Решение № 2-1265/2017 2-1265/2017~М-1182/2017 М-1182/2017 от 6 сентября 2017 г. по делу № 2-1265/2017

Дело № 2-1265/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Заводской районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе председательствующего судьи Рузаевой Л.П.

при секретаре Виноградовой А.А.

с участием прокурора Вихоревой Н.В.

с участием представителя истца ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании 07 сентября 2017 года в г. Новокузнецке гражданское дело по иску ФИО2 к Открытому акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», Акционерному обществу «Шахта «Антоновская», Акционерному обществу «Шахта «Большевик» о взыскании компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью профессиональным заболеванием,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО2 обратился в суд с требованиями к Открытому акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», Акционерному обществу «Шахта «Антоновская», Акционерному обществу «Шахта «Большевик» о взыскании компенсации морального вреда вследствие причинения вреда здоровью профессиональным заболеванием.

Свои требования мотивировал тем, что с 1980 г. по 2005 г. он работал в условиях аэрозолей преимущественно фиброгенного действия выше ПДК на предприятиях ответчиков в должностях : подземный горнорабочий, подземный начальник участка, подземный горный мастер, подземный горномонтажник.

В результате длительной работы во вредных условиях труда у истца развилось хроническое профессиональное заболевание органов дыхания: «ОБЕЗЛИЧЕНО». Заболевание профессиональное, установлено впервые 13.11.2015 года.

По результатам расследования случая профессионального заболевания составлен Акт о случае профессионального заболевания от 28.03.2016 года.

Профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах, указанных в Акте, при этом вины истца в его возникновении не установлено.

Заключением МСЭ № ОБЕЗЛИЧЕН от 19.10.2016 года истцу впервые установлено ОБЕЗЛИЧЕНО% утраты профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание причиняет истцу физические и нравственные страдания.

Поскольку причиной развития профессионального заболевания у истца послужила его работа на предприятиях ответчиков, истец считает, что с ответчиков в его пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда в связи с причинением вреда его здоровью.

Истец ФИО2 в судебном заседании на исковых требованиях настаивал, дал пояснения аналогичные изложенным в иске.

Представитель истца ФИО1, действующая на основании нотариально удостоверенной доверенности ОБЕЗЛИЧЕНО от 06.11.2014 года сроком на 3 года (л.д.36), в судебном заседании исковые требования поддержала, дала пояснения аналогичные изложенным в иске.

Представитель ответчика АО «Шахта «Антоновская» - ФИО3, действующая на основании доверенности № ОБЕЗЛИЧЕН (44/16) от 12.01.2017 года сроком до 31.12.2017 года (л.д.126), не оспаривала факта причинения вреда здоровью истца в результате профессионального заболевания, возникшего у него в связи с его работой в неблагоприятных условиях труда на различных предприятиях, в том числе на предприятии данного ответчика, а также причинения истцу из-за утраты здоровья моральных и нравственных страданий. С учетом изложенного, не возражала против удовлетворения заявленных им требований, однако, с учетом принципа разумности и справедливости просила суд снизить размер подлежащей взысканию с данного ответчика в пользу истца компенсации морального вреда до разумных пределов пропорционально установленному проценту вины ответчика.

Представитель ответчика ОАО «Объединенная Угольная компания «Южкузбассуголь» ФИО4, действующая на основании доверенности № ОБЕЗЛИЧЕН от 05.04.2017 года сроком до 10.02.2018 года (л.д.128-129) и доверенности № ОБЕЗЛИЧЕН от 10.02.2015 года сроком на 3 года (л.д.130-135), заявленные истцом к данному ответчику требования не признала. Не оспаривала факта причинения вреда здоровью истца в результате профессионального заболевания, в связи с чем, не оспаривала факта причинения истцу моральных и нравственных страданий. Однако, против удовлетворения требований истца возражала, что мотивировала отсутствием у ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» правопреемства по обязательствам ОАО «Шахта «Есаульская» и невозможностью его привлечения на этом основании к гражданско – правовой ответственности перед истцом в связи с причинением вреда его здоровью в результате профессионального заболевания при работе истца на данном предприятии. В случае если, суд усмотрит основания для удовлетворения требований истца, считает, что размер компенсации морального вреда, следуемый взысканию в его пользу, подлежит снижению с учетом принципа разумности и справедливости. Также в случае удовлетворения судом требований истца просила уменьшить размер подлежащих компенсации ему судебных расходов, что обосновала их чрезмерностью.

