Апелляционное определение № 11-14172/2025 11-942/2026 от 19 января 2026 г.

УИД 74RS0017-01-2025-004153-68 Судья: Щелоков И.И.

Дело № 2- 3309/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-942/2026
20 января 2026 года
г.Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Шалиевой И.П.,

судей Губиной М.В., Чиньковой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шишигиной Я.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Златоустовского городского суда Челябинской области от 02 октября 2025 года по иску ФИО1 к ФИО2 о возложении обязанности, взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Губиной М.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, пояснения истца ФИО1 и его представителей ФИО3, ФИО4 по доводам апелляционной жалобы, ответчика ФИО2 и его представителя ФИО5 возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в котором просил:

- запретить ФИО2 содержать на земельном участке, расположенном по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № сельскохозяйственных животных и птиц;

- запретить ФИО2 складировать пищевые отходы и отходы животноводства на земельном участке, расположенном по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № на открытом грунте;

- запретить ФИО2 разведение открытого огня с нарушением требований пожарной безопасности;

- обязать ФИО2 расчистить земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, от мусора и бытовых отходов, создающих пожарную опасность;

- запретить ФИО2 забой животных на земельном участке, расположенном по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №;

- взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб., почтовые расходы в размере 349 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО1 со своей семьей проживает с ДД.ММ.ГГГГ года по адресу: <адрес>; земельный участок ФИО1 граничит с земельным участком, расположенным по адресному ориентиру: <адрес>, принадлежащим на праве собственности ФИО2, при этом в период с ДД.ММ.ГГГГ гг. смежный земельный участок принадлежал на праве собственности ФИО7, однако, пользовался и владел им непосредственно ответчик. На земельном участке, расположенном по адресу: <адрес> на протяжении нескольких лет содержит сельскохозяйственных животных (крупный и мелкий рогатый скот, свиней) и птиц с нарушением санитарно-гигиенических и ветеринарных норм и правил, что создает угрозу возникновения и распространения различных инфекционных заболеваний, общих для человека и животных. По результатам рассмотрения обращений ФИО1 в различные государственные органы установлено, что на смежном земельном участке сельскохозяйственные животные (1 телка, 4 свиньи, 4 козы) содержатся в ненадлежащих условиях: размеры клеток для содержания не соответствуют нормам посадки животных; отсутствует по видовое разделение; отсутствует естественное и искусственное освещение помещений; подстилки грязные; кормление осуществляется просроченными продуктами, сено и комбикорм отсутствуют. Кроме того, непосредственно до обращений истца ответчиком ФИО2 не предпринимались какие-либо меры по идентификации и вакцинации сельскохозяйственных животных и птиц. Также установлено, что смежный земельный участок захламлён строительным и бытовым мусором; продукты жизнедеятельности (навоз) располагаются по всей территории земельного участка, при этом навоз складируется на земле без оборудованной площадки для биометрического обеззараживания; имеется место для складирования пищевых продуктовых отходов и непригодных в пищу фруктов. Кроме того, ответчиком не соблюдается требование относительно минимального расстояния от конструкции стены или угла помещения для содержания животных до границы земельного участка истца. Из–за нарушения ответчиком санитарных норм и правил на принадлежащем истцу земельном участке постоянно присутствует неприятный запах, в летнее время имеется большое скопление насекомых, которые могут являться переносчиками различных инфекционных заболеваний; по указанной причине двери и окна в доме истца приходится держать в закрытом состоянии. Периодически ответчик на принадлежащем ему земельном участке что-то сжигает на открытом огне, в том числе в ночное время, не контролируя процесс горения, в результате чего ощущается неприятный запах; имеет место случай вываривания ответчиком на открытом огне трупа домашнего животного. При содержании домашней сельскохозяйственной птицы ФИО2 не обеспечивается изоляция от проникновения дикой птицы, перья птиц с земельного участка ответчика являются источником аллергенов для детей истца, кроме того, истец обнаруживает на своем земельном участке трупы птенцов, что свидетельствует о том, что ответчиком не обеспечивается надлежащий уход и контроль за домашней птицей. На принадлежащем ответчику земельном участке находится несколько навозных развалов, в том числе вдоль смежной границы. Факт разведения ФИО2 открытого огня зафиксирован ДД.ММ.ГГГГ специалистом отдела экологии и природопользования администрации Златоустовского городского округа. Ответчик, являясь в период с ДД.ММ.ГГГГ индивидуальным предпринимателем с основным видом экономической деятельности «деятельность ветеринарии», а также имея соответствующее высшее профессиональное образование, не мог не знать о требованиях санитарно-гигиенических, ветеринарных норм и правил. Постановлением ГУ МЧС России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был привлечён к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного <данные изъяты> Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ). Действия ответчика нарушают права истца и членов его семьи на охрану здоровья и благоприятную окружающую среду. В результате действий ФИО2 супруга ФИО8 испытывает постоянные головные боли, страдает бессонницей; у несовершеннолетних детей истца диагностирован аллергический ринит, при этом в целях профилактики заболевания педиатром рекомендовано, в том числе, регулярное проветривание помещений, прогулки на свежем воздухе, что не может быть обеспечено ФИО1 По обозначенным причинам истец испытывает ощущение несправедливости, тревоги и беспокойства, что влияет на его эмоциональное и физическое состояние.

Протокольными определениями суда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО6, Областное государственное учреждение «Златоустовская ветеринарная станция» (далее – ОГБУ «Златоустовская ветеринарная станция» (л.д. 197-198 т. 1, л.д. 47-53 т.2).

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции истец ФИО1, его представители ФИО3, ФИО4, исковые требования поддержали, настаивая на их удовлетворении, истец просил взыскать компенсацию морального вреда только в свою пользу.

Ответчик ФИО2, его представитель ФИО5, в судебном заседании с исковыми требованиями ФИО1 не согласились, просили в удовлетворении требований последнему отказать по основаниям, приведённым в представленных в материалы письменных возражениях и дополнениях к ним.

Прокурор г.Златоуста, третье лицо ФИО6, представитель третьего лица ОГБУ «Златоустовская ветеринарная станция» извещены о месте и времени рассмотрения дела, участия в судебном заседании суда первой инстанции не принимали.

Третье лицо ФИО6, участвуя ранее в судебном заседании суда первой инстанции ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования поддержала, просила их удовлетворить.

Суд постановил решение, которым исковые требования ФИО1 удовлетворил частично.

Запретил ФИО2 содержать на земельном участке с кадастровым номером №, расположенном по адресу: <адрес>, сельскохозяйственных животных и птиц, в количестве, превышающем 5 голов крупного рогатого скота, 10 голов мелкого рогатого скота, 5 голов свиней.

Обязал ФИО2 обеспечить содержание на земельном участке с кадастровым номером №, расположенном по адресу: <адрес>, сельскохозяйственных птиц в условиях, исключающих проникновение дикой и синантропной птицы, в течение семи месяцев со дня вступления решения суда в законную силу.

Обязал ФИО2 расчистить земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, от мусора, бытовых (в том числе пищевых) отходов, в течение семи месяцев со дня вступления решения суда в законную силу.

Обязал ФИО2 обеспечить на земельном участке с кадастровым номером №, расположенном по адресу: <адрес>, хранение побочных продуктов животноводства (навоза, помёта) в специально оборудованном месте, в соответствии с требованиями Постановления Правительства РФ от 31 октября 2022 года № 1940 «Об утверждении требований к обращению побочных продуктов животноводства», в течение семи месяцев со дня вступления решения суда в законную силу.

В случае неисполнения решения суда в вышеуказанной части, с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию судебная неустойка в размере 100 руб. за каждый день неисполнения по истечении восьми месяцев с момента вступления решения суда в законную силу и до его фактического исполнения.

Взыскал с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

Взыскал с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб., почтовые расходы в размере 349 руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказал.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить решение суда в части отказа в удовлетворении требований: полного запрета на содержание ответчиком сельскохозяйственных животных и птиц на земельном участке; запрета разведения открытого огня с нарушением норм пожарной безопасности; запрета осуществлять убой животных; полного запрета складирования отходов животноводства на земельном участке; отказа взыскания компенсации морального вреда в сумме 195 000 руб.; отказа взыскания судебной неустойки в размере 900 руб. за каждый день неисполнения решения суда, исковые требования полностью удовлетворить, установить начало периода исполнения решения суда – с даты вступления его в законную силу. В обоснование доводов жалобы указывает, что отказывая в удовлетворении требований в части запрета ФИО2 на разведение открытого огня с нарушением норм пожарной безопасности, судом неверно сделан вывод, что представленный в материалы дела фотоматериал с безусловной достоверностью не подтверждает факт разведения открытого огня ответчиком. Однако в материалах дела имеются доказательства подтверждающие использование открытого огня на земельном участке ответчика, что следует из ответа отдела экологии и природопользования администрации Златоустовского городского округа №131 от 22 апреля 2025 года, специалистом данного отдела был произведен выезд на земельный участок ФИО2 и в ходе осмотра было установлено использование открытого огня. На основании чего ФИО2 был привлечен в административной ответственности по <данные изъяты> КоАП РФ. На представленных фотографиях запечатлено открытое горение. Из фотографий и видео видно, что пламя огня выходит за пределы очага горения, рядом с огнем отсутствует ответчик, контроль никто не осуществляет. Кроме того, свидетели указали, что на земельном участке ответчик регулярно разводил огонь. Считает, что суд неверно трактует понятие открытого огня, которое используется в нормативных актах. Полагает, что приготовление пищи для животных ответчиком в печи «буржуйке» на открытом воздухе и при установленных условиях разведения огня подпадает под понятие разведение «открытого огня», указанного в Правилах противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16 сентября 2020 года № 1479. При разведении огня ФИО2 не соблюдаются требования, касающиеся очистки зоны вокруг места его горения, поскольку территория завалена различными отходами, которые могут легко воспламениться. Также при разведении огня ФИО2 использует бытовой мусор, находящийся на его участке в качестве источника горения, который выделяет токсичные вещества в окружающий воздух. При отказе в удовлетворении требований в части безусловного запрета ответчика содержать на принадлежащем ему земельном участке сельскохозяйственных животных и птиц, суд указал, что расстояние от угла помещения для содержания животных до границы участка ФИО1 (10м) соблюдена, нарушения правил содержания и кормления животных не затрагивают интересы истца, распространение инфекционных заболеваний животных не подтверждены. При этом полагает, что суд не учел, что земельный участок, принадлежащий ФИО2 имеет вид разрешенного использования - «для ведения личного подсобного хозяйства», который предусматривает разведение сельскохозяйственных животных, но их содержание при ведении личного подсобного хозяйства должно соответствовать требованиям ветеринарного, природоохранного и экологического законодательства, в то время как ФИО2 не все животные поставлены на учет и вакцинированы, обязанность по снятию с учета в течении пяти дней животных ФИО2 не исполнена, не сообщено в ветеринарную станцию куда и по какой причине выбыли 2 свиньи из его хозяйства, кормит свиней пищевыми отходами, что запрещено приказом Минсельхоза России от 21 октября 2020 года № 621. Обращает внимание на то, что вакцинация свиней произведена только от классической чумы свиней, что не исключает их заражения африканской чумой при использовании пищевых отходов. Сведения об идентификации животных в 2024 году отсутствовали, ФИО2 не предпринимал никаких мер по обязательной маркировке своих сельскохозяйственных животных, только после многочисленных жалоб, животные были идентифицированы, им проведена вакцинация против бешенства, произведен забор крови. Дальнейшие действия по постановке на ветеринарный учет животных и снятие их с учета ФИО2 не осуществляется. На территории перед домом государственными органами зафиксировано хранение сена тюками на открытом воздухе, вместе с отходами и бытовым мусором, что согласно приказа Минсельхоза России от 01 ноября 2022 года № 774 и приказа Минсельхоза России от 21 октября 2020 года № 622 является нарушением. Указывает, что Приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 21 октября 2020 года № 622 и Приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ установлены норма площади и размеры животноводческих помещений при содержании крупного рогатого скота, мелкого рогатого скота, свиней. Из которых следует, что при содержании только сельскохозяйственных животных площадь сарая должна быть не менее 28,5 кв. м. примерная площадь сарая расположенного на земельном участке ФИО2 составляет 14,4 кв. м., что не соответствует размеру минимальной площади, положенной для содержания животных. При строительстве ответчиком помещения для содержания сельскохозяйственных животных с учетом размера земельного участка и минимальной площади на одну голову, ответчиком не будут соблюдены минимальные расстоянии (не менее 10 м) от конструкции стены помещения до границы соседних земельных участков. Факт несоблюдения обязательных требований минимального расстояния конструкции стены для содержания свиней, коз до границы соседнего участка в хозяйстве ФИО2 отражен в профилактическом мероприятии от ДД.ММ.ГГГГ. Санитарная зона ответчиком не соблюдается, кроме того, ее соблюдение невозможно. Полагает, вывод суда о том, что истец не предоставил относимые и допустимые доказательства, подтверждающие возможность распространения инфекционных заболеваний общих для животных и человека, не соответствует имеющимся в материалах дела доказательствам. Не согласен с отказом в удовлетворении требований истца, касающихся запрета ответчику осуществлять убой животных на своем земельном участке. Считает, что истцом представлены доказательства убоя животных на земельном участке ответчика. Отказывая в полном запрете ответчику осуществлять складирование отходов животноводства (навоза) на своем земельном участке, суд возложил обязанность на ФИО2 обеспечить хранение их в специально оборудованном месте, в соответствии с требованиями Постановления Правительства РФ от 31 октября 2022 года №1940 «Об утверждении требований к обращению побочных продуктов животноводства» при этом судом не учтено, что хранение побочных продуктов животноводства допускается только на специально оборудованных сооружениях, местах. В хозяйствах должны быть созданы условия для обеззараживания навоза. Считает, что площадь и параметры земельного участка ответчика не позволяют размещение площадки для хранения и биотермического обеззараживания навоза на этой территории, поскольку расстояние от площадки для хранения на навоза до жилых помещений при содержании коров и свиней будет составлять от 30 до 90 м. Не согласен с определенным судом размером компенсации морального вреда, поскольку он не соответствует степени его нравственных страданий. Снижая значительно размер суммы морального вреда, суд тем самым не хотел поставить ФИО2 в чрезмерно тяжелое имущественное положение. При этом в рамках судебного разбирательства не устанавливалось действительное имущественное и финансовое положение ответчика. Также не согласен с суммой судебной неустойки, установленной в размере 100 руб. и подлежащей взысканию с ответчика за каждый день неисполнения решения и периодом начала исполнения решения суда - 8 месяцев со дня вступления в законную силу, так как является слишком длительным и не способствует прекращению нарушения права истца, которое и так длится значительное время и с ДД.ММ.ГГГГ ответчиком не исполняются предписания государственных органов.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО2 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Третье лицо ОГБУ «Златоустовская ветеринарная станция», ФИО6, прокурор г. Златоуста о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в суд не явились, доказательств наличия уважительных причин неявки или наличия иных обстоятельств, препятствующих апелляционному рассмотрению, не представили, в связи с чем судебная коллегия в соответствии с положениями статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации находит возможным рассмотрение дела в отсутствие указанных лиц, извещенных о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела ФИО1 и ФИО6 с ДД.ММ.ГГГГ на праве общей совместной собственности принадлежат земельный участок с кадастровым номером № общей площадью 1 111 +/- 12 кв.м. и расположенный на нём жилой дом по адресу: <адрес>, (л.д. 202-206 т. 2).

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции установлено и сторонами не оспаривалось, что в жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>, фактически проживают истец ФИО1, его супруга ФИО6, а также их несовершеннолетние дети ФИО10, <данные изъяты> ФИО11, <данные изъяты>р. (л.д. 24-25 т.1).

