Приговор № 1-151/2018 от 25 июля 2018 г. по делу № 1-151/2018Норильский городской суд (Красноярский край) - Уголовное Уголовное дело № (№) Именем Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ город Норильск Норильский городской суд Красноярского края в составе: председательствующего – судьи Свинцовой Е.А. при секретаре судебного заседания - Колесниковой Е.В., Носенко Е.В., с участием государственных обвинителей – прокурора отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края с дислокацией в городе Норильске ФИО7, старшего помощника прокурора города Норильска Поломко Ф.А., представителей потерпевших - ФИО40, ФИО16, ФИО61, подсудимых - ФИО9, ФИО10, защитников – адвокатов Доложевской Н.В., Бастрыгина А.Ю. рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО9, <данные изъяты> - обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 ч.4 ст.159 УК РФ, ФИО10, <данные изъяты> - обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.160, ч.4 ст.160, ч.3 ст.30 ч.4 ст.159, ч.4 ст.159 УК РФ, ФИО10, используя свое служебное положение, похитил в особо крупном размере чужое имущество, вверенное ему, путем присвоения; используя свое служебное положение, похитил в особо крупном размере чужое имущество, вверенное ему, путем растраты; действуя группой лиц по предварительному сговору, покушался на хищение чужого имущества в особо крупном размере, путем обмана; похитил чужое имущество в особо крупном размере, путем обмана. ФИО9, действуя группой лиц по предварительному сговору, покушался на хищение чужого имущества в особо крупном размере, путем обмана. Преступления совершены в городе Норильске Красноярского края при следующих обстоятельствах: ФИО10, на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ являлся директором ООО «<данные изъяты>», расположенного <адрес> и в соответствии с Уставом ООО «<данные изъяты>» являлся единоличным исполнительным органом Общества, выполнял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, в том числе, осуществлял оперативное руководство текущей деятельностью Общества, имел право первой подписи финансовых документов, распоряжался имуществом и средствами Общества для обеспечения его текущей деятельности, осуществлял прием и увольнение работников Общества, в силу занимаемой должности директора являлся материально-ответственным лицом, имел непосредственный доступ к денежным средствам, находящимся на расчетных счетах ООО «<данные изъяты>». В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО10, реализуя свой преступный умысел на продолжаемое хищение вверенных ему в силу занимаемой должности директора, денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>», умышленно, действуя из корыстных побуждений, используя свое служебное положение, находясь в неустановленном месте, имея непосредственный доступ к расчетному счету ООО «<данные изъяты>» №, открытому в филиале <данные изъяты><адрес>, <данные изъяты> ФИО10, тем самым присвоил: - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, а всего на общую сумму <данные изъяты> рублей. Таким образом, ФИО10, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, используя свое служебное положение, присвоил вверенные ему в силу занимаемой должности директора ООО «<данные изъяты>» денежные средства в общей сумме <данные изъяты> рублей, что является особо крупным размером, распорядившись ими по своему усмотрению, причинив ООО «<данные изъяты>» ущерб на указанную сумму. Кроме того, ФИО10, на основании вышеуказанного приказа являлся директором ООО «<данные изъяты>», расположенного по вышеуказанному адресу и в соответствии с Уставом ООО «<данные изъяты>» являлся единоличным исполнительным органом Общества, выполнял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, в том числе, осуществлял оперативное руководство текущей деятельностью Общества, имел право первой подписи финансовых документов, распоряжался имуществом и средствами Общества для обеспечения его текущей деятельности, осуществлял прием и увольнение работников Общества, в силу занимаемой должности директора являлся материально-ответственным лицом, имел непосредственный доступ к денежным средствам, находящимся на расчетных счетах ООО «<данные изъяты>». В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 реализуя свой преступный умысел на продолжаемое хищение вверенных ему в силу занимаемой должности директора, денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>», умышленно, действуя из корыстных побуждений, используя свое служебное положение, находясь в неустановленном месте, имея непосредственный доступ к расчетным счетам ООО «<данные изъяты>» №, открытом в Красноярском отделении № ПАО «<данные изъяты>», №, открытом в филиале <данные изъяты> в <адрес>, через систему <данные изъяты> тем самым растратил: - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ; - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ; - денежные средства в сумме <данные изъяты> рубля, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ; - денежные средства в сумме <данные изъяты> рубля, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ; - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ; - денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, перечисленные на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ, а всего денежные средства в общей сумме <данные изъяты> рублей. Продолжая реализовывать свой преступный умысел, ДД.ММ.ГГГГ (точное время следствием не установлено), ФИО10, действуя из корыстных побуждений, используя свое служебное положение, имея непосредственный доступ к расчетному счету ООО «<данные изъяты>» №, открытому в Красноярском отделении № ПАО «<данные изъяты>», находясь в неустановленном месте, через систему удаленного управления в электронном виде на персональном компьютере оформил платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей, в которое умышленно внес заведомо ложные сведения о том, что перевод денежных средств осуществляется на основании фиктивного договора займа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», после чего, с помощью электронного ключа подтвердил безналичное списание денежных средств в указанной сумме на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» №, открытый в Сибирском филиале ПАО «<данные изъяты>», учредителем и директором которого является его родной брат ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ похищенные денежные средства на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей перечислены с вышеуказанного расчетного счета ООО «<данные изъяты>» на расчетный счет № Финансового управления Администрации <адрес>, открытый в РКЦ <адрес>, в счет оплаты долга за ООО «<данные изъяты>» по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между МБОУ ДОД «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Таким образом, ФИО10, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, используя свое служебное положение, растратил вверенные ему в силу занимаемой должности директора ООО «<данные изъяты>» денежные средства в общей сумме <данные изъяты> рублей, что является особо крупным размером, распорядившись ими по своему усмотрению, причинив ООО «<данные изъяты>» ущерб на указанную сумму. Кроме того, в июне 2016 года, но не позднее ДД.ММ.ГГГГ (в неустановленное следствием время) ФИО10 и ФИО9 вступили между собой в преступный сговор, направленный на хищение путем обмана денежных средств из бюджета муниципального образования <адрес> путем предоставления заведомо подложных документов в МУ «Управление <данные изъяты>» по адресу: <адрес> (далее – Управление) для участия в аукционе по продаже муниципального недвижимого имущества, проводимом ДД.ММ.ГГГГ Управлением на основании Распоряжения Администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, в соответствии с Местной программой приватизации, утвержденной <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №, реализуя который, ФИО10, согласно отведенной ему роли, действуя из корыстных побуждений, совместно и согласованно с ФИО9, в ДД.ММ.ГГГГ, но не позднее ДД.ММ.ГГГГ, находясь в неустановленном месте, <данные изъяты> по приему платежей ООО «<данные изъяты>» денежных средств в общей сумме <данные изъяты> рублей, необходимые для участия в вышеуказанном аукционе, с целью последующего незаконного взыскания задатка, достоверно и заведомо зная, что денежные средства в указанной сумме в качестве задатка не вносились. ФИО9, согласно отведенной ему роли, реализуя совместный преступный умысел, действуя из корыстных побуждений, совместно и согласованно с ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ умышленно предоставил в Управление по вышеуказанному адресу заведомо подложные документы изготовленные ФИО10, необходимые для участия в аукционе <данные изъяты> о внесении задатка в общей сумме <данные изъяты> рублей через оператора по приему платежей ООО «<данные изъяты>», достоверно и заведомо зная, что денежные средства по поддельным кассовым чекам на лицевой счет Управления, открытый в МУ «<данные изъяты><адрес>» не вносились, тем самым обманув должностных лиц Управления, относительно фактически внесенного задатка. Участвовать в проведении аукциона ФИО10 и ФИО9 заведомо не намеревались. На основании предоставленных ФИО9 подложных документов, должностные лица Управления, добросовестно заблуждаясь относительно преступных действий ФИО10 и ФИО9, приняли решение о признании заявителя – ФИО9 участником вышеуказанного аукциона. Продолжая реализовывать совместный преступный умысел, ФИО9, действуя группой лиц по предварительному сговору с ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ, обратился с письменным заявлением в Управление с требованием вернуть ранее перечисленный задаток, в чем ему было отказано, поскольку денежные средства согласно предоставленным им кассовым чекам на лицевой счет Управления, открытый в МУ «<данные изъяты>» не поступали. ДД.ММ.ГГГГ ФИО9, действуя совместно и согласованно с ФИО10, реализуя совместный преступный умысел, обратился в <данные изъяты> с исковым заявлением к МУ «<данные изъяты>» о взыскании задатка, внесенного участником. ДД.ММ.ГГГГ на основании <данные изъяты> по делу № в удовлетворении указанных исковых требований ФИО9 отказано в полном объеме в связи с отсутствием достаточных и достоверных доказательств перечисления денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей по надлежащим реквизитам МУ «<данные изъяты>». Таким образом, ФИО10 и ФИО9, группой лиц по предварительному сговору пытались путем обмана похитить денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей в особо крупном размере, принадлежащие <адрес>, однако, довести свои преступные действия, направленные на хищение чужого имущества до конца не смогли, по независящим от них обстоятельствам. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ (в неустановленное следствием время) ФИО10, реализуя свой преступный умысел, направленный на хищение путем обмана денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>», зарегистрированному по вышеуказанному адресу, где в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в должности директора, находясь в отделении по обслуживанию юридических лиц Норильского отделения Красноярского отделения № ПАО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, не имея полномочий и разрешенного доступа к расчетному счету ООО «<данные изъяты>», воспользовавшись тем, что сведения о смене директора ООО «<данные изъяты>» в Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ) и карточку с образцами подписей и печати ПАО «<данные изъяты>» не внесены, через консультанта по удаленным сервисам ФИО20, не осведомленную об истинных преступных намерениях ФИО10, произвел сброс на свой абонентский номер нового пароля для входа в систему <данные изъяты> и управления к расчетным счетам ООО «<данные изъяты>». В этот же день, (в неустановленное следствием время) ФИО10, придя в офис ООО «<данные изъяты>», расположенный по адресу: <адрес>, путем обмана введя в заблуждение главного бухгалтера ООО «<данные изъяты>» ФИО21 относительно своих намерений заблокировать электронный ключ (токен) для доступа и авторизации в системе <данные изъяты>, получил от нее электронный ключ с целью осуществления неправомерного доступа и удаленного управления к расчетным счетам ООО «<данные изъяты>», открытым в Красноярском отделении № ПАО «<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ (точное время не установлено), ФИО10, сменив пароль для входа в систему <данные изъяты>, через неустановленное устройство, находясь в неустановленном месте, не имея полномочий по распоряжению денежными средствами ООО «<данные изъяты> и разрешенного доступа к расчетному счету ООО «<данные изъяты>», в электронном виде на персональном компьютере оформил платежные поручения № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей, в которые умышленно внес заведомо ложные сведения о том, что перевод денежных средств осуществляется на основании фиктивного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты> после чего, используя, полученный им путем обмана ФИО21, электронный ключ для доступа к расчетному счету ООО «<данные изъяты>», подтвердил безналичное списание денежных средств в общей сумме <данные изъяты> рублей со счета ООО «<данные изъяты>» №, открытого в Красноярском отделении № ПАО «<данные изъяты>», на расчетный счет ООО «<данные изъяты> №, открытый в АО «<данные изъяты>. Таким образом, в период с ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 похитил путем обмана денежные средства в общей сумме <данные изъяты> рублей, что является особо крупным размером, принадлежащие ООО «<данные изъяты>», распорядившись ими по своему усмотрению, причинив ООО «<данные изъяты>» ущерб на указанную сумму. Подсудимый ФИО9 в судебном заседании свою виновность по предъявленному обвинению признал полностью, от дачи показаний отказался, воспользовавшись положениями ст.51 Конституции РФ, при этом в полном объеме подтвердил оглашенные в порядке п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ показания, данные им в ходе предварительного следствия. Подсудимый ФИО10 в судебном заседании, ссылаясь на положения ст.51 Конституции РФ, изначально отказался пояснить понятно ли ему обвинение, признает ли он себя виновным и желает ли он выразить свое отношение к предъявленному обвинению. Впоследствии, в ходе дачи показаний подсудимый ФИО10 свою виновность по факту хищения в особо крупном размере чужого имущества, вверенного ему, путем присвоения, не признал, поскольку полагает, что в данном случае имеет место не хищение имущества, а нарушение им оформления финансовых документов; по факту хищения в особо крупном размере чужого имущества, вверенного ему, путем растраты, свою виновность не признал в полном объеме; по факту покушения на хищение чужого имущества в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, путем обмана, свою виновность не признал в полном объеме; по факту хищения чужого имущества в особо крупном размере, путем обмана свою виновность не признал в полном объеме. Хищение имущества ООО «<данные изъяты>», вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, путем присвоения: В судебном заседании подсудимый ФИО10 дал пояснения, из которых следует, что с ДД.ММ.ГГГГ он являлся директором ООО <данные изъяты>». Ранее должность директора ООО «<данные изъяты>» занимал ФИО38, после увольнения которого, была выявлена недостача в размере <данные изъяты> рублей, в связи с чем им (Веремейчиком) по согласованию со ФИО60 в кассу предприятия частями были внесены наличные денежные средства в неучтенную кассу Общества в сумме <данные изъяты> рублей, а затем около <данные изъяты> рублей. Данной суммой, внесенной им в предприятие, покрывалась вся недостача, оставшаяся от ФИО38 и была равна стоимости автомобиля «<данные изъяты>», который находился в собственности ФИО38 и в пользовании ООО «<данные изъяты>». После увольнения ФИО38 данный автомобиль по договору купли-продажи был оформлен в его (Веремейчика) собственность, при этом денежные средства бывшему владельцу он не передавал. Данная сделка проходила по согласованию со ФИО60, как некий гарант, подтверждающий внесение им (Веремейчиком) наличных денежных средств в Общество. Кроме того, денежные средства передавались им также через управляющую банка «<данные изъяты>» ФИО43, для зачисления их на счета ФИО60 и ФИО19. В общей сложности в Обществе было задействовано его (Веремейчика) личных денежных средств около <данные изъяты> рубелей. Поскольку размер внесенных им денежных средств покрывал стоимость автомобиля «<данные изъяты>», он как собственник оформил с ООО «<данные изъяты>» договор аренды данного транспортного средства, ДД.ММ.ГГГГ и на срок 2 года, учитывая, что данный автомобиль все время был задействован Обществом в связи со служебной необходимостью. Однако платежи по договору аренды он должен был получать 11 месяцев по <данные изъяты> рублей ежемесячно. Договор аренды был оформлен между ним и ФИО61, как заместителем ООО «<данные изъяты>», а сумму ежемесячного платежа по договору аренды рассчитала бухгалтер ФИО22 После заключения данного договора от ФИО60 ему поступило выгодное предложение приобрести автомобиль «<данные изъяты>» за <данные изъяты> рублей. На момент поступления данного предложения предполагалось, что указанный автомобиль приобретается для Общества. Однако на тот момент ни у Общества, ни у него (Веремейчика) не было достаточно средств для приобретения данного автомобиля, в связи с чем ФИО60 предложил помочь ему (Веремейчику) оформить через управляющую банка «<данные изъяты>» ФИО43 потребительский кредит на сумму <данные изъяты> рублей, на что он согласился. ДД.ММ.ГГГГ был заключен указанный договор, в кассе банка по «расходнику» им были получены денежные средства в указанном размере, которые он в этот же день передал ФИО43, для передачи их ФИО60. ДД.ММ.ГГГГ перед вылетом в <адрес> для совершения сделки, он оставил в бухгалтерии Общества заявление о том, чтобы денежные средства, причитающиеся ему по договору аренды перечислялись на лицевой счет, открытый в банке «<данные изъяты>» на его имя к указанному кредитному договору. Прилетев в <адрес>, он встретился со ФИО60, однако последний денежные средства, полученные по кредитному договору, не отдал, сославшись на финансовые трудности в компании. При этом разговоре он поставил ФИО60 в известность о том, что оставил в бухгалтерии письменное заявление о том, чтобы причитающиеся ему (Веремейчику) денежные средства от аренды автомобиля «<данные изъяты>» переводили на счет, открытый к кредитному договору, в счет оплаты кредита и процентов по нему. Личных средств у него было всего <данные изъяты> рублей, в связи с чем ФИО60 выступил перед продавцом своего рода гарантом того, что он (Веремейчик) в полном объеме переведет деньги за автомобиль по приезду в <адрес> и оформлению автомобиля, в связи с чем договор был датирован ДД.ММ.ГГГГ. Продавцу автомобиля он перевел свои деньги в сумме <данные изъяты> рублей, а стоимость в договоре купли-продажи указали <данные изъяты> рублей. Также он перевел продавцу <данные изъяты> рублей, чтобы зафиксировать номер карты продавца, чтобы в последующем отправить ему всю сумму. Еще до отъезда в <адрес> он, просчитав все риски, попросил своего брата занять ему <данные изъяты> рублей на случай «<данные изъяты>», так сказать подстраховать денежными средствами. Уже по приезду в <адрес>, и не получив от ФИО60 денежные средства, перевел продавцу автомобиля оставшиеся <данные изъяты> рублей с карты своего брата. В судебном заседании ФИО10 не смог пояснить в связи с чем полученные им по кредитному договору денежные средства в размере <данные изъяты> рублей он передал ФИО60. Также указал, что кредитные обязательства погашались, в том числе и из его личных денежных средств, поскольку на период отсутствия его (Веремейчика) в <адрес> по его поручению платеж на сумму <данные изъяты> рублей вносил ФИО44. Кроме того, подсудимый пояснил, что по итогам аудиторской проверки, проводимой по указанию ФИО60, было установлено, что Общество должно ему (Веремейчику) около <данные изъяты> рублей. Давая оценку показаниям подсудимого, суд приходит к выводам об их недостоверности, принимая во внимание имеющиеся в них внутренние противоречия и несоответствие объективно установленным в судебном заседании обстоятельствам дела, что дает основания для критической оценки показаниям ФИО10, поскольку его виновность в совершении данного преступления нашла свое полное подтверждение всей совокупностью исследованных судом доказательств: Так, из показаний представителя потерпевшего ООО «<данные изъяты>» ФИО40 данных в судебном заседании и в ходе предварительного следствия в целом следует, что с ДД.ММ.ГГГГ он является единственным учредителем и участником ООО «<данные изъяты>». Офис ООО «<данные изъяты>» зарегистрирован и расположен <адрес>. С ДД.ММ.ГГГГ он является директором ООО «<данные изъяты>». С ДД.ММ.ГГГГ на должность директора ООО «<данные изъяты>» был назначен Веремейчик. Рабочий кабинет Веремейчика находился в офисе ООО «<данные изъяты>». Свою деятельность в ООО «<данные изъяты>» Веремейчик осуществлял в соответствии с Уставом ООО «<данные изъяты>» являясь единоличным исполнительным органом. Контроль за деятельностью ООО «<данные изъяты>» и работой Веремейчика, он осуществлял, требуя от последнего ежемесячные отчеты, которые Веремейчик, ссылаясь на различные обстоятельства, не предоставлял. ДД.ММ.ГГГГ ему по электронной почте пришла коллективная жалоба сотрудников ООО «<данные изъяты>» о том, что Веремейчик злоупотребляет своим служебным положением в Обществе, некорректно общается с работниками. Прилетев в <адрес> по данному факту, ДД.ММ.ГГГГ он провел с Веремейчиком соответствующую беседу, после чего последний написал заявление об увольнении с должности директора по собственному желанию. В этот же день, он (ФИО60) подписал ФИО4 об освобождении Веремейчика от должности директора и этим же ФИО4 назначил себя на должность директора ООО «<данные изъяты>». С приказом от ДД.ММ.ГГГГ Веремейчик был ознакомлен под роспись ДД.ММ.ГГГГ в офисе ООО «<данные изъяты>». В ходе проверки финансово-хозяйственной деятельности ООО «<данные изъяты>» было установлено, что в период ДД.ММ.ГГГГ Веремейчик присвоил денежные средства ООО «<данные изъяты>» в сумме <данные изъяты> рублей, осуществив платежи по оплате своего личного кредита по договору от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между Веремейчиком и АКБ «<данные изъяты>» по платежным поручениям. Расчеты по указанным платежам осуществлялись через систему «<данные изъяты>». Электронный ключ находился постоянно у Веремейчика. В карточке с образцами подписей и печатей к расчетному счету ООО «<данные изъяты>» в филиале АКБ «<данные изъяты>» и других банках в качестве лица, уполномоченного распоряжаться денежными средствами на расчетном счете ООО «<данные изъяты>» указан Веремейчик. На всех указанных платежных поручениях стоит отметка о подписании документа Веремейчиком. Также потерпевший указал, что как-то в телефонном разговоре рассказал Веремейчику про выгодный вариант: купить по хорошей цене автомобиль «<данные изъяты>». У Общества на тот момент не было денежных средств, а Веремейчик выразил свое согласие приобрести автомобиль, однако сослался на отсутствие у него необходимой суммы. В связи с данным обстоятельством, он (ФИО60) предложил договориться с управляющей банка «<данные изъяты>» ФИО43, в котором Общество обслуживается не один год, о предоставлении Веремейчику кредитных средств в размере <данные изъяты> рублей, которыми впоследствии Веремейчик и расплатился за автомобиль. Общество не претендовало на указанный автомобиль, однако были обсуждения относительно того, что если предприятие сможет рассчитаться за автомобиль «<данные изъяты>», передать данный автомобиль предприятию, однако на тот момент ему ФИО60) еще не было известно о том, что Веремейчик за счет средств Общества погасил свой кредит. Представитель потерпевшего категорически отрицал факт передачи ему непосредственно, либо путем перечисления указанных денежных средств Веремейчиком или ФИО43, указав также, что у него не было и необходимости в данных денежных средствах. Также представитель потерпевшего указал, что Общество не использовало автомобиль «<данные изъяты>» в своих целях. Кроме того, представитель потерпевшего пояснил, что действительно, по сложившейся в Обществе традиции автомобиль «<данные изъяты>», который фактически был приобретен на средства Общества, каждый раз фиктивно оформлялся «в собственность» действующего директора Общества, а также заключался договор аренды между «владельцем» автомобиля и Обществом. При прежнем директоре Общества ФИО38 был договор аренды автомобиля, и под этот договор списывались все расходы, связанные с эксплуатацией автомобиля, однако никаких средств по договорам аренды ни одному из предыдущих директоров не выплачивалось. Когда директором общества стал Веремейчик, он также должен был заключить договор аренды, поскольку ему были известны сложившиеся в Обществе правила, однако имелся ли такой договор в действительности, он (ФИО60) не вникал. Более того, никакой договоренности между ним и Веремейчиком о том, что возврат заемных средств Веремейчиком будет осуществляться за счет средств Общества и за счет якобы принадлежащих Веремейчику средств по договору аренды автомобиля «<данные изъяты>», не было, и Веремейчик его об этом в известность не ставил. Дополнительно потерпевший указал, что заработную плату он всегда получал и получает на карту, кроме Общества у него имеется и другой бизнес, в денежных средствах лично он не нуждается, а потому у него не было необходимости забирать или требовать от Веремейчика перечислить ему тот самый заемный <данные изъяты> рублей. Также ФИО60 указал, что после увольнения ФИО38 из Общества, никакой задолженности за ним перед Обществом не числилось и ни о каких вложениях Веремейчиком денежных средств в счет погашения задолженности ФИО38 ему не известно и Веремейчик его об этом в известность не ставил. Кроме того, представитель потерпевшего указал, что в случае внесения ФИО2 денежных средств в бюджет Общества это было бы отражено в бухгалтерской документации. Фиксация подобных обстоятельств в бухгалтерских документах ООО «<данные изъяты>» осуществлялась всегда, при этом бухгалтер предприятия не была заинтересована в неотражении указанных операций, так как несла за это ответственность. Также сам Веремейчик должен был понимать, что отсутствие фиксации передачи денежных средств повлечет невозможность их возврата, а более того, он обязан был осуществлять надлежащий контроль за бухгалтерией. Также представитель потерпевшего подтвердил, что действительно ДД.ММ.ГГГГ с его согласия по просьбе Веремейчика в ООО «<данные изъяты>» были приглашены аудиторы ФИО187 и ФИО92. Вместе с тем, в задачу указанных лиц входило оказание консультационных услуг в области налогообложения для ООО «<данные изъяты>» и только. Финансово-хозяйственную деятельность ООО «<данные изъяты>» они проверяли, только в части «дебет-кредит», то есть необходимой для сдачи правильных налоговых деклараций и налоговых проводок. Никакие отчеты финансово-хозяйственной деятельности ООО «<данные изъяты>» они не делали. О том, что по результатам была выявлена задолженность ООО «<данные изъяты>» перед Веремейчиком ему не известно и аудиторы ему об этом ничего не говорили. Представить отчет они отказались, мотивируя тем, что в их обязанности это не входило (том 6 л.