Представитель ответчика АО «Шахта «Большевик» в судебное заседание не явился, о дне и времени его проведения извещен надлежащим образом (л.д.43), представил суду возражения на исковое заявление (л.д.48-51), в которых признал исковые требования частично, просил определить размер компенсации морального вреда с учетом положений коллективного договора данного ответчика и положений ФОС по угольной промышленности, действовавших на момент установления истцу впервые утраты профессиональной трудоспособности. С учетом указанных норм считает, что размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с АО «Шахта «Большевик» в пользу истца должен быть определен в размере 162801,89 рублей.

Заслушав истца и его представителя, представителей явившихся в судебное заседание ответчиком и исследовав отзыв на исковые требования АО «Шахта «Большевик, заслушав заключение прокурора Вихоревой Н.В., исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу о том, что заявленные истцом требования подлежат удовлетворению, поскольку они являются законными, обоснованными, однако размер компенсации морального вреда, следуемого взысканию с ответчиков в его пользу, суд расценивает как подлежащий снижению.

При этом суд исходит из следующего:

Статьями 139 КЗОТ РФ, в редакциях, действовавших в период с 01.04.1972 года по 02.08.1998 года, было предусмотрено, что на всех предприятиях, в учреждениях, организациях должны создаваться здоровые и безопасные условия труда. Обеспечение здоровых и безопасных условий труда возлагается на администрацию предприятий, учреждений, организаций. Администрация обязана внедрять современные средства техники безопасности, предупреждающие производственный травматизм, и обеспечивать санитарно-гигиенические условия, предотвращающие возникновение профессиональных заболеваний рабочих и служащих.

В соответствии со статьей 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, принятых 31 мая 1991 г., действующих на территории Российской Федерации с 3 августа 1992 г., применявшихся до 1 января 1995 г., была установлена ответственность за моральный вред, причиненный гражданину неправомерными действиями, и в том случае, когда в законе отсутствует специальное указание о возможности его компенсации.

В соответствии со ст.ст. 25, 30 "Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей", принятых 24 декабря 1992 г., введенных в действие с 1 декабря 1992 г. и действовавших до 6 января 2000 г., устанавливалась ответственность работодателей за моральный вред, причиненный здоровью работника в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания.

Согласно ст. 11 ТК РФ все работодатели, состоящие в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками, обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В порядке ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

Из ст. 22 ТК РФ усматривается, что работодатель обязан возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Статья 184 ТК РФ предусматривает, что при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

Никакому иному органу, кроме суда общей юрисдикции, не предоставлено право определять факт причинения морального вреда и определять размеры возмещения этого вреда при возникновении спора (ст. 237 ТК РФ).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основании своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (допустимость доказательств).

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Судом установлено, что с 15.07.1980 года по 28.09.1995 года работал в должности подземного горнорабочего, подземного заместителя начальника участка в Шахте «Большевик», с 21.11.1995 года по 28.07.1996 года – подземным горным мастером в АОЗТ «ШСМУ ш. Полосухинская», с 29.01.1997 года по 30.06.2000 года – подземным горнорабочим, подземным горномонтажником в АООТ «Шахта «Есаульская» АО УК «Южкузбассуголь» и ОАО «Шахта «Есаульская», с 01.07.2000 года по 10.02.2005 года – подземным горным мастером на участке подготовки производства в ОАО «Шахта «Есаульская-Н», что подтверждается сведениями, содержащимися в его трудовой книжке (л.д.10-14).

В результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов при работе в качестве подземного горнорабочего, подземного горномонтажника, поземного заместителя начальника участка, подземного горного мастера у истца возникло профессиональное заболевание «ОБЕЗЛИЧЕНО ».

Наличие профессионального заболевания органов дыхания было установлено у истца впервые 13.11.2015 года на основании определения Центрального районного суда г. Новокузнецка от 25.12.2015 года по гражданскому делу №2-3656/2015 по иску ФИО2 к МЛПУ «ГКБ №1» о признании заключения врачебной комиссии незаконным, вступившего в законную силу 12.01.2016 года, и на основании медицинского заключения № ОБЕЗЛИЧЕН от 13.11.2015 года ФБУН «Екатеринбургский медицинский научный центр профилактики и охраны здоровья рабочих промпредприятий», что подтверждается Актом о случае профессионального заболевания (л.д.24-25), медицинским заключением (л.д.23), определением Центрального районного суда г. Новокузнецка от 25.12.2015 года гражданскому делу №2-3656/2015 (л.д. 20-21).

28.03.2016 года составлен Акт о случае профессионального заболевания (л.д.24-25)

Согласно данному акту и определению Центрального районного суда г. Новокузнецка от 25.12.2015 года по гражданскому делу №2-3656/2015, профессиональное заболевание возникло у истица при работе в качестве подземного горнорабочего, подземного горномонтажника, поземного заместителя начальника участка, подземного горного мастера.

Профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях, указанных в п. 17 Акта (л.д. 24 оборот):

Истец ФИО2 подвергался воздействию вредных производственных факторов: угольно-породная пыль, производственный шум и неблагоприятный микроклимат. В обязанности заместителя начальника участка входил контроль за работой оборудования и механизмов. В обязанности подземного горного мастера входило обеспечение контроля за процессом откачки воды из водосборников шахты, за работой по монтажу и ремонту оборудования, контролировал безопасное ведение работ и соблюдение требований промышленной безопасности. Рабочим местом подземного горного мастера участка «Водоотлив» считается зона расположения обслуживаемого технологического оборудования, предназначенное для откачки воды из горных выработок.

Согласно п. 4.1 санитарно-гигиенической характеристики условий труда истца от 20.06.2006 года № ОБЕЗЛИЧЕН (л.д.16-18): в обязанности заместителя начальника участка входит контроль за работой оборудования и механизмов, организация и контроль выполнения необходимых работы, ведение документации, выполнение работ с соблюдением технологических требования и ПБ. Обязанности подземного горного мастера схожи, но с более узким кругом задач. Горный мастер участка «Водоотлив» контролирует откачку воды с водосборников шахты, работы по ремонту и монтажу оборудования, обеспечивает безопасное ведение работ и соблюдение ПБ, заполнение документации.

Основными вредными производственными факторами для выше перечисленных профессий являются: угольная пыль, производственный шум и неблагоприятный микроклимат. Представители данных профессий проводят в горных выработках 50 % и более времени рабочей смены, в их обязанности входит контроля обстановки по шахте в течение всей смены, в случае аварии или остановки механизмов и оборудования должны принять решение о необходимых мероприятиях и на месте контролировать их выполнение, поэтому в процессе работы подвергаются воздействию всех вредных факторов, характерных для данного участка.

В обязанности горномонтажника подземного входит доставка шахтного оборудования, монтаж, демонтаж секций крепи, конвейеров. Бурение шпуров в почву для анкеровки лебедок, оборудования, монтаж трубопроводов, рельсовых путей, бетонировка фундаментов. В процессе трудовой деятельности подвергается воздействию комплекса факторов производственной среды: физические перегрузки до 60% от времени рабочей смены, угольно-породная пыль, шум до 60% от времени рабочей смены и охлаждающий микроклимат.

