Апелляционное определение № 22-111/2026 22-3237/2025 от 23 февраля 2026 г.

Судья Зайналов К.Ш. Дело №22-111/2026 (22-3237/2025)

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Махачкала 24 февраля 2026 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи Мраморовой Н.Н.,

судей Хайретдинова М.Ф., Курбанова Р.Д.,

при секретаре судебного заседания Османове М.О.,

прокурора Тагирова Р.Б.,

защитника осужденной ФИО1 – адвоката ФИО30,

осужденной ФИО2 и ее защитника – адвоката ФИО29,

представителя потерпевшей Потерпевший №1 - адвоката ФИО31,

потерпевшей Потерпевший №2,

представителя заинтересованного лица – ФИО33 – адвоката ФИО23,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы: представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката ФИО31 и дополнение к данной жалобе, поданное самой потерпевшей Потерпевший №1; потерпевшей Потерпевший №2 и дополнение к данной жалобе; защитника осужденной ФИО2 – адвоката ФИО29; защитника осужденной ФИО1 – адвоката ФИО30; заинтересованного лица ФИО33;а также апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора <адрес> г. Махачкалы ФИО36 на приговор Ленинского районного суда г. Махачкалы от 12 декабря 2024 года, которым осуждены ФИО1, <дата> года рождения и ФИО2, <дата> года рождения.

Заслушав доклад судьи ФИО37, объяснения осужденной, защитников, потерпевшей, представителя, представителя заинтересованного лица ФИО33, прокурора, исследовав материалы уголовного дела, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором Ленинского районного суда г. Махачкалы от 12 декабря 2024 года, ФИО1 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ мошенничестве, т.е. хищении чужого имущества путем злоупотребления доверием в особо крупном размере и ч. 4 ст. 159 УК РФ мошенничестве, т.е. хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере и ей назначено наказание: по ч.4 ст. 159 УК РФ в виде 3 лет лишения свободы; по ч.4 ст. 159 УК РФ в виде 3 лет лишения свободы. На основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы. В соответствии со ст.73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком на 3 года. Приговором так же на осуждению возложены обязанности в период испытательного срока. Разрешен вопрос о мере пресечения.

Этим же приговором ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ мошенничестве, т.е. хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере и назначить ей наказание в виде 2 лет лишения свободы. В соответствии со ст.73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком на 1 год 6 месяцев Приговором так же на осуждению возложены обязанности в период испытательного срока. Разрешен вопрос о мере пресечения.

Приговором удовлетворен Гражданский иск Потерпевший №1 Взыскано с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 материальный ущерб в размере 2 720 000 руб., а так же гражданский иск Потерпевший №2 и с ФИО1 и ФИО2 взыскано солидарно пользу Потерпевший №2 материальный ущерб в размере 38 024 000 руб.

Аресты наложенные на земельный участок за кадастровым номером: 05:40:000039:1989, площадью 200.00 кв.м., расположенный по адресу: <...> и объект незавершенного строительства за кадастровым номером 05:40:000039:5593, расположенный на указанном земельном участке, принадлежащий ФИО26 и на коммерческое (торговое) помещение, расположенное на 1 этаже жилого 12 этажного дома по адресу: г.Махачкала, <адрес> (в районе Ветеренарного института), общей площадью 183,40 кв.м. находящийся на земельных участках за кадастровыми номерами 05:40:000052:1162 и 05:40:000052:1166 - отменены.

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

В апелляционной жалобе представителя потерпевшей Потерпевший №1 (адвокат ФИО31) и дополнении к ней самой потерпевшей, указывается на несоразмерную мягкость наказания, назначенного ФИО1, не соответствующую требованиям ст.ст. 6, 60 УК РФ. Подчеркивается, что суд не учел размер ущерба, многократно превышающий порог особо крупного размера, длительность и продуманность преступных действий, использование дочери для получения денег, системный характер преступной деятельности ФИО1 (с учетом эпизода с Потерпевший №2), отсутствие полного возмещения ущерба (возмещено менее 20%). Требуется назначить реальное лишение свободы сроком до 7 лет. Акцентируется внимание на отсутствие раскаяния со стороны осужденной, дополнительные негативные последствия для потерпевшей (вынужденная продажа имущества, взятие займов). Требуется признать отягчающими обстоятельствами систематичность и особую роль ФИО1, сохранить арест на ее имущество для возмещения ущерба.