д.5-9, 17-19, том 8 л.д.113-114). ДД.ММ.ГГГГ учредитель ООО «<данные изъяты>» ФИО60 обратился с заявлением, которое было зарегистрировано в КУСП ОМВД России по <адрес> за № о привлечении к уголовной ответственности бывшего директора ООО «<данные изъяты>» ФИО10, который в период ДД.ММ.ГГГГ, используя свое служебное положение, совершил присвоение денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>» на общую сумму <данные изъяты> рублей, оплатив со счета Общества задолженность по своему личному кредиту в Филиале АКБ «<данные изъяты>» в <адрес> по договору № от ДД.ММ.ГГГГ (том 3 л.д.29). Представитель потерпевшего ООО «<данные изъяты>» ФИО61, в судебном заседании и в ходе проведения очной ставки с ФИО10 поясняла, что в Обществе она работает ДД.ММ.ГГГГ заместителем директора и занимается планово-экономическими вопросами. С ДД.ММ.ГГГГ на должность директора ООО «<данные изъяты>» был назначен Веремейчик, который с первых дней стал решать все вопросы в Обществе только сам. Неоднократно она слышала от ФИО60 возмущения относительно того, что Веремейчик не представляет ежемесячные отчеты о деятельности компании. В базе 1 С она видела, что Веремейчиком осуществляются какие-то платежи в счет погашения своего личного кредита средствами Общества. Также представитель потерпевшего указала, что никакого договора аренды по использованию автомобиля «<данные изъяты>» она от имени Общества не подписывала и не согласовывала, а кроме того, после обнаружения хищения Веремейчиком денежных средств, никакого договора аренды в Обществе не нашли, нашли только копию кредитного договора, заключенного между Веремейчиком и банком «<данные изъяты>». ФИО61 подтвердила, что «неофициальной кассы» в Обществе не было, все работники, в том числе и она, получали и получают заработную плату в основном на банковские карты, либо у бухгалтера в кассе. Денежные средства по платежным ведомостям она не получала. Представитель потерпевшего также подтвердила, что в Общество были приглашены аудиторы, которые проверяли всю документацию, от которых она слышала, что Общество должно Веремейчику денежные средства, однако никаких официальных документов проверяющими представлено не было Дополнительно ФИО61 указала, что она видела, как Веремейчик приносил в кассу Общества наличные денежные средства, однако чьи это были денежные средства, в какой сумме и на какие цели они использовались, ей неизвестно (том 11 л.д.24-35). Из показаний свидетеля ФИО22, работавшей ДД.ММ.ГГГГ в ООО «<данные изъяты>» в должности главного бухгалтера следует, что ДД.ММ.ГГГГ директором ООО «<данные изъяты>» был назначен Веремейчик. В ее служебные обязанности как главного бухгалтера входили, в том числе организация и ведение бухгалтерского и налогового учета, сдача налоговой отчетности, осуществление расчетов с контрагентами. Для осуществления расчетов ООО «<данные изъяты>» были открыты счета в банках «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>». Удаленное управление счетами осуществлялось через системы «<данные изъяты>». Соответствующие программы были установлены на рабочих компьютерах ее и директора. Веремейчик входил в программу «<данные изъяты>» через свой ноутбук, установленный в его рабочем кабинете, который имел доступ в сеть Интернет. С приходом Веремейчика ее полномочия по работе в системе «<данные изъяты>» были ограничены. Она могла лишь посмотреть выписку по счету, создать информационное письмо, по поручению Веремейчика составить платежное поручение. Подписывать платежные поручения и отправлять их в обработку в банк она не могла. Это мог делать только Веремейчик. Все счета на оплату, поступающие в ООО «<данные изъяты>» Веремейчик лично проверял и ставил на них резолюцию. После подготовки платежного поручения и сохранения в системе «<данные изъяты>», Веремейчик подписывал его и отправлял в обработку в банк. Кроме того, Веремейчик также и сам мог оформить платежное поручение в системе «<данные изъяты>» и произвести оплату. На период отсутствия в ДД.ММ.ГГГГ, Веремейчик свои полномочия по доступу к расчетным счетам ООО «<данные изъяты>» никому не передавал, отдавал распоряжение не оплачивать счета до его приезда. Автомобиль «<данные изъяты>» Общество использовало на безвозмездной основе и оплачивало все расходы, связанные с эксплуатацией данного автомобиля. Автомобиль «<данные изъяты>» использовал только Веремейчик, как свой личный автомобиль, между тем, со счета Общества производилась оплата личного кредита Веремейчика, оформленного в банке «<данные изъяты>». Платежные поручения на оплату ежемесячных платежей подготавливала она по распоряжению Веремейчика, который объяснил ей, что это оплата арендной платы за то, что он предоставляет в пользование Обществу свои личные автомобили, однако договор аренды транспортных средств она не видела. Веремейчик обещал ей подписать и принести данный договор, но так и не предоставил. Кто установил размер арендных платежей, ей неизвестно, а сумма в платежные документы вносилась ею по указанию Веремейчика. Свидетель указала, что никакого учета неофициальной кассы она не вела. Заработная плата переводилась работникам на банковские карты, либо выдавалась в кассе по расходным кассовым ордерам из средств Общества. Также она не помнит, чтобы Веремейчик вносил свои личные денежные средства в кассу ООО «<данные изъяты>», которые не были бы учтены ею в бухгалтерском учете Общества. Если бы Веремейчик действительно вносил денежные средства в кассу Общества, то она бы их обязательно оформила и зафиксировала, поскольку несла за это ответственность. Кроме того, свидетель указала, что Обществом никаких перечислений Веремейчику за использование Обществом личных автомобилей Веремейчика, не осуществлялось. После увольнения ФИО38 дебиторской задолженности за ним не было. Свидетель ФИО21 работающая с ДД.ММ.ГГГГ в ООО «<данные изъяты>» в должности главного бухгалтера также пояснила, что со счета Общества производилась оплата личного кредита Веремейчика, оформленного в банке «<данные изъяты>». Платежные поручения на оплату ежемесячных платежей подготавливала она. Никакого договора аренды о предоставлении Веремейчиком своих личных автомобилей в пользование Обществу, она не видела и ей не предъявлялось. Также, свидетель указала, что Обществом никаких перечислений Веремейчику за использование его личных автомобилей в интересах Общества, не осуществлялось. И данный свидетель подтвердила, что никакого учета неофициальной кассы она не вела, и ей не известно о внесении Веремейчиком личных денежных средств в кассу ООО «<данные изъяты>» для выплаты работникам заработной платы, которые не были бы учтены ею в бухгалтерском учете Общества. Относительно выплаты заработной платы, свидетель ФИО21 указала, что заработная плата переводилась работникам на карту, либо выдавалась в кассе по расходным кассовым ордерам из средств Общества, а не из средств Веремейчика. Из показаний свидетеля ФИО43 в судебном заседании следует, что в должности управляющей филиалом Банка «<данные изъяты>» она работала ДД.ММ.ГГГГ директором ООО «<данные изъяты>» являлся Веремейчик, которому было предоставлено право распоряжения денежными средствами, находящимися на расчетном счете ООО «<данные изъяты>», открытом в филиале. ДД.ММ.ГГГГ Веремейчику по кредитному договору, заключенному между ним и Банком «<данные изъяты>» были выданы наличными денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей. Оплата по данному кредитному договору произведена в полном объеме. Средства для погашения данного кредита перечислялись с расчетного счета ООО «<данные изъяты>». Сотрудниками Банка, в том числе и ею лично, операции по перечислению денежных средств в период ДД.ММ.ГГГГ на какие-либо расчетные счета ФИО60 не осуществлялись. Также свидетель указала, что не помнит, чтобы перечисляла какие-либо денежные средства в размере <данные изъяты> рублей ФИО60, а также иным лицам, работающим в ООО «<данные изъяты>». Кроме того, свидетель пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ она и Веремейчик вместе летели в самолете по маршруту <адрес> и со слов Веремейчика ей известно, что денежные средства по кредитному договору он планирует потратить на приобретение автомобиля в городе <адрес>. Свидетель стороны защиты ФИО23, работавший <адрес> в ООО «<данные изъяты>» водителем, подтвердил, что автомобиль «<данные изъяты>» приобретался на средства и для нужд Общества. Относительно автомобиля «<данные изъяты>» свидетель указал, что данным автомобилем всегда управлял Веремейчик и для нужд Общества данное транспортное средство не использовалось. Допрошенный в ходе судебного заседания по ходатайству стороны защиты свидетель ФИО3 пояснил, что автомобиль «<данные изъяты>» был приобретен его братом – ФИО10. Для этой цели Веремейчик оформил кредит в банке «<данные изъяты>». Изначально за данный автомобиль Веремейчик расплатился денежными средствами, которые он (ФИО3) ему одолжил. В дальнейшем долг перед ним (ФИО3) был возвращен кредитными средствами, полученными Веремейчиком в банке, а уже кредит «закрывался» за счет денежных средств, которые ООО «<данные изъяты>» должно было выплачивать Веремейчику за аренду автомобиля «<данные изъяты>», выкупленного Веремейчиком у бывшего директора ООО «<данные изъяты>». Из показаний свидетелей стороны защиты в судебном заседании и в ходе предварительного следствия: ФИО24, ФИО23, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29 (том 8 л.д.14-15), ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33 (том 8 л.д.28-29), ФИО34 и ФИО35 в целом следует, что заработную плату в Обществе практически все работники получают либо на банковские карты, либо в кассе у бухгалтера. О наличии в Обществе «неофициальной кассы» им ничего не известно, как и не известны факты внесения ФИО10 своих личных денежных средств в бюджет Общества, поскольку к бухгалтерии они никакого отношения не имели. Изложенное представителями потерпевшего, свидетелями, объективно подтверждается также совокупностью исследованных в судебном заседании документальных доказательств, а именно: Так, из материалов уголовного дела следует, что ФИО10 на основании приказа Учредителя ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ назначен на должность директора, с окладом <данные изъяты> рублей (том 4 л.д.214), в соответствии с заявлением ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ (том 4 л.д.216), последний на основании приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником уволен в этот же день (том 4 л.д.215) и в соответствии с ФИО4 № единственного участника Общества на должность директора назначен ФИО60 (том 4 л.д.221). Указанные документы были изъяты в ООО «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ, в ходе следствия осмотрены и признаны по делу вещественными доказательствами, что подтверждается соответствующими протоколами (том 4 л.д.210-211, 212, 222). Копиями: учредительных документов ООО «<данные изъяты>»; заявления о регистрации юридического лица; сведений об открытых (закрытых) счетах из кредитных организаций; выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, также подтверждается, что на основании протокола внеочередного собрания учредителей ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 избран с ДД.ММ.ГГГГ на должность единоличного исполнительного органа (директора) ООО «<данные изъяты>». Кроме того, в соответствии с Уставом ООО «<данные изъяты>», утвержденным ФИО4 Общего собрания участников ООО «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, руководство текущей деятельностью Общества осуществляет единоличный исполнительный орган Общества – Директор (том 7 л.д.2-34). В протоколе выемки от ДД.ММ.ГГГГ отражено изъятие у главного специалиста <адрес> ФИО36 документов, связанных с трудовой деятельностью ФИО10 в Администрации <адрес>, содержащие свободные образцы почерка и подписи последнего (том 4 л.д.227-228), которые были представлены эксперту при проведении почерковедческой экспертизы ДД.ММ.ГГГГ, по заключению которой, в том числе, установлено, что рукописные записи от имени ФИО10 в заявлении от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении по собственному желанию выполнены ФИО10 (том 4 л.д.235-245). Из договора №-кф о предоставлении потребительского кредита от ДД.ММ.ГГГГ следует, что между АКБ «<данные изъяты>» (АО) и ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ был заключен кредитный договор, в соответствии с которым ФИО10 был предоставлен кредит на потребительские цели в размере <данные изъяты> рублей сроком действия 12 месяцев под <данные изъяты> (том 7 л.д.82-87). В соответствии с п.2.15 указанного договора погашение задолженности по кредиту производится путем списания Кредитором соответствующих сумм со счета заемщика, открытого кредитором, на основании распоряжения заемщика в день наступления платежа. Согласно расчету полной стоимости кредита с графиком платежей по кредиту, ФИО10 обязался ежемесячно погашать задолженность равными долями и проценты за пользование кредитом, а всего выплате подлежала сумма <данные изъяты> рубля (том 7 л.д.88). Кроме того, между АКБ «<данные изъяты>» (АО) и ФИО10 в обеспечение своевременного исполнения обязательства по кредитному договору №-кф был заключен договор залога транспортного средства, предметом которого явился автомобиль «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ выпуска, № (том 7 л.д.92-96). Из платежных поручений №№ от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что плательщиком являлось ООО «<данные изъяты>», в качестве назначения платежа указано - средства для погашения кредита по договору №-кф от ДД.ММ.ГГГГ за ФИО10 № счета № по л/заявлению от ДД.ММ.ГГГГ. Перечисления осуществлялись равными суммами по <данные изъяты> рублей (том 7 л.д.97-107). Данные обстоятельства подтверждаются и выпиской по счету №, открытому на имя ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ, то есть в день оформления потребительского кредита. Кроме того, данной выпиской подтверждается факт поступления на указанный счет заемных денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей, которые в этот же день выданы наличными ФИО10, чего подсудимый не оспаривал в судебном заседании (том 7 л.д.130-133). Согласно информации, представленной ДД.ММ.ГГГГ временной администрацией по управлению кредитной организацией АКБ «<данные изъяты>» (АО), клиентом ФИО10, а также сотрудниками Банка операции по перечислению денежных средств в период с ДД.ММ.ГГГГ на расчетные счета ФИО40 не осуществлялись. Данные сведения подтверждаются также выписками по счетам ФИО40 за указанный период (том 9 л.д.39-44). Из заверенной копии договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО37, действующий по доверенности № продал ФИО10, автомобиль «<данные изъяты>», имеющий <данные изъяты>, в кузове черного цвета, <данные изъяты> выпуска, за <данные изъяты> рублей, принадлежащий ФИО38 (том 6 л.д.58, 59), который, согласно карточке учета транспортного средства зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО10 (том 6 л.д.56). Заверенной копией договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждается факт продажи ФИО39 ФИО10 автомобиля «<данные изъяты>», <данные изъяты>, за <данные изъяты> рублей (том 6 л.д.60), который, согласно карточки учета транспортного средства ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован на имя ФИО10 (том 6 л.д.57). ДД.ММ.ГГГГ в период с 16 часов 45 минут до 17 часов произведен осмотр автомобиля «<данные изъяты>», государственный №, принадлежащего и находящегося в пользовании ФИО10, в ходе которого изъято свидетельство о регистрации данного транспортного средства, о чем составлен соответствующий протокол (том 6 л.д.35-40), которое было осмотрено и признано по делу вещественным доказательством (том 6 л.д.41-42, 48-49). В протоколах выемки ДД.ММ.ГГГГ отражено изъятие в офисе ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> документов финансово-хозяйственной деятельности Общества, содержащие в том числе выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО «<данные изъяты>», открытому в филиале АКБ «<данные изъяты>», которыми также подтверждается, что в период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с данного расчетного счета производилось списание денежных средств с назначением платежа «средства для погашения кредита №-кф от ДД.ММ.ГГГГ за Веремейчик по личному заявлению от ДД.ММ.ГГГГ», которые были осмотрены и приобщены в качестве вещественных доказательств (том 6 л.д.155-160, 192-195, 161-166, 196-197), и представлены эксперту для проведения судебной бухгалтерской экспертизы. Из заключения указанной экспертизы следует, что по договору №-кф о предоставлении потребительского кредита от ДД.ММ.ГГГГ АКБ «<данные изъяты>» предоставлен потребительский кредит в сумме <данные изъяты> рублей под 25% ставки ФИО10 на 12 месяцев по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ на счет № открытый в АКБ «<данные изъяты>», владельцем которого является ФИО10, поступили средства в сумме <данные изъяты> рублей, которые выданы ФИО10 Полученный кредит погашен путем перечисления средств с расчетного счета №, открытого в АКБ «<данные изъяты>» и принадлежащего ООО «<данные изъяты>» с назначением платежа «Средства для погашения кредита по договору №-кф от ДД.ММ.ГГГГ за ФИО10 № по л\заявлению от ДД.ММ.ГГГГ». По данным выписки по счету № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ сумма погашенного кредита равна <данные изъяты> рублей и процентов за пользование кредитом – <данные изъяты> рубля. Фактически погашение кредита и процентов по кредиту осуществлено ООО «<данные изъяты>» в общей сумме <данные изъяты> рублей. Кроме того, погашение кредита осуществлено ДД.ММ.ГГГГ путем зачисления на счет № денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей. Таким образом, общая сумма поступивших средств для погашения кредита на счет № равна <данные изъяты> рублям, из которых <данные изъяты> рубля списаны для погашения кредита и процентов по нему, а остаток средств в сумме <данные изъяты> рубля по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ находился на указанном счете ФИО10 Кроме того, по заключению указанной экспертизы, из представленных документов, установлено, что за период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года в ООО «<данные изъяты>» от ФИО10 поступали денежные средства в общей сумме <данные изъяты> рублей, в том числе путем внесения наличных средств в кассу Общества за период с ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей, а ДД.ММ.ГГГГ путем внесения средств на расчетный счет Общества в сумме <данные изъяты> рублей, которые возвращены ФИО10 в полном объеме, путем перечисления на счет, открытый на имя ФИО10 В ходе проведения экспертизы также установлено, что Общество за проверяемый период всегда имело на расчетном счете денежные средства, которыми могло распоряжаться в любое время. Отсутствие инкассовых поручений, или каких-либо приостановлений операций по движению денежных средств у Общества не имеется. Расчеты с бюджетом, с работниками Общества по заработной плате и другие выплаты осуществлялись в исследуемом периоде своевременно. Также бухгалтерский учет в Обществе ведется в соответствии с действующим законодательством. Исходя, из представленных на экспертизу материалов уголовного дела и документов, наличие «неучтенных» денежных средств и факт ведения «неучтенных» кассовых операций в ООО «<данные изъяты>» не установлены (том 6 л.д. 229-257). Судом, представленное заключение эксперта признается обоснованным, поскольку экспертиза осуществлена лицом, имеющим необходимую квалификацию, подтвержденную соответствующими документами. Экспертиза проведена в соответствии с требованиями УПК РФ, данным требованиям, также соответствует представленное заключение эксперта, выводы которого основаны на представленных ему и исследованных в установленном порядке материалах уголовного дела и вещественных доказательствах. Выводы эксперта согласуются с иными исследованными доказательствами по уголовному делу. Оценивая вышеуказанные доказательства в их совокупности и системной взаимосвязи, суд приходит к выводу, что они являются относимыми, допустимыми и достаточными, и подтверждают виновность ФИО10 в инкриминируемом ему преступлении, и считает установленным, что ФИО10, являясь должностным лицом – директором ООО «<данные изъяты>», в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, используя свое служебное положение, находясь в неустановленном месте, имея непосредственный доступ к расчетному счету ООО «<данные изъяты>» №, открытому в филиале АКБ «<данные изъяты>» (АО) в городе Норильске, через систему удаленного управления в электронном виде на персональном компьютере оформил платежные поручения и с помощью электронного ключа подтвердил безналичное списание денежных средств с вышеуказанного расчетного счета ООО «<данные изъяты>» на свой расчетный счет №, открытый в филиале АКБ «<данные изъяты>» (АО) в <адрес>, в счет погашения кредита по договору №-кф от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между филиалом АКБ «<данные изъяты>» (АО) в <адрес> и ФИО10, тем самым похитил путем присвоения денежные средства в общей сумме <данные изъяты> рублей, что является особо крупным размером, причинив ООО «<данные изъяты>» ущерб на указанную сумму Указанные доказательства последовательны и не противоречивы, согласуются друг с другом и объективно друг друга подтверждают. Суд не принимает протокол осмотра автомобиля «<данные изъяты>» в части содержащей информацию об изъятии при осмотре указанного транспортного средства контрольно-кассовой машины «<данные изъяты>», а также протоколы осмотра, признания и приобщения в качестве вещественного доказательства, в части касающейся указанного предмета, поскольку данные доказательства не содержат информацию об обстоятельствах, подлежащих установлению в соответствии со ст.73 УПК РФ. Показания подсудимого по данному эпизоду суд оценивает критически, рассматривает их как направленные на обеление себя и отражающие выбранную подсудимым линию защиты. Подсудимый в обоснование своих доводов сослался на документы, содержащиеся в вещественных доказательствах, а именно в сшивах с финансовыми документами ООО «<данные изъяты>»: «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ; «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ (платежные поручении о перечислении ФИО40 заработной платы на счет №); «<данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ»; «<данные изъяты>»; «<данные изъяты>» (путевые листы легкового автомобиля); «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ»; «ДД.ММ.ГГГГ». А также на материалы уголовного дела: ходатайство подсудимого (том 9 л.д.4-6), запрос в «<данные изъяты>» (том 9 л.д.38), выписку по счетам ФИО40 (том 9 л.д.40-44), оптический диск, содержащий информацию о движении денежных средств, представленную в виде выписки по счетам расширенного отчета (том 7 л.д.40) (содержит информацию о перечислении ФИО10 денежных средств работникам ООО «<данные изъяты>»), договор о предоставлении потребительского кредита от ДД.ММ.ГГГГ (том 7 л.д.82-91), договор залога транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ (том 7 л.д.92-96), договор купли-продажи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д.187-190), доверенность (том 2 л.д.191), паспорт транспортного средства (том 2 л.д.192), экспедиторскую расписку (том 2 л.д.193), приходный кассовый ордер и квитанции (том 2 л.д.194, 195-196), заявление от имени ФИО40, поданное представителем по доверенности ФИО41 (том 2 л.д.167-168, 169), карточки учета транспортного средства (том 10 л.д.228-230), сообщение из налогового органа (том 10 л.д.266), информационный лист (том 3 л.д.15), отказной материал по заявлению ФИО10 по факту вымогательства автомобилей (том 11 л.д.53-67), договор купли-продажи транспортного средства (том 6 л.д.58), постановление о возбуждении перед судом ходатайства о наложении ареста на имущество (том 6 л.д.61-62), постановление Норильского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ (том 6 л.д.63-65), протокол наложения ареста на имущество (том 6 л.д.66-73), сопроводительное письмо о направлении копии постановления (том 6 л.д.75), договор купли-продажи автомобиля (том 6 л.д.60), кассовый ордер от ДД.ММ.ГГГГ о внесении ФИО46 за ФИО10 денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей в счет погашения кредита (том 7 л.д.108), заключение компьютерной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ и приложение к нему (том 5 л.д.37-212), оптический диск, предоставленный в приложении к заключению компьютерной экспертизы (том 5 л.д.213), справку об окончательном расчете (том 11 л.д.4), представление об устранении нарушений законодательства РФ (том 9 л.д.68-71), протокол очной ставки с ФИО61 (том 11 л.д.24-35), бухгалтерскую отчетность ООО «<данные изъяты>», представленную ИФНС № по <адрес> (том 8 л.д.160-243). Вместе с тем, представленные стороной защиты данные доказательства не опровергают позицию стороны обвинения по данному эпизоду. Так, доводы подсудимого объективно не подтверждены необходимой финансовой либо иной документацией, которая бы отражала факты наличия у ООО «<данные изъяты>» дебиторской задолженности, погашения этой задолженности ФИО10, а также наличие соглашений о передаче ООО «<данные изъяты>» ФИО10 денежных средств или имущества в счет внесенных подсудимым денежных средств. Данные показания также опровергнуты показаниями ФИО40, ФИО61, ФИО22, ФИО21, ФИО43, а также не нашли объективного подтверждения в показаниях данных свидетелем стороны защиты - ФИО3 Согласно выводам эксперта, проведенной судебной бухгалтерской экспертизой не выявлено внесение ФИО10 в бюджет ООО «<данные изъяты>» каких-либо денежных средств, за исключением <данные изъяты> рублей, которые были ФИО10 возвращены. Таким образом, выводами эксперта также подтверждается отсутствие у ООО «<данные изъяты>» каких-либо обязательств перед ФИО10 Доводы стороны защиты о том, что наличие у ООО «<данные изъяты> задолженности перед ФИО10 было установлено по итогам аудиторской проверки, и пояснения в этой части представителя потерпевшего ФИО61 судом не принимается, поскольку отсутствуют объективные подтверждения как факта проведения именно аудиторской проверки, так и ее результатов. Не представлен договор об оказании аудиторских услуг, отсутствует аудиторское заключение, а показания ФИО61 не обладают достаточной степенью конкретности, поскольку она не пояснила точный размер предполагаемой задолженности, период ее образования и характер. Также не установлено о наличии задолженности на какую именно дату, идет речь. Кроме того, представитель потерпевшего ФИО60 факт проведения аудиторской проверки не подтвердил. Факт наличия задолженности перед ФИО10 опровергается имеющимся в материалах дела заключением судебно-бухгалтерской экспертизы, при этом установленная прокуратурой <адрес> задолженность по заработной плате ООО «<данные изъяты>» перед ФИО10 к рассматриваемым событиям не относится, а связана с расчетами при увольнении. Доводы ФИО10 о несоответствии бухгалтерской документации ООО «<данные изъяты>» требованиям действующего законодательства, а также расхождение между заключением судебно-бухгалтерской экспертизы и приобщенной к материалам дела бухгалтерской документации не могут быть приняты во внимание, поскольку указанная экспертиза выполнена экспертом, квалификация которого подтверждена в установленном законом порядке, и как уже указывалось выше экспертиза соответствует требованиям законодательства и у суда не имеется оснований сомневаться в профессиональных познаниях эксперта, его добросовестности и сделанных им выводах. В то же время подсудимый не обладает необходимым профессиональным образованием и опытом работы в сфере бухгалтерского учета и его доводы не могут рассматриваться как мнение компетентного специалиста, в связи с чем не имеется оснований ставить под сомнение относимость и допустимость судебно-бухгалтерской экспертизы. Кроме того, заявленные подсудимым в ходатайстве об исключении данного доказательства, доводы касаются документации, не имеющей отношение к движению похищенных денежных средств и материальных ценностей, и не могут рассматриваться как влияющие на доказанность и объем вменяемого ему деяния. Более того, перед экспертом в соответствии с постановлением о назначении судебно-бухгалтерской экспертизы не ставилась задача описать в полном объеме финансово-хозяйственную деятельность ООО «<данные изъяты>», в связи с чем доводы подсудимого о неполноте экспертизы в данной части не могут приниматься во внимание. Суд, в том числе, принимает во внимание, что на представленных бухгалтерских документах, на которые ссылается сторона защиты, имеются карандашные пометки, свидетельствующие, что данная документация находилась в работе у сотрудников ООО «<данные изъяты>» и таким образом не является результатом фальсификации. Довод подсудимого о ненадлежащем исполнении главными бухгалтерами ФИО22 и ФИО21 своих обязанностей, вследствие чего не были надлежащим образом зафиксированы в бухгалтерской документации вносимые ФИО10 наличные денежные средства, суд не может принять достоверным, поскольку в соответствии с действующим законодательством о бухгалтерском учете ответственность за ведение юридическим лицом бухучета несет именно руководитель данного юридического лица. А поскольку ФИО10 являлся руководителем юридического лица ООО «<данные изъяты>», он был вправе и обязан обеспечить надлежащую фиксацию денежных средств, поступающих в ООО «<данные изъяты>» в бухгалтерской документации. Кроме того, являясь руководителем ООО «<данные изъяты>» он обязан был осуществлять контроль за действиями подчиненных ему сотрудников и в случае ненадлежащего ведения главным бухгалтером бухгалтерского учета был вправе привлечь должностное лицо к дисциплинарной ответственности. Вместе с тем, доказательств о привлечении ФИО22 либо ФИО21 к дисциплинарной ответственности за ненадлежащее ведение бухгалтерской документации в части надлежащей фиксации внесения ФИО10 в ООО «<данные изъяты>» наличных денежных средств суду не представлено. Оценивая показания ФИО10, а также доказательства, на которые подсудимый сослался в обоснование своих доводов, суд также принимает во внимание, что подсудимым, вопреки его утверждению, не представлено каких-либо документальных доказательств поступления денежных средств в ООО «<данные изъяты>», за исключением <данные изъяты> рублей, которые были ФИО10 возвращены. В связи с чем суд рассматривает данные доводы как голословные, направленные на обеление подсудимым себя и вызванные его стремлением избежать уголовной ответственности. Все доводы подсудимого ФИО10 об имевших место нарушениях при ведении бухгалтерской и налоговой отчетности суд не признает относимыми к данному делу, поскольку сам по себе факт наличия либо отсутствия подобных нарушений в деятельности ООО «<данные изъяты>» не влияет на квалификацию деяний подсудимого, а также не подтверждает и не опровергает виновность подсудимого в инкриминируемом ему деянии. В связи с изложенным факт нарушения в бухгалтерской и налоговой отчетности в ООО «<данные изъяты>» не входит в предмет доказывания по настоящему уголовному делу установленный ст.73 УПК РФ. Доводы стороны защиты о существовании в ООО «<данные изъяты>» «неофициальной кассы» через которую, в том числе производилась выплата заработной платы работникам, на оценку обстоятельств не влияют, поскольку само по себе существование подобной кассы и принятый в ООО «<данные изъяты>» порядок расчета по трудовым и иным договорам не является предметом рассмотрения данного уголовного дела и не относится к юридическим обстоятельствам подлежащим доказыванию, а кроме того, не опровергает факта присвоения и не подтверждает факта внесения ФИО10 личных денежных средств в бюджет ООО «<данные изъяты>», объеме таких средств и дат их внесения. Таким образом, данные доводы стороны защиты также не относятся к рассматриваемому уголовному делу и обстоятельства, на установлении которых настаивает сторона защиты в предмет доказывания по настоящему уголовному делу не входят. Представленная подсудимым в обоснование своих доводов таблица, которая по мнения последнего с достоверностью подтверждает внесение им в бюджет ООО «<данные изъяты>» наличных денежных средств, судом не принимается как допустимое доказательство, так как указанная таблица не является бухгалтерским либо налоговым документом установленной формы, не содержит реквизитов, в том числе подписи ответственных лиц, которые бы позволили установить ее подлинность и достоверность содержащихся в ней сведений. Кроме того свидетелями ФИО22 и ФИО42 отрицалось ведение в ООО «<данные изъяты>» учета поступления и расходования денежных средств в подобной табличной форме. Доводы ФИО10 о том, что внесение им денежных средств в бюджет ООО «<данные изъяты>» в том числе подтверждается представленными <данные изъяты> на оптическом диске сведениями о перечислении со счета ФИО10 денежных средств на счета различных физических лиц, который был просмотрен в ходе судебного заседания (том 7 л.д.40), а также выписками о движении денежных средств на счетах, принадлежащих ФИО10 (том 7 л.д.162-165, 166-168, 169-170, 171-173), объективными данными не подтверждены, поскольку отсутствуют какие-либо сведения о назначении переводившихся со счетов ФИО10 денежных средств и об основаниях их перечисления. Пояснения ФИО10, о том, что подобным образом им переводилась заработная плата работникам ООО «<данные изъяты>» также ничем объективным не подтверждены. Ранее доводы ФИО10 о выплате им зарплаты работникам ООО «<данные изъяты>» за счет собственных средств опровергнуты показаниями свидетелей ФИО42 и ФИО22 Суд также принимает во внимание, что перечисление денежных средств указанным им физическим лицам имело нерегулярный характер, не свойственный выплатам заработной платы. Показания свидетеля защиты ФИО3 в части наличия у него информации о внесении его братом собственных средств в ООО «<данные изъяты>», которые в том числе использовались для выплаты заработной платы работников, не могут быть признаны достоверными, поскольку данные показания не подтверждены показаниями иных лиц либо финансовой документацией, не обладают необходимой степенью конкретности, то есть ФИО3 не указано какие именно суммы вносились, когда, и в счет заработной платы каких именно лиц. Кроме того, показания ФИО3 не могут быть признаны достоверными в данной части также с учетом наличия у него родственной связи с подсудимым и, следовательно заинтересованности в исходе уголовного дела. Довод ФИО10 о том, что первые платежные документы не могли быть им оформлены, с учетом его отсутствия в городе Норильске, не могут иметь значение для настоящего дела, так как оформление документов, в том числе и платежных, завершается в момент его подписания уполномоченным лицом, а поскольку из представленных доказательств установлено, что подписание электронной подписью осуществлено ФИО10 суд также полагает доказанным, что платежные документы были окончательно оформлены именно подсудимым. Также довод стороны защиты о том, что электронно-цифровая подпись с полным доступом к счету имелась у главных бухгалтеров (сначала у ФИО22, а впоследствии у ФИО42) и они имели возможность самостоятельно оформить платежные документы, судом не принимаются, поскольку индивидуальная электронно-цифровая подпись является индивидуализированным средством защиты и подтверждения подлинности электронной документации. Доказательств того, что у главных бухгалтеров имелся доступ к электронно-цифровой подписи директора, при рассмотрении дела не добыто. Кроме того, доводы стороны защиты в данной части опровергаются показаниями свидетелей ФИО22, ФИО21 и представителями потерпевшего ФИО60 и ФИО61 Оснований для критической оценки показаний, как представителей потерпевшего, так и свидетелей не имеется, поскольку в ходе судебного следствия у указанных лиц, вопреки утверждению подсудимого, не установлено мотива для оговора, кроме того, их показания взаимно согласованы, не содержат существенных противоречий, а также подтверждаются иными исследованными по делу доказательствами. Доводы ФИО10 о возможном перечислении ФИО43 денежных средств в размере 1 000 000 рублей на счет ФИО40 № не могут быть приняты во внимание, поскольку при допросе в судебном заседании ФИО60 отрицал получение данных денежных средств, а также ФИО43 отрицала, как факт получения ею от ФИО10 каких-либо денежных средств, так и передачу ею по поручению ФИО10 каких-либо денежных средств ФИО40 Доводы ФИО10 о том, что при отсутствии договора аренды на автомобиль «<данные изъяты>» было не возможно оформление на указанный автомобиль путевых листов в ООО «<данные изъяты>», эксплуатация указанного автомобиля сотрудниками ООО «<данные изъяты>» и обслуживание как самого автомобиля, так и лиц осуществляющих его эксплуатацию сторонними организациями, суд отклоняет, как неоснованные на каких-либо нормах законодательства и не имеющие какого-либо объективного подтверждения. Доводы стороны защиты об отсутствии долга в бухгалтерской отчетности ООО «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ, представленной ИФНС № по <адрес> (том 8 л.д.160-243) не свидетельствует о его фактическом погашении, поскольку из показаний ФИО40 данная задолженность им не признавалась и подлежала снятию как несуществующая на основании возбуждения уголовного дела. В связи с вышеизложенным, доводы защиты о необходимости оправдания подсудимого ФИО10 по предъявленному ему обвинению являются необоснованными и опровергаются собранными по уголовному делу доказательствами. С учетом установленных судом фактических обстоятельств дела в судебном заседании, суд квалифицирует действия ФИО10 по ч.4 ст.160 УК РФ, как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере. Хищение имущества ООО «<данные изъяты> вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, путем растраты: В судебном заседании подсудимый ФИО10 пояснил, что в течение ДД.ММ.ГГГГ с учетом сложившейся сложной финансовой обстановки в ООО «<данные изъяты>», им в кассу ООО «<данные изъяты>» неоднократно, «порционно» вносились его личные денежные средства, в том числе и заимствованные в ООО «<данные изъяты>», которые также являлись его собственностью, поскольку на тот момент он являлся генеральным директором данного Общества, основной деятельностью которого было предоставление в пользование платежных терминалов для осуществления платежей. Оборот ООО «<данные изъяты>» составлял на тот момент в районе <данные изъяты> рублей в месяц, а доход около <данные изъяты> рублей. Также бюджет ООО «<данные изъяты>» пополнялся и наличностью его брата. Денежные средства для Общества он передавал бухгалтеру ФИО98, а после ее увольнения бухгалтеру ФИО42, которые, как он полагал, фиксировались ими в соответствующей документации, в электронной таблице и в платежных ведомостях. Вносимые им денежные средства шли в основном на выплату заработной платы работникам проекта «<данные изъяты>», количество которых составляло от 20 до 40 человек. Заработная плата работникам данного проекта, по устному согласованию должна была выплачиваться в несколько этапов и составляла порядка <данные изъяты> рублей, а именно <данные изъяты> рублей выплачивались по трудовому договору, <данные изъяты> рублей выплачивались каждому работнику по ведомости наличными в конце каждого месяца и по результатам проекта каждый месяц выплачивалось еще по <данные изъяты> рублей также наличными. В платежных ведомостях данные о том, что заработная плата и иные выплаты производятся из его личных средств, не фиксировались. Каким способом фиксировалось получение от него наличности, он особо не вникал, полагая, что бухгалтер опытный и знает как правильно оформить поступление наличных средств в Общество. Кроме того, наличные денежные средства он переводил также работникам ООО «<данные изъяты> ФИО45 и ФИО102 на их личные карты, а они в свою очередь из данных денежных средств выплачивали заработную плату работникам. Примерно, под указанный проект «<данные изъяты>» им было внесено около <данные изъяты> рублей, а именно около <данные изъяты> рублей было потрачено на транспорт, грузчиков и дополнительные премии для работников ООО «<данные изъяты>» также занятых в данном проекте, а остальная сумма была направлена на погашение задолженности по заработной плате. Точный объем вносимых им денежных средств он не знает, однако исходит из объема финансирования, который изначально закладывался под данный проект. Поскольку основной приток денежных средств от контрагентов в ООО «<данные изъяты>» должен был поступить в ДД.ММ.ГГГГ, он планировал забрать свои денежные средства и вернуть их, в том числе в ООО «<данные изъяты>», в связи с чем им и был заключен договор займа между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» с залоговым обеспечением в виде 32 терминалов. По данному договору ООО «<данные изъяты>» в лице заместителя директора ФИО61 предоставлял ООО «<данные изъяты>» в долг денежные средства безналичным способом. Данный способ возврата своих денежных средств был им избран в связи со следующим. ФИО60 должен был вложить в ООО «<данные изъяты>» свои наличные денежные средства в той сумме, в которой он (Веремейчик) вложил свои, после чего данные денежные средства должны были в наличной форме вернуться в ООО «<данные изъяты>» и «закрыть» безналичный договор займа. Кроме того, данный способ возврата денежных средств принимался им не единолично, а коллегиально, совместно с ФИО45, ФИО102 и ФИО61. Однако ФИО60 свои денежные средства так в Общество и не вложил. Кроме того, поскольку завершение работ по проекту «<данные изъяты>» сместилось с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, соответственно Обществу потребовались дополнительные средства для выплаты заработной платы, которые составили порядка <данные изъяты> рублей и которые в Общество также были им внесены наличным способом. Данные денежные средства были позаимствованы из средств, которые поступали в период ДД.ММ.ГГГГ через платежный терминал, принадлежащий ООО «<данные изъяты>» и установленный в <данные изъяты>, и которые предназначались для оплаты обучения детей. Соответственно в связи с этим у ООО «<данные изъяты>» перед <данные изъяты> задолженность, которую необходимо было погасить в кратчайшие сроки. Поскольку ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>» был им продан, а долг <данные изъяты> необходимо было вернуть, а также учитывая, что между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» имелись договорные отношения, им, также, по согласованию, в том числе и с ФИО105, было принято решение заключить договор займа между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». По данному договору ООО «<данные изъяты>» занимал денежные средства ООО «<данные изъяты>», а ООО «<данные изъяты>» переводил данные заемные деньги <данные изъяты> за ООО «<данные изъяты>». Учитывая наличие договорных отношений между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», обязательства по данному договору займа также перекрывались взаимозачетными средствами. Кроме того, ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» являлись контрагентами ООО «<данные изъяты>» и с данными организациями у ООО «<данные изъяты>» были договорные отношения и о наличии договора займа с ООО «<данные изъяты>» ФИО60 было доподлинно известно, поскольку при оформлении Обществом кредитного договора в банке «<данные изъяты>», в ходе рассмотрения кредитной заявки, данный договор предоставлялся. Дополнительно подсудимый пояснил, что <данные изъяты> рублей были внесены им в бюджет ООО «<данные изъяты>» путем перечисления данных денежных средств на банковскую карту бухгалтера ФИО42. Также подсудимый указал, что вкладывал свои денежные средства в ООО «<данные изъяты>», поскольку у него была задача показать свою работу, поскольку у него со ФИО60 была договоренность, о том, что по результатам работы, которые должны были наступить через два года, он (Веремейчик) на заработанные деньги сможет приобрести квартиру в <адрес>, поэтому все риски, которые он нес, были связаны именно с приобретением недвижимости. Кроме того, подсудимый указал, что по итогам аудиторской проверки, проводимой по указанию ФИО60, также было установлено, что Общество должно ему (Веремейчику) около <данные изъяты> рублей. Давая оценку показаниям подсудимого, суд приходит к выводам об их недостоверности, принимая во внимание имеющиеся в них внутренние противоречия и несоответствие объективно установленным в судебном заседании обстоятельствам дела, что дает основания для критической оценки показаниям ФИО10, поскольку его виновность в совершении данного преступления нашла свое полное подтверждение всей совокупностью исследованных судом доказательств, в том числе ранее приведенных в приговоре, а именно: Показаниями представителя потерпевшего ООО «<данные изъяты>» ФИО40 в судебном заседании и на предварительном следствии, из которых в целом следует, что в ДД.ММ.ГГГГ в результате проверки хозяйственной деятельности ООО «<данные изъяты>» стало известно, что Веремейчик через систему удаленного управления к расчетным счетам ООО «<данные изъяты>», открытым в ПАО «<данные изъяты> осуществил платежи по платежным поручениям в адрес ООО «<данные изъяты>» в общей сумме <данные изъяты> рублей в качестве беспроцентного займа. При этом договоры беспроцентных займов между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» отсутствовали, и займы не возращены. Из общедоступных источников ему стало известно, что на период перечисления денежных средств в пользу ООО «<данные изъяты>», Веремейчик являлся директором данного предприятия, а учредителем ООО «<данные изъяты>» являлась его мать. ДД.ММ.ГГГГ Веремейчик подписал платежное поручение о перечислении денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей в ООО «<данные изъяты>» по договору займа между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Данный договор в ООО «<данные изъяты>» также не был предоставлен и заем не возращен. Расчеты по указанным платежам также осуществлялись через систему «<данные изъяты>». Электронный ключ находился постоянно у Веремейчика. В карточке с образцами подписей и печати к расчетному счету ООО «<данные изъяты>» в ПАО «<данные изъяты>» и в других банках, в качестве лица, уполномоченного распоряжаться денежными средствами на расчетном счету, до ДД.ММ.ГГГГ был указан только Веремейчик и постоянный пароль для входа в учетную запись знал также только он. На всех указанных платежных поручениях стоит отметка о подписании документов Веремейчиком. Дополнительно представитель потерпевшего указал, что про указанные договоры займа ему ничего не было известно, и если бы он про них знал, поинтересовался бы у Веремейчика в связи с чем ООО «<данные изъяты>», которое само нуждалось в деньгах, одалживает какими-то предприятиям деньги. ООО <данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» никогда не были контрагентами ООО «<данные изъяты>», кроме того, у Общества не было необходимости пользоваться имуществом ООО «<данные изъяты>», поскольку у Общества имелось свое оборудование и в достаточном объеме. Кроме того, представитель потерпевшего указал, что в случае внесения денежных средств в бюджет Организации это было бы отражено в бухгалтерской документации. Фиксация подобных обстоятельств в бухгалтерских документах ООО «<данные изъяты>» осуществлялась всегда, при этом бухгалтер предприятия не была заинтересована в неотражении указанных операций, так как несла за это ответственность. Также сам Веремейчик должен был понимать, что отсутствие фиксации передачи денежных средств повлечет невозможность их возврата, а более того, он обязан был осуществлять надлежащий контроль за бухгалтерией. Также представитель потерпевшего указал, что действительно в ДД.ММ.ГГГГ с его согласия по просьбе Веремейчика в ООО «<данные изъяты>» были приглашены аудиторы ФИО91 и ФИО109, в задачу которых входило оказание консультационных услуг в области налогообложения для ООО «<данные изъяты>» и только. Финансово-хозяйственную деятельность ООО «<данные изъяты>» они проверяли, только в части «дебет-кредит», то есть необходимой для сдачи правильных налоговых деклараций и налоговых проводок. Никакие отчеты финансово-хозяйственной деятельности ООО «<данные изъяты>» они не делали. О том, что по результатам была выявлена задолженность ООО «<данные изъяты>» перед Веремейчиком ему не известно и аудиторы ему об этом ничего не говорили. Представить отчет они отказались, мотивируя тем, что в их обязанности это не входило (том 6 л.д.5-9, том 8 л.д. 113-114). ДД.ММ.ГГГГ учредитель ООО «<данные изъяты>» ФИО60 обратился с заявлениями, которые были зарегистрированы в КУСП ОМВД России по <адрес> за № от ДД.ММ.ГГГГ, о привлечении к уголовной ответственности бывшего директора ООО «<данные изъяты>» ФИО10, который, используя свое служебное положение, перевел в ООО «<данные изъяты>» (учредителем которого является его мать ФИО18) денежные средства на общую сумму <данные изъяты> рублей, а также в ООО «<данные изъяты>» (учредителем и генеральным директором которого является его брат – ФИО3) в качестве беспроцентного займа по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ по платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей (том 2 л.д.153, 161). Представитель потерпевшего ООО «<данные изъяты>» ФИО61, в судебном заседании и в ходе проведение очной ставки с ФИО10 (том 11 л.д.24-35), пояснила, что Веремейчик, заступив на должность директора Общества, все договоры в основном заключал самостоятельно. Сообщать что-либо ФИО60, работникам Общества, без ведома Веремейчика, было запрещено. Ей Веремейчик предъявлял договоры на согласование, но не все, а выборочно. Она видела один раз, как Веремейчик со своим братом согласовывал какой-то договор, но что это был за договор и кому он был передан, ей не известно. Договор беспроцентного займа с ООО «<данные изъяты>» от имени ООО «<данные изъяты>» ей предложил подписать Веремейчик, а поскольку ранее такие договоры в Обществе не заключались, она поинтересовалась у Веремейчика, знает ли ФИО60 о данном договоре. Однако Веремейчик не дал ей внятного ответа, указав только, что таким способом, намеревается вернуть свои деньги, которые он вкладывал в ООО «<данные изъяты>», в связи с чем она отказалась подписывать данный договор, тем более, что данная функция не входила в ее обязанности. Впоследствии, в программе 1С-Предприятие она видела перечисления по договорам беспроцентных займов, однако сами договоры в ООО «<данные изъяты>» обнаружены не были. ФИО60 о заключении договоров займа с ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» она не сообщала, поскольку об этом ее Веремейчик не просил, а кроме того, Веремейчик всегда говорил, что ФИО60 в курсе дел, происходящих в Обществе. Также представитель потерпевшего указала, что до заключения договоров беспроцентных займов взаимоотношений между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» не было, работникам ООО «<данные изъяты>» было известно, что ООО «<данные изъяты>» является предприятием брата Веремейчика, также ООО «<данные изъяты>» арендовал у Общества маленькое помещение, о наличии каких-либо еще договорных взаимоотношениях с ООО «<данные изъяты>» ей не известно, как и о наличии договорных взаимоотношениях с ООО «<данные изъяты>», директором которого являлся сам Веремейчик. ФИО61 подтвердила, что «неофициальной кассы» в Обществе не было, все работники, в том числе и она, получали и получают заработную плату в основном на банковские карты, либо, у кого нет карт, у бухгалтера в кассе. Денежные средства по платежным ведомостям она не получала. Также представитель потерпевшего подтвердила, что в Общество были приглашены аудиторы, которые проверяли всю документацию, от которых она слышала, что Общество должно Веремейчику денежные средства, однако никаких официальных документов по итогам проверки представлено не было Кроме того, ФИО61 указала, что она видела, как Веремейчик приносил в кассу Общества наличные денежные средства, однако чьи это были денежные средства, в какой сумме и на какие цели они использовались, ей неизвестно. Из показаний свидетеля ФИО22 в судебном заседании следует, что в период ее работы главным бухгалтером в ООО «<данные изъяты>» она слышала про организации «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», однако среди постоянных контрагентов Общества данных организаций не было. Все финансовые вопросы в Обществе решал только Веремейчик и лично принимал решения о том, когда и на какие цели расходовать денежные средства ООО «<данные изъяты>». Программу 1С вела она. В данной программе она могла отразить задолженности по договору займа между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» на основании платежных поручений, оплаченных по системе «<данные изъяты>», без самого договора займа, так как возможно Веремейчик как всегда обещал представить ей данный договор позднее. Также свидетель указала, что Веремейчик вносил денежные средства в кассу ООО «<данные изъяты>» по договору займа, однако заем ему был возращен в полном объеме, что отражено в бухгалтерском учете ООО «<данные изъяты>». Она не помнит, чтобы Веремейчик вносил свои личные денежные средства в кассу ООО «<данные изъяты>», которые не были бы учтены надлежащим образом. Если бы Веремейчик вносил денежные средства в кассу Общества, она бы их обязательно оформила, поскольку несла за это ответственность. Заработную плату работники ООО «<данные изъяты>» получали из средств Общества, путем перечисления на банковские карты либо наличными денежными средствами по расходно-кассовым ордерам, никакого учета неофициальной кассы она не вела. Из показаний свидетеля ФИО21 в судебном заседании следует, что в ДД.ММ.ГГГГ по поручению Веремейчика она подготовила платежное поручение для перечисления денежных средств ООО «<данные изъяты>» на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» в сумме более миллиона рублей. На ее просьбу предоставить ей договор займа, чтобы указать реквизиты договора в платежном поручении в качестве назначения платежа, Веремейчик пояснил, что договор предоставит позже, при этом устно ей назвал номер договора, дату и реквизиты ООО «<данные изъяты>». Сформировав платежное поручение, она как обычно «выгрузила» его из программы 1С-Комплексная бухгалтерия в программу <данные изъяты>, где Веремейчик с помощью цифровой подписи подписал данное платежное поручение. Договор займа между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в бухгалтерию ООО «<данные изъяты>» представлен Веремейчиком так и не был и до настоящего времени денежные средства в ООО «<данные изъяты>» по договорам займа с ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» не возвращены. И данный свидетель подтвердила, что никакого учета неофициальной кассы она не вела, также она не помнит, чтобы Веремейчик вносил свои личные денежные средства в кассу ООО «<данные изъяты>» для выплаты работникам заработной платы, которые не были бы учтены ею в бухгалтерском учете Общества. Относительно выплаты заработной платы, свидетель ФИО21 указала, что заработная плата переводилась работникам на карту, либо выдавалась в кассе по расходным кассовым ордерам из средств Общества, а не из средств Веремейчика. Кроме того, свидетель пояснила, что <данные изъяты> рублей ей на карту переводил ФИО3, который попросил ее после поступления данных денежных средств, обналичить их и отдать ФИО46, что она и сделала. При этом свидетель пояснила, что данные деньги в бюджет Общества не поступали. Свидетель стороны защиты ФИО3 в судебном заседании подтвердил данные обстоятельства относительно перевода в качестве займа денежных средств в размере <данные изъяты> рублей путем перечисления их на карту ФИО42. Из показаний свидетелей стороны защиты в судебном заседании и в ходе предварительного следствия: ФИО24, ФИО23, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29 (том 8 л.д.14-15), ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33 (том 8 л.д.28-29), ФИО34 и ФИО35 в целом следует, что заработную плату в Обществе практически все работники получают на банковские карты, либо наличными в кассе у бухгалтера. О наличии в Обществе «<данные изъяты>» им ничего не известно, как и не известны факты внесения ФИО10 своих личных денежных средств в бюджет Общества. Свидетель ФИО44 в судебном заседании пояснил, что заработную плату работникам, участвовавшим в проекте «<данные изъяты>» выдавал Веремейчик, однако из каких средств выплачивалась заработная плата, ему не известно, так как к бухгалтерии он отношения и допуск не имел. Свидетель ФИО43 в судебном заседании указала, что при рассмотрении заявки на выдачу кредита юрлицами, как правило, предоставляются сведения о балансе предприятия и отчет о прибыли и убытках, какие конкретно документы предоставляло Общество при рассмотрении данного вопроса, она не помнит. Изложенное представителями потерпевшего, свидетелями объективно подтверждается также совокупностью исследованных в судебном заседании документальных доказательств, в том числе ранее приведенных в приговоре, а именно: Приказом Учредителя ООО «<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ о назначении на должность директора, с окладом <данные изъяты> рублей ФИО10 (том 4 л.д.214), заявлением ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении (том 4 л.д.216), приказом о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (том 4 л.д.215), ФИО4 № единственного участника Общества о назначении на должность директора ФИО40 (том 4 л.д.221), которые были изъяты в ООО «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ, в ходе следствия осмотрены и признаны по делу вещественными доказательствами, что подтверждается соответствующими протоколами (том 4 л.д.210-211, 212, 222). Копиями учредительных документов ООО «<данные изъяты>», заявления о регистрации юридического лица, сведений об открытых (закрытых) счетах из кредитных организаций, выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, Устава ООО «<данные изъяты>», утвержденного ФИО4 Общего собрания участников ООО «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ (том 7 л.д.2-34). Копиями заявления на заключение договора о предоставлении услуг и использование системы дистанционного банковского обслуживания в <данные изъяты> а также информационным листом от ДД.ММ.ГГГГ на представителя организации, подтверждается факт предоставления ДД.ММ.ГГГГ директору ООО «<данные изъяты>» ФИО10 доступа на работу в системе дистанционного банковского обслуживания «<данные изъяты>», права первой подписи и предоставления пароля к токену (том 3 л.д.11-15). Протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ документов, связанных с трудовой деятельностью ФИО10 в <адрес> содержащие свободные образцы почерка и подписи последнего (том 4 л.д.227-228), заключением почерковедческой экспертизы ДД.ММ.ГГГГ (том 4 л.д.235-245). На основании постановления о предоставлении результатов ОРД следователю от ДД.ММ.ГГГГ, в СО ОМВД России по городу Норильску были переданы результаты проведенного ОРМ «<данные изъяты>» в кредитных организациях ПАО «<данные изъяты>», ПАО «<данные изъяты>», АО «<данные изъяты>», ПАО «<данные изъяты>», в ходе проведения которого были получены выписки по счетам ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» (том 2 л.д.150-151). Так, ПАО «<данные изъяты> в отношении ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» были представлены выписки по счетам, а также заверенные копии документов, содержащие сведения о лицах, имевших право распоряжаться денежными средствами, имеющимися на счетах ООО «<данные изъяты>», из которых следует, что с ДД.ММ.ГГГГ правом первой подписи в ООО «<данные изъяты>» наделен ФИО10 (том 3 л.д.60-68, 82-84). В ходе предварительного следствия были осмотрены: оптические диски, предоставленные ПАО «<данные изъяты>» в отношении ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», содержащие выписку о движении денежных средств по расчетному счету ООО «<данные изъяты>» №, открытому в Сибирском филиале ПАО АКБ «<данные изъяты>» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; и выписку о движении денежных средств по счету ООО «<данные изъяты>» № за аналогичный период, которые были признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств (том 3 л.д. 98-107, 108-109). При осмотре выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО «<данные изъяты>» № установлено и подтверждается, что на указанный расчетный счет от плательщика ООО «<данные изъяты>» поступали денежные средства, а именно: - ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рубля, - ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рубля, - ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей, - ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей. Кроме того, по указанному расчетному счету ООО «<данные изъяты>» установлены расходные операции получателю – ФИО10 В ходе осмотра выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО «<данные изъяты>» № установлено, что на указанный расчетный счет имеется поступление денежных средств от плательщика ООО «<данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты> рублей, которые были израсходованы в этот же день в сумме <данные изъяты> рублей в счет оплаты долга от ДД.ММ.ГГГГ по оплате за обучение № (оплата за ООО «<данные изъяты>» по договору № от ДД.ММ.ГГГГ). Выпиской по счету № ООО «<данные изъяты>» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, подтверждается, что на указанный расчетный счет ДД.ММ.ГГГГ перечислены денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, ДД.ММ.ГГГГ перечислены денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей от плательщика ООО «<данные изъяты>», назначение платежа: «перечисляются заемные средства согласно договору займа б/н от ДД.ММ.ГГГГ, НДС не облагается» (том 7 л.д.63-66). В ходе предварительного следствия был осмотрен оптический диск, предоставленный ПАО «<данные изъяты> в отношении ФИО10, содержащий информацию о движении денежных средств, представленную в виде выписки по счетам расширенного отчета о безналичных операциях за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, которой подтверждается факт перечисления с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» денежных средств, поступивших из ООО «<данные изъяты>», на личные счета ФИО10 (том 7 л.д. 37-38). Представленными МБОУ ДОД «<данные изъяты>» документами, а именно: балансовой справкой № от ДД.ММ.ГГГГ, платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ, выпиской из лицевого № за ДД.ММ.ГГГГ, распечаткой кассовых поступлений по родительной плате и договором о приеме платежей № также подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» № на лицевой счет № МБОУ ДОД «<данные изъяты>» перечислены денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей. В платежном поручении в качестве назначения платежа указано: «в счет оплаты долга от ДД.ММ.ГГГГ по оплате за обучение с ДД.ММ.ГГГГ (оплата за ООО «<данные изъяты>» по договору № от ДД.ММ.ГГГГ) НДС не облагается» (том 6 л.д.216-227). Выпиской из ЕГРЮЛ, ФИО4 Единственного участника ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ б/н, ФИО4 учредителя № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнений (изменений) учредительных документов ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, заявлением о государственной регистрации юридического лица при создании, ФИО4 учредителя ООО «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, договором о присоединении ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» к ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ б/н, Уставом подтверждается, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ директором ООО «<данные изъяты>» являлся ФИО10. С ДД.ММ.ГГГГ адресом (местом нахождения) постоянно действующего исполнительного органа (генерального директора) Общества, по которому с Обществом осуществляется связь, является адрес: <адрес> (том 1 л.д.151-154, 156-183, 198-204, 284-303). Из выписки из ЕГРЮЛ, ФИО4 учредителя № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнения (изменения) учредительных документов ООО «<данные изъяты>», заявления учредителя (участника) ООО «<данные изъяты>» о выходе из общества от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 № участника ООО «<данные изъяты>» об изменении состава участников в связи с выходом одного из них от ДД.ММ.ГГГГ, заявления о государственной регистрации юридического лица при создании, протоколом № общего собрания учредителей о создании ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, договора об учреждении ООО «<данные изъяты>», Устава, следует, что с ДД.ММ.ГГГГ генеральным директором ООО «<данные изъяты>» назначен ФИО3. С ДД.ММ.ГГГГ адресом (местом нахождения) постоянно действующего исполнительного органа (генерального директора) Общества, по которому с Обществом осуществляется связь, является <адрес> (том 1 л.д. 243-283). В протоколах выемки от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ отражено изъятие в офисе ООО «<данные изъяты>» по <адрес> документов финансово-хозяйственной деятельности Общества, содержащих, в том числе выписки о движении денежных средств ООО «<данные изъяты>», из которых следует, что с расчетных счетов Общества, открытых в ПАО «<данные изъяты>» и АКБ «<данные изъяты>» перечислены денежные средства на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» в общей сумме <данные изъяты> рублей, которые были осмотрены и приобщены в качестве вещественных доказательств (том 6 л.д.155-160, 192-195, 161-166, 196-197), и представлены эксперту для проведения судебной бухгалтерской экспертизы. Из заключения указанной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в кассу ООО «<данные изъяты>» поступили денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, в том числе: займ от ФИО10 – <данные изъяты> рублей; Общая сумма денежных средств, поступивших на расчетные счета ООО «<данные изъяты>» за проверяемый период равна <данные изъяты> рублей (включая суммы перечисления с одного расчетного счета на другой), в том числе: - из кассы Общества наличные средства – <данные изъяты> рублей (включая заемные средства ФИО10 в сумме <данные изъяты> рублей); Поступившие средства на расчетные счета ООО «<данные изъяты>» израсходованы в сумме <данные изъяты> рублей, в том числе на следующие цели - возврат заемных средств ФИО10 – <данные изъяты> рублей; - заемные средства ООО «<данные изъяты>» - <данные изъяты> рублей; - заемные средства ООО «<данные изъяты>» - <данные изъяты>; В период с ДД.ММ.ГГГГ годя по ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>» от ФИО10 получен займ в общей сумме <данные изъяты> рублей, в том числе: - путем внесения наличных средств в кассу Общества в сумме <данные изъяты> рублей; - путем внесения средств на расчетный счет Общества в сумме <данные изъяты> рублей. ФИО10, выданные займы по договорам денежных средств б/н от ДД.ММ.ГГГГ, б/н от ДД.ММ.ГГГГ, б/н от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ годя Обществом возвращены в полном объеме, путем перечисления денежных средств на счет, открытый на имя ФИО10 В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>» выдавало заемные средства в том числе: - ООО «<данные изъяты>» в сумме <данные изъяты> рублей путем перечисления средств с расчетных счетов: № открытого в ПАО <данные изъяты> в общей сумме <данные изъяты> рублей и № открытого в филиале АКБ «<данные изъяты>» в общей сумме <данные изъяты> рублей, в том числе: - ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей; - ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей; - ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей; - ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей; - ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей; -ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей. Средства перечислены по платежным поручениям на лицевой счет ООО «<данные изъяты>» №, открытый в Сибирском филиале ПАО «<данные изъяты>». В платежных поручениях назначение платежа указано «представление заемых средств по договору беспроцентного займа б/н от ДД.ММ.ГГГГ». В кассу Общества возвращена частичная сумма займа в размере <данные изъяты> рублей. Остаток невозвращенного займа ООО «<данные изъяты>» составляет <данные изъяты> рублей. - ООО «<данные изъяты>» в сумме <данные изъяты> рублей, путем перечисления ДД.ММ.ГГГГ с расчетного счета №, открытого в ПАО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>» на расчетный счет № открытый в Сибирском филиале ПАО «<данные изъяты>». В платежных поручениях назначение платежа указано «перечисляются заемные средства по договору займа № от ДД.ММ.ГГГГ». По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ возврат заемных средств по договору займа № от ДД.ММ.ГГГГ не осуществлен. За проверяемый период ФИО10 из кассы и с расчетных счетов ООО «<данные изъяты>» заем не выдавался. ООО «<данные изъяты>» денежными средствами, перечисленными ООО «<данные изъяты>» в качестве заемных средств по договору займа б\н от ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей, распорядилось следующим образом: - денежными средствами поступившимиДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей осуществлен возврат целевых денежных средств по договору займа №-И от ДД.ММ.ГГГГ юридическому лицу Промышленники и предприниматели <адрес> и для платежей за оказанные услуги <данные изъяты> - денежные средства в сумме <данные изъяты> рубля перечислены на счета, открытые на имя ФИО10: - на счет универсальный № в сумме <данные изъяты> рублей, которые далее переведены со счета в сумме <данные изъяты> рублей на карту № (счет №), в сумме <данные изъяты> рублей на счета (вклад); - на расчетный счет № в сумме <данные изъяты> рублей, которые выданы наличными денежными средствами. Поступившие денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей с универсального счета № ДД.ММ.ГГГГ списаны с карты на карту; - на расчетный счет № в сумме <данные изъяты> рублей, которые далее сняты наличными средствами в сумме <данные изъяты> рублей, списаны с карты на карту в размере <данные изъяты> рублей, осуществлена покупка ТМЦ на сумму <данные изъяты> рублей. - денежные средства в сумме <данные изъяты> рубля (при наличии остатка на счете до поступления средств) с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» перечислены на счета, открытые ФИО10: - на счет универсальный № в сумме <данные изъяты> рублей; - на расчетный счет № в сумме <данные изъяты> рублей; - на расчетный счет № в сумме <данные изъяты> рублей; - на счет универсальный № в сумме <данные изъяты> рублей. При анализе движения денежных средств по вышеуказанным счетам установлено, что ФИО10 осуществлены переводы средств с одного личного счета на другой. В результате указанных финансовых операций им было снято наличными ДД.ММ.ГГГГ со счета № в сумме <данные изъяты> рублей, ДД.ММ.ГГГГ со счета № в сумме <данные изъяты> рублей. - из поступивших денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей и в сумме <данные изъяты> рублей осуществлен платеж в сумме <данные изъяты> рублей УФК по <адрес> (ГУ МВД России по <адрес>) Основание платежа «<данные изъяты>» и ДД.ММ.ГГГГ средства в сумме <данные изъяты> рублей перечислены на счет ФИО10 № открытый Филиале «<данные изъяты>) <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ средства в сумме <данные изъяты> рублей выданы ФИО10 Денежные средства, перечисленные в качестве заемных средств по договору займа № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> рублей в адрес ООО «<данные изъяты>» использованы для перечисления <данные изъяты> в сумме <данные изъяты> рублей, с назначением платежа «в счет уплаты долга от ДД.ММ.ГГГГ по оплате за обучение ДД.ММ.ГГГГ (оплата за ООО «<данные изъяты>» (ИНН <данные изъяты>) по договору № от ДД.ММ.ГГГГ). В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>» по договору №-К о предоставлении кредита от ДД.ММ.ГГГГ для пополнения оборотных средств под 20% годовых со сроком до ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>» получен кредит в сумме <данные изъяты> рублей. Полученный кредит погашен в полном объеме, включая проценты по кредиту. Сумма погашенного кредита с процентами составляет <данные изъяты> рублей, в том числе: - сумма кредита – <данные изъяты> рублей; - проценты за пользование кредитом – <данные изъяты> рублей. В ходе проведения экспертизы также установлено, что Общество за проверяемый период всегда имело на расчетном счете денежные средства, которыми могло распоряжаться в любое время. Отсутствие инкассовых поручений, или каких-либо приостановлений операций по движению денежных средств у Общества не имеется. Расчеты с бюджетом, с работниками Общества по заработной плате и другие выплаты осуществлялись в исследуемом периоде своевременно. Также бухгалтерский учет в Обществе ведется в соответствии с действующим законодательством. Исходя, из представленных на экспертизу материалов уголовного дела и документов, наличие «неучтенных» денежных средств и факт ведении «неучтенных» кассовых операций в ООО «<данные изъяты>» неустановленны (том 6 л.д. 229-257). Судом, представленное заключение эксперта признается обоснованным, поскольку экспертиза осуществлена лицом, имеющим необходимую квалификацию, подтвержденную соответствующими документами. Экспертиза проведена в соответствии с требованиями УПК РФ, данным требованиям, также соответствует представленное заключение эксперта, выводы эксперта основаны на представленных ему и исследованных в установленном порядке материалах уголовного дела и вещественных доказательствах. Выводы эксперта согласуются с иными исследованными доказательствами по уголовному делу. В информационной справке по материалам завершенного финансового расследования (том 9 л.д.229-231), результатах ОРМ «<данные изъяты>» (том 3 л.д.48-49), дубликатах платежных поручений по счету № ООО «<данные изъяты>» (том 8 л.д.120-138), содержатся сведения о движении денежных средств поступивших в ООО «<данные изъяты>» из ООО «<данные изъяты>» аналогичные выводам эксперта приведенным в заключении судебно-бухгалтерской экспертизы. Доводы стороны защиты о неотносимости доказательств, а именно: информационной справки по материалам завершенного финансового расследования и результатов ОРМ «<данные изъяты>», судом не принимаются во внимание, поскольку указанные информационные письма содержат сведения о движении денежных средств, выведенных ФИО10 из ООО «<данные изъяты>», то есть информацию, имеющую значение для рассмотрения настоящего уголовного дела. Действующее законодательство не запрещает использование в качестве доказательства по уголовному делу, в том числе информационных писем, каких-либо нарушений законодательства при получении и приобщении к уголовному делу указанных документов не допущено. Установленные экспертизой обстоятельства подтверждаются также выписками по расчетным счетам, открытым на имя ФИО10 в филиале «<адрес>, ПАО «<данные изъяты>», «АКБ «<данные изъяты>», а также протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ – оптического диска, содержащего информацию о движении денежных средств по счетам расширенного отчета о безналичных операциях за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, на которые ФИО10 перечислялись денежные средства с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» (том 7 л.д.68-79, 110-126, 130-134, 136-159, 37-38). В ходе предварительного следствия ДД.ММ.ГГГГ были осмотрены, представленные ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ договор займа № от ДД.ММ.ГГГГ, договор займа б/н от ДД.ММ.ГГГГ, договор займа от ДД.ММ.ГГГГ б\н, и договор займа № от ДД.ММ.ГГГГ (том 9 л.д.86-88), которые были признаны вещественными доказательствами (том 9 л.д.89), и представлены эксперту для проведения судебной почерковедческой экспертизы. При этом из договора займа № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что ФИО10 от лица ООО «<данные изъяты>» предоставлен заем ООО «<данные изъяты>» на сумму <данные изъяты> рублей. От ООО «<данные изъяты>» данный договор подписан ФИО3; Из договора займа № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что сторонами являются ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». От ООО «<данные изъяты>» договор подписан самим ФИО10, а со стороны ООО «<данные изъяты>» указано, что договор подписан ФИО61 Согласно заключениям почерковедческих экспертиз от № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным ответить на вопрос, кем, ФИО61 или другим лицом выполнена подпись в договоре займа с залоговым обеспечением № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей, предоставленном ФИО10 для приобщения к материалам уголовного дела (том 9 л.д. 101-107, 124-132). Протоколом обыска, проведенного ДД.ММ.ГГГГ в офисе ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты> по адресу: <адрес> зафиксирован факт обнаружения и изъятия трех конвертов с пин-кодом к банковским картам, принадлежащим ФИО10 – расчетные счета данных карт №, №, сберегательная книжка №, которые были осмотрены и признаны вещественными доказательствами (том 3 л.д.187-190, 191-192, 194-195). Материалы оперативно-розыскной деятельности представлены в органы предварительного следствия на основании соответствующих постановлений с соблюдением требований ч.3 ст.11 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» № 144-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д.151, том 3 л.д.47, том 9 л.д.226), как полученные в соответствии с положениями указанного Федерального закона и с соблюдением требований УПК РФ, признаются судом допустимыми доказательствами. Оценивая вышеуказанные доказательства в их совокупности и системной взаимосвязи, суд приходит к выводу, что они являются относимыми, допустимыми и достаточными, и подтверждают виновность ФИО10 в инкриминируемом ему преступлении, и считает установленным, что ФИО10, являясь должностным лицом – директором ООО «<данные изъяты>», используя свое служебное положение, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь в неустановленном месте, имея непосредственный доступ к расчетным счетам ООО «<данные изъяты>», открытым в Красноярском отделении № ПАО «<данные изъяты>», и в филиале АКБ «<данные изъяты>» (АО) в <адрес>, через систему удаленного управления в электронном виде на персональном компьютере оформил платежные поручения, в которые умышленно внес заведомо ложные сведения о том, что перевод денежных средств осуществляется на основании фиктивного договора беспроцентного займа б/н от ДД.ММ.ГГГГ, после чего с помощью электронного ключа подтвердил безналичное списание денежных средств с указанных расчетных счетов ООО «<данные изъяты>» на расчетный счет ООО «<данные изъяты>», открытый в <данные изъяты>», учредителем которого являлась его мать ФИО18, а он являлся генеральным директором, в общей сумме <данные изъяты> рублей. ДД.ММ.ГГГГ ФИО10, используя свое служебное положение, имея непосредственный доступ к расчетному счету ООО «<данные изъяты>», открытому в Красноярском отделении № ПАО «<данные изъяты>», находясь в неустановленном месте, через систему удаленного управления в электронном виде на персональном компьютере оформил платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей, в которое умышленно внес заведомо ложные сведения о том, что перевод денежных средств осуществляется на основании фиктивного договора займа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», после чего, с помощью электронного ключа подтвердил безналичное списание денежных средств в указанной сумме на расчетный счет ООО «<данные изъяты> открытый Сибирском филиале ПАО «<данные изъяты>», учредителем и директором которого является его родной брат ФИО3, которые в этот же день, на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> рублей перечислены с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» на расчетный счет <адрес>, в счет оплаты долга за ООО «<данные изъяты>» по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между МБОУ <данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», тем самым ФИО10, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, используя свое служебное положение, растратил вверенные ему в силу занимаемой должности директора ООО «<данные изъяты>» денежные средства в общей сумме <данные изъяты> рублей, что является особо крупным размером, распорядившись ими по своему усмотрению, причинив ООО «<данные изъяты>» ущерб на указанную сумму. Все вышеприведенные доказательства последовательны и не противоречивы, согласуются друг с другом и объективно друг друга подтверждают. Представленные стороной обвинения: заключение судебной компьютерной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ (том 5 л.д. 37-212, 213), информационное письмо МИФНС № по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (том 8 л.д.153-158), суд признает неотносимыми к данному уголовному делу, поскольку данные доказательства не содержат информацию об обстоятельствах, подлежащих установлению в соответствии со ст.73 УПК РФ. Показания подсудимого по данному эпизоду суд оценивает критически, рассматривает их как направленные на обеление себя и отражающие выбранную подсудимым линию защиты. Подсудимый в обоснование своих доводов сослался на следующие документы: запрос в АО «<данные изъяты>» (том 9 л.д.15), сообщение банка о предоставленных кредитах ООО «<данные изъяты>» и приложения к данному сообщению (том 9 л.д.16, 17-34), ходатайство (том 9 л.д.137), постановление о частичном удовлетворении ходатайства (том 9 л.д.138), представление об устранении нарушений законодательства РФ (том 9 л.д.68-71), ходатайства и постановления (том 13 л.д.10, 11, 13, 14-15, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 116, 141, 150, 151, 152, 153) жалобы в порядке ст.124 УПК РФ и постановления (том 13 л.д.169, 170-171, 190, 191, 209, 210), сопроводительное письмо (том 13 л.д.16), поручение о производстве следственных действий (том 8 л.д.1-2), ответ на поручение (том 8 л.д.3), бухгалтерская отчетность ООО «<данные изъяты>», представленная ИФНС № по <адрес> (том 8 л.д.160-243), справку об окончательном расчете (том 11 л.д.4), представление об устранении нарушений законодательства РФ (том 9 л.д.68-71). А также вещественные доказательства, а именно: <данные изъяты> договоры займа: от ДД.ММ.ГГГГ № между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>»; от ДД.ММ.ГГГГ № между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>»; от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «<данные изъяты>» в лице ФИО61 и ФИО10; от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «<данные изъяты>» в лице ФИО61 и ФИО10; заявление от ДД.ММ.ГГГГ от ФИО10 в адрес ФИО3 о зачете встречных требований; договор о предоставлении овердрафта по расчетной карте, заключенный между ОАО <данные изъяты> и ФИО10 Вместе с тем, представленные стороной защиты данные доказательства не опровергают позицию стороны обвинения по данному эпизоду. Доводы ФИО10 о несоответствии бухгалтерской документации ООО «<данные изъяты>» требованиям действующего законодательства, а также расхождение между заключением судебно-бухгалтерской экспертизы и приобщенной к материалам дела бухгалтерской документации не могут быть приняты во внимание, поскольку указанная экспертиза выполнена экспертом, квалификация которого подтверждена в установленном законом порядке, и как уже указывалось выше экспертиза соответствует требованиям законодательства и у суда не имеется оснований сомневаться в профессиональных познаниях эксперта, его добросовестности и сделанных им выводах. В то же время подсудимый не обладает необходимым профессиональным образованием и опытом работы в сфере бухгалтерского учета и его доводы не могут рассматриваться как мнение компетентного специалиста, в связи с чем не имеется оснований ставить под сомнение относимость и допустимость судебно-бухгалтерской экспертизы. Кроме того, заявленные подсудимым в ходатайстве об исключении данного доказательства, доводы касаются документации, не имеющей отношение к движению похищенных денежных средств и материальных ценностей, и не могут рассматриваться как влияющие на доказанность и объем вменяемого ему деяния. Более того, перед экспертом в соответствии с постановлением о назначении судебно-бухгалтерской экспертизы не ставилась задача описать в полном объеме финансово-хозяйственную деятельность ООО «<данные изъяты>», в связи с чем доводы подсудимого о неполноте экспертизы в данной части не могут приниматься во внимание. Суд, в том числе, принимает во внимание, что на представленных бухгалтерских документах, на которые ссылается сторона защиты, имеются карандашные пометки, свидетельствующие, что данная документация находилась в работе у сотрудников ООО «<данные изъяты>» и таким образом не является результатом фальсификации. Довод подсудимого о ненадлежащем исполнении главным бухгалтером своих обязанностей, вследствие чего не были надлежащим образом зафиксированы в бухгалтерской документации вносимые ФИО10 наличные денежные средства, суд не может принять достоверным, поскольку в соответствии с действующим законодательством о бухгалтерском учете ответственность за ведение юридическим лицом бухучета несет именно руководитель данного юридического лица. А поскольку ФИО10 являлся руководителем юридического лица ООО «<данные изъяты>», он был вправе и обязан обеспечить надлежащую фиксацию денежных средств, поступающих в ООО «<данные изъяты>» в бухгалтерской документации. Кроме того, являясь руководителем ООО «<данные изъяты>» он обязан был осуществлять контроль за действиями подчиненных ему сотрудников и в случае ненадлежащего ведения главным бухгалтером бухгалтерского учета был вправе привлечь должностное лицо к дисциплинарной ответственности. Вместе с тем, доказательств о привлечении ФИО22 либо ФИО21 к дисциплинарной ответственности за ненадлежащее ведение бухгалтерской документации в части надлежащей фиксации внесения ФИО10 в ООО «<данные изъяты> наличных денежных средств суду не представлено. Также, именно ФИО10 утверждались финансовые документы предприятия, в связи с чем он объективно не мог не увидеть якобы сокрытие от учета вносимых им денежных средств. Более того, необходимость внесения наличных денежных средств через «неофициальную кассу», и официальный учет последующего расходования данных денежных средств Обществом через фиктивные договоры, ввиду наличия взаиморасчетов, а не путем заключения соответствующих договоров или писем, ФИО10 пояснить не смог. Оценивая показания ФИО10, а также доказательства, на которые подсудимый сослался в обоснование своих доводов, суд также принимает во внимание, что подсудимым, вопреки его утверждению, не представлено каких-либо документальных доказательств не только поступления денежных средств в ООО «<данные изъяты>», за исключением <данные изъяты> рублей, которые были ФИО10 возвращены, но и извлечение для указанных целей денежных средств из ООО «<данные изъяты>», а учитывая, что ФИО10, являясь руководителем ООО «<данные изъяты>» и представителем учредителя осуществившем его продажу, должен был бы располагать указанной документацией, а потому суд оценивает ее отсутствие как опровергающее показание ФИО10 в данной части. В связи с чем суд рассматривает данные доводы как голословные, направленные на обеление подсудимым себя и вызванные его стремлением избежать уголовной ответственности. Свидетелем стороны защиты ФИО3 в судебном заседании даны показания, аналогичные показаниям подсудимого. Однако, показания свидетеля ФИО3 не могут быть признаны достоверными в части наличия у него информации о внесении его братом собственных средств в счет заработной платы работников ООО «<данные изъяты>», поскольку данные показания не подтверждены показаниями иных лиц либо финансовой документацией, не обладают необходимой степенью конкретности, то есть ФИО3 не указано какие именно суммы вносились, когда, и в счет заработной платы каких именно лиц. Кроме того, показания ФИО3 не могут быть признаны достоверными в данной части также с учетом наличия у него родственной связи с подсудимым и, следовательно, заинтересованности в исходе уголовного дела. Из показаний свидетеля стороны защиты ФИО102 в судебном заседании и в ходе предварительного следствия следует, что он работал в ООО «<данные изъяты>» в должности заместителя директора. В период его трудовой деятельности в ООО «<данные изъяты>» его заработная плата составляла около <данные изъяты> рублей, часть денежных средств он получал на карту, а вторую часть в размере <данные изъяты> рублей получал наличными, полагая, что данные денежные средства ему платили в качестве премии за работу по договору с <данные изъяты>. Также ему известно, что работники, которые были приняты на работу по договору с <данные изъяты> получали заработную плату наличными. В финансовую сторону деятельности ООО «<данные изъяты>», более детально он посвящен не был (том 7 л.д.235-237). В судебном заседании свидетель ФИО102 указал, что он всегда расписывался за получение наличных денежных средств, однако в каком именно бухгалтерском документе, точно назвать не может. Свидетель стороны защиты ФИО45, работавший в ООО «<данные изъяты>» заместителем директора в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в ходе предварительного следствия указывал, что заработную плату в размере <данные изъяты> рублей получал на карту, а остальную часть в размере <данные изъяты> рублей получал наличными по платежной ведомости у бухгалтера ФИО42 в связи с чем предполагает, что в Обществе была «<данные изъяты>». Однако в финансовую деятельность Общества, также посвящен не был. Также ему не известны факты внесения Веремейчиком в бюджет Общества своих личных денежных средств для обеспечения деятельности Общества (том 7 л.д.240-241). Свидетель ФИО44 в судебном заседании пояснил, что заработную плату работникам, участвовавшим в проекте «<данные изъяты>» выдавал Веремейчик, однако из каких средств выплачивалась заработная плата, ему не известно, так как к бухгалтерии он отношения и допуск не имел. Вместе с тем, вопреки доводам подсудимого показания ФИО102 ФИО45 и ФИО46 также не могут быть основанием для сомнений в выводах судебно-бухгалтерской экспертизы и доказательствах стороны обвинения, поскольку никто из допрошенных по ходатайству стороны защиты свидетелей не имел отношение к бухгалтерской отчетности в ООО «<данные изъяты>», о чем свидетели подтвердили в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, также данные лица не подтвердили факта нарушений при ведении бухгалтерской отчетности, не смогли пояснить каков был источник получаемых ими денежных средств, в каких именно ведомостях и в связи с чем они там расписывались. Представленная подсудимым в обоснование своих доводов таблица, которая по мнения последнего с достоверностью подтверждает внесение им в бюджет ООО «<данные изъяты>» наличных денежных средств, судом не принимается как допустимое доказательство, так как указанная таблица не является бухгалтерским либо налоговым документом установленной формы, не содержит реквизитов, в том числе подписи ответственных лиц, которые бы позволили установить ее подлинность и достоверность содержащихся в ней сведений. Кроме того свидетелями ФИО22 и ФИО42 отрицалось ведение в ООО «<данные изъяты>» учета поступления и расходования денежных средств в подобной табличной форме. Доводы стороны защиты о том, что наличие у ООО «<данные изъяты>» задолженности перед ФИО10 было установлено по итогам аудиторской проверки, и пояснения в этой части представителя потерпевшего ФИО61 судом не принимается, поскольку отсутствуют объективные подтверждения как факта проведения именно аудиторской проверки, так и ее результатов. Не представлен договор об оказании аудиторских услуг, отсутствует аудиторское заключение, а показания ФИО61 не обладают достаточной степенью конкретности, поскольку она не пояснила точный размер предполагаемой задолженности, период ее образования и характер. Также не установлено о наличии задолженности, на какую именно дату, идет речь. Кроме того, представитель потерпевшего ФИО60 факт проведения аудиторской проверки не подтвердил. Факт наличия задолженности перед ФИО10 опровергается имеющимся в материалах дела заключением судебно-бухгалтерской экспертизы, при этом установленная прокуратурой <адрес> задолженность по заработной плате ООО «<данные изъяты>» перед ФИО10 к рассматриваемым событиям не относится, а связана с расчетами при увольнении. Доводы ФИО10 о том, что внесение им денежных средств в бюджет ООО «<данные изъяты>» подтверждается представленными ПАО <данные изъяты> на оптическом диске сведениями о перечислении со счета ФИО10 денежных средств на счета различных физических лиц, который был просмотрен в ходе судебного заседания (том 7 л.д.40), а также выписками о движении денежных средств на счетах, принадлежащих ФИО10 (том 7 л.д.162-165, 166-168, 169-170, 171-173), объективными данными не подтверждены, поскольку отсутствуют какие-либо сведения о назначении переводившихся со счетов ФИО10 денежных средств и об основаниях их перечисления. Пояснения ФИО10, о том, что подобным образом им переводилась заработная плата работникам ООО «Оргтехсервис» также ничем объективным не подтверждены. Ранее доводы ФИО10 о выплате им зарплаты работникам ООО «<данные изъяты>» за счет собственных средств опровергнуты показаниями свидетелей ФИО42 и ФИО22 Суд также принимает во внимание, что перечисление денежных средств указанным им физическим лицам имело нерегулярный характер, не свойственный выплатам заработной платы. Доводы ФИО10 о перечислении денежных средств на счет ФИО42 для последующего внесения в бюджет ООО «<данные изъяты>» не нашли своего подтверждения, опровергнуты показаниями ФИО21, пояснившей, что ФИО10 указанных денежных средств для внесения в бюджет ООО «<данные изъяты>» ей не перечислял. Кроме того, отсутствует какие-либо документы, подтверждающие перечисление ФИО10 указанной суммы и ее последующее внесение в бюджет ООО «<данные изъяты>». Оснований для критической оценки показаний представителей потерпевшего и свидетелей не имеется, поскольку в ходе судебного следствия у указанных лиц, вопреки утверждению подсудимого, не установлено мотива для оговора, кроме того, их показания взаимно согласованы, не содержат существенных противоречий, а также подтверждаются иными исследованными по делу доказательствами. Согласно выводам эксперта, проведенной судебной бухгалтерской экспертизой не выявлено внесение ФИО10 в бюджет ООО «<данные изъяты>» каких-либо денежных средств, за исключением <данные изъяты> рублей, которые были ФИО10 возвращены. Таким образом, выводами эксперта также подтверждается отсутствие у ООО «<данные изъяты>» каких-либо обязательств перед ФИО10 Все доводы подсудимого ФИО10 об имевших место нарушениях при ведении бухгалтерской и налоговой отчетности суд не признает относимыми к данному делу, поскольку сам по себе факт наличия либо отсутствия подобных нарушений в деятельности ООО «<данные изъяты>» не влияет на квалификацию деяний подсудимого, а также не подтверждает и не опровергает виновность подсудимого в инкриминируемом ему деянии. В связи с изложенным факт нарушения в бухгалтерской и налоговой отчетности в ООО «<данные изъяты>» не входит в предмет доказывания по настоящему уголовному делу установленный ст.73 УПК РФ. Доводы ФИО10 о существовании в ООО «<данные изъяты>» «неофициальной кассы» через которую, в том числе производилась выплата заработной платы работникам, на оценку обстоятельств не влияют, поскольку само по себе существование подобной кассы и принятый в ООО «<данные изъяты>» порядок расчета по трудовым и иным договорам не является предметом рассмотрения данного уголовного дела и не относится к юридическим обстоятельствам подлежащим доказыванию, а кроме того, не опровергает факта растраты и не подтверждает факта внесения ФИО10 личных денежных средств в бюджет ООО «<данные изъяты>», объеме таких средств и дат их внесения. Таким образом, данные доводы стороны защиты не относятся к рассматриваемому уголовному делу и обстоятельства, на установлении которых настаивает сторона защиты в предмет доказывания по настоящему уголовному делу не входят. Представленные подсудимым в обоснование своих доводов о наличии между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» договорных отношений документы, вместе с тем не содержат каких-либо доказательств наличия у ООО «<данные изъяты>» долговых обязательств перед ООО «<данные изъяты>». Представленные ФИО10 документы либо подтверждают долговые обязательства ООО «<данные изъяты>» перед ООО «<данные изъяты>» (договоры аренды от ДД.ММ.ГГГГ, передаточный акт к нему, расписки и дополнительные соглашения к данному договору, либо доказывают наличие долговых обязательств ООО «<данные изъяты>» перед третьим лицом (договор подряд от ДД.ММ.ГГГГ, сметы и акты к указанному договору). Таким образом, из представленных документов не усматривается факта наличия у ООО «<данные изъяты>» задолженности перед ООО «<данные изъяты>», которая могла бы быть погашена путем перечисления ООО «<данные изъяты>» денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей. Кроме того, из представленных документов усматривается, что ООО «<данные изъяты>» выполнен ремонт в арендуемом у ООО «<данные изъяты>» нежилом помещении. Стоимость выполненных ремонтных работ составила <данные изъяты> рублей. При этом производство ремонтных работ ООО «<данные изъяты>» в арендуемом нежилом помещении не означает само по себе возникновение у ООО «<данные изъяты>» долговых обязательств перед ООО «<данные изъяты>» на сумму выполненных работ. В соответствии с п.2.3.3 Договора аренды от ДД.ММ.ГГГГ на арендодателя, то есть ООО «<данные изъяты>» возлагалась только обязанность производить за свой счет капитальный ремонт здания. Обязанности нести расходы по ремонту помещения указанный договор на арендодателя не возлагает. Отсутствуют какие-либо доказательства того, что ООО «<данные изъяты>» выставлялся ООО «<данные изъяты>» счет за выполненные работы, что данная задолженность была признана ООО «<данные изъяты>», что данными организациями проведена сверка и взаимозачет имеющихся задолженностей. А также, что по итогам подобного взаимозачета у «<данные изъяты>» осталась задолженности перед ООО «<данные изъяты>» в размере <данные изъяты> рублей. Учитывая также, что подтвержденная представленными документами стоимость произведенного ремонта, меньше суммы перечисленной ФИО10 в ООО <данные изъяты> отсутствуют доказательства обязанности у ООО «<данные изъяты>» нести расходы за выполненные работы, а также учитывая наличие договора аренды, согласно которому ООО «<данные изъяты>» обязалось выплачивать ООО «<данные изъяты>» арендную плату, суд находит несостоятельными доводы стороны защиты о том, что перевод денежных средств в ООО «<данные изъяты>» в размере <данные изъяты> рублей осуществлялся в счет погашения долговых обязательств ООО «<данные изъяты>» перед данной организацией. Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что представленные подсудимым документы, позицию обвинения не опровергают. Представленная подсудимым квитанция от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей согласуется с п.1 заключения судебно-бухгалтерской экспертизы и может рассматриваться как не противоречащая позиции стороны обвинения. Исследованными в ходе судебного заседания доказательствами также не подтверждаются доводы ФИО10 о том, что финансово-хозяйственное состояние ООО «<данные изъяты>» позволяло осуществлять вывод денежных средств из данной организации в бюджет ООО «<данные изъяты>». Так свидетели ФИО46 и ФИО47 показали что в ООО «<данные изъяты>» не имелось значительного штата работников, трудоустроенные в нем лица заработную плату не получали, фактически прекратило свою деятельность с ДД.ММ.ГГГГ Какими-либо иными материалами наличие у ООО «<данные изъяты>» значительных финансовых активов также не подтверждено. Представленный ФИО10 в ходе расследования уголовного дела договор займа № от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ООО «<данные изъяты>» в лице ФИО10 и ООО «<данные изъяты>» в лице ФИО61 не может быть признан достоверным, поскольку подпись ФИО61 не подтверждена экспертом, а сама ФИО61 отрицала факт подписания ею данного договора. Фактическое отсутствие указанного договора займа на момент перевода денежных средств подтверждается также расхождением реквизита договора займа указанным в платежных документах и в экземпляре договора, приобщенном к материалам уголовного дела, в связи с чем суд приходит к убеждению, что данное расхождение не могло возникнуть, если бы при оформлении платежных документов бухгалтер располагал вышеуказанным экземпляром договора. Кроме того, доводы ФИО10 о том, ФИО40, являющемуся также председателем совета директоров АКБ «<данные изъяты>», должно было быть известно о договоре с ООО «<данные изъяты>», поскольку данный договор наряду с другими документами предоставлялся в указанный банк при рассмотрении кредитной заявки, не принимаются судом как голословные и не подтвержденные объективными доказательствами, а кроме того, из исследованных документов следует, что кредит был выдан ООО «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ, а договор займа между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» датирован ДД.ММ.ГГГГ. Доводы стороны защиты об отсутствии долга в бухгалтерской отчетности ООО «<данные изъяты>» за ДД.ММ.ГГГГ представленной МИФНС № по <адрес> (том 8 л.д.160-243) не свидетельствует о его фактическом погашении, поскольку из показаний ФИО40 данная задолженность им не признавалась и подлежала снятию как несуществующая на основании возбуждения уголовного дела. Вопреки доводам ФИО10 наличие гражданско-правовых отношений не исключает уголовно-правовой квалификации совершенных им деяний. В связи с изложенным доводы защиты о необходимости оправдания подсудимого по предъявленному ему обвинению являются необоснованными и опровергаются собранными по уголовному делу доказательствами. С учетом установленных судом фактических обстоятельств дела в судебном заседании, суд квалифицирует действия ФИО10 по ч.4 ст.160 УК РФ, как растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере. Покушение на хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере: В судебном заседании подсудимый ФИО10 дал пояснения, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ его брат – ФИО3 уволился из ООО «<данные изъяты>» и продолжил заниматься своей деятельностью, в том числе планировал принять участие в аукционе от имени ООО «<данные изъяты>», в связи с чем его брат занял крупную сумму денежных средств, которые он (Веремейчик) помогал привезти брату в <адрес>. Заемные денежные средства хранились в офисе ООО «<данные изъяты> их было достаточно для участия не в одном аукционе, доступ к данным денежным средствам имел также ФИО46, который являлся доверенным лицом его брата и у которого были ключи от офиса. Кроме того, ФИО46, помимо того, что он был доверенным лицом ООО «<данные изъяты>», также работал в ООО «<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ он (ФИО2) продал компанию «<данные изъяты>». Доверенность на ФИО47 на представление последним интересов ООО «<данные изъяты>» им была выписана ДД.ММ.ГГГГ. Данные ФИО47 ему принес ФИО46, сообщив, что ФИО47 является представителем той самой компании, которая купила ООО «<данные изъяты>». Принять участие в аукционе он (Веремейчик) никого не просил. Денежное вознаграждение за участие в аукционе он никому не обещал. Документы на имя ФИО128, Фрунзы он не просил. Пакеты документов для участия в аукционе он не изготавливал и никому не передавал. В <адрес>, в периоды, на которые указывает ФИО46, его (Веремейчика) не было, поскольку ДД.ММ.ГГГГ он (Веремейчик) вылетел из <адрес>, вернулся ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ вновь улетел и в очередной раз вернулся в <адрес> только ДД.ММ.ГГГГ. Фрунзу в ООО «<данные изъяты>» привел ФИО46. Он (Веремейчик) с ФИО13 никогда не созванивался, у адвоката ФИО56 не встречался. Также подсудимый указал, что ФИО46 умышленно его оговаривает, поскольку должен ему (Веремейчику) и его брату крупную сумму денежных средств, около <данные изъяты> рублей. А денежное вознаграждение выдавалось им (Веремейчиком) ФИО133 за участие последним в проекте «<данные изъяты>». Вместе с тем, из показаний подсудимого ФИО11 данных им в ходе предварительного следствия (том 10 л.д.42-46, 48-50, том 11 л.д.87-88, 101-102) и подтвержденных в полном объеме в судебном заседании, в целом следует, что с Веремейчиком он познакомился, когда работал в ООО «<данные изъяты>» разнорабочим. В начале ДД.ММ.ГГГГ по просьбе Веремейчика он приехал в офис, расположенный в <адрес>. В ходе разговора Веремейчик, за денежное вознаграждение <данные изъяты> рублей попросил его поучаствовать в аукционе по продаже имущества, проводимом <адрес>, куда необходимо отнести соответствующие документы, тем самым подать заявку. Он согласился, поскольку на тот момент не имел постоянного источника дохода и нуждался в деньгах. Заявку на участие в аукционе и прилагаемые к ней документы он, возможно, получил или от Веремейчика или от ФИО46, который также по просьбе Веремейчика подавал заявку на участие в аукционе, как представитель ООО «<данные изъяты>». Все документы, которые ему передали для участия в аукционе, в том числе копии двух кассовых чеков о внесении задатка на сумму <данные изъяты> рублей и <данные изъяты> рублей, он, ДД.ММ.ГГГГ предоставил специалисту Управления. Задаток в общей сумме <данные изъяты> рублей он не вносил, и таких денег у него никогда не было. Самостоятельно он никогда не намеревался приобрести на аукционе нежилые здания и земельные участки. ДД.ММ.ГГГГ он не явился на аукцион, поскольку Веремейчик его об этом не просил. Примерно в конце июля – начале ДД.ММ.ГГГГ они снова встретились с Веремейчиком, и при данной встрече Веремейчик познакомив его с адвокатом ФИО56, сказал, что в судебном порядке необходимо взыскать с <данные изъяты> ранее внесенный задаток в сумме <данные изъяты> рублей, а его (ФИО13) интересы при этом будет представлять данный адвокат, а ему (Фрунзе) нужно только подписывать все необходимые документы и никуда ходить не нужно. В этот же день, адвокат ФИО56 для подписания предоставил ему заявление о возврате задатка, которое он отнес по просьбе Веремейчика или ФИО56 в <данные изъяты>, где оно было зарегистрировано. При этом он понимал, что задатки в данных суммах он не вносил, и у него нет оснований их взыскивать. Через несколько месяцев ему позвонил ФИО56 и сказал, что нужно приехать и подписать исковое заявление в <адрес> о взыскании задатка. ДД.ММ.ГГГГ он подписал исковое заявление, которое в суд подавал адвокат. В заявлении о возврате задатка он указал номер своего банковского счета, который открыл в ПАО «<данные изъяты>» примерно в ДД.ММ.ГГГГ по просьбе Веремейчика. В судебном процессе в качестве представителя истца участвовал только адвокат ФИО56 он (ФИО13) в судебных заседаниях участия не принимал. В случае если бы исковое заявление было удовлетворено и на его банковский счет были перечислены деньги, то дальнейшие действия им производились по просьбе Веремейчика. ДД.ММ.ГГГГ он лично получил письмо из <адрес>, в котором сообщалось, что денежные средства по кассовым чекам, представленным им, фактически не вносились. Не смотря на это, он по просьбе Веремейчика подписал исковое заявление в суд о взыскании с Управления имущества <данные изъяты> рублей, то есть совместно с Веремейчиком пытался похитить денежные средства в указанной сумме. В совершенном совместно с Веремейчиком преступлении полностью признается. Указанные обстоятельства совершения преступления совместно с ФИО10 ФИО9 сообщил и в явке с повинной от ДД.ММ.ГГГГ (том 10 л.д.35). Суд расценивает показания подсудимого ФИО9 данные в ходе предварительного следствия, как допустимые доказательства, поскольку нарушений требований УПК РФ при их получении судом не установлено: подсудимый допрашивался в допустимое время, при непосредственном участии защитника, из протоколов допроса следует, что ФИО9 был ознакомлен с их содержанием, возражений после ознакомления с протоколами относительно достоверности и правильности изложения сообщенных в ходе допросов сведений от него не поступало, о чем свидетельствует как его подписи, так и подпись защитника в процессуальных документах. У суда нет оснований ставить под сомнение правдивость показаний подсудимого ФИО9, данных им в ходе предварительного следствия, поскольку они подтверждаются совокупностью представленных и исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, а потому признательные показания подсудимого ФИО9 данные им на предварительном следствии, суд признает достоверными и в совокупности с другими доказательствами берет за основу содеянного подсудимыми. В то же время, проверив доводы подсудимого ФИО10 о том, что данное преступление он не совершал и, сопоставив данные им в настоящем судебном заседании показания, с иными исследованными в судебном заседании доказательствами, суд приходит к выводу о недостоверности последних и расценивает их как попытку уйти от ответственности за содеянное. При этом виновность, как ФИО10, так и ФИО9 в инкриминируемом преступлении нашла свое полное подтверждение всей совокупностью исследованных судом доказательств, а именно: Так, из показаний представителя потерпевшего МО <адрес> ФИО16 в судебном заседании следует, что в ДД.ММ.ГГГГ ей в работу был отписан материал по исковому заявлению ФИО1 к <адрес> с требованием вернуть ранее внесенный задаток для участия в аукционе в сумме <данные изъяты> рублей. При подготовке к судебному процессу ею было установлено, что <адрес> в рамках исполнения Местной программы приватизации было издано распоряжение о приватизации муниципального имущества. Согласно протоколу рассмотрения заявок на участие в аукционах участником аукциона на приватизацию объектов были признаны ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» и ФИО13. ДД.ММ.ГГГГ в помещении Управления прошел открытый аукцион, на который все три участника не явились, в связи с чем аукцион был признан несостоявшимся. При этом при проверке документов, представленных ФИО13 было установлено, что задаток был оплачен через платежного агента ООО «<данные изъяты>» наличностью через терминал в общей сумме <данные изъяты> рублей. Аналогичная ситуация была установлена и при проверки документов, представленных ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», оплативших задаток через платежного агента ООО «<данные изъяты>» наличностью через терминал в общей сумме <данные изъяты> рублей, <данные изъяты> рублей соответственно. При этом суммы задатка в несколько раз превышали стоимость выкупаемых объектов. Между Управлением и ООО «<данные изъяты>» заключен договор о приеме платежей. Директором ООО «<данные изъяты>» на момент заключения договора являлся Веремейчик. По выписке из ЕГРЮЛ ей стало известно, что директором ООО «<данные изъяты>» является ФИО3, что ООО «<данные изъяты>» реорганизовано путем присоединения к предприятию, которое в свою очередь находится в стадии ликвидации. В связи с данными обстоятельствами у нее стали появляться сомнения о том, что задаток фактически был внесен. Кроме того согласно квитанциям многомиллионные и тысячные суммы денежных средств вносились за минуты, тогда как у большинства терминалов отсек для наличности не может принимать более 1 500 купюр. Также были выявлены несовпадения в номерах квитанций о внесении денежных средств. Кроме того, реквизиты расчетного счета, по которому необходимо было оплатить задаток, и который был указан в аукционной документации и который указан в представленных ФИО13, ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» квитанциях, отличается от реквизитов расчетного счета, по которому ООО «<данные изъяты>» должно было осуществлять переводы, согласно условиям договора о приеме платеже. Согласно представленным ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты> и ФИО13 чекам адресом нахождения кассы-терминала значился адрес: <адрес>, тогда как терминал по приему платежей не может находиться в квартире. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 обратился с письменным заявлением с требованием вернуть ранее перечисленный задаток, но ему было отказано, поскольку денежные средства на счет <адрес> После данного отказа ФИО13 обратился с иском в суд с требованием вернуть ранее перечисленный задаток. После подачи иска, дополнительно ФИО13 были предоставлены справки-подтверждения ООО «<данные изъяты>», подписанные уполномоченным представителем ФИО47. В судебные заседания ФИО13 не являлся, его интересы по ордеру представлял адвокат ФИО56. В том случае, если бы иск ФИО13 был удовлетворен, денежные средства ему были бы выплачены из бюджетных средств <адрес> и в этом случае ущерб был бы причинен <адрес>. Обстоятельства, изложенные представителем потерпевшего, также отражены и в заключении по результатам служебной проверки (том 3 л.д.127-133). Показания в судебном заседании свидетеля ФИО49, работавшего в период ДД.ММ.ГГГГ в должности заместителя начальника <адрес>, подтверждают те же обстоятельства о событиях, что были изложены представителем потерпевшего ФИО16 Дополнительно свидетель пояснил, что от имени Управления он обратился в отдел МВД России по <адрес> с заявлением о проведении проверки и привлечении виновных лиц к ответственности по факту предоставления ФИО13, ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» поддельных кассовых чеков о внесении задатков для участия в торгах в форме аукциона по продаже муниципального недвижимого имущества. ДД.ММ.ГГГГ и.о. начальника <адрес> ФИО49, обратился с заявлением, которое было зарегистрировано в КУСП ОМВД России по городу Норильску №, о проведении проверки и привлечении виновных лиц к ответственности по факту обращения ФИО13 в <данные изъяты> с исковым заявлением к <адрес> о взыскании задатка внесенного участником торгов в общей сумме <данные изъяты> рублей, которые на счет Управления <адрес> (том 1 л.д.67-68). Свидетель ФИО50, работающая в МУ <адрес>» в должности главного специалиста отдела учета приватизации, в судебном заседании поясняла, что в ДД.ММ.ГГГГ было издано распоряжение о приватизации муниципального имущества, во исполнение которого ею проводилась предварительная работа по проведению аукциона, и размещена информации о проводимом аукционе на сайте. Аукционной документацией предусматривалось внесение задатка в сумме 5 % от начальной стоимости приватизируемого имущества, который подлежал внесению любым способом, на расчетный счет <адрес> На официальном сайте была размещена информация о дате проведения торгов, объектах недвижимости и их начальная стоимость. Приемом и рассмотрением заявок занимались она и ФИО144. Документы на участие в аукционе от Фрунзы принимала она ДД.ММ.ГГГГ, которым в качестве документов, подтверждающих внесение задатка были предоставлены копии кассовых чеков о внесении наличных денежных средств через терминалы платежного агента ООО «<данные изъяты>» в общей сумме <данные изъяты> рублей и превышали в несколько раз стоимость выкупаемых объектов. Аналогичная ситуация с задатком была и у других участников аукциона – ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Сверка сведений из копий кассовых чеков, представленных данными участниками, со сведениями Финансового управления не проводилась, поскольку ранее никаких проблем по поводу внесения задатков не было, в связи с чем ФИО13, ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» были признаны участниками аукциона. ДД.ММ.ГГГГ прошел открытый аукцион, участники ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» и ФИО13 на аукцион не явились, о чем была сделана отметка в протоколе, а торги признаны несостоявшимися. В случае если аукцион признается несостоявшимся, задаток возвращается участнику автоматически в срок не более 5 дней с момента проведения аукциона. В связи с тем, что аукцион был признан несостоявшимся были приняты меры для возврата задатка в адрес участников аукциона. Для этого была направлена служебная записка в адрес отдела финансирования, но поскольку задатки, внесенные указанными участниками на счет Финансового управления не поступили, в связи с чем фактически неперечисленный задаток, в адрес участников аукциона возвращен не был. Показания в судебном заседании свидетеля ФИО51, подтверждают те же обстоятельства о событиях, что были изложены свидетелем ФИО50 Свидетель ФИО52 в судебном заседании подтвердила, что примерно в конце ДД.ММ.ГГГГ ей на исполнение поступила служебная записка от начальника отдела приватизации ФИО144 с просьбой вернуть внесенные для участия в аукционе задатки, проводимом Управлением в ДД.ММ.ГГГГ, в том числе плательщику ФИО13. При проверке выписок со всех лицевых счетов Управления обнаружилось, что денежные средства от указанного плательщика на счет Управления не поступали. Ей также были представлены кассовые чеки о внесенных задатках, в которых был указан лицевой счет Управления, на который якобы были внесены задатки. В ходе проверки сведений отраженных в данных чеках установлено, что в них неверно указан ОКТМО. В случае если операция была проведена по данным реквизитам, то денежные средства были перечислены на счет <данные изъяты>, открытый в <данные изъяты> – невыясненные поступления. В дальнейшем <данные изъяты> производит уточнение данных и перечисляет денежные средства по верным реквизитам. Если же в кассовых чеках были указаны верные КБК и расчетный счет <данные изъяты>, <данные изъяты>, в случае поступления денежных средств с ошибочным ОКТМО, производит уточнение с <данные изъяты>, а не с другими учреждениями. Однако, денежные средства на счет <данные изъяты> не поступали, никаких уточнений не производилось, в связи с чем ею была написана служебная записка. В ДД.ММ.ГГГГ с электронной почты ООО «<данные изъяты>» на электронную почту Управления поступили реестры платежей ДД.ММ.ГГГГ, из которых следовало, что через платежного агента ООО «<данные изъяты>» ФИО13 внес задаток для участия в аукционе на лицевой счет, предназначенный для средств временного распоряжения. Однако в ходе проверки сведений реестра денежные средства на лицевой счет Управления не поступали, о чем она лично подготовила ответ на имя Фрунзы, который отправила в ДД.ММ.ГГГГ письмом с уведомлением, которое ФИО13 получил лично. Кроме того, ООО «<данные изъяты>» ранее никогда не присылало реестры плательщиков. Свидетель ФИО46 в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (том 3 л.д.218-221, 222-223) дал показания, из которых следует, что примерно ДД.ММ.ГГГГ он знаком с Веремейчиком, который являлся директором ООО «<данные изъяты>» и который трудоустроил его в данное Общество на должность начальника материально-технического отдела. В ходе общения с Веремейчиком ему стало известно, что последний также является генеральным директором ООО «<данные изъяты>», офис которого расположен по адресу: <адрес> где также располагался офис ООО «<данные изъяты>», где с ДД.ММ.ГГГГ он (ФИО46) работал исполнительным директором. Учредителем и генеральным директором ООО «<данные изъяты>» является брат подсудимого. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ Веремейчик обратился к нему с просьбой помочь организовать работу по сбору терминалов оплаты, принадлежащих ООО «<данные изъяты>», и перевозке их на склад в <адрес>, с этой целью Веремейчик оформил на его (ФИО46) имя доверенность, на основании которой он имел право собирать и перевозить банкоматы. Примерно в июне 2016 года по просьбе ФИО2 он нашел еще одного работника в ООО «Интел-Град» - ФИО47, который должен был при необходимости выполнять различные работы для ООО «<данные изъяты>». Данные ФИО47 он передал Веремейчику для оформления трудоустройства. В ДД.ММ.ГГГГ от Веремейчика ему стало известно, что последний планирует принять участие в аукционе для приобретения объектов недвижимости. При этом Веремейчик попросил его найти несколько человек, которые могли бы передать заявки на участие в аукционе и другие необходимые документы, для того чтобы аукцион был назначен и признан состоявшимся, пообещав за данную работу небольшое вознаграждение. С этой целью он попросил своих знакомых ФИО12 и ФИО13, которые на тот момент нигде не работали, подать документы для участия в аукционе, а третьим участником от имени ООО «ФИО152» по доверенности, которую должен был оформить на его имя ФИО3, участие согласился принять он сам. Свои документы, а также документы ФИО128 и ФИО13, он передал Веремейчику, который ему пояснил, что подготовит заявки для участия в аукционе от имени ООО «<данные изъяты>», представителем которого укажет его (ФИО46), от имени ООО «<данные изъяты>», представителем которого укажет ФИО128 и от имени ФИО13, как физического лица. В последующем, на рабочем столе Веремейчика, расположенном в офисе ООО «<данные изъяты>», он видел заявки на участие в аукционе от имени указанных участников и другие документы, необходимые для участия в аукционе, а также оргтехнику и печатающее устройство из терминала, а именно внутреннюю составную часть терминала термопринтер, который был подключен к компьютеру, а также кассовые чеки. Он знал, что кроме Веремейчика в это время в офисе никого не было, кроме него некому было оформлять в электронном виде и распечатывать данные документы. Через несколько дней Веремейчик, в этом же офисе, передал ему пакет документов для участия в аукционе, на каждого из участников. Среди данных документов также были кассовые чеки о внесении задатков для участия в аукционе в сумме от <данные изъяты> рублей и выше, где в качестве плательщиков были указаны он, ФИО128 и ФИО13, хотя ни он, ни остальные участники денежные средства в качестве задатков не вносили, тем более, что денежных средств в таком размере у них не было. Веремейчик относительно данных чеков ему пояснил, что нет смысла вносить денежные средства фактически, поскольку их нет в наличии, а брать кредит в банке не выгодно. ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ он, ФИО13 и ФИО128 подали заявки для участия в аукционе. По просьбе ФИО2 в ДД.ММ.ГГГГ он вывез и спрятал из офиса ООО «<данные изъяты>» термопринтер, блок питания для использования термопринтера вне терминала, ноутбук «HP», принадлежащие Веремейчику. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ в ходе разговора с ФИО13 ему стало известно, что по предложению Веремейчика он (ФИО13) подал исковое заявление в суд о взыскании суммы задатка, внесенного для участия в аукционе. В это же время ему стало известно, что ООО «<данные изъяты>» было продано и платежи фактически не принимались ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ по просьбе Веремейчика, он, ФИО13 и ФИО47 собрали оставшиеся терминалы, после чего отвезли их в <адрес>. Также свидетель ФИО46 указал, что после подачи заявки для участия в аукционе Веремейчик передал ему доверенность на имя ФИО47 печать ООО «<данные изъяты>» и справки-подтверждения, уже оформленные от имени уполномоченного представителя ООО «<данные изъяты>» ФИО47, согласно которым ООО «<данные изъяты>» подтверждает оплату через пункт приема платежей. Кроме того, свидетель отрицал тот факт, что в офисе ООО «<данные изъяты>», который одновременно являлся и офисом ООО «<данные изъяты>» находились какие-либо денежные средства, а также отрицал факт передачи ему ФИО3 денежных средств для участия в аукционе. Из показаний свидетеля ФИО47 в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (том 3 л.д.161-164) следует, что в ДД.ММ.ГГГГ он приехал в <адрес> с целью трудоустройства, через 3-4 дня познакомился с ФИО46, который предложил ему работать в ООО «<данные изъяты>», пояснив, что фирма небольшая, занимается обслуживанием банкоматов в <адрес>. Относительно заработной платы ФИО46 пояснил, что выплата будет производиться через «неофициальную» кассу. Со слов ФИО46 он понял, что последний является руководителем данного Общества. Дав свое согласие на работу в данном Обществе, отдал ФИО46 свои документы для оформления. Примерно в конце ДД.ММ.ГГГГ, а может позже, ФИО46 приехал к нему домой и привез в двух экземплярах доверенность от ООО «<данные изъяты>» на его (ФИО47) имя для представления интересов и печать ООО «<данные изъяты>». Соответствовала ли дата в доверенности текущей дате, он не помнит, так как не обратил на это внимание. Также ФИО14 попросил подписать документы от имени ООО «<данные изъяты>», а именно справки-подтверждения о произведенных платежах через пункт приема платежей ООО «<данные изъяты>», количество данных справок было около 100-150 штук и все были в нескольких экземплярах. Соответствовали ли даты в справках текущей дате, он также не помнит, так как не обратил на это внимание. Также свидетель подтвердил, что в ДД.ММ.ГГГГ он, по просьбе ФИО46, совместно с последним и Фрунза собирали по городу Норильску терминалы, принадлежащие ООО «<данные изъяты>», после чего отвезли их в <адрес>. Кроме того, свидетель подтвердил, что ему в ходе следствия были предъявлены копии справок подтверждений от ДД.ММ.ГГГГ, при осмотре которых он подтвердил, что в данных справках стоит его подпись, и данные справки он подписал при вышеуказанных обстоятельствах. Изложенное представителем потерпевшего, свидетелями объективно подтверждается также совокупностью исследованных в судебном заседании документальных доказательств, а именно: ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ №, с учетом изменений, внесенных ФИО4 <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, утверждена Местная программа приватизации имущества муниципального образования <адрес> ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д.123-137). В протоколе выемки от ДД.ММ.ГГГГ отражено изъятие в МУ «<адрес>» документов: предоставленных ФИО9, ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» для участия в аукционе по продаже муниципального имущества; служебной записки начальника отдела финансирования, учета и отчетности ФИО53; распоряжения руководителя Администрации <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ об утверждении плана приватизации муниципального недвижимого имущества; протокола № от ДД.ММ.ГГГГ приема заявок от претендентов на участие в аукционе; договора о приеме платежей №-А от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д.10-11), которые в ходе предварительного следствия были осмотрены и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (том 2 л.д.12-24, 25-137) о чем составлены соответствующие протоколы. Осмотром указанных документов, в том числе зафиксирован и подтверждается факт обращения ФИО9 как физического лица ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> с заявкой для участия в открытом аукционе, и предоставления документов, предусмотренных аукционной документацией, а именно: заявления, копии чеков об уплате задатка для участия в аукционе на сумму <данные изъяты> рублей, и на сумму <данные изъяты> рублей, копии паспорта; Осмотром также зафиксирован и подтверждается факт признания, в том числе ФИО9 участником аукциона на приватизацию объекта по адресу: <адрес> уведомления о признании участником аукциона. Также подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ документы на участие в аукционе от имени ООО «<данные изъяты>» предоставил представитель по доверенности – ФИО54, от имени ООО «<данные изъяты>» по доверенности - ФИО46 Служебной запиской от ДД.ММ.ГГГГ начальника отдела финансирования, учета и отчетности ФИО53 подтверждается факт возвращения отделу учета и приватизации Управления имущества пакета документов о возврате задатков, оплаченных для участия в аукционе, без исполнения: ФИО9, ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», мотивированный тем, что данные платежи на расчетный счет <адрес> в <адрес>, <адрес> не поступали. Договором о приеме платежей №-А от ДД.ММ.ГГГГ заключенным между <данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>» подтверждается отличие реквизитов расчетного счета, по которому необходимо оплатить задаток, и который был указан в аукционной документации от реквизитов указанных в чеках о внесении задатков для участия в аукционе (том 2 л.д.118-122). Протоколом обыска, проведенного ДД.ММ.ГГГГ по месту проживания ФИО47 - гаража, расположенного по адресу: <адрес> зафиксирован факт обнаружения и изъятия: доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ от ООО «<данные изъяты>» в лице генерального директора ФИО10 на предоставление полномочий ФИО47, печати ООО «<данные изъяты>» (том 3 л.д.170-173), которые были осмотрены и признаны вещественными доказательствами (том 3 л.д.174-175, 176, 178, 179). Протоколом обыска, проведенного ДД.ММ.ГГГГ в офисе ООО «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес> зафиксирован факт обнаружения и изъятия предметов, в том числе принадлежащих ФИО10 (том 3 л.д.187-190, 193), что свидетельствует о том, что ФИО10 находился и осуществлял свою деятельность по указанному адресу, которые были осмотрены и признаны вещественными доказательствами (том 3 л.д.191-192, 194-195). В протоколе выемки от ДД.ММ.ГГГГ отражено изъятие у свидетеля ФИО46 термопринтера марки «<данные изъяты> блока питания к нему, принадлежащих ФИО10 (том 3 л.д.225-226), которые в ходе следствия были осмотрены и приобщены в качестве вещественных доказательств (том 3 л.д.227-232, 233). В ходе следственного эксперимента, проведенного ДД.ММ.ГГГГ с участием специалиста ФИО55 с целью установления возможности использования термопринтера марки «<данные изъяты> вне терминала с помощью персонального компьютера, установлена возможность использовать указанный термопринтер вне терминала, с помощью персонального компьютера и <данные изъяты> (том 3 л.д. 241-242). В протоколе выемки от ДД.ММ.ГГГГ отражено изъятие у ФИО9 при участии защитника ФИО56 документов о внесении денежных средств через терминалы платежного агента ООО «<данные изъяты>» для участия в аукционе по продаже муниципального имущества, а именно: кассового чека № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей; кассового чека № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей; справки – подтверждения от ДД.ММ.ГГГГ №, № ООО «<данные изъяты>» за подписью ФИО47 (том 4 л.д.7-8), которые были осмотрены и приобщены в качестве вещественных доказательств (том 4 л.д. 9-14, 15). Согласно заключению судебной технико-криминалистической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, кассовые чеки № и № выполнены на термоактивной бумаге с помощью знакопечатающего устройства мозаичного типа, работающего по типу термопечати. Данные чеки могли быть напечатаны как на одном устройстве, так и на разных, имеющих одинаковые характеристики (конфигурация и размер знаков, однотипный печатающий узел, расположение знаков и строк относительно друг друга и т.д.) (том 4 л.д. 23-37). В ходе дополнительного осмотра ДД.ММ.ГГГГ термопринтера марки «<данные изъяты> и блока питания была произведена автоматическая печать 30 (тридцати) стартовых кассовых чеков с указанием настроек термопринтера, которые признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств (том 4 л.д. 42-43). По заключению судебной трасологической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что линии отделений (срезов), расположенные на двух кассовых чеках № и № со следами отделения, и линии отделений (срезов), расположенные в контрольных кассовых чеках, полученных ДД.ММ.ГГГГ в ходе следственного эксперимента, стартовых кассовых чеках с указанием настроек термопринтера, полученных ДД.ММ.ГГГГ в ходе дополнительного осмотра термопринтера «<данные изъяты>», идентичны и могли быть образованы, как одним предметом (ножом), так и разными, имеющими сходные характеристики режущей части – отсутствие дефектов и остроты режущей кромки. Линии отделений (срезов), расположенные на двух кассовых чеках № и № со следами отделения, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки у ФИО9, могли быть образованы, как термопринтером «<данные изъяты> в результате отрезания (отделения) кассовой термоленты при выдаче чеков, экспериментальные образцы которых представлены в качестве сравнительного материала, так и другим аналогичным оборудованием, имеющим сходные характеристики режущей части отрезного ножа (том 4 л.д. 56-67). Заключением судебной технико-криминалистической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что кассовые чеки № и №, могли быть распечатаны, как на термопринтере <данные изъяты> изъятом ДД.ММ.ГГГГ, чьи экспериментальные контрольные образцы кассовых чеков представлены в качестве сравнительного материала на экспертизу, так и на другом оборудовании с аналогичным печатающим узлом (механизмом) (том 4 л.д. 81-92). В протоколе выемки от ДД.ММ.ГГГГ отражено изъятие у свидетеля ФИО53 выписки из лицевого счета № МУ «<адрес>» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 36 листах и почтового уведомления о получении лично ФИО9 письма из <данные изъяты><адрес> (том 4 л.д. 102-103). Осмотром указанных документов, зафиксировано и подтверждается, что на лицевой счет № МУ «<адрес>» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ денежные средства от ФИО9 не поступали, а также подтверждается факт получения лично ФИО9 соответствующего уведомления (том 4 л.д.104-105, 106-107, 108-143, 144). В протоколе от ДД.ММ.ГГГГ зафиксировано получение у ФИО9 экспериментальных образцов почерка и подписи для проведения судебной почерковедческой экспертизы (том 4 л.д. 150), по заключению которой подписи от имени ФИО9 в описи документов от ДД.ММ.ГГГГ регистрационный № (в 2 экземплярах), в заявке на участие в аукционе – регистрационный № от ДД.ММ.ГГГГ, в описи документов от ДД.ММ.ГГГГ регистрационный 298 (в 2 экземплярах), в заявке на участие в аукционе – регистрационный № от ДД.ММ.ГГГГ, в строке «Получил» Уведомления о вручении № от ДД.ММ.ГГГГ на оборотной стороне бланка, выполнены ФИО9 Расшифровки подписей от имени ФИО9 в описи документов от ДД.ММ.ГГГГ регистрационный № (в 2 экземплярах), в заявке на участие в аукционе – регистрационный № от ДД.ММ.ГГГГ, в описи документов от ДД.ММ.ГГГГ регистрационный № (в 2 экземплярах), в заявке на участие в аукционе – регистрационный № от ДД.ММ.ГГГГ, в строке «Получил» Уведомления о вручении от ДД.ММ.ГГГГ на обороте стороне «Подпись ФИО5», в почтовом уведомлении в строке «Получил» на оборотной стороне бланка, выполнены ФИО9 (том 4 л.д. 159-165). Протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ зафиксировано изъятие у сотрудника ГИБДД ОМВД России по <адрес> кассового чека ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ (том 4 л.д.192-193), в ходе осмотра которого зафиксировано существенное отличие от кассовых чеков, представленных ФИО9 в качестве подтверждения оплаты задатков для участия в аукционе (том 4 л.д.194-195, 196, 197). Согласно информации, представленной ПАО <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО9 был открыт счет № (том 10 л.д.198). Из информационного письма <данные изъяты><адрес> следует, что в иных аукционах по продаже муниципального имущества, проводимых Управлением до ДД.ММ.ГГГГ ФИО9, а также ФИО10 участия не принимали (том 9 л.д.177-178). Факт обращения ФИО9 в Управление имущества с требованием о возврате задатка, подтверждается его заявлением от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.112), а факт обращения в суд с исковым заявлением ДД.ММ.ГГГГ, его копией (том 1 л.д.114-115). На основании <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований ФИО5 к Управлению имущества Администрации <адрес> о взыскании задатка, внесенного участником торгов, в размере <данные изъяты> рублей - отказано в полном объеме заявленных требований (том 10 л.д. 203-205). Оценивая вышеуказанные доказательства в их совокупности и системной взаимосвязи, суд приходит к выводу, что они являются относимыми, допустимыми и достаточными, и подтверждают виновность ФИО10 и ФИО9 в инкриминируемом им преступлении, и считает установленным, что в ДД.ММ.ГГГГ не позднее ДД.ММ.ГГГГ (точное время не установлено), ФИО10 и ФИО9 вступили между собой в преступный сговор, направленный на хищение путем обмана денежных средств из бюджета муниципального образования <адрес> путем предоставления заведомо подложных документов в МУ «<данные изъяты>» для участия в аукционе по продаже муниципального недвижимого имущества, проводимом ДД.ММ.ГГГГ Управлением, реализуя который, ФИО10 в ДД.ММ.ГГГГ, но не позднее ДД.ММ.ГГГГ, находясь в неустановленном месте, изготовил заведомо подложные документы, в том числе, поддельные кассовые чеки о внесении задатка через оператора по приему платежей ООО «<данные изъяты>» денежных средств в общей сумме <данные изъяты> рублей, необходимые для участия в вышеуказанном аукционе, с целью последующего незаконного взыскания задатка, достоверно и заведомо зная, что денежные средства в указанной сумме в качестве задатка не вносились, которые ФИО9, согласно отведенной ему роли, ДД.ММ.ГГГГ умышленно предоставил в Управление, достоверно и заведомо зная, что денежные средства по поддельным кассовым чекам на лицевой счет Управления, не вносились, тем самым обманув должностных лиц Управления, относительно фактически внесенного задатка. Участвовать в проведении аукциона ФИО10 и ФИО9 заведомо не намеревались. На основании предоставленных ФИО9 подложных документов, должностные лица Управления, добросовестно заблуждаясь относительно преступных действий ФИО10 и ФИО9, приняли решение о признании заявителя – ФИО9 участником вышеуказанного аукциона, а ФИО9, действуя группой лиц по предварительному сговору с ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ, обратился с письменным заявлением в Управление с требованием вернуть ранее перечисленный задаток, в чем ему было отказано, поскольку денежные средства согласно предоставленным им кассовым чекам на лицевой счет Управления, открытый в МУ «Финансовое <данные изъяты>» не поступали. ДД.ММ.ГГГГ ФИО9, действуя совместно и согласованно с ФИО10, обратился в <данные изъяты> с исковым заявлением к МУ «<адрес>» о взыскании задатка, внесенного участником. ДД.ММ.ГГГГ на основании ФИО4 Норильского ФИО8 суда по делу № в удовлетворении указанных исковых требований ФИО9 отказано в полном объеме в связи с отсутствием достаточных и достоверных доказательств перечисления денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей по надлежащим реквизитам МУ «Управление имущества Администрации <адрес>», тем самым ФИО10 и ФИО5, группой лиц по предварительному сговору пытались путем обмана похитить денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, в особо крупном размере, принадлежащие муниципальному образованию <адрес>, однако, довести свои преступные действия, направленные на хищение чужого имущества до конца не смогли, по независящим от них обстоятельствам. Указанные доказательства последовательны и не противоречивы, согласуются друг с другом и объективно друг друга подтверждают. При этом, представленные стороной обвинения: протокол обыска от ДД.ММ.ГГГГ в офисе ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> в части изъятия документов ООО «<данные изъяты> на 263 листах (том 3 л.д.187-190); протоколы осмотра и признания вещественным доказательством указанных документов (том 3 л.д. 191-193, 200-201), суд признает неотносимыми доказательствами по данному преступлению, поскольку данные доказательства не содержат информацию об обстоятельствах, подлежащих установлению в соответствии со ст.73 УПК РФ. Подсудимый в обоснование своих доводов сосался на следующие документы: <данные изъяты> депутатов <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении Местной программы приватизации имущества МО <адрес> ДД.ММ.ГГГГ» (том 2 л.д.123-137), договор о приеме платежей №-А от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.69-71), протокол № приема заявок от претендентов на участие в аукционе от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.83-85), ксерокопия расписки ФИО46 (том 9 л.д.241-242), расписки ФИО46 (том 11 л.д.43, 160), ответ ПАО <данные изъяты> об открытых на имя ФИО9 счетах (том 10 л.д.198), заявление ФИО9 о возврате задатка (том 1 л.д.112), копией искового заявления (том 1 л.д.114-115), выпиской по счету ФИО10, в которой зафиксирован факт осуществления подсудимым переводов денежных средств в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> (том 7 л.д.162-216), постановлением о назначении судебной компьютерной экспертизы (том 5 л.д.15-16), заключением судебной компьютерной экспертизы и приложением с перечнем файлов (том 5 л.д.37-213), протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (том 8 л.д.60-63), представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления (том 11 л.д.70-73), а также на вещественные доказательства: документы, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки в МУ «<адрес>», предоставленные ФИО9 для участия в открытом аукционе по продаже муниципального имущества; доверенность от ООО «<данные изъяты>» на имя ФИО46; кассовую книгу ДД.ММ.ГГГГ, в которой имеется счет по оплате ФИО10 авиабилетов от ДД.ММ.ГГГГ; сшив счета-фактуры ДД.ММ.ГГГГ, в которой имеется акт о выплате ООО «<данные изъяты>» услуги за оформление ФИО10 авиабилетов на ДД.ММ.ГГГГ; сшив договоры с контрагентами ДД.ММ.ГГГГ в котором имеется договор, заключенный с адвокатом ФИО57; а также платежные поручения по оплате юридических услуг и оплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы (сшив ООО «<данные изъяты>» <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ), а также, приобщенные в ходе судебного следствия копии сведений о перелете ФИО10, договоры займа денежных средств ФИО3 Вместе с тем, указанные доказательства не опровергают позицию стороны обвинения по данному эпизоду и вопреки утверждению подсудимого не свидетельствуют о его невиновности. Свидетелем стороны защиты ФИО3 в судебном заседании даны показания, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ он занял денежные средства у физических лиц в размере <данные изъяты> рублей для осуществления создания и развития нового предприятия на территории <адрес>. В ДД.ММ.ГГГГ <адрес> на аукцион были выставлены для продажи здания, подходящие для данных целей, в связи с чем было принято ФИО4 об участии ООО «<данные изъяты>» в данном аукционе, и о чем им было дано устное распоряжение своему директору ФИО46 который должен был подготовить для участия в аукционе все необходимые документы и внести в счет задатка денежные средства. Только после возбуждения уголовного дела в отношении его брата – Веремейчика, ему стало известно о том, что денежные средства в качестве задатка внесены не были. Деньги хранились в офисе ООО «<данные изъяты>», доступ к данному помещению и денежным средствам имел также ФИО46, и где в настоящее время денежные средства, ему не известно. Также свидетель указал, на то обстоятельство, что ФИО46 должен ему и его брату крупную сумму денежных средств. Вопреки утверждению подсудимого представленные доказательства не подтверждают наличие у него алиби, поскольку не существовало каких-либо объективных препятствий для передачи им необходимых документов в периоды предшествующие его отъезду из <адрес>. Также не имелось препятствий для оформления и передачи необходимых документов дистанционно. Из показаний свидетелей ФИО46 также не усматривается, что документы передавались именно в периоды отсутствия ФИО10 в <адрес>. Доводы подсудимого о наличии у его брата необходимых для участия в аукционе денежных средств, а также показания свидетеля ФИО3 и договоры займа, также не могут быть приняты во внимание, поскольку сам по себе факт наличия денежных средств в необходимой сумме не свидетельствует о намерении ФИО3 участвовать в аукционе на приобретение муниципального имущества. Показания же свидетеля ФИО3 суд оценивает критически, поскольку являясь близким родственником подсудимого, ФИО3 является лицом, заинтересованным в исходе настоящего уголовного дела. Противоречия в показаниях ФИО46 и ФИО47 относительно времени их встречи являются для уголовного дела несущественными, поскольку в ходе судебного следствия установлено, что справки-подтверждения подписал именно ФИО47 и до их представления в суд. Учитывая, что ни один из указанных свидетелей точно указать дату их встречи не смог, а согласно даты поступления документов в суд, данные события в действительности могли произойти как в июне, так и ДД.ММ.ГГГГ, однако сам факт встречи свидетели подтвердили, а потому существенных противоречий относительно обстоятельств имеющих значение для дела, которые бы могли повлиять на доказанность виновности ФИО10 и ФИО9 судом не установлено. Оснований для критической оценки показаний представителя потерпевшего и свидетелей не имеется, поскольку в ходе судебного следствия у указанных лиц, вопреки утверждению подсудимого, не установлено мотива для оговора, кроме того, их показания взаимно согласованы, не содержат существенных противоречий, а также подтверждаются иными исследованными по делу доказательствами. Наличие долговых обязательств свидетеля ФИО46, вопреки утверждению подсудимого, не может рассматриваться как основания для оговора ФИО10, поскольку в соответствии с действующим законодательством, привлечение ФИО10 к уголовной ответственности не освобождает его должников от исполнения принятых гражданско-правовых обязательств. Кроме того, в судебном заседании свидетель ФИО46 наличие долга перед ФИО10 не отрицал и заявил о готовности разрешить вопрос о задолженности в порядке, установленном законодательством. Суд, вопреки утверждениям подсудимого ФИО10 приходит к выводу, что отсутствуют объективные подтверждения того факта, что подсудимый не мог располагать паспортными данными ФИО47 на дату составления доверенности ДД.ММ.ГГГГ, а также, что отсутствуют объективные подтверждения даты фактического составления указанной доверенности. В связи с изложенным доводы стороны защиты ФИО10 о необходимости оправдания подсудимого ФИО10 по предъявленному ему обвинению являются необоснованными и опровергаются собранными по уголовному делу доказательствами. С учетом установленных судом фактических обстоятельств дела в судебном заседании, суд квалифицирует действия ФИО10 и ФИО9 по ч.3 ст.30 ч.4 ст.159 УК РФ – как покушение на мошенничество, то есть покушение на хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам. Хищение чужого имущества путем обмана, совершенное в особо крупном размере: В судебном заседании подсудимый ФИО10 относительно данного преступления дал пояснения, из которых следует, что с представителем ООО «<данные изъяты> +» его познакомили ФИО171 и ФИО172 Данные лица работали под руководством ФИО60 и приезжали в <адрес> для проведения аудиторской проверки в ООО «<данные изъяты>». Приехав в <адрес> он (Веремейчик) передавая указанным аудиторам свой ноутбук с базой 1 С, в ходе беседы попросил их также посмотреть для ООО «<данные изъяты>» «варианты с партнерами». Там же в <адрес> после знакомства с представителем ООО «<данные изъяты> и обсуждения всех деталей, он (Веремейчик) подписал договор поставки, поставил печать, и передал для подписания второй стороне, то есть представителю ООО «<данные изъяты> После подписания договора с ООО <данные изъяты> один экземпляр договора должен был быть отправлен почтой в ООО «<данные изъяты> Со ФИО60 данный договор не согласовывался, поскольку он предполагал, что ФИО60 был в курсе данного договора. Вернувшись в <адрес> примерно ДД.ММ.ГГГГ к руководству ООО «<данные изъяты>» не приступал, поскольку находился в отпуске. ДД.ММ.ГГГГ прилетел ФИО60, с которым у него состоялся неприятный диалог, ему (Веремейчику) были предъявлены обвинения, в том, что в компании нет прибыли, в связи с чем он написал заявление об увольнении. ФИО60 попросил вернуть автомобили, пригрозив уголовными делами. На данное требование ФИО60 он ответил, что пока ему (Веремейчику) не вернут задолженность в сумме <данные изъяты> рублей, наличие которой установили аудиторы, автомобиль «<данные изъяты>» он не вернет, а за автомобиль «<данные изъяты>» он расплатился своими личными средствами. ДД.ММ.ГГГГ он оформил больничный и по просьбе ФИО42 приехал в офис, где у него вновь стали требовать вернуть автомобили, при этом никаких документов, касающихся увольнения ему вручено не было. ДД.ММ.ГГГГ с 8 до 15 часов он провел в поликлинике, после чего направился в ООО «<данные изъяты>», предварительно зайдя в банк, с целью сменить пароль учетной записи по счету ООО «<данные изъяты>», поскольку предполагал, что под его учетной записью производятся платежи. В офисе ООО «<данные изъяты> его ознакомили с приказом об увольнении, выдали трудовую книжку, а он, в свою очередь поставил ФИО42 в известность, что сменил пароль учетной записи и попросил отдать ему токен, который пообещал вернуть после оформления всех документов при увольнении, чтобы от его имени операции по расчетному счету ООО «<данные изъяты>» не осуществлялись. Получив токен, из офиса ООО «<данные изъяты>» он его не выносил. ДД.ММ.ГГГГ ему позвонили из лифтовой компании и сообщили о том, что ФИО60 распорядился прекратить выполнение обязательств по договорам, которые были им (Веремейчиком) заключены, в связи с чем он вынужден был вновь приехать в офис, и на требование ФИО60 вернуть токен сообщил, что вернет токен только после окончательного расчета с ним и после того как продолжаться выполнения обязательств с партнерами по договорам. Утром ДД.ММ.ГГГГ утром он пришел в офис, ФИО42 записал новый пароль, но токен не отдал, поскольку в офисе не было ФИО61. В 16 часов ДД.ММ.ГГГГ вновь приехал в офис ООО «<данные изъяты>», забрал с полки токен и отдал ФИО61. После ДД.ММ.ГГГГ улетел в <адрес>, чтобы закончить вопросы с лечением, а затем в <адрес> Какие-то платежи и расчеты физически не выполнял и не осуществлял, ключом не пользовался, пароль по токену фактически не менял. Кроме того, 11 или ДД.ММ.ГГГГ он потерял свой телефон, а пропажу обнаружил только ДД.ММ.ГГГГ. Давая оценку показаниям подсудимого, суд приходит к выводам об их недостоверности, принимая во внимание имеющиеся в них внутренние противоречия и несоответствие объективно установленным в судебном заседании обстоятельствам дела, что дает основания для критической оценки показаниям ФИО10, поскольку его виновность в совершении инкриминируемого преступления нашла свое полное подтверждение всей совокупностью исследованных судом доказательств, в том числе ранее приведенных в приговоре, а именно: Показаниями представителя потерпевшего ООО «<данные изъяты>» ФИО40 в судебном заседании и на предварительном следствии, из которых в целом следует, что для осуществления деятельности ООО «<данные изъяты> в дополнительном офисе отделения ПАО «<данные изъяты>» Веремейчик заключил договор на открытие расчетного счета с использованием дистанционного банковского обслуживания <данные изъяты>. В качестве представителя организация указан директор Веремейчик, которому был выданы токен для работы в системе. Кроме того при подключении услуги Сбербанк Бизнес Онлайн в заявлении указан номер телефона представителя организации, также Веремейчика, на который осуществляется сброс первоначального пароля для входа в систему. В карточке с образцами подписей и печатей был внесен только Веремейчик, соответственно только он мог распоряжаться денежными средствами ООО «<данные изъяты>». Примерно ДД.ММ.ГГГГ от заместителя директора ООО «<данные изъяты>» ФИО61 и главного бухгалтера ФИО42 ему стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ Веремейчик обманным путем получил у главного бухгалтера электронный ключ – токен для входа в систему. Со слов Веремейчика данный ключ ему был нужен для смены пользователя в связи с его увольнением. ДД.ММ.ГГГГ Веремейчик вернул электронный ключ главному бухгалтеру ФИО42 ДД.ММ.ГГГГ ФИО61 сообщила, что при проверке расчетного счета ООО «<данные изъяты>» было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» были списаны денежные средства в общей сумме более <данные изъяты> рублей двумя платежными поручениями, которые были перечислены на расчетный счет ООО «<данные изъяты>, открытый в АО «<данные изъяты>». С указанной организацией у ООО «<данные изъяты>» никогда не было договорных отношений. В назначении платежей указан несуществующий договор, который ООО «<данные изъяты>» не заключало. В связи с данными обстоятельствами он написал заявление в АО «<данные изъяты>» о приостановлении операций по счету. В карточке с образцами подписей и печати к расчетному счету ООО «<данные изъяты>» в ПАО «<данные изъяты>» в качестве лица, уполномоченного распоряжаться денежными средствами на расчетном счету, до ДД.ММ.ГГГГ был указан Веремейчик, поскольку внести изменения в ЕГРЮЛ не успели в связи с праздничными нерабочими днями. Также представитель потерпевшего указал, что после того как был «заблокирован» счет ООО «<данные изъяты> через службу безопасности банка, он (ФИО60) смог связаться с директором ООО «<данные изъяты> который стал требовать разблокировать счет и отдать часть арестованных денежных средств, которые не успели обналичить, поясняя при этом, что денежные средства ООО «<данные изъяты> были переведены именно Веремейчиком. Также через службу безопасности банка стало известно, что часть денежных средств со счета ООО «<данные изъяты> была перечислена на карточки физических лиц и обналичена через банкоматы. В связи с полученной информацией он (ФИО60) пытался созвониться с ФИО2, но телефон последнего был недоступен и с ДД.ММ.ГГГГ он с Веремейчиком не виделся и не общался. Более того, ООО «<данные изъяты>» по договору, который якобы был заключен с ООО «<данные изъяты> ничего не получило, поскольку фактически данный договор отсутствовал. Более того, после обнаружения списания со счета Общества денежных средств также стало известно, что Веремейчика ДД.ММ.ГГГГ выехал за пределы <адрес> (том 6 л.д.5-9, том 8 л.д.113-114). ДД.ММ.ГГГГ учредитель ООО «<данные изъяты>» ФИО60 обратился с заявлением, которые было зарегистрировано в КУСП ОМВД России по городу Норильску за № о привлечении к уголовной ответственности бывшего директора ООО «<данные изъяты>» ФИО10, который ДД.ММ.ГГГГ путем обмана совершил хищение денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>» в сумме <данные изъяты> рублей, которые незаконно перевел на счет организации ООО «<данные изъяты> (том 2 л.д.217). ДД.ММ.ГГГГ учредитель ООО «<данные изъяты>» ФИО60 обратился с заявлением, которое было зарегистрировано в КУСП ОМВД России по <адрес> за №, о привлечении к уголовной ответственности бывшего директора ООО «<данные изъяты>» ФИО10, который произвел два несанкционированных платежа в пользу получателя ООО «<данные изъяты> банк получателя АО «<данные изъяты>», на основании платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей и платежного поручения № на сумму <данные изъяты> рублей (том 2 л.д.243). Из показаний представителя потерпевшего ООО «<данные изъяты>» ФИО61 в судебном заседании и в ходе проведения очной ставки следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 пришел в офис ООО «<данные изъяты>» взял токен у <данные изъяты>, объяснив ей, что хочет его заблокировать в ПАО <данные изъяты>, и не нести ответственность за операции по расчетному счету ООО «<данные изъяты>». Услышав данный разговор она (ФИО61) спросила у ФИО42, каким образом они будут производить оплату. ФИО42 пошла за Веремейчиком и стала просить его вернуть токен, но отказался его вернуть, сказал, что доступ к счету можно будет оформить после разблокировки токена и впоследствии произвести оплату. ДД.ММ.ГГГГ в конце рабочего дня Веремейчик вернул токен и ушел из офиса. ДД.ММ.ГГГГ ФИО42 через новый пароль, который ей оставил Веремейчик не смогла войти в систему <данные изъяты>, а потому в систему зашла со своего пароля и увидела, что ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в размере около <данные изъяты> рублей переведены двумя расходными операциями в ООО «<данные изъяты> который не является контрагентом ООО «<данные изъяты>», на расчетный счет, открытый в АО «<данные изъяты>». Она позвонила Веремейчику, но его телефон был недоступен. После этого она позвонила ФИО60 чтобы узнать знает ли он о договоре с ООО «<данные изъяты> так как денежные средства предназначались для оплаты другого договора. ФИО60 сказал, что ему о договоре с ООО «<данные изъяты> ничего не известно. Также представитель потерпевшего подтвердила, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по расчетному счету ООО «<данные изъяты>» операции совершались ФИО42, поскольку Веремейчик был в отпуске. Дополнительно представитель потерпевшего указала, что оформление электронно-цифровой подписи на нее стало возможным только ДД.ММ.ГГГГ после оформления всех документов (том 11 л.д. 24-35). Из показаний свидетеля ФИО21 в судебном заседании также следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Веремейчик находился в отпуске. ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время Веремейчик приходил в офис ООО «<данные изъяты>», чтобы подписать приказ об увольнении и забрать трудовую книжку. После этого ушел. В этот же день около ДД.ММ.ГГГГ Веремейчик снова пришел в офис и попросил у нее передать ему токен - электронный ключ, для доступа к расчетному счету ООО «<данные изъяты>», объяснив, что хочет данный ключ заблокировать, поскольку он уволен, а Общество не имеет права пользоваться данным токеном, оформленным на его имя, в связи с чем она отдала Веремейчику токен. Когда ФИО61 услышала, что токен передан Веремейчику, она поинтересовалась, каким способом Общество будет проводить оплату контрагентам. После этого, она (ФИО42 стала просить Веремейчика вернуть ей токен, но он отказался и ушел из офиса, при этом в какие-либо кабинеты в офисе он не заходил. Токен был возвращен Веремейчиком только ДД.ММ.ГГГГ, ближе к концу рабочего дня, примерно в ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ с помощью своего пароля она зашла в систему <данные изъяты> и увидела, что ДД.ММ.ГГГГ двумя расходными операциями на расчетный счет ООО «<данные изъяты> были переведены денежные средства в сумме около <данные изъяты> рублей. Она сразу же позвонила Веремейчику, чтобы выяснить обстоятельства перечисления денег, так как в период проведения данных операций, токен находился у него. В телефонном разговоре Веремейчик ей ответил, что данные денежные средства он не переводил, в связи с чем она сразу же поставила в известность ФИО61 и ФИО60. Также свидетель поясняла, что к токену присваиваются отдельные логин и пароль, и для каждой расходной операции на сотовый телефон приходит смс-сообщение для подтверждения операции. У нее был логин и пароль с ограниченным доступом, а именно только просмотр и составление платежных поручений. Свидетель ФИО20 (ныне ФИО144), работавшая на ДД.ММ.ГГГГ в дополнительном офисе № Норильского отделения Красноярского отделения ПАО «<данные изъяты>» в отделе продаж клиентам малого бизнеса в должности менеджера по развитию удаленных сервисов, в судебном заседании пояснила, что в первый рабочий день после Новогодних праздников, около 11 часов директор ООО «<данные изъяты>» Веремейчик обратился в отдел продаж клиентам малого бизнеса и был направлен к ней. Веремейчик пояснил, что хотел бы восстановить пароль для входа в систему <данные изъяты> и прислать новый, в связи с чем им собственноручно было подписано новое заявление о выдаче нового пароля в связи с его утратой и поставлена печать ООО «<данные изъяты>». Она сверила подпись и печать с карточкой с образцами подписи и печати, которые совпадали, после чего сбросила пароль через Программу. В это же время на телефон Веремейчика, который был у него при себе, пришло смс-уведомление с новым паролем. Также свидетель пояснила, что для того, чтобы пользователь мог совершить расходную операцию ему необходимо войти в учетную запись <данные изъяты> с помощью токена и постоянных логина и пароля и подписать платежное поручение токеном, содержащим электронно-цифровую подпись. Кроме того, свидетель указала, что токен может работать без специального программного обеспечения на любом электронном устройстве, поскольку на токене уже имеется ссылка, которая перенаправляет на сайт банка, то есть для совершения расходной операции необходимо иметь токен и знать постоянные логин и пароль. Допрошенный в судебном заседании ФИО3 также подтвердил, что он ходил в Сбербанк ДД.ММ.ГГГГ вместе с Веремейчиком в первой половине дня, ближе к обеду. Изложенное представителями потерпевшего, свидетелями объективно подтверждается также совокупностью исследованных в судебном заседании документальных доказательств, а именно: Как следует из материалов уголовного дела, ФИО10 в соответствии с заявлением от ДД.ММ.ГГГГ (том 4 л.д.216), на основании приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником уволен в этот же день (том 4 л.д.215) и в соответствии с ФИО4 № единственного участника Общества на должность директора назначен ФИО60 (том 4 л.д.221). Указанные документы были изъяты в ООО «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ, в ходе следствия осмотрены и признаны по делу вещественными доказательствами, что подтверждается соответствующими протоколами (том 4 л.д. 210-211, 212-213, 222). Копиями заявления на заключение договора о предоставлении услуг и использованием системы дистанционного банковского обслуживания в № <данные изъяты> по <адрес><данные изъяты>», а также информационным листом от ДД.ММ.ГГГГ на представителя организации, представленных ПАО «<данные изъяты>», подтверждается факт предоставления ДД.ММ.ГГГГ директору ООО «<данные изъяты>» ФИО10 доступа на работу в системе дистанционного банковского обслуживания «<данные изъяты>», права первой подписи и предоставления пароля к токену (том 3 л.д.11-15). Копиями платежных поручений № и № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается факт перечисления денежных средств с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» на расчетный счет ООО «<данные изъяты> на сумму <данные изъяты> рублей и на сумму <данные изъяты> рублей соответственно, назначение платежа - оплата по счету № от ДД.ММ.ГГГГ по договору № от ДД.ММ.ГГГГ за расходные материалы; оплата по счету № от ДД.ММ.ГГГГ по договору № от ДД.ММ.ГГГГ за расходные материалы (том 2 л.д.218-219), а также выпиской операций по лицевому счету ООО «<данные изъяты>» (том 2 л.д.220). Факт обращения ФИО10 в ПАО «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ с целью выдачи нового пароля в связи с его утратой, подтверждается соответствующим заявлением (том 3 л.д.3), которое было осмотрено и признано по делу вещественным доказательством (том 3 л.д.4-5, 6). В ходе предварительного следствия был произведен осмотр оптических дисков, предоставленных ПАО «<данные изъяты>» в отношении ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», содержащих, в том числе сведения <данные изъяты> в отношении ООО «<данные изъяты>», содержащего выписку по счету, сведения об ежедневных остатках, сведения об <данные изъяты> по расчетному счету № за период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ (том 3 л.д.98-107), которые признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств (том 3 л.д.108-109). <данные изъяты> <данные изъяты> Данное обстоятельство подтверждает тот факт, что ФИО10 имел доступ к данным счетам или доступ к ним осуществлялся непосредственно с его ведома через компьютер, расположенный в ООО «<данные изъяты> Допрошенный в судебном заседании специалист ФИО58, после просмотра указанных дисков в судебном заседании пояснил, что все IP-адреса, представленные в детализации соединений, являются глобально маршрутизируемыми или «белыми» адресами, а потому к каждому из указанных IP-адресов возможно получить удаленный доступ, при наличии настройки соответствующего программного обеспечения, и осуществлять любые операции от «имени» компьютера подключенного к указанным IP-адресам, а лицо может совершать действия, в том числе от «имени» стационарного компьютера, установленного в определенном месте, фактически находясь в любой точке земного шара, где есть доступ в интернет, в связи с чем достоверно установить где находилось лицо, в момент проведения данных операций на основании сообщенных ему данных не представляется возможным. Из справки МИФНС № по <адрес> следует, что руководителем и учредителем юридического лица ООО «<данные изъяты> является ФИО6 (том 6 л.д.88). В протоколе выемки от ДД.ММ.ГГГГ отражено изъятие в офисе АО «<данные изъяты>» <адрес> по адресу: <адрес>, на основании постановления Норильского ФИО8 суда от ДД.ММ.ГГГГ (том 6 л.д.102-103), выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО «<данные изъяты> № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (том 6 л.д.104-107), осмотром которой также установлено, что на указанный расчетный счет от плательщика ООО «<данные изъяты>» поступили денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей и <данные изъяты> рублей (том 6 л.д.108-109, 110-111, 112). Данное обстоятельство подтверждается содержащимися на оптическом диске, предоставленном АО «<данные изъяты>» в отношении ООО «<данные изъяты> сведениями о движении денежных средств по расчетному счету № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (том 3 л.д. 98-107). Копиями учредительных документов ООО «<данные изъяты>», заявления о регистрации юридического лица, сведения об открытых (закрытых) счетах из кредитных организаций, выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, также подтверждается, что на основании протокола внеочередного собрания учредителей ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 избран с ДД.ММ.ГГГГ на должность единоличного исполнительного органа (директора) ООО «<данные изъяты>». Кроме того, в соответствии с Уставом ООО «<данные изъяты>», утвержденного ФИО4 Общего собрания участников ООО «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, руководство текущей деятельностью Общества осуществляет единоличный исполнительный орган Общества – Директор (том 7 л.д.2-34). Из информационного письма УЭБиПК ГУ МВД России по <адрес>, предоставленного в ответ на поручение по уголовному делу о производстве отдельных следственных действий следует, что ООО «<данные изъяты> (ИНН №) по юридическому адресу: <адрес> не располагается. По данному адресу располагается административное здание, в списках арендаторов которого ООО «<данные изъяты> не значится. Руководителем вышеуказанной организации значится ФИО6. В базе данных Центра адресно-справочной работы Управления по вопросам миграции ГУ МВД России по <адрес>, ИБД ЗИЦ ГУ МВД России по <адрес> и ИБД УГИБДД ГУ МВД России по <адрес> сведения о нахождении ФИО6 на территории <адрес> отсутствуют. Телефонный номер не работает (том 8 л.д.69). Из информационного письма ИФНС № по городу ДД.ММ.ГГГГ и представленных документов установлено, что бухгалтерская и налоговая отчетность ООО «<данные изъяты> не представлялась организацией с момента регистрации – ДД.ММ.ГГГГ, сведениями о расчетных счетах ООО «<данные изъяты> ИНН № инспекция не располагает (том 8 л.д. 74-76, 77-112). Материалы оперативно-розыскной деятельности представлены в органы предварительного следствия на основании соответствующих постановлений с соблюдением требований ч.3 ст.11 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» № 144-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д.150-151), как полученные в соответствии с положениями указанного Федерального закона и с соблюдением требований УПК РФ, признаются судом допустимыми доказательствами. Оценивая вышеуказанные доказательства в их совокупности и системной взаимосвязи, суд приходит к выводу, что они являются относимыми, допустимыми и достаточными, и подтверждают виновность ФИО10 в инкриминируемом ему преступлении, и считает установленным, что ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ, в неустановленное время, находясь в отделении по обслуживанию юридических лиц Норильского отделения Красноярского отделения № ПАО «<данные изъяты>», не имея полномочий и разрешенного доступа к расчетному счету ООО «<данные изъяты>», где в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в должности директора, воспользовавшись тем, что сведения о смене директора ООО «<данные изъяты>» в Единый государственный реестр юридических лиц и карточку с образцами подписей и печати ПАО «<данные изъяты>» не внесены, через консультанта по удаленным сервисам ФИО20, не осведомленную об истинных преступных намерениях ФИО10, произвел сброс на свой абонентский номер нового пароля для входа в систему АС <данные изъяты> и управления расчетным счетам ООО «<данные изъяты>». В этот же день, в неустановленное время ФИО10, придя в офис ООО «<данные изъяты> путем обмана, введя в заблуждение главного бухгалтера ФИО21 относительно своих намерений заблокировать электронный ключ (токен) для доступа и авторизации в системе АС <данные изъяты> получил от нее электронный ключ с целью осуществления неправомерного доступа и удаленного управления к расчетным счетам ООО «<данные изъяты>», открытым в Красноярском отделении № ПАО «<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ, в неустановленное время, ФИО10, сменив пароль для входа в систему <данные изъяты> через неустановленное устройство, находясь в неустановленном месте, не имея полномочий по распоряжению денежными средствами и разрешенного доступа к расчетному счету ООО «<данные изъяты>», в электронном виде на персональном компьютере оформил платежные поручения № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей, в которые умышленно внес заведомо ложные сведения о том, что перевод денежных средств осуществляется на основании фиктивного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты> после чего, используя, полученный им путем обмана ФИО21, электронный ключ для доступа к расчетному счету ООО «<данные изъяты>», подтвердил безналичное списание денежных средств в общей сумме <данные изъяты> рублей со счета ООО «<данные изъяты>» №, открытого в Красноярском отделении № ПАО «<данные изъяты>», на расчетный счет ООО «<данные изъяты> №, открытый в АО «<данные изъяты>» <адрес>, тем самым похитил путем обмана денежные средства, принадлежащие ООО «<данные изъяты>», в общей сумме <данные изъяты> рублей, что является особо крупным размером, распорядившись ими по своему усмотрению, причинив ООО «<данные изъяты>» ущерб на указанную сумму. Указанные доказательства последовательны и не противоречивы, согласуются друг с другом и объективно друг друга подтверждают. Установленные судом фактические обстоятельства совершения преступления ФИО10 существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от обвинения, по которому дело принято к производству суда, право его на защиту не нарушили. Представленное стороной обвинения: информационное письмо МИФНС № по <адрес>, с предоставлением информации в отношении ООО «<данные изъяты>» за период ДД.ММ.ГГГГ (том 8 л.д.153-158) суд признает неотносимым к данному уголовному делу, поскольку данное доказательство не содержат информацию об обстоятельствах, подлежащих установлению в соответствии со ст.73 УПК РФ. Показания подсудимого по данному эпизоду суд оценивает критически, рассматривает их как направленные на обеление себя и отражающие выбранную подсудимым линию защиты. Подсудимый в обоснование своих доводов сослался на следующие документы: заявление ФИО40 в ОА «<данные изъяты> (том 2 л.д.221), справка оперуполномоченного от ДД.ММ.ГГГГ (том 3 л.д.20), сообщение АО «<данные изъяты>» (том 3 л.д.91), приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о назначении ответственным исполнителем за хранение ЭЦП ФИО61 (том 6 л.д.43), выписку операций по лицевому счету ООО «<данные изъяты>» за период со ДД.ММ.ГГГГ (том 6 л.д.44-45), договор о полной индивидуальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ ФИО61 (том 6 л.д.46), акт приема-передачи ЭЦП для электронных документов ООО «<данные изъяты>» ФИО61 (том 6 л.д.47), сообщение ПАО «<данные изъяты>» о том, что <данные изъяты> является динамическим (том 6 л.д.84), ответ из «<данные изъяты>» согласно которому <данные изъяты> принадлежит абоненту ООО «<данные изъяты>» (том 6 л.д.86), поручение о выполнении следственных действия (том 8 л.д.66-68), ответ на поручение (том 8 л.д.69), поручение о выполнении следственных действия (том 8 л.д.70-71), ответ на поручение (том 8 л.д.72), поручение о выполнении следственных действия (том 9 л.д.57-58), ответ на поручение (том 9 л.д.59-61), ксерокопия первого листа договора с ООО «<данные изъяты> (том 10 л.д. 138), копия гарантийного письма (том 10 л.д.139), справка о сумме окончательного расчета (том 11 л.д.4), представление об устранении нарушений законодательства РФ (том 9 л.д.68-71), протокол очной ставки с ФИО61 (том 11 л.д.24-35), сведения из поликлиники о времени приема врача, которого ДД.ММ.ГГГГ посещал ФИО10, копию заявления от ДД.ММ.ГГГГ о выдаче копии приказа об увольнении и копию листка нетрудоспособности. А также вещественные доказательства: сшивы: <данные изъяты> Вместе с тем, указанные доказательства не опровергают позицию стороны обвинения по данному эпизоду и вопреки утверждению подсудимого не свидетельствуют о его невиновности. Доводы ФИО10 о том, что договор с ООО «<данные изъяты> заключался им в силу реальной необходимости и с ведома учредителя ООО «<данные изъяты> не принимаются судом как голословные и не подтвержденные объективными доказательствами. Кроме того, доводы ФИО10 в данной части опровергаются показаниями представителей потерпевшего ФИО40и ФИО61, а также показаниями свидетеля ФИО21, не доверять которым у суда оснований не имеется. Оценивая данные доводы суд также принимает во внимание, что договор с ООО «<данные изъяты>» как таковой суду представлен не был, незаверенная копия первой страницы документа поименованного договором не может рассматриваться как доказательство, поскольку в ней отсутствуют подписи и иные необходимые реквизиты, не имеется полного текста данного документа, не установлено происхождение копии и ее соответствие оригиналу. Доводы ФИО10 о том, что он, забрав токен, после этого его не использовал и за пределы офиса ООО «<данные изъяты>» его не выносил, опровергнуты показаниями ФИО21 и ФИО61 Довод о том, что со ДД.ММ.ГГГГ электронно-цифровая подпись по приказу была передана ФИО61, не свидетельствуют о невозможности совершения ФИО10 вменяемых ему действий. Также довод стороны защиты о том, что электронно-цифровая подпись с полным доступом к счету имелось у главного бухгалтера и он имел возможность самостоятельно оформить платежные документы, судом не принимаются поскольку индивидуальная электронно-цифровая подпись является индивидуализированным средством защиты и подтверждения подлинности электронной документации. Доказательств того, что у главного бухгалтера имелся доступ к электронно-цифровой подписи директора при рассмотрении дела не добыто. Кроме того, доводы стороны защиты в данной части опровергаются показаниями свидетелей ФИО21 и ФИО61 Довод ФИО10 об отсутствии у него физического доступа к компьютерной технике, с закрепленными за ООО «<данные изъяты>, позицию обвинения не опровергают, поскольку как установлено из пояснений специалиста ФИО58 для использования <данные изъяты> физический доступ к конкретной электронно-вычислительной машине необходимым не является. Оснований для критической оценки показаний, как представителей потерпевшего, так и свидетелей не имеется, поскольку в ходе судебного следствия у указанных лиц, вопреки утверждению подсудимого, не установлено мотива для оговора, кроме того, их показания взаимно согласованы, не содержат существенных противоречий, а также подтверждаются иными исследованными по делу доказательствами. Таким образом, вопреки утверждению стороны защиты алиби у ФИО10 отсутствует. Кроме того, установленная прокуратурой <адрес> задолженность по заработной плате ООО «<данные изъяты> перед ФИО10 к рассматриваемым событиям не относится, а связана с расчетами при увольнении последнего. В связи с изложенным доводы стороны защиты ФИО10 о необходимости оправдания подсудимого ФИО10 по предъявленному ему обвинению являются необоснованными и опровергаются собранными по уголовному делу доказательствами. С учетом установленных судом фактических обстоятельств дела в судебном заседании, суд квалифицирует действия ФИО10 по ч.4 ст.159 УК РФ – как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное в особо крупном размере. При определении вида и размера наказания подсудимому ФИО9 суд учитывает следующее: В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ суд признает явку с повинной (том 10 л.д.35), а также активное способствование расследованию преступления, выразившееся в даче подсудимым признательных показаний об обстоятельствах совершенного им преступления, что способствовало установлению не только существенных для дела обстоятельств, но и иных, имеющих значение для установления полной картины совершения преступления, а также изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления. В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ в качестве смягчающих обстоятельств суд учитывает признание подсудимым своей вины, раскаяние в содеянном преступлении, принесение им извинений в судебном заседании. Также суд учитывает данные о личности подсудимого (том 10 л.д.172-173), который <данные изъяты> Обстоятельств, отягчающих наказание в соответствии со ст.63 УК РФ судом не установлено. С учетом фактических обстоятельств совершенного ФИО9 преступления, исходя из установленных судом объекта посягательства, формы вины, общественной опасности совершенного ФИО9 преступления и данных о его личности, суд не усматривает оснований для изменения в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ категории совершенного им преступлений на менее тяжкую. Оценивая изложенные обстоятельства, принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного ФИО9 умышленного тяжкого преступления, обстоятельства его совершения, роль подсудимого в совершении инкриминируемого ему деяния, обстоятельства, в силу которых неоконченное преступление не было доведено до конца, данные о личности подсудимого и влияние назначаемого наказания на его исправление и условия его жизни, суд считает, что цели наказания в отношении ФИО9, предусмотренные ст.43 УК РФ по восстановлению социальной справедливости, а также исправлению подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений, с учетом приведенной в приговоре совокупности смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также данных, характеризующих личность подсудимого, могут быть достигнуты при назначении ему наказания в виде лишения свободы, с применением правил, предусмотренных ч.3 ст.66 УК РФ, которое, по мнению суда, будет в большей мере способствовать достижению целей наказания. При этом учитывая фактические обстоятельства дела, суд полагает возможным не назначать подсудимому дополнительные виды наказания, предусмотренные санкцией ч.4 ст.159 УК РФ. При разрешении вопроса о возможности исправления виновного без реального отбывания наказания, с учётом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, наличия смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие обстоятельств отягчающих наказание, личности виновного, влияния назначаемого наказания на исправление подсудимого, суд пришел к выводу, что исправление ФИО9 возможно без реального отбывания наказания и к последнему могут быть применены положения ст.73 УК РФ об условном осуждении. При определении вида и размера наказания подсудимому ФИО10 суд учитывает следующее: В качестве обстоятельства, смягчающего наказание по всем четырем преступлениям, в соответствии с п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ суд признает наличие у ФИО10 малолетнего ребенка – ФИО59, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается копией свидетельства о рождении (том 10 л.д.232); В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ в качестве смягчающих обстоятельств по всем четырем преступлениям суд учитывает <данные изъяты> Также суд учитывает данные о личности подсудимого (том 10 л.д.222-223), который <данные изъяты> Обстоятельств, отягчающих наказание в соответствии со ст.63 УК РФ по всем четырем преступлениям судом не установлено. Вместе с тем, совершенные ФИО10 преступления относятся к категории тяжких и, несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, с учетом фактических обстоятельств совершения преступлений, исходя из установленных судом объекта посягательства, формы вины, общественной опасности совершенных ФИО10 преступлений и данных о его личности, суд не усматривает оснований для изменения в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ категории всех четырех совершенных им преступлений, на менее тяжкую. Оценивая изложенные обстоятельства, принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенных ФИО10 умышленных тяжких преступлений, обстоятельства их совершения, роль подсудимого в совершении инкриминируемого ему деяния, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, обстоятельства, в силу которых неоконченное преступление не было доведено до конца, данные о личности подсудимого и влияние назначаемого наказания на его исправление и условия жизни его семьи, суд считает, что цели наказания в отношении ФИО10, предусмотренные ст.43 УК РФ по восстановлению социальной справедливости, а также исправлению подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений, с учетом приведенной в приговоре совокупности смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также данных, характеризующих личность подсудимого, могут быть достигнуты только при назначении ему наказания в виде лишения свободы за каждое из совершенных преступлений, с применением за неоконченное преступление правил, предусмотренных ч.3 ст.66 УК РФ, которое, по мнению суда, будет в большей мере способствовать достижению целей наказания. При этом учитывая фактические обстоятельства дела, имущественное и семейное положение подсудимого суд полагает возможным не назначать ему дополнительные виды наказания, предусмотренные санкцией ч.4 ст.160 и ч.4 ст.159 УК РФ. При разрешении вопроса о возможности исправления виновного без реального отбывания наказания, с учётом характера и степени общественной опасности совершенных им преступлений, наличия смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие обстоятельств отягчающих наказание, личности виновного, влияния назначаемого наказания на исправление подсудимого, суд пришел к выводу, что исправление ФИО10 не возможно без реального отбывания наказания и к последнему не могут быть применены положения ст.73 УК РФ об условном осуждении. К отбыванию наказания подсудимому ФИО10 в соответствии с п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ назначается исправительная колония общего режима. Согласно протоколу ФИО10 в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ задержан ДД.ММ.ГГГГ (том 10 л.д.89-90). Мера пресечения в отношении ФИО10 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу подлежит оставлению без изменения. В ходе предварительного расследования представителем ООО «<данные изъяты> ФИО61 заявлен иск на сумму <данные изъяты> рублей (том 6 л.д.196-200). В ходе судебного заседания о представителя потерпевшего ФИО40 поступило заявление о снижении размера заявленных исковых требований, в соответствии с которым гражданский истец просит взыскать с Веремейчика <данные изъяты> рублей, а также автомобили. Вместе с тем, ДД.ММ.ГГГГ был наложен арест на денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, находящиеся на расчетном счете ООО «<данные изъяты> открытом в АО <данные изъяты><адрес>, с сохранением ограничений, связанных с прекращением расходных операций по указанному расчетному счету частично в пределах суммы <данные изъяты> (том 6 л.д. 119-120). Денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, принадлежащие ООО «<данные изъяты>» подлежат возвращению законному владельцу. А поскольку при возврате денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей, часть причиненного ущерба заявленного ко взысканию будет погашена, возникает необходимость в осуществлении дополнительных расчетов для определения объема требований истца подлежащих удовлетворению. В связи с указанным обстоятельством, на основании ч.2 ст.309 УПК РФ суд признает за гражданским истцом ООО «<данные изъяты>» право на возмещение причиненного ущерба и полагает необходимым передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, поскольку для подтверждения размера, причиненного ущерба, имеется необходимость произвести дополнительные расчеты по иску, для чего требуется отложение судебного разбирательства. В связи с признанием за гражданским истцом права на удовлетворение иска в порядке гражданского судопроизводства, меры обеспечения данного гражданского иска в виде ареста на имущество ФИО10 в виде объектов движимого имущества - автомобиль марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный №, стоимостью <данные изъяты> рублей; автомобиль марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, стоимостью <данные изъяты> рублей; автомобиль марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, стоимостью <данные изъяты> рублей, а всего на общую стоимость <данные изъяты> рублей, подлежат сохранению. На основании ст.81 УПК РФ из приобщенных к делу вещественных доказательств орудия или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, уничтожаются; документы, а также предметы, имеющие ценность, подлежат передаче по принадлежности; оптические диски, документы, являющиеся вещественными доказательствами, остаются при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего либо передаются заинтересованным лицам. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд – П Р И Г О В О Р И Л: ФИО10 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.160, ч.4 ст.160, ч.3 ст.30 ч.4 ст.159, ч.4 ст.159 УК РФ и назначить ему наказание: - по ч.4 ст.160 УК РФ (присвоение) – в виде лишения свободы на срок 3 (три) года; - по ч.4 ст.160 УК РФ (растрата) – в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет; - по ч.3 ст.30 ч.4 ст.159 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет; - по ч.4 ст.159 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет. В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначенных за каждое из совершенных преступлений, окончательно назначить ФИО10 наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Меру пресечения осужденному ФИО10 – заключение под стражу – до вступления приговора в законную силу оставить без изменения. Срок наказания осужденному исчислять с ДД.ММ.ГГГГ, зачесть в срок наказания срок задержания и содержания ФИО10 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО9 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 ч.4 ст.159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде в виде лишения свободы на срок 3 (три) года, которое в соответствии со ст.73 УК РФ считать условным с испытательным сроком 4 (четыре) года. В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ на период испытательного срока обязать ФИО9 не менять постоянного места жительства и места работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, куда ежемесячно являться на отметку в дни, назначенные этим органом. Испытательный срок исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Зачесть в испытательный срок время со дня провозглашения приговора по день его вступления в законную силу. Меру пресечения ФИО9 – подписку о невыезде и надлежащем поведении – до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, после вступления приговора в законную силу отменить. Признать за Обществом с ограниченной ответственностью «Оргтехсервис» право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения ущерба, причиненного преступлением для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. Меры обеспечения данного гражданского иска в виде ареста на имущество ФИО10 в виде объектов движимого имущества - <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу: <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Красноярского краевого суда, через Норильский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО10, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса. В случае подачи апелляционного представления или апелляционной жалобы иными лицами, о своем участии и участии защитника в заседании суда апелляционной инстанции, осужденные должны указать в отдельном ходатайстве либо в возражениях на жалобу или представлении в течение 10 суток со дня вручения копии жалобы или представления. В случае пропуска срока обжалования по уважительной причине, в соответствии с ч.1 ст.389-5 УПК РФ, лица имеющие право подать жалобу или представление, вправе ходатайствовать перед судом, постановившим приговор, о восстановлении пропущенного срока. Председательствующий Е.А.Свинцова Судьи дела:Свинцова Елена Анатольевна (судья) (подробнее)Последние документы по делу:Постановление от 17 января 2019 г. по делу № 1-151/2018 Приговор от 17 января 2019 г. по делу № 1-151/2018 Приговор от 20 ноября 2018 г. по делу № 1-151/2018 Постановление от 27 сентября 2018 г. по делу № 1-151/2018 Приговор от 19 сентября 2018 г. по делу № 1-151/2018 Приговор от 25 июля 2018 г. по делу № 1-151/2018 Приговор от 21 июня 2018 г. по делу № 1-151/2018 Приговор от 20 июня 2018 г. по делу № 1-151/2018 Приговор от 15 мая 2018 г. по делу № 1-151/2018 Приговор от 12 февраля 2018 г. по делу № 1-151/2018 Судебная практика по:По мошенничествуСудебная практика по применению нормы ст. 159 УК РФ Присвоение и растрата Судебная практика по применению нормы ст. 160 УК РФ |
