Апелляционное определение № 33-106/2026 33-3699/2025 от 19 января 2026 г.

Судья Митюшкин В.В.

№ 33-106/2026 (33-3699/2025)№ 2-2853/202546RS0030-01-2025-003407-86

КУРСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

года Курск 20 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Курского областного суда в составе:

председательствующего - судьи Щербаковой Н.В.,

судей Лавриковой М.В., Леонтьевой И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Михайловым Е.С.,

с участием прокурора Польской И.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «РИР Энерго» о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате несчастного случая на производстве,

поступившее по апелляционным жалобе истца ФИО1 и представлению исполняющего обязанности прокурора Центрального административного округа г. Курска Петрова С.В. на решение Ленинского районного суда г. Курска от 2 октября 2025 года, которым постановлено об отказе в удовлетворении исковых требований.

Заслушав доклад судьи Лавриковой М.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Квадра» – «Генерирующая компания» (в настоящее время Акционерное общество «РИР Энерго», далее – АО «РИР Энерго») о взыскании компенсации морального вреда, причинённого в результате несчастного случая на производстве, и в обоснование требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ состоял с ответчиком в трудовых отношениях, работал в должности оператора теплового пункта 2 разряда ПП «Комплекс теплоснабжения» Внутриквартальные тепловые сети Центральный район городских тепловых сетей, находящегося по адресу: <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ, находясь на рабочем месте в ночную смену (с 20.00 час. до 8.00 час. ДД.ММ.ГГГГ), в результате несчастного случая на производстве, установленного Актом от ДД.ММ.ГГГГ, им получены телесные повреждения в виде «...», квалифицированные как тяжёлая степень повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве. По результату медико-социальной экспертизы ему установлено №% утраты трудоспособности, до ДД.ММ.ГГГГ была исключена работа в ночное время, а также работа, связанная с подъёмом тяжестей, при неблагоприятных погодных условиях, эмоциональные перегрузки, в связи с чем он был вынужден прекратить трудовые отношения. Данные телесные повреждения ему были причинены сотрудниками бригады «скорой помощи», насильно поместившими его в машину и привязавшими ремнями, а также помогавшими им работниками филиала АО «Квадра» – «Курская генерация», что привело к потере им (истцом) сознания, которое восстановилось в реанимации ОБУЗ «Курская городская клиническая больница №».

Произошедшими событиями ему причинён моральный вред, выразившийся в физических (постоянные головные боли, бессонница, нестабильность при ходьбе) и нравственных страданиях, связанных с пережитым сильнейшим стрессом, подавленным настроением, следствием чего стали проблемы в общении с родственниками и посторонними людьми, а также с осознанием того, что в трудоспособном возрасте (50 лет) он фактически стад инвалидом. Со стороны работодателя ему не была оказана помощь, его состоянием не интересовались.

Кроме этого им понесены расходы на приобретение назначенных ему лекарственных средств, а также расходы на копирование документов, на приобретение конвертов и отправку корреспонденции в размере

На его досудебную претензию с просьбой компенсировать причинённый моральный вред в размере 3 000 000 руб. и материальный ущерб в размере 7 489,20 руб. работодатель ответил отказом.

Просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб. и материальный ущерб в размере 7 489,20 руб.

Представитель ответчика АО «РИР Энерго» в суде первой инстанции иск не признала, указав, что полученные ФИО1 телесные повреждения не связаны с производственной деятельностью; работодатель исполнил все обязанности по обеспечению безопасных условий труда; бригада «скорой помощи» была вызвана в связи с наличием у истца на рабочем месте признаков проблем со здоровьем (несвязная речь, неадекватная реакция на вопросы).

Определением от 2 октября 2025 года суд прекратил производство по делу в части искового требования о взыскании с АО «РИР Энерго» материального ущерба в размере 7 489,20 руб. в связи с отказом истца ФИО1 от данного требования.

Судом постановлено решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, принять новое об удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда в полном объёме, ссылаясь на то, что работодателем не обеспечены работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, а именно: ФИО1 не выдана защитная каска, за всё время работы он не был направлен для прохождения обязательного периодического медицинского осмотра, не была организована и проведена его стажировка, что отражено в Актах от ДД.ММ.ГГГГ, не обжалованных работодателем и утверждённых управляющим директором филиала АО «Квадра – «Курская генерация». Кроме этого указывает, что судом не применены нормы материального права, регулирующие правоотношения в связи с причинением вреда жизни и здоровью пострадавшего в результате несчастного случая на производстве (Трудового кодекса РФ, Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»), и не приняты во внимание разъяснения Верховного Суда РФ для правильной квалификации события как несчастного случая на производстве. Также обращает внимание, что суд вышел за рамки компетенции и фактически поставил под сомнение обстоятельства и выводы, установленные в Актах от ДД.ММ.ГГГГ.

В апелляционном представлении исполняющий обязанности прокурора ЦАО г.Курска просит решение отменить и принять новое о частичном удовлетворении требования, мотивируя тем, что наличие Акта о несчастном случае на производстве свидетельствует о получении истцом травмы именно в момент осуществления трудовой функции, что является основанием для компенсации морального вреда.

На апелляционную жалобу истца ФИО1 ответчиком АО «РИР Энерго» поданы письменные возражения.

В судебное заседание не явились: представители третьих лиц АО «СОГАЗ», ОБУЗ «Курская областная станция скорой медицинской помощи», ОСФР по Курской области, третьи лица ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, о причинах неявки не уведомили, ходатайства об отложении судебного заседания не поступили.

На основании статей 117 и 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ), с учётом заблаговременного размещения информации о слушании дела на официальном сайте Курского областного суда в сети Интернет (http://oblsud.krs.sudrf.ru раздел «Судебное делопроизводство»), необязательности явки участников процесса, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, так как полагает их извещёнными о дате, времени и месте слушания дела надлежащим образом в соответствии со статьёй 113 ГПК РФ, подтверждение чего имеется в материалах дела.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения истца ФИО1 и его представителя по ордеру адвоката Башкатова Н.Н., поддержавших апелляционную жалобу, старшего прокурора гражданско-судебного отдела прокуратуры Курской области Польскую И.И., поддержавшую апелляционное представление, возражения представителя ответчика по доверенности ФИО10, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления, возражений ответчика, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью первой статьи 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Судебная коллегия полагает, что имеются такие основания для отмены обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке по доводам апелляционных жалобы и представления, и исходит из следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал оператором теплового пункта 2 разряда в ПП «Комплекс теплоснабжения» внутриквартальные тепловые сети Центральный район городских сетей АО «РИР Энерго».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заступил на дежурство в ночную смену (с 20 часов) в теплопункт, находящийся по адресу: <адрес> (смена с 20 часов ДД.ММ.ГГГГ до 8 часов ДД.ММ.ГГГГ).

ДД.ММ.ГГГГ при выполнении трудовых обязанностей с ФИО1 произошёл несчастный случай на производстве, в результате которого он получил телесные повреждения в виде «...», и бригадой «скорой помощи» был госпитализирован в ОБУЗ «Курская городская клиническая больница №».

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ комиссией в составе сотрудников Государственной инспекции труда в Курской области, Союза «Федерации организаций профсоюзов Курской области», комитета по труду и занятости населения Курской области, ОСФР по Курской области, АО «Квадра» - «Курская генерация» проведено расследование, по результатам которого составлен Акт о расследовании тяжёлого несчастного случая и установлены обстоятельства несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1

Из данного Акта следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заступил на дежурство в ночную смену (с 20 часов) в теплопункт. В связи с имевшимися признаками ухудшения состояния здоровья (несвязная речь, неадекватная реакция на вопросы), выявленными при передаче показаний приборов учёта, дежурным диспетчером ФИО11 на ТП 298 (по месту исполнения трудовых обязанностей ФИО1 по адресу: <адрес>) была направлена дежурная бригада для проверки, которая по прибытии на место подтвердила нездоровое поведение оператора ФИО1 В связи с этим ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 46 минут вызвана бригада скорой медицинской помощи к месту происшествия.

Согласно заключению от ДД.ММ.ГГГГ ОБУЗ «Курская городская клиническая больница №», куда был доставлен ФИО1, ему установлен диагноз: «...».

Анализ крови ФИО1 на алкоголь не проводился.

По результатам расследования полученная ФИО1 травма квалифицирована комиссией как тяжёлая по схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве. Комиссия не исключила возможность получения ФИО1 травмы как вследствие падения из-за ухудшения состояния здоровья, так и в результате противоправных действий третьих лиц.

Руководствуясь статьёй 229.2 Трудового кодекса РФ, Положением об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утверждённым приказом Минтруда России от 20 апреля 2022 года № 223н, комиссия приняла решение квалифицировать тяжёлый несчастный случай, произошедший с ФИО1 в рабочее время на рабочем месте, как несчастный случай на производстве, который подлежит оформлению актом формы Н-1, учёту и регистрации в АО «Квадра» - «Курская генерация».

Во исполнение решения комиссии ДД.ММ.ГГГГ оформлен и управляющим директором филиала АО «Квадра» - «Курская генерация» утверждён Акт № о несчастном случае на производстве (форма Н-1).

В ходе опроса при расследовании данного несчастного случая ФИО1 пояснял, что ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов он заступил на смену, в 21 час произвёл осмотр и работоспособность оборудования ТП 298 и позвонил диспетчеру ВТС ПДС ФИО11 для передачи показаний. При передаче он почувствовал ухудшение самочувствия (заболела голова) и, передав показания, лёг на диван, где ему стало лучше. Затем продолжил выполнять свои обязанности. Примерно в период с 22 до 23 часов он услышал стук в дверь ТП, самостоятельно открыв которую он узнал, что прибыла бригада скорой медицинской помощи с целью его доставления в медицинское учреждение. После отказа ФИО1 его силой вывели из теплопункта, сбили с ног и начали избивать работники приехавшей на вызов бригады скорой помощи. Сотрудников АО «Квадра» - «Курская генерация» он не видел. После чего он потерял сознание и очнулся в реанимации ОБУЗ «Курская городская клиническая больница №».

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № имевшееся у ФИО1 телесное повреждение в виде <...> повлекло тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суд исходил из того, что повреждение здоровья истца при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве не было связано с необеспечением работодателем работнику условий труда, отвечающих требованиям охраны труда и безопасности, а явилось следствием внешнего травматического воздействия на истца, что последним не оспаривалось.

Указав, что на истце лежит обязанность доказать, что вред причинён в результате действий работников медицинского учреждения и работников ответчика при заявленных обстоятельствах, сославшись на материалы проверки, проведённой следственным отделом по ЦАО г. Курска по факту причинения телесных повреждений истцу, не установившей применения к нему насилия со стороны каких-либо лиц, в связи с чем в возбуждении уголовного дела по части 1 статьи 111 Уголовного кодекса РФ было постановлением от 31 мая 2025 года отказано, суд, приняв во внимание состояние здоровья истца (жалобы на головную боль и плохое самочувствие до прибытия бригады скорой медицинской помощи), его поведение, отсутствие продуктивного контакта, наличие данных о жизнеугрожающем состоянии (подозрение на <...>), пришёл к выводу, что его травмирование имело место до указанных истцом обстоятельств причинения вреда.

И поскольку повреждение здоровья истца при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве не было связано с необеспечением работодателем работнику условий труда, отвечающих требованиям охраны труда и безопасности, а явилось следствием внешнего травматического воздействия, при этом стороной истца не представлены доказательства причинения ему вреда в результате каких-либо действий (бездействия) других работников и третьих лиц, не состоящих в трудовых отношениях с ответчиком, а совокупностью представленных и исследованных в судебном заседании доказательств соответствующие доводы истца опровергнуты, суд не усмотрел правовых оснований для удовлетворения требования о взыскании компенсации морального вреда.

Данные выводы суда не основаны на подлежащих применению нормах материального права и установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельствах, сделаны с нарушением норм процессуального права.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В силу положений абзацев четвёртого и четырнадцатого части первой статьи 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвёртый, пятнадцатый и шестнадцатый части второй статьи 22 ТК РФ).

Частью первой статьи 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части второй статьи 212 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части первой статьи 219 ТК РФ).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

Вышеприведённое правовое регулирование не было принято во внимание судом первой инстанции при разрешении искового требования ФИО1, в связи с чем обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, а именно: находился ли пострадавший в момент несчастного случая при исполнении трудовых обязанностей, был ли он допущен работодателем к исполнению трудовых обязанностей, выполнял ли иные правомерные действия, обусловленные трудовыми отношениями с работодателем, были ли обеспечены работодателем истцу условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, не определены судом первой инстанции в качестве юридически значимых, не устанавливались и соответствующей правовой оценки не получили.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 10 марта 2011 года № 2, в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признаётся событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за её пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинён вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 ТК РФ); указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 ТК РФ); соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 ТК РФ; произошёл ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ); имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса РФ), и иные обстоятельства.

Согласно абзацу третьему части третьей статьи 227 ТК РФ расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесённые другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесённые животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком.

Однако судом не дана надлежащая оценка тому обстоятельству, что травма, квалифицированная как тяжёлая, получена ФИО1 на территории работодателя, в рабочее время, при выполнении трудовых обязанностей, что ответчиком не оспаривалось и подтверждено утверждённым директором филиала АО «Квадра» - «Курская генерация» Актом № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ (форма Н-1).

Доказательства наличия в действиях ФИО1 грубой неосторожности либо совершения им умышленных действий, приведших к получению травмы и причинению тяжкого вреда здоровью, при исполнении трудовых обязанностей материалы дела и Акты от ДД.ММ.ГГГГ не содержат.

Обстоятельства, перечисленные в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса РФ и являющиеся основаниями для квалификации несчастного случая как не связанного с производством, а именно: смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтверждённая в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом; смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества; несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние, ни в ходе расследования несчастного случая, ни в ходе судебного разбирательства при разрешении настоящего спора не установлены.

При этом из Инструкции по охране труда оператора теплового пункта ИОТ-ЦРГТС ВТС-04, согласованной с профсоюзной организацией ответчика и утверждённой работодателем ДД.ММ.ГГГГ, следует, что дежурному оператору теплового пункта запрещается, в том числе приходить на смену в состоянии алкогольного и наркотического опьянения, а также распивать спиртные напитки в рабочее время, сдавать смену больному или находящемуся в состоянии алкогольного и наркотического опьянения сменщику, уходить со смены без оформления приёма-сдачи смены (пункт 3.3 раздела 3 «Требования охраны труда перед началом работы»).

Принимая во внимание, что при расследовании несчастного случая, произошедшего с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, нарушения вышеприведённых требований Инструкции от ДД.ММ.ГГГГ не установлены, при передаче смены ФИО1 сомнений в его адекватности у дежурного оператора теплового пункта не возникло, ответчик на наличие таких обстоятельств не ссылался, ФИО1 был допущен к исполнению трудовых обязанностей, судебная коллегия полагает, что работодателем не представлены достоверные и допустимые доказательства, объективно подтверждающие факт получения истцом телесных повреждений при обстоятельствах, не связанных с производственной деятельностью, поскольку несчастный случай с ФИО1 произошёл в период исполнения трудовых обязанностей на рабочем месте на территории работодателя.

В связи с чем судебная коллегия приходит к выводу, что работодателем не обеспечены в должной мере безопасные условия труда на рабочем месте ФИО1, следствием чего явилось получение работником тяжёлой травмы.

Установленные по делу обстоятельства, по мнению судебной коллегии, свидетельствуют о наличии оснований для взыскания с АО «РИР Энерго» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации) (ГК РФ).

Частью второй статьи 151 ГК РФ установлено, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Верховный Суд РФ в постановлении Пленума от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснил, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1102 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесённые им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учётом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).

При определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объём их нарушения и степень вины работодателя. Размер компенсации морального вреда, присуждённый к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учётом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (пункт 47).

Из содержания приведённых нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве размер компенсации морального вреда определяется на основании оценки судом конкретных обстоятельств дела. При этом суд наряду с учётом степени вины работодателя в причинении вреда жизни и здоровью работника в произошедшем несчастном случае, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, должен учитывать требования разумности и справедливости.

Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддаётся точному денежному подсчёту.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции учитывает фактические обстоятельства дела, степень вины ответчика, характер и степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, установление ему №% утраты профессиональной трудоспособности, лишение возможности вести прежний активный образ жизни, а также трудовую деятельность в прежнем объёме, требования разумности и справедливости и приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 100 000 руб.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы истца и апелляционного представления о незаконности решения об отказе в удовлетворении требования о компенсации морального вреда являются обоснованными, в связи с чем решение суда подлежит отмене с принятием нового о частичном удовлетворении требования.

Учитывая, что истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска в суд, в соответствии с частью 1 статьи 98 и частью 1 статьи 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Город Курск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329, пунктами 3 и 4 части первой статьи 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

апелляционную жалобу истца ФИО1 удовлетворить частично, апелляционное представление исполняющего обязанности прокурора ЦАО г. Курска Петрова С.В. удовлетворить.

Решение Ленинского районного суда г. Курска от 2 октября 2025 года отменить и принять по делу новое решение.

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «РИР Энерго» удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «РИР Энерго» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «РИР Энерго» в доход бюджета муниципального образования «Город Курск» государственную пошлину в размере 3 000 руб.

В остальной части исковых требований отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и на него может быть подана кассационная жалоба в Первый кассационный суд общей юрисдикции через Ленинский районный суд г. Курска в срок, не превышающий трёх месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 января 2026 года.

Председательствующий

Судьи