В обязанности горнорабочего подземного входит: доставка шахтного оборудования в шахте, перегрузка с внутришахтного транспорта (ВШТ) вручную или с помощью такелажных механизмов и приспособлений на участковый транспорт, доставка по горным выработкам шахтного оборудования к месту назначения в вагонетках, сосудах и на площадках по рельсовым путям. Доставка по почве с помощью лебедок на волокушках, сопровождение груза при доставке в забой и выдаче оборудования из забоя. В процессе трудовой деятельности подвергается воздействию комплекса факторов производственной среды: физические перегрузки до 60% от времени рабочей смены, угольно-породная пыль, шум до 60% от времени рабочей смены и охлаждающий микроклимат. Работа на участке водоотлив связана с сильной обводненностью и повышенной влажностью. Со слов работник при отработке лав 29-21 и 29-22 часто возникали аварийные ситуации, для ликвидации которых приходилось лезть в воду. В частности станционные насосы водосборника 29-23 были утоплены и откачка воды из лавы 29-21 производилась по временной схеме. Для ликвидации аварийных ситуаций в течение 6 месяцев (доработка лавы 29-21) ежемесячно приходилось лезть в холодную воду, в течение смены работать в мокрой одежде и с мокрыми ногами.

Согласно экспертному санитарно-эпидемиологического заключению по условиям труда при подозрении на профессиональное заболевание от 18.12.2014 года ФИО2, работая в профессиях горномонтажника, горнорабочего, машиниста насосных установок, заместителя начальника участка, горного мастера, подвергался воздействию вредного производственного фактора – угольно-породная пыль, являющегося ведущим фактором в развитии хронического профессионального заболевания пылевой патологии. Условия труда горномонтажника, горнорабочего, заместителя начальника участка, горного мастера по пылевому фактору не соответствуют гигиеническим нормативам и руководству Р. 2.2.2006-05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда» (л.д.19).

Согласно п. 20 Акта, профессиональное заболевание возникло у истца в результате длительного стажа истца в условиях воздействия вредных производственных факторов: угольно-породная пыль и неблагоприятный микроклимат. Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие вредного производственного фактора – угольно-породной пыли (л.д.25)

Лица, допустившие нарушения государственных санитарно - эпидемиологических правил и иных нормативных актов не установлены – п. 21 Акта (л.д.25)

Вины истца, повлекшей возникновение у него профессионального заболевания, не установлено - п.19 Акта (л.д.25).

В соответствии Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда истца от 20.06.2006 года № ОБЕЗЛИЧЕН общий стаж истца составляет 29 лет, стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызывать профзаболевание – 25 лет 3 месяца (л.д.16).

Заключением учреждения МСЭ № ОБЕЗЛИЧЕН в связи с профессиональным заболеванием истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере ОБЕЗЛИЧЕНО % с ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года ОБЕЗЛИЧЕНО (л.д.15).

Наличие профессионального заболевания причиняет истцу физические страдания: он испытывает физическую боль и болезненные ощущения, возникает одышка при незначительных физических нагрузках (при ходьбе, подъеме на второй этаж), не может выполнять никакую работу по дому и огороду. Пребывание на холоде и жаре вызывают у истца спазм, в связи с чем, у него возникают сильные приступы кашля и удушья, которые он снимает ингаляторами. Приступы кашля возникают также ночью, в связи с чем, истец не может спать, мешает своим близким, что также причиняет ему нравственные страдания.

Он испытывает переживания, тревогу и страх за свою жизнь и здоровье – в связи с тем, что утрата профессиональной трудоспособности ему установлена бессрочно, что свидетельствует об отсутствие медицинских показателей о возможности улучшения состояния его здоровья. Он постоянно должен лечиться: принимать таблетки, делать уколы, ему назначено санаторно-курортное лечение, медикаментозное лечение курсами, однако даже постоянно нахождение под врачебным контролем и прохождение лечения влекут только несущественное кратковременное улучшения его состояния здоровья и общего самочувствия.

Изложенные обстоятельства судом установлены из пояснений истца, программы его реабилитации, выписных эпикризов (л.д.26,125), подтверждающих факт его постоянного нахождения под наблюдением врачей, прохождения лечения в связи с имеющимся профессиональным заболеванием.

