Решение № 2-185/2025 2-185/2025~М-167/2025 М-167/2025 от 14 октября 2025 г. по делу № 9-15/2025~М-136/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<адрес> 6 октября 2025 г.

Алексеевский районный суд <адрес> в составе: председательствующего судьи Курышовой Ю.М.,

при секретаре Елисеевой Т.М.,

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО2 о признании недействительным зарегистрированного права собственности на жилой дом,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании недействительным зарегистрированного права собственности на жилой дом, в обосновании исковых требований указав, что 02.10.2003 г. приобрела жилой дом и земельный участок под ним, со всеми хозяйственными постройками и сооружениями, расположенными по адресу: Волгоградская область, Алексеевский район, ст. Алексеевская, ул. Набережная, д. 20. В 2013 г. ФИО2 незаконно совершила оформление несуществующего объекта недвижимости, в виде жилого дома площадью 13.9 кв.м., которому присвоен кадастровый номер №, расположенного по адресу: <адрес> При этом жилой дом ФИО2 является одной из построек в виде летней кухни расположенной и относящейся к земельному участку, расположенными по адресу: Волгоградская область, Алексеевский район, ст. Алексеевская, ул. Набережная, д. 20, принадлежащего истцу. По сведения Управления Росреестра по Волгоградской области содержатся сведения о жилом доме с кадастровым номером №, сведения о постановке на учет жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, внесены по техническому плану задания от 25.11.2013 г. на основании решения Алексеевского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ Сведения об объекте недвижимости с наименованием «летняя кухня», расположенного по адресу: <адрес>, в ЕГРН не установлено. Земельный участок, расположенный по адресу: <адрес> с кадастровым номером №, площадью 377 кв.м., поставлен на государственный кадастровый учет 2014 г. со статусом «временный» на основании межевого плана от 2014 г.. в 2019 г. данный земельный участок снят с государственного кадастрового учета, записи присвоен статус «архивный». Сведения о государственной регистрации права на указанный земельный участок в ЕГРН отсутствуют. В настоящее время в ЕРГН сведений об объектах недвижимости с наименованием «летняя кухня», расположенного по адресу: <адрес>, не установлено. Постановлением администрацией Алексеевского сельского поселения <адрес> вынесено постановление о присвоении (изменении) адреса жилому дому по <адрес> в <адрес>, которое в последующем было отменено, в связи с отсутствием обращения граждан о присвоении адреса. 06.06.2023 г. по заказу истца, кадастровым инженером ФИО5, был выполнен акт выноса границ земельного участка с кадастровым номером №, из схемы месторасположения, которого усматривается нахождение жилого дома ответчика в границах земельного участка истца. Из чего следует, что не существует никакого жилого дома, по адресу: <адрес>, а есть некая хозяйственная постройка в виде летней кухни относящейся к жилому дому ФИО4 Действия ответчика нарушают права и законные интересы истца при пользовании жилым домом, хозяйственными постройками и земельным участком под ним. Проси суд признать недействительным зарегистрированное право собственности ФИО2 на жилой дом, с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, общей площадью 13,9 кв.м., номер государственной регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, о слушании дела извещена надлежащем образом.

Истец представитель истца ФИО4 – ФИО1 в судебном заседании, поддержал уточненные исковые требования, настаивал на их удовлетворении в полном объеме. Дополнительно пояснив, что при переходе права собственности истца на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес> ФИО4 возникло право собственности на спорный объект недвижимого имущества, а именно летнюю кухню литер «Г4», которая входила в состав хозяйственных построек и сооружений, расположенных по адресу: <адрес>. Согласно имеющемуся техническому паспорту домовладения, выданного филиалом ФГУП «Ростехинвентаризация» по Волгоградской области от 18.07.2003 г., в графе «III. Описание зданий и сооружений» перечислены объекты, среди которых имеются 2- летние кухни, которые расположены на земельном участке с кадастровым номером № на имеющемся плане земельного участка она обозначены под «Г» и «Г4». В договоре купли-продажи жилого дома с земельным участком от 02.10.2003 г. указано, что продается «две летних кухни». В силу ст. 35 ЗК РФ, а также ГК РФ не допускается отчуждение земельного участка без находящегося на нем здания, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу. Таким образом, все постройки, которые переходили в собственность по договору купли-продажи истцу, обозначены и описаны в техническом паспорте домовладения по состоянию на 18.07.2003 г., что так же говорит о составе расположенных на земельном участке объектов недвижимости. Право собственности на жилой дом с хозяйственными постройками и земельный участок возникает у покупателя здания в силу закона с момента государственной регистрации перехода к нему права собственности на сооружение. Доводы ответчика о договорённости и отсутствие претензий со стороны истца относительно хозяйственной постройки «летняя кухня» не основаны на законе. Материалами дела подтверждается отсутствие образованного объекта недвижимости в виде жилого дома по адресу <адрес>, по сведениям администрации, такого адреса не существует. Жилой дом по адресу <адрес> принадлежащей ответчику располагается в границах земельного участка истца по адресу <адрес>, и до 2013 г. являлся хозяйственной постройкой в виде летней кухни, какие-либо права на землю у ответчика отсутствуют.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований истца. Пояснив, что на спорном земельном участке по адресу: <адрес> располагался жилой дом две летние кухни литеры «Г», «Г4» и хозяйственные постройки. Ее мать ФИО6 имела намерения продать жилой дом, одну летнюю кухню и хозяйственные постройки, намерений продавать летнюю кухню литер «Г4» она не имела, поскольку проживала в ней она и брат и другого жилья у них не было. Оформление документов купли-продажи занималась именно ФИО4, ввиду возраста ФИО6 не могла заниматься оформлением, которая должна была оформить межевание земельного участка, с учетом расположенных на нем двух домовладений, но ФИО4 земельный участок оформила полностью в свою собственность. При использовании домовладений ФИО6 и ФИО4 земельный участок сами разделили и поставили забор, каких - либо претензий ФИО4 не предъявляла ни к матери ФИО6, ни к брату ФИО10, поскольку имелась договоренность между ними по использованию земельного участка. Кроме того, ФИО4, при жизни ФИО6, в 2004 г. написала заявление о том, что не претендует на летнюю кухню литеры «Г4», в которой проживает ФИО6, при покупке дома и земельного участка по адресу <адрес>, денежных средств за указанную летнюю кухню не передавала. После смерти матери и брата она обратилась к нотариусу для оформления право собственности в порядке наследования, ФИО4 об этом было известно, она не возражала. Жилому дому по адресу <адрес> присвоен номер еще при жизни матери и брата, и квитанции об оплате коммунальных услуг приходили именно по этому адресу <адрес>, а не по адресу <адрес>. Кем был присвоен указанный адрес <адрес> ей не известно. В настоящее время между домами забора нет, его ФИО4 разобрала, но она имеет доступ к принадлежащему ей жилому дому <адрес>, коммунальные платежи оплачивает, несет расходы по содержанию указанного имущества.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании, возражала против удовлетворения требований истца, в обосновании указав, что истцом избран не верный способ защиты нарушенного права, поскольку признавать недействительным зарегистрированное право законодательством не предусмотрено, надлежит оспаривать правоустанавливающий документ, на основании которого было зарегистрировано право. Неоднократно с 2013 г. согласно принятым судебным актам ФИО4 обращалась с исковыми заявлениями о воспрепятствовании ФИО2 пользоваться и распоряжаться имуществом принадлежащей последней на праве собственности. Спорна летняя кухня литер «Г4» соответствовала признакам жилого дома, имела автономное отопление, электроснабжение, соответственно кадастровый инженер, составил техническую документацию на объект обследования (летняя кухня) для оформления наследственных прав ФИО2. В договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ отсутствует переход права собственности ФИО4 на летнюю кухню под литером «Г4», кроме того, нотариусом заверялось заявление о том, что ФИО4 не претендует на летнюю кухню под литером «Г4». В 2003 г. после заключения договора купли-продажи между двумя домовладениями ФИО7 и ФИО4, по их согласованию, было возведено ограждение, и земельный участок разделен для использования собственниками жилых домов, на котором они располагались. При таком соглашении ФИО7 пользовалась земельным участком, а после ее смерти пользовался сын ФИО7 до смерти, ФИО4 не чинила им препятствий в пользовании земельным участком, поскольку до 2014 г. ФИО8 с исковыми заявлениями не обращалась в суд, Жилому дому ФИО2, присвоен адрес <адрес>, во всех правоустанавливающих документах, в том числе квитанциях по оплате ЖКУ, указан именно этот адрес, и никем это не оспаривалось. Указанный адрес был присвоен до приобретения ФИО2 право собственности в порядке наследования на жилой дом. Кроме того, просит применить срок исковой давности о признании недействительным зарегистрированного права, при этом в течение 22 лет после заключении сделки купли-продажи, ФИО4 не обращалась в суд с данными ни к ФИО7, ни к ФИО2

Суд, выслушав представителей, ответчика, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Конституцией Российской Федерации гарантируются право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, а также признание и защита собственности, ее охрана законом (статья 35, части 1 и 2). Каждый имеет право на жилище; никто не может быть произвольно лишен жилища (статья 40, часть 1, Конституции Российской Федерации).

Согласно пункта 1 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу пункта 2 статьи 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со статьей 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Права, предусмотренные ст. 301 - 304 ГК РФ принадлежат также лицу, хотя и не являющемуся собственником, но владеющему имуществом на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного ведения, оперативного управления либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором. (ст. 305 ГК РФ).

В абз. 1 п. 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 12.12.2023) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в соответствии с п. 1 ст. 2 ФЗ РФ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Положениями пункта 1 статьи 235 ГК РФ установлено, что право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Исходя из положений пункта 1 статьи 271 ГК РФ собственник здания, сооружения или иной недвижимости, находящейся на земельном участке, принадлежащем другому лицу, имеет право пользования предоставленным таким лицом под эту недвижимость земельным участком.

Согласно пункта 2 статьи 271 ГК РФ при переходе права собственности на недвижимость, находящуюся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право пользования соответствующим земельным участком на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний собственник недвижимости.

В соответствии с пунктом 1 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации при переходе права собственности на здание, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу, оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.

При таких обстоятельствах, собственник такого объекта недвижимости не лишается права пользования частью участка, необходимой для обслуживания и эксплуатации такого объекта.

В судебном заседании установлено, что 02.10.2003г. между ФИО6 и ФИО4 заключен договор купли-продажи жилого дома с земельным участком, находящиеся по адресу: Волгоградская область, Алексеевский район, ст. Алексеевская ул. Набережная д. 20. Согласно п. 1 договора, отчуждаемое имущество представляет собой: жилой дом, общей площадью 55,9 кв.м., жилой – 14,9 кв.м. с надворными постройками: две летних кухни, два деревянных сарая, погреб кирпичный, погреб земляной, уборная деревянная, забор, калитка. В собственность ФИО4 переходят: жилой дом, летняя кухня (лит. Г), два деревянных сарая, погреб кирпичный, уборная деревянная, забор и калитка.

Отчуждаемое имущество указано в техническом паспорте, выданным Алексеевским бюро технической инвентаризации и приватизации Алексеевского района Волгоградской области, по состоянию на 18.06.2003г.,

В абзаце 2 п. 1 договора купли-продажи от 02.10.2003г. указано, в собственность покупателя приходит: жилой дом, летняя кухня (лит. Г), два деревянных сарая, погреб кирпичный, уборная деревянная, забор и калитка.

Из представленной копии заявления от 08.06.2004 г., написанного собственноручно истцом ФИО9 и удостоверенное нотариусом следует, что она не претендует на жилую площадь (летнюю кухню) расположенную по адресу: <адрес>, в которой проживает ФИО6, при покупке жилого дома и земельного участка за указанную кухню деньги уплачены ею не были.

