Апелляционное определение № 33-447/2026 от 22 марта 2026 г.

УИД 68RS0004-01-2025-002993-22 (№ 2-1462/2025)

Дело № 33-447/2026

Судья Сошникова Н.Н.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 марта 2026 года город Тамбов

Судебная коллегия по гражданским делам Тамбовского областного суда в составе:

председательствующего судьи Рожковой Т.В.,

судей Альчиковой Е.В., Дробышевой Т.В.

при секретаре Любушкиной Т.А.

с участием прокурора Судоргина Д.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу Племенной завод «Пригородный» о компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе акционерного общества Племенной завод «Пригородный» на решение Тамбовского районного суда Тамбовской области от 19 ноября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Рожковой Т.В., объяснения представителя акционерного общества Племенной завод «Пригородный» ФИО2, поддержавшего жалобу, представителя ФИО1 ФИО3, возражавшего против жалобы, заключение прокурора о законности обжалуемого решения, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу Племенной завод «Пригородный» (далее – АО Племзавод «Пригородный», Общество) о компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей и возмещении судебных расходов, указывая, что 6 сентября 2024 года в 17 час 15 мин на 19-м км автодороги ***, который проходит через населенный пункт ***, в районе дома № ***, произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием грузового автомобиля КАМАЗ ***, принадлежащего Обществу под управлением работника ФИО4, и мотоцикла марки БМВ под его управлением, в результате чего ему по вине работника Общества ФИО4 причинены повреждения, квалифицирующиеся как вред средней тяжести здоровью. Он длительное время находился на лечении, испытывал сильные боли, проходил дважды под местной анестезией ручную репозицию по устранению смещения сломанной кости, двигательная функция поврежденной руки, а также сама чувствительность длительно и болезненно восстанавливались, приходилось через боль разрабатывать двигательные функции руки в поврежденных местах, он был лишен возможности использовать поврежденную руку для своего обслуживания из-за ее дисфункции и сильной боли. До настоящего времени сохранились болевые ощущения, поврежденная рука имеет ограничения в движении. Длительное время он испытывал частые головные боли вследствие полученных травм и сотрясения головного мозга, травмы продолжают доставлять ему моральные страдания.

Решением Тамбовского районного суда Тамбовской области от 19 ноября 2025 года исковые требования ФИО1 к АО Племзавод «Пригородный» о компенсации морального вреда удовлетворены частично.

Взысканы с АО Племзавод «Пригородный» в пользу ФИО1 компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в большем размере отказано.

В апелляционной жалобе АО Племзавод «Пригородный» просит отменить решение Тамбовского районного суда Тамбовской области от 19 ноября 2025 года и снизить размер компенсации, ссылаясь на то, что Общество никогда не отказывалось от компенсации морального вреда, но взысканный размер является существенно завышенным, не соответствующим обстоятельствам дела, физическим и нравственным страданиям ФИО1 ДТП произошло из-за стечения случайных факторов и погодных условий, умысел у водителя КАМАЗа ФИО4 на причинение вреда истцу отсутствовал, доводы о получении в результате ДТП закрытой черепно-мозговой травмы, травмы правой руки, снижения трудовой активности, что привело к снижению уровня заработной платы, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. С момента выписки из медицинского учреждения ФИО1 не обращался за медицинской помощью с жалобами на болевые ощущения, не проходил сеансы физиотерапии и иное лечение. Согласно медицинским рекомендациям и заключению судебной экспертизы истцу необходимо разрабатывать кисть поврежденной руки и вести активный образ жизни, а он занимался самолечением, носит компрессионную повязку и не выполняет рекомендации врачей.

В отзыве на апелляционную жалобу представитель ФИО1 ФИО3 просит оставить её без удовлетворения.

Проверив материалы дела и рассмотрев его в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и отзыве на неё, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения постановленного судом решения по доводам жалобы (часть 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Материалами дела подтверждается и установлено судом, что 6 сентября 2024 года в 17 часов 15 минут на 19-м км автодороги *** (***), водитель ФИО4, управляя автомобилем КАМАЗ при исполнении трудовых обязанностей в АО Племзавод «Пригородный», нарушил пункт 13.9 Правил дорожного движения РФ, а именно, на регулируемом перекрестке неравнозначных дорог при выезде с второстепенной дороги не предоставил преимущество в движении иному транспортному средству, что повлекло столкновение с движущимся по главной дороге мотоциклом БМВ под управлением ФИО1, в результате чего последнему были причинены телесные повреждения, квалифицирующиеся как вред здоровью средней тяжести (л.д.13-14,26-27).

Согласно выписке из истории болезни ТОГБУЗ «ГКБ им. Арх. Луки г. Тамбова» ФИО1 с 6 по 12 сентября 2024 года проходил стационарное лечение, выставлен клинический диагноз: сочетанная травма, ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга. Закрытый перелом лучевой кости в нижней трети левого предплечья со смещением отломков. Ссадина левого предплечья в нижней трети. Ушиб яичка, гематома яичка справка. 13 сентября по 13 декабря 2024 года истец был временно нетрудоспособен и получал амбулаторное лечение в том же лечебном учреждении (л.д.11-12,15-25,62-63).

По заключению эксперта ТОГБУЗ «Бюро СМЭ» от 20 ноября 2024 года № ***, данному в рамках дела об административном правонарушении по факту ДТП, имевшего место 6 сентября 2024 года, у ФИО1 установлены следующие телесные повреждения: закрытый внутрисуставной оскольчатый перелом левой лучевой кости в нижней трети со смещением костных фрагментов, перелом шиловидного отростка левой локтевой части, подвывихом кисти, осложнившийся развитием нейродистрофического синдрома, ссадины и раны на левом предплечье, ушиб яичка, гематома правового яичка, рана на лице.

Данные телесные повреждения возникли от действия тупых твердых предметов, возможно в условиях ДТП 6 сентября 2024 года, влекут за собой длительное расстройство здоровья сроком свыше 3-х недель, расцениваются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью человека.

В связи с отсутствием данных динамического наблюдения у врача-невролога, осмотра офтальмолога и проведения дополнительных лабораторно-инструментальных методов исследования, установить имелась ли у ФИО1 закрытая черепно-мозговая травма с сотрясением головного мозга, не представляется возможным (л.д.50-52).

Настаивая на причинении ему при травмировании физических и нравственных страданий, компенсировать которые обязано АО Племзавод «Пригородный», ФИО1 обратился в суд.

3 сентября 2025 года ФИО1 вновь получал амбулаторное лечение в связи с болями и деформацией левого лучезапястного сустава (л.д.79-80).

В ходе рассмотрения дела судебно-медицинским экспертом ФИО15 6 ноября 2025 года по назначению суда была проведена судебно-медицинская экспертиза, согласно заключению которой № *** у ФИО1 имеется сросшийся перелом дистального метаэпифиза левой лучевой кости, осложнённый артрозом лучезапястного сустава – 1-2 степени. В соответствии с подпунктом «а» п. 84 Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин Приложения к Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, умеренно выраженное ограничение движений в лучезапястном суставе: сгибание – 30-40%, разгибание – 30-40%, влечет за собой 10% стойкой утраты общей трудоспособности.

Сросшийся перелом дистального метаэпифиза левой лучевой кости с артрозом лучезапястного сустава 1-2 степени в повседневной жизни может причинять болевые ощущения при выполнении бытовых задач, связанных с поднятием и переносом тяжелых предметов и других работ, связанных с приложением значительных усилий на левую руку. Степень болевых ощущений экспертным путем определить не представляется возможным, так как эти ощущения подвержены целому ряду физических, биологических и психоэмоциональных факторов, таких как: общее и психоэмоциональное состояние организма в данный период времени, его реактивность на момент выполнения работ, мотивация, своевременность и т.д.

Полное восстановление функций поврежденной левой руки возможно при соблюдении ряда условий: чередование труда и отдыха, систематическое выполнение упреждений лечебной физкультуры и сеансов физиотерапии, тепловые процедуры в осеннее-зимне-весенние периоды, ведение активного образа жизни, занятие игровыми видами спорта, избегание критических переохлаждений конечности.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции исходя из предписаний статей 20 и 41 Конституции Российской Федерации, статьи 8, статей 150 и 151, пунктов 1 и 2 статьи 1064, пункта 1 статьи 1068, пунктов 1 и 2 статьи 1079, статей 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позиции, сформулированной в пунктах 14, 15, 20, 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», правильно определённых и установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, доказательств, оценённых в соответствии со статьёй 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обоснованно констатировал, что не вызывает сомнений причинение ФИО1, получившему перечисленные телесные повреждения средней тяжести вреда здоровью, физических и нравственных страданий, характер и тяжесть которых, очевидно, влекут болевые ощущения, дискомфорт жизни, нарушение привычного для человека нормального образа жизни, беспокойство за возможные негативные последствия в виде расстройства здоровья, а также повлекли длительную временную нетрудоспособность, сохранение повреждения руки до настоящего времени – рука полностью не разгибается, восстановление функций поврежденной руки возможно только при определенных условиях, сроки наступления которого определить невозможно, 10% стойкую утрату общей трудоспособности.