Собственником смежного земельного участка, расположенного по адресному ориентиру: <адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ является ответчик ФИО2

Судом первой инстанции установлено и ответчиком ФИО2 не оспаривалось, что непосредственно он осуществляет ведение личного подсобного хозяйства (далее – ЛПХ) на вышеуказанном земельном участке с ДД.ММ.ГГГГ; до ДД.ММ.ГГГГ земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, принадлежали на праве собственности его бабушке ФИО7

Из представленных выписок из ЕГРН следует, на основании соглашения об образовании земельного участка путем перераспределения земель и (или) земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, и земельных участков, находящихся в частной собственности, общая площадь земельного участка с ДД.ММ.ГГГГ составляет 1065 +/- 11 кв.м.; с указанной даты земельному участку присвоен кадастровый номер №, данный земельный участок образован из земельного участка с кадастровым номером <адрес>, площадь которого составляла 939 кв.м.; принадлежащий ФИО2 земельный участок относится к категории земли населенных пунктов, с видом разрешённого использования – для ведения личного подсобного хозяйства; до ДД.ММ.ГГГГ земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, принадлежал на праве собственности ФИО7 (л.д. 80; т.2, л.д. 207-217 т.1).

Из письма Уральского межрегионального управления Россельхознадзора № от ДД.ММ.ГГГГ о рассмотрении обращения ФИО12 следует, что управлением проводилось выездное наблюдение земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, со стороны земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, без взаимодействия с контролируемым лицом, в ходе которого установлено, что по указанному местоположению расположено личное подсобное хозяйство ФИО2, ширина земельного участка 15 метров, в загоне перед домом содержатся 8 гусей, во дворе рядом с жилым домом расположены хозяйственная постройка и помещение для содержания сельскохозяйственных животных, содержание животных осуществляется в непосредственной близости от соседнего участка по <адрес>. Территория земельного участка перед домом и в огороде захламлена строительным и бытовым мусором. Продукты жизнедеятельности животных (навоз) расположены по всей территории участка. Рядом с границей участка по <адрес> навоз складируется на земле без оборудованной площадки для биотермического обеззараживания. Следов выгула животных, убоя и биологических отходов не обнаружено (л.д. 47-48 т.1), что также подтверждается протоколом осмотра № от ДД.ММ.ГГГГ, актом выездного обследования № от ДД.ММ.ГГГГ составленных государственным инспектором отдела внутреннего надзора по Челябинской и Курганской областях ФИО13 (л.д. 67-68, 69, 71 т. 2).

ДД.ММ.ГГГГ заместителем руководителя Уральского межрегионального управления Россельхознадзора в отношении ФИО2 вынесено предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований за №, в соответствии с которым ответчику предписано обеспечить условия для обеззараживания навоза; предусмотреть количество животных в соответствии с допустимым расстоянием до соседних земельных участков, а также обеспечить регулярное проведение вакцинаций и ветеринарных мероприятий в отношении животных, дезинсекции, дезакаризации и дератизации мест содержания животных (л.д. 73-77 т.2).

Факт захламления территории земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, а также наличие мест складирования навоза и пищевых отходов подтверждается содержанием фототаблицы, составленной отделом внутреннего ветеринарного надзора Уральского межрегионального управления Россельхознадзора (т.2, л.д. 78-81).

В подтверждение позиции о захламлении ответчиком земельного участка, складирования на нём навоза и пищевых продуктов, истцом в материалы дела представлен фотоматериал, содержащий изображения общего вида земельного участка ответчика (л.д.148-157,163-165 т.1; л.д. 131-135,196-197 т. 2).

Согласно постановления государственного инспектора г.Златоуста и Кусинского района по пожарному надзору ГУ МЧС России по Челябинской области ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу, ФИО2 был подвергнут наказанию в виде административного штрафа за совершение административного правонарушения, предусмотренного <данные изъяты> КоАП РФ, а именно по факту складирования (свалки) горючих отходов на территории общего пользования, прилегающей к жилому дому, расположенному по адресу: <адрес>, в нарушение п. 68 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 16 сентября 2020 года № 1479, в условиях особого противопожарного режима, установленного на территории Челябинской области с 25 апреля 2025 года Постановлением Правительства Челябинской области от 24 апреля 2025 года № 363-П (л.д. 127-133 т.1).

Как следует из содержания протокола выездного совещания Собрания депутатов Златоустовского городского округа от 02 июля 2025 года, в результате визуального осмотра земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, произведенного со стороны земельного участка, принадлежащего ФИО1, установлено, что на территории принадлежащего ФИО2 земельного участка находится мусор, остатки бывшей в употреблении древесины, металлический лом, автомобильные покрышки, полиэтиленовые бочки, пищевые отходы, навозные развалы в нескольких местах, в том числе вдоль смежной границы; ощущается стойкий неприятный запах разложения органических веществ (навоза и пищевых отходов), присутствует большое количество насекомых; домашняя птица в личном подсобном хозяйстве ФИО2 содержится в загоне, ограждённом сеткой «рабица», при этом сверху загон открыт (л.д. 146-147 т.1).

Согласно ответа начальника отдела экологии и природопользования администрации Златоустовского городского округа от ДД.ММ.ГГГГ №, данного по результатам рассмотрения обращения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ специалистами отдела экологии и природопользования производился выезд по адресу: <адрес>, по результатам которого, в частности, установлено, что на земельном участке расположены деревянный жилой дом и хозяйственные постройки, предназначенные для содержания домашних животных (коров, свиней), и домашней птицы (кур, гусей); кроме того, на земельном участке осуществляется хранение навоза, который складируется навалом на земле. Также в ходе проверки установлено, что на обозначенном земельном участке используется открытый огонь, при этом процесс горения кем-либо не контролировался (л.д. 220-234 т.1).

Из ответа ОГБУ «Златоустовская ветстанция» от ДД.ММ.ГГГГ №, представленного по результатам рассмотрения обращения ФИО1 следует, что ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра, произведённого ветеринарными специалистами ОГБУ «Златоустовская ветстанция» по адресу: <адрес>, установлено, что ФИО2 при ведении личного подсобного хозяйства допускаются нарушения требований ветеринарного законодательства, а именно: отсутствует ограждение, обеспечивающее недопущение проникновения диких животных (за исключением птиц и мелких грызунов) на территорию для содержания КРС; в ЛПХ при совместном содержании в одном помещении отсутствуют изолированные помещения для каждого вида животного; стены, перегородки, покрытия помещения для содержания животных не устойчивы к проведению мойки, дезинфекции, уборка, мойка и дезинфекция помещений своевременно не проводится; не предусмотрены условия для хранения и биометрического обеззараживания навоза; утилизация биологических отходов проводится с нарушением требований, установленных ветеринарными Правилами перемещения, хранения, переработки и утилизации биологических отходов; для кормления свиней используются пищевые отходы (л.д. 217 т.1; л.д. 3-4 т.2).

Согласно сведениям, содержащимся в регистрационной ведомости сельскохозяйственных животных личных подсобных хозяйств автоматизированной системы учёта и регистрации сельскохозяйственных животных, в ЛПХ ФИО2 содержатся: 1 телка, 4 свиньи, 4 козы (л.д. 185-186 т.1).

Из представленных в материалы дела документов следует, что в 2025 году в ЛПХ ФИО2 ОГБУ «Златоустовская ветстанция» был проведен ряд ветеринарно-профилактических мероприятий среди сельскохозяйственных животных, что подтверждается: актами взятия проб крови КРС на бруцеллез, лейкоз, туберкулез; актами взятия проб крови МРС на бруцеллез; актами вакцинации КРС и МРС против ящура; актом вакцинации КРС против сибирской язвы; актом вакцинации свиней против классической чумы (л.д. 157-163,188-193 т.2).

В соответствии с протоколами испытаний от ДД.ММ.ГГГГ №№ №, №, №, составленными испытательной лабораторией ОГБУ «Чебаркульская ветстанция», по результатам проведённых исследований лейкоз крупного рогатого скота, бруцеллез животных, в образцах проб, отобранных в личном подсобном хозяйстве ФИО2, не выявлены (л.д. 164-184 т.2).

Как указано выше, при этом в ходе судебного разбирательства установлено, что увеличение площади земельного участка произошло в связи с заключением ДД.ММ.ГГГГ между Комитетом по управлению имуществом Златоустовского городского округа и ФИО2 заключено соглашение об образовании земельного участка путём перераспределения земель и (или) земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, и земельных участков, находящихся в частной собственности, а именно за счёт земель общего пользования, прилегающих к земельному участку, расположенному по адресному ориентиру: <адрес> (со стороны проезжей части <адрес>), на котором располагается вольер ответчика для содержания домашней птицы, в связи с чем площадь принадлежащего ответчику ФИО2 земельного участка увеличилась до 1065 +/- 11 кв.м.(т.1, л.д. 80,82,84-85,91-104; т.2, л.д. 142-146).

Из содержания представленной в материалы дела схемы расположения земельных участков на кадастровом плане территории, составленной ООО «Земплан», ширина земельного участка, принадлежащего на праве собственности ФИО2 составляет от 17,35 м. до 16,54 м., ширина земельного участка ФИО1 от 17,73 м. до 18,29 м., при этом жилой дом истца располагается на удалении от смежной границы земельных участков (л.д. 145 т.1).

Согласно представленных по запросу суда ОГУП «Обл.ЦТИ» по Челябинской области материалов инвентарного дела на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес> (т.3, л.д. 45-61), непосредственно жилой дом ФИО2 располагается на незначительном удалении от смежной границы земельных участков истца и ответчика; хозяйственные постройки ответчика находятся на противоположной стороне, то есть вдоль границы с земельным участком, расположенным по адресному ориентиру: <адрес>, при этом ширина хозяйственных построек составляет 3,1 м.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции были допрошены свидетели. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО15 указал, что он знаком с ФИО1 с 2018 г года, на протяжении 5-6 лет свидетель выполнял для истца строительные работы по адресу: <адрес>, в период выполнения которых, преимущественно в летний период, ФИО15 неоднократно видел владельца смежного земельного участка, расположенного по адресному ориентиру: <адрес>, который приезжал топить дом, кормить скотину. Свидетель также показал, что при топке жилого дома ответчиком стоял неприятный запах; навозных развалов и (или) компостных ям, а также фактов разведения открытого огня он не видел (л.д. 49(оборот) - 50 т.2)

Допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО16, показал, что третье лицо ФИО6 является его дочерью, а истец ФИО1 её супругом; ФИО1 и ФИО6 на протяжении последних лет жалуются на неприятные запахи и большое скопление насекомых, обусловленные тем, что ответчик ФИО2 постоянно что-то сжигает, кроме того на земельном участке последнего складируются навоз и пищевые отходы, содержатся сельскохозяйственные животные и птицы. Поскольку свидетель также постоянно находится на земельном участке истца и третьего лица, поскольку занимается садом и огородом, то он также ощущает дискомфорт, вызванный наличием неприятных запахов и большого скопления насекомых; по указанным причинам его внуки вынуждены постоянно находится дома, часто болеют (л.д. 51 т.2).

Свидетель ФИО17, допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, показал, что он является собственником земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>; между истцом и ответчиком сложились неприязненные отношения; запах навоза, исходящий от земельного участка, собственником которого является ФИО2, доставляет неудобства, при этом периодически ответчик топит печь, расположенную в огороде без разведения открытого огня (л.д.50 т. 2).

Допрошенный в ходе судебного разбирательства суда первой инстанции ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО18 показал, что он является собственником земельного участка по адресу: <адрес>, при этом он знаком, как с истцом, так и с ответчиком, между которыми сложились неприязненные отношения; принадлежащий ФИО2 земельный участок находится на расстоянии около 20 м. от земельного участка свидетеля, земельный участок ФИО1 удален от земельного участка ФИО18 на более значительное расстояние; при нахождении на земельном участке истца действительно ощущается неприятный запах (л.д. 52, т.2).

Свидетель ФИО19, будучи допрошенным в судебном заседании суда первой инстанции ДД.ММ.ГГГГ показал, что он является собственником земельного участка, расположенного по адресному ориентиру: <адрес>; ведение ФИО2 личного подсобного хозяйства не создает угрозу жизни и здоровью ФИО19 и членов его семьи (л.д. 52 (оборот) -53 т.2).

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО2 является собственником земельного участка с видом разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства и вправе осуществлять на принадлежащем ему земельном участке ведение личного подсобного хозяйства. Установив, что в личном подсобном хозяйстве ФИО2 содержится сельскохозяйственная птица (куры, гуси), с нарушениями правил их содержания, суд пришел к выводу о возложении на ФИО2 обязанности обеспечить содержание на земельном участке с кадастровым номером №, сельскохозяйственных птиц в условиях, исключающих проникновение дикой и синантропной птицы.

Учитывая расположение хозяйственных построек относительно земельного участка ФИО2, а также его ширину с той стороны, где они расположены, размеры самих хозяйственных построек, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в рассматриваем случае ответчиком соблюдаются требования положений подзаконных нормативных правовых актов в части соблюдения минимального расстояния от конструкции стены или угла помещения для содержания животных до границы земельного участка истца ФИО1 (10 м.), исходя из взаимного расположения объектов на местности, пришел к выводу о возложении на ответчика обязанности, содержать сельскохозяйственных животных и птиц, в количестве, не превышающем 5-ти голов крупного рогатого скота, 10-ти голов мелкого рогатого скота, и 5-ти голов свиней.

Установив факт складирования на земельном участке с кадастровым номером №, расположенном по адресу: <адрес>, навоза в отсутствие оборудованных должным образом площадок, суд пришел к выводу о возложении на ФИО2 обязанности обеспечить на земельном участке хранение побочных продуктов животноводства (навоза, помёта) в специально оборудованном месте, в соответствии с требованиями Постановления Правительства РФ от 31 октября 2022 года № 1940 «Об утверждении требований к обращению побочных продуктов животноводства».

Учитывая, что обязанность запрета разведения открытого огня возложена на граждан подзаконным нормативно правовым актом, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении указанного требования. Поскольку факт захламления земельного участка был достоверно установлен, возложил на ФИО2 обязанность расчистить земельный участок с кадастровым номером №.

Руководствуясь ст. 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд пришел к выводу, что возложенные судом на ответчика обязанности подлежат исполнению ФИО2 в течение семи месяцев с момента вступления решения суда в законную силу, полагая обозначенный срок разумным, исходя из объёма работ, требуемых для исполнения соответствующих обязанностей. Кроме того, определил к взысканию с ответчика судебной неустойки в размере 100 руб. за каждый день неисполнения решения суда о возложении обязанности в установленный срок, то есть за период после истечения семи месяцев со дня вступления решения суда в законную силу и по день его фактического исполнения.

Установив факт нарушения личных неимущественных прав истца действиями ответчика, с учетом требований разумности и справедливости, суд пришел к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., а также взыскал в пользу истца судебные расходы.

В соответствии с положениями ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Положениями ст.304 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии со ст. 42 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на благоприятную окружающую среду. Право на благоприятную окружающую среду представляется одним из фундаментальных и всеобъемлющих прав человека и гражданина, затрагивающих основы его жизнедеятельности, связанные с поддержанием нормальных экологических, экономических и эстетических условий его жизни.

Согласно ст.1 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», санитарно-эпидемиологическое благополучие населения - состояние здоровья населения, среды обитания человека, при котором отсутствует вредное воздействие факторов среды обитания на человека и обеспечиваются благоприятные условия его жизнедеятельности.

В силу ст. 8 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ, граждане имеют право, в том числе, на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека. Под «благоприятной средой обитания» следует понимать такое состояние объектов и факторов окружающей (природной и искусственной) среды, при которой отсутствует какое-либо вредное воздействие, имеются возможности для восстановления нарушенных функций организма, возможны достойная жизнь и здоровье человека.

В соответствии с п. 3 ст. 39 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.Таким образом, осуществление права собственности не должно наносить ущерба окружающей среде и ущемлять права и охраняемые законом интересы других лиц.

Согласно ст.304 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В п.45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

В силу п.47 постановления Пленума № 10/22, удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца.

Судебная коллегия не находит оснований согласиться с доводами апелляционной жалобы о том, что судом не учтено, что при разведении и содержании сельскохозяйственных животных, ведение личного подсобного хозяйства должно соответствовать требованиям ветеринарного, природоохранного и экологического законодательства, в то время как ФИО2 данные требования не выполняются, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, санитарная зона ответчиком не соблюдается, кроме того, ее соблюдение невозможно, в связи с чем на ответчика должна быть возложена обязанность полного запрета на содержание сельскохозяйственных животных и птиц на земельном участке.

Как следует из материалов дела и установлено судом ФИО2 является собственником земельного участка с кадастровым номером №, общей площадью 1065 +/- 11 кв.м., расположенного по адресному ориентиру: <адрес>, с видом разрешённого использования – для ведения личного подсобного хозяйства.

Отношения, возникающие в связи с ведением гражданами личного подсобного хозяйства, регулируются положениями Федерального закона от 7 июля 2003 года № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве».

Положениями п.2 ст.1 Федерального закона от 07 июля 2003 года № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве» закреплено, что правовое регулирование ведения гражданами личного подсобного хозяйства осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также принимаемыми в соответствии с ними законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации и нормативными правовыми актами органов местного самоуправления.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 07 июля 2003 года № 112-ФЗ личное подсобное хозяйство - форма непредпринимательской деятельности по производству и переработке сельскохозяйственной продукции. Личное подсобное хозяйство ведется гражданином или гражданином и совместно проживающими с ним и (или) совместно осуществляющими с ним ведение личного подсобного хозяйства членами его семьи в целях удовлетворения личных потребностей на земельном участке, предоставленном и (или) приобретенном для ведения личного подсобного хозяйства.

Право на ведение личного подсобного хозяйства имеют дееспособные граждане, которым земельные участки предоставлены или которыми земельные участки приобретены для ведения личного подсобного хозяйства (ч.1 ст.3 Федерального закона от 07 июля 2003 года № 112-ФЗ).

Согласно п.4 ст.2 Федерального закона от 07 июля 2003 года № 112-ФЗ реализация гражданами, ведущими личное подсобное хозяйство, сельскохозяйственной продукции, произведенной и переработанной при ведении личного подсобного хозяйства, не является предпринимательской деятельностью.

Исходя из норм п.1, 2 ст.4 Федерального закона от 07 июля 2003 года № 112-ФЗ для ведения личного подсобного хозяйства могут использоваться земельный участок в границах населенного пункта (приусадебный земельный участок) и земельный участок за пределами границ населенного пункта (полевой земельный участок). Приусадебный земельный участок используется для производства сельскохозяйственной продукции, а также для возведения жилого дома, производственных, бытовых и иных зданий, строений, сооружений с соблюдением градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил и нормативов.

В соответствии со ст.6 Федерального закона от 07 июля 2003 года №112-ФЗ для ведения личного подсобного хозяйства используются предоставленный и (или) приобретенный для этих целей земельный участок, жилой дом, производственные, бытовые и иные здания, строения и сооружения, в том числе теплицы, а также сельскохозяйственные животные, пчелы и птица, сельскохозяйственная техника, инвентарь, оборудование, транспортные средства и иное имущество, принадлежащее на праве собственности или ином праве гражданам, ведущим личное подсобное хозяйство.

Учитывая изложенное, ФИО2 вправе осуществлять на принадлежащем ему земельном участке ведение личного подсобного хозяйства, ввиду чего судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции в указанной части.

Согласно ст. 1 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее - Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ) санитарно-эпидемиологическое благополучие населения - состояние здоровья населения, среды обитания человека, при котором отсутствует вредное воздействие факторов среды обитания на человека и обеспечиваются благоприятные условия его жизнедеятельности; безопасные условия для человека - состояние среды обитания, при котором отсутствует опасность вредного воздействия ее факторов на человека.

В силу ст. 8 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ, граждане имеют право, в том числе, на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека. Под «благоприятной средой обитания» следует понимать такое состояние объектов и факторов окружающей (природной и искусственной) среды, при которой отсутствует какое-либо вредное воздействие, имеются возможности для восстановления нарушенных функций организма, возможны достойная жизнь и здоровье человека.

В соответствии со ст. 10 Федерального закона от 30 марта 1999 года №52-ФЗ граждане обязаны не осуществлять действия, влекущие за собой нарушение прав других граждан на охрану здоровья и благоприятную среду обитания.

Согласно п.3 ст.39 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

Таким образом, осуществление права собственности не должно наносить ущерба окружающей среде и ущемлять права и охраняемые законом интересы других лиц.

Как следует из ст. Закона Российской Федерации от 14 мая 1993 года №4979-1 «О ветеринарии» (далее - Закон РФ от 14 мая 1993 года № 4979-1) основными задачами ветеринарии в Российской Федерации являются (в числе прочего) реализация мероприятий по предупреждению и ликвидации заразных и иных (по перечню, утверждаемому федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере ветеринарии болезней животных, включая сельскохозяйственных, домашних, зоопарковых и других животных, пушных зверей, птиц, рыб и пчел, и осуществление региональных планов ветеринарного обслуживания животноводства; осуществление федерального государственного ветеринарного контроля (надзора).

В соответствии со ст. 2.1 Закона РФ от 14 мая 1993 года № 4979-1, ветеринарные правила (правила в области ветеринарии) являются нормативными правовыми актами, устанавливающими обязательные для исполнения физическими лицами и юридическими лицами требования при осуществлении профилактических, диагностических, лечебных, ограничительных и иных мероприятий, установлении и отмене на территории Российской Федерации карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов заразных и иных болезней животных, при оформлении ветеринарных сопроводительных документов, назначении и проведении ветеринарно-санитарной экспертизы, осуществлении мероприятий по обеспечению ветеринарной безопасности в отношении уловов водных биологических ресурсов и произведенной из них продукции, при маркировании и учете животных, при проведении регионализации, эпизоотического зонирования, определении зоосанитарного статуса, разведении, выращивании, содержании, перемещении (в том числе перевозке и перегоне) и убое животных, производстве, перемещении, хранении кормов и кормовых добавок, сборе, хранении, перемещении, утилизации и уничтожении биологических отходов, включая критерии их отнесения к категориям биологических отходов, к характеру, форме, содержанию и предоставлению информации по этим видам деятельности, а также определяют права и обязанности органов государственной власти Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, подведомственных им организаций в указанной в настоящей статье сфере деятельности.

Согласно ст. 2.4 Закона РФ от 14 мая 1993 года № 4979-1, ветеринарные правила содержания животных устанавливают требования к условиям содержания животных (за исключением диких животных, находящихся в состоянии естественной свободы, в том числе животных, относящихся к природным ресурсам континентального шельфа и исключительной экономической зоны Российской Федерации), а также требования к осуществлению мероприятий по карантинированию животных, обязательным профилактическим мероприятиям и диагностическим исследованиям животных. Ветеринарные правила содержания животных утверждаются применительно к отдельным видам животных и целям их содержания.

Таким образом, с учетом вышеприведенных норм права, допускается содержание гражданами животных в целях его воспроизводства, выращивания и реализации, но с учетом соблюдения санитарных, градостроительных, санитарно-защитных норм и правил.

Приказом Минсельхоза России от 26 марта 2025 года № 188 утверждены Ветеринарные правила содержания сельскохозяйственной птицы в целях ее разведения и выращивания (далее - Ветеринарные правила содержания сельскохозяйственной птицы в целях ее разведения и выращивания).

Согласно п. 8 Ветеринарных правил содержания сельскохозяйственной птицы в целях ее разведения и выращивания, вентиляционные и иные технологические отверстия, окна, двери птицеводческих и иных помещений в мелких или крупных хозяйствах должны быть оборудованы рамами с сеткой или иными средствами для предотвращения проникновения дикой и синантропной птицы и грызунов в птицеводческие и иные помещения.

Приказом Минсельхоза России от 21 октября 2020 года № 621 утверждены Ветеринарные правила содержания свиней в целях их воспроизводства, выращивания и реализации (далее - Ветеринарные правила содержания свиней),

В соответствии с п.1 Ветеринарных правил содержания свиней, в целях их воспроизводства, выращивания и реализации устанавливают требования к условиям содержания свиней в целях их воспроизводства, выращивания, реализации, требования к осуществлению мероприятий по карантинированию свиней, обязательных профилактических мероприятий и диагностических исследований свиней, содержащихся гражданами, в том числе в личных подсобных хозяйствах, в крестьянских (фермерских) хозяйствах, индивидуальными предпринимателями, организациями и учреждениями уголовно-исполнительной системы, иными организациями и учреждениями, содержащими до 1000 голов свиней включительно (далее - хозяйства), а также содержащими более 1000 голов свиней (далее - предприятие).

Как следует из содержания п. 6 Ветеринарных правил содержания свиней, минимальное расстояние от конструкции стены или угла помещения для содержания свиней (далее - свиноводческое помещение) (ближайших по направлению к жилому помещению, расположенному на соседнем участке) до границы соседнего участка при содержании свиней в хозяйствах должно соответствовать минимальному расстоянию от конструкции стены или угла свиноводческого помещения (ближайших по направлению к жилому помещению, расположенному на соседнем участке) до границы соседнего участка при содержании свиней в хозяйствах, в частности, не менее 10-ти м. в хозяйстве, в котором поголовье взрослых (половозрелых) свиней, содержащихся в свиноводческом помещении, не более 5-ти (голов).

Приказом Минсельхоза России от 21 октября 2020 года № 622 утверждены Ветеринарные правила содержания крупного рогатого скота в целях его воспроизводства, выращивания и реализации (далее - Ветеринарные правила содержания КРС).

Согласно п.1 Ветеринарных правил содержания КРС, ветеринарные правила содержания крупного рогатого скота в целях его воспроизводства, выращивания и реализации устанавливают требования к условиям содержания КРС в целях воспроизводства, выращивания, реализации, а также требования к осуществлению мероприятий по карантинированию КРС, обязательных профилактических мероприятий и диагностических исследований КРС, содержащегося гражданами, в том числе в личных подсобных хозяйствах, в крестьянских (фермерских) хозяйствах, индивидуальными предпринимателями, организациями и учреждениями уголовно-исполнительной системы, иными организациями и учреждениями, содержащими до 500 голов КРС включительно (далее - хозяйства), а также содержащими более 500 голов КРС (далее - предприятия).

В соответствии с п.5 Ветеринарных правил содержания КРС, минимальное расстояние от конструкции стены или угла помещения для содержания КРС (далее - животноводческое помещение) (ближайших по направлению к жилому помещению, расположенному на соседнем участке) до границы соседнего участка при содержании КРС в хозяйствах должно соответствовать минимальному расстоянию от конструкции стены или угла животноводческого помещения (ближайших по направлению к жилому помещению, расположенному на соседнем участке) до границы соседнего участка при содержании КРС в хозяйствах, а именно не менее 10-ти м. в хозяйстве, в котором поголовье КРС от 18 месяцев, содержащееся в животноводческом помещении, составляет не более 5-ти (голов).

Приказом Минсельхоза России от 01 ноября 2022 года № 774 утверждены Ветеринарные правил содержания овец и коз в целях их воспроизводства, выращивания и реализации (далее - Ветеринарные правил содержания овец и коз).

Как следует из содержания п. 1 Ветеринарных правил содержания овец и коз, ветеринарные правила содержания овец и коз в целях их воспроизводства, выращивания и реализации устанавливают требования к условиям содержания овец и коз в целях разведения, выращивания, оборота, а также требования к осуществлению мероприятий по карантинированию МРС, обязательных профилактических мероприятий и диагностических исследований МРС, содержащегося гражданами, в том числе в личных подсобных хозяйствах, в крестьянских (фермерских) хозяйствах, индивидуальными предпринимателями, организациями и учреждениями уголовно-исполнительной системы, иными организациями и учреждениями, содержащими до 1000 голов МРС включительно (далее - хозяйства), а также содержащими более 1000 голов МРС (далее - предприятия).

Согласно п. 4 Ветеринарных правил содержания овец и коз, при содержании МРС в хозяйствах минимальное расстояние от конструкции стены или угла помещения для содержания МРС (далее - животноводческое помещение) (ближайших по направлению к жилому помещению, расположенному на соседнем участке) до границы соседнего участка зависит от количества содержащихся в нем МРС и должно соответствовать минимальному расстоянию, в частности, не менее 10-ти м. в хозяйстве, в котором поголовье МРС в возрасте от 12 месяцев, содержащееся в животноводческом помещении, составляет не более 10-ти (голов).

Правилами землепользования и застройки Златоустовского городского округа, утвержденными решением собрания депутатов Златоустовского городского округа № 41-ЗГО от 08 июня 2018 года установлено минимальное расстояние от границ землевладения до строений, а также между строениями от границ соседнего участка до постройки содержания скота и птиц - 4 м.

Указанные обязательные минимальные расстояния установлены для обеспечения соблюдения прав собственников смежных земельных участков на благоприятную среду обитания и санитарно-эпидемиологическое благополучие.

Как следует из материалов дела в личном подсобном хозяйстве ФИО2 содержится сельскохозяйственная птица (куры, гуси).

Согласно протокола выездного совещания Собрания депутатов Златоустовского городского округа от 02 июля 2025 года, в результате визуального осмотра земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, установлено, что домашняя птица содержится в загоне, ограждённом сеткой «рабица», при этом сверху загон открыт (л.д. 141-142 т. 1).

Площадь принадлежащего ФИО2 земельного участка первоначально (до обращения истца ФИО1 в суд с настоящим иском) составляла 939 кв.м., а на момент рассмотрения дела в суде с первой инстанции составляет 1065 +/- 11 кв.м., увеличение площади земельного участка произошло в связи с заключением ДД.ММ.ГГГГ между Комитетом по управлению имуществом Златоустовского городского округа и ФИО2 соглашения об образовании земельного участка путём перераспределения земель и (или) земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, и земельных участков, находящихся в частной собственности, а именно за счёт земель общего пользования, прилегающих к земельному участку, расположенному по адресному ориентиру: <адрес> (со стороны проезжей части ул. <адрес>), на котором располагается вольер для содержания домашней птицы (л.д. 80,82,84-85,91-104 т.1; л.д. 142-146 т.2).

Из содержания представленной в материалы дела схемы расположения земельных участков на кадастровом плане территории, составленной <данные изъяты> ширина земельного участка, принадлежащего на праве собственности ФИО2 составляет от 17,35 м. до 16,54 м., ширина земельного участка ФИО1 от 17,73 м. до 18,29 м., при этом жилой дом ФИО1 располагается на удалении от смежной границы земельных участков (т.1, л.д. 145).

Согласно представленных по запросу суда ОГУП «Обл.ЦТИ» по Челябинской области материалов инвентарного дела на жилой дом, расположенный по адресу: ул. им. <адрес> (т.3, л.д. 45-61), непосредственно жилой дом ФИО2 располагается на незначительном удалении от смежной границы земельных участков истца и ответчика; хозяйственные постройки ФИО2 находятся на противоположной стороне, то есть вдоль границы с земельным участком, расположенным по адресному ориентиру: <адрес>, при этом ширина хозяйственных построек составляет 3,1 м.

Суд первой инстанции, проанализировав совокупность представленных доказательств и фактических обстоятельств дела, учитывая, что по результатам отбора биологического материала у сельскохозяйственных животных, произведенного специалистами ОГБУ «Златоустовская ветстанция», в личном подсобном хозяйстве ФИО2, лейкоз крупного рогатого скота, бруцеллез, туберкулез животных не обнаружен; доводы стороны о возможности распространения других инфекционных заболеваний, общих для животных и человека, какими-либо относимыми и допустимыми доказательствами, не подтверждены, определил, что выявленные в ходе проверок государственными и муниципальными органами нарушения, допущенных ФИО2 в части содержания сельскохозяйственных животных и птиц, а именно размера помещений для скота и птицы, их видового разделения при содержании, правил кормления, пришел к выводу, что непосредственно прав и законных интересов истца, они не затрагивают.

Верно применив нормы права, установив, что размеры земельного участка ответчика, минимальные расстояния размещения строений для содержания животных от границы смежных земельных участков на момент рассмотрения дела в суде соответствуют допустимым нормам, земельный участок используется ответчиком в соответствии с его видом разрешенного использования, установив факт нарушения ФИО2 действующего законодательства по содержанию животных и птиц на принадлежащем ему земельном участке, а именно что в нарушение правил домашняя птица содержится в загоне, ограждённом сеткой «рабица», при этом сверху загон открыт, пришел к выводу, что на ответчика подлежит возложению обязанность обеспечить содержание на земельном участке с кадастровым номером №, сельскохозяйственных птиц в условиях, исключающих проникновение дикой и синантропной птицы, а также установив превышение допустимого количества голов, правомерно пришел к выводу о наличия основания для возложения на ответчика обязанности содержать сельскохозяйственных животных и птиц, в количестве, не превышающем 5-ти голов крупного рогатого скота, 10-ти голов мелкого рогатого скота, и 5-ти голов свиней, с чем соглашается судебная коллегия.

Доводы апелляционной жалобы том, что при отказе полного запрета складирования отходов животноводства на земельном участке, судом не учтено, что хранение побочных продуктов животноводства допускается только на специально оборудованных сооружениях, местах, в хозяйствах должны быть созданы условия для обеззараживания навоза, однако площадь и параметры земельного участка ответчика не позволяют размещение площадки для хранения и биотермического обеззараживания навоза на этой территории, поскольку расстояние от площадки для хранения на навоза до жилых помещений при содержании коров и свиней должно составлять от 30 до 90 м, отклоняются судебной коллегий.

Согласно пп.7,24 Ветеринарных правил содержания сельскохозяйственной птицы, в мелких и крупных хозяйствах должны быть предусмотрены площадка для складирования (хранения) и биотермического обеззараживания помета (далее - пометохранилище) (за исключением хозяйств, в которых применяется пастбищный тип содержания птицы). Помет в мелких и крупных Хозяйствах необходимо хранить, обрабатывать, перерабатывать в пометохранилищах, расположенных на территории таких хозяйств вне птицеводческих помещений (за исключением мелких и крупных Хозяйств, в которых применяется пастбищный тип содержания птицы).

Из положений п.9 Ветеринарных правил содержания овец и коз следует, что в хозяйствах должны быть созданы условия для обеззараживания навоза. Навоз в хозяйствах необходимо убирать и складировать на навозохранилищах и (или) площадках для хранения и биотермического обеззараживания навоза, расположенных на территории хозяйств вне здания, в котором содержится МРС. При этом расстояние от навозохранилища и (или) площадки для хранения и биотермического обеззараживания навоза до жилых помещений, расположенных на соседних участках, зависит от количества голов МРС, содержащихся в хозяйстве, и должно соответствовать расстояниям, установленным в таблице № 1, а именно не менее 10 м. при поголовье МРС в возрасте от 12 месяцев, содержащемся в животноводческом помещении, не более 10-ти голов.

В соответствии с п.10 Ветеринарных правил содержания свиней, навоз необходимо убирать и складировать на площадках для биотермического обеззараживания, расположенных на территории хозяйства.

Согласно п. 11, 12 Ветеринарных правил содержания КРС, в хозяйствах должны быть созданы условия для обеззараживания навоза. Навоз в хозяйствах необходимо убирать и складировать на навозохранилищах и (или) площадках для хранения и биотермического обеззараживания навоза, расположенных на территории хозяйства вне здания, в котором содержится крупный рогатый скот. Емкость навозохранилища и (или) площадки для хранения и биотермического обеззараживания навоза рассчитывается исходя из массы экскрементов, суточные выделения которых от одной головы КРС.

В силу положений ст. 2 Федерального закона от 14 июля 2022 года №248-ФЗ «О побочных продуктах животноводства и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – ФЗ «О побочных продуктах животноводства»), побочные продукты животноводства - вещества, образуемые при содержании сельскохозяйственных животных, включая навоз, помет, подстилку, стоки, и используемые в сельскохозяйственном производстве; обращение побочных продуктов животноводства - деятельность по хранению, обработке, переработке, транспортировке, реализации и использованию побочных продуктов животноводства в сельскохозяйственном производстве; объекты для хранения, обработки, переработки побочных продуктов животноводства (далее - специализированные площадки) - специально оборудованные сооружения и (или) места, предназначенные для хранения и (или) обработки, переработки побочных продуктов животноводства, в том числе навозохранилища, пометохранилища.

В соответствии с ч.1 ст.7 Федерального закона от 14 июля 2022 года №248-ФЗ, обращение побочных продуктов животноводства осуществляется в соответствии с требованиями к обращению побочных продуктов животноводства, устанавливаемыми в соответствии с частью 6 настоящей статьи, ветеринарными нормами и правилами, санитарно-эпидемиологическими правилами и гигиеническими нормативами, требованиями в области охраны окружающей среды.

Согласно ч.2 ст.7 Федерального закона от 14 июля 2022 года №248-ФЗ, при обращении с побочными продуктами животноводства не допускается загрязнение окружающей среды и ее компонентов, в том числе почв, водных объектов, лесов.

В силу положений ч.6 ст.7 Федерального закона от 14 июля 2022 года №248-ФЗ, требования к обращению побочных продуктов животноводства устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Содержанием пп. 5-7 Требований к обращению побочных продуктов животноводства, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 31.10.2022 года № 1940 (далее - Требования к обращению побочных продуктов животноводства), хранение необработанных, непереработанных побочных продуктов животноводства допускается только на специально оборудованных сооружениях и (или) местах, предназначенных для хранения и (или) обработки, переработки побочных продуктов животноводства, в том числе навозохранилищах, пометохранилищах (далее - специализированные площадки) (п. 5). Специализированные площадки должны располагаться отдельно от объектов содержания сельскохозяйственных животных с подветренной стороны преобладающих направлений ветров по отношению к указанным объектам и ниже водозаборных сооружений (п.6). Хранение побочных продуктов животноводства должно осуществляться собственниками побочных продуктов животноводства способами, не допускающими загрязнения окружающей среды и компонентов природной среды, в том числе попадания загрязняющих веществ в водоносный горизонт (п. 7).

В соответствии с п. 8 Требований к обращению побочных продуктов животноводства, для защиты грунтовых вод от загрязнения специализированные площадки должны иметь монолитные бетонные или герметично сваренные пленочные покрытия либо иметь в основании глиняную подушку толщиной не менее 20 сантиметров. Специализированные площадки с боковых сторон должны иметь бортики и канавки для стока избыточной влаги.

Суд первой инстанции, установив, что на земельном участке с кадастровым номером №, расположенном по адресу: <адрес>, навоз складируется на земле без оборудованной площадки для биотермического обеззараживания, пришел к верному выводу о возложении на ФИО2 обязанности обеспечить на земельном участке хранение побочных продуктов животноводства (навоза, помёта) в специально оборудованном месте, в соответствии с требованиями Постановления Правительства РФ от 31 октября 2022 года № 1940 «Об утверждении требований к обращению побочных продуктов животноводства».

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции и его оценкой исследованных доказательств, поскольку юридически значимые обстоятельства дела установлены правильно и в необходимом объеме, к возникшим правоотношениям правильно применены нормы материального права, нарушений норм процессуального права судом не допущено.

Ссылка апеллянта в доводах жалобы на норму утратившую силу, а именно на РД-АПК 1.10.15.02-08. «Система рекомендательных документов агропромышленного комплекса Министерства сельского хозяйства Российской Федерации. Рекомендательные документы. Методические рекомендации по технологическому проектированию систем удаления и подготовки к использованию навоза и помета», утвержденных и введенных и введены в действие Минсельхозом Российской Федерации 29 апреля 2008 года, отклоняется судебной коллегией, при этом судебная коллегия обращает внимание, что апеллянт ссылается на СанПин 2.2.1/2.1.1.1200-03 которые распространяются на размещение, проектирование, строительство и эксплуатацию вновь строящихся, реконструируемых промышленных объектов и производств, однако в рассматриваемом споре идет речь о личном подсобном хозяйстве гражданина, следовательно, указанная норма на рассматриваемые правоотношения не распространяется.

Доводы апелляционной жалобы о не согласии с отказом в удовлетворении требований о запрете разведения открытого огня с нарушением норм пожарной безопасности, поскольку в материалах дела имеется достаточно доказательств подтверждающих использование открытого огня на земельном участке ответчика, судебная коллегия находит несостоятельным, поскольку в соответствии п.п.1, 66 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 сентября 2020 года № 1479 на граждан возложена обязанность запрета использования открытого огня на территориях частных домовладений, в связи с чем суд обоснованно отказал в удовлетворении указанных требований.

Доводы апеллянта о том, что истцом представлены доказательства убоя животных на земельном участке ответчика, не могут быть приняты судебной коллегией, поскольку противоречат установленным по делу обстоятельствам и исследованным материалам дела, направлены на иную оценку исследованных судом первой инстанции доказательств и не содержат новых обстоятельств, которые не были предметом обсуждения суда первой инстанции или опровергали бы выводы судебного решения.

Судебной коллегией отклоняются доводы апелляционной жалобы о не согласии с определенным судом размером компенсации морального вреда, на основании следующего.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Установив в ходе судебного разбирательства нарушение личных неимущественных прав истца действиями ответчика, выразившихся в нарушении требований законодательства при содержании сельскохозяйственных животных, несоблюдении требований законодательства в области обращения с отходами при ведении личного подсобного хозяйства и создания угрозы причинения вреда (ущерба), чем были нарушены права истца на благоприятную окружающую среду, отдых, беспрепятственное пользование принадлежащим истцу земельным участком, исходя из фактических обстоятельств дела, судом первой инстанции с ответчика в пользу истца взыскана компенсация морального вреда с учетом принципов разумности и справедливости в размере 5 000 руб.

Довод апелляционной жалобы истца о том, что суд необоснованно снизил размер компенсации морального вреда, не свидетельствует о незаконности судебного постановления, размер денежной компенсации морального вреда определен судом с учетом характера причиненных истцу нравственных страданий, исходя из фактических обстоятельств дела, степени вины ответчика, индивидуальных особенностей истца, степени характера и объема пережитых ими страданий, возраста истца, с учетом отсутствия доказательств причинной связи между хроническими заболеваниями истца и действиями ответчика, выразившимися в содержании сельскохозяйственных животных, а также принципа разумности и справедливости. Оснований для увеличения компенсации морального вреда по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает.

В целом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, фактически направлены на переоценку выводов, сделанных судом первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены, и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не может согласится с выводами суда, в части размера взыскания судебной неустойки на основании следующего.

В соответствии с ч.3 ст.206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд по требованию истца вправе присудить в его пользу денежную сумму, подлежащую взысканию с ответчика на случай неисполнения судебного акта, в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения.

В п.28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя. При этом уплата судебной неустойки не влечет прекращение основного обязательства, не освобождает должника от исполнения его в натуре, а также от применения мер ответственности за его неисполнение или ненадлежащее исполнение (п.2 ст. 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, изложенных в п.33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» следует, что судебный акт в части взыскания судебной неустойки подлежит принудительному исполнению только по истечении определенного судом срока исполнения обязательства в натуре. Факт неисполнения или ненадлежащего исполнения решения суда устанавливается судебным приставом-исполнителем.

Как разъяснено в п.п. 31 и 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки в случае удовлетворения иска о понуждении к исполнению обязательства в натуре; судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства; удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения.

Если требование о взыскании судебной неустойки заявлено истцом и удовлетворяется судом одновременно с требованием о понуждении к исполнению обязательства в натуре, началом для начисления судебной неустойки является первый день, следующий за последним днем, установленным решением суда для исполнения обязательства в натуре.

Исходя из содержания вышеприведенных законоположений, размер судебной неустойки, взысканной судом, не должен быть чрезмерным, в случае чрезмерности размера требуемой к начисленной судебной неустойки суд вправе и обязан снизить размер последней, чтобы соблюсти принципы справедливости и соразмерности, судебная неустойка, являющаяся способом понуждения должника к исполнению обязательства, взыскивается (начисляется) за весь период неисполнения обязательства, вплоть до дня его фактического исполнения, кроме исключительных случаев и форс-мажорных ситуаций, обусловливающих объективную невозможность исполнения обязательства должником.

Из содержания ст. 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации прямо вытекает, что судебная неустойка является средством побуждения должника к исполнению судебного решения, т.е. она обращена по своему целевому назначению в будущее, направлена на стимулирование правомерного поведения должника в рамках добровольного исполнения, исчисление судебной неустойки для должника начинается только с того момента, когда должник не исполняет судебное решение добровольно и судебный акт в части взыскания судебной неустойки подлежит принудительному исполнению только по истечении определенного судом срока исполнения обязательства в натуре.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, объем и характер обязательств, подлежащих исполнению в натуре, принципы разумности и соразмерности, а также недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что определенная судом первой инстанции ко взысканию судебная неустойка в размере 100 руб. подлежит увеличению до 500 руб., что соответствует принципам справедливости и соразмерности, присуждение судебной неустойки исполнение судебного акта в данном размере является для ответчика более выгодным, чем его неисполнение.

Согласно ст. 206 Гражданского процессуального кодекса Российской при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные с передачей имущества или денежных сумм, в случае, если указанные действия могут быть совершены только ответчиком, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено.

Пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что, удовлетворяя требование кредитора о понуждении к исполнению обязательства в натуре, суд обязан установить срок, в течение которого вынесенное решение должно быть исполнено (ч.2 ст.206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При установлении указанного срока, суд учитывает возможности ответчика по его исполнению, степень затруднительности исполнения судебного акта, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства.

С учетом обстоятельств дела, характера допущенных ответчиком нарушений, важности защищаемых отношений, суд обоснованно посчитал разумным и достаточным сроком для устранения ответчиком выявленных нарушений срок - в течение 7 месяцев со дня вступления решения в законную силу.

В связи с изложенным судебная коллегия находит необходимым изменить решение суда первой инстанции в части суммы взыскания судебной неустойки, с учетом ст. 206 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации определить, ч в случае неисполнения решения суда с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию судебная неустойка в размере 500 руб. за каждый день неисполнения по истечении семи месяцев с момента вступления решения суда в законную силу и до его фактического исполнения.

В остальной части оснований для изменения либо отмены решения суда судебная коллегия не усматривает. Доводы апелляционной жалобы не опровергают правильных выводов суда, являлись предметом тщательного исследования в суде первой инстанции и обоснованно не приняты им во внимание, поскольку основаны на неправильном толковании норм материального права, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, оснований для которой судебная коллегия не находит.

Руководствуясь ст.ст. 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Златоустовского городского суда Челябинской области от 02 октября 2025 года изменить в части взыскания судебной неустойки:

В случае неисполнения решения суда с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию судебная неустойка в размере 500 руб. за каждый день неисполнения по истечении семи месяцев с момента вступления решения суда в законную силу и до его фактического исполнения.

В остальной части это же решение оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27 января 2026 года.