вступившее в законную силу решение суда является основанием для Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю погасить регистрационную запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, внесенную при регистрации договора уступки прав требования от 05 сентября 2017 года.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 к ООО «Сибирь» о признании недействительным пункта договора участия в долевом строительстве отказать.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Советский районный суд г. Краснодара в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.

Судья Советского

районного суда г. Краснодара О.В. Скрипка

Мотивированное решение изготовлено 15.02.2019 г.

Судья Советского

районного суда г. Краснодара О.В. Скрипка