Апелляционное постановление № 10-2/2017 от 14 июня 2017 г. по делу № 10-2/2017

Мировой судья Исакина В.Н. Дело № 10-2/2017


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

р.п.Тальменка 15 июня 2017 г.

Судья Тальменского районного суда Конаков Е.И.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании с участием:

государственного обвинителя Алишутиной Е.С.,

подсудимого ФИО1,

защитника Слабуновой Л.В., представившей удостоверение №, ордер №,

представителя потерпевшего ФИО7

при секретаре Трониной Н.Н.,

уголовное дело по апелляционным жалобам ФИО1, его защитника Холманского С.А. на постановление мирового судьи судебного участка № 1 Тальменского района Алтайского края от 19.04.2017 г., которым уголовное дело в отношении

ФИО1 , ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> ранее не судимого,

по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.п.«б,г» ч.1 ст.258 УК РФ прекращено с освобождением от уголовной ответственности и назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 5000 рублей с уплатой в срок до 01.06.2017 г.,

У С Т А Н О В И Л:

По ходатайству стороны защиты, заявленному в судебном заседании вышеуказанным постановлением прекращено уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п.п.«б,г» ч.1 ст.258 УК РФ, с освобождением от уголовной ответственности и назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа на основании ст.25.1 УПК РФ и ст.76.2 УК РФ.

Этим же постановлением в соответствии со ст.81 УПК РФ разрешена судьба вещественного доказательства: снегоход «Ямаха 540» регистрационный знак <***>, принадлежащий ФИО1, обращен в доход государства, как средство совершения преступления.

Указанное постановление вынесено при признании ФИО1 в судебном заседании вины в полном объеме, но до рассмотрения дела по существу, которое должно было проводиться в общем порядке судебного разбирательства.

В апелляционных жалобах ФИО1 и его защитник Холманский С.А. просят об изменении постановления путем исключения из него указания на обращение в доход государства снегохода. При этом ФИО1 ссылается на то, что снегоход не являлся орудием преступления, поскольку на нем он не охотился и не использовал его для транспортировки добытого зверя, а его защитник на то, что по действующему законодательству конфискация возможна только при постановлении обвинительного приговора.

В суде апелляционной инстанции ФИО1 и его защитник Слабунова Л.В. настаивали на удовлетворении апелляционных жалоб, в их обоснование ссылались на те же доводы.

Представитель потерпевшего ФИО7 и государственный обвинитель, находя обжалованное постановление законным и обоснованным, просят о его оставлении без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав участвующих лиц, суд принимает следующее решение.

В силу ч.1 ст.25.1 УПК РФ суд по собственной инициативе или по результатам рассмотрения ходатайства, поданного следователем с согласия руководителя следственного органа либо дознавателем с согласия прокурора, в порядке, установленном настоящим Кодексом, в случаях, предусмотренных статьей 76.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, вправе прекратить уголовное дело или уголовное преследование в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, если это лицо возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вред, и назначить данному лицу меру уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

В соответствии с п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ при вынесении приговора, а также определения или постановления о прекращении уголовного дела должен быть решен вопрос о вещественных доказательствах. При этом: орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются.

Согласно предъявленному ФИО1 обвинению преступление в виде незаконной охоты совершено им с использованием принадлежащего ему снегохода «Ямаха 540» регистрационный знак № и его действия органом дознания квалифицированы, в том числе как незаконная охота, совершенная с применением механического транспортного средства.

О том, что снегоходы, приводимые в движение двигателем, подпадают под понятие механических транспортных средств, указанных в п.«б» ч.1 ст.258 УК РФ, разъяснено в п.10 постановления Пленума ВС РФ от 18.10.2012 г. № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования».

Постановлением ст.дознавателя ОМВД России по Тальменскому району майором полиции ФИО8 снегоход «Ямаха 540» регистрационный знак № признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (л.д.166). Поэтому судьба снегохода, как вещественного доказательства по уголовному делу, подлежала разрешению в порядке ст.81 УПК РФ.

При этом довод жалобы защитника о возможности конфискации вещественного доказательства лишь при постановлении по уголовному делу обвинительного приговора не основан на действующем законодательстве.

Согласно правовой позиции, высказанной Конституционным судом РФ в пункте 4 Постановления от 07.03.2017 г. № 5-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 части 3 статьи 81 и статьи 401.6 УПК РФ в связи с жалобами гражданина ФИО2», завершение производства по уголовному делу в отношении конкретного лица - посредством вынесения приговора (обвинительного или оправдательного) либо определения или постановления о прекращении уголовного дела (как по реабилитирующим, так и по нереабилитирующим основаниям) - обязывает к окончательному определению в соответствующем итоговом решении и юридической судьбы вещественных доказательств, которые хранились до завершения производства по делу и не были ранее уничтожены, реализованы или возвращены законному владельцу. Этот вопрос, согласно части третьей статьи 81 УПК Российской Федерации, разрешается следующим образом: орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются (пункт 1).

Уголовный кодекс Российской Федерации, часть первая его статьи 104.1 в ныне действующей редакции, определяет конфискацию как принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства имущества, указанного в данной статье, на основании обвинительного приговора. Что касается конфискации вещественных доказательств, то, по смыслу части третьей статьи 81 УПК Российской Федерации во взаимосвязи с положениями статьи 104.1 УК Российской Федерации, такие имущественные объекты, как орудия или иные средства совершения преступления, которые в качестве вещественных доказательств обеспечивают выявление имеющих значение для уголовного дела обстоятельств, после завершения производства по данному делу, по существу, утрачивают свое процессуальное качество, но могут сохранять значимость как объекты вещного права (если только они не запрещены к обращению и не изъяты из незаконного оборота) и как таковые подлежать конфискации, которая в этих случаях, имея целью удержание самого правонарушителя и других лиц от противозаконного использования принадлежащего им имущества, выступает юридическим последствием инкриминируемого лицу уголовно наказуемого деяния.

Следовательно, конфискация орудий и иных средств совершения преступления представляет собой - в контексте действующего уголовного законодательства - публично-правовую санкцию, структурно обособленную (и, как следствие, автономную) от наказания; как мера уголовно-правового характера, выражающаяся в возложении на обвиняемого (осужденного) обязанности претерпеть дополнительные (по отношению к наказанию) правоограничения уголовно-превентивного свойства, она по своей конституционно-правовой природе соотносима по некоторым признакам с наказанием, но не тождественна ему (как это имеет место в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях), а потому может применяться не только в качестве сопровождающей наказание вспомогательной меры при постановлении обвинительного приговора, но и при освобождении от наказания.

Таким образом, в соответствии с действующим законодательством мировому судье при вынесении постановления о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 необходимо было разрешить судьбу вещественных доказательств (в том числе снегохода), которые хранились до завершения производства по делу. Однако при этом мировому судье необходимо было соблюсти определенную процедуру, чего, по мнению суда апелляционной инстанции, выполнено не было.

Так, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.21 постановления Пленума ВС РФ от 27.06.2013 г. № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» в соответствии с ч.2 ст.27 УПК РФ обязательным условием принятия решения освобождения от уголовной ответственности в связи с назначением судебного штрафа на основании ст.25.1 УПК РФ является согласие на это лица, совершившего преступление. Если лицо возражает против прекращения уголовного дела, производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке. В связи с этим судам необходимо разъяснять лицу его право возражать против прекращения уголовного дела по указанным основаниям (п.15 ч.4 ст.47 УПК РФ) и юридические последствия прекращения уголовного дела, а также выяснять, согласно ли оно на прекращение уголовного дела. Согласие (несогласие) лица следует отражать в судебном решении.

Несмотря на то, что в обжалованном судебном решении имеется указание на согласие ФИО1 с ходатайством защитника о прекращении уголовного дела в порядке ст.25.1 УПК РФ, в материалах дела отсутствуют сведения, что ему предварительно разъяснялись юридические последствия прекращения уголовного дела, одним из которых является конфискация орудия или средства преступления в порядке ст.81 УПК РФ и, что он, ФИО1, с такими последствиями согласился.

Необходимость разъяснения юридического последствия прекращения в порядке п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ права собственности на принадлежащее подсудимому имущество так же следует из правовой позиции, выраженной в пункте 5.2 вышеуказанного Постановления Конституционного суда РФ, согласно которой в целях соблюдения принципов состязательности и равноправия сторон судопроизводства (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации) и справедливого судебного разбирательства (статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод) последствия прекращения уголовного дела, включая предусмотренную частью третьей статьи 81 УПК Российской Федерации конфискацию принадлежащего обвиняемому (подсудимому) имущества, признанного в качестве орудия или иного средства совершения преступления вещественным доказательством, должны быть ему предварительно разъяснены.

Из правовой позиции, закрепленной в пункте 5.1 этого же Постановления, следует, что из права каждого на судебную защиту его прав и свобод не вытекает возможность выбора гражданином по своему усмотрению способов и процедур судебной защиты, особенности которых применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации, федеральными законами. Поскольку прекращение уголовного дела представляет собой целостный правовой институт, т.е. систему норм, регулирующих как основания, условия и процессуальный порядок прекращения уголовного дела, права и обязанности участников соответствующих правоотношений, так и его юридические последствия, в том числе определение судьбы вещественных доказательств в виде орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, выраженное обвиняемым (подсудимым) несогласие с возможным прекращением его права собственности на признанные вещественными доказательствами имущественные объекты как последствием прекращения уголовного дела - учитывая системный характер, неразрывную взаимосвязь и взаимообусловленность складывающихся при этом правоотношений - равнозначно несогласию с применением к нему института прекращения уголовного дела в целом.

Анализ и правовая оценка рассматриваемых апелляционных жалоб позволяют прийти к выводу, что, не соглашаясь с юридическими последствиями в виде конфискации вещественного доказательства, ФИО1 в целом фактически возражает против прекращения уголовного дела, что в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.21 постановления Пленума ВС РФ от 27.06.2013 г. № 19, должно влечь за собой продолжение производства по уголовному делу в обычном порядке.

В силу ч.1 ст.389.17 УПК РФ указанные недостатки являются существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, которые путем лишения гарантированных настоящим Кодексом прав подсудимого ФИО1 повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения, что в соответствии с п.2 ст.389.15 УПК РФ является основанием отмены судебного решения в апелляционном порядке.

Поскольку уголовное дело мировым судьей по существу не рассматривалось, суд апелляционной инстанции лишен такого права, в противном случае иное влечет за собой изменение подсудности уголовного дела. Поэтому обжалованное постановление подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство мировому судье другого судебного участка в порядке частей 1 и 2 статьи 389.22 УПК РФ.

При новом судебном разбирательстве мировому судье надлежит учесть вышеизложенное, а так же определить судьбу всех вещественных доказательств, которыми, кроме снегохода, являются фрагменты шкуры и мяса куницы, куница, капкан и рюкзак, кроме того, в случае принятия по делу итогового нереабилитирующего решения и в случае невозможности конфискации принадлежащего ФИО1 средства преступления, определить по правилам ст.104.2 УК РФ конкретную денежную сумму или иное имущество ФИО1, сопоставимое по стоимости со средством преступления для их конфискации.

Процессуальные издержки по делу, связанные с оплатой труда защитника Слабуновой Л.В. в судебном заседании в размере 632 рубля 50 копеек подлежат возмещению за счет федерального бюджета, поскольку в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством они могут быть взысканы только с осужденного.

На основании изложенного и руководствуясь п.4 ч.1 ст.389.20, ч.ч.1, 2 ст.389.22 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление мирового судьи судебного участка № 1 Тальменского района Алтайского края от 19.04.2017 г., которым уголовное дело в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.п.«б,г» ч.1 ст.258 УК РФ, прекращено с освобождением от уголовной ответственности и назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, отменить.

Уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п.п.«б,г» ч.1 ст.258 УК РФ, передать на новое судебное разбирательство со стадии подготовки к судебному заседанию мировому судье судебного участка № 2 Тальменского района Алтайского края.

Процессуальные издержки по делу, связанные с оплатой труда защитника Слабуновой Л.В. в судебном заседании, в размере 632 рубля 50 копеек отнести на счет федерального бюджета.

Апелляционные жалобы ФИО1 и его защитника Холманского С.А. оставить без удовлетворения.

Председательствующий Е.И. Конаков