Верное суждение сделано судом первой инстанции о том, что, принимая во внимание степень вины Общества, работник которого нарушил правила дорожного движения при управлении КАМАЗом, характер и степень физических и нравственных страданий ФИО1, левая рука которого в молодом, активном возрасте оказалась серьезно поврежденной и деформированной в течение длительного времени, что повлекло не только боли, но и существенное снижение возможности самообслуживания в быту, требования разумности и справедливости, необходимость сохранения баланса прав и обязанностей участников гражданских правоотношений, компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей будет соответствовать допущенному в отношении истца нарушению.

Доводы апелляционной жалобы выводов суда не опровергают, аналогичны возражениям на иск, были предметом тщательного исследования судом, получили надлежащую правовую оценку в решении суда и не свидетельствуют о незаконности постановленного решения.

В апелляционной жалобе не приведены доводы, указывающие на то, что суд первой инстанции не исследовал какие-либо доказательства, имеющиеся в деле, и не дал им оценки, что могло бы повлиять на судьбу решения суда. По существу жалоба сводится к переоценке доказательств, исследованных судом первой инстанции, однако оснований к такой переоценке не приведено, а приведённые нельзя отнести к тем основаниям, которые в соответствии с ГПК РФ могли бы быть таковыми.

Настаивая на том, что размер компенсации морального вреда, определенный судом явно завышен, АО Племзавод «Пригородный» в тоже время в апелляционной жалобе не указало, что же не было учтено или в недостаточной степени было учтено судом первой инстанции, что должно повлечь уменьшение размера компенсации.

Вопреки утверждениям ответчика ДТП, а соответственно причинение вреда здоровью истца, произошло в результате нарушения работником Общества Правил дорожного движения РФ, а не стечения случайных факторов и погодных условий. Отсутствие у водителя КАМАЗа умысла на причинение вреда истцу никак не свидетельствует ни о том, что Общество не должно нести ответственности за причиненный истцу моральный вред, ни о том, что характер повреждений и степень физических и нравственных страданий ФИО1 в результате их получения, не соответствуют размеру определенной судом компенсации морального вреда.

Ссылка Общества на то, что ФИО1 в результате ДТП не была причинена закрытая черепно-мозговая травма с сотрясением головного мозга, не может повлечь уменьшение компенсации морального вреда, так как наличие такого повреждения после ДТП подтверждено выпиской из истории болезни ФИО1 и то обстоятельство, что эксперту ТОГБУЗ «БСМЭ» не представилось возможным установить имелась ли у ФИО1 ЗЧМТ с сотрясением головного мозга только потому, что у него отсутствовали данные динамического наблюдения истца у врача-невролога, осмотра офтальмолога и проведенных дополнительных лабораторно-инструментальных методов исследования, не опровергает диагноза, установленного истцу при стационарном лечении в медицинском учреждении после аварии (л.д.11-12,50-52).

Снижение трудовой активности истца, в связи с чем неполучение заработной платы, а получение пособия по временной нетрудоспособности нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела. Отсутствие сведений об обращении ФИО1 в течение полугода (январь – июнь 2025 года) за медицинской помощью с жалобами на болевые ощущения, с учетом того, что все рекомендации по лечению и восстановлению были даны ФИО1 при амбулаторном лечении, длившемся с сентября по декабрь 2024 года, не опровергает факта болевых ощущений в названное время, о чем указано в заключении судебной экспертизы. Прохождение истцом сеансов физиотерапии и иного лечения подтверждено выпиской из карты амбулаторного больного (л.д.62-63).

Относимых и допустимых доказательств того, что ФИО1 занимается самолечением, не выполняет рекомендации врача, чем фактически вредит своему здоровью и увеличивает размер вреда, подлежащего возмещению АО Племзавод «Пригородный», последним не представлено и не усматривается из материалов дела.

ФИО1 представил в своей совокупности достаточные доказательства тому, что с учетом перечисленных в решении суда обстоятельств компенсация морального вреда подлежит определению не в размере 1 000 000 рублей (как заявлял истец), но в размере 500 000 рублей и именно данный размер является соразмерным последствиям нарушения, ответственность за которое несет Общество, и компенсирует истцу перенесенные им физические и нравственные страдания, устранит их либо сгладит их остроту (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Поскольку неправильного применения норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено, то основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 328 – 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Тамбовского районного суда Тамбовской области от 19 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества Племенной завод «Пригородный» – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 6 апреля 2026 года.