Апелляционное постановление № 22-1059/2017 22-6/2018 от 14 января 2018 г. по делу № 22-1059/2017

«КОПИЯ»

Судья Чернявский Л.А. Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Салехард 15 января 2018 года

Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего Пищулина П.Г.,

при секретаре Умниковой Е.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника Дорошкиной Н.А. на приговор Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 09 октября 2017 года, по которому

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в г. Куйбышев, не судимая:

осуждена по ч. 2 ст.159 УК РФ к штрафу в размере 60 000 рублей

Приговором разрешен вопрос о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств, удовлетворен гражданский иск потерпевшей ФИО2 в размере 250 000 рублей.

Рассмотрев материалы уголовного дела, заслушав выступления осужденной ФИО1, защитника Дорошкиной Н.А., прокурора Веселухиной О.В., суд

У С Т А Н О В И Л:

По приговору суда ФИО1 признана виновной и осуждена за хищение имущества ФИО2 путем обмана на сумму 250 000 рублей, чем причинила последней значительный ущерб.

Преступление совершено в июне 2017 года в г. Новый Уренгой ЯНАО при обстоятельствах, установленных судом первой инстанции и изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденная виновной себя в совершении преступления не признала.

В апелляционной жалобе защитник Дорошкина Н.А. просит приговор отменить, постановить оправдательный приговор. В обоснование своей позиции приводит доводы о том, что выводы суда о виновности ФИО1 не соответствуют обстоятельствам, установленным по делу, излагает содержание и собственный анализ доказательств по делу, указывая на их недостаточность для осуждения ФИО1 По мнению защитника, суд обосновал приговор недопустимыми доказательствами, а именно: протоколом осмотра от 12 апреля 2017 года, копиями выписок по счету ФИО3 «ОТП Банк», копиями графика платежей к кредитному договору, копией кредитного договора, копиями спецификации к кредитному договору, копиями индивидуальных условий к кредитному договору, копиями обращений к Черноволенко в АО «ОТП Банк», копиями ответов из АО «ОТП Банк», поскольку они добыты в нарушение требований УПК РФ. По мнению защитника, недопустимым доказательством также является протокол осмотра и прослушивания фонограммы на диске, изъятом в ходе выемки от 01 апреля 2017 года, поскольку в материалах уголовного дела отсутствует судебное решение о разрешении прослушивания телефонных переговоров, запись проведена скрытно. Сторона обвинения не представила доказательств того, что один из голосов принадлежит ФИО1 Ссылка суда на отсутствие ходатайств стороны защиты о проведении фоноскопической судебной экспертизы необоснованна. Указывает, что в предъявленном ФИО1 обвинении фигурирует 2 банка АО «ОПТ Банк» и АО «ОТП Банк», однако, суд необоснованно расценил данный факт как техническую ошибку, нарушив положения ст. 15 УПК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Бурков В.В. считает приговор законным, обоснованным, а наказание справедливым. При этом указывает на необоснованность доводов апелляционной жалобы.

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевшая ФИО2 считает доводы апелляционной жалобы не обоснованными, в связи с чем, просит в ее удовлетворении отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, а также возражений на нее, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 на основе объективной оценки исследованных в судебном разбирательстве дела, убедительных и достаточных доказательств, содержание и анализ которых приведены в приговоре.

Так, помимо прочего, виновность ФИО4 подтверждается показаниями потерпевшей ФИО2, свидетелей Е., К., документами об оформлении кредита на имя ФИО2 и перечислении денежных средств в сумме 250 000 рублей на счет ИП ФИО5 Из этих доказательств следует, что ФИО4 путем обмана относительно своих возможностей и истинных намерений убедила потерпевшую передать ей денежные средства, предназначенные, якобы, для передачи сотруднику банка и решения вопроса об увеличении суммы ипотечного кредита. По предложенной ФИО4 схеме действий, потерпевшая получила от нее фиктивный товарный чек, предъявила его сотруднику АО «ОТП Банк» для оформления кредитного договора с последующим перечислением выданного кредита на счет, подконтрольный ФИО4

Противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда, по делу не имеется. Позиция осужденной ФИО4 явно обусловлена целями своей защиты и вполне опровергается доказательствами, положенными судом в основу приговора.

Вопреки доводам защитника, выводы о виновности ФИО1 основаны не на отдельных доказательствах, которые защитник приводит и анализирует в апелляционной жалобе, а на всех доказательствах в их совокупности.

Вопреки доводам защитника, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания недопустимыми доказательствами указанных в апелляционной жалобе протокола осмотра документов и протокола осмотра фонограммы. В приговоре суд изложил подробные и убедительные мотивы, по которым он отвергает данные доводы защитника. С этими мотивами суд апелляционной инстанции соглашается.

Как правильно указал суд, указание в рапорте оперуполномоченного ФИО6 (том 1, л.д. 15) на получение от потерпевшей ряда документов, без уточнения их формы - в виде копий, является явной ошибкой, неточностью, которая не вызывает существенных сомнений в том, что эти копии действительно были получены. При этом, факт и обстоятельства получения кредита, сведения о котором содержатся в этих документах, помимо копий самих этих документов подтверждаются также показаниями потерпевшей ФИО2, свидетеля К., а равно не отрицаются осужденной ФИО1, которая утверждает, что потерпевшая действительно оформила кредит для покупки у нее шубы. Каких-либо процессуальных нарушений при получении этих копий на стадии проверки по сообщению о преступлении, влекущих в безусловном порядке недопустимость доказательств, не усматривается.

Относительно протокола осмотра фонограммы телефонного разговора, которую представила потерпевшая, суд правильно исходил из отсутствия формальных нарушений, которые были бы допущены при получении этого доказательства. Так, запись этого разговора была получена потерпевшей самостоятельно, вне рамок проведения оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий. При получении этой записи потерпевшая не вторгалась в каналы связи помимо воли участников разговора, а сама являлась его участником. Ее собеседник - ФИО1, в ходе разговора добровольно и осознанно сообщала ей те или иные сведения. При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает нарушения права на тайну телефонных переговоров или ограничения такого права, которое требовало бы получения судебного решения.

Иные доводы защитника, в том числе о непроведении фоноскопической судебной экспертизы, относятся не к вопросу о допустимости этого доказательства, а к вопросам его достоверности и достаточности для вывода о виновности ФИО1 Однако, вывод суда о ее виновности основан не исключительно на этом доказательстве, а на совокупности доказательств по уголовному делу. Содержание фонограммы оценено и принято судом с учетом его соответствия другим доказательствам, в том числе показаниям потерпевшей ФИО2 Выводы суда относительно оценки этого доказательства подробно мотивированы в приговоре.

Относительно иных доказательств сторона защиты не привела убедительных доводов об их недостоверности. В частности, сторона защиты не привела внятных доводов о причинах возможного оговора со стороны потерпевшей ФИО2

При таких обстоятельствах выводы суда о фактических обстоятельствах преступления суд апелляционной инстанции находит обоснованными.

Факт причинения потерпевшей значительного ущерба подтверждается ее собственными показаниями, учтенными судом при постановлении приговора, а также исследованными в судебном заседании документами об имущественном положении потерпевшей (том 2, л.д. 10-14, 22-24, 25-26, 29-31, 34-35, 36-44, 45, 46-48). С учетом этих сведений и с учетом суммы похищенных денежных средств значительность причиненного ущерба не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы судом по ч. 2 ст. 159 УК РФ в соответствии с фактическими обстоятельствами преступления.

При этом, суд правильно исходил из того, что для юридической оценки действий ФИО1 не имеет значения тот факт, смогла ли она фактически распорядиться похищенными денежными средствами. Состав преступления в ее действиях будет присутствовать и в том случае, когда денежные средства перечислены по воле потерпевшей на указанный ею банковский счет другого лица. Вопреки доводам защитника, конкретная дата поступления денежных средств на банковский счет, подконтрольный осужденной, не имеет существенного значения для уголовно-правовой оценки ее действий, поскольку подобное преступление является оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца с причинением ему ущерба, а не со момента поступления денег на счет осужденной.

В то же время, суд в приговоре неверно изложил формулировку осуждения, а именно: не указал о причинении значительного ущерба гражданину. Данное нарушение суд апелляционной инстанции находит несущественным и не нарушающим право осужденной на защиту и рассматривает его как явную техническую ошибку. Приговор в этой части подлежит изменению с уточнением формулировки осуждения.

Наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о ее личности, иных обстоятельств, предусмотренных законом, в пределах, установленных законом. Наказание является соразмерным содеянному и справедливым, вид и размер наказания в приговоре суда должным образом мотивированы. При этом, суду были известны и им учтены наличие смягчающих наказание обстоятельств (наличие малолетних детей) и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

Вывод о невозможности применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ судом в приговоре мотивирован.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, по делу не установлено.

Вопреки доводам защитника, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что неверное указание названия банка (АО «ОТП Банк») в обвинении является явной технической ошибкой, которая вполне может быть уточнена судом в приговоре. Подобное уточнение с очевидностью не является выходом за пределы предъявленного обвинения, поскольку не связано с учетом новых обстоятельств, изменяющих существо обвинения и предполагающих возможность применения иных средств защиты до постановления приговора. При этом, данный банк имеет лишь опосредованное отношение к объективной стороне преступления. Он участвовал в получении денежных средств самой потерпевшей и не имеет отношения к действиям ФИО1 в виде обмана потерпевшей и ее склонению к оформлению кредита с перечислением денег на подконтрольный ФИО1 банковский счет. Позиция стороны защиты в ходе судебного разбирательства не была связана с оспариванием факта получения потерпевшей кредита в конкретном банке. При таких обстоятельствах вышеуказанная техническая ошибка в наименовании банка, по мнению суда апелляционной инстанции, не затрагивает процессуальных интересов осужденной сколь-нибудь существенным образом и не влечет необходимости отмены приговора с возвращением уголовного дела прокурору.

Гражданский иск рассмотрен судом правильно, с соблюдением соответствующих процессуальных требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38913, п. 1 ч. 1 ст.38920, ст.38928 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 09 октября 2017 года в отношении ФИО1 изменить:

- квалифицировать действия ФИО1 по ч. 2 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Дорошкиной Н.А. - без удовлетворения.

Председательствующий: подпись

Подлинник апелляционного постановления хранится в деле № 1-169/2017 том № 2 в Новоуренгойском горсуде.