Приговор № 1-144/2019 от 7 августа 2019 г. по делу № 1-144/2019

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 августа 2019 г. г. Тула

Центральный районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Косых А.В.,

при секретаре Пономаренко Д.С.,

с участием помощника прокурора Центрального района г. Тулы Соколовой Л.Е.,

подсудимой ФИО1,

защитника адвоката Ивченко Т.П., представившей ордер № от 30.04.2019 и удостоверение № от 27.05.2011,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении

ФИО1, <данные изъяты>

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершила умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 12 часов 00 минут до 14 часов 28 минут 22 сентября 2018 г., ФИО1, совместно со своими знакомыми ФИО2 и ФИО6, находилась в <адрес>.

В указанные дату и время, и в указанном месте, ФИО1 решила накормить ФИО2, которая не принимала пищу в течение нескольких дней, в результате чего направилась на балкон указанной квартиры, где находилась ФИО2 Выйдя на балкон, ФИО1 предложила ФИО2 принять пищу, на что та ответила отказом.

В этот момент у ФИО1, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, возник прямой умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2

В период времени с 12 часов 00 минут до 14 часов 28 минут 22 сентября 2018 г., ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения на балконе <адрес>, реализуя свой прямой умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, действуя на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к ФИО2, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления в результате их совершения общественно опасных последствий в виде наступления смерти ФИО2, и желая их наступления, умышленно схватила своей левой рукой ФИО2 за челюсть, а своей правой рукой стала сжимать ФИО2 за горло, чтобы последняя начала задыхаться и открыла рот. От указанных действий подсудимой, ФИО2 захрипела и потеряла сознание.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинила ФИО2 телесные повреждения в виде тупой травмы шеи: кровоподтеки и ссадины на шее, перелом правого рожка подъязычной кости, перелом левого большого рога щитовидного хряща.

Смерть ФИО2 наступила на месте происшествия в <адрес> до 16 часов 11 минут 22 сентября 2018 г. в результате тупой травмы шеи: кровоподтеки и ссадины на шее, перелом правого рожка подъязычной кости, перелом левого большого рога щитовидного хряща, которая относится к критериям вреда опасного для жизни человека и квалифицируется в совокупности как тяжкий вред здоровью, и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти.

В судебном заседании подсудимая ФИО1, не оспаривая факт того, что смерть ФИО2 наступила в результате её действий 22 сентября 2018 г., указала, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей у неё не было.

Из её показаний, данных в судебном заседании и при проведении предварительного расследования, которые были оглашены в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ следует, что в сентябре 2018 года она познакомилась с ФИО6, они стали проживать в его однокомнатной квартире по адресу: <адрес>.

В указанной квартире, кроме них, жила знакомая ФИО6 - ФИО2 Последняя не могла самостоятельно ходить в связи с травмой ног. Потерпевшая передвигалась по квартире ползком или с помощью офисного кресла на колесах. У них с ФИО2 сложились нормальные отношения, конфликтов никогда не было. Примерно с 19 по 20 сентября 2018 г. ФИО2 сказала, что ей жарко, ползком выбралась на балкон и там осталась. Она и ФИО6 предлагали ФИО2 вернуться в комнату, но последняя говорила, что останется жить на балконе. На протяжении нескольких дней ФИО2 жила на балконе, отказываясь от ее с ФИО6 предложений принять пищу и воду. Говорила, что хочет умереть.

22 сентября 2018 г., в дневное время, она и ФИО6 находились дома и распивали спиртные напитки. Ближе к вечеру, она вышла на балкон к ФИО2 и предложила ей еду, но последняя отказалась и сказала, что хочет умереть. Понимая, что потерпевшая может умереть с голоду, она решила накормить ее насильно.

В период времени с 12 часов 00 минут до 14 часов 28 минут она взяла тарелку с вареной вермишелью и ложку и пришла на балкон. Тарелку с едой она поставила рядом с собой на подоконник. Затем она левой рукой взяла ФИО2 за челюсть, а правой рукой стала сжимать горло ФИО2, чтобы последняя от недостатка воздуха начала задыхаться, открыла рот и она смогла положить ей в него еду.

ФИО2 сначала сопротивлялась и отталкивала её руками, а затем захрипела и потеряла сознание. Она взяла тарелку с вермишелью и ложкой, зашла в комнату и поставила тарелку на стол, сказав ФИО6, что ФИО2 потеряла сознание. ФИО6 вышел на балкон, чтобы осмотреть потерпевшую, а она вызвала по телефону скорую помощь. Приехавшие сотрудники скорой констатировали смерть потерпевшей. Указала, что она не хотела причинять ФИО2 какие-либо повреждения и убивать ее. Она хотела её накормить, так как последняя на протяжении нескольких дней ничего не ела.

Несмотря на то, что подсудимая не признала вину в полном объеме, ее виновность в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании, представленных стороной обвинения, доказательств.

Из показаний свидетеля ФИО6, данных им в судебном заседании и при проведении предварительного расследования, которые были оглашены в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ следует, что с 2012 года он проживал в своей <адрес> по адресу: <адрес> совместно с ФИО2 Примерно около двух лет назад ФИО2, при неизвестных ему обстоятельствах, получила травму ног, после которой перестала самостоятельно ходить и передвигалась по квартире на офисном кресле или ползком.

В начале сентября 2018 года он познакомился с ФИО1 и стал с ней проживать в своей квартире совместно с ФИО2 В ходе совместного проживания, между ним, ФИО2 и ФИО1 никаких конфликтов и ссор не было.

Примерно с 19 по 20 сентября 2018 г., в ходе совместного распития спиртных напитков, ФИО2 перебралась на балкон, так как ей стало жарко. На его с ФИО1 предложения вернуться в квартиру, ФИО2 говорила, что будет жить на балконе. Он и ФИО3 неоднократно предлагали ФИО2 поесть, но последняя отказывалась, говорила, что хочет умереть.

22 сентября 2018 г., в дневное время, находясь в квартире, он с ФИО1 распивали спиртные напитки, а ФИО7 находилась на балконе. Потерпевшая в течение нескольких дней ничего не ела и не пила. Он сидел в комнате на диване и видел, что ФИО1 взяла с собой тарелку с вермишелью и вышла на балкон с целью накормить потерпевшую. Как ФИО1 пыталась накормить ФИО2, он не видел. Затем он заснул на диване, а когда проснулся, то увидел ФИО1, которая сказала, что, наверное, убила ФИО2 На его вопрос о том, что произошло, ФИО1 ему сказала, что пыталась покормить ФИО2 и случайно ее убила. Он вышел на балкон и увидел, что ФИО2 лежит на спине и не подает признаков жизни. Осмотрев ФИО2, он вернулся в комнату, где ФИО1 уже звонила в скорую помощь. Спустя какое-то время к нему в квартиру приехали сотрудники скорой медицинской помощи, которые констатировали смерть потерпевшей. ФИО1 после произошедшего очень переживала и сожалела о случившемся.

Из показаний свидетеля ФИО8, данных при производстве предварительного расследования, которые были оглашены в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ следует, что он проживает по адресу: <адрес>.

В <адрес> проживает ФИО4, с которым проживала ФИО12.

22 сентября 2018 г. примерно в 20 часов 00 минут, в дверь их квартиры постучали сотрудники полиции, которые пояснили, что ФИО12 скончалась и попросили его и жену поучаствовать в осмотре <адрес> в качестве понятых, на что они согласились. Следователь в их присутствии осмотрел квартиру и труп ФИО12, которая находилась на полу на балконе. После окончания осмотра они ознакомились с составленным протоколом, после чего поставили свои подписи в отведенных для этого местах. Указал, что 22 сентября 2018 г. большую часть времени он провел дома и не слышал каких-либо звуков ударов, шума, криков, ругани, доносящихся из <адрес>. В указанный день он слышал доносящиеся разговоры из указанной квартиры, в разговоре участвовала ранее ему неизвестный женский голос, в результате чего он может предположить, что в данной квартире находилась какая-то женщина помимо ФИО12. Кроме этого указал, что за несколько дней до случившегося, он видел, что к ФИО4 приходила ранее ему неизвестная женщина (том № 1 л.д. 83-89).

Из показаний потерпевшего ФИО9, которые были оглашены в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ следует, что директором ГУ ТО «Управление социальной защиты населения по Тульской области» ему поручено представлять интересы гражданки ФИО2 в рамках расследуемого уголовного дела. О том, что 22 сентября 2018 г. ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения по адресу: <адрес>, желая накормить ФИО2, которая на протяжении нескольких дней отказывалась от пищи, нанесла последней телесные повреждения в виде тупой травмы шеи, в результате чего ФИО2 скончалась на месте происшествия, он узнал от следователя (том 2 л.д. 108-112).

Кроме изложенного, виновность подсудимой ФИО1 подтверждена письменными доказательствами по делу, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия от 22.09.2018 с фототаблицами, согласно которым была осмотрена <адрес> и труп ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения который лежит на спине на балконе квартиры (том №1 л.д. 30-35);

- заключением эксперта № от 17.12.2018, согласно выводам которого на основании исследования представленных объектов и анализа полученных данных, в соответствии с поставленными вопросами эксперт приходит к следующим выводам: Причиной смерти ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, явилась тупая травма шеи: кровоподтеки и ссадины на шее, перелом правого рожка подъязычной кости, перелом левого большого рога щитовидного хряща. Данная тупая травма шеи является прижизненной (что подтверждается наличием слабовыраженного кровоизлияния в области перелома подъязычной кости и наличием кровоподтеков), состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти, вызвала развитие механической асфиксии, что подтверждается макроскопическими и гистологическими изменениями органов (альвеолярная эмфизема и отек в легких, отек оболочек и вещества головного мозга), а также данными представленного протокола допроса подозреваемой ФИО1, согласно Приказа Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» относится к критериям вреда опасного для жизни человека и согласно Постановления Правительства РФ от 17.08.2007 № 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» квалифицируется в совокупности как тяжкий вред здоровью. Данная тупая травма шеи с развитием механической асфиксии могла возникнуть от не менее однократного ударно-сдавливающего воздействия на шею тупого твердого предмета (предметов), возможно пальцами рук, при самых различных обстоятельствах, незадолго (не более 30 минут ко времени наступления смерти), при этом потерпевшая была обращена к травмирующему объекту (объектам) переднебоковыми поверхностями шеи, а взаимное расположение потерпевшего и нападшего могло быть различным. После развития механической асфиксии смерть потерпевшей ФИО12 наступила в краткий период времени, исчисляемый минутами.

Образование тупой травмы шеи с развитием механической асфиксии при обстоятельствах и в срок, указанных в протоколе допроса подозреваемого ФИО1

Е.М. от 17.10.2018г. и протоколе следственного эксперимента от 18.10.2018, возможно (том 1 л.д. 117-120);

- заключением эксперта № от 05.02.2019, согласно выводам которого: Комплекс повреждений в области шеи (тупая травма шеи) возник в результате давления (кровоподтеки, кровоизлияния в мягкие ткани, повреждения подъязычной кости и щитовидного хряща) и трения (ссадины на коже шеи) тупых предметов непосредственно перед наступлением смерти, о чем свидетельствует прижизненный характер кровоизлияний в мягкие ткани. Наличие указанных повреждений в совокупности с патоморфологическими изменениями в легких и головном мозге (п.2.2 и п. 2.3. синтезирующей части) дают основания полагать, что смерть ФИО2 наступила именно от тупой травмы шеи. При этом локализацию повреждений шеи в рефлексогенной зоне (гортань), наличие патологических изменений свойственных ишемической болезни сердца и очаговой гнойной пневмонии следует рассматривать как ряд факторов, которые могли оказать влияние на наступление острой смерти.

В соответствии с п. 6.1.5. Медицинских критериев приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» перелом хрящей гортани является тяжким вредом здоровью по приказу опасности для жизни. Зафиксированная в протоколе допроса подозреваемой ФИО1 от 17.10.2018 и протоколе следственного эксперимента от 18.10.2018 ситуационная модель, отражающая момент контакта пальцев правой руки подозреваемой с боковой поверхностью хрящей гортани ФИО2, вполне допускает возможность причинения травмы шеи при таком взаиморасположение участников событий (том 1 л.д. 125-133);

- протоколом допроса эксперта от 28.05.2019, из которого следует, что перелом правого большого рога подъязычной кости и перелома левого верхнего рожка щитовидного хряща возникли в зоне воздействия травмирующих сил. Щитовидная железа в силу своей анатомической локализации расположена гораздо ниже указанных переломов и ее болезненные изменения, даже с увеличением ее размеров, какого-либо влияния на формирование данных переломов не имели (том 2 л.д. 132-136).

Оценивая собранные и исследованные в судебном заседании доказательства, суд считает, что представленные обвинением доказательства, являются относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности достаточными для вывода о виновности подсудимой ФИО1 в совершении преступления.

Не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей у суда нет оснований, поскольку не установлены их заинтересованность в исходе дела и основания для оговора ФИО1, в связи с чем, суд признает их показания допустимыми и достоверными.

Каких – либо процессуальных нарушений при допросах потерпевшего и свидетелей, а также при допросах ФИО1 на предварительном следствии, не допущено.

Суд не установил, каких-либо процессуальных нарушений при проведении экспертами судебных экспертиз, выводы которых содержатся в вышеуказанных заключениях. Выводы экспертов, имеющих соответствующий стаж и познания в экспертной деятельности, мотивированы, списки используемой литературы приведены.

При составлении заключений эксперты были предупреждены об ответственности за дачу ложных заключений.

Представленные обвинением доказательства не находятся в противоречии между собой, дополняют друг друга, соотносятся между собой и конкретизируют

установленные обстоятельства совершенного преступления, оснований не доверять этим доказательствам у суда не имеется.

Оснований для признания вышеизложенных доказательств недопустимыми и исключения их из числа доказательств, не имеется.

Анализируя установленные обстоятельства совершенного преступления в их совокупности, суд расценивает не признание подсудимой вины как желание оправдать себя за совершение особо тяжкого преступления, повлекшего по неосторожности смерть человека.

Исходя из характера, локализации причиненных ФИО2 телесных повреждений, механизма их нанесения, суд приходит к выводу, что изложенное прямо указывает на умысел подсудимой, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

О наличии в действиях ФИО1 прямого умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2 объективно свидетельствуют действия подсудимой, которая сжимала своей рукой горло потерпевшей с целью того, чтобы последняя стала задыхаться и открыла рот, а также заключениями экспертиз, подтвердившим возможность причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей в результате не менее однократного ударно-сдавливающего воздействия на шею тупого твердого предмета (предметов), возможно пальцами рук.

Указанные действия подсудимой объективно свидетельствуют о том, что она знала и понимала, что причиняет тяжкий вред здоровью потерпевшей.

При этом, в судебном заседании достоверно установлено, что указанный умысел возник у подсудимой на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к потерпевшей, которая на её просьбы поесть, ответила отказом.

Показания подсудимой ФИО1 в части того, что у нее не было умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, опровергаются вышеизложенными доказательствами, поэтому доводы подсудимой о том, что её действия подлежат квалификации по ч. 1 ст. 109 УК РФ суд находит необоснованными.

ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

В судебных прениях государственный обвинитель ФИО10 указала, что поскольку в судебном заседании установлено, что умысел подсудимой был направлен на причинение тяжкого вреда здоровью, который повлек по неосторожности смерть потерпевшей, действия ФИО1 подлежат квалификации по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Исходя из установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела, положений ч. 2 ст. 252 УПК РФ, допускающей изменение обвинения в судебном разбирательстве, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту, суд находит указанную государственным обвинителем квалификацию действий ФИО1 верной и полагает необходимым переквалифицировать действия подсудимой с ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Действия подсудимой ФИО1 суд квалифицирует по ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Согласно заключению комиссии экспертов № от 28.11.2018, ФИО1 <данные изъяты>

Исходя из указанных выводов, а также поведения ФИО1 как во время совершения преступления, так и в судебном заседании, свидетельствующего о том, что она в период совершения инкриминируемого деяния и в настоящее время могла и может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, суд приходит к выводу о том, что подсудимая. является вменяемой, а потому должна нести ответственность за содеянное.

При назначении наказания суд в соответствии со ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких преступлений, личность подсудимой, которая с <данные изъяты> (том 1 л.д. 209), При назначении наказания суд учитывает обстоятельства, смягчающие наказание ФИО1, в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ - оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание суд также учитывает частичное признание вины, раскаяние в содеянном и состояние здоровья ФИО1 (том 1 л.д. 137-139).

В соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, указание в обвинительном заключении на то, что ФИО1 в момент совершения преступления находилась в состоянии опьянения само по себе не является основанием для признания состояния опьянения, обстоятельством, отягчающим наказание, поскольку подсудимая в судебном заседании пояснила, что её состояние на содеянное ей не повлияло.

На основании изложенного, совершение преступления в состоянии опьянения, в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, в действиях ФИО1, суд не признает.

Таким образом, обстоятельства отягчающие наказание отсутствуют.

Суд полагает, что оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст. 64 УК РФ не имеется, поскольку судом не установлено обстоятельств, которые могли существенно уменьшить степень общественной опасности совершенного ей преступления.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд не усматривает оснований для изменения в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ категории преступления, совершенного ФИО1 на менее тяжкую.

С учетом конкретных данных о личности подсудимой ФИО1, влияния назначенного наказания на исправление виновной и условия жизни ее семьи, суд находит возможным ее исправление и перевоспитание только в условиях, связанных с изоляцией от общества, и назначает ей наказание, связанное с лишением свободы.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, суд полагает, что оснований для применения положений ст. 73 УК РФ не имеется.

Так как в действиях ФИО1 имеются смягчающее обстоятельство, предусмотренное п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ и отсутствуют отягчающие наказание обстоятельства, суд при назначении подсудимой наказания руководствуется ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Учитывая смягчающие обстоятельства и отсутствие отягчающих обстоятельств, а так же конкретные данные о личности подсудимой, суд считает возможным не назначать ФИО1 дополнительный вид наказания в виде ограничения свободы.

При решении вопроса о виде исправительного учреждения суд руководствуется п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ и назначает отбывать лишение свободы в исправительной колонии общего режима.

В силу ст. 72 УК РФ, время нахождения ФИО1 под стражей с учетом срока задержания с 17 октября 2018 г. по 07 августа 2019 г. включительно подлежит зачету в срок отбытия наказания.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней в виде заключения под стражей, с содержанием в ФКУ СИЗО № 1 УФСИН России по Тульской области.

Срок наказания исчислять с 08 августа 2019 г., с зачетом времени содержания под стражей с учетом времени задержания с 17 октября 2018 г. по 07 августа 2019 г. включительно.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 17 октября 2018 г. по день вступления приговора в законную силу включительно, зачесть в срок лишения свободы из расчета один день нахождения под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Приговор может быть обжалован в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденной, содержащейся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, в судебную коллегию по уголовным делам Тульского областного суда, путём подачи апелляционной жалобы или представления через Центральный районный суд г. Тулы.

Осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Тульского областного суда от 16 декабря 2019 г. приговор Центрального районного суда г.Тулы от 08 августа 2019 в отношении ФИО1 изменен.

Исключено из описательно-мотивировочной части приговора при описании действий ФИО1 указание о том. что ФИО1 предвидела неизбежность наступления смерти ФИО2, и желала ее наступления.

В остальном приговор оставлен без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.

Председательствующий