Решением Алексеевского районного суда <адрес> от 26.09.2013г. удовлетворены исковые требования ФИО2 к администрации Алексеевского сельского поселения Алексеевского муниципального района <адрес> о признании права собственности в порядке наследования по закону на недвижимое имущество. За ФИО2 признано право собственности в порядке наследования по закону на недвижимое имущество в виде жилого дома общей площадью 13,9 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, принадлежащего наследодателю ФИО10, умершему 21.06.2012г. ФИО10 получил данное имущество по наследству от матери ФИО6, умершей 30.06.2011г., фактически завладев наследственным имуществом. Решение вступило в законную силу, сторонами обжаловано не было.

В решении указан номер жилого <адрес>, на основании копии выписки из похозяйственной книги администрации Алексеевского муниципального района <адрес> от 2012 г., а также письменного сообщения нотариуса <адрес>, в котором указано, что наследодатель ФИО10 на день смерти зарегистрирован по адресу: <адрес>.

В июле 2014 г. после регистрации права собственности ФИО2 в порядке наследования по закону на недвижимое имущество в виде жилого дома общей площадью 13,9 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, ФИО4 обратилась с заявлением о пересмотре решения от 26.09.2013г. по вновь открывшимся обстоятельствам, указывая о том, что по договору купли-продажи приобрела жилой дом с надводными постройками и земельный участок у ФИО6 В одной из летних кухонь разрешила проживать ФИО6 и ее сыну. Однако решением суда за ФИО2 признано право собственности на несуществующий объект, поскольку жилого <адрес>, не существует, а существует летняя кухня принадлежащая ей. При этом не отрицала, что денежные средства за летнюю кухню не передавала ФИО6 Допрошенные свидетели пояснили, что ФИО6 была намерена продать ФИО4 жилой дом, хоз. постройки и часть земельного участка, а одну летнюю кухню и часть земельного участка оставить за собой. Для оформления документов ФИО6 оформила доверенность ФИО4, которая оформила весь земельный участок в свою собственность. ФИО2 после смерти матери и брата, до вступления в наследство и регистрации права собственности, открыто пользовалась частью земельного участка и жилым домом, о чем было достоверно известно ФИО4 Определением суда от 03.07.2014 г. в удовлетворении заявления ФИО9 о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения суда от 26.09.2013 г. было отказано.

Определением 28.09.2015 г. ФИО4 было отказано в удовлетворении заявления по вновь открывшимся и новым обстоятельствам решения Алексеевского районного суда <адрес> от 26.09.2013 г. о призвании права собственности ФИО2 в порядке наследования по закону на недвижимое имущество, поскольку в ходе рассмотрения заявления было установлено, что ФИО4 с 2012 г. было известно о пользовании ФИО2 объектом недвижимости по <адрес>.

При рассмотрении заявления ФИО4, представитель администрации Алексеевского муниципального района Волгоградской области относительно присвоения адреса объекту недвижимости пояснила, что документы администрацией выдаются на основании данных, содержащихся в похозяйственных книгах, сведения в которые вносятся со слов граждан и могут быть подтверждены соответствующими документами при их наличии, однако документальное подтверждение законодательство не предусматривает. В похозяйственной книге за 2007 г. -2011 г. имеются сведения: лицевой счет № на имя ФИО9, которой по <адрес> принадлежит жилой дом с хозяйственными постройками – сараями, земельным участком 9 соток; лицевой счет № на имя ФИО10, проживающего совместно с матерью ФИО6, по <адрес>, которым принадлежит жилой дом – летняя кухня, земельный участок 7 соток. Указание на летнюю кухню считается условным, фактически на <адрес> находится жилое помещение. Полномочия сельских поселения по присвоению адресов объектам адресации введены с 2013 г. ФЗ № 131 «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» в ред. ФЗ- 443 от 28.12.2013г. До указанного закона постановления о присвоении адресов объектам недвижимости администрацией вносились при обращении граждан, нумерация домов сложилась исторически.