С учетом сведений, изложенных в Акте о случае профессионального заболевания от 28.03.2016 года (л.д.24-25), санитарно–гигиенической характеристике условий труда истца (л.д.125) и трудовой книжке истца (л.д.10-14), суд считает установленным факт возникновения у истца профессионального заболевания именно в связи с его работой во вредных условиях труда в период, предшествующий составлению данного Акта.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что истцу причинены глубокие моральные и нравственные страдания, в связи с чем, он имеет право на компенсацию причиненного ему морального вреда.

Согласно Уставу АО «Шахта «Большевик», а также записей в трудовой книжке истца (л.д.10-14) ответчик АО «Шахта «Большевик» является правопреемником «Шахта «Большевик» АПКО «Облкемеровоуголь» на котором работал истец, в связи с чем, является надлежащим ответчиком по делу.

Правопреемником АОЗТ «ШСМУ ш. Полосухинская» является ответчик АО «Шахта «Антоновская», что представителем ответчика в ходе судебного заседания подтверждено, таким образом, ответчик АО «Шахта «Антоновская» является надлежащим ответчиком.

Согласно исторической справке образованная в 03.05.1984 году шахта «Есаульская» производственного объединения «Гидроуголь» Приказом Министра угольной промышленности СССР от 10.04.1988 № ОБЕЗЛИЧЕН была введена в состав научно-производственного объединения «Прокопьевскгидроуголь».

Приказом Министра угольной промышленности СССР от 07.12.1989 № ОБЕЗЛИЧЕН с 01.01.1990 введена в состав концерна «Кузнецкуголь».

Решением Комитета по управлению госимуществом Кемеровской области от 27.02.1995 № ОБЕЗЛИЧЕН шахта «Есаульская» преобразована в акционерное общество открытого типа.

Основными видами деятельности АООТ шахта «Есаульская» являлись: добыча угля и других полезных ископаемых, реализация угля и угольной продукции, иные, не запрещенные законом виды деятельности.

14.07.1998 Новокузнецкой регистрационно-лицензионной палатой зарегистрирован Устав в новой редакции, согласно которому АООТ шахта Есаульская» переименовано в ОАО «Шахта «Есаульская».

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 04.12.2001 по делу №А27-10782/2001-4 ОАО «Шахта «Есаульская» признана банкротом (л.д.181).

На основании решения внеочередного собрания акционеров ОАО «Шахта «Есаульская» предприятие реорганизовано путем выделения из него ОАО «Шахта «Есаульская-Н» и ОАО «Шахта «Ульяновская», что подтверждается протоколом внеочередного общего собрания акционеров ОАО «Шахта «Есаульская» (л.д.136-137).

Согласно протоколу внеочередного общего собрания акционеров ОАО «Шахта «Есаульская» от 01.11.1999 года ОАО «Шахта «Есаульская-Н» является правопреемником ОАО «Шахта «Есаульская» по его обязательствам в отношении кредиторов и должников, в том числе по обязательствам, оспариваемым сторонами, в соответствии с разделительным балансом и передаточным актом.

Таким образом, судом установлено, что юридическое лицо - ОАО «Шахта «Есаульская-Н» являлось открытым акционерным обществом, образованным в 1984г. в порядке реорганизации путем выделения из ОАО «Шахта «Есаульская», то есть ОАО «Шахта «Есаульская-Н» выделилось из ОАО «Шахта «Есаульская» до его ликвидации и являлось самостоятельным юридическим лицом.

Пунктами 1,4 ст. 19 Федерального закона от 26.12.1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» предусмотрено, что выделением общества признается создание одного или нескольких обществ с передачей им части прав и обязанностей реорганизуемого общества без прекращения последнего; при выделении из состава общества одного или нескольких обществ к каждому из них переходит часть прав и обязанностей реорганизованного в форме выделения общества в соответствии с разделительным балансом.

Согласно п. 4 ст. 58 ГК РФ при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом.Согласно п. 1 ст. 59 ГК РФ передаточный акт и разделительный баланс должны содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая обязательства, оспариваемые сторонами.

Согласно ст.60 ГК РФ если разделительный баланс не даёт возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами.

