Решение № 2-1015/2019 2-1015/2019~М-829/2019 М-829/2019 от 17 мая 2019 г. по делу № 2-1015/2019

№2-1015/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 мая 2019 года г. Димитровград

Димитровградский городской суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Власовой Е.А., при секретаре Боровковой А.И., с участием адвокатов Фролова В.В., Жмурова А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО3 к ФИО4 о возмещении материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Истец ИП ФИО3 обратилась в суд с названным иском к ФИО4, в обоснование иска указав, что 16.10.2017 между ИП ФИО3 и ФИО4 заключен трудовой договор №4, ответчик принят на работу водителем-экспедитором с окладом <данные изъяты> руб. В соответствии с трудовым договором в обязанности работника входило: проверять целостность упаковки; контролировать правильность проведения погрузочно-разгрузочных работ, соотношение веса перевозимого груза грузоподъемности автомобиля, размещение и укладку груза; обеспечивать доставку груза к месту назначения, обеспечить необходимый режим хранения и сохранность его при транспортировке; сдавать доставленный груз, оформлять приемно-сдаточную документацию; при необходимости участвовать в составлении актов на недостачу, порчу груза и других документов. В соответствии с п.4.3 Договора работник несет материальную ответственность как за прямой действительный ущерб, непосредственно причиненный им работодателю, так и за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба другим лицам.

09.04.2018 между перевозчиком ИП ФИО3 и экспедитором ООО ТК «Альфа» заключен договор-заявка №782, в соответствии с которым необходимо было транспортом перевозчика перевести трубы массой 20 тонн, стоимость услуг по перевозке составила 105 000 руб. Водителем являлся ФИО4 Предоплата по договору составила 31500 руб., которые были перечислены истцу.

В соответствии со счетом-фактурой №94 от 10.04.2018 в автомобиль ИП ФИО3 было загружено 9200 кг трубы 100*60*4, а также 10500 кг трубы на 60*60*4. В соответствии с транспортной накладной 14.04.2018 в г.Минусинск транспортом перевозчика было доставлено 76 шт. труб 100*60*4, массой 8408,64 кг, 275 шт. труб 60*60*4, массой 8976 кг. Таким образом недостача груза составила 2316 кг, на сумму 139836,30 руб.

ООО ТК «Альфа» отказалось оплачивать ей услуги по грузоперевозке в размере 73500 руб., мотивируя тем, что Общество понесло убытки от неправомерных действий перевозчика.

29.12.2018 комиссией в составе ИП ФИО3 и ФИО1 установлена сумма действительного материального ущерба от неправомерных действий работника ФИО4 в размере 73500 руб., от подписания акта и дачи пояснений отказался, не мотивируя свой отказ.

Истец просила взыскать с ответчика ФИО4 в свою пользу в возмещение материального ущерба 73500 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины.

Истец ИП ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель истца адвокат Фролов В.В. в судебном заседании исковые требования поддержал, дополнительно пояснил, что между ответчиком и работодателем был заключен трудовой договор, в котором прямо указано на то, что работник несет полную материальную ответственность за тот груз, который он перевозит. Кроме того, это же правило прописано и в договоре на перевозку груза. Ответчик вопреки требованиям, условиям трудового договора и договора перевозки груза, не обеспечил безопасность перевозимого груза, чем причинил ущерб работодателю. ФИО3 поступила претензия контрагента по договору о перевозке груза, который возложил ответственность на недопоставку товара на нее. Был составлен комиссионный акт в составе должных лиц ФИО3 и механика ФИО1 о причинении вреда работодателю действиями работника. Ответчик был приглашен для подписания акта и дачи пояснений по существу спора. Он отказался подписывать акт и давать пояснения. Ущерб очевиден, задокументирован, подтверждающие документы представлены суду. Работодатель утратил доход, на который он был вправе рассчитывать, которой является прямым действительным ущербом. В день выявления недостачи груза Бурлака также было предложено дать пояснения, он тоже отказался. Со слов ему известно, что он отказался что-либо подписывать. Бурлака по трудовому договору обязан обеспечивать сохранность груза, на нем лежит ответственность за обеспечение его безопасности.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил отзыв на исковые требования, в котором просил отказать в удовлетворении иска.

Представитель ответчика адвокат Жмуров А.А. в судебном заседании полагал, что исковые требования не подлежат удовлетворению. Дополнительно пояснил, что вины Бурлака, о которой говорит истец, не имеется, поскольку ему не было вверено никакое имущество для перевозки. Сам факт того, что в трудовом договоре указана возможность экспедирования не является безусловным доказательством того, что это имущество ему было вверено в данной ситуации. Напротив, имеются документы, где в качестве того, кто отпустил груз, является ФИО2, груз принял получатель, минуя перевозчика. Доказательств тому, что груз утрачен по вине ответчика не имеется. Считает, что о полной материальной ответственности ни в одном из документов, в том числе трудовом договоре, не упоминается. Для полной материальной ответственности, о которой говорит истец, необходимо заключение договора или условия, предусмотренные в законе. Сам акт ревизии был или не был доказательств не имеется. Претензия к ООО ТК «Альфа» со стороны контрагентов не является таковым актом. Ни Бурлака, ни ФИО3 в этом акте не участвовали. Полагает, что от ответчика должно быть истребовано по каждому факту нарушений трудового законодательства объяснение, чего не было сделано. 29.12.2018 ФИО4 находился дома. Претензия ООО ТК «Альфа» поступила 29.12.2018, в этот же день был составлен комиссионный акт ФИО3 и механиком ФИО1 о том, что Бурлака отказался от подписи. Однако Бурлака узнал о каких-либо претензиях только получив исковое заявление. При увольнении Бурлака со стороны работодателя по данному факту также не было претензий. Ущерб – это материальный вред. Он может быть убытками, предусмотренными ст. 15 ГК РФ, то есть это прямой действительный ущерб или упущенная выгода. Как таковой ФИО3 прямой действительный ущерб не был причинен. Работник обязан возместить прямой действительный ущерб, а не упущенную выгоду. Кроме того, если между ФИО3 и ООО ТК «Альфа» существуют договорные отношения, доказательств тому, что ФИО3 обращалась в суд с иском к ООО ТК «Альфа» не представлено. Она согласилась с тем, что есть какой-то ущерб, хотя сама не участвовала в этой ревизии. Таким образом сам работодатель не предпринял мер по урегулированию возникшей ситуации. Просил в удовлетворении иска отказать.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Электросервис», ООО «Промтехсталь», ООО ТК «Альфа», представители которых в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены, возражений не представили.

Суд, руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ответчик ФИО4 в период с 16 октября 2017 года по 29 мая 2018 года работал в должности водитель – экспедитор у индивидуального предпринимателя ФИО3

Пунктом 4.3. трудового договора предусмотрено, что работник несет материальную ответственность как за прямой действительный ущерб, непосредственно причиненный м работодателю, так и за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

09.04.2018 между ООО ТК «Альфа» (экспедитор) и ИП ФИО3 (перевозчик) составлен договор-заявка №782 от 09.04.2018 на перевозку груза автомобильным транспортом, адрес погрузки: п.Большой Исток, ФИО5, 42а – <...>, адрес пункта разгрузки: <...>, перевозимый груз – трубы, массой 20 тонн. Стоимость услуг 105 000 руб., предоплата 30% по факту загрузки автомобиля (л.д.13).

Для осуществления данного рейса перевозчиком был предоставлен автомобиль марки Мерседес-Бенц Актрос, государственный регистрационный знак <данные изъяты> с прицепом, а также водитель ФИО4

Согласно копии счета-фактуры №94 от 10.04.2018 Продавцом ООО «Промтехсталь», он же грузоотправитель, Покупателю (грузополучателю) отгружены трубы 100*60*4, массой 9,200 тонн, трубы 60*40*4, массой 10,500 тонн, на общую сумму 1 200 172 руб. 71 коп. (л.д.15).

Из товарной накладной №94 от 10.04.2018 следует, что грузоотправителем (ООО «Промтехсталь») груз (трубы) отгружены из г.Екатеринбург и г.Челябинск, в графе №6 «Прием груза» имеется подпись ФИО2, сдача груза производилась в г.Минусинск 14.04.2018, сдано труб 100*60*4 - 76 шт., вес 8408,64 кг, труб 60*40*4 - 275 шт., вес 8976 руб. (л.д.16).

Подпись водителя ФИО4 в товарной накладной при сдаче груза отсутствует.

Согласно информации, представленной ООО «Электросервис» на запрос суда, счета-фактура (УПД) №94 от 10.04.2018 ООО «Электросервис» не подписывало из-за несоответствия фактически пришедшего металла 10.04.2018.

Была оформлена счет-фактура (УПД) №118 от 17.04.2018 с учетом двух поставок металла от 10.04.2018 и от 17.04.2018.

Указанное обстоятельство подтверждается счетом-фактуры №118 от 17.04.2018, из которой следует, что ООО «Промтехсталь» продано и поставлено ООО «Электросервис» труб 100*60*4, весом 8,896 тонн, 80*40*4 весом 12,028 тонн, 60*40*4 весом 10,135 тонн, квадрат 16 ст.3 весом 8,280 тонн (л.д.64), а также копией товарной накладной №101 от 17.04.2018. (л.д.67-68).

Доставленная по данному УПД продукция соответствует приложению №1 к договору поставки №1541 от 02.04.2018, заключенному между ООО «Промтехсталь» и ООО «Электросервис» (л.д.65-67).

По данному договору поставки ООО «Электросервис» произвело оплату ООО «Промтехсталь» в сумме 2 343 860 руб., что подтверждается копией платежного поручения №267 от 05.04.2018 (л.д.62).

Согласно сообщению ООО «Электросервис» от 15.05.2019 (л.д.99), письменные объяснения у водителя ФИО4 по факту недостачи груза, доставленного по УПД (счет-фактура) №94 от 10.04.2018 от ООО «Промтехсталь» не отбирались, акт об отказе от дачи объяснений отсутствует.

28.06.2018 ООО «Промтехсталь» направили претензию в ООО ТК «Альфа». Из данной претензии следует, что 09.04.2018 между организациями подписан договор-заявка №782 на поставку трубы по адресу: <...>. Для поставки в пункт назначения сторонами оформлена и подписана транспортная накладная. В договоре-заявке и транспортной накладной наименование груза указано – труба профильная, массой 20 тонн. К перевозке организацией принят товар весом 20 тонн на сумму 1 200 172,70 руб. При этом грузополучатель получил товар весом 17,384 тонн на сумму 1 060 336,40 руб. Разница в товаре составила 2,316 тонн на сумму 139836,30 руб. В связи с чем уведомили, что на ООО ТК «Альфа» лежит обязанность возместить ООО «Промтехсталь» ущерб на сумму 139836,30 руб. (л.д.86).

28.06.2018 между ООО «Промтехсталь» и ООО ТК «Альфа» подписан акт о зачете встречных требований, в соответствии с которым стороны согласились произвести взаимозачет по указанным в акте обязательствам 120 000 руб. Не зачтённая сумма 19836,30 руб. перечисляется ООО ТК «Альфа» на расчетный счет ООО «Промтехсталь» в течение 10 рабочих дней с даты подписания акта (л.д.87).

ООО ТК «Альфа» 28.12.2018 направило претензию ИП ФИО3, в которой указало, что 09.04.2018 между ними подписан договор-заявка №782 на поставку трубы по адресу: <...>. Сторонами оформлена и подписана транспортная накладная. В договоре-заявке и транспортной накладной в графе «наименование груза» указано – труба профильная, весом 20 тонн. К перевозке ИП ФИО3 принят товар весом 20 тонн на сумму 1 200 172,70 руб., грузополучателю недопоставили товар весом 2,316 тонн на сумму 139836,30 руб. В связи с этим уведомило ИП ФИО3 об отказе оплачивать услуги по перевозке (л.д.17).

29.12.2018 ИП ФИО3 совместно с механиком ФИО1 составили комиссионный акт о причинении работником ущерба работодателю. В данном акте отражено, что водитель-экспедитор ФИО4 выполнял доставку груза по договору-заявке №782 от 09.04.2018: труба 100*60*4 09Г2С эл/св,н/д 9,2 тонн и труба 60*40*4 ст 90Г2С эл/св, н/д 10,50 тонн. При разгрузке было установлено, что груз был поставлен не в полном объеме: труба 100*60*4 8,408 тонн, труба 60*40*4 – 8,976 тонн. Обнаружена недостача груза в количестве 2,316 тонн. ООО ТК «Альфа» отказалось оплачивать услуги грузоперевозке по этому договору-заявке в размере 73500 руб. (л.д.18).

В данном комиссионном акте указано, что ФИО4 от подписи и пояснений отказался, не мотивируя свой отказ.

В тот же день 29.12.2018 ИП ФИО3 и механиком ФИО1 составлен акт, согласно которому ФИО4 было предложено ознакомиться с комиссионным актом и дать по нему объяснения. Бурлака от подписания акта отказался, не мотивируя свой отказ (л.д.19).

Обращаясь в суд с иском, истец просит взыскать с ответчика стоимость неоплаченных по перевозке груза услуг в размере 73500 руб.

В соответствии с ч.1 ст.1604 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с требованиями ст.233 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Таким образом, по смыслу закона материальная ответственность может быть применена к работнику при наличии одновременно четырех условий: прямого действительного ущерба; противоправности поведения работника; вины работника в причинении ущерба; причинной связи между противоправным поведением работника (действиями или бездействием) и наступившим ущербом.

В соответствии со статьей 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В соответствии со статьей 239 ТК РФ материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

В силу статьи 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В силу ч. 1 ст. 246 ТК РФ размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

В соответствии со статьей 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Как разъяснено в п.4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника.

Положения указанных выше норм трудового законодательства работодателем ИП ФИО3 выполнены не были.

Работодателем не установлены конкретные причины возникновения ущерба, не установлена конкретная вина работника, а также причинно-следственная связь между противоправными действиями работника и наступившим ущербом.

При погрузке груза в г.Екатеринбург и г.Челябинск ФИО4 в его получении не расписывался, в транспортных накладных о приеме груза имеется подпись ФИО2.

ООО «Промтехсталь» суду представлена транспортная накладная №94 датированная 10.04.2018, в которой имеется подпись ФИО4, однако напротив нее стоит дата 09.04.2018, то есть до даты приема груза к перевозке. В данной накладной раздел «7.Сдача груза» не заполнен грузополучателем.

При сдаче груза водителем ФИО4 в г.Минусинск акт причиненного ущерба не составлялся. Объяснения у ФИО4 в письменном виде отобраны не были в день отгрузки товара в месте, где была выявлена недостача в поставленном грузе.

О том, что имеются разночтения в транспортной накладной с фактически поставленным грузополучателю товаром ИП ФИО3 стало известно в апреле 2018 года, что не отрицалось ее представителем. Доказательств тому, что был составлен ревизионный акт о наличии недостачи при перевозке груза суду не представлено.

Отношения между ООО «Промтехсталь» и ООО «Электросервис» по поставке товара (труб) урегулированы путем последующей поставки груза, что подтверждается представленными суду документами.

ООО «Промтехсталь» и ООО ТК «Альфа» также подписали акт о зачете встречных требований.

После получения ИП ФИО3 претензии ООО ТК «Альфа» ею был составлен комиссионный акт о причинении работником ущерба. Доказательств тому, что ФИО6 вызывался истцом для составления комиссионного акта, отказался от его подписания истцом суду не представлено. На момент его составления трудовые отношения с работником были прекращены, что подтверждается копией приказа о расторжении трудового договора с ФИО6 от 29.05.2018 №2 (л.д.96).

Комиссионный акт подписан самой ИП ФИО3 и находящимся в ее подчинении работником - механиком ФИО1, а потому не может быть принят судом в качестве доказательства по делу.

На момент увольнения ФИО4 истцом какие-либо претензии по поводу причиненного ущерба работнику не предъявлялись, тем самым работодатель подтвердил, что какой-либо задолженности у работника перед работодателем на дату увольнения не имеется.

Также истцом не представлено доказательств тому, что ею предлагалось ответчику дать письменные объяснения, поскольку сам комиссионный акт составлен 29.12.2019, акт об отказе от письменных объяснений датирован тем же числом и подписан теми же лицами.

Вопреки доводам истца договор о полной материальной ответственности с ФИО4 не подписывался.

Суду не представлено доказательств того, что именно в связи с противоправными действиями ответчика произошла недопоставка груза, что является в силу действующего трудового законодательства, основным условием привлечения работника к полной материальной ответственности. Предоставленные суду товарно-сопроводительные документы, претензии, платежное поручение, акт взаимозачета, комиссионный акт, не свидетельствуют о виновных действиях ФИО4 и основанием для возложения на ответчика обязанности по погашению ущерба не являются.

Кроме того, истец просит взыскать с ответчика не прямой действительный ущерб, а неполученные доходы в виде неоплаченных услуг по грузоперевозке, что противоречит нормам действующего трудового законодательства.

Таким образом, истцом ФИО3 не представлены допустимые и относимые доказательства факта причинения ФИО4 работодателю материального ущерба, а также его размера.

С учетом изложенного, в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 о возмещении материального ущерба надлежит отказать.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО3 к ФИО4 о возмещении материального ущерба отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Димитровградский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, 22 мая 2019 года.

Судья Е.А. Власова