Решение № 2-235/2024 2-235/2024(2-4799/2023;)~М-3697/2023 2-4799/2023 М-3697/2023 от 9 октября 2024 г. по делу № 2-235/2024

Дело №2-235/2024

УИД: 59RS0005-01-2023-004479-69


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

9 октября 2024 года г. Пермь

Мотовилихинский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Вязовской М.Е.,

при ведении протокола помощником судьи Вегелиной Л.Р.,

с участием помощника прокурора Караханова Ш.Р.,

с участием истца ФИО1, представителя ФГБУЗ ПЦК ФМБА по доверенности ФИО3, представителя ГАУЗ ПК ГКБ № по доверенности ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Краевая клиническая психиатрическая больница», Государственному автономному учреждению здравоохранения Пермского края «Городская клиническая больница №», Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Пермский клинический центр Федерального медико-биологического агентства России» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение,

установил:

ФИО1 (далее - истец) обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Краевая клиническая психиатрическая больница», Государственному автономному учреждению здравоохранения Пермского края «Городская клиническая больница №», Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Пермский клинический центр Федерального медико-биологического агентства России» (далее - ответчики) о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, в обоснование чего указала следующее.

ФИО1 является вдовой ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В июне 2021 года ФИО2 из-за увольнения с работы начал жаловаться <данные изъяты>, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ обратился в филиал ГБУЗ ПК «ККПБ» и был направлен на стационарное лечение. На стационарном лечении находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ему было назначено лечение <данные изъяты>, которые спровоцировали <данные изъяты>.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был направлен в ФГБУЗ ПК «ПКЦ ФМБА» МСЧ № с диагнозом <данные изъяты>. Какого-либо лечения не проводилось, несмотря на состояние, он находился в обычной палате.

После этого ФИО2 был направлен в терапевтическое отделение ГАУЗ ПК «ГКБ №», где находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер в больнице.

Истец полагает, что медицинские препараты (<данные изъяты>) не должны были назначаться ФИО2, они спровоцировали ухудшение состояния его здоровья, а в дальнейшем привели к гибели.

Как следует из акта проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности Министерства здравоохранения Пермского края № от ДД.ММ.ГГГГ, медицинская помощь была оказана ФИО2 с нарушениями Положения об организации оказания паллиативной медицинской помощи, включая порядок взаимодействия медицинских организаций, организаций социального обслуживания и общественных объединений, иных коммерческих организаций, осуществляющих свою деятельность в сфере охраны здоровья, утвержденного приказом Минздрава России №н Минтруда России №н от ДД.ММ.ГГГГ (далее - Положение), а также Регламента оказания паллиативной помощи взрослым в Пермском крае, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ № (далее - Регламент).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был переведен из ФГБУЗ ПК «ПКЦ ФМБА» МСЧ № в терапевтическое отделение ГАУЗ ПК «ГКБ №», доставленный бригадой скорой медицинской помощи и госпитализированный, согласно титульному листу медицинской карты стационарного больного №, по экстренным показаниям, требующим в соответствии с диагнозом и состоянием круглосуточного медицинского наблюдения, находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на стационарном лечении в отделении сестринского ухода (в отделении терапии). При этом отделение сестринского ухода является подразделением, оказывающим паллиативную медицинскую помощь в плановом порядке пациентам, нуждающимися в круглосуточном сестринском уходе, при отсутствии показаний для постоянного наблюдения врача (в нарушение п.22 п.2 приложения № Положения).

Пациент не признан нуждающимся в паллиативной медицинской помощи по заключению врачебной комиссии, в которой осуществлялось наблюдение и лечение пациента, и соответственно информация по ФИО2 отсутствует в регистре паллиативных пациентов ЕИСЗ ПК (в нарушение п.14 Положения, а также п.12,16 Регламента).

В период госпитализации ФИО2, проводилось лечение, однако с ДД.ММ.ГГГГ отмечено ухудшение состояния в виде <данные изъяты>.

В результате бездействия медицинских работников, неоказании своевременной медицинской и квалифицированной помощи, проявления халатности, ФИО2 умер.

Нарушение порядка и стандарта оказания медицинской помощи, проведения диагностики, лечения, выполнения послеоперационных процедур противоречит требованиями к качеству медицинской услуги и правам в сфере охраны здоровья.

Неправомерными действиями сотрудников больниц, ФИО1 были причинены нравственные страдания, поскольку ее супруг ФИО2, находясь в больницах, был фактически оставлен без оказания квалифицированной медицинской помощи. В связи с его смертью, истец лишилась любимого человека, чувствует себя одинокой и беспомощной. В браке они прожили 35 лет.

ФИО1 тяжело переживала смерть мужа, находилась на лечении в ГБУЗ ПК «КБ Свердловского района» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Считает, что размер компенсаций, подлежащий взысканию в ее пользу с ответчиков, составляет 300 000 рублей.

Кроме того, ФИО1 понесла расходы, связанные с захоронением супруга. На ритуальные услуги истцом было потрачено 34 920 рублей.

На основании изложенного, с учетом уточненного искового заявления ФИО1 просит суд взыскать солидарно с ГБУЗ ПК «ККПБ», ФГБУЗ «ПКЦ ФМБА» МСЧ №, ГАУЗ ПК «ГКБ №» в свою пользу компенсацию морального вреда за смерть ФИО2 в размере 400 000 рублей, а также в возмещение расходов на погребение ФИО2 – 34 920 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования, настаивала на доводах, изложенных в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что не смогла пережить утрату мужа, они прожили вместе 35 лет, пришлось обращаться к специалистам. ФИО2 не назначили лечение в реанимации. 3 дня с истцом никто не хотел разговаривать, объяснить ей ситуацию, в ГАУЗ ПК «ГКБ №» общались с ней некорректно. Истец передавала мазь, памперсы, салфетки через медсестер. Ее обнадеживали, что ФИО2 пошел на поправку.

Представитель ответчика ГБУЗ ПК «Краевая клиническая психиатрическая больница» в судебное заседание не явился, просил провести судебное заседание в свое отсутствие. В представленных письменных возражениях исковые требования не признали в полном объеме, указав, что впервые ФИО2 обратился в сопровождении жены к районному врачу психиатру в диспансерное отделение ГБУЗ ПК «ККПБ» ДД.ММ.ГГГГ. Причиной обращения послужили жалобы <данные изъяты>. На момент осмотра ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>. По итогам психиатрического освидетельствования установлен предварительный диагноз: «<данные изъяты>. Назначено обследование, лечение не назначалось. По результатам обследования психолога ДД.ММ.ГГГГ установлено, что у ФИО2 <данные изъяты>. Согласно заключению МРТ от ДД.ММ.ГГГГ: <данные изъяты>. На повторном приеме врача-психиатра ДД.ММ.ГГГГ был установлен диагноз: <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ вновь обратился к врачу-психиатру с жалобами «<данные изъяты>. Был поставлен диагноз: «<данные изъяты>» (предварительный). По итогам осмотра врачом-психиатром выявлены <данные изъяты>. Учитывая тяжесть психического состояния, врачом-психиатром рекомендовано обследование и лечение, а также верификация диагноза в условиях круглосуточного стационара. Пациент дал письменное информированное добровольное согласие на госпитализацию, лечение в круглосуточном психиатрическом стационаре. В ГБУЗ ПК «ККПБ» на стационарное лечение ФИО2 впервые поступил ДД.ММ.ГГГГ. Причиной госпитализации стало ухудшение <данные изъяты> в течение последнего года. <данные изъяты>. В отделении был осмотрен и.о. заведующего отделением-врачом-психиатром. Выставлен диагноз «<данные изъяты>». Назначено лечение: <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 принят под наблюдение заведующего отделением-врача-психиатра. Учитывая обследование в краевом психиатрическом диспансере (психолог, МРТ, ЭЭГ) и описание психического состояния в динамике, был выставлен диагноз: «<данные изъяты>». После купирования психомоторной и аффективной симптоматики дозировки снижались. Соматическое состояние расценивалось как удовлетворительное. <данные изъяты>. Пациент по своему психическому состоянию нуждался в решении вопросов трудовой экспертизы. ДД.ММ.ГГГГ в связи с повышением температуры пациент был переведен из общепсихиатрического отделения в психоинфекционное отделение для исключения новой коронавирусной инфекции. Был обследован, диагноз <данные изъяты> подтвердился, <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>. Рентген легких от ДД.ММ.ГГГГ «<данные изъяты>. Установлен был диагноз: «<данные изъяты>». Получал лечение и обследование согласно временным рекомендациям по <данные изъяты> на октябрь 2021 (версия 13 от ДД.ММ.ГГГГ). Соматическое состояние расценивалось как средней тяжести. В психическом статусе отмечалась <данные изъяты>. После получения отрицательного результата <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был выведен в ПТО № для продолжения лечения с диагнозом: «<данные изъяты>». Осматривался в ПТО № в динамике врачом-терапевтом, с диагнозом: «<данные изъяты>», лечение корригировалось. <данные изъяты>. Рентген от ДД.ММ.ГГГГ «<данные изъяты>». В связи с сопутствующей патологией «<данные изъяты>» для дальнейшего лечения по экстренным показаниям переведен в ФГБУЗ ПЦК ФМБА МСЧ №. Актом проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности от ДД.ММ.ГГГГ № Министерством здравоохранения Пермского края нарушений обязательных требований Порядка оказания медицинской помощи при психических расстройствах и расстройствах поведения (утв. приказом М3 РФ" от ДД.ММ.ГГГГ №н) при оказании медицинской помощи ФИО2 в период его стационарного лечения в ГБУЗ ПК «ККПБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не выявлено. Просили в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчика ФГБУЗ «ПКЦ ФМБА России» ФИО3 в судебном заседании возражал против заявленных исковых требований на основании, изложенных в ранее представленном отзыве на исковое заявление возражений, согласно которому считает, что в нарушение ст. 56 ГПК РФ ФИО1 надлежащих доказательств неправомерности действий работников ФБГУЗ «ПКЦ ФМБА России» при оказании медицинской помощи не представила. В рассматриваемом гражданском деле отсутствует состав правонарушения, влекущий обязанность ФБГУЗ «ПКЦ ФМБА России» компенсировать истцу моральный и имущественный вред, поскольку ответчик неправомерных действий (бездействия) при оказании медицинской помощи не допустил, а между действиями ответчика и нравственными страданиями истца отсутствует причинная связь. Медицинская помощь супругу истца оказана в соответствии со стандартами и порядками оказания медицинской помощи и клиническими рекомендациями. Заявленное требование о возмещении расходов на погребение может быть отнесено только к лицу, непосредственно причинившему вред здоровью потерпевшего, а также при наличии прямой причинно-следственной связи между таким вредом и наступлением смерти потерпевшего. Таким образом, отсутствуют основания для утверждения истца о том, что ФБГУЗ «ПКЦ ФМБА России» является причинителем вреда здоровью ФИО2, а значит оснований для возмещения морального вреда и расходов на погребение истцу нет.

Представитель ответчика ГАУЗ ПК «ГКБ №» ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала доводы письменных возражений, согласно которым ФИО2 поступил в ГАУЗ ПК «ГКБ №» в экстренном порядке. Жалоб не предъявлял в виду <данные изъяты>. По данным анамнеза имелся <данные изъяты>, находился на лечении в отделении КМСЧ №, выставлен диагноз <данные изъяты>. Переведен в ГАУЗ ПК «ГКБ №» для проведения <данные изъяты>. Госпитализирован в терапевтическое отделение в условиях ОРИТ. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился в условиях терапии с транспортировкой пациента в отделение реанимации и интенсивной терапии для выполнения <данные изъяты> под наблюдением врача реаниматолога-анестезиолога, врача терапевта. На регулярной основе пациент осматривался лечащим врачам и заведующим терапевтическим отделением. В течение госпитализации в условиях коек сестринского ухода проведено лабораторно-инструментальное обследование, направленное на динамическую оценку функции жизненно важных органов и систем. На фоне проводимого лечения отмечена положительная динамика показателей очищения электролитного обмена, улучшения по данным общего анализа мочи. <данные изъяты>. С ДД.ММ.ГГГГ отмечено ухудшение состояния в виде <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в 01:00 часов был вызов в палату, пациент осмотрен врачом по оказанию экстренной помощи, консультирован реаниматологом-анестезиологом, скорректирована терапия. В 05:40 часов в связи с отсутствием эффекта проводимой терапии выполнена повторная консультация реаниматологом-анестезиологом, ФИО2 транспортирован в отделение общей реанимации, где продолжена интенсивная терапия, направленная на поддержание функций жизненно важных органов и систем организма. Выполнена <данные изъяты>. Запланирована консультация хирурга. Несмотря на проводимую терапию, в 09:50 часов наступила клиническая смерть. Реанимационные мероприятия проведены в полном объеме, без эффекта, в 10:20 часов констатирована биологическая смерть пациента. Таким образом, специализированная медицинская помощь ФИО2 оказана в соответствии с требованиями критериев качества медицинской помощи, которые выполнены в полном объеме. Обследование и лечение пациента проводилось с учетом тяжести состояния, установленного диагноза, сложившейся клинической практики. У ФИО2 имелась <данные изъяты>. Присоединение инфекционных осложнений определило неблагоприятный для жизни исход. Согласно заключение эксперта № факторами, способствующими наступлению смерти ФИО2, явились: <данные изъяты>. Кроме того, эксперты указывают о том, что установленные дефекты оказания медицинской помощи на всех этапах в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не встраивались в патогенез основного заболевания, не имели существенного влияния на его течение и не участвовали в развитие неблагоприятного исхода (смерти) ФИО2?. Между выявленными дефектами оказания медицинской помощи, ухудшением состояния и в дальнейшем смертью ФИО2 причинно- следственной связи нет. Также указала на то, что истцом не представлены доказательства участия в жизни ФИО2 как супруга, наличие близкой эмоциональной и душевной связи между супругами, факт совместного проживания, не установлены особенности режима общения, существенные изменения условия жизни истца после смерти ФИО2 Представитель просила в иске отказать.

Выслушав истца, представителей ответчиков, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении иска, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ (ред. от 24.07.2023) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» для целей настоящего Федерального закона используются следующие основные понятия:

1) здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма;

2) охрана здоровья граждан (далее - охрана здоровья) - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи;

3) медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг;

4) медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение;

9) пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния;

21) качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В силу ст. 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" основными принципами охраны здоровья являются:

1) соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий;

2) приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи;

5) ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья;

6) доступность и качество медицинской помощи;

7) недопустимость отказа в оказании медицинской помощи;

Согласно п. п. 1, 2, 5 ст. 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь.

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Пациент имеет право на: …2) профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям; ….

Согласно п. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается:

1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;

3) на основе клинических рекомендаций;

4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно п.п. 2, 5 ст. 70 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных частью 4 статьи 47 настоящего Федерального закона. Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи.

Лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента, в том числе явившемся причиной смерти пациента.

Согласно ч. 1 ст. 79 Федерального закона медицинская организация обязана:….. 6) предоставлять пациентам достоверную информацию об оказываемой медицинской помощи, эффективности методов лечения, используемых лекарственных препаратах и о медицинских изделиях.