В 2015 г. администрацией Алексеевского муниципального района Волгоградской области выдана справка, согласно которой постановления о присвоении (изменении) адреса жилому дому по <адрес> издано не было в связи с отсутствием обращения граждан о присвоении (изменении) адреса.

При этом, ответчиком представлены копии квитанций оплаты услуг электроснабжения за 2017 г.- 2018 г., плательщиком является ФИО10, адрес оплаты: <адрес>.

Доводы представителя истца о признании права собственности на жилой дом по адресу <адрес> за ФИО2, без официального присвоения адреса данному объекту недвижимости, уже были предметом рассмотрения судом при рассмотрении заявлении ФИО9 о пересмотре решения суда от 26.09.2013 г. по вновь открывшимся обстоятельствам 28.09.2015 г., судом им дана надлежащая оценка, что нашло свое отражение в судебном акте, оснований для повторного рассмотрения не требуется.

Решением Алексеевского районного суда Волгоградской области от 13.10.2022 г. в удовлетворении искового заявления ФИО4 к ФИО2 о сносе строения, а именно жилого <адрес>, было отказано. Решение вступило в законную силу. В ходе судебного заседания ФИО4 также подтвердила, что в 2003 г. приобрела у ФИО6 жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>. Летняя кухня, расположенная на территории земельного участка по адресу: <адрес> по заключенному договору купли-продажи от 2003 г. ей не передавалась, денежные средства ею уплачены не были. ФИО6 и ее сын проживали в указанной летней кухне, для её использования была отгорожена часть земельного участка, находящегося в собственности ФИО4

Решением Алексеевского районного суда Волгоградской области от 09.10.2023 г. исковое заявление ФИО4 к ФИО2 об устранении препятствия в пользовании земельным участком, удовлетворены. ФИО2 обязали устранить препятствия по владению и пользованию ФИО4 земельным участком по адресу: <адрес>, путем сноса забора из металлического профлиста с калиткой, расположенных по фасадной линии земельного участка. Вынесенное решение обжаловалось, но оставлено без изменения.

Решением Алексеевского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО2 о прекращении права собственности на жилой дом, было отказано, поскольку при переходе права собственности ФИО4 на земельный участок, по адресу: <адрес>, не возникло право собственности на жилой дом (летнюю кухню литер Г 4) по адресу: <адрес>, так как спорный жилой дом ФИО4 не приобретался. Вынесенное решение обжаловалось, но оставлено без изменения.

При рассмотрении настоящего дела, ФИО2 не оспаривала, что земельный участок с кадастровым номером: №, по адресу Набережная, <адрес>, принадлежит на праве собственности ФИО4, однако с 2013 г. по настоящее время она пользуется домом № «а» по <адрес>, несет расходы по оплате коммунальных услуг, пользуется и частью земельного участка, с кадастровым номером: №, на тех же условиях и в том же объеме, установленном в 2003 г. между собственниками, <адрес>, ФИО6, ФИО10 и собственником, <адрес>, ФИО4 ФИО6 была намерена продать ФИО4 жилой <адрес> и часть земельного участка, а жилую кухню литер «Г4» и часть земельного участка оставить в своей собственности, поскольку это было ее единственное жилье. Для оформления межевания земельного участка ФИО11 оформила доверенность на ФИО4, которая оформила весь земельный участок в свою собственность, что подтверждается и свидетельскими показаниями, которым была дана надлежащая оценка в судебном акте от ДД.ММ.ГГГГ,

Решением суда от 26.09.2013г. о признании права собственности ФИО2 в порядке наследования по закону на спорное недвижимое имущество и явившемся основанием для государственной регистрации права собственности ФИО2, а также решения от 13.10.2022 г., 09.10.2023 г., 25.10.2024 г. и определения от 03.07.2014 г., 28.09.2015 г. Алексеевского районного суда Волгоградской области, в силу статьи 61 ГПК РФ являются обязательными для суда.

