Апелляционное постановление № 22-1807/2025 от 15 декабря 2025 г.

Судья Соколова Е.В. Дело № 22-1807/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 16 декабря 2025 года

Курганский областной суд в составе председательствующего Алфимова А.Н.,

при секретаре Шайда М.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Курганской области Горбушина Е.С., представителя потерпевшего <...> М

защитника обвиняемой – адвоката Макарова А.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Далматовского района Курганской области Филатова Д.В., апелляционным жалобам потерпевшей П, защитника обвиняемой ФИО1 – адвоката Костоусова Н.А. на постановление Далматовского районного суда Курганской области от 9 октября 2025 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО1, родившейся <...>, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 3 ст. 158, ч. 1 ст. 159 УК РФ,

возвращено прокурору Далматовского района Курганской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав выступление прокурора о наличии оснований для отмены постановления по доводам апелляционного представления, выступление защитника обвиняемой, поддержавшего доводы апелляционных жалоб и представления, а также мнение представителя потерпевшего об оставлении постановления суда без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

обжалуемым постановлением уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В обоснование принятого решения суд указал, что инкриминируемые ФИО1 действия, связанные с оформлением кредита от имени П и получением по нему денежных средств должны быть квалифицированы как более тяжкое преступление.

В апелляционном представлении прокурор Далматовского района Курганской области Филатов просит постановление суда отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение, не соглашаясь с выводами суда о необходимости квалификации действий ФИО1 как более тяжкого преступления.

Считает, что материалами дела подтверждено хищение ФИО1 денежных средств, принадлежащих <...>, полученных ею по договору кредита, оформленному ею же от имени П, то есть именно путем обмана.

Полагает, что, с учетом окончания преступления в момент зачисления на счет, открытый ФИО1, денежных средств, обстоятельства распоряжения ими, равно как и неуказание конкретного работника, введенного в заблуждение ФИО1, а также дистанционное оформление кредита, путем использования мобильного приложения банка, не имеют значения для квалификации действий ФИО1 как хищения путем обмана денежных средств <...>.

В апелляционной жалобе потерпевшая П просит отменить постановление, ссылаясь на то, что действия, направленные на заключение кредитного договора и получение в результате этого денежных средств, были совершены не ею, а Кузнецовой от ее имени, и находя правильной квалификацию действий обвиняемой, данную органами предварительного расследования.

Защитник обвиняемой – адвокат Костоусов в апелляционной жалобе находит достаточной совокупность доказательств, подтверждающих хищение ФИО1 денежных средств <...> путем обмана, с использованием персональных данных П, то есть, посредством предоставления банку заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений. Умысел ФИО1 был направлен на хищение денежных средств именно путем обмана, в связи с чем считает, что ее действия в части хищения денежных средств <...> квалифицированы по ч. 1 ст. 159 УК РФ верно.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что обжалуемое постановление соответствует положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, оснований для его отмены не имеется.

Согласно п. 6 ч. 1, ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Вопреки доводам апелляционного представления и жалоб, судом первой инстанции такие обстоятельства установлены.

Следственными органами Кузнецова обвинялась в тайном хищении денежных средств в сумме <...> руб. с банковского счета П, в указанной части ее действия квалифицированы по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Кроме этого, она же обвинялась по ч. 1 ст. 159 УК РФ, в хищении <...> руб., принадлежащих <...>, путем обмана.

По смыслу уголовного закона, при мошенничестве обман является способом завладения имуществом, когда потерпевший или иные лица под влиянием обмана со стороны виновного лица передают имущество, которое выбывает из их законного владения и поступает во владение виновного лица или третьих лиц.

Вместе с тем, из описания преступного деяния, как оно изложено в обвинительном заключении, следует, что ФИО1, используя установленное ею на своем телефоне приложение «<...>» и известную ей конфиденциальную информацию П в виде ее персональных данных и пароля, полученного в смс-сообщении от сервисного номера <...>, дистанционно оформила заявку на потребительский кредит и после одобрения ее банком и зачисления денежных средств в сумме <...> руб. на расчетный счет, открытый на имя П, получила к ним доступ и в дальнейшем обратила в свою пользу.

Оформление кредита происходило дистанционно, с помощью автоматизированной системы, исключающей возможность введения в заблуждение работников банка, а персональные данные П использовались ФИО1 для обеспечения доступа к денежным средствам.

Таким образом, хищение денежных средств произошло с банковского счета, но такой квалифицирующий признак ФИО1 не инкриминировался.

Между тем, в соответствии с п. 25.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ квалифицируются действия лица в том случае, когда оно тайно похитило денежные средства с банковского счета, использовав необходимую для получения доступа к ним конфиденциальную информацию владельца денежных средств (например, персональные данные владельца, данные платежной карты, контрольную информацию, пароли).

Согласно п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», в случаях, когда лицо похитило безналичные денежные средства, воспользовавшись необходимой для получения доступа к ним конфиденциальной информацией держателя платежной карты (например, персональными данными владельца, данными платежной карты, контрольной информацией, паролями), переданной злоумышленнику самим держателем платежной карты под воздействием обмана или злоупотребления доверием, действия виновного квалифицируются как кража.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что описание преступного деяния, как оно изложено в обвинительном заключении, не соответствует квалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 159 УК РФ, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, которое не может быть устранено судом при рассмотрении уголовного дела по существу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление судьи Далматовского районного суда Курганской области от 9 октября 2025 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору Далматовского района Курганской области для устранения препятствий его рассмотрения судом оставить без изменения, апелляционное представление и жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления непосредственно в суд кассационной инстанции.

ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий