Решение № 2-851/2024 2-851/2024~М-344/2024 М-344/2024 от 2 июля 2024 г. по делу № 2-851/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 июля 2024 года город Шелехов

Шелеховский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Романовой Т.А., при секретаре судебного заседания Шаучунайте Е.Ю., с участием помощника прокурора Языковой С.Н., истца ФИО1., представителя ответчиков АО «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий», ПАО «Русал Братский Алюминиевый завод» ФИО2, действующей на основании доверенностей,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-851/2024 по иску прокурора г.Шелехова в защиту интересов ФИО1 к акционерному обществу «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий», публичному акционерному обществу «РУСАЛ Братский Алюминиевый завод» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

обращаясь с иском в суд, прокурор в обоснование требований указал на то, что ФИО1 в период с *дата скрыта* по *дата скрыта* работал в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в ОАО «СУАЛ» филиал «ИркАЗ-СУАЛ»; ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод». В связи со сменой собственника наименование ОАО «СУАЛ» филиал «ИркАЗ-СУАЛ» изменялось на филиал ОАО «РУСАЛ Братск».

Стаж его работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 21 год 10 месяцев 18 дней. В том числе в АО «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий» - 13 лет 2 месяца 20 дней (60,5 %) и в ПАО РУСАЛ Братский Алюминиевый завод» - 8 лет 7 месяцев 28 дней (39,5%).

Согласно справке серии *номер скрыт* *номер скрыт* от *дата скрыта* ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% по профессиональному заболеванию.

Согласно медицинскому заключению *номер скрыт* от *дата скрыта* ФГБНУ ВСИМЭИ» М.А.КБ. установлен диагноз: <данные изъяты>

В связи с указанным заключением работодателем проведено расследование случая профессионального заболевания, и *дата скрыта* утвержден акт о случае профессионального заболевания в отношении ФИО1, которым установлена причинно-следственная связь между возникновением профессионального заболевания и исполнением работником трудовых обязанностей – длительное воздействие на организм вредных производственных факторов, вины работника не установлено.

Вследствие полученного профессионального заболевания ФИО1 испытывает моральные страдания и нравственные переживания, связанные с утратой здоровья, в связи с чем, не ощущает себя полноценным человеком в жизни.

Свои моральные страдания и нравственные переживания ФИО1 оценивает в размере 800 000 рублей.

Соглашение сторон о добровольной компенсации морального вреда с ФИО1 работодателем не заключалось, компенсационные выплаты не производились.

Прокурор считает, что у АО «Объединенная компания РУСАЛ УРАЛ» и ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» возникла обязанность компенсировать в денежном выражении ФИО1 моральный вред, причиненный в результате установленной утраты профессиональной трудоспособности в период его работы на данных предприятиях.

Ссылаясь на нормы права, прокурор г.Шелехова просит взыскать пропорционально с АО «Объединенная компания РУСАЛ УРАЛ» и ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 800 000 рублей.

В судебном заседании помощник прокурора г.Шелехова Языкова С.Н. исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении, сославшись, что ФИО1 в силу приобретенного у ответчиков профессионального заболевания не может жить прежней жизнью, испытывает физические и нравственные страдания, которые подлежат компенсации ответчиками.

Истец ФИО1 исковые требования поддержал, просил удовлетворить. Суду пояснил, что, перестал заниматься спортом в связи с заболеванием и одышкой в 2017 году, домашнюю работу выполняет с передышками, вынужден постоянно принимать лекарственные препараты, проходить курсы лечения. В настоящее время истцу <данные изъяты> полных лет, имеет высшее металлургическое образование, однако по специальности работать не может по состоянию здоровья. Получает пенсию по профзаболеванию, статус требует ежегодного подтверждения. Полгода назад смог устроиться на работу <данные изъяты>. Полагал, что имеет право на компенсацию морального вреда в связи с утратой здоровья.

Представитель ответчиков АО «Объединенная компания РУСАЛ УРАЛ» и ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» ФИО2 действующая на основании доверенностей исковые требования не признала и пояснила, что причиной установления профессиональных заболеваний согласно акту послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. Длительность работы в любой профессии определяет каждый гражданин сам. Законодатель допускает работу во вредных условиях труда с определенными гарантиями, компенсациями и только длительный стаж работы в данных условиях приводит к установлению профессиональных заболеваний.

Работодатель на протяжении всего периода работы истца на заводе принимал все меры для уменьшения воздействий на работника вредных условий труда. Кроме мер, предусмотренных законодательством, ответчик: обеспечивал истца и других работников, которые работают во вредных условиях труда, усовершенствованными средствами индивидуальной защиты; ежегодно предоставлял бесплатное профилактическое санаторно-курортное лечение в профилактории завода; проводил внеплановые профессиональные осмотры врачей-профпатологов и т.д. Представлена справка о затратах на выполнение мероприятий, направленных на улучшение условий труда, снижение производственного травматизма, аварийности, профессиональной заболеваемости на Иркутском алюминиевом, подтверждающей увеличение капитальных вложений в улучшение условий труда работников завода для снижения профессиональной заболеваемости.

При этом указала, что истцом не доказана связь между профессиональным заболеванием и моральными страданиями. Размер моральных страданий не подтвержден, считает его завышенным и необоснованным.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, оценив собранные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

Частью 1 ст. 45 ГПК РФ предусмотрено, что прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Статьей 9 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

В силу ст. 66 ТК РФ трудовая книжка является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника. При этом дополнительного подтверждения периодов работы, подлежащих включению в специальный трудовой стаж, иными документами, в том числе первичными, не требуется.

Судом из трудовой книжки ФИО1, приказа о приеме на работу *номер скрыт* от *дата скрыта*, трудового договора *номер скрыт* от *дата скрыта* и дополнительных соглашений к нему установлено, что в период *дата скрыта* по *дата скрыта* ФИО1 работал в ОАО «СУАЛ» филиал ИРКАЗ в должности электролизника расплавленных солей. Наименование работодателя изменено на ПАО «Русал Братск» филиал в г. Шелехове. С *дата скрыта* переведен оператором автоматизированного процесса производства алюминия.

Согласно приказу о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № ШФРБ-23-У- 0145 от *дата скрыта*, с ФИО1 оператором автоматизированного процесса производства алюминия филиала ПАО «РУСАЛ Братск» трудовой договор расторгнут по инициативе работника (по собственному желанию) в связи с выходом на пенсию, пункт 3 части первой статьи 77 ТК РФ.

Общий стаж работы ФИО1 составляет <данные изъяты> месяца, стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 21 год 3 месяца.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно медицинскому заключению *номер скрыт* от *дата скрыта* Клиники ФГБНУ «Восточно-Сибирский Институт Медико-Экологических Исследований» ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты>

Актом о случае профессионального заболевания от *дата скрыта*, утвержденным главным государственным санитарным врачом по Иркутской области, у оператора автоматизированного процесса производства алюминия 7 разряда установлено следующее заболевание: <данные изъяты>

На основании расследования установлено, что профессиональное заболевание возникло при следующих обстоятельствах: ФИО1 работая оператором автоматизированного процесса производства алюминия, подвергался длительному воздействию вредных производственных факторов: физических (шум, общей и локальной вибрации, электромагнитного излучения); химических (натрий фторида, алюминий трфторида, гидрофторида, диоксида азота, углерода оксида), неблагоприятного микроклимата (повышенной температуры, тепловому облучению), тяжести трудового процесса, продолжительность воздействия 95% времени рабочей смены.

Кроме того, ФИО1 работая электролизником расплавленных солей 3,4,5,6 разрядов, в процессе работы подвергался длительному воздействию вредных производственных факторов: физических (шума, электромагнитного излучения), химических веществ (натрий фторида, алюминий трфторида, гидрофторида, углерода оксида, возгонов каменноугольных смол и пеков, аэрозолей, преимущественно фиброгенного действия); неблагоприятного микроклимата (повышенной температуры, тепловому облучению), тяжести трудового процесса, продолжительность воздействия 87,7% времени рабочей смены.

Условия труда характеризуются по показателям вредности и опасности факторов производственной среды, тяжести и напряженности трудового процесса относятся к вредным условиям труда по классу – 3,2.

Фактов несоблюдения режима эксплуатации технологического оборудования, правил и норм охраны труда, нарушения режима труда, аварийной ситуации не установлено.

Непосредственной причиной заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ.

В соответствии со справкой Серии *номер скрыт* *номер скрыт* выданной Бюро *номер скрыт* – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по *адрес скрыт*» Минтруда России, следует, что ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% в связи с профессиональным заболеванием, дата очередного освидетельствования *дата скрыта*.

Оценивая представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что заболевание, имеющееся у ФИО1, является профессиональным, возникло в результате несовершенства технологического процесса.

В соответствии со ст. 1084 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Из положений ст. 22 ТК РФ следует, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в размере и условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Абзацем вторым пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п.15 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как указано в Определении Конституционного Суда РФ от 26.01.2010 № 145-О-О, абзац 2 пункта 3 статьи 8 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», предусматривающий право застрахованного требовать от причинителя компенсации морального вреда, то есть нравственных и физических страданий, перенесенных в результате травмы, увечья, профессионального заболевания, иного повреждения здоровья, направлен на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, и не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные не имущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие не имущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические и нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь ввиду, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания. Факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных и физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных и физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из содержания вышеприведенных положений законы и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Вопреки доводам представителя ответчиков о том, что истцом не доказано подтверждение связи между профессиональным заболеванием и моральными страданиями, из исследованных в судебном заседании доказательств установлено, что профессиональное заболевание получено ФИО1 в связи с длительной работой у ответчиков, которые не обеспечили безопасные условия труда, что повлекло частичную утрату трудоспособности истца, ежегодное медицинское обследование и лечение приобретенного профессионального заболевания, что относится к нравственным и физическим страданиям. При этом вина работника в возникновении у него профессионального заболевания не установлена.

Ссылка представителя ответчика на то, что длительность работы в любой профессии определяет каждый гражданин сам, не может являться основанием для освобождения работодателя – причинителя вреда от ответственности, предусмотренной законодательством, равно как и принятие работодателем меры для уменьшения воздействий на работника вредных условий труда, в подтверждение которых суду представлены документы о затратах на выполнение мероприятий, направленных на улучшение условий труда, снижение производственного травматизма, аварийности, общей и профессиональной заболеваемости по Иркутскому алюминиевому заводу (ОАО СУАЛ филиал «ИркАЗ СУАЛ», филиал ПАО «РУСАЛ Братск» в г.Шелехов).

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что между ответчиками и ФИО1 не заключалось соглашение о добровольной выплате компенсации морального вреда в связи с получением истцом профессионального заболевания.

Суд, исследовав материалы гражданского дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, оценив фактические обстоятельства дела, степень вреда, причиненного ответчиками здоровью истца, дальнейшее состояние здоровья ФИО1 и прохождение лечения, приходит к выводу, что исковые требования прокурора г.Шелехова в интересах ФИО1 подлежат удовлетворению в размере 210 000,00 рублей.

На основании решения единственного акционера АО «СУАЛ» наименование АО «СУАЛ» изменено на АО «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий».

Согласно протоколу № 5 заседания Совета директоров ОАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» от 18.03.2014 принято решение о создании филиала ОАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в г.Шелехов.

Учитывая периоды работы ФИО1 у ответчиков, в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда с АО «Объединенная компания РУСАЛ Уральский алюминий» в размере 126 000 рублей (60%), с ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» - 84 000 рублей (40%).

В соответствии со ст. 333.18 Налогового кодекса РФ плательщики при обращении в суд уплачивают государственную пошлину до подачи искового заявления. Прокурор в силу ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины.

Учитывая указанные обстоятельства, с ответчиков подлежит взысканию в доход бюджета Шелеховского муниципального района государственная пошлина на основании ст. 333.19 Налогового кодекса РФ в размере 300 рублей с каждого.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора города Шелехова в защиту интересов ФИО1 к акционерному обществу «Объединенная компания РУСАЛ Уральский алюминий», публичному акционерному обществу «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Объединенная компания РУСАЛ Уральский алюминий» ИНН:<***> юридический адрес: 623400, <...> пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 126 000,00 рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» ИНН: <***>, юридический адрес: Иркутская область г.о. город Братск, п/рп04 зд.1/341 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 84 000,00 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная компания РУСАЛ Уральский алюминий» в бюджет муниципального образования город Шелехов государственную пошлину в размере 3000,00 рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в бюджет муниципального образования город Шелехов государственную пошлину в размере 3000,00 рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Шелеховский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. Мотивированный текст решения будет изготовлен 15июля 2024 года.

Судья Романова Т.А.