Согласно п. п. 2, 3 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепленных в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядка оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, необходимость достижения степени запланированного результата правильностью выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, от которой за неисполнение или ненадлежащее исполнение медицинской услуги медицинское учреждение освобождается, если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что ФИО2 является супругом ФИО1, что подтверждается свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.9).

Согласно медицинской карте стационарного больного ГБУЗ ПК «ККПБ» №, в ГБУЗ ПК «ККПБ» ФИО2 находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Пациент дал информированное, добровольное согласие на госпитализацию, лечение. Причиной госпитализации стало <данные изъяты>. В отделении был осмотрен и.о. заведующего отделением-врачом-психиатром. Выставлен диагноз «<данные изъяты>». Назначено лечение. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 принят под наблюдение заведующего отделением-врача-психиатра ФИО9. Учитывая обследование в краевом психиатрическом диспансере (психолог, МРТ, ЭЭГ) и описание психического состояния в динамике, был выставлен диагноз: «<данные изъяты>».

ДД.ММ.ГГГГ в связи с повышением температуры пациент был переведен из общепсихиатрического отделения в психоинфекционное отделение. Был обследован, диагноз <данные изъяты> подтвердился, <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ положительный. Рентген легких от ДД.ММ.ГГГГ «<данные изъяты>. Установлен был диагноз: «<данные изъяты>». Получал лечение и обследование согласно временным рекомендациям по новой коронавирусной инфекции на октябрь 2021 (версия № от ДД.ММ.ГГГГ). Соматическое состояние расценивалось как средней тяжести. В психическом статусе отмечалась <данные изъяты>. Получал лечение.

После получения отрицательного результата ПЦР тест на Sars CoV-2 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был выведен в ПТО № для продолжения лечения с диагнозом: «<данные изъяты>». Осматривался в ПТО № в динамике врачом-терапевтом, с диагнозом: «<данные изъяты>», лечение корригировалось. От лечения не отказывался, лечение переносил хорошо. Соматическое состояние оценивалось, как удовлетворительное.

ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>. Был осмотрен дежурным врачом, соматическое состояние оценено, как удовлетворительное, активно жалоб не предъявлял, рентген от ДД.ММ.ГГГГ «<данные изъяты>». В связи с сопутствующей патологией «<данные изъяты>» для дальнейшего лечения по экстренным показаниям переведен в ФГБУЗ ПЦК ФМБА МСЧ №.

Согласно медицинской карте стационарного больного ФГБУЗ ПКЦ ФМБА России МСЧ № №, ФИО2 находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно выписному эпикризу от ДД.ММ.ГГГГ, при поступлении был в тяжелом состоянии. Основной диагноз: <данные изъяты>. Сопутствующий диагноз: <данные изъяты>. За время лечения были проведены лабораторные и клинические исследования, ЭКГ, ФГДС. 05.11.2024 переведен в другое учреждение – ГКБ № в ОРИТ для дальнейшего лечения и проведения <данные изъяты>.

Согласно медицинской карте стационарного больного ГАУЗ ПК «ГКБ №», ФИО2 поступил в ГАУЗ ПК «ГКБ №» в экстренном порядке для проведения <данные изъяты>. Жалоб не предъявлял в виду <данные изъяты>. По данным анамнеза имелся нарастающий в течение последнего года <данные изъяты>. Наблюдается у психиатра, находился на лечении в отделении КМСЧ №, выставлен диагноз <данные изъяты>. Госпитализирован в терапевтическое отделение в условиях ОРИТ. Диагноз: <данные изъяты> Осложнения: <данные изъяты>. Сопутствующий диагноз: <данные изъяты>. На регулярной основе пациент осматривался лечащим врачами, заведующим терапевтическим отделением, взяты анализы, выполнена ФГДС, рентген брюшной аорты, УЗИ почек, консультация нефролога, гемодиализ. С ДД.ММ.ГГГГ отмечено ухудшение состояния в виде <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в 10:20 часов констатирована <данные изъяты>.

Согласно справке о смерти №, причинами смерти ФИО2 стали: <данные изъяты> (Том 1 л.д.10).

Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия №/с от ДД.ММ.ГГГГ, заключительный клинический диагноз и патологоанатомический диагноз совпадают. Причина смерти основная – <данные изъяты>, непосредственная – <данные изъяты>. ФИО2, 62 лет, <данные изъяты>. Также у него имелась <данные изъяты>. Заболевания осложнились <данные изъяты>. Смерть наступила от <данные изъяты> (Том 1 л.д.16-20).

В рамках осуществления мероприятий по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности Министерством здравоохранения Пермского края проведена внеплановая документарная проверка качества оказания медицинской помощи ФИО2 в ГАУЗ ПК «ГКБ №»

Согласно акту проверки № от ДД.ММ.ГГГГ, медицинская помощь была оказана ФИО2 с нарушениями Положения об организации оказания паллиативной медицинской помощи, включая порядок взаимодействия медицинских организаций, организаций социального обслуживания и общественных объединений, иных коммерческих организаций, осуществляющих свою деятельность в сфере охраны здоровья,, а также Регламента оказания паллиативной помощи взрослым в Пермском крае: пациент переведенный ДД.ММ.ГГГГ из ФГБУЗ «ПКЦ ФМБА» МСЧ № в терапевтическое отделение ГАУЗ ПК «ГКБ №», доставленный бригадой скорой медицинской помощи и госпитализированный (согласно титульному листу медицинской карты стационарного больного №) по экстренным показаниям, требующим в соответствии с диагнозом и состоянием круглосуточного врачебного наблюдения, находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на стационарном лечении в отделении сестринского ухода (в отделении терапии). При этом отделение сестринского ухода является подразделением, оказывающим паллиативную медицинскую помощь в плановом порядке пациентам, нуждающимися в круглосуточном сестринском уходе, при отсутствии показаний для постоянного наблюдения врача (в нарушение п.22 п.2 приложения № Положения); пациент не признан нуждающимся в паллиативной медицинской помощи по заключению врачебной комиссии медицинской организации, в которой осуществлялось наблюдение и лечение пациента, и соответственно информация по ФИО2 отсутствует в Регистре паллиативных пациентов ЕИСЗ ПК (в нарушение п.14 Положения, а также п.12,16 Регламента) (Том 1 л.д.68-71).

Согласно справке Главного внештатного специалиста МЗ ПК по паллиативной взрослому населению ФИО10, состояние и диагноз пациента предполагают оказание медицинской помощи по экстренным показаниям. Отделение сестринского ухода – это подразделение, оказывающее паллиативную медицинскую помощь в плановом порядке пациентам, нуждающимися в круглосуточном сестринском уходе, при отсутствии медицинских показаний для постоянного наблюдения врача. Пациенту не проведена врачебная комиссия о признании его паллиативным пациентом. Оценить объем и качество оказанной паллиативной медицинской помощи не представляется возможным, так как состояние пациента оценивается как <данные изъяты>, требующее оказание экстренной медицинской помощи, в том числе в условиях ОРИТ (Том 1 л.д.72-73).

Определением суда от 14.03.2024 года по делу назначена комплексная судебная медицинская экспертиза. Производство экспертизы поручено Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Оренбургской области.

Согласно выводам заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, за время получения медицинской помощи с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО2 отмечалось <данные изъяты> в период нахождения ФИО2 в ГБУЗ ПК «ККПБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ незадолго до <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ. Обострение <данные изъяты>, вероятно, возникло до <данные изъяты>, дебют которой наблюдается от ДД.ММ.ГГГГ, что соответствует периоду нахождения ФИО2 в ГБУЗ ПК «ККПБ». Достоверно установить временной промежуток обострения хронического пиелонефрита не представляется возможным, ввиду стертости клинической картины, отсутствия специфических признаков. Достоверно определить причины обострения хронических заболеваний (<данные изъяты>) не представляется возможным. Взаимосвязь между назначенными препаратами (в том числе <данные изъяты>) и обострениями хронических заболеваний (<данные изъяты>), развитием <данные изъяты> у ФИО2 не установлена.

При оценке медицинской помощи ФИО2 в ГБУЗ ПК «ККПБ» в Психиатрическом отделении № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выявлены дефекты в ведении медицинской документации: формулировка выставленного диагноза от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>; дефекты лечебного характера: с учетом выставленного диагноза от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>.

При оценке медицинской помощи ФИО2 в ГБУЗ ПК «ККПБ в инфекционном отделении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, выявлены дефекты ведения медицинской документации: дневниковые записи, осмотры специалистов в истории болезни расположены не в хронологическом порядке; многие дневниковые записи дублируют друг друга и не отражают динамики состояния пациента; имеются систематические опечатки. В остальном медицинская помощь ФИО2 в ГБУЗ ПК «ККПБ была оказана верно, своевременно и в полном объеме.

При оценке медицинской помощи ФИО2 в ФГБУЗ ПКЦ ФМБА России МСЧ № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выявлены дефекты, а именно: <данные изъяты>. В остальном медицинская помощь ФИО2 в ФГБУЗ ПКЦ ФМБА России МСЧ № с ДД.ММ.ГГГГ по 05.11.2021г. была оказана верно, своевременно и в полном объеме.

При анализе медицинской помощи ФИО2 в ГАУЗ Пермского края «Городская клиническая больница №» выявлены дефекты диагностического характера: не выполнено УЗИ почек, с учетом выраженных клинических проявлений <данные изъяты>; дефекты лечебного характера: согласно лабораторными клиническим данным, в период с 30.11.2021г. по 06.12.2021г. отмечается <данные изъяты>. В остальном медицинская помощь ФИО2 в ГАУЗ Пермского края «Городская клиническая больница №» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была оказана верно, своевременно и в полном объеме.

<данные изъяты>.

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., <данные изъяты>.

По данным ВОЗ, <данные изъяты>.

Помимо этого, стоит отметить, что имевшее место <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> имевшихся у ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. <данные изъяты>.

При анализе причин возникновения неблагоприятного исхода (смерти) ФИО2 определяется совокупность факторов: - <данные изъяты>.

Установленные дефекты оказания медицинской помощи на всех этапах, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не встраивались в патогенез основного заболевания, не имели существенного влияния на его течение и не участвовали в развитии неблагоприятного исхода (смерти) ФИО2

Между выявленными дефектами оказания медицинской помощи, ухудшением состояния и в дальнейшем смертью ФИО2 причинно-следственной связи нет.

Ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью, заболевания, сопутствующей патологией не рассматривается как причинение вреда здоровью, в связи с чем, тяжесть вреда здоровью ФИО2 не установлена, ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью заболевания, сопутствующей патологией не рассматривается как причинение вреда здоровью (Том 2 л.д.1-87).

Суд, оценив вышеприведенное заключение по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и признав его относимым и допустимым доказательством по делу, пришел к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством, соответствующим требованиям ст. ст. 56, 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований не доверять заключению комиссии экспертов у суда не имеется, поскольку судебная экспертиза проведена компетентными экспертами, имеющими достаточный опыт экспертной работы, обладающими специальными знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные судом вопросы, эксперты были предупреждены о предусмотренной законом ответственности за дачу заведомо ложного заключения, доказательств заинтересованности экспертов в исходе дела суду не представлено. Сомнений в правильности выводов экспертов у суда не имеется.

Таким образом, суд считает, что дефекты оказания медицинской помощи сами по себе не являлись причиной смерти ФИО2

Вместе с тем, отсутствие прямой причинно-следственной связи между смертью ФИО2 и действиями (бездействием) медицинских работников не опровергает обстоятельств, свидетельствующих о наличии допущенных нарушений при оказании ответчиками медицинской помощи.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации регламентировано, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

Согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с п. 1 ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями ст. 150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно разъяснений, данных в п. 12 постановления, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Согласно разъяснений, данных в п. 49 постановления, требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В п. 11, 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия морального вреда (физических и нравственных страданий), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчики должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцу в связи со смертью ее супруга ФИО2, медицинская помощь которому была оказана ненадлежащим образом.

Доводы ответчиков об отсутствии причинно-следственной связи между дефектами, допущенными при оказании медицинской помощи ФИО2 и наступлением его смерти и причинением тем самым ФИО1 нравственных страданий, суд находит несостоятельными, поскольку в результате смерти пациента ФИО2 было нарушено неимущественное право истца на семейные связи и семейную жизнь.

В обоснование исковых требований истец указывала на то, что в связи со смертью мужа она испытала тяжелые нравственные страдания, и до настоящего времени не может смириться с утратой близкого человека.

При определении компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что смерть супруга безусловно, сказалось на эмоциональной стороне истца, причинив нравственные страдания и моральный вред. Также суд принимает во внимание характер и степень нравственных страданий, перенесенных истцом в результате смерти супруга, индивидуальные особенности истца, которая до настоящего времени «остро» воспринимает позицию ответчиков относительно оказания медицинской помощи ее супругу, фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, а также степень вины ответчиков, учитывая, что отсутствует прямая причинно-следственная связь между выявленными недостатками оказания медицинской помощи и смертью ФИО2

Учитывая все вышеуказанные обстоятельства, а также отсутствие у истицы в настоящее время неблагоприятных для нее последствий в связи со стрессовой ситуацией, связанной со смертью супруга, суд приходит к выводу, что размер компенсации морального вреда, заявленный истцом в размере 400 000 рублей является завышенным, не отвечает требованиям разумности, а также соразмерности ее компенсационной функции действиям ответчиков.

Таким образом, с учетом дефектов допущенных каждым ответчиком, суд определяет ко взысканию с ГАУЗ ПК «ГКБ №» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, с ГБУЗ ПК «ККПБ» в размере 20 000 рублей, с ФГБУЗ «ПКЦ ФМБА» России в размере 50 000 рублей, в удовлетворении остальной части требования, истцу следует отказать.

Также истец просит взыскать расходы на погребение с ответчиков в размере 34 920 рублей.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ИП ФИО11 заключен договор на предоставление ритуальных услуг, согласно которому исполнитель принимает на себя выполнение услуг по организации похорон и предоставление связанных с ними услуг в отношении умершего ФИО2 на общую сумму 9 900 рублей (Том 1 л.д.50).

Согласно акту приемки-передачи ритуальных услуг №, услуги по договору выполнены в полном объеме, претензий к качеству и срокам оказания услуг заказчик не имеет (Том 1 л.д.51).

Согласно счету-заказу № от ДД.ММ.ГГГГ были оплачены услуги за полную сан. обработку и ДСО 2 кат. в общем размере 9 900 рублей.

Также в материалы дела представлена квитанция № ПМУП «Ритуальные услуги» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой заказчик ФИО5 оплатила ритуальные услуги в размере 25 020 рублей (Том 1 л.д.47-48).

Вместе с тем, поскольку выявленные недостатки ("дефекты") медицинской помощи не являлись прямой причиной смерти мужа истца, при таком положении дела, оснований для удовлетворения иска о взыскании с ответчиков в пользу истца расходов на погребение у суда не имеется. В данной части иска ФИО1 следует отказать в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Решил:

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Краевая клиническая психиатрическая больница» (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Пермского края «Городская клиническая больница №» (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Пермский клинический центр Федерального медико-биологического агентства России» (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В остальной части требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Мотовилихинский районный суд г.Перми в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья: подпись

Мотивированное решение изготовлено 22.11.2024

Копия верна. Судья: