Решение № 2-8100/2024 2-8100/2024~М-5500/2024 М-5500/2024 от 17 сентября 2024 г. по делу № 2-8100/2024

Дело № 2-8100/2024

УИД 03RS0003-01-2024-007496-09


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 сентября 2024 года город Уфа

Кировский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего Абдрахмановой Л.Н.,

при секретаре Валиевой Р.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Хоум Кредит Энд Финанс Банк» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа, присуждении судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Хоум Кредит Энд Финанс Банк» (далее – Банк) о защите прав потребителя, указав, что ДД.ММ.ГГГГ в 05:09 московского времени ему через сеть Интернет (клиентский онлайн сервис) поступила реклама ответчика, выказавшая использование Банком его персональных данных.

На основании изложенного истец просит суд взыскать с Банка в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной судом суммы, а также расходы по подготовке претензии и судебные расходы с признанием права получения их поверенным истца ФИО2

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, имеется заявление о рассмотрении дела без его участия.

Ответчик ООО «Хоум Кредит Энд Финанс Банк» своего представителя в судебное заседание не направил, извещен надлежащим образом.

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав и оценив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, подтверждается материалами гражданского дела, что решением Башкортостанского УФАС России по делу № от ДД.ММ.ГГГГ установлен факт направления Банком ФИО1 рекламного сообщения по сети электросвязи – посредством сообщения в чате Интернет-Банка, следующего содержания: «Хотелось бы напомнить, что уникальное предлож ение по кредиту наличными для Вас ещё доступно, оформить моэ/сно по ссылке: https:/Avww. homecredit. ru/online/kreditnalichnimi/?utm source—loans cash&utm; medium=hea».

Относительно доказательственного значения указанного решения суд исходит из того, что согласно абзацу 5 пункта 4 определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1422-О деятельность публичной власти в Российской Федерации основана на презумпции ее конституционной добросовестности. Также суд учитывает, что в силу пункта 1 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 N 331, Федеральная антимонопольная служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю за соблюдением законодательства в сфере рекламы. Поскольку презумпция добросовестности деятельности органа ФАС России при вынесении указанного решения не опровергнута, как не опровергнута и компетенция этого федерального органа исполнительной власти, в том числе в лице его территориального органа по правоотношениям в сфере рекламы, то решение УФАС должно признаваться законным и обоснованным, обладающим доказательственной силой, в том числе и потому, что установленные им обстоятельства сторонами не отрицаются, о его оспаривании не сообщено.

Согласно пункту 1 статьи 3 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ «О персональных данных» (далее – Закон № 152-ФЗ) персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

В силу пункта 3 этой же статьи указанного закона, обработка персональных данных - любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.

В обстоятельствах рассмотренного дела суд обращает внимание на то, что реклама была направлена не абстрактному лицу, но, как это установлено решением органа ФАС России, ее отправка производилась ФИО1, выступавшему верифицированным пользователем услуг Банка в силу заключения договора о ведении банковского счета от ДД.ММ.ГГГГ (стр. 8 решения), то есть относилась к определенному физическому лицу – истцу, опираясь на учетную запись ФИО1, при том, что такие записи формируются исходя из установочных (личных) данных их субъектов, в том числе сообщаемых при заключении договора.

Именно о таком – основанном на персонализированных сведениях режиме формирования учетной записи сообщил сам Банк: «Для первого входа и просмотра информации в Хоум Кредите необходимо ввести дату рождения и номер мобильного телефона, затем ввести код, полученный в СМС-сообщении от Банка. По введенным данным Банк определяет, является ли такой пользователь Хоум Кредита клиентом Банка. В дальнейшем Хоум Кредит предложит самостоятельно настроить Код доступа (4-х значный цифровой код), который будет запрашиваться при последующих входах. Для получения информации по дебетовым картам и/или вкладам клиенту Банка необходимо получить III уровень доступности сервиса, введя Пароль (кодовое слово) или номер карты и срок ее действия. До введения Пароля (кодового слова) или номера карты и срока ее действия для действующих клиентов Банка в Хоум Кредите доступна следующая информация и возможности (дополнительно к информации и возможностям, описанным в разделе I), в том числе чат с Банком» (8 стр. решения антимонопольного органа).

Таким образом, построенная Банком система информационного обмена, использованная им для направления рекламы ФИО1, опиралась на персональные данные истца, распознаваемые этой системой как сообщенные при заключении договора Банку потребителем сведения о себе. В каждой из сессий дистанционного взаимодействия Банка с ФИО1 производилось установление личности последнего, что требовало обращения к находившимся в распоряжении Банка его персональным данным, оказывавшихся при этом объектом обработки также и для целей направления нежелательной рекламы.

Тем самым, направление рекламы выказывает совершение Банком по меньшей мере таких операций с персональными данными ФИО1 как их извлечение и использование.

Суд учитывает, что при отсутствии согласия на обработку персональных данных адресная рекламная рассылка невозможна, в силу чего факт рассылки в привязке к абонентскому номеру получателя или иному индивидуализированному каналу электросвязи отражает факт использования персональных данных.

Также суд находит, что задействованность личных идентификаторов гражданина в рекламной рассылке говорит о произведенной обработке персональных данных, а также приходит к выводу, что раскрытый отправкой рекламы факт состоявшейся обработки персональных данных охватывается содержанием самостоятельного объекта правовой охраны и должен оцениваться судом независимо от отношений по собственно направлению рекламы, то есть объемом оценки соблюдения законодательства о рекламе не поглощаются.

Согласно частям 1 и 2 статьи 5 Закона № 152-ФЗ обработка персональных данных должна осуществляться на законной и справедливой основе, ограничиваясь достижением конкретных, заранее определенных и законных целей. Не допускается обработка персональных данных, несовместимая с целями их сбора.

В силу части 1 статьи 9 Закона № 152-ФЗ субъект персональных данных принимает решение о предоставлении его персональных данных и дает согласие на их обработку свободно, своей волей и в своем интересе. Такое согласие должно быть конкретным, информированным, сознательным и может быть дано в любой позволяющей подтвердить факт его получения форме, если иное не установлено федеральным законом.

Таким образом, по объему обсуждаемое согласие ограничивается целями, соответствующими содержательному наполнению прикладного правоотношения, возникшего между его источником и адресатом. В том же, что касается его характера, оно должно быть дано его субъектом свободно, своей волей и в своем интересе при этом оно должно быть конкретным, информированным и сознательным. Следовательно, обработка персональных данных служит интересам их субъекта, но не оператора.

Вместе с тем, ответчиком не доказано, что персональные данные истца были предоставлены ему не только для целей заключения и исполнения договора по получению финансового продукта, но и для целей направления рекламы по сетям электросвязи.

Приходя к такому выводу суд также учитывает, что решение органа ФАС России указывает на осведомленность Банка о несогласии ФИО1 с произвольным использованием его персональных данных, что свидетельствуется письмом самого Банка от ДД.ММ.ГГГГ (стр. 9 решения).

Кроме того суд учитывает, что Банку была известна воля ФИО1 на воспрещение нецелевой обработки его персональных данных, поскольку еще до сообщения Банка о прекращении такой обработки в 2021 году ФИО1 при заключении с Банком договора от ДД.ММ.ГГГГ делая соответствующую рукописную приписку заявлял о том же.

Недопустимость выхода за финансовое содержание отношений с ФИО1 была известна Банку также и из решения Арбитражного суда <адрес> по делу № № от ДД.ММ.ГГГГ, согласившегося с решением органа Роспотребназора о незаконности включения в совершенный ФИО1 и Банком ДД.ММ.ГГГГ договор условия, согласно которому ФИО1 направлялись бы адресные предложения продуктов (услуг) Банка и его партнеров, что с учетом личного характера адресной рассылки предполагает фактический запрет использования персональных данных ФИО1 для этих целей.

До этого получивший оценку арбитражного суда договор ФИО1 и Банка от ДД.ММ.ГГГГ стал предметом обсуждения по рассмотренному с участием Банка Кировским районным судом города Уфы делу №, решение по которому от ДД.ММ.ГГГГ отразило волю ФИО1 по ограждению собственной приватности.

При рассмотрении иного дела суд указал на недопустимость обработки Банком персональных данных ФИО1 иначе чем для целей заключения и исполнения финансовых договоров, что вновь было раскрыто перед Банком до момента рассматриваемого по настоящему делу факта нецелевого использования им сведений, относящихся лично к ФИО1 (решение Кировского районного суда города Уфы по делу № от ДД.ММ.ГГГГ).

Поскольку в силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения, а в соответствии с частью 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, постольку Банк не имел права использования приведенных в договорах с ФИО1 персональных данных для направления истцу рекламы по сетям электросвязи.

Как разъяснено в подпункте «д» пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» под финансовой услугой следует понимать услугу, оказываемую физическому лицу в связи с предоставлением, привлечением и (или) размещением денежных средств и их эквивалентов, выступающих в качестве самостоятельных объектов гражданских прав (предоставление кредитов (займов), открытие и ведение текущих и иных банковских счетов, привлечение банковских вкладов (депозитов), обслуживание банковских карт, ломбардные операции и т.п.).

Таким образом, гражданин, являющийся клиентом банка, выступает потребителем финансовой услуги, и к данным правоотношениям применяется законодательство о защите прав потребителей.

Закон Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) регулирует отношения, возникающие между потребителями и продавцами (исполнителями, импортерами и проч.) при продаже товаров и оказании услуг, устанавливает права потребителей на приобретение товаров и услуг надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение потребителями информации о товарах и услугах, о продавцах и исполнителях, а также гарантирует просвещение, государственную и общественную защиту интересов потребителей, равно как и определяет механизм реализации их прав.

Согласно пункту 1 статьи 1 Закона о защите прав потребителей отношения в области защиты прав потребителей регулируются ГК РФ, указанным Законом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Статья 7 Закона о защите прав потребителей гарантирует право потребителя на безопасность услуги.

Согласно пункту 1 статьи 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

В пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 17 от 28.06.2012 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» содержится разъяснение о том, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом в каждом конкретном случае с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Учитывая, что отношения истца и ответчика сложились из договора о приобретении розничного финансового продукта, предназначенного для физических лиц, а также, что согласно решению органа ФАС России рекламировался аналогичный продукт, при том, что всякая реклама представляет собой услугу по информированию, суд находит применимыми к спорным отношениям приведенные выше нормы законодательства о защите прав потребителей и считает необходимым взыскать в пользу истца с ответчика компенсацию морального вреда, уменьшив ее размер до 5 000 рублей.

Статьей 13 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителей подлежит взысканию в случае, если потребителем были заявлены установленные Законом о защите прав потребителей требования.

Таким образом, с ответчика судом взыскивается в пользу истца штраф в размере 2 500 руб. (5 000 руб. * 50%).

Согласно части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, при этом к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителя (статья 94 ГПК РФ).

По общему правилу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает все понесенные по делу судебные расходы, учитывая, однако, что расходы на оплату услуг представителя присуждаются в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).

ДД.ММ.ГГГГ истцом и ФИО2 заключен договор уступки права требования, по которому истец выступает Цедентом, а ФИО2 – Цессионарием. Предметом указанного договора является переход права требования с Банка платы за подготовку досудебного обращения истца к ней (претензия). Право требования по досудебному обращению оценено сторонами в 5 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ истцом и ФИО2 заключен договор уступки права требования, по которому истец выступает Цедентом, а ФИО2 – Цессионарием (далее – Договор цессии).

На основании пункта 1 Договора цессии Цедент уступает Цессионарию право требования с кого следует (в обстоятельствах настоящего дела – с ООО «Хоум Кредит Энд Финанс Банк») судебных расходов по передаваемому на рассмотрение Кировского районного суда города Уфы иску по факту незаконного использования ООО «Хоум Кредит Энд Финанс Банк» персональных данных ФИО1 при отправке рекламы от ДД.ММ.ГГГГ в 05:09 мск.

Примечанием к пункту 1 Договора цессии оговорено, что Право требования соразмерно объему труда по подготовке иска, истребованию судебных расходов и безлимитному количеству заседаний в суде первой инстанции при рассмотрении соответствующего дела «по первому кругу».

Также Договором цессии установлено, что Экономическое содержание Права требования образует объективная стоимость необходимо приложенного по предмету пункта 1 Договора цессии труда (пункт 2); Понесенностью ассоциируемых с ФИО1 затрат является вложение труда, противопоставимого процессуальному оппоненту (пункт 3); Право требования переходит от Цедента к Цессионарию в дату Договора цессии как будущее право, реализуемое по его вызревании применительно к процессуальным основаниям истребования расходов (пункт 4); Риски невызревания права по основанию неактивности Цедента в заявлении и поддержании требования о признании права его стороны на возмещение расходов относятся на Цедента, а риски по основанию неполучения возмещения расходов по мотиву безосновательности их истребования или получения в размере меньшем, нежели предложенная Договором цессии их оценка – на Цессионария (пункт 5); Право требования переходит от Цедента к Цессионарию без передачи каких-либо документальных свидетельств его наличия, поскольку свидетельством его является сама по себе документальная объективация приложения труда (пункт 6); Право требования оценивается в сумме равной оценке труда, а именно в размере 25 000 рублей (пункт 7).

Основания и порядок перехода прав кредитора к другому лицу установлены статьей 382 ГК РФ, согласно которой право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В силу статьи 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основания закона и наступления указанных в нем обстоятельств: - в результате универсального правопреемства в правах кредитора; - по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, когда возможность такого перевода предусмотрена законом; - вследствие исполнения обязательства должника его поручителем или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству; - при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая; - в других случаях, предусмотренных законом.

В силу ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования. По смыслу приведенных норм, уступлено может быть только реально существующее и документально подтвержденное право.

Несуществующие требования не могут быть предметом цессии. Частью 2 статьи 389.1 ГК РФ предусмотрено, что требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное. Следовательно, замена выбывшей стороны ее правопреемником в гражданском судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении, что должно быть подтверждено в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами.

В настоящем деле переход прав требований взысканных по данному делу в пользу истца судебных расходов в сумме 5 000 руб. и 25 000 руб. подтверждается договорами уступки права требования (цессии) от ДД.ММ.ГГГГ.

Руководствуясь ст. 100 ГПК РФ, суд с учетом конкретных обстоятельств дела, длительности рассмотрения дела, его категории, полагает разумным и справедливым размер расходов по оплате услуг представителя в размере 1 000 рублей за подготовку претензии и 10 000 рублей судебных расходов, сумму чего взыскивает с ответчика в пользу истца.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины, то в силу требований ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина с ответчика в размере 300 руб. за требования неимущественного характера.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к ООО «Хоум Кредит Энд Финанс Банк» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Хоум Кредит Энд Финанс Банк» (ИНН: <***>) в пользу ФИО1 №) компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, штраф за неудовлетворение требования потребителя в добровольном порядке в размере 2 500 рублей.

Произвести процессуальную замену ФИО1 №) на ФИО2 (ОГРНИП: №) по требованию о взыскании судебных расходов.

Взыскать с ООО «Хоум Кредит Энд Финанс Банк» (ИНН: <***>) в пользу ФИО2 (ОГРНИП: №) расходы по подготовке досудебной претензии в размере 1 000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей.

Взыскать с ООО «Хоум Кредит Энд Финанс Банк» (ИНН: <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме через Кировский районный суд города Уфы Республики Башкортостан.

Судья Л.Н. Абдрахманова

Мотивированное решение изготовлено 18.09.2024 г.