В соответствии с пунктом 6 статьи 15 Федерального закона от 26.12.1995 г. №208-ФЗ «Об акционерных обществах» установлена солидарная ответственность вновь созданных в процессе реорганизации юридических лиц по обязательствам последнего в случае невозможности определения правопреемника из разделительного баланса, а также в случае допущения нарушения принципа справедливого распределения активов.

Из имеющейся в деле копии передаточного акта на 01.11.1999г. между ОАО Шахта «Есаульская» и ОАО «Шахта «Есаульская-Н» (л.д.139-139) следует, что последнее является правопреемником ОАО «Шахта «Есаульская» по обязательствам в отношении кредиторов и дебиторов последнего исключительно в объеме, определенном и зафиксированном передаточным актом.

Из разделительного бухгалтерского баланса на 01.10.1999г. усматривается, что выделенному предприятию ОАО «Шахта «Есаульская-Н» были переданы активы, на сумму 500059 тыс.руб., в том числе: внеоборотные активы на сумму 388908 тыс.руб.; оборотные активы на сумму 111151 тыс.руб., а реорганизованному ОАО «Шахта «Есаульская» переданы активы на сумму 109578 тыс.руб., в том числе: внеоборотные активы на сумму 74377 тыс.руб., оборотные активы на сумму 35201 тыс.руб. Кредиторская задолженность передана выделенному ОАО «Шахта «Есаульская-Н» на сумму 111799 тыс.руб., а реорганизованному обществу ОАО «Шахта «Есаульская» передана кредиторская задолженность на сумму 88083 тыс. руб., кроме того реорганизованному обществу ОАО «Шахта «Есаульская» переданы в полном объеме непокрытые убытки в размере 140351 тыс. руб. (л.д.140-141).

В связи с чем, суд считает, что в ходе реорганизации ОАО «Шахта «Есаульская» было допущено несправедливое распределение активов и пассивов между реорганизуемым ОАО «Шахта «Есаульская» и выделившимся из него юридическим лицом ОАО «Шахта «Есаульская-Н».

При этом, разделительный баланс на 01.10.1999г. и передаточный акт не содержат положений о правопреемстве реорганизуемого ОАО «Шахта «Есаульская» по обязательствам вследствие причинения вреда, которые могут произойти после даты, на которую составлены передаточный акт и разделительный баланс.

Поскольку было допущено нарушение принципа справедливого распределения активов и разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Есаульская» по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью истца, вновь возникшее юридическое лицо ОАО «Шахта «Есаульская-Н», в соответствии со ст. 60 ГК РФ, несет солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Есаульская» перед его кредиторами, в данном случае перед истцом.

В соответствии со ст. 1093 ГК РФ, в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

Таким образом, суд считает, что ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» должно нести ответственность по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью за ОАО «Шахта «Есаульская».

Кроме того, согласно Уставу ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником ОАО «Шахта «Есаульская-Н» (л.д.142-144,145-150,162-168,171-180).

В связи с изложенным, суд считает, что ответчик ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» является надлежащим ответчиком и должен нести ответственность по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью за ОАО «Шахта «Есаульская», ОАО «Шахта «Есаульская-Н», а также за ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Есаульская».

Заключением врачебной экспертной комиссии № ОБЕЗЛИЧЕН от 30.03.2017 года в отношении ФИО2 по определению степени вины предприятий в причинении вреда здоровью профессиональным заболеванием установлены следующие размеры вины: Шахта «Большевик» - 54,9 %, АООТ «Шахта «Большевик» - 8,7 %, АОЗТ «ШСМУ ш. Полосухинская» - 2,8 %, АООТ «Шахта «Есаульская» - 2,1 %, ОАО «Шахта «Есаульская» - 12,3 %, ОАО «Шахта «Есаульская-Н» - 10,1 %, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Есаульская» - 9,1 % (л.д.28).

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами ст. 151 ГК РФ, которая предусматривает, что если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причин вред.

В соответствие со ст. 1079 ГК РФ, юридические лица, деятельность которых связана в повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден от ответственности полностью или частично также по основаниям ст. 1083 п. 2,3 ГК РФ (если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается).

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, а при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 8 ч. 2 п. 3 ФЗ РФ № 125 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 года в качестве гарантии трудовых прав застрахованных лиц, предусмотрено возмещение им морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием причинителем вреда, какими по настоящему делу являются ответчиками.

Характер физических и нравственных страданий истца оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых ему был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, находящегося в трудоспособном возрасте, у которого возникло серьезное, необратимое, профессиональное заболевания, что усиливает степень его моральных и нравственных страданий.

Согласно статьям 8, 25 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" граждане имеют право: на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека; на возмещение в полном объеме вреда, причиненного их здоровью или имуществу вследствие нарушения другими гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарного законодательства, а также при осуществлении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Условия труда, рабочее место и трудовой процесс не должны оказывать вредное воздействие на человека. Требования к обеспечению безопасных для человека условий труда устанавливаются санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Индивидуальные предприниматели и юридические лица обязаны осуществлять санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия по обеспечению безопасных для человека условий труда и выполнению требований санитарных правил и иных нормативных правовых актов Российской Федерации к производственным процессам и технологическому оборудованию, организации рабочих мест, коллективным и индивидуальным средствам защиты работников, режиму труда, отдыха и бытовому обслуживанию работников в целях предупреждения травм, профессиональных заболеваний, инфекционных заболеваний и заболеваний (отравлений), связанных с условиями труда.

Из доводов ответчика АО «Шахта «Большевик» следует, что в случае, если суд усмотрит основания для удовлетворения требований истца, суд не вправе взыскивать компенсацию морального вреда в размере, большем, чем это установлено ФОС по угольной промышленности на 2013-2016 годы и Коллективного договора АО «Шахта «Большевик».

Изложенные доводы суд расценивает как несостоятельные, а определение размера компенсации морального вреда, полагающего в данном случае выплате истцу только с учетом норм соглашений считает недопустимым, нарушающим права истца как работника, получившего профессиональное заболевание.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей(часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с ч.2 ст.9 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что позиция ответчика АО «Шахта «Большевик» о том, что в случае, если суд усмотрит основания для удовлетворения требований истца, он не вправе требовать, а суд не вправе взыскивать компенсацию морального вреда в размере, большем, чем это установлено ФОС по угольной промышленности на 2013-2016 годы и Коллективным договором, поскольку она противоречит приведенным нормам материального права и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Суд, с учетом изложенных положений закона, считает, что заявленные истцом требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, при этом размер следуемой взысканию в пользу истца компенсации морального вреда в соответствии со ст.237 ТК РФ подлежит определению судом.

С учетом принципа разумности и справедливости суд расценивает размер компенсации морального вреда, подлежащего производству истцу ответчиками в связи с возникновением и развитием у него профессионального заболевания в результате его работы на предприятиях ответчиков в неблагоприятных условиях труда как подлежащий снижению: до 150000 рублей с ОАО «ОУК «Шахта «Южкузбассуголь», до 50000 рублей с АО «Шахта «Антоновская», до 250000 рублей с АО «Шахта «Большевик». При этом судом учитывается, что истец проработал в неблагоприятных условиях труда 25 лет 3 месяца; не утратил способности к самообслуживанию, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе; группа инвалидности ему не установлена.

Согласно ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе относятся расходы на оплату услуг представителей, почтовые расходы, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ст.48 ч.1 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По настоящему гражданскому делу судом установлено, что истец, не имеющий юридического образования и должной юридической грамотности, был вынужден обратиться за помощью к квалифицированному юристу ФИО1, представлять его интересы в суде, с которой заключил договор (л.д.124). За услуги представителя истец оплатил 20000 рублей, что подтверждается квитанциями (л.д.38). Представителем истца был осуществлен сбор документов для обращения в суд, составлено исковое заявление, представлялись интересы истца в ходе подготовки дела к судебному разбирательству 18.08.2017 года и судебном заседании по делу 07.09.2017 г., на основании нотариально удостоверенной доверенности (л.д.36). В связи с чем суд считает, что понесенные истцом затраты на оплату услуг представителя подлежат удовлетворению, при этом размер затрат истца на оплату услуг представителя суд расценивает как разумный и справедливый – с учетом объема и характера работы представителя по настоящему делу.

При этом судом также учитывается, что ответчиками не оспаривался факт обоснованности понесения истцом указанных судебных расходов по настоящему гражданскому делу.

Таким образом, с учетом размера установления вины ответчиков в развитии у истца профессионального заболевания суд считает, что в пользу истца с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» подлежат взысканию расходы за составление искового заявления в размере 1680 рублей, за оплату услуг представителя – 5040 рублей, с АО «Шахта «Антоновская»: за составление искового заявления – 140 рублей, за оплату услуг представителя – 420 рублей; с АО «Шахта «Большевик»: за составление искового заявления – 3180 рублей, за оплату услуг представителя – 9540 рублей.

Также суд расценивает как обоснованно понесенные истцом расходы по оплате производства экспертизы по установлению связи имеющихся у него профессионального заболевания с его трудовой деятельностью и определения степени вины его работодателей в размере 3900 рублей, что подтверждается чеком (л.д.27), копией чека (л.д.27а). Суд считает, что они подлежат компенсации истцу, однако размер компенсации подлежит распределению между ответчиками пропорционально их установленной вине, то есть с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» - 1310,40 рублей, с АО «Шахта «Антоновская» - 109,20 рублей; с АО «Шахта «Большевик» - 2480,40 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании изложенного суд считает, что с Открытого акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», Акционерного общества «Шахта «Антоновская», Акционерного общества «Шахта «Большевик» следует взыскать в доход местного бюджета госпошлину в сумме по 300 рублей с каждого. При этом судом учитываются требования п.п.3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ, согласно которой истец по настоящему иску был освобожден от оплаты госпошлины именно в указанном размере.

Руководствуясь ст. ст. 194-199,98,100,103 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Удовлетворить требования ФИО2:

Взыскать с Открытого акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 422001001, дата регистрации 20.12.2002 года) в пользу ФИО2, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, уроженца ОБЕЗЛИЧЕНО, зарегистрированного по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, компенсацию морального вреда в сумме 150000 (сто пятьдесят тысяч ) рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 5040 (пять тысяч сорок) рублей, за составление искового заявления в размере 1680 (одну тысячу шестьсот восемьдесят) рублей, расходы по оплате экспертизы в размере 1310 (одну тысячу триста десять) рублей 40 копеек.

Взыскать с Акционерного общества «Шахта «Антоновская» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации 13.06.1999 года) в пользу ФИО2, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, уроженца ОБЕЗЛИЧЕНО, зарегистрированного по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, компенсацию морального вреда в сумме 50000 (пятьдесят тысяч) рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 420 (четыреста двадцать) рублей, за составление искового заявления в размере 140 (сто сорок) рублей, расходы по оплате экспертизы в размере 109 (сто девять) рублей 20 копеек.

Взыскать с Акционерного общества «Шахта «Большевик» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации 26.06.1997года) в пользу ФИО2, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, уроженца ОБЕЗЛИЧЕНО, зарегистрированного по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, компенсацию морального вреда в сумме 250000 (двести пятьдесят тысяч) рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 9540 (девять тысяч пятьсот сорок) рублей, за составление искового заявления в размере 3180 (три тысячи сто восемьдесят) рублей, расходы по оплате экспертизы в размере 2480 (две тысячи четыреста восемьдесят) рублей 40 копеек.

В удовлетворении остальной части требований ФИО2 отказать.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 422001001, дата регистрации 20.12.2002 года) в пользу государства в доход местного бюджета 300 (триста) рублей – госпошлину.

Взыскать с Акционерного общества «Шахта «Антоновская» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации 13.06.1999 года) в пользу государства в доход местного бюджета 300 (триста) рублей – госпошлину.

Взыскать с Акционерного общества «Шахта «Большевик» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации 26.06.1997года) в пользу государства в доход местного бюджета 300 (триста) рублей – госпошлину.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме – 12.09.2017 года.

Судья Л.П. Рузаева