В ходе рассмотрения дела судом не было установлено, а материалы дела не содержат сведений о том, что до вступления ФИО2 в порядке наследования по закону на недвижимое имущество - жилой <адрес>, оставшееся после смерти ФИО6, а в последующем ФИО10 ФИО4 оспаривала права ФИО6 либо ФИО10, на указанный жилой <адрес>, соответственно не возражала относительно владения и пользования спорным объектом недвижимости, расположенным на земельном участке с кадастровым номером: №, принадлежащем ей на праве собственности и отгороженным в 2003 г. по согласованию собственников (ФИО4 и ФИО6) для эксплуатации спорного домовладения.

Таким образом, на протяжении длительного времени (с 2003 г.) сложился и до настоящего времени не изменился установленный порядок пользования земельным участком, на котором находятся два отдельно стоящих дома истца и ответчика.

Способы защиты гражданских прав предусмотрены статьей 12 ГК РФ, однако этот перечень не является исчерпывающим, поскольку допускается возможность использования и других способов при условии, что это предусмотрено законом.

Избрание способа защиты своего нарушенного права является прерогативой истца, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения. Вместе с тем лицо, осуществляя принадлежащее ему право, самостоятельно несет негативные последствия неверного выбора способа защиты своего права, не соответствующего его реальным интересам.

В силу ст. 11, 12 ГК РФ в суде осуществляется защита нарушенных или оспоренных гражданских прав способами, перечисленными в ст. 12 названного Кодекса, а также иными способами, предусмотренными законом. Истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты.

При избрании способа защиты путем признания права отсутствующим запись в Едином государственном реестре недвижимости должна нарушать права истца, то есть истец должен обладать аналогичным с ответчиком правом в отношении объекта имущественных прав, поскольку в противном случае признание права ответчика отсутствующим не восстановит нарушенные права истца. Если истец избрал способ защиты права, не соответствующий нарушению, и не обеспечивающий восстановление прав, его требования не могут быть удовлетворены.

При переходе права собственности истца ФИО4 на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес> у нее не возникло право собственности на спорный объект недвижимого имущества, а именно жилой дом, расположенной по адресу: <адрес>, поскольку указанный жилой дом ею не приобретался. При этом, ссылка представителя истца на технический паспорт домовладения № по <адрес> с перечисленными постройками находящимися на принадлежащем истцу земельном участке не является правоустанавливающим документом, подтверждающим право собственности истца на спорный объект недвижимости.

Таким образом, с учетом вышеизложенного, в связи с отсутствием бесспорных доказательств подтверждающих наличие у ФИО4 права собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4 к ФИО2 о признании недействительным зарегистрированного права собственности на жилой дом, не имеется.

Кроме того, представителем ответчика в ходе рассмотрения дела заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствии недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Начало исполнения сделки в отношении недвижимого имущества сопряжено с датой государственной регистрации прав на него.

Право собственности ФИО2 на спорное имущество зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество 12.12.2013 г., с указанного времени ответчик владеет и пользуется спорным объектом недвижимости жилой <адрес>, с 2014 г. истцу ФИО9 достоверно было известно о зарегистрированном праве ответчика, однако с исковым заявление о признании недействительным зарегистрированного права собственности на жилой дом ФИО4 обратилась только в 2025 г., по пришествию 13 лет, что свидетельствует о существенном пропуске, предусмотренного ст. 181 ГК РФ, срока исковой давности и, учитывая соответствующее заявления представителя ответчика, является безусловным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь ст. ст.194 - 198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО2 о признании недействительным зарегистрированного права собственности на жилой дом общей площадью 13,9 кв.м., с кадастровым номером №, номер государственной регистрации № о т 30.12.2013 г., расположенный по адресу: <адрес> – отказать.

Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Алексеевский суд Волгоградской области.

Судья: Ю.М. Курышова

Мотивированное решение изготовлено 15 октября 2025 года.

Судья: Ю.М. Курышова