Решение № 12-10/2020 12-367/2019 от 9 января 2020 г. по делу № 12-10/2020

12-10/2020


РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление

по делу об административном правонарушении

г. Белгород 9 января 2020 года

Судья Белгородского районного суда Белгородской области Петров М.С. (<...>, каб. 15),

с участием защитника лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении – адвоката Лысых А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу адвоката Ломоносова А.Н. в интересах ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка №3 Белгородского района Белгородской области от 7 мая 2019 года по делу об адмнистративном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ в отношении ФИО1,

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 3 Белгородского района Белгородской области от 7 мая 2019 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 11 месяцев.

Не согласившись с вынесенным постановлением, адвокат Ломоносов А.Н. в интересах ФИО1 обратился в суд с жалобой, в которой просил постановление мирового судьи отменить, производство по делу об административном правонарушении прекратить ввиду недоказанности вины ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. Указывает, что при управлении транспортного средства ФИО1 не находился в состоянии алкогольного опьянения и не употреблял спиртные напитки до момента остановки и задержания транспортного средства. Находясь в стрессовом состоянии после повреждения сотрудниками ДПС его автомобиля и применения к ФИО1 физической силы и специальных технических средств, он выпил 200 грамм водки в присутствии сотрудников полиции. При этом все записи в протоколах и актах он делал под психологическим давлением со стороны сотрудников полиции.

На рассмотрение жалобы ФИО1 и его защитник – адвокат Ломоносов А.Н., будучи надлежащим образом уведомленными о дате и времени судебного заседания, не явились, о причинах неявки не сообщили, о переносе слушания не заявили. При таких обстоятельствах, на основании ст. 25.1 КоАП РФ полагаю возможным рассмотреть жалобу в отсутствие лица, ее подавшего, а также одного из его защитников.

В судебном заседании защитник ФИО1 – адвокат Лысых А.А. жалобу поддержал по изложенным в ней доводам. Дополнительно сообщил, что имеющийся в материалах дела об административном правонарушении протокол об отстранении от управления транспортным средством имеет исправления, однако копия процессуального акта данные сведения не содержит, при внесении изменений в указанный документ ФИО1 не присутствовал, о необходимости явки в правоохранительные органы для внесения изменений не извещался, копия документа с изменениями ему не вручалась.

Проверив материалы дела, доводы жалобы, выслушав лиц, участвующих в рассмотрении жалобы, нахожу жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Часть 1 ст. 12.8 КоАП РФ предусматривает административную ответственность за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

В силу пункта 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года №1090 (далее – ПДД РФ), водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Как усматривается из материалов дела, 2 апреля 2019 года в 18 часов 45 минут старшим инспектором ДПС 2-го взвода ОР ДПС ГИБДД УМВД России по Белгородской области ОВЮ в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, согласно которому 2 апреля 2019 года в 17 часов 45 минут ФИО1 в районе (адрес обезличен) и области, в нарушение п. 2.7 ПДД РФ, управлял транспортным средством – автомобилем ВАЗ 21102 государственный регистрационный знак (номер обезличен), находясь в состоянии опьянения (л.д. 6).

При этом такие действия ФИО1 не содержали уголовно наказуемого деяния.

Основанием полагать, что водитель ФИО1 при управлении автомобилем 2 апреля 2019 года находился в состоянии опьянения, явились наличие у него запаха алкоголя изо рта, резкое изменение окраски кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке, что согласуется с пунктом 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года №475 (далее – Правила).

В соответствии с требованиями раздела 2 Правил должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, в присутствии 2 понятых, ФИО1 предложено пройти освидетельствование на состояние опьянения, по результатам которого у него установлено наличие абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе в концентрации 0,434 мг на один литр выдыхаемого воздуха (л.д. 4-5).

С результатами освидетельствования ФИО1 согласился, о чем собственноручно указал в протоколе и акте освидетельствования, на проведении медицинского освидетельствования не настаивал.

Вывод мирового судьи о совершении ФИО1 административного правонарушения соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтвержден совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает, а именно:

- протоколом об административном правонарушении, в котором зафиксировано место, время совершения и событие административного правонарушения, с которым ФИО1 выразил согласие, о чем собственноручно указал в протоколе (л.д. 6);

- актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, с результатами которого ФИО1 также согласился, указав об этом (л.д. 4-5),

- протоколом об отстранении от управления транспортным средством (л.д. 3),

- протоколом о задержании транспортного средства, которое было передано ЛИА для транспортировки на стоянку по адресу: <...> (л.д. 7);

- рапортом инспектора ДПС ОВЮ о том, что в ходе несения службы совместно с инспектором ДПС М с 7 до 19 часов 2 апреля 2019 года, примерно в 17 часов 35 минут на ФАД Крым (проезд к г. Белгороду 5 км) его жест об остановке транспортного средства ВАЗ 21102 государственный регистрационный номер (номер обезличен) был проигнорирован, после чего, в результате непродолжительной погони это транспортное средство под управлением ФИО1 было настигнуто у дома 39 по ул. Лесная п. Северный. В присутствии понятых ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, по результатам которого у него таковое и было установлено. После этого на ФИО1 был составлен административный материал, в том числе за правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, которое он не оспаривал (л.д. 9).

Инспектор ДПС ОВЮ., как при рассмотрении дела мировым судьей, так и при рассмотрении настоящей жалобы, подтвердил обстоятельства, изложенные в рапорте, а также заверил, что сразу же после остановки транспортного средства под управлением ФИО1, у последнего были выявлены признаки алкогольного опьянения, с чем он не спорил. При этом в его присутствии ФИО1 ни до, ни после проведения освидетельствования на состояние опьянения, спиртного не употреблял.

О таких же обстоятельствах сообщил и бывший напарник инспектора ОВЮ – МАЕ, подтвердивший, что сразу после того как ФИО1 был остановлен, у него были выявлены признаки алкогольного опьянения, при этом он подтвердил, что пытался уйти от погони, поскольку был пьян. В его присутствии ФИО1 алкоголь не употреблял.

Как ОВЮ., так и МАЕ, сообщили, что все процессуальные действия (в том числе и освидетельствование ФИО1) проводились в присутствии понятых.

Во всех составленных по делу протоколах, акте освидетельствования и чеке «Алкотектора» имеются подписи понятых, их анкетные данные. Понятой ШРЮ при даче объяснений инспектору ДПС (л.д. 10) подтвердил факт его привлечения при производстве административных процедур в отношении привлекаемого лица, при его непосредственном участии производилось освидетельствование ФИО1.

Факт привлечения понятых при освидетельствовании на состояние опьянения подтверждается также их участием при отстранении ФИО1 от управления транспортным средством, проведенным до освидетельствования.

Данных в подтверждение наличия оснований для оговора привлекаемого лица (ФИО1) в судебное заседание не представлено. При таких обстоятельствах, эти доказательства правильно положены мировым судьей в основу обжалуемого акта.

Таким образом, при возбуждении дела об административном правонарушении обеспечена надлежащая фиксация доказательств, нарушений закона при освидетельствовании, при составлении протокола об административном правонарушении не усматривается.

В связи с изложенным, доводы жалобы о том, что ФИО1 не управлял автомобилем в состоянии опьянения, неубедительны, поскольку противоречат материалам дела. При составлении процессуальных документов ФИО1 подобных заявлений не делал, подписав их без замечаний.

ФИО1 согласился пройти освидетельствование на состояние опьянения, обязательное в соответствии с ПДД только для водителей транспортных средств, как согласился и с результатами такого освидетельствования.

Доводу о том, что автомобилем ФИО1 управлял трезвым и употребил 200 граммов водки лишь после его остановки сотрудниками полиции, ввиду того, что перенервничал, мировым судьей справедливо дана критическая оценка. Во-первых, этот довод напрямую опровергается пояснениями инспектора ДПС ОВЮ., оснований не доверять которому не имеется. Во-вторых, действия трезвого водителя, связанные с употреблением им алкоголя непосредственно после его остановки сотрудниками ДПС, очевидно противоречат здравому смыслу, если только они не направлены на завуалирование истинного состояния опьянения при управлении транспортным средством с целью попытки уйти от ответственности, в последующем заявляя, что опьянение наступило уже после отстранения от управления транспортным средством.

Объективных данных о негативном психологическом или ином давлении со стороны сотрудников полиции на ФИО1, в том числе с целью склонения последнего помимо его воли к безоговорочному подписанию всех процессуальных документов, а также о превышении сотрудниками полиции должностных полномочий, суду не представлено. В компетентные органы по этому факту ФИО1 не обращался, о чем суду сообщил его защитник.

Убедительных оснований ставить под сомнение выводы мирового судьи в жалобе не приведено, судья их также не усматривает.

В связи с изложенным, утверждения о том, что ФИО1 не управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения и о его невиновности, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения жалобы и полностью опровергаются исследованными материалами административного дела. На основании этого считаю доводы жалобы необоснованными.

Что касается доводов о наличии в протоколе об отстранении от управлении транспортным средством исправления в части указания времени составления протокола (17 часов 55 минут либо 17 часов 45 минут), то они не свидетельствуют о непричастности ФИО1 к административному правонарушению, предусмотренному ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. Наличие такого исправления не ставит под сомнение допустимость и достоверность указанного документа, поскольку указанные в нем сведения в полном объеме согласуются с иными имеющимися материалами дела, а также не опровергает факт управления ФИО1ым транспортным средством в состоянии опьянения.

Доводы защитника о том, что в материалах дела отсутствует видеозапись момента остановки транспортного средства и оформления административного материала в отношении ФИО1, бесперспективны.

Отсутствие видеозаписи движения автомобиля и остановки автомобиля не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения. Фиксация факта управления транспортным средством на видеозапись не является обязательным процессуальным действием при рассмотрении данной категории дел, и ее отсутствие не может расцениваться как обстоятельство, исключающее виновность лица в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Кроме того, все процессуальные действия выполнены в присутствии понятых, что защитой не оспаривается. В таком случае, ведение видеозаписи при совершении процессуальных действий не является обязательным в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях.

Все собранные по делу доказательства получили оценку в соответствии с требованиями статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.8 ч.1 КоАП РФ, вынесено в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел, административное наказание назначено в соответствии с санкцией ст. 12.8 ч.1 КоАП РФ.

Нарушений процессуальных требований КоАП РФ, не позволивших мировому судье полно, объективно и всесторонне рассмотреть дело, не нахожу.

Руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ,

решил:

Постановление мирового судьи судебного участка №3 Белгородского района Белгородской области от 7 мая 2019 года, вынесенное в отношении ФИО1, по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу адвоката Ломоносова А.Н. – без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано или опротестовано прокурором в порядке надзора.

Судья /подпись/ М.С. Петров

Копия верна.

Судья М.С. Петров