В апелляционной жалобе потерпевшей Потерпевший №2 и дополнении к ней, указывается о чрезмерной мягкости наказания обоим осужденным, не соответствующая особо крупному размеру ущерба (38 024 000 руб.), длительному периоду преступной деятельности, множественности эпизодов, отсутствию раскаяния и возмещения ущерба. Указывается на противоречие в приговоре: описательная часть устанавливает факт принадлежности помещения по <адрес> ее семье и его незаконного переоформления, а резолютивная – отменяет на него арест. Требуется назначить реальное лишение свободы до 7 лет, восстановить арест на спорные объекты недвижимости (помещение по <адрес>; земельный участок и объект незавершенного строительства по <адрес>). Приводятся доводы о несправедливости условного осуждения, ссылки на апелляционное постановление Верховного Суда РД от 3 февраля 2021 по делу № (об аресте имущества ФИО26), а также на выделение материалов в отношении ФИО33 и ФИО24 Утверждается, что данные судебные акты имеют преюдициальное значение для оценки происхождения имущества.

В апелляционной жалобе защитника осужденной ФИО2 (адвокат ФИО29) указывает на то, что вина ФИО2 не доказана. Утверждается, что отношения с Потерпевший №2 носили гражданско-правовой (заемный) характер, денежные средства возвращены путем переводов через Сбербанк и оставлением личного товара. Отрицается наличие предварительного сговора с ФИО1 и получение денежных средств от Потерпевший №2 в объеме, указанном в обвинении. Требуется отказать в удовлетворении гражданского иска в отношении ФИО2 и, по существу, изменить приговор.

В апелляционной жалобе защитник осужденной ФИО1 (адвокат ФИО14 К.Г.) указывает, что защита полностью отрицает состав преступления. Основные доводы: отношения с потерпевшими были заемными; умысла на хищение не было; ФИО1 имела намерение исполнить обязательства, но не смогла из-за финансовых трудностей; прибыль от совместного бизнеса составляла десятки миллионов рублей, что опровергает умысел на хищение; суд не учел принцип презумпции невиновности и допустил обвинение на предположениях; представленные потерпевшей фонограммы не являются допустимым доказательством без проведения фоноскопической экспертизы; выводы суда переписаны с обвинительного заключения без самостоятельной оценки доказательств. Требуется отменить обвинительный приговор и вынести оправдательный.

В апелляционной жалобе заинтересованного лица ФИО33, указывается, что приговор в части описания обстоятельств получения Потерпевший №2 10 млн руб. противоречит вступившим в законную силу судебным актам (Апелляционное определение Верховного Суда Республики Дагестан от 25 февраля 2020 по делу №; от 13 августа 2020 по делу №; Апелляционное постановление Верховного Суда Республики Дагестан от 12 января 2022 по делу №к-36/22). В этих актах установлено, что Потерпевший №2 не являлась собственником помещения по <адрес>, а отношения сторон были договором займа. Таким образом, по мнению заявителя, суд нарушил ст. 90 УПК РФ о преюдициальном значении судебных решений. Требуется отменить приговор в указанной части. Также оспариваются выводы ряда экспертиз (№ от 24 июля 2020, № от 23 октября 2020), проведенных по копиям документов, оригиналы которых отсутствуют.

В апелляционном представлении государственного обвинителя, указывается о чрезмерной мягкости наказания, прокурор считает условное осуждение не соответствующим тяжести содеянного, характеру и личности виновных. Указывается, что суд не учел в должной мере отсутствие раскаяния, возмещения ущерба, а также групповой и особо крупный характер преступлений.

Государственным обвинителем ФИО36 на апелляционные жалобы представителя потерпевшей Потерпевший №1, защитника осужденной ФИО2, защитника осужденной ФИО1, потерпевшей Потерпевший №2 принесены возражения в которых он просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.

Судебная коллегия, проверив материалы уголовного дела, приходит к следующим выводам.

Все доказательства, положенные в основу обвинения, получены в строгом соответствии с требованиями УПК РФ.

Довод защиты ФИО1 о недопустимости фонограмм без проведения фоноскопической экспертизы несостоятелен. В соответствии с п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ, иные документы (к коим относятся и фонограммы) допускаются в качестве доказательств. Их относимость и достоверность проверялись судом первой инстанции посредством их оглашения, исследования и сопоставления с другими доказательствами. В материалах дела имеются протокола выемки, осмотра и прослушивания фонограмм, а так же постановления о признании предметов и документов вещественными доказательствами. Требование об обязательной фоноскопической экспертизе для каждой фонограммы законом не установлено. Суд первой инстанции правомерно принял эти материалы как доказательства, оценив их в совокупности с иными доказательствами по делу.

Экспертизы, на которые ссылается суд, назначены и проведены с соблюдением процессуального закона.

Утверждение ФИО33 о недопустимости экспертиз № и № ввиду отсутствия оригиналов также отклоняется, поскольку экспертам были представлены материалы, изъятые в установленном законом порядке, и их выводы носили вспомогательный характер для оценки других доказательств. Кроме того судебная коллегия учитывает и то обстоятельство, что в соответствии со ст. 90 УПК РФ приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле. Так же, сведения установленные указанными экспертизами, ни коем образом не устанавливают тот факт, что ФИО33 являлся владельцем указанного имущества, как и апелляционным определением Верховного Суда Республики Дагестан на которое ссылается ФИО33 так же не установлено, что ФИО33 не являлся владельцем данного помещения.

Суд первой инстанции абсолютно верно пришел к выводу о наличии у ФИО1 и ФИО2 изначального корыстного умысла на хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием. Этот вывод основан не на предположениях, а на системе взаимосвязанных и объективных доказательств:

- Установленные судом фактические обстоятельства, исключающие добросовестность намерений: К моменту активного привлечения денежных средств от потерпевших (2017-2018 гг.) у осужденных уже имелись многочисленные и значительные долговые обязательства перед третьими лицами (показания свидетелей Свидетель №8, Свидетель №9, ФИО25 и др.). Принимая на себя новые обязательства перед потерпевшими под крайне высокие проценты (до 6% ежемесячно, что при пересчете на год составляет 72% и более), осужденные заведомо не располагали реальной финансовой возможностью их исполнить. Это не «финансовые трудности», возникшие после получения денег, а изначальная экономическая несостоятельность, свидетельствующая об отсутствии намерения возвращать долги.

- Создание ложного образа и введение в заблуждение: Осужденные целенаправленно создавали у потерпевших образ успешных предпринимательниц, владеющих прибыльным бизнесом, что подтверждается показаниями обеих потерпевших. Это был ключевой элемент злоупотребления доверием, позволивший получить крупные суммы.

- Использование денежных средств не по назначению: Несмотря на заявленные цели (открытие магазина, закупка товара в КНР, погашение долгов для дальнейшей работы), полученные средства были обращены осужденными на личные нужды и погашение прежних долгов, что подтверждается показаниями свидетелей и материалами дела. Никаких документальных доказательств целенаправленного вложения полученных от потерпевших миллионов в заявленный бизнес (сопоставимые по стоимости закупки товара, расходы на логистику и т.д.) представлено не было.

- Систематичность и схема действий: Преступные действия в отношении обеих потерпевших осуществлялись по схожей схеме: вхождение в доверие > обещание сверхвысокого дохода > получение денег под предлогом конкретных бизнес-операций > неисполнение обязательств > выдвижение новых предлогов для получения дополнительных сумм. Это все свидетельствует о спланированном и умышленном характере деятельности, а не о ряде неудачных займов.

Поведение после получения денег: Сокрытие от потерпевших, прекращение контактов, дача заведомо неисполнимых обещаний (Потерпевший №1), а также продолжающееся выманивание денег под новыми предлогами в условиях уже накопленного огромного неисполненного долга (Потерпевший №2) прямо указывают на отсутствие цели исполнить обязательства.

Таким образом, суд первой инстанции правильно квалифицировал действия осужденных как мошенничество (ст. 159 УК РФ), а не как гражданско-правовые отношения.

Доводы защиты о наличии займа и возврате части средств не опровергают главного – доказанного изначального умысла на хищение, возникшего до получения денег и реализованного в описанных выше действиях.

Вина ФИО2 полностью доказана. Именно она познакомила ФИО1 с обеими потерпевшими, пользуясь их доверием. Она активно участвовала в создании ложного впечатления о совместном бизнесе, убеждала Потерпевший №2 в выгодности вложений, присутствовала при передаче денег. Фонограммы (т.11 л.д. 3-90) содержат ее признательные высказывания относительно получения средств. Ее утверждения о возврате денег через кассу магазина не нашли объективного подтверждения и были отвергнуты судом как попытка создать видимость погашения долга в условиях, когда все финансовые потоки контролировались ею и ФИО1 Действуя согласованно, с распределением ролей (ФИО40 – поиск и вовлечение потерпевших, ФИО39 – «образ успешного компаньона» и непосредственное получение денег), они реализовали единый преступный умысел, что обоснованно квалифицировано как совершение преступления группой лиц по предварительному сговору.

Судебная коллегия частично соглашается с доводом ФИО33 Действительно, вступившими в законную силу судебными актами по гражданским делам установлено, что Потерпевший №2 не являлась собственником помещения по <адрес>. Указание в приговоре на получение ею денег под залог «принадлежащего ей торгового помещения» (стр. 7) технически неточно и подлежит корректировке во избежание противоречия с положениями ст. 90 УПК РФ о преюдициальности. Следует указать, что она получила деньги, представив документы на указанное помещение. Однако данная корректировка никоим образом не влияет на доказанность вины осужденных. Для квалификации их действий не имеет юридического значения, была ли Потерпевший №2 собственником или нет. Значение имеет то, что осужденные, злоупотребляя ее доверием, убедили ее заложить имеющиеся у нее документы (каков бы ни был их правовой статус) для получения денежных средств, средства которого затем похитили. Доводы ФИО33 в отношении экспертиз № и № не принимаются, так как эти экспертизы не являются основными для обвинительного вывода и их выводы судом первой инстанции оценивались критически, в совокупности с другими доказательствами.

Апелляционная коллегия соглашается с доводами прокурора и потерпевшей стороны о том, что назначенное судом первой инстанции наказание в виде условного осуждения является необоснованно мягким и подлежит изменению.

Судом первой инстанции не верно и не в полной мере учтены положения ст. 60, 43 УК РФ. Суд первой инстанции, назначая наказание, не обеспечил его соответствие характеру и степени общественной опасности преступления (ч. 3 ст. 60 УК РФ). Характер опасности определяется, в том числе, размером причиненного ущерба (особо крупный), а степень – способом совершения (группа лиц по предварительному сговору, длительная преступная деятельность, использование доверительных отношений). Цели наказания, установленные ст. 43 УК РФ – восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение новых преступлений – не могут быть достигнуты в данном случае условным осуждением.

Судом первой инстанции так же не учтено восстановление социальной справедливости: Потерпевшие понесли крупный имущественный вред. Отсутствие реальной угрозы изоляции для осужденных, причинивших такой вред, девальвирует саму идею справедливости.

Условным осуждением не возможно достижения целей исправления исправление осужденных: Осужденные не признали вину и не раскаялись. Непризнание вины является их правом, но в контексте назначения наказания это обстоятельство, наряду с отсутствием активных действий по заглаживанию вреда, свидетельствует о сохранении антисоциальной установки, что требует более строгой карательной реакции государства. Положительные характеристики (как у ФИО2 так и ФИО1) не могут перевесить тяжесть содеянного.

Судом первой инстанции так же не учтено, что цели наказания, как предупреждение преступлений, при наличии условного осуждения за столь серьезные преступления, которые относятся к категории тяжких не окажет должного предупредительного воздействия ни на самих осужденных, ни на общество в целом.

Кроме того, суд первой инстанции назначил ФИО1 за два самостоятельных тяжких преступления одинаковое наказание (по 3 года), не проведя должной индивидуализации за каждое деяние, что также противоречит ст. 60 УК РФ.

Учитывая изложенное выше, сохранение для осужденных возможности избежать реального лишения свободы является неправильным применением ст. 73 УК РФ. Условное осуждение может применяться, если суд придет к выводу, что исправление возможно без реального отбывания наказания. В данном случае совокупность обстоятельств (тяжесть, размер ущерба, групповой характер, отсутствие раскаяния и возмещения) исключает такой вывод. Применение ст. 73 УК РФ в отношении как ФИО1, так и ФИО2 является ошибкой, влекущей несправедливость приговора.

Судебная коллегия так же учитывает, что при назначении наказания в отношении осужденной ФИО1, судом первой инстанции, верно, применены положения ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, о чем ошибочно не указано в описательно мотивировочной части.

Судебная коллегия принимает во внимание наличие у ФИО2 малолетнего ребенка (ФИО3, <дата> г.р.), что является смягчающим обстоятельством (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ). В соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ, осужденной женщине, имеющей ребенка в возрасте до 14 лет, суд может отсрочить отбывание наказания до достижения ребенком указанного возраста.

Учитывая, что ФИО2 характеризуется положительно, проживает в полной семье, занимается воспитанием детей, в отношении нее у правоохранительных органов не имеет компрометирующих данных, а ее роль в содеянном, хотя и значительная, была несколько менее активной, чем у ФИО1, суд апелляционной инстанции считает возможным применить в отношении нее положения ст. 82 УК РФ. Это позволит, не освобождая ее от назначенного наказания и сохраняя его реальный характер, минимизировать негативные последствия для несовершеннолетнего ребенка. Однако в случае нарушения ею условий отсрочки или совершения нового преступления отсрочка будет отменена.

Вопреки доводам о незаконности решения суда в части разрешения вопроса о снятии ареста на имущество, в отношении помещения по <адрес>: Потерпевшая Потерпевший №2 требует восстановить арест, утверждая, что оно приобретено на похищенные у нее средства. Однако судом первой инстанции, а также при рассмотрении дела в порядке гражданского судопроизводства (Апелляционное определение от <дата>) данный факт не установлен. Более того, установлено, что она не является собственником. Вопрос о взыскании ущерба за счет этого имущества может быть решен только в рамках исполнительного производства и при наличии доказательств, что оно приобретено на средства, право на которые принадлежит осужденным. Отмена ареста судом первой инстанции в данной части законна.

Что касается оценки разрешения вопроса о снятии ареста, на земельный участок, расположенный по адресу: <...> и объект незавершенного строительства за кадастровым номером 05:40:000039:5593, расположенный на указанном земельном участке, не принадлежит подсудимым ФИО1 и ФИО2, а принадлежит ФИО26 то ссылка потерпевшей на апелляционное постановление Верховного Суда Республики Дагестан от 3 февраля 2021 по делу № как на преюдициальный акт необоснованна. Данное постановление вынесено по жалобе на наложение ареста в ходе расследования. Оно не является итоговым решением по вопросу происхождения имущества и в силу прямого указания ст. 90 УПК РФ преюдициального значения для оценки доказательств по настоящему уголовному делу не имеет.

Однако с учетом того, что в указанном апелляционном постановлении Верховного Суда Республики Дагестан от 3 февраля 2021 по делу №, указано, что 3 мая 2017 г. Свидетель №24 А.Р. приобрел, вышеуказанные объекты недвижимости у ФИО27 и данное обстоятельство подтверждается нотариально заверенным договором купли-продажи. То есть Свидетель №24 А.Р. приобрел данные объекты 3 мая 2017 г. Судебная коллегия учитывает, что совершение преступления в отношении ФИО28 было начато в январе 2017 г., то есть, когда она начала предавать денежные средства, осужденным, Свидетель №24 А.Р. является ФИО1 зятем и находится в родственных отношениях в связи с чем, основания, по которым ранее был наложен арест не отпали.

В связи с чем, судебная коллегия считает решение суда в части снятие ареста на указанное имущество преждевременным, подлежащее отмене с сохранением указанного ареста.

Кроме того судебная коллегия учитывает и то обстоятельство, что указанные решения в части разрешения вопроса о наложенных арестов на имущество не нарушает прав потерпевших, так же и ФИО26 поскольку последние вправе поднять указанные вопросы при осуществлении принудительного исполнения гражданского иска в рамках закона об исполнительном производстве. В том числе и об исключении указанного имущества из списка имущества подлежащего реализации в рамках исполнительного производства, при предоставлении соответствующих документов принадлежности указанного имущества. Например, иск об освобождении имущества от ареста и исключении его из описи, который может предъявить собственник, чье имущество арестовано в рамках исполнительного производства, которое ведется в отношении другого лица (ч. 1 ст. 119 Закона об исполнительном производстве, п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010).

Судебная коллегия учитывает, что ФИО1 была задержана 23 сентября 2020, а 25 сентября 2020 судом ей было отказано в избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и она была освобождена. Таким образом, на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ необходимо зачесть в срок отбывания наказания 3 (три) дня содержания под стражей в период с 23 по 25 сентября 2020 года из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Кроме того, судебная коллегия учитывает то обстоятельство, что судом при назначении наказания в отношении осужденных ошибочно указано на применения положений ст. 62 УК РФ. Однако согласно приговора, а так же материалов дела, в отношении осужденных, оснований для его применения не имеется в связи с чем, судебная коллегия приходит к выводу об исключении из приговора суждения суда о назначении наказания по правилам ст. 62 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Апелляционные жалобы потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2 (с дополнениями) и апелляционное представление государственного обвинителя ФИО36 в части требования об ужесточении наказания осужденным удовлетворить.

Апелляционную жалобу заинтересованного лица Свидетель №31 удовлетворить частично, в части необходимости устранения неточной формулировки в описании обстоятельств получения Потерпевший №2 денежных средств.

Апелляционные жалобы защитников осужденных адвокатов ФИО30 и ФИО29 оставить без удовлетворения.

Приговор Ленинского районного суда г. Махачкалы от 12 декабря 2024 года изменить:

В описательно-мотивировочной части в абзаце 3 на странице 7 слова «под залог принадлежащего ей торгового помещения» заменить словами «представив документы на торговое помещение».

Из описательно мотивировочной части исключить указания о применении наказания в отношении осужденных по правилам ст. 62 УК РФ.

В резолютивной части указать:

ФИО4 усилить наказание:

- по ч. 4 ст. 159 УК РФ (эпизод с Потерпевший №1) назначить наказание в виде 3 (трех) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы;

- по ч. 4 ст. 159 УК РФ (эпизод с Потерпевший №2, совершенное группой лиц по предварительному сговору) назначить наказание в виде 4 (четырех) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы;

- на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначить 5 (пять) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

- Исключить применение ст. 73 УК РФ.

- Избрать в отношении ФИО1 меру пресечения виде заключения под стражу до приведения приговора в исполнение.

- Срок отбывания наказания исчислять с момента фактического задержания ФИО1

- На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбывания наказания 3 (три) дня содержания под стражей в период с 23 по 25 сентября 2020 года из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

ФИО2 усилить наказание:

- по ч. 4 ст. 159 УК РФ назначить наказание в виде 3 (трех) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

- Исключить применение ст. 73 УК РФ.

- На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ отбывание назначенного наказания отсрочить до достижения ее младшим ребенком, ФИО3, <дата> г.р., четырнадцатилетнего возраста.

- В соответствии с ч. 2 ст. 82 УК РФ, в случае, если осужденная откажется от ребенка или продолжит уклоняться от обязанностей по воспитанию ребенка после предупреждения, объявленного органом, осуществляющим контроль за поведением осужденной, в отношении которой отбывание наказания отсрочено, суд может по представлению этого органа отменить отсрочку отбывания наказания и направить осужденную для отбывания наказания в место, назначенное в соответствии с приговором суда.

Решение в части вопроса о снятии ареста на земельный участок за кадастровым номером: 05:40:000039:1989, площадью 200.00 кв.м., расположенный по адресу: <...> и объект незавершенного строительства за кадастровым номером 05:40:000039:5593, расположенный на указанном земельном участке, принадлежащий ФИО26, отменить.

По делу в этой части принять новое решение. Сохранить арест на земельный участок за кадастровым номером: 05:40:000039:1989, площадью 200.00 кв.м., расположенный по адресу: <...> и объект незавершенного строительства за кадастровым номером 05:40:000039:5593, расположенный на указанном земельном участке, принадлежащий ФИО26 до исполнения приговора в части гражданских исков.

В остальном приговор Ленинского районного суда г. Махачкалы от 12 декабря 2024 года оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции. При этом осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: