Приговор № 1-289/2020 от 27 октября 2020 г. по делу № 1-86/2020

1-289/2020
ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

г.Тамбов 28.10.2020

Советский районный суд г. Тамбова в составе:

судьи Чечиной Т.С.,

с участием государственного обвинителя - старшего помощника прокурора Советского района г. Тамбова Дроковой Н.Ю.,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката Поповой С.В.,

потерпевшего С.,

при секретаре Федосовой Н.В.,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни Г., повлекший по неосторожности смерть потерпевшего при следующих обстоятельствах.

7 октября 2019 года в вечернее время ФИО1 и Г. находились по месту жительства по адресу: , где совместно распивали спиртные напитки. В процессе распития спиртного между ними произошёл конфликт, в ходе которого Г. нанес ФИО1 удар в область лица, причинив ему телесные повреждения. На этой почве у ФИО1 по отношению к Г. развилась личная неприязнь, возник преступный умысел, направленный на причинение последнему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Реализуя задуманное, ФИО1 в период времени с вечера 7.10.2019 до 18 часов 10 минут 8.10.2019 года, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в квартире , осознавая общественную опасность и преступный характер своих действий, умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшего, хотя при должной внимательности и предусмотрительности мог и должен был их предвидеть, нанес Г. не менее 8 ударов руками и ногами в область головы и груди потерпевшего.

В результате умышленных преступных действий ФИО1 потерпевшему Г. были причинены телесные повреждения:

- кровоизлияния под твердую мозговую оболочку головного мозга, кровоизлияние под мягкие оболочки мозжечка, кровоизлияния в мягкие ткани головы, рана в проекции верхне-наружного края левой надбровной дуги, множественные ссадины на голове, кровоподтёки на лице, которые в совокупности и в соответствии с п. 6.1.3 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008, квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и находятся в прямой причинной связи с наступившей смертью;

- локальный перелом тела грудины на уровне прикрепления 5 и 6 пары ребер, конструкционные переломы 3-5 ребер слева по окологрудинной линии, конструкционные переломы 3,4 ребер справа по окологрудинной линии, которые в совокупности квалифицируются как причинившие средний вред здоровью, так как повлекли за собой расстройство здоровья свыше 21 дня.

Указанные телесные повреждения образовались от не менее 8 травматических воздействий: в области головы не менее 7, в область груди - не менее 1.

Смерть Г. наступила 08.10.2019 в 19 часов 20 минут от тупой травмы головы, сопровождавшейся кровоизлиянием под твердую оболочку головного мозга, кровоизлияниями под мягкие оболочки головного мозга, кровоизлияниями под мягкие оболочки мозжечка, кровоизлияниями в мягкие ткани головы, раной в проекции верхне-наружного края левой надбровной дуги, множественными ссадинами на голове, кровоподтёками на лице, осложнившейся дислокацией, сдавлением и отёком головного мозга.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления не признал, заявив, что он не виновен в инкриминируемом ему преступлении. По существу обвинения показал, что ранее он привлекался к уголовной ответственности за различные умышленные преступления, в том числе насильственные, судимости за которые в настоящее время погашены. После освобождения из мест лишения свободы в 2004г. он создал семью, у него родилась дочь. С семьей он проживал на съемных квартирах, а в 2017г. семейные отношения распались, супруга с дочерью ушли от него.

В течение последних трех лет он проживает в квартире , которая принадлежит его знакомой К.. В ноябре 2018 года он познакомился с Г., являющимся лицом без определенного места жительства, которому он разрешил проживать вместе с ним в квартире К.. После увольнения с работы он, ФИО1, занимался сдачей металла и на эти средства они проживали с Г.

6 октября 2019 года к ним домой пришла неродная дочь Г., они совместно в течение дня распивали значительное количество спиртных напитков, потом он, ФИО1, ушел спать. Среди ночи его разбудил Г. и сказал, что ходил ночью провожать дочь и упал, на левой щеке у него была ссадина. На следующий день, 7 октября 2019 они продолжили распитие спиртного в количестве 3-х литров. События помнит плохо ввиду алкогольного опьянения. Помнит, как пьяный Г. упал на пол и он ударил его два раза ногой в живот, сказал ему идти спать, сам тоже пошел спать. Никаких телесных повреждений у Г. кроме ссадины на щеке не было.

Когда проснулся утром 8 октября, Г. дома не было, последний лежал на улице, на щебенке около двери соседки К. Он, ФИО1, начал кричать и говорить: «В., ты опять напился и позоришь меня перед соседями». От обиды нанес Г. один удар кулаком в лицо, ногами не ударял. Вышедшая из соседней квартиры К. высказала претензии, почему Г. лежит около ее двери. Они вдвоем занесли Г. в дом и положили на диван. Потом К. вызвала скорую помощь, после приехали сотрудники полиции и доставили его в отдел. Явку с повинной 8 и 9 октября 2019 писал и показания на следствии давал под психическим воздействием сотрудников полиции и оговорил себя. От его действий у Г. не могли возникнуть тяжкие телесные повреждения, которые потерпевший, возможно, мог получить при других обстоятельствах.

Отрицая вину в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, повлекшего по неосторожности его смерть, подсудимый ФИО1 не мог объяснить суду имеющиеся существенные противоречия в его показаниях, данных в ходе предварительного следствия и судебном заседании.

Так, на первоначальном этапе предварительного следствия, будучи допрошенным в качестве подозреваемого в присутствии защитника Попова С.В. ФИО1 показал, что в период проживания с Г. у них нередко происходили конфликты и ссоры на почве злоупотребления потерпевшим спиртными напитками, которые они зачастую употребляли совместно. В ходе ссор он, ФИО1, наносил Г. удары руками по лицу.

07.10.2019 в утреннее время он совместно с Г. распивал спиртные напитки, в ходе распития между ними произошел очередной конфликт, в ходе которого Г. нанес ему удар по лицу. Так как он, ФИО1, находился в состоянии алкогольного опьянения, то в ответ он также стал наносить Г. удары руками в область лица, от чего последний упал и он нанес несколько ударов ногами по телу лежащего потерпевшего. После чего он, ФИО1, пошел спать. Спустя некоторое время проснулся, решил посмотреть, где находится Г., которого нашел лежащим на улице, что его сильно разозлило и он стал ругаться. На его крики вышла соседка по имени М., которая сказала, что он издевается над человеком, они подняли потерпевшего и занесли его в дом, соседка вызвала скорую помощь. (т.2, л.д.30-31).

В ходе проведения проверки показаний на месте 11.11.2019,в присутствии защитника и понятых ФИО1 подтвердил указанные показания, наглядно продемонстрировал обстоятельства причинения телесных повреждений Г., очередность и механизм нанесения ударов, взаимное расположение участников событий. При этом ФИО1 при помощи следственного манекена показал, как он поочередно наносил левой и правой рукой удары в область головы Г., от которых потерпевший упал на пол, а также расположение тела после падения. ФИО1 также показал, как он нанес три удара ногой в область груди и туловища потерпевшего, который находился в положении лежа. (т.2, л.д.36-39).

В ходе последующих допросов в качестве обвиняемого ФИО1 давал аналогичные показания, пояснив, что конфликт между ним и потерпевшим произошел на почве совместного употребления значительного количества спиртных напитков, когда он, ФИО1, высказывал претензии Г., который не работал и жил на его средства. (т.2, л.д.44-48, 49-56).

Проанализировав и оценив показания и позицию подсудимого в совокупности со всеми доказательствами по делу, суд считает, что подсудимый виновен в умышленном причинении потерпевшему тяжкого вреда здоровью, повлекшем его смерть, а непоследовательная позиция ФИО1 преследует цель и стремление освобождения от уголовной ответственности за совершение особо тяжкого преступления.

Оценивая вышеизложенные показания ФИО1, суд находит более правдивыми и достоверными его показания, данные в ходе предварительного следствия. Данные показания получены с соблюдением требований закона, согласуются с другими исследованными доказательствами, в том числе со сведениями, добровольно сообщенными ФИО1 в протоколе явки с повинной от 9.10.2019г.( т.2, л.д.2), которая получена в присутствии адвоката. Поэтому суд принимает вышеизложенные доказательства за основу при решении вопроса о доказанности вины подсудимого.

Допросы ФИО1 в качестве подозреваемого, проверка показаний на месте, последующие допросы в качестве обвиняемого были проведены с участием защитника, перед началом производства данных процессуальных действий подозреваемому разъяснялись процессуальные права, в том числе то обстоятельство, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при последующем отказе от них. Каких-либо замечаний от ФИО1 и его защитника не было, заявлений о применении недозволенных методов следствия не поступало.

Отрицание подсудимым достоверности показаний, данных им в качестве подозреваемого, его заявления о том, что с протоколами допросов он не знакомился, подписывал, не читая, что их содержание не соответствует действительности, явку с повинной он писал якобы под психическим принуждением оперативных сотрудников являются голословными, ничем объективно не подтверждены и вызваны стремлением виновного опорочить данные доказательства с целью избежать уголовной ответственности.

Заявление стороны защиты о том, что показания ФИО1 на предварительном следствии нельзя принимать во внимание ввиду неосознания им окружающей обстановки и обстоятельств дела, т.к. подсудимый находился в стрессовом и шоковом состоянии, являются необоснованными и опровергаются заключением комплексной психолого-психиатрической экспертизы, согласно которой ФИО1 мог и может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, в период следствия мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания.

