Решение № 2-2997/2024 2-2997/2024~М-2634/2024 М-2634/2024 от 15 декабря 2024 г. по делу № 2-2997/2024

Дело № 2-2997/2024

УИД 18RS0011-01-2024-005616-97


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 декабря 2024 года г. Глазов Удмуртской Республики

Глазовский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Одинцовой О.П.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Беккер И.А.,

с участием процессуального истца – помощника Глазовского межрайонного прокурора Огородниковой Е.П.,

материального истца ФИО6, ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Глазовского межрайонного прокурора в интересах ФИО6 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

установил:

Глазовский межрайонный прокурор обратился в суд в интересах ФИО6 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, указывая в обоснование, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился в <адрес> г.<адрес> Удмуртской Республики, совместно с ранее ему знакомым ФИО2 В указанное время между ФИО2 и ФИО4 произошел конфликт, в ходе которого у ФИО4 на почве внезапно возникших из-за высказанного потерпевшим оскорбления в адрес подсудимого, неприязненных отношений к ФИО2, возник преступный умысел, направленный на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, опасного для его жизни, путем нанесения множественных ударов ногами и руками в область расположения жизненно важных органов – головы и туловища. В результате вышеуказанных преступных действий ФИО4 ФИО2 были причинены телесные повреждения, повлекшие его смерть. Причиной смерти ФИО2 явилась закрытая черепно-мозговая травма: ушиб головного мозга в виде кровоизлияний в мягкую мозговую оболочку, желудочки головного мозга, очага контузии в правой височной доле, субдуральная гематома в лобно-теменно-височной области слева (объем 150мл), кровоизлияния в височные мышцы, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменно-височной области слева и в лобно-височной области справа, три ушибленные раны теменной области, ссадина лобной области слева, ушибленная рана верхнего века левого глаза, ушибленная рана у внутреннего конца левой брови, кровоподтеки лба слева на участке 6?5 см. с переходом на область левого глаза и левую скуловую область, кровоподтек в области правого глаза с переходом на височно-скуловую область, ушибленная рана и кровоподтек левой ушной раковины.

ФИО6 приходится отцом ФИО2. Смерть сына явилась для него шоковым событием, переживания по поводу случившегося нанесли вред его психическому состоянию, начались проблемы со сном и давлением. ФИО6 лишился своего родного сына, что представляет для него тяжелую эмоциональную утрату. Нравственные страдания ФИО6 носят длительный характер и сохраняются по настоящее время. Ссылаясь на указанные обстоятельства, прокурор просит взыскать с ФИО3 в пользу ФИО6 в счет компенсации морального вреда 1 500 000 рублей.

В судебном заседании прокурор исковые требования поддержал, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении.

Истец ФИО6 исковые требования прокурора поддержал, доводы, изложенные в исковом заявлении, подтвердил, дополнительно пояснил, что с сыном поддерживали родственные отношения, общалась 1-2 раза в месяц, последнее время – почти каждую неделю. Они с супругой приходили к нему, покупали продукты. Он помогал им по хозяйству, в том числе, на садовом участке. До настоящего времени переживает потерю сына.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании с иском не согласился, ссылаясь на отсутствие у него какого-либо имущества и денежных средств.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО10 показала, что ФИО6 приходится ей супругом, состоят с ним в зарегистрированном браке, ФИО2 приходился сыном. У супруга с сыном отношения всегда были хорошие, всегда работали вместе с ним в огороде, занимались ремонтом машины в гараже. С сыном они общались часто. До настоящего времени переживают смерть сына.

Свидетель ФИО11 суду показала, что ФИО2 является отцом ее несовершеннолетней дочери ФИО7, отцовство установлено. Знает родителей ФИО2, поддерживает с ними хорошие отношения. Известно, что родители тяжело переживают смерть сына. ФИО2 относился очень трепетно к родителям, мнение отца для него было авторитетным, всегда прислушивался к нему.

Суд, выслушав участников процесса, показания свидетелей, исследовав представленные письменные доказательства, пришел к следующему выводу.

Судом установлено, что приговором Глазовского районного суда УР от 17 октября 2024 года, вступившим в законную силу, ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и ему назначено наказание в виде 7 лет лишения свободы.

Как следует из описательной части приговора преступление ФИО3 совершено при следующих обстоятельствах.

С 20 часов ДД.ММ.ГГГГ по 07 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 находился в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в <адрес> г.<адрес> Удмуртской Республики, совместно с ранее ему знакомым ФИО2 В указанное время между ФИО2 и ФИО4 произошел конфликт, в ходе которого у ФИО4 на почве внезапно возникших из-за высказанного потерпевшим оскорбления в адрес подсудимого, неприязненных отношений к ФИО2, возник преступный умысел, направленный на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, опасного для его жизни, путем нанесения множественных ударов ногами и руками в область расположения жизненно важных органов – головы и туловища. Реализуя свой преступный умысел, ФИО4, осознавая общественную опасность своих действий и предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО2 и желая этого, в то же время, не предвидя возможности наступления смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, подошёл к ФИО2 и умышленно, со значительной силой приложения нанёс ему множественные удары кулаками рук в область расположения жизненно важных органов - головы и туловища, в результате чего ФИО2 упал на пол. Продолжая реализацию своего преступного умысла, ФИО4 нанёс множественные удары руками и ногами в область головы и туловища лежащего на полу потерпевшего. В результате вышеуказанных преступных действий ФИО4 ФИО2 были причинены телесные повреждения:

- закрытая черепно-мозговая травма: ушиб головного мозга в виде кровоизлияний в мягкую мозговую оболочку, желудочки головного мозга, очага контузии в правой височной доле, субдуральная гематома в лобно-теменно-височной области слева (объем 150мл), кровоизлияния в височные мышцы, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменно-височной области слева и в лобно-височной области справа, три ушибленные раны теменной области, ссадина лобной области слева, ушибленная рана верхнего века левого глаза, ушибленная рана у внутреннего конца левой брови, кровоподтеки лба слева на участке 6?5 см. с переходом на область левого глаза и левую скуловую область, кровоподтек в области правого глаза с переходом на височно-скуловую область, ушибленная рана и кровоподтек левой ушной раковины. Повреждения, как единый комплекс травмы, квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п.п. 6.1.3 Приказ №194н МЗ и СР РФ от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»);

- закрытые переломы 2, 4, 5, 6, 7, 10, 11 ребер слева с повреждением легкого, левосторонним гемопневмотораксом. Повреждения, как единый комплекс травмы, квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п.п. 6.1.10 Приказ №194н МЗ и СР РФ от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

ФИО4, осознавая, что совершил все необходимые действия для причинения тяжкого вреда здоровью ФИО2, свои преступные действия прекратил и с места совершения преступления скрылся. От полученных в результате преступных действий ФИО4 телесных повреждений ФИО2 скончался на месте происшествия спустя непродолжительное время. Причиной смерти ФИО2 явилась закрытая черепно-мозговая травма: ушиб головного мозга в виде кровоизлияний в мягкую мозговую оболочку, желудочки головного мозга, очага контузии в правой височной доле, субдуральная гематома в лобно-теменно-височной области слева (объем 150 мл.), кровоизлияния в височные мышцы, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в лобно-теменно-височной области слева и в лобно-височной области справа, три ушибленные раны теменной области, ссадина лобной области слева, ушибленная рана верхнего века левого глаза, ушибленная рана у внутреннего конца левой брови, кровоподтеки лба слева на участке 6?5 см. с переходом на область левого глаза и левую скуловую область, кровоподтек в области правого глаза с переходом на височно-скуловую область, ушибленная рана и кровоподтек левой ушной раковины.

Из объяснений, данных ФИО6 в ходе рассмотрения уголовного дела в качестве свидетеля следует, что проживает с супругой ФИО10 От совместного брака было двое детей. Младший сын умер в 2016 году от сердечного приступа. Старший сын ФИО2 проживал в общежитии на <адрес> г. <адрес>, в комнате, принадлежащей дочери сына – ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. На фоне употребления спиртных напитков у сына появилась эпилепсия. Сына навещал редоко, обычно сын сам приходил к ним в гости. В состоянии алкогольного опьянения агрессию по отношению к другим не проявлял. Был добрый, спокойный, отзывчивый, всегда готовый прийти на помощь. Ранее привлекался к уголовной ответственности. Конфликтных ситуаций у него ни с кем не было. Супруга навещала сына примерно раз в месяц, приносила ему продукты питания. Последний раз сына видел ДД.ММ.ГГГГ, когда приходил к ним в гости. В связи с сильным душевным волнением потерпевшим по делу быть не желает, так как потеря сына очень большая утрата, до сих пор не может прийти в себя.

Допрошенная в качестве потерпевшей в ходе предварительного расследования по уголовному делу ФИО10 дала объяснения аналогичные объяснениям ФИО6

Согласно ч. 4 ст. 42 УПК РФ по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно ст. 42 УПК РФ потерпевшим является лицо, которому преступлением, в том числе, причинён моральный вред.

ФИО6, приходясь отцом ФИО2, в связи со смертью сына является потерпевшим, и вправе требовать от ФИО4 компенсации, причиненного ему морального вреда.

Вопрос о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, потерпевшему ФИО6 в рамках рассмотрения уголовного дела не разрешался.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Согласно п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (пункт 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причиненной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В силу статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно статье 151 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Вина ФИО4, причинившего ФИО2 телесные повреждения, в результате которых последний скончался, подтверждается вступившим в законную силу приговором суда от 17 октября 2024 года.

Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Проверяя обоснованность требований истца в части причинения ему морального вреда суд исходит из следующего.

Истец ФИО6 приходится отцом умершему ФИО2, то есть близким родственником. После преждевременной смерти единственного, оставшегося в живых, сына истец ФИО2 испытал и испытывает до настоящего времени нравственные страдания, связанные с потерей сына, вынужден изменить обычный образ жизни из-за смерти близкого человека, лишился моральной поддержки, а также заботы в целом со стороны умершего сына, на которую был вправе рассчитывать при его жизни.

Суд также учитывает возраст истца, в котором он потерял сына, их взаимоотношения, степень психологической зависимости от погибшего, изменение качества жизни после смерти сына, отсутствие других родственников, кроме супруги истца, способных оказать поддержку, облегчить страдания, вызванные гибелью близкого человека. Принимает во внимание суд и доводы истца о том, что переживания от невосполнимой утраты близкого человека отрицательно сказались на его здоровье.

Таким образом, принимая во внимание тот факт, что умерший ФИО2 приходился истцу родным сыном, на момент смерти между ними были близкие отношения, которые подтверждены в ходе судебного разбирательства, истец тяжело переживает утрату сына, испытал сильные душевные страдания, которые испытывает по настоящее время, потеря родного и близкого человека явилась для него невосполнимой утратой, с учетом характера и степени причиненных истцу нравственных страданий, фактических обстоятельств его причинения, степени вины ответчика, совершившего умышленное преступление, обстоятельств совершения указанного преступления, индивидуальных особенности истца, находящегося в преклонном возрасте, имеющего ряд хронических заболеваний, суд полагает, что с ответчика ФИО4 в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

По мнению суда, данная сумма является соразмерной причиненным физическим и нравственным страданиям, отвечает требованиям разумности и справедливости. Дальнейшее уменьшение суммы компенсации морального вреда приведет к несоразмерности причиненным физическим и нравственным страданиям, несоответствию требованиям разумности и справедливости.

Поскольку вред был причинен умышленными действиями ответчика, оснований для применения части 3 статьи 1083 ГК РФ не имеется.

В порядке ст. 103 ГПК РФ суд считает необходимым взыскать с ответчика ФИО4 расходы по оплате государственной пошлины в местный бюджет в размере 3 000 рублей, от уплаты которой истец ФИО6 освобожден.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования Глазовского межрайонного прокурора в интересах ФИО6 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 (паспорт серия № №) в пользу ФИО6 (паспорт серия № №) компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать с ФИО4 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд УР в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме через Глазовский районный суд УР.

Мотивированное решение составлено 23 декабря 2024 года.

Судья О.П. Одинцова