Апелляционное определение № 33-1105/2026 от 30 марта 2026 г.

Дело № 2-3587/2025 Председательствующий – судья Любимова Е.И.

32RS0027-01-2025-004726-33


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ № 33-1105/2026

гор. Брянск 31 марта 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Брянского областного суда в составе:

председательствующего Горбачевской Ю.В.,

судей Артюховой О.С., Клочковой И.А.,

при секретаре Гулаковой Ю.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя истца по доверенности ФИО1 на решение Советского районного суда г. Брянска от 15 октября 2025 г. по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Брянской области к ФИО2 о взыскании незаконно полученной пенсии.

Заслушав доклад судьи Горбачевской Ю.В., выслушав возражения ФИО2 на доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Брянской области обратилось в суд с иском к ФИО2 о взыскании незаконно полученной пенсии, указывая, что с ДД.ММ.ГГГГ ответчик является получателем страховой пенсии по старости.

Вместе с тем, в связи с поступлением информации о регистрации ФИО2 в качестве арбитражного управляющего ДД.ММ.ГГГГ, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ образовалась переплата в размере 387 202,26 руб., что является неосновательным обогащением с его стороны.

При этом при подписании заявления о назначении страховой пенсии, ФИО2 был уведомлен о необходимости извещать территориальный орган СФР о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменения размера пенсии или прекращение, приостановление, продление их выплаты, в том числе, об изменении места жительства. Однако сведения об изменении обстоятельств, послуживших основанием для назначения пенсии, ФИО2 предоставлены не были. В связи с чем истец просил суд взыскать с ФИО2 сумму причиненных убытков в размере 387 202,26 руб.

Решением Советского районного суда г. Брянска от 15 октября 2025 г. отказано в удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе представитель истца по доверенности ФИО1 просит решение суда отменить как незаконное, вынесенное при неправильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела. Указывает, что ответчиком не была исполнена обязанность по регистрации в органах СФР в качестве арбитражного управляющего, что свидетельствует о недобросовестности действий ответчика.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились: истец, третьи лица. Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1. ГПК РФ судебная коллегия рассматривает дело в пределах доводов апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения лица, участвующего в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился в УПФР в Советском районе городского округа Брянска с заявлением о назначении пенсии по старости.

Решением № от ДД.ММ.ГГГГ страховая пенсия по старости ФИО2 была назначена, что подтверждается копией заявления о назначении пенсии и копией решения. В заявлении о назначении пенсии от ДД.ММ.ГГГГ указано, что ФИО2 в настоящее время работает.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 зарегистрирован в качестве арбитражного управляющего.

Истец (ОСФР РФ по Брянской области) указывает, что на момент индексации пенсии сведения о регистрации в качестве арбитражного управляющего ФИО2 в ОСФР по Брянской области отсутствовали. В связи с поступлением информации о регистрации в качестве арбитражного управляющего ОСФР по Брянской области выявлена переплата пенсии ФИО2 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила в размере 387 202 руб. 26 коп.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что выплата пенсии не обусловлена недобросовестностью ответчика, что исключает возврат данных сумм.

Судебная коллегия соглашается с постановленным решением суда, оснований к его отмене по доводам апелляционной жалобы не усматривает.

Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Пунктом 3 ст. 1109 ГК РФ предусмотрено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, в частности: заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

По смыслу положений п. 3 ст. 1109 ГК РФ не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.

При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении от 26 февраля 2018 г. № 10-П «По делу о проверке конституционности статьи 7 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации, пунктов 1 и 2 статьи 25 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», статей 1102 и 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Г.», применительно к спорным правоотношениям следует, что судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств бюджета, выплаченных на социальное обеспечение, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена социальная выплата. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из статей 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение (статья 39, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации).

Исходя из подлежащих к спорным отношения применению норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации с гражданина, которому назначена мера социальной поддержки в виде региональной социальной доплаты к пенсии как неработающему пенсионеру, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на органе социальной защиты населения, принявшем решение об их возврате (удержании).

Таких доказательств истец суду не представил.

Пунктами 1, 2, 3 ст. 28 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" предусмотрено, что физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования.

В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), виновные лица возмещают Фонду пенсионного и социального страхования Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В случаях невыполнения или ненадлежащего выполнения обязанностей, указанных в части 1 настоящей статьи, и выплаты в связи с этим излишних сумм страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии) работодатель и (или) пенсионер возмещают пенсионному органу, производящему выплату страховой пенсии, причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Положением о Пенсионном Фонде, утвержденным постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. № 2122-1, предусмотрено, что Пенсионный Фонд Российской Федерации и его денежные средства находятся в государственной собственности Российской Федерации. Денежные средства Пенсионного фонда Российской Федерации не входят в состав бюджетов, других фондов и изъятию не подлежат.

В силу п. 3 Положения Пенсионный Фонд РФ обеспечивает, в том числе, контроль за правильным и рациональным расходованием его средств.

Положение о Пенсионном фонде Российской Федерации утратило силу в связи с принятием Федерального закона от 14 июля 2022 года № 236-ФЗ «О Фонде пенсионного и социального страхования Российской Федерации».

В соответствии с Федеральным законом от 14.07.2022 N 236-ФЗ "О Фонде пенсионного и социального страхования Российской Федерации" с 01.01.2023 путем реорганизации государственного учреждения - Пенсионного фонда РФ с одновременным присоединением к нему Фонда социального страхования РФ создан Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации (Социальный фонд России).

Фонд осуществляет функции и полномочия, возложенные на Пенсионный фонд Российской Федерации и Фонд социального страхования Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации, обеспечивая непрерывность их исполнения.

Исходя и приведенных норм Положения на Пенсионный фонд РФ была возложена функция контроля за правильным и рациональным расходованием его средств, формируемых в том числе за счет ассигнований из бюджета Российской Федерации, и указанная функция перешла в соответствии с Федеральным законом от 14 июля 2022 года № 236-ФЗ перешла к Фонду пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

При этом возложенная на уполномоченный орган функция контроля предполагает, что он должен предпринять все возможные действия, направленные не только на выявление фактов нерационального использования средств, но и на предупреждение таких фактов.

Вместе с тем, истец своевременно таких действий не совершал. Кроме того, в последующем на протяжении длительного периода времени не осуществлял контроль за тем, осуществляет ли ФИО2 трудовую деятельность или нет, в том числе посредством направления запросов через систему межведомственного электронного взаимодействия.

При этом из материалов пенсионного дела ФИО2 следует, что на дату назначения пенсии он являлся работающим, следовательно, пенсионному органу было известно о статусе ответчика как «работающий пенсионер» и что расчет и выплата пенсии должна осуществляться с учетом данного статуса.

Таким образом, в действиях ФИО2 отсутствует вина в том, что истец переплатил ему денежные средства, данная ситуация вызвана поведением самого истца, уклонившегося от проверки имеющихся в его распоряжении документов.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда. Сводятся к иному толкованию норм материального права, в связи с чем не могут повлиять на содержание решения.

С учетом изложенного судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции дал правовую оценку установленным обстоятельствам по делу, в результате которых сформировал вывод об отсутствии оснований для применения к ответчику меры ответственности в виде взыскания сумм неосновательного обогащения.

Руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Советского районного суда г. Брянска от 15 октября 2025 г. по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Брянской области к ФИО2 о взыскании незаконно полученной пенсии оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца по доверенности ФИО1 – без удовлетворения.

Кассационная жалоба может быть подана в Первый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий

Ю.В. Горбачевская

Судьи

О.С. Артюхова

И.А. Клочкова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 2 апреля 2026 г.