Допросив подсудимого ФИО1, потерпевшего С., свидетелей, исследовав протоколы следственных действий, заключения судебно-медицинских экспертиз и другие документы, суд считает, что несмотря на непризнание, вина ФИО1 полностью установлена и подтверждается совокупностью следующих исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, из показаний потерпевшего С. следует, что он является начальником отдела опеки и попечительства Управления социальной защиты и семейной политики администрации Тамбовской области и на основании доверенности представляет Управление по уголовным делам в порядке ст.ст.42, 45 в целях защиты прав и законных интересов потерпевших, не имеющих родственных связей. Постановлением следователя Ленинского МСО г.Тамбова СУ СК РФ по Тамбовской области от 28.01.2020 он признан потерпевшим. Из материалов дела ему известно, что Г. 8.10.2019 скончался от тупой травмы головы с кровоизлияниями в мягкие ткани головы в результате нанесения ему телесных повреждений ФИО1 Потерпевший являлся лицом без определенного места жительства, нигде не работал, его родственники не установлены.

Свидетель К. показала суду она проживает поадресу: 5 мая 2019 г. совместно со своим супругом К. Это домовладение, в котором имеется три квартиры. В квартире проживает мужчина по имени А., в квартире проживали ФИО1 и Г. Данную квартиру арендует ФИО1 у женщины по имени О., с которой она не знакома.

ФИО1 она может охарактеризовать как вспыльчивого, агрессивного человека, склонного к конфликтам. Г., напротив, спокойный, добродушный, отзывчивый человек. У него были проблемы со здоровьем, он передвигался на костылях, а в связи с имевшейся у него катарактой глаза, он плохо видел.

Г. проживал у ФИО1 совместно с ним на протяжении года. От Г. она узнала, что ранее он проживал в доме ночного пребывания, не имел постоянного места жительства, регистрации у него не было, с супругой он в разводе. ФИО1 и Г. трудоустроены не были, они собирали металл, обжигали провода, а после сдавали в металл, на вырученные деньги они приобретали себе еду и алкоголь, которым они регулярно злоупотребляли.

Со слов Г. ей известно, что между ним и ФИО1 сложились напряженные отношения, поскольку последний подвергал Г. избиению, всячески унижал его, издевался над ним, в связи с чем Г. неоднократно высказывал ей жалобы на ФИО1 и боялся его. Кроме того, в сентябре текущего года Г. рассказал ей о том, что ФИО1 вновь его избил, при этом он сломал ему ребра, разбил голову, нанося ему удары табуреткой, но за медицинской помощью Г. никогда не обращался, в полицию не сообщал. У ФИО1 есть брат В., который знал о систематическом избиении Г. ФИО1

Поскольку ФИО1 является вспыльчивым, агрессивным, конфликтным человеком, она с ним старалась не общаться и не вступать в конфликты. Однажды в ходе ссоры с ее супругом ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в состоянии агрессии ворвался к ним в квартиру с ножом в руках и угрожал.

7 октября 2019 г. примерно в 23 часа она услышала, что из прихожей квартиры громко раздавался голос ФИО1, а также доносился шум, похожий на удары или падение. В связи с этим она предположила, что между ФИО1 и Г. вновь возник конфликт, был слышен громкий голос ФИО1

8 октября 2019г. примерно в 9 часов утра у нее был выходной день, она проснулась от криков ФИО1 Тогда она проследовала на дворовую территорию и увидела, что рядом с порогом ее квартиры, на щебенке в горизонтальном положении лежал Г., а над ним находился ФИО1, бил ногами, при этом заставлял его встать. Г. в этот момент был без сознания, но хрипел, он был жив. На улице в тот день был снег с дождем, а Г. был без обуви и был одет в штаны темно-синего цвета и свитер темно-серого цвета. Она сразу же спросила ФИО1, что между ними произошло, на что ФИО1, который находился в состоянии алкогольного опьянения, пояснил, что ранее к Г. приходила его падчерица, и оставила ему 500 рублей, на которые Г. приобрел спиртное. Речь ФИО1 была несвязной, она ему не поверила, и предположила, что это он выгнал Г. из своего дома. Она также обратила внимание, что у Г. было испачкано в крови все лицо, левая бровь была рассечена, а на правом глазу имелся кровоподтек. На вопрос, почему у Г. все лицо в крови, изо рта шла кровь коричневой субстанции, ФИО1 сказал, что Г., будучи в состоянии опьянения, упал и сейчас он пытается занести его в дом.

После этого она настояла на том, что Г. необходимо занести в дом, поскольку на улице было холодно, с ФИО1 они подняли Г. на ноги и затащили его в квартиру, где положили на диван. Она раздела Г., так как его одежда была сырой, и увидела, что на нем было одето помимо спортивных штанов и свитера, еще темное трико и бежевая майка. Им не удавалось снять с потерпевшего свитер и майку, в связи с чем, ФИО1 разрезал его свитер с майкой на две части, всю одежду Г. ФИО1 положил возле двери, ведущую в прихожую. После этого она накрыла Г. несколькими одеялами, чтобы он не замерз, и ушла к себе домой, при этом Г. оставался без сознания, и у него изо рта шла кровь коричневого цвета.

