Апелляционное определение № 33-116/2026 33-2781/2025 от 12 января 2026 г.

Судья Воронков Р.Е. Дело № 33-116/2026

№ 2-817/2025

УИД 67RS0004-01-2025-000905-06


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 января 2026 г. город Смоленск

Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:

председательствующего Родионова В.А.,

судей Горчаковой О.М., Мельничук Е.В.,

при помощнике судьи Игнатовой Г.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «СКН» о защите прав потребителя,

по апелляционным жалобам ФИО1, ООО «СКН» на решение Вяземского районного суда Смоленской области от 17 июля 2025 года.

Заслушав доклад судьи Горчаковой О.М., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «СКН», в котором просила взыскать неустойку в размере 1 949 200 руб. за нарушение сроков передачи предварительно оплаченной квартиры по договору инвестирования, а также штраф в размере 50 процентов от присужденной суммы за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

Требования мотивированы тем, что 28.12.2020 между сторонами заключен договор инвестирования № Г9/23/1, по которому ответчик обязался направить денежные средства истца в размере 1 949 200 руб. на выполнение проектных, строительных, ремонтных, реставрационных работ, ввести в эксплуатацию многоквартирный жилой дом на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: <адрес> и передать в собственность истца объект инвестиционной деятельности - квартиру № <данные изъяты> в указанном многоквартирном доме в срок до 31.05.2021. 22.08.2022 сторонами подписано дополнительное соглашение о продлении срока передачи квартиры до 31.03.2023, который ответчиком также нарушен, в связи с чем в соответствии с п. 3 ст. 23.1 Закона «О защите прав потребителей» ответчик обязан выплатить истцу неустойку в размере предварительной оплаты товара (1 949 200 * 703 дня (с 01.04.2023 по 03.03.2025) * 0,5%) = 6 851 438 руб.).

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «СКН» ФИО3 исковые требования не признал по тем основаниям, что 17.02.2017 между Администрацией <данные изъяты> и ответчиком заключен договор о совместной деятельности, целью которой является реставрация объекта культурного наследия, расположенного по адресу: <адрес>. Для реализации инвестиционного проекта с ФИО1 заключен инвестиционный договор, по которому истцом внесены денежные средства, однако ответчик столкнулся с финансовыми трудностями, в связи с чем 07.07.2023 направил истцу уведомление о продлении договора и увеличении стоимости инвестиционного проекта, которое истцом проигнорировано. В самом договоре предусмотрена ответственность за его нарушение (п. 7.3), в связи с чем неустойка не может превышать 10 процентов от цены договора. Закон о защите прав потребителя не применим к спорным правоотношениям, поскольку не доказан факт приобретения инвестором в собственность спорной квартиры для удовлетворения личных, семейных нужд, не связанных с предпринимательской деятельностью. В случае удовлетворения требований просил применить к спорным правоотношениям положения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, снизив размер неустойки и штрафа.

Решением Вяземского районного суда Смоленской области от 17.07.2025 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, с ООО «СКН» в пользу ФИО1 взыскана неустойка за нарушение срока передачи предварительно оплаченной квартиры за период с 01.04.2023 по 03.03.2025 в размере 250 000 руб., штраф в размере 100 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. С ООО «СКН» в бюджет взыскана государственная пошлина в размере 8500 руб. (л.д.81-84).

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить и принять новое – об удовлетворении ее требований в полном объеме, указывая на нарушение судом норм материального права, несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела. Полагает, что у суда отсутствовали основания для снижения неустойки и штрафа в соответствии со ст.333 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как ответчиком не представлено доказательств несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства (л.д.107-108).

Ответчик ООО «СКН» в апелляционной жалобе просит решение суда отменить и направить дело на рассмотрение в Ленинский районный суд г. Костромы, указывая на то, что дело было рассмотрено судом с нарушением правил территориальной подсудности. Считает, что к правоотношениям сторон не подлежит применению Закон «О защите прав потребителей», так как по договору инвестирования ФИО1 является субъектом инвестиционной деятельности, который вкладывает инвестиции с целью получения дохода. Судом не установлен факт того, что ФИО1 приобретает квартиру исключительно для личных, семейных, домашних нужд, не связанных с предпринимательской деятельностью. Оснований для взыскания неустойки в размере более установленного договором (10% от общей стоимости объекта) не имеется, так как Федеральным законом «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» не установлена возможность взыскания неустойки с застройщика, нарушившего срок сдачи объекта в эксплуатацию. Ввиду того, что истец не является потребителем в рассматриваемых правоотношениях, отсутствуют основания и для взыскания штрафа (л.д.91-93).

Стороны в судебное заседание апелляционной инстанции не явились, извещены своевременно и надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела (заблаговременное направление судебных извещений, размещение информации о месте и времени рассмотрения дела на официальном сайте Смоленского областного суда - oblsud.sml@sudrf.ru). ФИО1 просила о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие сторон.

Проверив законность и обоснованность решения в соответствии с ч. 1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 17.02.2017 между Администрацией г.Костромы и ООО «СКН» заключен договор о совместной деятельности, предметом которого является объединение денежных средств (собственных и привлеченных) и имущества, иных материальных и трудовых средств с целью реставрации объекта культурного наследия по адресу: <адрес> срок ввода инвестиционного объекта в эксплуатацию установлен до 01.02.2019 (л.д.51 оборот - 56).

28.12.2020 между ООО «СКН» (застройщик) и ФИО1 (инвестор) заключен договор инвестирования № Г9/23/1, по условиям которого инвестор обязался осуществить инвестирование денежных средств в размере 1 949 200 руб. для реализации инвестиционного проекта, а застройщик обязался направить денежные средства в указанном размере на выполнение проектных, строительных, ремонтных, реставрационных работ, ввести в эксплуатацию многоквартирный жилой дом на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: <адрес> и передать в собственность инвестора объект инвестиционной деятельности - квартиру № <данные изъяты> в многоквартирном доме по указанному адресу, площадью по проекту 35,44 кв.м, в срок до 31.05.2021 (л.д.8-11,12).

Обязательства ФИО1 по финансированию проекта были исполнены в полном объеме.

Дополнительным соглашением от 22.08.2022 к договору инвестирования срок передачи объекта в собственность инвестора продлен до 31.03.2023 (л.д.60).

Ввиду не передачи объекта инвестиционной деятельности 03.03.2025 ФИО1 в адрес ответчика направлена претензия о выплате неустойки в размере 1 949 200 руб. (л.д.13,16), которая оставлена без удовлетворения.

01.03.2024 ООО «СКН» направило ФИО1 претензию о расторжении договора инвестирования ввиду нарушения застройщиком принятых на себя обязательств с предложением о возврате денежных средств с уплатой процентов по ст.395 Гражданского кодекса Российской Федерации в общем размере 2 513 352,69 руб. (л.д.37).

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст.3, 4, 8, 9 Федерального закона от 25.02.1999 № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений», ст.1, 52 Градостроительного кодекса Российской Федерации, ст. 455 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2011 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем», проанализировав условия договора инвестирования, заключенного между сторонами, расценил указанный договор как договор купли-продажи будущей недвижимой вещи с элементами правоотношений, регулируемых также договором подряда, в связи с чем применил к спорным правоотношениям положения Закона «О защите прав потребителей».

Установив нарушение ответчиком срока исполнения обязательства по передаче предварительно оплаченного товара, суд произвел расчет неустойки в соответствии с п. 3 ст. 23.1 Закона «О защите прав потребителей», сумма которой за период с 01.04.2023 по 03.03.2025 составила 6 851 438 (1 949 200 * 703 дня * 0,5%), и с учетом ограничения ее суммой предварительной оплаты товара (1 949 200 руб.) и снижения в соответствии со ст.333 Гражданского кодекса Российской Федерации, определил ко взысканию неустойку за названный период в размере 250 000 руб.

Положения договора инвестирования, ограничивающие размер неустойки за несвоевременную передачу объекта десятью процентами от стоимости объекта, судом не приняты во внимание, как ничтожные, в соответствии со ст.16 Закона «О защите прав потребителей».

Кроме того, суд взыскал с ответчика в пользу истца штраф, предусмотренный п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей», также снизив его размер на основании ст.333 Гражданского кодекса Российской Федерации со 125 000 руб. до 100 000 руб.

В своей апелляционной жалобе ООО «СКН» приводит доводы о том, что к спорным правоотношениям не применимы положения Закона «О защите прав потребителей», так как по договору инвестирования ФИО1 является субъектом инвестиционной деятельности, который вкладывает инвестиции с целью получения дохода, а также не представлено доказательств того, что ФИО1 приобретает квартиру исключительно для личных, семейных, домашних нужд, не связанных с предпринимательской деятельностью, которые не могут быть признаны заслуживающими внимания.

Согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

Суду независимо от наименования договора следует устанавливать его действительное содержание, исходя как из буквального значения содержащихся в нем слов и выражений, так и из существа сделки с учетом действительной общей воли сторон, цели договора и фактически сложившихся отношений сторон.

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2011 г. № 54 «О некоторые вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем» при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, необходимо устанавливать правовую природу соответствующих договоров и разрешать спор по правилам глав 30 ("Купля-продажа"), 37 ("Подряд"), 55 ("Простое товарищество") Гражданского кодекса Российской Федерации и т.д.

Если не установлено иное, судам надлежит оценивать договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, как договоры купли-продажи будущей недвижимой вещи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

В силу пункта 2 статьи 455 Гражданского кодекса Российской Федерации договор может быть заключен на куплю-продажу товара, имеющегося в наличии у продавца в момент заключения договора, а также товара, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом или не вытекает из характера товара.

В рассматриваемом случае заключенный между сторонами договор квалифицирован судом как договор купли-продажи будущей недвижимой вещи. Пунктом 1.1.8 договора инвестирования также установлено, что на отношения сторон по передаче в собственность инвестора объекта инвестиционной деятельности распространяются нормы гражданского законодательства о купле-продаже недвижимости.

Решением Ленинского районного суда г.Костромы от 17.02.2025, вступившим в законную силу и имеющим в силу ч.2 ст.61 ГПК РФ преюдициальное значение при рассмотрении настоящего дела, установлено, что договор инвестирования регулирует правоотношения сторон по купли-продаже будущей недвижимой вещи с элементами правоотношений, регулируемых договором подряда. Названным решением отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании договора инвестирования договором долевого участия в строительстве многоквартирного дома и в удовлетворении встречных требований ООО «СКН» к ФИО1 о расторжении договора инвестирования. Копия решения принята судебной коллегией в качестве нового доказательства в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ.

По условиям договора инвестирования, объектом инвестиционной деятельности является реализация инвестиционного проекта по реставрации жилого помещения – квартиры, общей площадью 35,44 кв.м. Результатом инвестиционной деятельности является введенный в эксплуатацию многоквартирный жилой дом.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что характер и назначение объекта недвижимости, приобретаемого истцом у ответчика, с очевидностью предполагает его использование для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, поскольку объектом инвестиционной деятельности является жилое помещение (квартира), предназначенное для постоянного проживания граждан.

Установленная действующим жилищным законодательством (ч.2 ст.17 Жилищного кодекса Российской Федерации) возможность использования жилого помещения для осуществления профессиональной деятельности или индивидуальной предпринимательской деятельности проживающими в нем на законных основаниях гражданами, сама по себе не свидетельствует о том, что спорный договор был заключен в целях осуществления предпринимательской деятельности.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что на рассматриваемые правоотношения сторон распространяются положения гражданского законодательства о договоре купли-продажи вещи, которая должна поступить в собственность продавца в будущем, а также положения Закона «О защите прав потребителей», поскольку такие отношения полностью отвечают признакам, указанным в преамбуле названного Закона.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Пунктом 1 статьи 329 ГК РФ предусмотрено, что исполнение обязательства может обеспечиваться в том числе неустойкой.

В силу п.1 ст.330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Последствия в виде уплаты неустойки и размер такой неустойки при нарушении продавцом срока передачи предварительно оплаченного товара потребителю по договору купли-продажи предусмотрены специальной нормой - пунктом 3 статьи 23.1 Закона о защите прав потребителей, в соответствии с которым продавец уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку в размере половины процента суммы предварительной оплаты товара, при этом сумма взысканной потребителем неустойки не может превышать сумму предварительной оплаты товара.

Пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей предусмотрено взыскание штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Судом произведен расчет неустойки за период с 01.04.2023 по 03.03.2025, который равен сумме предварительной оплаты товара 1 949 200 руб. (1 949 200 * 703 дня * 0,5 % = 6 851 438 руб.)

Ответчиком в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции заявлено о применении ст.333 ГК РФ и снижении размера неустойки и штрафа.

В силу п. 1 ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В абзаце втором п. 34 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разъяснено, что применение ст. 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (п. 73).

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков, но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.) (п. 74).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. п. 3, 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (п. 75).

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое снижение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу об указанной несоразмерности.

При этом снижение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.

В тех случаях, когда размер неустойки установлен законом, ее снижение не может быть обосновано доводами неразумности установленного законом размера неустойки.

Применяя ст. 333 ГК РФ, суд принял во внимание, что неустойка представляет собой меру ответственности за нарушение исполнения обязательств, носит компенсационный характер, является средством возмещения потерь, вызванных нарушением обязательств для другой стороны, и не может являться способом обогащения одной из сторон, учитывая обстоятельства дела, в том числе последствия нарушения прав потребителя, действия и поведение как истца так и ответчика, период просрочки исполнения обязательств, значительное превышение сумм штрафных санкций над возможным размером убытков истца, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, и снизил размер неустойки с 1 949 200 руб. до 250 000 руб., а сумму штрафа до 100 000 руб.

Судебная коллегия с выводами суда в части применения в споре по заявлению ответчика положений ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашается, поскольку заявленная в иске неустойка не соответствует последствиям нарушения обязательства, однако не может согласиться со столь значительным снижением неустойки и штрафа, учитывая, что пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен минимальный размер процентов за неисполнение денежного обязательства, ниже которого неустойка, учитывая ее компенсационный характер, на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации снижена быть не может,

В рассматриваемом случае размер процентов, предусмотренных ч.1 ст.395 Гражданского кодекса Российской Федерации, за период с 01.04.2023 по 03.03.2025 составляет 568 445,45 руб., в связи с чем снижение неустойки ниже данного размера противоречит положениям статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации о несоразмерности неустойки как основании для ее снижения, поскольку предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты при неисполнении денежного обязательства по общему правилу несоразмерными признаны быть не могут.

Судебная коллегия учитывает, что договор инвестирования был заключен между сторонами 28.12.2020, денежные средства по нему своевременно внесены истцом, ввиду неисполнения застройщиком принятых на себя обязательств к 31.05.2021, сторонами 22.08.2022 было заключено дополнительное соглашение, по которому срок передачи квартиры установлен до 31.03.2023, однако к указанному времени и вплоть до 03.03.2025 объект истцу передан не был.

В обоснование заявления о взыскании неустойки ответчиком представлен ряд постановлений судебного пристава-исполнителя за 2024 и 2025 годы о наложении ареста на денежные средства ответчика, которые однако в полной мере не свидетельствуют о его тяжелом финансовом положении, не позволившем исполнить обязательство.

В этой связи судебная коллегия полагает необходимым увеличить сумму взыскиваемой в пользу истца неустойки до 600 000 руб. и штрафа до 300 000 руб. Оснований для большего увеличения размера штрафных санкций, как на то указывает истец в своей апелляционной жалобе, судебная коллегия не усматривает.

Приведенные ответчиком доводы о том, что пунктом 7.3 договора предусмотрен размер неустойки за несвоевременную передачу объекта в размере 0,1% от общей стоимости объекта за каждый день просрочки, но не более 10% от стоимости объекта, не являются основанием для снижения подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца неустойки до указанного размера.

В соответствии с пунктом 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются условия, которые нарушают правила, установленные международными договорами Российской Федерации, настоящим Законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей. Недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны.

Согласно подпункту 9 пункта 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей к недопустимым условиям договора, ущемляющим права потребителя, относятся условия, которые уменьшают размер законной неустойки.

Поскольку пункт 7.3 заключенного между сторонами договора уменьшает и ограничивает предусмотренный ст.23.1 Закона о защите прав потребителей размер неустойки, данные условия являются ничтожными и не могут подлежать применению при определении размера подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца неустойки.

Довод ответчика о нарушении правил о территориальной подсудности спора также отклоняется судебной коллегией, так как к установленным фактическим правоотношениям сторон применяются положения Закона о защите прав потребителей, в связи с чем истец был вправе в соответствии с ч.ч.7,10 ст.29 ГПК РФ предъявить иск в суд по месту своего жительства, т.е. в Вяземский районный суд Смоленской области. Соглашение об изменении территориальной подсудности сторонами не заключалось. Ходатайство ответчика о передаче дела на рассмотрение было разрешено судом в судебном заседании 27.05.2025 и обосновано отклонено (л.д.42). Ссылки на рассмотрение аналогичных дел в Ленинском районном суде г.Костромы не свидетельствуют о том, что настоящее дело было рассмотрено с нарушением правил территориальной подсудности.

Также, с учетом положений ст.98, 103 ГПК РФ, подлежит изменению и размер взысканной с ответчика государственной пошлины, с учетом увеличения размера взысканной неустойки, до 17 000 руб.

В связи с изложенным судом апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы установлены основания, предусмотренные ст.330 ГПК РФ, влекущие изменение решения в части размера неустойки, штрафа и государственной пошлины.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Вяземского районного суда Смоленской области от 17 июля 2025 года изменить в части взысканных сумм неустойки, штрафа и государственной пошлины, изложив абзацы второй и четвертый резолютивной части решения суда в следующей редакции.

Взыскать с ООО «СКН» (ИНН <данные изъяты> в пользу ФИО1 (паспорт серии <данные изъяты> неустойку за нарушение срока передачи предварительно оплаченной квартиры за период с 01.04.2023 по 03.03.2025 в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей, штраф в размере 300 000 (триста тысяч) рублей.

Взыскать с ООО «СКН» (ИНН <данные изъяты>) государственную пошлину в местный бюджет в размере 17 000 (семнадцать тысяч) рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, ООО «СКН» - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено: 26.01.2026.