В течение дня каких-либо конфликтов в доме ФИО1 она не слышала. Примерно в 17 часов она решила проверить самочувствие Г., в связи с этим проследовала к окну квартиры ФИО1 и увидела, что он склонился над Г., который также лежал на диване. Постучав в окно, ФИО1 впустил ее, она увидела, что Г. находился без сознания, при этом у него изо рта продолжала обильно идти коричневая субстанция. Поэтому она сразу же вызвала бригаду скорой медицинской помощи, врачи которой, прибыв на место, осмотрели Г. и госпитализировали его в », куда она направилась вместе с ним. Когда прибыли в больницу, Г. осматривали несколько врачей, взяли у него анализы. Спустя некоторое время ей сообщили, что Г. скончался.

Накануне, 6.10.2019 она заходила в квартиру к ФИО1 и видела там падчерицу Г. по имени А.. При этом никаких телесных повреждений у потерпевшего в тот день не было.

Свидетели С., А. и С. подтвердили, что по соседству с ними проживали ФИО1 и мужчина без определенного места жительства по имени В.. Данные лица злоупотребляли спиртными напитками. Впоследствии им стало известно, ФИО1 избил В. и тот скончался.

Из показаний свидетеля Ю., оглашенных в судебном заседании с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ (т.1, л.д.81-83), следует, что ФИО1 проживал в доме её бабушки на , куда его пустили по устной договоренности. ФИО1 злоупотреблял спиртным, пустил жить в дом какого-то мужчину, которого, как впоследствии стало известно от соседей, подверг избиению, от чего тот скончался.

По показаниям свидетеля К., фельдшера ССМП, оглашенными в судебном заседании в порядке ст.281 УПК РФ (т.1, л.д. 103-108), следует, что вечером 08.10.2019 он в составе бригады скорой помощи прибыл по вызову по адресу: . Пострадавший Г. находился без сознания и был доставлен в городскую больницу . Кроме потерпевшего в квартире находились женщина, как он понял, соседка, и мужчина.

Из оглашенных показаний свидетеля Д., хирурга городской больницы (т.1, л.д.109-111), видно, что 08.10.2019 в вечернее время Г. был доставлен в больницу на «скорой». Его сопровождала женщина, которая пояснила, потерпевший является лицом без определенного места жительства, жил у мужчины, который его избил. На момент осмотра состояние потерпевшего было тяжелым, он пребывал в коме, в области глаз с обеих сторон были гематомы, множественные ссадины на лице; врач-невролог заключил, у него может иметь место закрытая черепно-мозговая травма с субарахноидальным кровоизлиянием. В этот же вечер у потерпевшего остановилось сердце, несмотря на проводимые реанимационные мероприятия, он скончался.

Кроме того, вина подсудимого подтверждается следующими протоколами следственных действий и иными документами:

- рапортом ст. следователя М. от 08.10.2019, согласно которому, в указанный день в 21 час 38 минут от оперативного дежурного отдела полиции № 2 УМВД России по г. Тамбову поступило сообщение о том, что в городской больнице скончался Г., доставленный бригадой скорой помощи с адреса: множественными телесными повреждениями в области головы и туловища (т.1, л.д. 20).

- протоколом осмотра места происшествия от 09.10.2019 с фототаблицей, согласно которому осмотрена квартира . В ходе осмотра изъяты: смывы вещества бурого цвета с двери, печи, со скатерти, вырез обивки дивана, фрагмент ткани красного цвета, майка бежевая, две части свитера, трико, спортивные брюки (т.1, л.д. 21-28).

- протоколом осмотра трупа Г. от 09.10.2019 с фототаблицей, согласно которому предварительно причиной его гибели названа тупая травма головы и груди (т.1, л.д.29-35).

- рапортом от 08.10.2019, зарегистрированным в КУСП, согласно которому в указанный день в 21 час 45 минут поступило сообщение о смерти Г. (т.1, л.д.47).

- протоколом выемки от 09.10.2019, согласно которому изъяты одеяло и одежда ФИО1, в которой он находится в момент совершения преступления (т.1, л.д.117-121).

- справкой ТОГБУЗ «БСМЭ» от 09.10.2019, согласно которой по предварительным данным причиной смерти Г. является тупая травма головы и груди (т. 2 л.д. 135).

- протоколом явки с повинной от 09.10.2019, согласно которому ФИО1 в присутствии защитника - адвоката Попова С.В. сообщил, что 07.10.2019 он и Г. находились по мессу жительства, употребляли спиртное, между ними возник конфликт, потерпевший нанёс ему удар в лицо, а он, находясь в состоянии алкогольного опьянения, стал наносить потерпевшему удары руками и ногами в область лица, от чего Г. упал на пол, а он ушёл спать. Спустя 30 минут он проснулся, Г. нигде не было, он вышел его искать и обнаружил лежащим возле дома. Соседка помогла завести Г. домой, вызвала скорую и потерпевшего увезли в больницу, где впоследствии он скончался (т. 2 л.д. 2-3).

- протоколом освидетельствования ФИО1 ( т.1. л.д.124-127);

- заключениями судебно- медицинских экспертиз № 1399/247 от 09.10.2019 и № МД-90-2019 от 29.01.2020, согласно которым при судебно-медицинской экспертизе трупа Г. обнаружены следующие повреждения:

группа «А»

- кровоизлияния под твердую мозговую оболочку головного мозга (1);

- кровоизлияние под мягкие оболочки головного мозга (2);

- кровоизлияние под мягкие оболочки мозжечка (1);

- кровоизлияния в мягкие ткани головы (2),

- рана в проекции верхне-наружного края левой надбровной дуги(1);

- множественные ссадины на голове (6);

- кровоподтёки на лице (2).

группа «Б»

- локальный перелом тела грудины на уровне прикрепления 5 и 6 пары ребер;

- конструкционные переломы 3-5 ребер слева по окологрудинной линии;

- конструкционные переломы 3,4 ребер справа по окологрудинной линии.

Все вышеперечисленные повреждения являются прижизненными, о чём свидетельствует наличие кровоизлияний в мягких тканях и в зоне повреждений. Характер клеточной реакции в мягких тканях из области повреждений и характер реактивных изменений в головном мозге и его оболочках, выявленный при судебно-гистологическом исследовании, позволяет считать, что все вышеперечисленные повреждения причинены за 12 - 36 часов до времени наступления смерти. Разрешающие возможности гистологических методов исследования не позволяют разграничить последовательность нанесения обнаруженных повреждений, все они причинены в короткий промежуток времени в быстрой последовательности друг за другом.

Все повреждения, обнаруженные при судебно-медицинской экспертизе трупа, причинены при действии тупого твердого предмета, что подтверждается обнаружением раны с неровными краями, ссадин, кровоподтеков, характером повреждения головного мозга, переломов грудины и ребер и их характеристикой.

При жизни, перечисленные в группе «А» повреждения, в совокупности и в соответствиис п. 6.1.3 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008, квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и находятся в прямой причинной связи с наступившей смертью.

При жизни перечисленные в группе «Б» повреждения в совокупности квалифицировались бы как средний вред здоровью, так как повлекли за собой расстройство здоровья сроком свыше 21 дня. Сами по себе отношения к причине смерти не имеют.

Смерть Г. наступила 08.10.2019 в 19 часов 20 минут от тупой травмы головы, сопровождавшейся кровоизлиянием под твердую оболочку головного мозга, кровоизлияниями под мягкие оболочки мозжечка, кровоизлияниями в мягкие ткани головы, раной в проекции верхне-наружного края левой надбровной дуги, множественными ссадинами на голове, кровоподтёками на лице, осложнившейся дислокацией, сдавлением и отёком головного мозга, что подтверждается обнаружением данных повреждений при судебно-медицинской экспертизе трупа, результатами судебно-гистологического исследования, а также данными, полученными из медицинской карты стационарного больного ТОГБУЗ «ГКБ ».

В обнаруженных при судебно-медицинской экспертизе трупа Г. повреждениях не отобразились специфические свойства травмирующей поверхности, поэтому нельзя высказаться о форме и других особенностях травмирующего предмета. Такие повреждения могли быть причинены при ударах руками, ногами либо другими твердыми тупыми предметами. Количество обнаруженных повреждений позволяет высказаться о том, что они причинены не менее чем при 8 травматических воздействиях. Из них в область головы не менее 7, в область груди не менее 1 с силой, достаточной для их образования.

Обнаруженные при судебно-медицинской экспертизе трупа Г. повреждения в области головы располагались на противоположных поверхностях и в разных анатомических областях. Их количество позволяет высказаться о том, что они причинены не менее чем при 7-ми травматических воздействиях. Вышесказанное позволяет исключить возможность образования всех этих повреждений в результате неоднократного падения с высоты собственного роста из вертикального или близкого к таковому положению тела.

Локализация повреждений в различных анатомических областях тела позволяет считать, что во время причинения повреждений взаиморасположение потерпевшего и нападавшего изменялось в динамике, их позы могли быть любыми удобными для причинения повреждений.

Согласно результатам гистологического исследования, после причинения повреждения в виде тупой травмы головы, Г. мог жить в промежуток времени в пределах 12 - 36 часов. В начальный период этого времени, исчисляемый десятками минут и часами, он мог совершать активные целенаправленные действия, в том числе самостоятельно передвигаться до развития явлений декомпенсации, обусловленных полученной травмой.

Во время наступления смерти Г. не находился в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждается отрицательным анализом судебно-химического исследования крови из трупа на наличие этилового спирта (т.1, л.д. 152-159; 165-173).

- заключением цитологической судебной экспертизы от 07.11.2019 № 584, согласно которому на срезах с правой и левой руки Г. и ногтевых пластин с кистей обеих рук ФИО1 обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от потерпевшего Г. и исключается от подозреваемого ФИО1; найдены клетки поверхностных слоев кожи человека, не исключается происхождение клеток кожи от потерпевшего Г. и подозреваемого ФИО1 (т.1, л.д.179-183). Срезы с ногтевых пластин и смывы с кистей рук изъяты на основании протоколов у подозреваемого ФИО1 (т.1, л.д.124-128), у погибшего Г. (т.1, л.д.137-138).

-заключением судебно- биологической экспертизы от 31.10.2019 № 583, согласно которому на изъятых с места происшествия смывах с входной двери, с печи, со скатерти стола, вырезе с обивки дивана, фрагменте ткани, вещах Г.: части майки № 1, спортивных брюках, трико, двух частях свитера обнаружена кровь человека, которая могла произойти за счёт потерпевшего Г., и не могла произойти за счёт подозреваемого ФИО1 (т.1, л.д.190-194). Кровь изъята на основании освидетельствования и протокола выемки у подозреваемого ФИО1 (т.1, л.д.141-144), у погибшего Г. (т.1, л.д.139-140).

- заключением судебно-биологической экспертизы от 07.11.2019 № 582, согласно которому на брюках ФИО1 обнаружена кровь человека, которая могла произойти за счёт потерпевшего Г., и не могла произойти за счёт подозреваемого ФИО1 (т.1, л.д.202-205).

- заключением генетической судебной экспертизы от 28.10.2019 № 3133, в соответствии с которым на смывах с кистей рук ФИО1 обнаружены клетки эпителия, которые образованы в результате смешения и происходят от ФИО1 и Г. (т.1, л.д.212-217).

- справкой хирурга Д. о посмертном эпикризе в отношении Г., согласно которому основной диагноз следующий: политравма, ЗЧМТ, субарахноидальное кровоизлияние, закрытая травма грудной клетки, перелом ребер, закрытая травма живота, ушиб, гематомы мягких тканей лица, общее переохлаждение. (т.2, л.д.133).

-копией карты вызова скорой медицинской помощи от 08.10.2019, согласно которой в указанный день по прибытии бригады СМП по вызову в 18.20 часов по адресу: , больной Г. лежал в зале на диване без сознания, на лице видны застывшая рвотная масса кофейного цвета и гематома в области лица справа, кровотечение изо рта (т.2, л.д.137).

- протоколом осмотра предметов от 23.01.2020, согласно которому осмотрены: конверты со смывами с кистей рук, срезами ногтевых пластин, образцами буккального эпителия ФИО1; образцами крови Г.; осмотрены предметы одежды: брюки темно-синие, свитер темно-синий, разделенный на две части, спортивные штаны, одеяло, майка бежевого цвета, брюки-трико, смывы вещества бурого цвета с печи, скатерти, входной двери; фрагмент ткани красного цвета, вырез обивки дивана (т.1, л.д.237-241). Осмотренные предметы признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств; свитер и одеяло, изъятые у ФИО1, уничтожены (т.2, л.д.242-243, 244, 245).

По заключению амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы №6 от 16.01.2020 ФИО1 обнаруживает психическое расстройство в виде психопатии смешанного круга (смешанное расстройство личности по МКБ-10)

Заключение эксперта № 6 от 16.01.2020, согласно которому ФИО1 обнаруживает психическое расстройство в виде психопатии смешанного круга (Смешанное расстройство личности по МКБ-10), о чем свидетельствуют данные анамнеза о присущих ему с детства и на протяжении всей жизни, стойких, дисгармонических особенностей характера в виде раздражительности, вспыльчивости, неуравновешенности, импульсивности, склонности к демонстративным и асоциальным формам поведения, которые приводили к госпитализации в психиатрический стационар. При настоящем стационарном обследовании также выявлены психопатические особенности характера в виде эмоциональной неустойчивости, раздражительности, поверхности суждений, при отсутствии болезненных нарушений памяти, интеллекта, мышления, критических способностей, какой-либо психотической симптоматики. Во время инкриминируемого ему правонарушения ФИО1, как это следует из материалов уголовного дела, не обнаруживал также признаков какого-либо временного психического расстройства, в том числе патологического аффекта, патологического опьянения, которое лишало бы его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Он находился в состоянии простого алкогольного опьянения. Об этом свидетельствуют данные об употреблении им в день содеянного спиртных напитков, правильная ориентировка в окружающем и знакомых лицах, доступность адекватному речевому контакту и целенаправленным действиям, вытекающим из ситуации, сохранность воспоминаний об основных событиях правонарушения, отсутствие какой-либо психотической симптоматики (бред, галлюцинации).

Поэтому ФИО1 во время инкриминируемого ему деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими во время инкриминируемого правонарушения. По своему психическому состоянию в настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, в том числе правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать о них показания. В применении принудительных мер медицинского характера в настоящее время ФИО1 не нуждается. Клинических признаков алкоголизма и наркомании у ФИО1 не выявлено. (т 1, л.д. 233-235)

Таким образом, вина подсудимого в совершенном преступлении полностью доказана и его действия квалифицирует по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Судом установлено, что в течение дня 7.10.2019г ФИО1 и Г. распивали спиртные напитки. В процессе распития спиртного между ними произошёл конфликт, в ходе которого Г. нанес ФИО1 удар в область лица, причинив ему телесные повреждения. На этой почве у ФИО1 по отношению к Г. развилась личная неприязнь, возник преступный умысел, направленный на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, подверг Г. избиению, умышленно нанеся ему множественные ( не менее 8) ударов руками и ногами в область головы и груди. В результате преступных действий ФИО1 потерпевшему Г. были причинены телесные повреждения, указанные в заключении эксперта, в том числе тупая травма головы, сопровождавшаяся кровоизлиянием под твердую оболочку головного мозга, кровоизлияниями под мягкие оболочки мозжечка, кровоизлияниями в мягкие ткани головы, раной в проекции верхне-наружного края левой надбровной дуги, множественными ссадинами на голове, кровоподтёками на лице, осложнившаяся дислокацией, сдавлением и отёком головного мозга, расценивающаяся как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающая непосредственную угрозу для жизни, в результате которой погибший скончался в больнице.

При этом, нанося умышленные целенаправленные удары в жизненно важные органы потерпевшего - по голове, груди, подсудимый сознавал преступный характер своих действий, опасных для здоровья потерпевшего, предвидел возможность причинения тяжкого вреда здоровью, а по отношению к смерти была допущена неосторожная форма вины. Умышленные преступные действия ФИО1 находятся в непосредственной причинной связи со смертью потерпевшего.

Характер и локализация телесных повреждений, причинённых потерпевшему, взаимоотношения Г. с ФИО1, агрессивное и насильственное поведение подсудимого, предшествующее преступлению, который и ранее подвергал потерпевшего избиению, свидетельствуют о том, что действия подсудимого объективно были направлены на причинение вреда здоровью потерпевшего, причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего.

Мотивом к совершению умышленных действий для ФИО1 послужила личная неприязнь к потерпевшему, возникшая в ходе ссоры на почве совместного распития спиртного, при этом поведение потерпевшего в отношении ФИО1 не является обстоятельством, оправдывающим насильственные действия подсудимого. Применение ФИО1 насилия к Г. не было вызвано ни характером, ни опасностью, ни обстановкой происходящего.

Исходя из обстановки совершения преступления, у ФИО1 имелась реальная возможность избежать дальнейшего конфликта с потерпевшим, не прибегая к применению насилия, однако он подверг потерпевшего избиению руками и ногами, в результате которого Г. были причинены тяжкие телесные повреждения, опасные для его жизни, повлекшие по неосторожности смерть.

Обстоятельства совершенного преступления, поведение ФИО1, находившегося в состоянии алкогольного опьянения до и во время совершения преступления, выводы судебно-психиатрической экспертизы, указывают на отсутствие в его действиях признаков аффекта.

Какого-либо общественно опасного посягательства, реально угрожающего жизни или здоровью ФИО1, со стороны потерпевшего не было, в связи с чем, суд не усматривает в действиях подсудимого как необходимой обороны, так и превышения её пределов.

Данных о том, что потерпевший Г. мог получить вышеуказанные телесные повреждения при иных обстоятельствах, чем установлено материалами уголовного дела и в суде, не имеется, в связи с чем доводы стороны защиты о возможности причинения потерпевшему смертельных телесных повреждений другими лицами, являются несостоятельными.

При решении вопроса о доказанности обвинения подсудимого суд принимает за основу первоначальные показания ФИО1 на предварительном следствии, подтвержденные им объективно и в ходе проверки показаний на месте, а также показания свидетеля обвинения К., протокол осмотра места происшествия, заключения проведенных по делу судебных экспертиз.

Первоначальные показания ФИО1 объективно подтверждены и заключением судебно-медицинской экспертизы о том, что имевшаяся у потерпевшего тупая травма головы, осложнившаяся сдавлением и отеком головного мозга, от которой наступила смерть Г., причинена в результате множественных, не менее семи травматических воздействий в область головы тупыми твердыми предметами с ограниченными контактирующими поверхностями, возможно, руками и ногами.

Заявления подсудимого о том, что он не виновен в причинении телесных повреждений Г., опровергается заключениями цитологических и биологических экспертиз об обнаружении у подсудимого на кистях рук, в подногтевом содержании и на одежде крови, поверхностных клеток слоев кожи и клеток эпителии, принадлежащих Г.; протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого обнаружены и изъяты частицы крови, принадлежащие погибшему, на различных объектах жилища - входной двери, печи, столе и диване.

Указанные доказательства свидетельствуют о том, что Г. был подвергнут неоднократному избиению в жилище, в котором посторонних лиц, кроме подсудимого и погибшего не было; обнаружение Г. у двери свидетеля К. указывает на то, что он пытался обратиться к последней за помощью.

Оценивая показания непосредственного свидетеля обвинения К., суд находит их правдивыми и достоверными, т.к. на всем протяжении предварительного и судебного следствия они являются стабильными, последовательными, логичными, не имеют никаких противоречий, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу. Оснований сомневаться в объективности и обоснованности показаний указанного свидетеля не имеется, также отсутствуют основания для оговора подсудимого данным свидетелем, а заявления ФИО1 о заинтересованности свидетеля, являются надуманными и ничем не подтверждены, преследуют цель опорочить показания непосредственного очевидца преступления и основного свидетеля обвинения.

Изменение ФИО1 своих показаний в суде, непризнание своей вины суд расценивает как стремление виновного избежать уголовной ответственности за особо тяжкое умышленное насильственное преступление по ч.4 ст.111 УК РФ.

Никаких нарушений уголовно-процессуального закона при производстве следственных действий допущено не было, в том числе и при проведении допросов ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого, проверки показаний на месте с участием подозреваемого. Все следственные действия проведены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, ход и результаты их надлежаще зафиксированы в протоколах согласно ст. 166 УПК РФ.

Суд исключает из числа доказательств по делу протокол явки с повинной ФИО1 от 08.10.2019 (т.1, л.д.49), так как при его получении не выполнены требования ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ.

Исключение протокола явки с повинной не влияет на законность и обоснованность принятия решения по делу, так как совокупность других исследованных доказательств, является достаточной для вывода о признании подсудимого виновным в совершении преступления.

Вместе с тем протокол явки с повинной ФИО1 от 9.10.2019 соответствует требованиям закона (т.1, л.д.2-3), а изложенные задержанным ФИО1 обстоятельства избиения им потерпевшего и причинения Гиберлингу телесных повреждений в результате неоднократных умышленных ударов руками и ногами в голову и по туловищу полностью соответствуют совокупности других доказательств, собранных по делу и приведенных в приговоре.

Оценивая письменные доказательства по делу, суд считает, что они соответствуют требованиям, установленным уголовно-процессуальным законом, полностью согласуются между собой и другими доказательствами по делу, сомнений у суда не вызывают, потому суд признаёт их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами и принимает за основу при вынесении приговора.

Доводы стороны защиты об оправдании подсудимого за непричастностью к совершению инкриминируемого ему преступления являются несостоятельными, так как опровергаются совокупностью собранных по делу, исследованных судом и приведенных в приговоре доказательств.

При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства дела, данные о личности виновного, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

Подсудимым совершено особо тяжкое преступление против жизни человека. С учетом характера содеянного, тяжести наступивших последствий, суд считает, что наказание подсудимому должно быть назначено на длительный срок лишения свободы.

При назначении конкретного срока лишения свободы подсудимому суд учитывает явки с повинной ФИО1, активное способствование раскрытию и расследованию преступления в ходе предварительного следствия, наличие у ФИО1 несовершеннолетнего ребенка, что в совокупности с состоянием его здоровья, наличием хронических заболеваний, суд в соответствии со ст. 61 УК РФ признает обстоятельствами, смягчающими наказание.

Кроме того, судом установлено, что преступные действия подсудимого ФИО1 были спровоцированы противоправным поведением потерпевшего Г., что является основанием для признания данного обстоятельства смягчающим наказание подсудимому в силу п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Вместе с тем, в действиях ФИО1 отсутствует смягчающее обстоятельство, предусмотренное п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ - оказание медицинской или иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, поскольку по делу установлено, что медицинская помощь потерпевшему Г. была оказана непосредственно свидетелем К., которая вызвала сотрудников скорой помощи.

Как личность ФИО1 по месту жительства характеризуется отрицательно, на специальных медицинских учётах не состоит.

В силу п.1.1 ст.63 УК РФ суд, принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и личность подсудимого ФИО1, суд признает в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку судом установлено, что состояние алкогольного опьянения явилось предпосылкой к совершению ФИО1 преступления и повлияло на его преступное поведение. Факт совершения преступления ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения указан в обвинении, подтвержден материалами дела. Согласно заключению стационарной комплексной психолого-психиатрической экспертизы ФИО1 находился в состоянии простого алкогольного опьянения, это обстоятельство также следует из собственных показаний подсудимого и свидетелей.

Ввиду признания в действиях подсудимого ФИО1 указанного отягчающего обстоятельства, при назначении наказания суд не применяет положения ч.1 ст.62 УК РФ. Однако с учетом совокупности приведенных в приговоре смягчающих обстоятельств суд полагает возможным не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Достаточных оснований для применения ст. 64 и ст. 73 УК РФ, изменения в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ категории преступления, суд не усматривает, исходя из обстоятельств совершения преступления, степени его общественной опасности и личности подсудимого.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО1 надлежит отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима.

Руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст.72 УК РФ засчитать в срок отбывания наказания ФИО1 время содержания его под стражей с момента задержания с 9 октября 2019 года по день, предшествующий вступлению приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в виде заключения под стражу оставить ФИО1 без изменения и до вступления приговора в законную силу содержать в ФКУ СИЗО-1 г. Тамбова.

Вещественные доказательства: свитер, брюки, трико, майку потерпевшего Г.; фрагмент ткани; вырез обивки дивана; образцы крови и буккального эпителия ФИО1; образцы крови Г.; срезы ногтевых пластин с кистей обеих рук Г.; срезы ногтевых пластин, а также смывы с кистей обеих рук ФИО1; брюки, принадлежащие ФИО1, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Ленинского МСО г. Тамбова СУ СК России по Тамбовской области, уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Советский районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок с момента получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Судья - Т.С.Чечина